Страница загружается...
X

АААААА!!! ПРОГОЛОСУЙ ЗА НАААААС!!!!

И не забывай, что, голосуя, ты можешь получить баллы!

Король Лев. Начало

Объявление




Представляем вниманию гостей действующий на форуме Аукцион персонажей!

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов Волшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Непроходимые Дебри » Непролазные джунгли


Непролазные джунгли

Сообщений 31 страница 55 из 55

1

http://sf.uploads.ru/4cRmi.png

Огромный лесной массив занимает огромные территории к востоку от земель прайдов. Деревья здесь достигают поистине колоссальных размеров, их тугие ветви сплетаются друг с другом, образуя своеобразный зеленый купол, под которым царят приятные сумрак и прохлада. Здесь очень легко заблудиться и еще проще лишиться жизни, причем не только от когтей местных хищников, но и от укусов насекомых и даже от простого соприкосновения с незнакомыми экзотическими растениями.


1. Любой персонаж, пришедший в данную локацию, получает бонус "+2" к поиску целебных трав.

2. Доступные травы для поиска: Базилик, Валерьяна, Забродившие фрукты, Кофейные зерна, Маи-Шаса, Костерост, Адиантум, Сердецей, Паслён, Мелисса, Мята, Манго (требуется бросок кубика).

0

31

---------------------------Мерцающее озеро
Леопардица мягко толкала своё тело вперёд, прыжок за прыжком; под тёмной шкурой, пестрящей от временами прорывающихся сквозь ветви деревьев лучиков солнца, мерно перекатывались упругие мышцы. Короткий пушистый хвостик Эстер мелькал впереди, в нескольких шагах: он подскакивал в такт широким кроличьим прыжкам, и от этого зрелища в глазах слегка рябило, но ни на чём другом Тари не могла сконцентрировать внимание, кроме как на спутнице, которая вела её к чему-то страшному, неотвратимому и, несомненно, требующему немедленного участия.
Два таких непохожих во всём зверя бежали в такт друг другу, оба сосредоточенные на деле и на своих мыслях – последнему способствовало держащееся между ними молчание, ведь говорить пока было не о чем.
Смертельная болезнь – это страшно. Ощущение прошедшей по телу волны холодной дрожи, когда она получила это известие, до сих пор не отпускало Тари. Она как никогда чувствовала ответственность за жизни своих братьев и сестёр – как родных, так и названых. Судьба всего клана леопардов оказалась под угрозой, и необходимо было эту угрозу ликвидировать… пока ещё не стало слишком поздно.
«Именно поэтому нельзя позволять себе панику, необходимо мыслить ясно, это самое важное в такие моменты».

Озеро осталось далеко позади, и Эстер, наконец, подала голос. Самка мысленно усмехнулась тому, как можно при таком темпе бега столько говорить.
«Кролики… что с них возьмёшь?»
Спутница поведала о том, что неожиданная болезнь – для половины Саванны уже далеко не неожиданная. Пантера безмолвно поблагодарила духов за то, что Дебрей по каким-то причинам зараза до сих пор не коснулась.
«Только бы эта благодарность не была преждевременной…»
Вполуха Тари выслушала весьма субъективное мнение острой на язык Эстер о прайде «недоделанного узурпатора», о котором пантера, пожалуй, была наслышана, хотя и не настолько подробно.
- Послушай, Хранительница, - кошка перепрыгнула высокий корень и навострила уши, различив уже куда более серьёзные нотки в голосе крольчихи. - Нескольким львам было пророчество о лекарстве от этой болезни, и сейчас они следуют ему в поисках. Если им удастся его отыскать, то угроза для большинства заболевших исчезнет. Решай сама, что будешь делать, пока оно не найдётся, но ты сама понимаешь, что распространения этой болезни по Дебрям допустить нельзя, она уже немало погубила.
Тари крепко сжала челюсти и устремила твёрдый горящий взгляд на деревья впереди, не сбавляя скорости и машинально перепрыгивая корни и ямы.
«Что будешь делать… Легко сказать! Что можно сделать, если не понимаешь, с чем имеешь дело?»

Тут Эстер резко затормозила, по-видимому, узнав местность, и пантера вынуждена была круто сбросить скорость, чтобы не перелететь по инерции через крольчиху, которая уже вышла на поляну, залитую пёстрыми греющими солнечными пятнами.
- Смотри, Хранительница. Это ждёт каждого, кто заболеет.
Тари проследила за её взглядом и содрогнулась – уже даже не внутренне, а совершенно физически, всем телом. Она увидела труп примерно в тот же момент, когда в нос ударила отвратительная вонь. Похоже, под солнцем заражённое мясо начало гнить, и теперь запах от него исходил совершенно невыносимый. Однако пантера с печалью понимала, что он, так же, как и внешний вид антилопы, покрытой нездоровыми тёмными пятнами, навряд ли остановит обезумевших от голода хищников. А таковые, несомненно, имелись.
Тари приблизилась и внимательно осмотрела тушу, стараясь дышать через раз. Запах падали и в лучшие времена не пробуждал у неё особого аппетита. Заглянув в пустые, остекленевшие тёмные глаза антилопы, леопардица сокрушённо покачала головой.
- О, духи, спасите нас… - едва слышно прошептала она, а затем выпрямилась и обратила взор к застывшей в ожидании Эстер.
«Как же остановить распространение болезни… Ох… Соберись, необходимо начать делать хоть что-нибудь прямо сейчас!»
- Нам нужно убрать труп, - решила пантера. – Закопать, и как можно глубже. Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь поел заражённого мяса, - в голосе появилась уверенная деловитость. – Скажи мне, Эстер, ты знаешь, каким образом болезнь передаётся?

+1

32

Эонвэ склонила голову набок и оценивающе взглянула на молодого льва, заговорившего первым. Он казался разумным - во всяком случае, ему хватало ума вежливо и почтительно говорить с хозяевами земель, границу которых они со спутницей так желали пересечь. И не только границу, но и сами земли - а это значило, что они просили пустить вглубь владений, туда, куда леопарды столь редко пускали чужаков, предпочитая не позволять никому видеть жизнь их королевства изнутри. Только действительно серьёзные обстоятельства могли послужить причиной такой уступки - и, пожалуй, если эти юнцы не лгут, их обстоятельства достаточно серьёзны. Судя по взгляду и лёгкому прищуру, Раас был с ней солидарен, однако счёл необходимым прояснить ещё один неясный пока момент.

- Что заставило вас покинуть земли, на которых вы жили? - раскатистый голос леопарда звучал спокойно и даже доброжелательно - патрульный явно благоволил пришедшим и не видел в них угрозы ни для себя, ни для своих спутников, ни для Дебрей в целом. Эонвэ вспомнила утренний разговор с птицей-посланником - ситуация в саванне будто бы не менялась с тех пор, как она говорила с ним в прошлый раз, а ведь кто, как ни птица, способная попасть туда, куда не сможет лев или леопард, будет лучшим осведомителем?

- Мы не слышали, чтобы близ Килиманджаро были замечены какие-то серьёзные конфликты, - Эонвэ мягко переступила лапами. - Если вы уходили - или бежали - от чего-то, что несёт за собой опасность, вы должны рассказать сейчас, ибо если кто-то вас ищет или будет искать, леопарды Дебрей не должны быть за это в ответе. Наши земли не привечают и не принимают чужаков кроме тех, кто ищет пути к Сердцу Джунглей".

«Ибо Гора Шаманов и сама никогда не подпустит к себе тех, кто тёмен душой и сердцем»

Дожидаясь ответа от юных львов, Эонвэ оглянулась на притихшего Ритара. Тот заинтересованно рассматривал молодую серую львицу, не обращая ни малейшего внимания на её спутника, и леопардица усмехнулась - новичок. Услышав её тихий смешок, ученик захлопал глазами и сконфуженно отвернулся, поняв, что его рассекретили. Отступив на шаг назад, молодой леопард совершенно невозмутимо уставился куда-то в сторону, и Стражница еле сдержала смешок куда более громкий. Кто бы мог подумать, что Ритар так падок на чужеземок. Тем более во время выполнения обязанностей. Нужно будет поговорить с ним на эту тему по возвращении из патруля - будущий Страж должен знать, что дела сердечные для него никогда не должны стоять на первом месте. Как не стоят для неё, что бы она к кому ни чувствовала.

Взгляд зелёных глаз вновь обратился к молодым львам - они говорили с Раасом, объясняя причины того, почему они покинули родные территории ради того, чтобы уйти едва ли не на другой конец света. Эонвэ села, слушая, и туго обвила лапы узким чёрным хвостом - решение в любом случае оставалось за руководителем патруля.

+3

33

Кову прекрасно понимал, что диалог с кучей вопросов является необходимым фрагментом проверки. Доверять чужакам нет смысла, даже если они не представляют угрозы ни для патруля, ни для жителей дебрей. Чисто физически два молодых льва в компании тетеревятника не могли сойти за значительную угрозу, и всё-таки..
- Мы покинули родные земли по собственной воле, - мягко начал лев, не меняя интонации. – Единственный путь, который ведёт к нашим родным, пролегает через ваши земли. Мы отправились в это путешествие, только чтобы воссоединиться с ними, - одиночка перевёл взгляд с одного леопарда на другого, отвечая на новый поставленный вопрос: - За нами никто не гонится, - вот тут у Кову в голове мелькнул Фаер, который уже должен был узнать о том, что его дорогая и любимая дочурка ослушалась его приказа и тайком покинула пределы прайда. Вот уж кто мог за ними погнаться, так это конунг, и то.. с целью набить кому-то задницу, по-отцовски так. Но это явно не та информация, которая требовалась от одиночек. Упомянув свирепого медведя, стоило ожидать того, что леопарды уточнят обстоятельства, вынудившие их изменить маршрут. Но не говорить же, что добрый дядя ястреб настращал неопытную молодежь, чтобы те не вляпались в кровавые приключения.
Мы просто не хотели лишних проблем и желали воспользоваться безопасной тропой, поэтому пошли обходным путём, надеясь на понимание жителей Дебрей. Я… - он запнулся, бросил взгляд в сторону львицы, впервые позволив себе разорвать зрительный контакт с патрульными, - просто хочу защитить свою семью, - Кову не кривил душой. Всё, чего он хотел, от самого начала пути, после того, как Айвор рассказал ему о Смауге и изуродованного тела, встреченного ими на пути, каждую минуту он думал о том, как защитить её от этого ужаса, как оградить от встречи с медведем. Пока что им это удавалось, миновать опасные земли, но… как долго удача будет оставаться на их стороне? - Именно поэтому я выбрал эту дорогу, чтобы нам не пришлось убегать, - теперь он снова смотрел на патрульных.
От взгляда Кову не укрылся повышенный интерес со стороны одного патрульного к его подруге. Отлично, он пришёл просить защиты и возможной аудиенции с королём, а теперь думает, как бы рефлекторно не заслонить свою самку собой, чтобы никто её не рассматривал, ибо… чувство ревности ещё никто не отменял. Конечно, Кову никогда не был горячим и страстным килиманджарским парнем, который набросится или рыкнет на каждого, кто посмеет просто выдохнуть в сторону его самки, но внутри всё же поселилось стойкое желание защитить своё. Внешне это выразилось лишь в чуть более продолжительном взгляде одиночки, адресованном конкретному патрульному; казалось бы, на пару секунд дольше, а какой внутренний посыл! Нет-нет, ничего в духе молчаливого «Отвернулся и начал втыкать в дерево. Это.моя.самка», скорее беспокойство на грани, когда начинаешь осознавать, что в любой момент их могут разъединить, и кто знает, что тогда случится с его Шантэ. Вдруг этому патрульному сильно захочется…
- Да о чём я думаю вообще! – мысленный шлепок лапой по лицу, внутренний мучительный стон в духе «ну харе уже, он просто посмотрел». Кову внутренне попытался себя успокоить, аргументируя это тем, что, в конце концов, никто не угрожает его возлюбленной, а то, что она внешне смогла заинтересовать представителя другого вида, так это ещё и должно вызвать у него несомненную гордость в духе: «Ага! Понравилась? А это моя-я девочка». Но всё это мальчишеское утонуло в ожидании вердикта патрульного.

+1

34

Не всегда легко втереться в доверие. Не знаю, какими уж необходимо обладать качествами, чтобы придти на чужие земли и смело заглядывать в пасть каждому жителю территории. Знаю только точно, что ни Кову, ни Шантэ этими качествами не обладали, а потому не мудрено уж, что леопарды так недоверчиво отнеслись к пришельцам.
Надо сказать, что самка к этому времени почувствовала себя несколько отрешенной от общего разговора. Она лишь редко вставляла какие-то фразы, подтверждая слова своего спутника, либо вовсе усиленно кивала головой. В глубине души ей было не комфортно стоять в стороне, когда практически всегда она ставила лапу вперед со словами «йа все разрулю» и принималась разбираться в косяках друзей, а уж о своих собственных промахах она могла бы вообще умолчать, потому что разбираться в них она просто не успевала. Теперь она изредка поглядывала на Кову и понимала, что ей суждено было смириться с тем, что в их компании он обладатель яиц, а не она, а потому важные решения, скорее всего, будет принимать он. Впрочем, кто сказал, что она всегда будет слушаться? Фаер уже, например, успел убедиться в том, что его дочь сама себе на уме и поступает так, как ей кажется правильным.
Но мы не будем брать в счет ее сомнения, когда она повстречала труп, что был разорван. Не потому ли она свернули со своего первоначального пути, направившись по другой дороге, вот именно по вот этой, где они стоят сейчас.
Но если возвратиться к первоначальному нашему рассуждению, Шантэ  сейчас, по сути, нечего было вставить в реплики своего возлюбленного; лезть с лишними словами к леопардам, все равно, что переправляться по бревну через крокодиловую реку. Поэтому-то, на какое-то время она даже отвлеклась, потому что почувствовала на себе задержанный взгляд: вокруг них стояло не так уж много патрульных, причем двое из них старательно и энергично вели беседу с ее другом, а самый молодой бездельничал в стороне и, откровенно говоря, заняться ему было, походу, нечем. Львица поймала на себе взгляд леопарда и прищурилась, мол, что ты хочешь от меня, любезный, хотя у нее было откровенное желание подмигнуть – забавы ради. Впрочем, сию же минуту она не упустила возможности скользнуть взглядом по телу молодого леопарда. Да, рядом с ней стоял возлюбленный, но это не значило, что юная самка не может оценить внешний вид другого самца, пусть даже если он будет совершенно другого вида. А особенно, если учесть, что принцесса на своем веку повидала не так уж много представителей сильного пола.
В воздухе повисла минута молчания. Шан оглянулась на льва, заметив в нем некоторое замешательство. Неужели заметил ее гляделки с леопардом? Львица шумно выдохнула, снова сконцентрировав все внимание на патрульных. Пора-таки выветривать из головы блуждающие юношеские мысли.

+1

35

Эонвэ внимательно слушала молодого льва, слегка изумрудные глаза и едва заметно подёргивая кончиком хвоста. Кову уверял, что их со спутницей визит не принесёт никаких бед жителям дебрей, и уверял убедительно - было заметно, что этот юнец не собирался отступать и не лгал. Он действительно пришёл на границы территорий одного из могущественнейших правителей этой саванны, чтобы защитить свою семью, несмотря на то, что это могло быть опасно как для него самого, так и для его спутницы. Впрочем, Эонвэ не сомневалась, что Кову сделает всё, чтобы защитить Шантэ. Такие, как он, не убегают. Невольно проникшись уважением к молодому чужеземцу, Эонвэ обернулась к Ритару, выразительно глядя на него - бери пример, юный Страж, здесь есть, на что посмотреть и чему поучиться.

Раас, похоже, полностью разделял мнение Эонвэ. В его золотисто-карих глазах и до того не было ни капли враждебности, а сейчас и вовсе виднелось одобрение. Разумные речи Кову - и даже в какой-то степени проникновенные, что уж тут говорить - несомненно, обрадовали его. Посмотрев на друга и возлюбленного, который никогда не будет её, Эонвэ едва заметно улыбнулась - Раас и Кову были одной породы, пусть и сильно отличались как внутренне, так и внешне. Их многое объединяло, леопардица видела и понимала это, даже толком не зная пришельца. Это, впрочем, было и не нужно - он весь был для проницательной Эонвэ как на подушечке лапы. Изумрудный взгляд Стражницы остановился на молчащей и переглядывающейся с Ритаром Шантэ.

«Глупая девочка, никогда не отводи от него своего взгляда. Не повторяй ошибок таких, как я»

Кову тем временем закончил говорить и замолчал в ожидании вердикта патрульных. На несколько мгновений абсолютная тишина, нарушаемая лишь шумом древесных крон да копошением насекомых и мелких зверьков в подлеске, опутала пятерых хищников, но вскоре звучный голос Рааса разорвал её, определяя дальнейший путь, и, возможно, судьбу юных львов:

- Ты достойно говоришь, - охристый леопард ободряюще улыбнулся. - А защищать семью - самое благородное и правильное дело. Что ж, раз так, мы проводим вас к Владыке, будьте готовы и ему объяснить цель вашего визита, как объясняли нам. Мы не станем говорить за вас, лишь предоставим слово.

- И помните, что сейчас, переходя границу, вы обязуетесь не пытаться причинить вреда кому-то из жителей Дебрей, - Эонвэ окинула Кову и Шантэ оценивающим взглядом. - Это бессмысленно, но предупредить об этом я должна. Нарушение этого обязательства карается смертью.

- Идёмте, - кивнул Раас, разворачиваясь и дожидаясь, когда львы пройдут вперёд. Они с Эонвэ тенями скользнули в джунгли, Ритар остался чуть позади группы, внимательно наблюдая за чужаками. Леопардица подозревала, правда, что её ученик сейчас не сводит взгляда с бёдер юной самочки, а вовсе не исполняет свои прямые обязанности, но юности можно было простить такие мелочи.

-------------------------------Граница тропического леса

+1

36

Первый этап переговоров пройден. Не сказать, что без сучка и задоринки – это стало настоящим испытанием для молодого льва, который не так давно учился заботиться не только о себе. Ответственность, которую он взвалил на себя, как тяжёлую ношу, с покровительством над Шантэ, оказалась ему пока что по силам, но каждый раз грозила раздавить под своим грузом молодого льва. А он старался выбраться и удержаться на полусогнутых лапах, как мог, только бы сдержать своё обещание. Он никому и ничего не пытался доказать, просто жил ради определённой львицы, ради семьи и начерченного им будущего.
Кову прекрасно понимал, что это только начало, что самый важный разговор остаётся впереди. Нет гарантии, что выслушав его, Владыка Дебрей примет решение в их пользу. И это несколько тревожило молодого льва, который желал лучшего для своих близких. Путь, проделанный ими от Килиманджаро, не должен быть напрасным. Настоящее испытание на прочность начнётся в тот самый момент, когда он заговорит с вожаком леопардов. Айвор молчал всё это время, отдав ему право говорить, будто был уверен в том, что его юный ученик справится с поставленной задачей. А если нет? Что тогда? Был ли у тетеревятника запасной план? Лев бросил короткий взгляд на ястреба – тот смотрел на леопардов, внимательно и чуть хмуро – размышлял. Если бы Кову мог, он бы заглянул в мысли проводника, чтобы знать, к чему быть готовым, но тот увиливал от ответа или говорил коротко и будто ни о чём каждый раз, когда речь заходила о Владыке Дебрей. Может, ему действительно не стоило всего знать о том, с кем ему придётся вести переговоры?
Получив возможность говорить с Владыкой и пройти глубже в Дебри, одиночка не спешил радоваться – рано. Он кивнул в ответ на слова леопарда, с которым ему пришлось разговаривать большую часть времени – с главой патруля. Украдкой он бросил взгляд на молодого леопарда, которому полюбилась его подруга – вновь резануло по замашкам собственника и где-то внутри проснулась тщательно засунутая им поглубже ревность. Кову глубоко вдохнул и медленно выдохнул; пытливый и масленый взгляд на Шантэ – это самое меньшее из зол, с которыми они могли столкнуться, но как же это напрягает!
Кову посмотрел на Шантэ; задержал на ней взгляд, как бы всем своим видом показывая, что всё в порядке и если что ей не стоит бояться и волноваться. Причём он показывал это с таким видом, словно сам был на все двести уверен в том, что им уж точно ничего не угрожает и всё будет хорошо, что весьма сомнительно учитывая то, куда их занесло. Он сделал шаг вперёд и направился к леопардам, не отходя от львицы на тот случай, если что-то пойдёт не так. Сложно полностью доверять тем, кого не знаешь, но выбора у них особо не было. Всё, что он мог в данном случае, это держаться достойно и ровно и рядом с Шантэ, попутно пытаясь выкинуть из головы надоедливую мысль, что кто-то там весьма усердно буравит взглядом дырку на крупе его самки…
Айвор полетел следом за львами, вновь избегая возможности прокатиться верхом на спине льва, хотя в данном случае Кову было бы куда спокойнее, воспользуйся тетеревятник подобными услугами спутника.

-------- Граница тропического леса

0

37

Несколько секунд тишины, которые повисли над джунглями, не давали юной самке покоя. Она и так чувствовала себя не комфортно, поскольку уже неизвестно сколько времени стояла совершенно молча, обреченная терпеливо слушать слова своего возлюбленного и ответы жителей дебрей. Эти переговоры она могла сравнить с ловлей добычи: не попал в нужную артерию на шее своей жертвы - остался голодным. Нужно быть метким, неторопливым и осторожным в таких делах. Как и здесь, а один раз она даже не побоялась задать себе вопрос: а смогла бы она в одиночку преодолеть такой тяжелый путь, внедриться в чужие земли, а потом набраться смелости, чтобы встретиться с королем неизвестной ей даже понаслышке территории? Пожалуй, она все еще была слишком слаба и слишком юна для одиноких приключений. И снова, пусть для нее это было несколько необычным или даже немного неприятным, она признавалась себе в том, что без Кову она просто самка – слабая, беззащитная маменькина и папенькина дочка.
Разочаровавший ее поток мыслей прервал патрульный, который, в конце концов, решил вынести вердикт. Леопардам понравился ответ ее спутника, кроме того, они, похоже, разделяли некоторые его взгляды. Будучи львицей, которая никогда еще в жизни не видела леопардов (хотя взглянув на них, принцесса убедилась, что ничем они от львов и не отличаются, разве что окрасом да отсутствием гривы у самцов, что, кстати, последних ничуть не портило), Шантэ убедилась в схожести взглядов разных видов кошек. А ведь она еще не встречала плоды любви этих двух животных – леопонов!
Она поймала на себе взгляд Кову, который так и говорил ей «эй, детка, я все уладил и мы можем идти». Она тепло улыбнулась ему, медленно кивнув, а затем направилась следом за возлюбленным. Впереди их ждал еще не малый путь: гостям тут были рады, но последнее слово, как и в любом правильном королевстве, решал вожак, именуемый здесь владыкой. Шантэ пыталась представить этого леопарда, имея основу перед собой - образ довольно-таки симпатичного юного патрульного. Она видела короля, как высокого и статного леопарда; глаза его были золотыми и мудрыми, шерсть - иссиня-черная и бархатистая, а голос тихо ласкал ушные перепонки гулким басом. Но нет, не стоит думать, что юная львица изменила своим чувством и поддалась чарующему взгляду леопарда - вовсе нет! Ей пришлись по душе все представители этого вида, весь их народ, который обладал такими же понятиями, как у львов, которые были ничем не лучше и не хуже их. Ей хотелось лучше узнать и понять культуру этих диковинных для нее существ, которые, возможно, вскоре станут ее соседями по территориям. Впрочем, что загадывать, ведь неизвестно, каков будет владыка дебрей на самом деле, да что Кову и Шантэ найдут, когда, наконец, доберутся до своей конечной точки пути? Ей лишь остается идти только вперед, не смотря назад. Кстати, не поэтому ли она даже не заметила, как Ритар – юный патрульный, не стесняется любоваться ее аппетитными формами, благо, все-таки тут мама и папа постарались?

--------граница тропического леса

+2

38

--→>Непролазные джунгли
Черный, как смола, лев медленной и осторожной походкой шел по звериной тропе, которая была ему немного маловата, принюхиваясь и прислушиваясь к звукам джунглей. " Святые суслики…ну и вонь, надо бить осторожнее, не хватало єщо вступить во что-то…ядовитого плюща мне тут єщо не хватало для полного счастья". Шаги его были тяжелыми, но очень даже тихими, все таки кое-какая грация кошки у него была. Лев старался не привлекать внимания, продвигаясь по джунглям, ведь у всякой земли есть свои хозяева, он итак недавно перекусил обезьяной, свежая кровь єщо осталась у него на морде. Тем временем повеяло запахом леопарда и львицы. " Надеюсь они не станут завязывать тут драку, а тем более со мной…черт, ведь здесь даже не разойтись как следует, если дело дойдет до драки…". Лев явно одобрял зеленый купол, что так кстати защищал гиганта от его главного противника, а именно солнца, иди он по равнине, а не в лесу ему бы точно не поздоровилось. Лев шел с самого утра и уже успел пройти добрую половину пути через джунгли, он наслаждался прохладой и тенью, что даровали єти чудные деревья. Деус неторопливо продвигаясь через джунгли не громко напевал свою песню, если это можно так назвать. Лев от скуки сочинял разные стихи, иногда это были песни. Он довольно быстро их забывал и придумывал новые, конечно все это были лишь жалкие попытки. -Темной ночью, мрачным днем мы придем к тебе вдвоем, с липким страхом под крылом, с липким страхом под крылом. Жуткой ночью, черным днем мы найдем тебя, найдем, с диким ужасом в глазах, с диким ужасом в глазах, сердце досчитай до трех. Зверь тоски, грызи его…паника сжимай тиски, крик предчувствия, замриии….. Аппетит Деуса опять дал о себе знать, чем последний был не доволен. Охотиться на чужих владениях плохая привычка, тем более речь идет о леопардах, которые скорее всего не будут с ним общаться один на один. Лев ускорил шаг, но все єщо старался не привлекать внимания. - Что-то у меня такое чувство, что местные заставят меня пожалеть о задумке пройти через джунгли…. Лев явно не хотел драться, все єщо надеясь спокойно пройти, не завязав  выяснения отношений, ведь здесь, среди дебрей у леопардов очевидное преимущество, есть все шансы пойти на завтрак местным патрульным, в случае если он не поймает одного в качестве заложника. Тут гигант почуял льва, он был рядом с леопардами и самкой. "Дипломатическая делегация похоже, если я их чую – они тоже меня заметили…или скоро заметят… ". Лев  убавил скорость и перешел на спокойную походку. "Итак спалился, что будет – то будет…". Деус был в предвкушении худшего, его путь проходил не так далеко от того скопления больших кошек, но все же не так уж близко, он надеялся что его черная шкура и ветер сыграют свою роль и его все таки не заметят. Продолжая путь лев внимательно прислушивался к своим чувствам, намного внимательнее чем раньше, ведь на него могут напасть без предупреждения, если он отреагирует вовремя то сможет предотвратить появление чьих то будь когтей в своем крупе. Леопарды пусть и слабее, но тоже хищники, они однозначно заслуживают внимания, особенно если их будет много.

Отредактировано Deus (27 Мар 2016 21:26:26)

0

39

Внимание

В посте повествование идёт от лица Эстер, фамильяра Хайко

Эстер насмешливо фыркнула, когда увидела, как вздрогнула и скривилась Тари при взгляде на труп антилопы. Конечно, столь нелицеприятное зрелище, сопровождающееся поистине отвратительным запахом, могло кого угодно выбить из колеи, но не опытного целителя и шамана. Отвращение и ужас леопардицы были написаны на её морде так явно, что стало понятно, что сестра короля уже очень давно не видела чего-то действительно неприятного - право слово, издержки мирной жизни, когда не приходится ни страшные раны излечивать, ни обращаться к духам тёмного мира за помощью в обретении силы. Леопарды, на территориях которых уже на протяжение долгих лет всё было спокойно, явно разленились.

«Неженка», - беззлобно окрестила Тари Эстер, видя, как та лихорадочно мечется в собственных мыслях, не зная, что именно ей сейчас следовало бы предпринять и что вообще делать в столь острых и опасных ситуациях. Крольчиха собиралась подсказать ей верное решение, но только после того, как услышит предложения от самой леопардицы. Те не заставили себя ждать - уже через несколько секунд и короткой, но бесполезной молитвы духам, Тари, явно собравшись, предложила закопать тело. Предложение было здравым - от трупа действительно следовало избавиться, причём избавиться как можно скорее. К сожалению, в нём имелся один изъян - кому-то пришлось бы рискнуть собственным здоровьем ради того, чтобы сбросить тело антилопы в выкопанную яму.

- Знаю, - отозвалась Эстер, поводя длинными ушами. - Через съеденное мясо. Через кровь. Через воду и воздух. Достаточно подойти к трупу и подышать рядом с ним немного, чтобы почти наверняка заразиться, - озвучив столь безрадостные новости, крольчиха замолчала на несколько секунд, давая Тари переварить услышанное и сделать выводы, а потом те же выводы озвучила. - Нужно найти не только леопардов, которые бы быстро выкопали достаточно глубокую яму, но ещё и того, кто рискнёт собственной жизнью для того, чтобы болезнь не поползла по Джунглям. Потому что велика вероятность, что тот, кто потащит труп к яме, заразится и умрёт, если лекарство не будет найдено вовремя. Знаешь кого-нибудь, кто готов на такое, шаманка?

Отредактировано Хайко (7 Апр 2016 20:55:21)

+1

40

----→ Облачные степи

Оставив степь с засохшей травой позади, перед взором медянки открывался новый пейзаж, в значительной степени отличающийся от предыдущего. Зеленоглазую окружал туман, отчего видимость ухудшалась. Полагаясь на обоняние и слух, львица неспешно проходила в самую глубь джунглей. Мунаш помнила слова Мафисади о том, что какие-то границы патрулируют гиены, но самка не знает где именно. А потому, хищница вела себя крайне осторожно, стараясь не издавать лишних звуков. По крайней мере, если её запах почувствуют хищники, самка некоторое время сможет держать дистанцию. Физически и морально, она была готова к этой встрече. За всё время блуждания, кошка практически не слышала пение птиц, заставляя медянку нервничать еще больше. Что толкает зеленоглазую особу на рискованные путешествия? Она готова идти на риск, понимает на сколько опасные подобные походы, и чем это всё может обернуться. Но словно одержимая одной мыслью, Мунаш готова рисковать своей шкурой.
Находясь в полнейшей тишине, львице казалось, словно она никогда не найдет выхода из туманных дебрей. Голод сводил желудок Мунаш, вновь и вновь напоминая, что перекусить не помешает. Как бы ей хотелось сейчас впиться клыками в упитанное брюхо антилопы.
-О чем ты думаешь??, - задавая самой себе вопрос, дабы отогнать от себя посторонние мысли. Джунгли не самое лучшее место для охоты, оно больше походит на лабиринт выживания, где каждый сам за себя. . К тому же, самое здоровое на внешний вид травоядное, может таить в себе смертельную болезнь. К сожалению, новая знакомая медянки, отказалась пойти вместе с ней, собственно львица так и предполагала. Она всегда полагалась на собственные силы, не особо рассчитывая на постороннюю помощь.
Путь оказался не столько долгим, сколько выматывающим. Мунаш принимает решение сделать перерыв, выбрав густо разросшийся кустарник, за которым можно спрятаться. Самка опустила увесистую тушку на землю, поджимая под себя передние лапы. Позволяя себе немного расслабиться, она всё равно держала ухо востро.

0

41

Джунгли были безмятежны. Они всегда безмятежны. Птичий гомон и треск насекомых сливаются в единый, почти неразличимый привычным ухом фон, не умолкая полностью даже ночью — и этот фон говорит тому, кто знает, как слушать: все спокойно. Все хорошо.
Именно поэтому малейшее изменение в непрекращающейся музыке джунглей служит сигналом.
Так уж случилось, что именно в этот утренний час поблизости не оказалось ни одного патруля. Они прошли здесь недавно; запах леопардов еще не успел растаять во влажном воздухе, и темно-красный зверь, лежавший на одной из толстых веток дерева, медленно, будто смакуя, втягивал ноздрями воздух, наполненный лесными ароматами.
Да, не больше часа прошло с того момента, как прошел патруль. Раас, и эта симпатичная самочка, его подчиненная, не сводившая глаз со своего командира, кажется, с того самого момента, как впервые его увидела.
Пение одной из пташек оборвалось так резко, будто ее придушили. Темно-красный прислушался, расплываясь в улыбке, будто оборвал жизнь птахи собственноручно. Смотри-ка, действительно придушили: судя по доносившимся шорохом, удачливым охотником был какой-то дикий хорь или норка.
Поднявшись, леопард (а это был именно он) томно переступил с лапы на лапу, прогнул спину, будто самка, красующаяся перед самцом, и улегся вновь. Чужая охота, чужая дичь. Он был сыт; не прошло и нескольких часов с того момента, когда удача улыбнулась ему, подарив жаркую, но короткую схватку с мартышкой, из которой хищник, разумеется, вышел победителем. Мяса в бедной твари оказалось немного, больше шерсти, но, чтобы перекусить, вполне хватило. Они тут в Дебрях, знаете ли, вовсе не голодают.
Несмотря на внешнюю безмятежность, Ричард был встревожен. Его чутких ушей уже достигла весть о чуме, бушующей на землях саванны, и теперь самец одновременно был полон решимости выставить за границы территории любую случайно залетевшую птаху, и отчаянно жаждал сбежать на расположенные близ Лузангвы равнины, чтоб разыскать там свою мать.
Конечно, он знал, что даже лапой не заступит за пределы леса, пока угроза болезни не отступит: не хватало еще, вернувшись, принести на своем хвосте смертельную болезнь.
Негромко хрустнуло в подлеске. Красношкурый дернул ухом, ожидая услышать еще одного удачливого охотника, но поступь тяжелых лап живо убедила его в обратном. Не производя ровным счетом никакого шума, леопард грациозно скользнул по ветке, перебираясь на соседнее дерево, благо тесно переплетающиеся кроны позволяли это делать.
Увидевший его приближение небольшой древесный зверек бросил крупную личинку — свою добычу, и, пискнув, бросился наутек, встревожив тем самым парочку птиц, оборвавших пение. Леопард лишь недовольно передернул плечами, не обратив на них внимания: чужак вряд ли заметит, что в лесной гомон вплелось несколько тревожных ноток.
Он увидел пришлого внизу, в кустарнике. Вернее, пришлую — это была самка. Львица. Огромная, если сравнивать с леопардом. Чуть ли не втрое его больше, и этак по-хозяйски разлеглась, подобрав под себя лапы.
Можно было подождать с полчасика, пока на нее не наткнется очередной патруль — и тогда сверху понаблюдать за развитием ситуации.
Но лапы уже несли его к земле. Что ж, можно и так. Подушечки ощутили чуть влажноватую, покрытую прелой листвой и чешуйками древесной коры почву.
— Львица, — показавшись из кустарника, леопард выпрямился и заговорил холодным, отстраненным голосом, который вполне увязывался с его странной внешностью; глаза его, впрочем, чуть поблескивали от сдерживаемой улыбки: ему всегда казался забавным весь тот пафос, с которым патрульные обращаются к чужакам, — ты ступила на земли, принадлежащие королю Леопардов. Цель твоего прибытия?
Ступила! Да она здесь валяется! Воспользовавшись тем, что лежавшая на земле самка была ниже его, Рич смерил ее суровым взглядом сверху вниз.

+1

42

Зеленоглазая лежала в широком кустарнике, в тишине и покое, однако тревожное чувство не отпускало молодую львицу. Медянка услышала странный шорох, но поблизости никого не было, по крайне мере львица так думала. Но ровно до тех пор, пока "виновник" нарушивший тишину не решил наконец показаться. Хищник ловко спустился с дерева, застав Мунаш врасплох. Она ожидала встретить гиену, но никак не леопарда. Шерстка на загривке встала дыбом от резкого появления пятнистого, и на несколько секунд впала в ступор. Пожалуй, если самец захочет атаковать, то зеленоглазая даже не успеет увернуться от удара. В её голову даже и мыслей не было, что она повстречает более грозного хищника.
Из оцепенения её вывел довольно грубый голос леопарда. ты ступила на земли, принадлежащие королю Леопардов. Цель твоего прибытия?
Прежде чем ответить, медная поднялась с земли и наконец смогла получше рассмотреть оппонента. В глаза сразу бросился весьма необычный окрас хищника. Также молодая особа заметила, что она немного выше пятнистого, но рост не играет здесь роли. Дабы скрыть свою неуверенность, Мунаш выпрямилась и слегка выпятив грудь, она приподнимает подбородок.
- Я здесь надолго не задержусь. По моему мнению, джунгли - это самый "безопасный" путь, чтобы добраться до нужного мне места, поэтому я здесь, - уклоняясь от ответа, спокойным тоном пророкотала самка, бросив на леопарда надменный взгляд, не посчитав нужным представиться. Естественно на здешних землях она находится впервые, и не может знать где на самом деле безопасно, но признаваться в этом не собиралась. Медянка лучше повстречает пятнистого, чем кучку голодных падальщиков, которые готовы кинуться при любой возможности. К слову, зеленоглазая далеко не высокомерная, какой сейчас старается казаться, но ситуации бывают разные. Её поведение вполне может спровоцировать вспышку агрессии у хищника, поэтому львица была готова ко всему.
Если моё присутствие так тебя напрягает, я пожалуй пойду, - кошка предпринимает попытку избежать конфликта, а также не доводить дело до драки. Медленными шагами она обошла оппонента, случайно задев его плечом.

0

43

Самка явно была недовольна тем, что ее отдых прервали столь бесцеремонным образом. Ричард, в общем-то, не мог ее за это винить: он и сам чувствовал бы себя по-дурацки, если бы попал в подобную ситуацию. Не дали и дух перевести — сразу же прогоняют.
Впрочем, заметьте, прогоняют вполне мирно и без драки. Леопард старался держаться на небольшом расстоянии от самки. Она ведь втрое больше — а ну как решит, что отдых дороже, а потому стоит рискнуть и навалять подозрительному незнакомцу, благо он, кажется, тут один?
Нечасто, но такое случалось. Вот только на прошлой неделе какой-то отчаянный юнец решил, что богатые дичью земли джунглей стоят того, чтобы рискнуть. На свою беду он связался не с кем-то, а с Раасом, ну а он в тот день вышел в патруль не один, а еще с парочкой сопровождающих. Трое пятнистых хищников, свирепо защищающих свои границы, довольно быстро заставили льва передумать и вернуться в саванну. Где львам, собственно, и место.
Втайне Ричард был даже рад, что схватка обошлась без его участия. Он был неплохим бойцом, когда дело касалось противников его весовой категории, но с более крупными все же старался не связываться: тут не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить: себе дороже.
Но львы все равно упорно попадались на его пути. Будто медом им в джунглях намазано — идут и идут.
Ходють тут, так сказать, по помытому.
Итак, Рич старался держаться на небольшом расстоянии, чтобы в случае неожиданной атаки успеть если уж не увернуться, то хотя бы уберечь глаза. Кажется, львица подумала что-то подобное, потому что и она напряглась, явно ожидая, что недружелюбная пятнистая тварь вот-вот бросится в драку.
Никто ни на кого не бросился, впрочем. Самка заговорила достаточно спокойно, таким же холодным тоном, ясно показывающим: она тоже не рада встрече.
Что ж, предпримем все усилия, чтобы эта самая встреча не затянулась надолго.
— Верно, не самый, — легко согласился леопард, кивая и на миг опуская веки, так что его разноцветные глаза мягко замерцали в зеленом полумраке, царившем под деревьями, — границы нашего королевства закрыты от чужаков. В саванне чума, — самец искренне считал, что лучше уж львица узнает о болезни от него... а не от пятен на своем брюхе, — и мы не хотим ее распространения.
Самка принялась обходить его неторопливо, будто все еще опасалась нападения. По мере ее продвижения леопард поворачивал голову, а затем развернулся полностью, не желая оставлять львицу за своей спиной.
— Граница неподалеку, — он ткнул лапой в нужном направлении, благо показать его мог и с закрытыми глазами, — я провожу вас. Следуя вдоль наших границ и не заходя вглубь леса, вы сможете добраться туда, куда вам нужно.
Речь его была холодной и учтивой, но в глубине души Ричард буквально сгорал от любопытства. В джунглях регулярно появлялись путешественники без роду и племени, следовавшие туда, сюда, оттуда, куда угодно, без особой цели или с целью всей жизни... И, черт возьми, это было так интересно: думать о том, кто они и что приключится с ними дальше. Вот взять хотя бы тех, что приходили совсем недавно... Мефистофелис отказал им в праве прохода через джунгли, и они повернули восвояси, держа курс на северные земли, и хотя Рич любил родной лес, порой ему отчаянно хотелось самому пуститься в путешествие и узнать, каково это.

+1

44

Сколько же ударов судьбы приняла на себя зеленоглазая хищница, давно считая себя неудачницей. Почему у одних есть всё, а у других ничего? Где справедливость? Мир давно погряз в жестокости, и даже самое небольшое проявление помощи может сильно удивить. Однако в последнее время, фортуна словно решила преподнести небольшой подарок, иначе как объяснить внезапное везение с незнакомцами. Находясь на чужих землях, львица легко могла бы стать добычей для других, но вместо этого, патрульный ведёт себя вполне учтиво и адекватно. Леопард не подавал признаков агрессии, впрочем, он не был слишком сговорчив. Поэтому медянка хотела быстрее покинуть чужие земли, однако слова самца несколько удивили зеленоглазую особу.
я провожу вас. Следуя вдоль наших границ и не заходя вглубь леса, вы сможете добраться туда, куда вам нужно. - вежливость пятнистого задержала ход самки. Она перевела удивлённый взгляд на незнакомца, слегка опешив от его предложения. Он первый, кто сам проявил желание проводить медно-шерстную.
-О, это было бы весьма кстати. Я буду признательна, если вы проводите меня до границ, - Мунаш кивнула спутнику; её прохладный оттенок в голосе сменился на более дружелюбный, а на морде промелькнула небольшая улыбка.Так или иначе она одна попросту заблудиться в дебрях, и вряд ли без чьей-нибудь помощи выйдет. Самка поёжилась, хоть и середина дня, но из-за разросшихся деревьев, в джунгли проникает мало света и тепла. Больше её ничего не задерживало здесь, поэтому кошка отправилась за пятнистым. Мунаш следовала позади хищника, в её голове звучала одна песня, которую молодая особа решила тихо напеть:

Давай, давай, давай выше неба
Давай, давай, давай выше солнца.
Давай, давай, добавь огня в пекло
Пусть под тебя мир прогнется.

Как - будто все подстроено в этой истории,
То ли настроен так, то ли расстроена так,
Как знать, я до сих пор не понимаю,
Как мы умудряемся себе так врать,
Рубцы на кожу, но раны свежи
Под ними бактерии прошлого смешаны,
И время календулой стать должно было,
И многих не стало, но я верю все еще,
Что наступит и мой рассвет где-то там
На перекрестках дней и на коридорах лет.
И я не могу забыть этот миг, никогда
Я верю в это и пойду до конца,
- наверное упрямство и сила воли толкают медную двигаться дальше, искать своё место в жизни, стать кому-то полезной.

И сколько бы не было лет мне,
Сколько бы не было песен об этом в куплетах
Есть смысл, в нем весь я,
И это греет надежду силу вопреки
В исполнение мечты
, - закончив пение, кошка слегка прикрыла глаза. Возможно сопровождающий посчитает её как минимум странной, впрочем львице всё равно. Она давно перестала обращать внимание на осуждающие взгляды. Мунаш так давно не пела, что совершенно позабыла это прекрасное чувство и легкую эйфорию, которая заставляет сердце биться сильнее.

0

45

К счастью, самка не стала спорить. На какой-то момент Ричарду показалось, что она сейчас поступит этак легкомысленно: возьмет, да и попробует убежать, например. Иногда чужаки пытались подобным образом оторваться от патруля, но, насколько было известно пятнистому, еще ни разу это никто не смог сделать. Хотя бы по той простой причине, что патрульным этот лес известен куда лучше, ну а льву, если нарушителем является именно лев, очень нелегко продираться сквозь кустарник, так и норовящий вырвать пару клоков из гривы. Свернешь не туда, потеряешь тропу — и все, поди ее отыщи, да и выход поди найди теперь. Одна надежда на то, что тебя все-таки отыщут и выпроводят за границы бдительные патрульные.
К которым Ричард, к слову, сегодня не относился — но как леопард, первым заметивший нарушительницу границ, не вмешаться он просто не мог.
В общем, Мунаш не была склонна к легкомысленным побегам. И вообще, кажется, предложение проводить ее только порадовало — во всяком случае, ее взгляд ощутимо потеплел.
Что ж, сказано — сделано. Не будем терять время; тем более, солнце уже карабкается по небосводу, и близок тот час, когда в джунглях будет жарко и душно. Полуденную жару Рич предпочитал пережидать где-нибудь в укромном тенистом уголке, по возможности неподвижно; а то и вовсе залезал в какую-нибудь лужу. Хотя многие леопарды относились к воде весьма равнодушно, темношкурый во время своей жизни в саванне привык пользоваться любой возможностью охладиться. Хорошо, когда ты в густом лесу, где все утро царит прохладная влажность, да и днем можно найти, где освежиться. В саванне все совсем по-другому. Особенно, если спина у тебя черная — солнце так и жарит ее, кажется, что на солнцепеке она вот-вот вспыхнет. А может, и уже вспыхнула, оттого такая темная, обгоревшая.
Словом, по жизни на равнинах Рич не особо скучал. Ему порой недоставало компании матери и ее подруги, но в целом он был самодостаточен.
Самка запела на ходу. Негромко, но достаточно различимо. Леопард удивленно покосился на нее, но головы не повернул, а потому не увидел ровным счетом ничего, кроме собственного бока. Сам он не имел привычки напевать песенки, да и слышал их в последний раз едва ли не от матери, еще в раннем детстве. Тем более странным казалось то, что львица, не стесняясь незнакомого слушателя, мурлычет себе под нос какую-то мелодию.
Однако же от комментариев Рич благоразумно воздержался. Тем более, что ритм был вполне удобен для того, чтобы шагать — не слишком быстро, не слишком медленно, а так, чтобы не растерять сил и вместе с тем не затянуть пребывание чужачки на этих землях. Это еще посмотреть надо, нет ли на ней пятен. На леопарде-то они с рождения — тут чума или не чума, а пятнистым он был и пятнистым помрет. Но лучше уж не от чумы, конечно. В идеале –— от старости.
Эх, мечты, мечты. Мало кто под этим небом умирает своей смертью, в умиротворении и спокойствии. Чаще всего смерть приходит к тебе непрошенной, от травмы или болезни; и тут уж дерись не дерись, а не справишься. Впрочем, спокойный нрав леопарда давал некоторую надежду на то, что он не погибнет в отчаянной, но неравной битве с каким-нибудь очередным нарушителем границ.
Скорее уж это произойдет на охоте, где копыто врага ударит его в грудную клетку, оборвав непростительно короткую жизнь… стоп, о чем это мы?
Ричард встряхнулся, опомнившись. Не в его характере вообще было размышлять о смерти, но песня почему-то заставила его думать именно об этом.
— Мы пришли, — он остановился и отошел в сторонку, позволяя львице пройти вперед, чтобы увидеть границу.
Лес — это как раз то место, где ее можно не почуять, а увидеть. Только слепой не различит, где деревья редеют; в этом месте начинает обильно расти трава, а затем деревья исчезают вовсе, уступая место саванне.
— Двигаясь в ту сторону, вы можете достигнуть моря, — леопард повел лапой в нужную сторону, поясняя на тот случай, если львица не успела сориентироваться, куда он ее привел, — а это направление приведет к северному плато. Удачной дороги, — закончил он довольно учтиво, с куда большей теплотой, чем прежде.

0

46

Поначалу кошка потихоньку пела, но словно позабыв на миг о спутнике, её голос повысился. Когда настроение хорошее, то захочется не только петь, но и пританцовывать. Однако, если она начнёт двигать телом в такт, пятнистый может принять львицу за сумасшедшую. Впрочем, пропев последние строки, в её мыслях вспомнилась другая песня, с более ритмичным ритмом. На второй заход, молодая особа не проронила ни единого слова, но её лапы сами по себе отбивали такт.
К тому времени, как зеленоглазая перестала дрыгаться, периодически издавая странные звуки, леопард подвел её к границе. Впереди показалась тропа, сплошь усеянная зеленой травой, и практически не виднелись деревья. Граница была очень четкой, чтобы не заметить нужно сильно постараться. Всё то время пока хищница путешествовала в одиночку, она ранее не посещала подобные места и считала, что саванна не имеет начала и конца. Перед изумрудными глазами Мунаш, пейзаж менялся один за другим очень быстро. — Мы пришли, вдруг услышала медная. Ей не хотелось прощаться с пятнистым, и вновь скитаться одной. Для леопарда такой образ жизни привычен, они редко ходят группой. Впрочем, повстречай она нескольких патрульных, никто не стал бы церемониться с одиночкой.
- Спасибо за помощь, без вас я не смогла бы отыскать так быстро дорогу. Прощайте, - самка так и не узнала имя спутника, но сейчас это уже не имеет никакого значения. В прощальных словах чувствовалось куда больше теплоты, по сравнению с их коротким общением. Последний раз, взглянув на усатого, Мунаш засеменила вперёд, всё больше отдаляясь от джунглей. Если следовать его совету, то данная дорога приведет львицу к морю. Что же, это весьма не плохо, ибо зеленоглазую давно мучает жажда. Ей остаётся надеяться, что путь окажется не столь долгим.

------→ Северный берег реки Мазове

0

47

Все-таки побольше бы таких нарушителей. Мирная, спокойная, еще и песенку спела на прощание.
Они расстались хоть и не друзьями, но все же простились довольно тепло, раскланявшись и разойдясь в разные стороны. Вернее, первой ушла самка; леопард же некоторое время оставался на месте, глядя ей вслед.
Довольно быстро она скрылась из виду, и только теперь Рич вспомнил, что не спросил ее имени и не представился сам.
Впрочем, это уже неважно. Вряд ли они снова увидятся: саванна, как известно, велика.
Окинув бесконечные просторы перед собой внимательным ледяным взглядом, будто за каждой травяной кочкой скрывался потенциальный нарушитель, красношкурый, наконец, решительно развернулся в сторону леса.

Мягко ступая по узкой тропе, он прошелся вдоль опушки леса, время от времени настороженно принюхивась. Он не сомневался: львица не вернется сюда. Но она могла быть не одна...
Однако все было спокойно — настолько спокойно, что это казалось даже немного подозрительным. Рич негромко профырчал себе под нос и замер, услышав ответное фырчание.
Вернее, хрюканье. Это совершенно точно был не другой леопард: кошки не издают подобных звуков. Зато их в изобилии издает другое животное. Напряженно вытянув шею и округлив глаза, зрачки в которых расширились так, что радужки почти не был видно, самец шагнул вперед, осторожно ввинчиваясь в заросли. Впереди он различил рыжую, поросшую жесткой шерстью спину. Зверь сопел, подкапывая клыками корешки. Очевидно, ему было очень вкусно.
Несколько секунд Ричард с наслаждением и жадностью вглядывался в спину травоядного. Охотничьи инстинкты никуда не денешь; к тому же, отсутствие ветра не давало леопарду разобрать, был это его друг или совершенно посторонняя свинья, которую без зазрения совести можно прикончить.
Впрочем, наблюдал он все же без излишнего энтузиазма: еще не успел проголодаться.
— Ветчинский! — наконец, окликнул он негромко, подступая поближе.
И, как оказалось, сел задницей в лужу. Фигурально. Свинья оказалась хоть и такой же крупной, но Ветчинским совершенно точно не была; к тому же, оказалась самкой, окруженной добрым десятком мигом запаниковавших полосатых поросят. Они хлынули из кустарника во все стороны, парочка даже бросилась прямиком на замершего в удивлении хищника. Сердце так и ёкнуло: а ну как мамаша решит, что он угрожает ее детям? Леопарду расправиться с кистеухой свиньей — раз плюнуть. Это если она одна. С разъяренной мамкой любого вида лучше не сталкиваться.
Нет, обошлось. Кабаниха поспешно увела похрюкивающее потомство; Рич, в свою очередь, не тронул их и когтем. Пусть вырастут сперва — а там уж поговорим.
Философски пожав плечами — ну обознался, с кем не бывает, — на следующую рыжую задницу, встреченную им в кустарнике примерно через полчаса неспешной ходьбы, он выскочил с рычанием, занося лапы с выпущенными когтями.
И немедленно получил кисточкой хвоста по морде. Больно вообще-то. Щетина у кистеухой свиньи жесткая, а на хвосте она довольно длинная; впрочем, сам хвост короткий — что не помешало его обладателю лихо махнуть задницей, чтобы обеспечить нужный воспитательный эффект.
— Совсем ошалел, на своих бросаешься! — тоненько заголосил кабан, разворачиваясь к хищнику мордой и вдобавок наступив острым копытцем тому на лапу.
Ричард сбивчиво извинился. Мол, задумался, с кем не бывает. Ветчинский был неумолим. Перепалка длилась добрых минут пять, и в течение этого времени тонкий голос кабанчика становился все напряженнее и напряженнее; леопард же отвечал ему негромко и спокойно, в душе удивляясь, отчего он все еще терпит общество своего странного друга.
Впрочем, угомонившись, Ветчинский привычно ткнулся рылом в бок хищника, доверчиво перебирая тому шерсть, и Рич мигом растаял, краем глаза наблюдая за кабаном. Хрупкий мир был восстановлен — и еще через несколько минут, окончательно успокоившись, странная парочка побрела по тропе уже вдвоем. Порой кабанчик останавливался, чтобы откопать корень или проглотить особо аппетитную личинку. Ричард кривил морду на первое и сдержанно критиковал второе: насекомых он еще более-менее принимал в качестве источника пищи, а вот коренья — нет уж, увольте.

+1

48

----------------------------Подножие горы

Рианон возвращалась - переход из Дебрей в мир Горы Шаманов и обратно всегда ощущался остро, словно каждый, кто проходил туда, пересекал невидимую границу, которая отделяла мир солнца от обиталища духов. Так же было и тогда, когда идти нужно было в обратную сторону - вот только граница эта открывалась куда охотнее, выпускала живое к живому, закрывая врата, что не видны были никому, но ощущались каждым. Переступив через неё сейчас, травница оказалась в наполненном мягким туманом утреннем лесу, просыпающимся и оживающим перед новым днём. В нём всё было так привычно и спокойно, так обыкновенно и прекрасно, что Рианон невольно улыбнулась, опуская взгляд на влажную мягкую землю под лапами. Она не была шаманом, и пусть Гора и признала её одной из своих хранительниц, находиться так близко от этого места молодой леопардице было тяжело. Джунгли были совсем другим делом - это было место, столь любимое Рианон, что она готова была не покидать их никогда. Не испытывающая особой тяги к приключениям и странствиям, совершенно домашняя, она, может быть, и хотела бы повидать мир, но с тем условием, чтобы всегда была возможность вернуться в любимую обитель.

Сейчас пора была идти домой, в логово. Чаще всего не проходило ни дня, чтобы помощь травницы не была нужна кому-нибудь - заболевшие, раненые и даже просто занозившие лапы жители Дебрей приходили к ней за исцелением, и леопардица считала это своим основным делом, тем, для чего она пришла в этот мир. Этот долг был важнее долга хранительницы горы - меньше всего Рианон бы хотелось сейчас вернуться и узнать, что в её отсутствие кто-то искал её и не нашёл. Такое уже случалось несколько раз, и об этих своих проколах леопардица предпочитала не вспоминать - один из них имел роковые последствия, надолго выбившие травницу из колеи. Давняя, давняя история, до сих пор сидящая занозой в сердце - вспомнив о ней, бредущая по джунглям Ри тяжело вздохнула и помотала головой, прогоняя неприятное наваждение. Хотелось верить, что такого никогда больше не повторится - но кто из лекарей был застрахован от потерь?

Тишина джунглей, которую не нарушали ни голос ветра в листьях, ни щебет утренних птиц, была прервана звуком, слишком громким для такого утра. Рианон, услышав высокий тонкий голос, подняла голову и насторожила уши, прислушиваясь. Слова разобрать было трудно, но тот, кто говорил, был явно возмущён, а ещё ему, кажется, отвечали - слишком тихо, чтобы понять, кто и как. Травница подумала было обойти конфликтующих, но самый короткий путь к логову пролегал мимо них. Что ж... Джунгли всегда могли укрыть её так, чтобы никто не заметил, что она рядом.

Спустя пару минут неспешного шага Рианон, наконец, увидела тех, кто говорил - леопард и бородавочник уже не спорили, но разговаривали мирно, неспешно шагая ей навстречу. Травница знала их - то были Ричард и Ветчинский, жители Дебрей, с которыми леопардице уже доводилось видеться несколько раз. Встречи эти, однако, были недолгими, и сводились к простым приветствиям и прощаниям. Скрываться не было необходимости, и Рианон неторопливо пошла навстречу, а после остановилась в нескольких шагах от старых знакомых и привественно склонила голову.

- Приветствую вас, - мягко улыбнулась она, оглядывая обоих. - Рада встрече.

+1

49

Топали по тропе они долго. Ветчинский то и дело замечал что-нибудь вкусненькое; а Рич просто никуда не спешил, всякий раз останавливаясь и терпеливо дожидаясь, пока кабанчик откопает особо приглянувшийся ему корешок и с удовольствием им закусит. Правда, у него тоже проснулся аппетит, так что леопард коротал время, красочно представляя себе тот момент, когда вновь поохотится.
Вдруг он навострил уши: впереди были слышны негромкие, мягкие шаги, в которых красношкурый после недолгих колебаний опознал своего сородича. Так шагать могла только кошка, и была она...
Ну нет, только не еще одна львица на его голову, — мысленно взмолился леопард, уже предчувствуя очередную возню с тем, чтобы убедить животное втрое крупнее и тяжелее покинуть эти земли. Но...
Она была пятнистой. Пока, склонив голову, Рич прислушивался, старательно отфильтровывая жадное сопение, с которым Ветчинский копался под гнилой веткой, добывая какую-то жирную, но довольно проворную личинку, владелица мягких лап вышла к ним сама.
Внимательно глянув на самку разномастными глазами, леопард вежливо склонил голову. Он знал Рианон не слишком хорошо; как и со всеми жителями Дебрей, он всегда был с ней безукоризненно вежлив, но никогда не пытался познакомиться поближе. У нее вечно были какие-то дела; самец тоже пропадал где-нибудь, то в джунглях, то на границе, то на охоте. Она казалась ему такой странной и неприступной, но в то же время манящей... Нет, не как самка, с которой можно закрутить ни к чему не обязывающий роман или даже долгие крепкие отношения; тот факт, что она разбиралась в травах, неизменно будоражил любопытство темношкурого, заставляя его с интересом приглядываться к самке всякий раз при встрече, и принюхиваться к странным запахам, которые впитала ее шкура. Тот, чья судьба складывается по-иному, всегда кажется нам особо привлекательным.
— Мое почтение, — в ответ поприветствовал Ричард пятнистую; Ветчинский благопристойно хрюкнул, шаркнув ножкой, но затем, смутившись и делая вид, что по-прежнему увлечен сбором еды, бочком-бочком ушел в ближайшие кусты.
Рич его не останавливал: в конце концов, Ветчинский был свиньей — большая часть леопардов внушала ему если не страх, то затаенный трепет. Жаль, что сам красношкурый подобных чувств не вызывал — к нему кабанчик относился без малейшего пиетета.
Кусты, пошуршав, сомкнулись, а затем нервный топоток свинтуса затих вдали. Склонив голову, кошак как-то безотчетно, машинально прислушался к этим звукам, встрепенувшись лишь тогда, когда его ленивый взгляд вдруг вновь наткнулся на Рианон. Красный аж вздрогнул — память-то девичья, чуть не забыл, что она здесь.
— Вам нужна помощь? — вопрос был задан скорее из вежливости; самка не казалась пострадавшей. Напротив, выглядела она вполне довольной жизнью, пахло от нее не кровью или болезнью, а травой и чистой шкуркой — между прочим, довольно приятный запах, — так что, вероятнее всего, они всего лишь случайно пересеклись на тропинке.
На том и разошлись. Получив отрицательный ответ, Ричард аккуратно обошел самку, чуть насмешливо косясь на нее, и зарысил по тропинке, удаляясь от нее.

Отредактировано Ричард (11 Апр 2017 14:33:31)

0

50

- Знаю. Через съеденное мясо. Через кровь. Через воду и воздух. Достаточно подойти к трупу и подышать рядом с ним немного, чтобы почти наверняка заразиться.
С каждым новым сказанным крольчихой предложением в желудок Тари словно падали камни. Тяжёлые, ледяные глыбы.
«Не есть. Не трогать. Не дышать».
Она мысленно прокручивала в голове этот список, и страшная, неприкрытая правда вставала перед ней, неизбежная, как несущееся стадо слонов – смотришь на них и понимаешь, что спастись нет шансов, а лапы цепенеют от ужаса. Болезнь, способная передаваться столькими путями с такой лёгкостью, практически неудержима. В лёгком порыве свежего ветерка шаманке внезапно почудилось холодное и затхлое дыхание смерти.
- Нужно найти не только леопардов, которые бы быстро выкопали достаточно глубокую яму, но ещё и того, кто рискнёт собственной жизнью для того, чтобы болезнь не поползла по Джунглям. Потому что велика вероятность, что тот, кто потащит труп к яме, заразится и умрёт, если лекарство не будет найдено вовремя.
Тари перевела взгляд с Эстер на антилопу. В тёмных, блестящих глазах, вылупленных и глядящих в пустоту, пантера при желании могла бы разглядеть собственное отражение. А в попытке разглядеть его она могла бы подцепить смертельную болезнь и через несколько дней обрести облик, аналогичный виду мёртвого разлагающегося травоядного.
- Знаешь кого-нибудь, кто готов на такое, шаманка?
«Готов пожертвовать собой? Интересно, много ли по джунглям бродит желающих добровольно отправиться в могилу?»
Тари нахмурила тонкие брови. Вообще-то она не сомневалась, что среди её пятнистого семейства найдётся немало благородных смельчаков, которые даже, возможно, почтут за честь принять смерть во имя благополучия остальных. Но сам факт того, что она может подойти к кому-то и предложить отдать жизнь за правое дело, звучал как-то сумасбродно.
– Само собой, знаю, – тихо проронила шоколадная кошка, склонив голову. – Я Хранительница, и моё призвание – хранить мир на моих землях. Здесь нет места смерти, – шаманка раздвинула губы и оскалилась, отчего упругие усы распушились пуще прежнего; в горле заклокотало тихое, глухое рычание, которое Эстер если и могла услышать, то только как следует прислушавшись. От нежданного прилива злости и сил в груди стало жарко. Это её земля, это её семья, и никакая чума не посмеет сеять хаос в Дебрях!
«Самопожертвование это хорошо, но и живой ты им нужна», – услужливо прошептал внутренний голосок.
Точно. Тари решительно огляделась вокруг себя, подыскивая что-то... что могло бы помочь ей. Долго стараться не пришлось; горящий взгляд жёлтых глаз упал на низко стелющееся по земле растение с сочными широкими листьями, как раз то, что нужно. Мысленно кивнув себе, пантера сделала шаг в сторону от трупа и принялась копать, краем глаза заметив, что крольчиха присоединилась – уж кто-кто, а кролики рыть норы умеют.
«Но здесь нам нужна не нора, а кое-что побольше... Значительно больше».
Земля неприятно забивалась под когти, но тропическая почва оказалась мягкой, рыхлой и податливой, так что особого труда копание не представляло. И тем не менее Тари остановилась только тогда, когда смогла убедиться, что никто, даже самый оголодавший зверь, не сможет учуять и не станет искать добычу так глубоко. Она беззвучно вздохнула.
«Полдела сделано».
Пантера направилась к растению и осторожно перекусила пару наиболее широких листов у основания. Взяла их в пасть и, подойдя к антилопе, расположила на полосатом, впалом боку. Под внимательным взглядом Эстер, не говоря ни слова, Тари сделала глубокий вдох, задержала дыхание и упёрлась лапами в труп, изловчившись не прикасаться к заражённой плоти, которую прикрыла листьями. Мышцы на покатых плечах вздулись от напряжения, кошка налегла всем весом на антилопу, чувствуя, как та до ужаса медленно сдвигается с налёженного места. Тари могла прощупать выступающий хребет копытного, и это было неприятное ощущение: словно после смерти вся мускулатура антилопы как-то размякла, и туго натянутая на кости шкура может разойтись по швам от малейшего прикосновения.
Толчок, ещё один изо всех сил – и тело, перекатившись, грузно упало в приготовленное для него место вечного успокоения. Плотные листья, сыгравшие такую славную службу, упали сверху, частично прикрыв труп. Тари отступила от ямы, не желая вдыхать идущие из неё отравленные пары, и смогла перевести дух.
– Плохая смерть. Неправильная, – пробормотала шаманка, сощурив глаза, в которых плещется бескрайняя печаль. Хотела что-то добавить, но не стала, лишь молча приблизилась к куче свежевырытой земли и принялась забрасывать ею антилопу.
Ей удалось избежать непосредственного контакта с чумным животным, так она думала. Но... это была всего лишь одна маленькая проблема. Что если их больше?
«Нужно предупредить всех. Всех».
Тари пожалела, что не имеет на службе кого-нибудь вроде птицы, способной облететь Дебри по воздуху и проконтролировать общую обстановку.
«Будем справляться сами. Этим нас не запугать, верно?»
Дело было выполнено. Леопардица обратила взор к молчавшей до сих пор Эстер и кивнула ей.
– Здесь всё. Спасибо за предупреждение. И за помощь, – огоньки-глаза потеплели, шаманка слабо, но мягко улыбнулась.

Отредактировано Тари (1 Апр 2017 14:30:39)

+1

51

Как в море корабли, не иначе. Встретились, приветственно погудели друг другу — и разошлись. Уже через пару минут Ричард и думать забыл о том, что встретил на своем пути травницу. Лишь легкое недовольство осталось: Ветчинский-то убежал, так что Рич снова лишился собеседника, пусть временно, но все же.
Ладно, вернется, куда он денется. А пока он отсутствует, можно поохотиться. Возможно, что кабанчик придет на запах мяса: как многие из его семейства, он порой не отказывал себе и в мясных блюдах. Правда, предпочитал полежавшее, с душком. Но тут уж Ричарду его было не понять: кошак ел только свежее, притом стараясь добывать пропитание самостоятельно, не полагаясь на усилия самок. Что же это за самец, если сам себя прокормить не может? Мать так его учила, и так он привык.
В общем, темношкурый вновь трусил по тропинке, прислушиваясь и принюхиваясь к той великолепной какафонии, что творилась вокруг.
Или нет, не творилась. Именно странная тишина привлекла внимание пятнистого. Это вряд ли означало охоту: если уж звери затихли, значит, почуяли что-то неладное. Стало быть, попрячутся по кустам и норам, пока опасность не минует. Знать бы еще, что там им привиделось.
Его носа коснулся странный, показавшийся ему каким-то болезненным запах... а затем он уловил след леопарда.
Да, пожалуй, этот день был весьма необычным. Дебри велики; порой Ричард чуть ли не неделями не видел других кошек, не считая только патрульных на границе. Сегодня он встретил уже двоих (не считая патруля, опять же)... да еще и львицу. Эта часть леса будто медом была намазана.
Впрочем, этому наверняка было какое-то объяснение. Наверняка и Рианон, так твердо отказавшаяся от всех попыток ей помочь, и эта самка, — а Рич уже не сомневался в том, что это самка, — были здесь с какой-то целью.
Не то, чтобы ему было очень любопытно, но путь его все равно лежал в этом направлении, так что леопард, не скрываясь и даже наоборот, хрустнув погромче веткой, чтобы его присутствие заметили, зашагал дальше. По мере того, как он приближался к негромко переговаривавшимся животным, запах становился сильнее, и в какой-то момент темношкурый понял: это была Тари.
Вскоре он ее увидел. Красивая, сильная самка. Несмотря на то, что Рич никогда не проявлял интереса ни к одной из самок Дебрей, он не мог не восхищаться ее темной шкурой — темнее, чем у него. Тари будто была создана из теней, и двигалась так же, как двигаются тени в летний полдень — мягко, незаметно, обманчиво медленно. Хищник во плоти.
Постойте-ка, она ведь и есть хищник.
Находившийся рядом с самкой зверек — а леопард показался из-за поворота как раз тогда, когда Тари, закончив свои труды, забросала импровизированную могилу землей и отвернулась, встряхивая лапы, — был зайцем. Или кроликом. Словом мелкой какой-то тварью, характерно припрыгивающей рядом с леопардицей.
Невольно Рич сглотнул слюну; его разноцветные глаза дико блеснули, будто самец уже мысленно разделал тушку на пару частей, предварительно содрав пушистую шкурку. Спустя секунду взгляд его изменился, став ленивым и томным, будто и не было мгновенной вспышки охотничьего инстинкта. Стоило только взглянуть на то, как бесстрашно маленький зверек снует рядом с Тари, чтобы понять: он представляет собой что-то вроде Ветчинского. Вроде бы и еда, но ее не трогают. И не потому, что припасена на черный день, а потому что... потому что это друг.
Странно, дико, но в глазах Ричарда, искренне любившего своего дружка-кабана, вполне понятно. Так и запишем: вот это ушастое кушать нельзя.
— Приветствую вас, — вежливо проговорил он, приближаясь к странной компании; тут, должно быть, тоже откажутся от его помощи? Но предложить ее следовало, — я могу помочь?

0

52

Внимание

В посте идёт повествование от лица Эстер, фамильяра Хайко

Эстер внимательно наблюдала за реакцией Тари на её слова - взгляд шаманки неуловимо менялся, наполняясь ужасом, и сама она словно холодела, в полной мере осознавая, что произошло и что может ждать её и всех жителей Дебрей из-за одного только этого трупа. Когда после последней, самой жёсткой из фраз, леопардица на мгновение опустила голову, словно пытаясь найти под лапами ответ и не поддаться отчаянию, крольчиха только слегка дёрнула длинными ушами - мол, да, милая, никто не говорил, что будет легко принимать некоторые решения и выбирать между жизнями других и своей собственной. Такова была доля Хранительницы, той, кто оберегает самое священное из мест в саванне. А ещё такова была доля любящей сестры и тёти, подруги и соратницы, желающей уберечь жителей Дебрей от беды. Эстер уже знала, что именно скажет Тари - и вскоре услышала то, что и должна была услышать. Она одобрительно кивнула леопардице, явно поддерживая её решение, и усмехнулась неожиданной ярости, отразившейся на морде большой кошки. Боевой настрой - это хорошо.

- Надеюсь, ты понимаешь, что после того, что сделаешь, тебе придётся провести несколько дней в изоляции, чтобы не подвергать других опасности - сказала крольчиха, повернув голову в сторону отошедшей и разглядывающей широколистное растение Тари. - И если тебе не повезёт - умереть в одиночестве.

Слышать такое было наверняка не слишком приятно, но Эстер не собиралась скрашивать действительность - глупо было делать это в тот момент, когда от действий одного зависит будущее всех остальных. Тари должна знать, на что идёт и к чему ей следует быть готовой. Эст порадовало то, что даже после этих слов леопардица не отступила от своей идеи - порадовало настолько, что крольчиха решила ей немного подсобить и присоединилась к шаманке, когда та начала копать яму. Маленькие, но сильные лапки Эстер работали быстро, Тари тоже не отставала, но всё равно работа заняла у них долгое, очень долгое время - утро успело смениться днём. Их старания не прошли даром - когда солнце поднялось в зенит, неподалёку от трупа антилопы красовалась глубокая яма. Что ж... Теперь оставалось самое сложное.

«Для каждого приходит время испытаний», - Эстер посторонилась, когда Тари прошла мимо неё к трупу антилопы. - «Вот и твоё, Хранительница. Первое из многих».

Крольчиха не стала озвучивать это вслух. Даже такая мелочь находилась под запретом - разговоры о будущем всегда были для неё табу. И иногда она бесконечно сильно жалела об этом.

Труп с грохотом и хлюпаньем обрушился в яму, в воздух взвились сотни мух. Эстер сморщила нос от ужасного зловония, ставшего на несколько мгновений ещё сильнее, и отошла на несколько шагов, чтобы её не коснулись насекомые. Мух крольчиха находила мерзкими. В закапывании тела помогать Тари она не стала - с этим леопардица прекрасно справилась и без неё - но и уходить не спешила, решив дождаться окончания этой истории. Как оказалось, не зря - закончив, шаманка обернулась к ней и негромко поблагодарила.

- Не за что, - Эстер едва слышно фыркнула. - Ты сделала основное, Хранительница. Помни о карантине. Не думай, что может обойтись - на тебе ответственность. А мне пора... Меня заждались.

Кивнув Тари на прощанье и развернувшись, Эстер поскакала прочь от места, где была похоронена смерть. Пробегая мимо так невовремя подошедшего к этому месту леопарда, крольчиха слегка притормозила.

- Хочешь помочь - держись от неё и этого места подальше, - сообщила она - и поскакала дальше. Здесь её дело было сделано.


-----------------------------Подножье Горы Шаманов

+1

53

Тари слегка навострила уши, давая понять, что твёрдо уяснила указ Эстер. В сущности, леопарды по природе своей одиночки, не то что львы, которые так и норовят сбиться в шумную кучу: так же охотятся, так же и спят. Пантера никогда не понимала этого необъяснимого рвения дрыхнуть всем в одной пещере друг на друге – она бы предпочла приятное уединение вынужденной компании. Всё это я веду к тому, что никакого значительного изменения в распорядке дня «карантин» не выявит.
Определённо посчитав свою миссию здесь завершённой, крольчиха развернулась и поскакала прочь, на прощание бросив интригующую фразочку подошедшему леопарду, в котором Тари узнала Ричарда. Теперь, когда спокойная и уверенная в своих силах и вообще, похоже, во всём Эстер ушла, пантера на мгновение ощутила... пустоту? Вся тяжесть ответственности вмиг обрушилась на её тёмно-шоколадные плечи.
«Впрочем, мне не привыкать, не так ли?»
Кошка кинула ещё один взгляд на свежую могилу, так тщательно обработанную, что её было практически не отличить от любого другого места в джунглях...
«Но это место таит смерть».
Задумчиво поведя усами, Тари навернула круг вокруг последнего пристанища больной антилопы, тщательно помечая траву и низкие кусты.
«Теперь предупреждающий запах опасности точно не пропустят. Лучше, чтобы все держались отсюда подальше».
Только после этого она обернулась к стоявшему в недоумении поодаль новопришедшему.
– Здравствуй, Ричард, – кошка чуть склонила покатую голову в приветственном кивке, голос её, недавно дрожащий от тревоги, вновь наполнился низкими урчащими нотками, мягкостью и мёдом. – Хорошо, что ты здесь, – в отличие от категоричной крольчихи Тари вдруг ясно поняла, насколько удачным оказался визит разноглазого леопарда.
Подойдя к нему поближе, но продолжая из соображений безопасности сохранять дистанцию метра в полтора-два, пантера потянулась, разминая затёкшие лапы, после чего села, мягко постукивая хвостом по земле.
– У меня дурные вести, – сразу предупредила она, – в наши земли пробралась страшная болезнь. Должно быть, ты чувствуешь этот запах? – Тари вскинула голову, словно хотела в парящем над ними воздухе увидеть мельчайшие частицы чумной вони. – Так пахнет заражённое мясо. Только что я избавилась от трупа больной антилопы, – кивок в сторону закопанной ямы, – Но я не знаю, сколько ещё их может быть в джунглях. Поэтому прошу тебя...
Тари поднялась, шагнула к Ричарду и пытливо заглянула в его глаза.
– ...Прошу тебя, если ты увидишь кого-то, пахнущего так же или выглядящего больным, не трогай. Не ешь и не прикасайся.
Она замолчала, давая собрату обработать поступившую информацию.
«Как бы узнать, насколько распространилась болезнь? Она пришла извне, и... значит ли это, что за пределами джунглей всё уже совсем плохо?»
Если бы мясо нашёл кто-то по-настоящему голодный, его не остановили бы предупреждающие знаки. По-настоящему голодных хищников в Саванне очень много.
«Мы все вскоре можем оказаться на грани вымирания. И все – это не только леопарды... И даже не только хищники. Если так пойдёт и дальше, скоро не останется совсем никого».
Тари на мгновение прикрыла глаза.
«Но ведь болезнь не появилась из ниоткуда... и должен быть способ вылечить её. Но как понять, что это за способ?»
Шаманка всегда придерживалась идеи, что неизлечимых болезней не бывает, и от немедленного желания броситься бежать на поиски лекарства у неё зачесались лапы.
«Вот только неясно, куда бежать».

+2

54

Крольчиха, или кем она там была, развернулась и поскакала прямо на Ричарда, заставив того занервничать. По крайней мере, на миг. Когда к тебе столь целенаправленно бежит существо, которым ты обычно обедаешь, как тут не нервничать? Вдруг бешеный, укусит еще, кошмар.
Внешне, впрочем, Ричард не подал виду, как, впрочем, и не пытался напасть — поведение зверя отбило у него всякое желание перекусить. А уж ее мрачное пророчество — и подавно. Правда, встряхнувшись и глянув удалявшейся Эстер вслед, темношкурый пожал плечами и почти сразу выкинул из головы встречу с ней.
Он вновь обернулся к самке, темной, как самые укромные уголки джунглей. И, вопреки рекомендации крольчихи, приблизился еще на пару шагов, но не слишком близко, чтобы совсем уж не смущать.
Тари сама пошла ему навстречу, и при этом была настроена куда более мирно — прогонять явно не собиралась. Впрочем, судя по запаху, тревожащему ноздри, она и сама не хотела задерживаться здесь дольше, чем это необходимо.
— Да, я издалека почуял неладное, — подтвердил он, кивая и придирчиво принюхиваясь снова: на шерсти Тари теперь был тот же запах... значило ли это, что она тоже заражена? — я буду осторожен. И предупрежу остальных.
Ему пришло в голову, что стоит попросить о том же самом и Ветчинского: пусть скажет своим сородичам. Хотя свиньи жили небольшими группками, и одинокий кабан не вписывался в их компанию, они все же порой общались между собой. Понятное дело, что Ветчинского, который предпочел дружить с хищником, не особо любили. Но ради спасения от смертельной болезни можно и забыть о своей неприязни. В свою очередь, леопарды тоже будут в выигрыше: по крайней мере, их дичь не перемрет от этой загадочной болезни.
Мозг хищника живо выстроил цепочку заражения: вот сдохшую антилопу, которую никто не удосужился закопать, поедают падальщики, а затем разносят эту болезнь дальше, заражая сородичей и другую дичь. Может быть, будет недостаточно прикосновения, но уж укус больной твари наверняка заразен, и вот, пожалуйста — новые трупы, которые будут лежать в ожидании момента, когда их кто-нибудь съест.
Конечно, если кто-то позарится. Вонь довольно специфическая и неприятная: Ричард, будучи брезгливой кошкой, не стал бы есть это, даже умирая с голоду. Многие леопарды, почти все, наверно, поступят подобным образом. Но то леопарды; говорят, что львы не столь придирчивы и даже едят полежавшую падаль. Что уж говорить о мелких зверях, вроде гиен, шакалов и лис?
В общем, так себе перспективы. Темношкурый замотал головой в подтверждение того, что правильно оценил опасность всего происходящего. Хорошо еще, что границы закрыты — и теперь, похоже, их будут патрулировать особенно усердно, чтобы не пропустить ни одного больного животного извне.
— Ветчинский! — вдруг без предупреждения гаркнул самец, так, что с ближайшего дерева панически порскнула какая-то мелкая зверушка.
Он уже некоторое время слушал происходящее вокруг, и от него не укрылся негромкий цокоток копыт, затихший неподалеку. Кабан тактично не вмешивался в отношения между леопардами, а может быть, просто побаивался показываться на глаза кому-то, кроме своего друга. Он все-таки, как ни крути, мяско.
Но тут уж пришлось выглянуть, правда, при этом свин возмущенно похрюкивал. Обычно это сходило ему с рук, то бишь, с копыт — Ричард вполне терпел все закидоны кабанчика, хотя тот порой перегибал палку. Но сегодня ситуация была серьезной, так что леопард пропустил фырканье мимо ушей.
— Ты слышал? — грозно пророкотал Рич, оборачиваясь к другу и награждая того взглядом, от которого любая дичь бросилась бы наутек, а Ветчинский всего лишь звучно рыгнул, оставшись невозмутимым, — предупреди своих сородичей. Они тоже должны знать, чего бояться.
— Я понял, — наконец, хрюкнул кабан, — расскажу.
Кажется, до него тоже дошла серьезность происходящего; во всяком случае, он тут же развернулся, уходя... при этом не преминув звучно испустить газы, прежде чем его задница скрылась в кустах.
Что еще хуже пахнет, неизвестно. Может быть, болезнь и не так уж плоха.
Недовольно фыркнув, Ричард вновь повернулся к Тари.
— Ну а ты? Ты теперь тоже, — он понизил голос, хотя последнее слово можно было разобрать, — заражена?

+1

55

Леопард кивнул. Он понял всё с полуслова, и за это Тари была ему безмерно благодарна. Успокоительная мысль разгладила поднявшуюся на загривке тёмную шерсть: её сородичи слишком проницательны и осторожны, чтобы так просто взять и заразиться от провонявшего на всю округу трупа.
«Нужно попросить патрульных обойти границы и отыскать все возможные следы заразы».
На довольно-таки неожиданный зов Ричарда откуда-то из зарослей с хрустом и треском вывалился кабан неопрятного вида и нешуточных размеров. Тари навострила округлые уши, с любопытством разглядывая зверя, которого присутствие двух хищников в непосредственной близости нисколечко не смущало. На ум, само собой, пришла Эстер: пантера с усмешкой вспомнила, насколько увереннее себя чувствовала при крольчихе. Иронично. Эти двое, видимо, тоже старые приятели.
«Чего только в Саванне не встретишь».
Выслушав указания разноглазого, свин развернулся, как заправский солдат на службе, и промаршировал к кустам, из которых недавно явился. Кошка слегка наморщила нос, когда до неё донеслось ощутимое поросячье амбре, но лёгкая полуулыбка с чёрных губ никуда не делась. Этот парень определённо пришёлся Тари по душе.
Ричард повернулся к ней, и в его разноцветных глазах пантера заметила тревогу. С ответом на тревожащий её душу вопрос она помедлила, не решаясь сеять тщетную надежду или же категорично выносить себе приговор.
– Не знаю, – наконец произнесла Тари низким с хрипотцой голосом, – возможно. До тех пор, пока это не станет понятно, мне лучше держаться особняком.
Она долгим взглядом посмотрела на Ричарда. Сейчас, вероятно, стоит сказать, что всё будет хорошо; так обычно говорят, когда на деле всё очень плохо. Пантера прикрыла веки, сияя щёлочками жёлтых глаз.
– Удачной охоты, Ричард. И будь осторожен.
Резко развернувшись, кошка в три огромных прыжка пересекла полянку и подбросила своё мускулистое тело на ближайшую широкую ветвь дерева, склонённую к земле. Тари не была уверена, стоит ли леопард там же, где она его оставила, и смотрит ли он ей вслед, но себе она обернуться не позволила и продолжила стремительный и бесшумный путь от дерева к дереву, стремясь убраться подальше от мёртвых и живых… ведь одни опасны для неё, а для других – опасна она.
«Нужно будет посоветоваться с братом. Но только не сейчас. Не хватало мне заразить ещё и его».

0


Вы здесь » Король Лев. Начало » Непроходимые Дебри » Непролазные джунгли