Страница загружается...
X

АААААА!!! ПРОГОЛОСУЙ ЗА НАААААС!!!!

И не забывай, что, голосуя, ты можешь получить баллы!

Король Лев. Начало

Объявление




Представляем вниманию гостей действующий на форуме Аукцион персонажей!

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов Волшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Предгорья » Пять камней


Пять камней

Сообщений 61 страница 74 из 74

1

*здесь будет картинка*

Довольно приметное место, которое находится точно на границах владений Прайда Фаера. Узнать его легко: несколько больших и округлых камней свалены друг на друга, подобно яйцам в птичьем гнезде. Отбрасывая густую тень и в то же время располагаясь на небольшой возвышенности, они служат прекрасным перевалочным и обозревательным пунктом.


1. Нейтрализация умений раздела "Скрытность".

2. Доступные травы для поиска: Костерост, Дурман (требуется бросок кубика).

Ближайшие локации

Холмы
Южный кряж
Западные равнины

0

61

-→ Джунгли
День определенно обещал быть веселым. Стоило только посмотреть на детей. Пока львицы неспешно шагали по джунглям, все было более-менее привычно, и Пат оставалось только приглядывать, чтобы они не отходили далеко. Яшма привычно трусил позади всей компании, негромко тявкая всякий раз, когда ему казалось, что львята чересчур разбаловались и рискуют отстать от взрослых.
Но все изменилось, когда они наконец вышли к холмам, и львята получили возможность  оценить расстилавшееся перед ними пространство. Как раз в этой части леса деревья постепенно редели, уступая место густому зеленому кустарнику, разросшемуся настолько, что самке приходилось тщательно выбирать путь, чтобы не оставить на колючих ветках половину шкуры. Зато никому из них не было видно, что находится впереди, и полукровка, наконец-то выбравшись из зарослей, замерла, наблюдая за тем, как львята один за другим выходят из кустов и замирают, пораженные открывшейся перед ними картиной.
А посмотреть и впрямь было на что. Перед опушкой, параллельно лесу, тянулась пологая балка, поросшая мелкими деревцами, а следом за ней поднимался старый, пологий холм — почти и не холм даже, настолько он был низким; верхушка его была плоской и представляла из себя этакую поросшую изъеденной травкой лысину, окруженную кудряшками кустов, разросшихся от обилия влаги (должно быть, в балке протекал ручеек). Несколько некрупных антилоп при появлении хищников прервали пастьбу и подчеркнуто медленной рысцой отошли прочь, вскоре скрывшись из виду.
Несколько минут Пат сидела на опушке, давая детям возможность всласть насмотреться на окружающий мир и привыкнуть к свету. В джунглях небо заслоняли кроны деревьев, высокие, переплетавшиеся ветвями так густо, что в некоторых местах солнечного света не было видно вовсе — оставалось только удивляться, каким образом умудряются выживать те растения, которым не перепадает живительного солнца. Лишь когда львята с восторженными визгами принялись разбегаться в разные стороны, она призвала их к порядку негромким рычанием. Убедившись, что все они смотрят в сторону матери, пятнистая неспешно двинулась вперед, мягко улыбаясь Хазире. По дороге сюда львицы вполголоса обсуждали всякие пустяки — погоду, детей, все, что угодно, обходя неудобные темы вроде недавнего происшествия.
Теперь они продолжили; но не дойдя до намеченного Пат места, львицы разошлись. Почуяв свежий запах Урса, патрулировавшего в этом районе границы, Хазира воодушевленно унеслась, хотя и выглядела смущенной и даже, кажется, пыталась извиняться по поводу своей внезапной увлеченности самцом. Пятнистая, впрочем, не завидовала и не держала зла. Почти не завидовала. Но ведь ей сейчас и не до самцов... Львята уже были большими, но им предстоит еще научиться охотиться, а уж потом...
Да и, признаем честно, пока что ни один из львов прайда не привлекал внимания Пат как потенциальный супруг.
Сопровождаемая тремя львятами, она брела по холмам. Сперва самка намеревалась отыскать Мисаву, но след матерой, который она нашла в самом начале, быстро потерялся в траве; к тому же, день был так хорош, что пятнистая с небывалым для себя легкомыслием решила: сперва погуляем. Солнце приятно припекало спину, но от земли веяло прохладой; Яшма, тоже обрадованный прогулкой, сновал в траве, то и дело высоко подпрыгивая и ловя то насекомых, то каких-то маленьких грызунов. Пару раз он приносил их и львятам, этакая львиная нянька, давая возможность малышне (которая, к слову, уже успела перерасти волка если не по росту, то вширь — точно) поиграть с живой, но уже наполовину придушенной добычей.
Приближаясь к пяти камням, львица успела вволю насладиться прогулкой, а дети, к счастью, успели немного устать, а потому поутихли, трусили вслед за матерью, не разбегаясь и не прячась в траве.
Ветер принес запах другой самки; пятнистая на миг напряглась, но тут же расслабилась, узнав Акеру. А вскоре и увидела ее; королева стояла, вглядываясь куда-то вдаль. Увидев это, полукровка зашуршала погромче, чтобы ее приближение не стало сюрпризом.
И точно, львица обернулась, увидела Пат. Сперва она насторожилась, прижав уши — так же, как и сама полукровка, когда заметила, что не одна; затем королева расслабилась, улыбаясь.
— Добрый день, — пятнистая чуть склонила голову в приветствии.
Невольно она поискала взглядом львят Акеры, но те, конечно, были еще слишком малы, чтобы сопровождать ее сюда. Королева была одна — и Пат прекрасно поноимала, почему. Ей самой в первые месяцы после родов любая передышка была за счастье. Охота, прогулка или даже короткий визит к отхожему месту — и то хорошо. Когда ты сутки напролет вынужден следить за расползающимися в разные стороны детьми, отчаянно хочется переключиться на что-нибудь другое. Хотя бы на минутку.
Кстати о детях.
— Не уходите далеко от камней! — довольно строго приказала детям львица, напоследок бросив пристальный взгляд на Яшму, давая шакалу понять — она ожидает, что он присмотрит за ними.
Она улыбнулась, чуть смущаясь. Самка всегда была мягкой и робкой; даже в общении с другими львицами она частенько робела. Но дети — дело другое, так что было довольно забавно смотреть, как только нежная, не повышавшая голос львица умело прибавляет в голос металла, чтобы совладать со своими отпрысками.

Отредактировано Пат (6 Июн 2017 15:28:05)

+2

62

За вечными хлопотами, которые то и дело создают дети, нет особого времени на себя. Акера привыкла к этому, но периодически хотелось чего-то большего. В такие редкие мгновения она могла насладиться уединением, которого так не хватало в душной пещере. В прайде Фаера на тот момент успели понести ещё две львицы. Правда, детёныши у них были значительно постарше, чем у Акеры с Фаером из последнего совместного помёта. Впрочем, это едва ли меняло положение матери.

- Дети быстро растут, - Акера улыбнулась, глядя на детёныше Пат.

В особенности свои собственные. Казалось, она недавно прижимала к брюху свой первый помёт, а видела, как уже третий поднимается на лапы и, резвясь, играется с сиблингами. Шин же, занявший почётное место первенца, давно вымахал в крепкого молодого льва. Кто бы мог подумать, что время пролетит так быстро?

Глядя на то, как Пат строго управляется с детьми, не давая им спуску, самка радовалась. Вырастив свой первый помёт, она знала, насколько тяжело управляться с детёнышами в одиночку, когда нет крепкой поддержки рядом. Дело не только в отсутствии самца, который оставил после себя потомство, а сам усвистел в неизведанном направлении, но и в друзьях или родне, которые так же могли оказать поддержку матери. Пат в понимании Акеры повезло. Она оказалась на территории прайда, где вскоре воспроизвела на свет своё первое потомство. Рядом с ней была львица, которая пришла вместе с ней в джунгли и всё это время поддерживала её, пока роженица восстанавливала силы. В прайде чувствовала поддержка. Никто и никогда не упрекал матерей, а они могли спокойно спать, зная, что за их детьми могут присмотреть другие львицы. В этом было преимущество жизни в прайде. Акера познала его, когда дети из её второго выводка уже появились на свет.

- Раньше думала, что дети вырастут и причин для беспокойства станет меньше, - львица легко улыбнулась уголком губ, наблюдая за чужими детьми. – Чем дети старше, тем серьёзнее проблемы.

Акера неосознанно подняла взгляд на горизонт. Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз видела свою старшую дочь. Родители не получили от Шантэ ни единой весточки, которая развеяла бы их опасения. Со старшим сыном дела обстояли проще – Шин находился на территории прайда и почти всегда оказывался на глазах у матери, лишая её причин для беспокойства.

- Как тебе жизнь в прайде? – она неожиданно сменила тему, чтобы как-то поддержать разговор с самкой. Насколько она помнила, Пат раньше была одиночкой. А дети и их отец… Акера не лезла в чужую жизнь с ненужными расспросами. Кто захочет, то расскажет о себе сам.

0

63

Пока львята принялись увлеченно карабкаться на камни, отпихивая друг друга в азарте и стремясь поскорее оказаться на самом высоком из них, Пат присела на траву, немного смущенно посматривая на Акеру. Впрочем, через пару минут освоилась: она все-таки уже вышла из того возраста, когда ее в буквальном смысле вгонял в краску любой пристальный взгляд.
Впрочем, это не оттого, что она недавно вновь стала королевой. Так уж случилось, что Пат застала все тонкости семейных отношений королевской пары... но, будучи стеснительной и робкой (а в ту пору, когда она пришла в прайд, она и взгляд-то поднять боялась лишний раз), не позволила себе сплетничать на эту тему; да и не интересовалась этим — куда больше ее волновало то, как ее саму встретят в прайде. Будущее казалось таинственным и пугающим, и только присутствие Брена, неизменно чем-то недовольного, ворчливого, давало ощущение какой-никакой стабильности.
Куда все это подевалось? И вспомнить-то смешно.
Словом, к Акере Пат как тогда, так и сейчас, относилась с симпатией. Как почти ко всем в прайде. Они не стали подругами, но, наверно, могли бы быть хорошими приятельницами — из тех, с кем приятно сходить на охоту или поболтать, пока детишки бегают и играют.
Вот как сейчас, например.
— Да, похоже, именно так, — согласилась львица, наблюдая за тем, как Шарра увлеченно спихивает брата в траву.
Впрочем, она не стала вмешиваться — она вообще почти никогда не вмешивалась ни в игры, ни в драки. Лишь когда они становились совсем уж серьезными, она позволяла себе окликнуть детей, призывая их к порядку. В остальном... разберутся сами. Следовало лишь следить за тем, чтобы Северин не обижал остальных — но сейчас его не было с ними.
Не удержав равновесие, Шарра шмякнулась в траву. Полукровка поморщилась, отводя взгляд. Всегда немного страшно смотреть на эти безудержные игрища. Так и хочется растащить их по углам, чтобы сидели себе тихонько, в безопасности, без царапин и ссадин. А вдруг кто-нибудь упадет, а вдруг поломает лапку или наступит на острый камень — вот эти вот все материнские заскоки, когда хочется обложить драгоценное дитятко ваткой и спрятать от всех проблем. К счастью, после первых нескольких месяцев львица смогла осознать, что ни к чему хорошему ее гиперопека не приведет, и не без труда, с помощью Мисавы, взяла себя в лапы и постепенно научилась давать львятам возможность набивать столько шишек, сколько им положено. Но все-таки это было трудно, чертовски трудно. Помедлив, пятнистая решительно повернулась к детям спиной, хотя одно ее ухо было повернуто назад, выдавая то, что она все равно следит за тем, где они находятся.
— Мне... — самка не ожидала вопроса и потому всерьез растерялась, — хорошо. Я привыкла. Спасибо.
Как ни странно, именно так она себя и ощущала. Привычно. Это было очень неплохо. По крайней мере, ей уже не хотелось уйти из логова и спрятаться где-нибудь в глубине леса, прихватив с собой детенышей. Пат чувствовала себя в безопасности — более или менее. Конечно, после того, как на земли прайда наведались сразу несколько чужаков, некоторое время львица даже в кустики бегала с опаской, будто еще два десятка пришельцев таились под каждым листом. Но и этот страх постепенно утих, особенно после того, как вернувшийся с охоты Яшма в подробностях рассказал ей о воинах прайда, которые догнали и хорошенько отделали нарушителей; рассказ шакала изобиловал кровавыми подробностями, явно выдуманными ради красного словца — откуда бы ему знать все это? он даже не был там. Тем не менее, рассказ успокоил львицу больше, чем что-либо другое. Хотя Яшма любил приукрашивать, он явно не лгал, а уж как он добыл эту информацию, не столь важно.
Помолчав несколько секунд, Пат заговорила снова.
— Мне здесь нравится. На холмах, — почти мечтательно проговорила она, — я выросла в саванне, и люблю открытые пространства. Раньше я жила в прайде Скара, — разоткровенничалась она; прежде она предпочитала не рассказывать об этом никому, да никто особо и не интересовался происхождением пятнистой, — мне пришлось уйти оттуда, когда... — она запнулась, неприязненно вздыбив загривок, но тут же продолжила говорить, — когда там стало слишком много гиен.

+1

64

Акера улыбнулась на ответ львицы. Пока Пат рано судить – она молодая мать, у неё первый выводок. Первые шишки набивают не только дети, но и их родители. Это уже со вторым и последующими выводками сюсюкаешься меньше, потому что успел пройти эту историю от начала и до конца в прошлом. Такова реальность любого родителя. В глазах Акеры Пат была молода, а все прелести подросткового периода детей с их надуманными трудностями, избытком чувством и максимализмом, который прёт из всех щелей, какими-то ещё детскими обидами, помноженными гормонами и многое-многое другое – ждут её впереди. Акера часть из этого успела на себе ощутить и с первым, и со вторым выводком. Третий ещё порадует её, когда подрастёт, а пока они милые и пушистые комочки, которые где-то  гуляют с отцом.
Как ни странно, Акера была за них спокойно. Несмотря на то, что их отношения с Фаером начались криво-косо и ей изначально пришлось растить их первый выводок самой,  в нынешнее время самец вполне справлялся со своими обязанностями отца. Разве что детей было слишком много, чтобы уследить за всеми – это немного тревожило львицу, но она надеялась на взрослость и сознательность северной няньки. Под его суровым и пристальным взглядом всё должно быть хорошо. Лишь бы дети друг с другом ладили и не боролись за внимание отца излишне рьяно. Акера время от времени побаивалась, что между её детьми и детьми Нимейли может разразиться самая настоящая конкуренция. Детям-то пока не объяснишь, что для отца они все равны и чхать ему, кто их мать.
Наблюдая за игрой детей с лёгкой улыбкой, Акера замечала, как львица старательно пытается не обращать внимания на излишне подвижные игры детей, которые неизменно приводят к травмам. Ничего страшного не происходит, но… попробуйте это вбить в голову любящей матери, которая пытается создать для своих чад идеальный мир, в который любая незначительная царапинка не вписывается.
- Я рада, что этот прайд стал для тебя домом. Надеюсь, что там будет и в дальнейшем, - Акера говорила искренне. Этот прайд создавался ради благополучия их семьи и львов, которые неизменно хотят спокойствия и рассчитывают на поддержку – ведь одному справиться со всеми тяготами жизни порой слишком тяжело, а самкам – терять своих детей из-за неспособности их защитить и выкормить – слишком горько и больно.
Акера слушала собеседницу, не перебивая. Ей казалось, что Пат была одиночкой, а подумать о жизни в прайде Скара… Львица бросила взгляд в ту сторону, где предположительно раскинулись земли, некогда принадлежавшие Муфасе.
- Я сама родилась в прайде, но… молодая и глупая решила, что жить одиночкой интереснее, - львица улыбнулась, но было что-то в этой улыбке лишнее – грусть по прошедшему времени, которое наполняли, как радостные воспоминания, так и горькие даже спустя годы. – Ради детей пришлось пересмотреть свои взгляды, - самка наблюдала за играющими детьми, невольно вспоминая свой погибший выводок, но, отогнав от себя скорбные мысли, вновь обратилась к спутнице: - Слышала, что гиены там – не единственная проблема. Возможно, оно к лучшему, что ты и твоя подруга перебрались к нам.

0

65

----→ Джунгли

Вот это день был сегодня! Что за день!
Утро началось с того, что они гуляли по джунглям, а теперь середина дня — и глядите-ка, строгая мама не загоняет их обратно в логово. Все радости жизни буквально сыпались к лапам львят, обрадованных и даже немного напуганных таким обилием новых впечатлений.
Шу чувствовал себя огромным. Буквально. Он и так был немаленьким, даже крупнее, чем бежавшие с ним бок о бок Брет и Шарра. Но голова его, переполненная мыслями обо всем этом, по ощущениям, стала раза в два толще и ощутимо гудела — как этакий маленький компьютер, переваривавший поступившую информацию.
Холмы понравились ему еще больше, чем лес. Нет, в джунглях тоже было неплохо. Много деревьев, влажные после дождя листочки, лужи, в которых можно было попрыгать и побрызгаться... Как всякий ребенок, Шу не боялся запачкаться, и да — он вволю напрыгался на одной из поляной, так что сейчас был чуть ли не по уши в грязных каплях, счастье еще, что они были не слишком заметны на его темной шкурке. Правда, после того, как компания прошла через участок, заросший довольно высокой, — только макушки львят торчали, — он все-таки стал почище.
Да и кого это волновало? Увидев, что Пат, наконец, остановилась, Шу немедленно нашел себе новую лужицу.
Некоторое время все они увлеченно играли. Сперва львенок прыгал в воде, разбрызгивая грязь (кажется, Шарре это не особо нравилось), затем, увидев, что остальные затеяли другую игру, он потянулся за ними, заинтересованно разглядывая шершавую, местами поросшую мхом поверхность камней. Самое то, чтобы карабкаться.
И они карабкались. Со смехом, до боли в лапах упрямо лезли и лезли на один, оказавшийся самым удобным валун — высокий, но при этом округлый. Пока хватало сил, львята таскали друг друга за хвосты и лапы, не давая залезть на самую верхушку. Шу, впрочем, и не стремился: участвовал больше ради самого участия. Он знал, что Шарра непременно постарается остаться в победителях, а если бы здесь был Северин, эти двое наверняка устроили бы шумную возню в попытках спихнуть соперника вниз.

Через какое-то время возня надоела львенку. Они все порядком утомились; Шарра, как и следовало ожидать, разлеглась на вершине одного из камней — впрочем, тут их хватало на всех, так что Брет сосредоточенно карабкался на соседний валун, должно быть, не желая отставать от сестры.
Шу стало скучно. Вернее, не так. Ему вообще редко бывало скучно, потому что в мире столько интересных вещей — закачаешься. Так что пока остальные львята на время угомонились, он без устали шнырял между камней, то тыкая лапой жука, то увлеченно раскапывая какую-то норку.
Постепенно, увлекшись преследованием выскочившего из травы грызуна, львенок отходил все дальше и дальше от беседующих Пат и Акеры. Это не особо его беспокоило: сейчас длиннохвостый зверек, передвигавшийся резвыми скачками, был куда важнее. Не почувствовал он и дрожи земли, предвещавшей о приближении небольшого стада, состоявшего из гну, десятка зебр и нескольких крупных буйволов. Животные были настроены мирно; тем не менее, лучше не соваться под ноги таким здоровякам.
А вот мыши такой расклад был очень даже полезен: мелкие звери отлично знают, что страшный зубастый лев, каким бы жутким он ни казался, наверняка уступит дорогу буйволу. Ну или будет охотиться на буйвола — это не так важно, главное, что мышиная шкурка будет спасена (если только ее случайно не расплющит буйволиная нога). Конечно, Шу был еще слишком мал для охоты на такое крупное животное, но мыши он казался сплошным клубком мышц и ярости, и она, убегая, даже не замечала того, насколько он мал. У него ведь хватит сил вышибить из нее дух одним только ударом лапы.
Львенок тоже это понимал. Мисава еще не учила его охотиться, хотя на днях обещала показать, как это делается. И говорила, что будет приносить детенышам маленьких зверей и детенышей антилоп, чтобы они могли поучиться делать это самостоятельно.
Так что, если он сейчас поймает эту мышку, будет, чем похвастаться перед остальными! Шу так увлекся, что не услышал ни предостерегающего воя шакала, ни последовавшего за ним оклика Пат — сперва гневного, а затем испуганного. Так и не замедлив ходу, в самый последний миг обнаружив что-то неладное, львенок влетел в стадо, мигом затерявшись среди здоровенных ног.
Но мышь он настиг! Когда мелкая зверушка уже было почуяла свободу, рыжий исхитрился поддеть ее когтями, подбросив в воздух, и в следующий миг приземлился на нее, придавив уже сразу двумя передними лапами. Быстрее молнии он укусил ее за шею и голову, не слишком задумываясь, что делает, но действуя инстинктивно правильно: мама может гордиться.
Только теперь, когда над головой будто бы раскаты грома раздались, Шу запоздало понял, что убежал слишком далеко. Стадо заметило его присутствие, и теперь животные были одновременно испуганы и рассержены — если гну и зебры предпочитали уйти прочь и не связываться с львенком, за которым наверняка наблюдает мать, то буйволы придерживались иного мнения. Пусть не убить, но его следовало прогнать, и львенок, вскинувший голову, чтобы оглядеться, обнаружил себя в паре метров от длинных покачивавшихся рогов, приближавшихся к нему явно не для того, чтобы похвалить за успешную первую охоту.
Стиснув от ужаса челюсти (мышиная кровь так и брызнула во все стороны), рыжий пулей метнулся прочь по склону холма. Вслед ему неслись топот, мычание и разъяренный рев; он не помнил себя от страха, путался в собственных лапах и лишь чудом умудрился не упасть, перепрыгивая тонюсенький ручеек в низине. Первым порывом было спрятаться в кустарнике, росшем тут же, но заслышав за спиной хруст веток, Шу, не останавливаясь, бросился дальше, скрываясь в высокой траве.
На самом деле стадо почти сразу же прекратило преследование. Лишь один самый старый буйвол пробежал за львенком метров тридцать или около того. Именно он создал столько шума, напугав Шу до полусмерти; но стоило только хищнику скрыться из виду, как зверь остановился и, покачав увенчанной тяжелыми кривыми рогами головой, пошел в обратном направлении, безжалостно истоптав русло ручья и оставив после себя белеющий свежими изломами кустарник.
Помахивая головой, он остановился на гребне холма, пристально и недоброжелательно наблюдая за львицами и будто предупреждая их, что любое движение в сторону стада будет истолковано весьма однозначно.

Львенок же бежал, не чуя под собой лап. Какое-то время он просто не мог заставить себя остановиться, чувствуя за собой злобное пыхтение буйвола; когда же, наконец, он обессилел, то, остановившись, даже не смог удержаться на лапах. Небольшая заболоченная балка в низине, в которой он и обнаружил себя, едва ли была лучше, чем компания буйвола. Если сперва влага приятно охладила тело Шу, то затем, поднявшись и сделав несколько шагов, обнаружил, что почти не может поднять лап, завязших в густой грязи.
Это испугало его еще больше. К счастью, он не успел зайти далеко, и после нескольких попыток отвоевал у трясины и лапы, и перепачканный хвост — впрочем, к этому моменту почти весь львенок был перемазан густой темной грязью.
Выбравшись на более-менее открытое место, он осмотрелся, стараясь не поддаваться панике, и только теперь обнаружил, что до сих пор сжимает в пасти дохлую мышь. Она тоже была в грязи; Шу выплюнул ее с отвращением. Он и думать не мог о еде — все его мысли были о том, чтобы поскорее вернуться обратно. Пат, наверно, очень недовольна, а уж мама...
Мама будет в ярости.
Не то, чтобы львенок боялся материнского гнева, но энтузиазма ему это не прибавило. К тому же, он до полусмерти устал, так что брел едва-едва, почти склонив морду к земле и не разбирая толком, куда именно идет.

----→ Большой баобаб

0

66

Львица охотно кивнула: ей тоже хотелось остаться в прайде как можно дольше. Возможно, на всю оставшуюся жизнь, какой бы она ни была.
Хотя, сказать по правде, так далеко полукровка никогда не заглядывала. Жила сегодняшним днем. А что еще остается, если у тебя львята, которые требуют твоего ежеминутного присутствия рядом? Впрочем, нет, сейчас ситуация уже изменилась: дети росли, становились самостоятельнее. Это одновременно было и легче, и сложнее. Если бы не помощь Яшмы, пятнистая бы с ног сбилась ловить их по лесу и по холмам.
К счастью, прямо сейчас львят увлекли камни. В принципе, Пат их понимала. В их возрасте она тоже любила полазить и попрыгать везде, где только можно. Сказать по правде, она бы и сейчас не отказалась. Но вроде как несолидно одновременно беседовать с королевой и прыгать по камням.
Нет; для этого время будет чуть позже. Может быть, она еще и поохотится. Детям полезно будет посмотреть на то, как это делается. Хотя они еще малы для того, чтобы помочь ей в этом, ждать этого момента с каждым днем все меньше. Уже скоро малыши, — впрочем, нет, уже вряд ли стоит называть их малышами, — будут способны спугнуть стадо, и после небольшого обучения, — грамотно направить его в нужную сторону. Потом можно будет приносить им мелких зверьков, вроде даманов, или даже газелей. У Пат не было матери, которая бы поступала подобным образом, и самостоятельно охотиться она начала довольно поздно. Хотя отношения с другими львицами в прайде Муфасы были неплохими, их вряд ли можно было назвать дружескими, и в этом была немалая заслуга самой львицы: в детстве она была чересчур застенчивой и, к тому же, изрядно переживала из-за своей пятнистой шкурки. Не сразу она смогла преодолеть страх и присоединиться к другим самкам на охоте. Быть непохожей на других трудно... но с недавних пор она заметила, что это ее больше не беспокоит.
Может быть, она наконец повзрослела.
— Не знаю, — улыбнувшись, призналась она, — мне хватило и гиен, остальных проблем я ждать не стала. Впрочем, засуха появилась еще до их прихода. Здесь ее почти не было заметно, но земли прайда Скара почти лишились и растений, и добычи. Я даже ловила рыбу, потому что не могла добыть ничего другого.
Она вновь улыбнулась, но на сей раз легкий оттенок печали был в том, как она склоняла голову, прижимая уши и отводя их назад. Именно тогда она и встретила Брена — и это событие изменило ее жизнь до неузнаваемости. Порой львица все же немного тосковала о нем — каким бы он ни был, она успела искренне к нему привязаться, и тот факт, что ей в конце концов пришлось прогнать его от себя, не мог ничего в этом изменить.
Но именно Брен привел ее в прайд Фаера, где она теперь и жила.
Она мельком глянула на детей, убеждаясь, что они в безопаности, и уже почти начала говорить новую фразу, что-то о том, каково ей после пустых равнин прайда Скара было оказаться на плодородных холмах с полноводной рекой и множеством животных. Мимо камней как раз неторопливо шествовало стадо, но, окинув его рассеянным взглядом, самка решила, что ей стоит поохотиться на кого-нибудь другого: несколько крупных буйволов, сопровождавших зебр и антилоп, были опасными противниками. Для мелкой полукровки даже зебра подчас была недоступной добычей, и она предпочитала скрадывать газелей и бородавочников, благо и тех, и других на опушке леса было предостаточно.
Что-то в картине стада показалось ей неправильным — возможно, мелкий рыжий клубок, мчавшийся в ту сторону. Но прежде, чем полукровка осознала это, дико взвыл Яшма. Должно быть, он отвлекся, не сразу заметив маневров Шу.
— Вернись! — рыкнула львица, на миг перекрыв все звуки — и топот вспугнутого стада, мычание животных; спустя пару секунд она закричала снова, в ужасе от того, что львенок скрылся из виду, загороженный массивной тушей буйвола, — вернись!
Остальные львята прервали игру, застыв подле матери. Мимолетного взгляда хватило, чтобы Пат поняла — первое впечатление оказалось ошибочным. Сперва она решила, что это Шарра бросилась к стаду; это было вполне в ее характере. Но нет, рыжая львенка была рядом, и казалась испуганной, зато нигде не было Шу.
Ох, Шу! Один из двух львят Мисавы, которого Пат считала и своим сыном тоже. Как так могло случиться, что он отошел далеко от матери?
Стадо тем временем пришло в движение; буйволы разъяренно мычали, и первый порыв броситься в самую гущу стада полукровка подавила. Если Шу там, она вряд ли сможет помочь ему: они погибнут оба. Пятнистая более проворна, чем чистокровные львы, но это не спасет ее от удара копытом или острым рогом, и хотя сердце львицы отчаянно рвалось туда, где был ее ребенок, она удержала себя на месте.
У нее были еще двое — и ради них она, почти рыдая, оставалась в стороне.
Животные успокоились быстро. Покружились немного на месте и, фыркая, порысили прочь, не без основания боязливо косясь на полукровку, которая, завидев это, поднялась, скаля клыки. В слепой ярости травоядные способны растоптать даже себе подобных, но сейчас, когда злость отступила, они опасались львиных когтей.
Самка рыкнула с каким-то садистским удовольствием, довольная тем, что стадо ускорило шаг. Едва дождавшись момента, когда они отошли дальше, чем на пару десятков метров, она стремглав бросилась на вытоптанный пятачок. Звала, мяукала и рычала, принюхиваясь к траве в поисках сына; теперь по морде самки уже ручьем текли слезы, но она не замечала их, только порой досадливо смахивала лапами, и продолжала искать.

офф:

пардон, что внезапно втянула в хоррор) поищем-поищем и не найдем ничего, кроме пары стертых следов, из которых заключим, что он жив, просто потерялся.

+1

67

В последние пару лет Акера настолько углубилась в общение с семьёй, что практически успела растерять все навыки ведения диалогов с другими львицами. Занимая ответственный пост в прайде, она должна была руководить и направлять, но координировать и отдавать приказы с просьбами значительно проще, чем заводить разговоры на отвлечённые темы и при этом стараться не показаться скучным собеседником. Она почти забыла, когда в последний раз в спокойной обстановке говорила с кем-то, отбросив в сторону новое положение. Это было ещё до того, как она вновь оказалась в прайде, в первый месяц рождения её первого выводка с Фаером. Подруга-гиена, кто бы мог подумать, но в те времена Акера не видела разницы. Впрочем, даже сейчас она бы с радостью пообщалась с Шани, вспоминая былое время, но всё это оказалось в прошлом. Кажется, настолько далёком, что вернуть его уже невозможно.
Она вспоминала всё заново вместе с Пат. Мягкая львица с покладистым характером подходила на эту роль как никто другой. Возможно, при желании и должном старании они смогли подружиться. Дети и охота – не единственные темы для разговоров у двух довольно молодых самок. Ладно, Акера уже не настолько молода, но ещё не успела заматереть и ссыпать с шерсти песок с клочками седой шерсти.
- Полезный навык, - Акера улыбнулась. Сама она никогда не пыталась поймать рыбу. В том не было никакой надобности. Да и водоёмов, которые были бы полны рыбы и при этом не грозили ей возможностью самой стать добычей для тех же крокодилов – поблизости не было. Самка полагалась на старую добрую охоту, хотя и там успевала остаться ни с чем. Айхею не всегда благоволил одиночке-охотнице.
Разговор прервал посторонний шум. Обернувшись, львица присмотрелась к стаду, беспокойно мечущемуся на месте. Что произошло? Сейчас никто не охотился. По крайней мере, не в этом месте – точно. Что могло так вспугнуть стадо? Чужак? Акера бы не удивилась вторжению после истории с похищением Хазиры, но по реакции Пат поняла, в чём дело. Ситуация была ещё серьёзнее, чем показалась на первый взгляд. Взбешённое стадо представляет угрозу для взрослого льва, что говорить о детёнышах.
Любая мать, которой дорога жизнь её ребёнка, ринулась бы за ним в самое пекло. Стоять и наблюдать – Акера не смогла бы. В особенности после того, как сама в прошлом лишилась практически всех детёнышей из первого своего помёта. Она понимала, что может сама пострадать, если прямо сейчас ринется в гущу событий, пытаясь спасти детёныша, но оставаться в стороне невозможно. Она должна сделать хоть что-то.
- Стойте здесь, - быстро бросив реплику Пат и её детям, которые ещё оставались при ней, самка быстро направилась к стаду.
Поддавшись эмоциям, она могла бы влететь в самое сердце стада, пытаясь найти в поднявшемся столбе пыли и земли испуганного детёныша, если он ещё жив, но это бессмысленно, пока травоядные бьют копытами, стараясь защитить себя от надуманного врага.
- УСПОКОИЛИСЬ ВСЕ! – рявкнула львица. Конечно, сейчас никто из стада, включая вожака, могли не услышать её, а то и ответить на попытку хищника вмешаться копытом прямо в лоб. Навряд ли бы кто-то в панике признал в ней королеву прайда и послушно бы и виновато угомонился, чтобы выслушать её, но стоило попытаться.
Стадо постепенно успокоилось, но виной тому не речи Акеры, которая пыталась их остепенить, а то, что причина их паники исчезла. Львица не заметила этого сразу, только когда стадо порысило от них, не желая наживать себе проблем и становиться жертвой для разъярённых львиц. Гиена их раздери, они ведь испугались детёныша и могли убить его копытами.
- Малыш? – не зная, кого именно ищет, львица позвала детёныша, высматривая его в опускающемся столпе пыли. Стадо ушло, открывая львицам обзор на место происшествия, но Акера не видела детёныша. Это вселяло надежду на то, что он смог спастись и не угодил под копыта травоядных, но где сейчас этот напуганный детёныш? Куда он побежал? Озираясь в поисках львёнка, Кира не видела никого. – Куда он мог побежать?
Куда угодно. Это ребёнок. Напуганный до смерти ребёнок.
Грозный вид вожака стада нисколько не пугал львицу, но связываться с ним она не собиралась. Сейчас они должны найти детёныша, уповая на то, что ему не встретится на пути никто серьёзнее разъярённого стада буйволов. Если никто из них не догнал его и не довершил начатое.

0

68

Дети, конечно, заметили неладное. Вообще трудно не заметить, когда мать, вопя и выкликая одного из твоих сверстников, вдруг целеустремленно чешет едва ли не под копыта взволнованному стаду. К счастью, Шарра и Брет все же не стали помогать матери в поисках и тем самым не создали ей новых проблем. Оглядываясь, чтобы проверить, где они, полукровка видела их, прижавшихся к земле. Может быть, они еще не поняли в точности, что именно произошло, но видели реакцию старших, слышали крики, и все происходящее, должно быть, изрядно их напугало...
Акера постаралась успокоить мечущихся животных, но те слушались плохо. Точнее говоря, не слушались вовсе, и угомонились далеко не сразу — то ли не признали в ней королеву, то ли страх и гнев были сильнее логики.
Но к тому моменту, как стадо отошло довольно далеко, Пат не смогла найти даже следов Шу, настолько все было истоптано. Надежду ей внушало лишь то, что ни его раздавленного тельца, ни даже клочка шерсти она тоже не смогла отыскать. Может быть, он жив, просто убежал подальше в ужасе...
— Куда он мог побежать? — вполголоса вопросила Акера.
Она присоединилась к поискам, и за это полукровка была ей благодарна. Она молча качнула мордой в ответ. Куда? Да куда угодно. Холмы лишь издалека кажутся гладкими и поросшими травой; на самом же деле здесь полно укромных уголков, кустарников, балок, расщелин, ложбин... Для хищника это было удобно; к тому же, в низинах часто можно было отыскать ручей или лужицу дождевой воды. Но теперь, когда двум самкам предстояло отыскать львенка, еще не достигшего годовалого возраста, обилие укрытий совершенно не радовало. Что, если он испуган и просто боится выйти? Они могут часами ходить вокруг да около, так и не отыскав его...
Яшма шнырял поблизости, вынюхивая, но его после недолгих раздумий пятнистая отослала следить за детьми. Она была зла на шакала, и в то же самое время понимала, что его вины в случившемся нет. Нельзя перекладывать ответственность за случившееся на зверя, который даже родственником им не приходится. Так, приглядывает по мере возможности. Вместе с тем Пат злилась и на саму себя: прохлопала ушами, увлеклась разговором, знала ведь, какими неусидчивыми и быстрыми в этом возрасте могут быть дети. Что-то скажет Мисава... ее реакцию даже представить было страшно.
Наверно, она будет в ярости. Но как всегда — будто матерая жалела полукровку, во всяком случае, ворчала на нее она куда реже, чем на остальных, — вряд ли станет высказывать свое возмущение вслух. А это еще страшнее, уж лучше бы поорала всласть, что ли...
Львица склонилась над землей, углядев клочок коричневой шерсти, но, принюхавшись, поняла, что запах принадлежит травоядному. Она озабоченно покосилась на небо. Вечер все ближе, резкие порывы ветра то и дело трепали львиную шерсть, а небо закрыли тучи — пока еще легкие, но темнеющие и набухающие с каждой минутой. Вдалеке, над рекой, кажется, уже шел дождь, и если Шу двинулся в том направлении, то его следы быстро размоет.
Пат попыталась припомнить, что рассказывала детям. Уж совершенно точно не о том, как ориентироваться среди холмов. До сих пор они выходили гулять лишь в джунгли, к тому же, она почти никогда не спускала с них глаз. И вот, пожалуйста — первый же поход на равнины обернулся бедой.
— Только бы он был жив, — себе под нос тоскливо протянула пятнистая, мерно перебирая лапами. Она бродила по чуть вытянутому кругу, взяв за центр пятачок, в котором ранее было стадо, и каждый новый круг был чуть шире предыдущего. Ветер то и дело заставлял ее жмуриться, но единственный запах Шу, который она уловила, исходил лишь от камней. Немного его было на траве в месте поисков, но дальше след, затоптанный животными, быстро терялся, и как полукровка ни старалась, не могла отыскать его снова, и даже не могла определить направление, в котором убежал львенок.
---→ Пещера за водопадом

Отредактировано Пат (21 Сен 2017 10:34:16)

+1

69

----→ Джунгли

Как здесь все-таки здорово.
За время пути через холмы Шарра успела немного переварить съеденное, и задвигалась более бодро, чем раньше. На ходу львята толкались боками, а иногда и затевали шуточную возню — на пару секунд, потому что потом приходилось прерываться и догонять уходящую мать. Та не баловала их излишней опекой: если прежде, когда они были поменьше, ни секунды не проходило, чтобы пятнистая пристально не взглянула в сторону играющих малышей, то теперь, когда они все повзрослели и вытянулись, им предоставлялось куда больше свободы. Можно было даже затеряться в траве! Но ненадолго: хоть Шарру и тянуло туда, словно магнитом, она не хотела расстраивать мать. А в компании Мисавы и думать нечего было о том, чтобы шалить подобным образом — в отличие от пятнистой, матерая наводила порядки быстро, с помощью своей тяжелой лапы. Впрочем, без дела никогда никого не шлепала, так что обижаться было нечего; к тому же, на своих и чужих их не разделяли, так что если Шарре прилетало так же часто, как и Северину, это были лишь ее заслуги.
Сейчас, правда, Северина с ними не было. Судя по тому, что краем уха услышала львенка от Яшмы, докладывавшего своей хозяйке об обстановке в саванне, ему повезло по-настоящему: мать взяла его с собой на охоту.
— Вот бы и мне так! — разнылась было Шарра, но быстро осеклась, потому что перед ними открылось огромное пространство, поросшее уже изрядно вытоптанной, но все еще зеленой травой.
По правую сторону возвышались камни, к которым, собственно, они и шли. Внизу, под холмом, паслось здоровенное стадо, состоявшее из различных животных, названия которым Шарра пока что не знала — и немедленно принялась выпытывать их у Яшмы.
Правда, все равно толком ничего не запомнила. Оказавшись в непосредственной близости от камней, самочка занялась тем, чем и должен заняться любой уважающий себя львенок, оказавшись на свободе. Бегом, прыжками и лазаньем. Вслед за ней потянулся и Брет; Шу ненадолго отстал, увлеченный возней в луже.
Но лужу можно и у пещеры отыскать, а вот таких камней... нет, по стенам в ущелье, где расположено их логово, тоже можно здорово полазить, но пока что Пат не отпускала их туда, а камни — вот они, округлые, гладкие при взгляде издалека и приятно шершавые вблизи. Кое-где они поросли мхом, а здесь из трещины пророс какой-то прутик с парой листочков...
Некоторое время они все увлеченно возились, прыгая по камням и спихивая друг друга вниз. В конце концов к ним присоединился и Шу; все это действо длилось до тех пор, пока все львята окончательно не выбились из сил — вот уже который раз за этот длинный день. Шарра возбужденно помахивала хвостом, поглядывая на стадо с хозяйским видом, будто уже выбирала себе добычу.
Она закрыла глаза всего на минуточку. Может быть, на две. Во всяком случае, тот момент, когда Шу вдруг решил подойти к стаду поближе, она еще успела увидеть, а дальнейшее благополучно проспала, подхватившись лишь тогда, когда животные загомонили в панике.
Сперва, проснувшись, Шарра решила, что ее мать решила поохотиться. На это было похоже: стадо явно испугалось, а Пат мчалась к ним, явно торопясь. Львенка села и приободрилась: похоже, что ей все-таки предстояло увидеть охоту.
Но все повернулось совсем не так. Уже спрыгнув, чтобы подойти поближе — исключительно с благородными целями разглядеть все в лучшем виде, — самочка наткнулась на преградившего ей путь Яшму; тот скалил клыки, шкура его стояла дыбом, и хотя Шарра уже успела перерасти свою няньку, она в кои-то веки не решилась ему перечить. Она не шевельнулась даже тогда, она шакал вновь убежал, легкой тенью шныряя почти под самыми копытами стада.
Что-то случилось, что-то из ряда вон выходящее. Львице быстро стало понятно, что к охоте происходящее не имеет ни малейшего отношения, и отсутствие Шу лишь подтверждало это. Сложив два и два, она не слишком взволновалась — но лишь потому, что не представляла, каковы из себя вблизи все эти крупные травоядные. Беспокойство шевельнулось в ней лишь тогда, когда подбежавшая на место действия Пат неожиданно оказалась чуть ли не втрое меньше проскакавшей мимо нее зебры. Какой же тогда она покажется по сравнению с Шаррой?.. А ведь буйволы еще крупнее!
— С Шу все будет в порядке? — шепотом уточнила львица неизвестно у кого; Брет знал не больше, чем она, а больше никого рядом не было: взрослые рыскали по низине, принюхиваясь и то и дело принимаясь звать.

+1

70

Ничего. Ни намёка на след. Акера обходила территорию снова и снова, но не видела ничего, что могло бы намекнуть на направление, которое взял испуганный детёныш. Пытаться представить, куда он мог побежать и где спрятаться, - всё равно, что искать иголку в стоге сена. Поиски могли затянуться до ночи, а искать в  сумерках, когда небо сгущается и грозится вот-вот разрядиться дождём… Они напрасно теряли время.

- Фрода! – львица окликнула фамильяра.

Венценосная орлица откликнулась на её зов и, получив распоряжение от королевы, вновь поднялась в воздух – она тоже подключилась к поискам. На двух крыльях и при наличии зоркого глаза ей будет значительно проще и быстрее отыскать львёнка, если он не забился в какую-то щель, яму или не прячется под кустом, где даже орлиный взгляд не помощник.

- Нужно вернуться в логово, отвести детей, а затем сообщить матери детёныша и вернуться с другими львами и львицами из прайда. Так у на сбудет больше шансов отыскать его. Фрода пока продолжит просматривать местность с воздуха. Если он высунется, то она приведёт его к нам.

Такое решение казалось Акере максимально правильным. Бродить вдвоём по такой большой территории – бессмысленно. Им нужен больший обхват, больше львов и при этом потратить как можно меньше времени на поиски, потому что оно – не на их стороне. Оставлять других детёнышей без присмотра – неразумно. С ними тоже может что-то случиться. Они ещё маленькие, чтобы тихо сидеть в сторонке и наблюдать за взрослыми, не влипая в приключения. Сообщить матери… Очевидно, что она должна об этом знать. Мать лучше знает запах своего детёныша, а оставлять её в неведении, что бы ни случилось с её сыном, неправильно по многим причинам.

- Пойдёмте, - Акера решительно направилась в сторону логова. Конечно, Пат могла остаться здесь и продолжить поиски, но навряд ли бы её дети пошли за королевой и были бы спокойны, находясь под опекой чужой тётки. Прайда – прайдом, но опека матери и опека львицы, которую они видели мельком, но не знали лично, мало кому понравится. Посылать вперёд Пат с детьми – тоже плохой вариант. Нужно поднимать сопрайдовцев, а на глас пятнистой могут отозваться с меньшей охотой, чем всех пнёт сама Акера.

Как ни странно, но Кира не думала о том, что скажет Мисаве о её детёныше. Она не пыталась подобрать слова, чтобы говорить максимально деликатно, одобряюще и прочее-прочее в стиле добросердечной и оптимистично смотрящей на мир львицы. Нет. Это ей совершенно не нужно. Мисава достаточно прямолинейная львица, которая сможет воспринять новость так, как есть, а подбор слов – лишняя трата времени. Лучше они потратят его на поиски.

--- Пещера за водопадом

0

71

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"38","avatar":"/user/avatars/user38.png","name":"Mephi-san"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user38.png Mephi-san

Что-то странное творится на востоке: небо над видимой частью вулкана Килиманджаро затянуто странными, темно-фиолетовыми облаками, отдаленно напоминающими грозовые тучи. Создается впечатление, будто огромная гора ожила и начала чадить дымом. Слышен едва различимый, мерный гул, а также рокот мелькающих в облаках раскатов голубоватых молний — зрелище, безусловно, очень красивое и завораживающее, моментально привлекающее к себе внимание. Вода в реках, лужах и озерах ведет себя странно: на ее поверхности заметна мелкая, волнующаяся рябь, будто от легкого порыва ветра или слабого трясения почвы.

0

72

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"3","avatar":"/user/avatars/user3.jpg","name":"SickRogue"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user3.jpg SickRogue

На востоке вспыхивает ослепительное багряное зарево, отчего в саванне на несколько мгновений становится светло как днем. Спустя считанные мгновения земля содрогается, как перепуганная зебра, вода во всех водоёмах начинает ходить ходуном, а с возвышений скатываются камни — как мелкие, так и покрупнее. Поначалу все это происходит в жуткой тишине, но затем с запада доносится дикий, оглушительный грохот, настолько громкий, что он заглушает все и вся. Постепенно интенсивность этого звука начинает затихать, но его отдельные раскаты, глухие и зловещие, время от времени по-прежнему долетают до ушей местных обитателей. Стихает и дрожь земли. Обвалы прекращаются, а, со временем, проходит и волнение на воде. Небо в восточной его части заволакивает странными, зловещими тучами, сквозь которое по-прежнему пробивается странное и жуткое зарево — а снизу их озаряют красные огненные всполохи. Кажется, подножье Килиманджаро, а также все его окрестности, охвачены страшным пожаром.

0

73

Пещера за водопадом

Она вместе с гвардейцами прайда и матерью потерянного львёнка оказалась на месте, где они потеряли Шу, когда мир на горизонте начал меняться до неузнаваемости. Акера остановилась и задрала голову, смотря на него. Хвост нервно подёргивался. Близилась беда, и она это чувствовала. Неизвестная, новая, но смертельно опасная для всех них, если ничего не предпринять. Яркая вспышка прорезает тёмное ночное небо, но им в их поисках не прибавляется пользы от света. Зарево вновь медленно стухает, концентрируясь алым очагом в одном конкретном месте. Земля стонет, содрогается под лапами, а небо на Килиманджаро угрожающе сгущается.

- Ищите детёныша, и будь осторожны, - обращается она ко всем, когда оцепенение и любопытство начинают медленно спадать. Им нужно найти детёныша как можно быстрее. Если то, что происходит сейчас на Килиманджаро, ощущалось на холмах, то в других землях, ближе к нему, должно быть ещё хуже. Камни уже падают с высоты и ударяются о землю, разбрасывая сколы. Под любой из них может угодить напуганный львёнок, если не встретит угрозу хуже этой.

Обнюхав следы, гвардейцы не находили нужного. Послав некоторых исследовать местность в разных направлениях и на границе с прайдом Скара, Акера сама пошла в том направлении, куда улетел её фамильяр. Фроды нигде не было видно. Возможно, именно сейчас она находится где-то с детёнышем или сама попала под летящие с возвышений камни и нуждается в помощи. Львица не знала, что могло задержать орлицу, и почему она всё ещё не вернулась. Самка то и дело посматривала в небо, но не видела там парящей спутницы. Что-то должно было заставить её спуститься и прекратить поиски. Ночь могла стать для неё помеха, даже для острого орлиного взора, но что если проблема в другом? В чём-то более серьёзном? Стоило перепроверить всё, прежде чем случится что-то действительно непоправимое.

/персонаж отправился на поиски фамильяра и с этих пор считается пропавшим без вести/

0

74

---→ Пещера за водопадом

Пока шли поиски, матерая держала себя в лапах. Но теперь, когда стало ясно, что ни малейшего намека на то, где может быть Шу, и жив ли он вообще, нет, самка начала отставать от возвращающегося в логово отряда. Она все замедляла и замедляла шаг, пока, наконец, львы не скрылись из виду за ближайшим холмом.
Нет, это, конечно, был не первый львенок, которого она теряла. Почти в каждом ее помете находились один или двое, кто не переживал первые несколько месяцев своего существования. Так всегда бывает, такова уж жизнь. Хотя обычно это происходило куда раньше — в том возрасте, когда детеныши только-только познают мир. Они либо слишком слабы, либо больны... Матерую огорчал их уход, но она понимала, что это неизбежно, так же, как неизбежен круг жизни.
Но Шу… Их двоих, Шу и Сева, матерая особенно выделяла: они, возможно, были последними львятами, которым она дала жизнь. Она все-таки не молодела… Хотя Мисава чувствовала себя вполне сносно, самостоятельно охотилась, а ее зубы все еще не покинули пасть, оставаясь там же, где им положено быть, обманывать себя было нельзя: она старела. Полежать за себя, конечно, самка еще могла, но сможет ли она родить еще хоть раз?
И если сможет — разве сможет другой детеныш заменить кого-то из них?
Странно, что Акера не пошла с ними — должно быть, она решила вести собственные поиски, тем более, что в помощниках у нее была здоровенная птица. Мисава ничем подобным похвастать не могла. Амонетх хорошо чуяла запахи, но расстояние, на котором она могла это делать, было невелико — от львиного носа толку больше. Да и передвигаться так же быстро, как крупная кошка, змея не могла.
Поисковый отряд направился обратно к логову, но матерая осталась сидеть на вершине холма, изъеденной ветром и временем, уныло разглядывая пейзаж перед собой. Она неприязненно косилась в сторону вулкана — нынче ночью там было неспокойно. Хотя кое-кто из львов даже запаниковал, когда земля затряслась, а на небе вспыхнуло зловещее зарево, спокойствие королевы вскоре передалось всем. Бурая же будто и не заметила всего этого — хотя, конечно, это было не так. Просто сейчас она была сосредоточена на иной задаче; к тому же, расстояние, отделявшее ее от вулкана, было слишком велико, чтобы он мог чем-то повредить прайду. Однако же с гребня холма несколько камешков все же скатились, хотя и не навредили никому.
Куда хуже было стадо перепуганных буйволов, промчавшееся стороной и, к счастью, не заметившее львицу, одиноко сидящую неподалеку. Уж им-то в голову вполне могло прийти, что во всех их бедах виновата именно она, Мисава, просто потому, что оказалась подозрительно близко.
Постепенно все затихало, хотя вулкан продолжал гомонить, нарушая ночную тишину зловещим свечением и грохотом вырывавшейся из него раскаленной породы. Поднявшись, матерая вновь побрела на то место, что указала ей Акера. Хотя по нему уже не однажды прошлись поисковые группы, Мисава хотела проверить все еще раз, самостоятельно.
Поиски затянулись. Матерая ходила по расширяющейся спирали, медленно, вдумчиво, опустив морду к земле и стараясь уловить малейшие следы запахов.
Довольно быстро она почувствовала, что вот-вот свалится с лап, но тонкий, почти неуловимый след заставил ее воспрянуть духом и резво почесать в сторону границ.
Шу был жив и собственными ногами ушел от стада — в этом львица убедилась после поисков, занявших почти всю ночь.
Но куда?.. Мисава добралась почти до самого баобаба, высившегося по эту сторону реки; она чуть было не пересекла границы с прайдом Скара, но удушливый гиений душок предупредил ее о появлении падальщиков.
Она не любила их с той самой поры, как несколько из них убили ее детенышей и чуть было не отправили к праотцам ее саму. Верхняя губа хищницы сама собой вздернулась в грозном оскале, но биться сразу с несколькими гиенами она не решилась, а потому отступила кустами, двигаясь скрытно до тех пор, пока запах не ослабел.
Итак, Шу мог быть где угодно — хотя матерая, конечно, надеялась, что он не пошел в ту же сторону, что и она. Территория прайда была велика и граничила, кроме прайда Скара, с другими землями, плодородными и не очень. Ее сын мог быть где угодно на этих землях — хотя Мисава и осознавала, что просто отчаянно хочет в это верить. Это было куда лучше, чем оплакивать его. Самка отказывалась верить в его смерть — если только собственными глазами не увидит его мертвое тело.
Может быть, ей все же удалось бы разыскать хоть какой-то намек на направление, но начавшийся дождь благополучно смыл все следы. Ливень начался внезапно — вроде бы, днем ничто не намекало на столь резкую смену погоды, однако уже к середине ночи над холмами раскинулись тяжелые тучи, роняя холодные капли. Матерая поежилась, ускоряя шаг, и мысленно простилась с Шу — не навсегда, а так, как прощаются с тем, кто уходит в вольную жизнь. Так, как в свое время она простилась с Ишей — и теперь хотела верить, что и ее выросший сын когда-нибудь вернется, чтобы рассказать старухе-матери о землях, где он побывал.
Хотя она все равно знала, что будет обходить границы. Может быть, не каждый день, но регулярно... надеясь хоть когда-нибудь учуять знакомый до боли запах.
-----→ Джунгли

+2


Вы здесь » Король Лев. Начало » Предгорья » Пять камней