Страница загружается...

Король Лев. Начало

Объявление

  • Новости
  • Сюжет
  • Погода
  • Лучшие
  • Реклама

Добро пожаловать на форумную ролевую игру по мотивам знаменитого мультфильма "Король Лев".

Наш проект существует вот уже 10 лет. За это время мы фактически полностью обыграли сюжет первой части трилогии, переиначив его на свой собственный лад. Основное отличие от оригинала заключается в том, что Симба потерял отца уже будучи подростком, но не был изгнан из родного королевства, а остался править под регентством своего коварного дяди. Однако в итоге Скар все-таки сумел дорваться до власти, и теперь Симба и его друзья вынуждены скрываться в Оазисе — до тех пор, пока не отыщут способ вернуться домой и свергнуть жестокого узурпатора...

Кем бы вы ни были — новичком в ролевых играх или вернувшимся после долгого отсутствия ветераном форума — мы рады видеть вас на нашем проекте. Не бойтесь писать в Гостевую или обращаться к администрации по ЛС — мы постараемся ответить на любой ваш вопрос.

FAQ — новичкам сюда!Аукцион персонажей

VIP-партнёры

photoshop: Renaissance За гранью реальности

Время суток в игре:

Наша официальная группа ВКонтакте

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Непроходимые Дебри » Непролазные джунгли


Непролазные джунгли

Сообщений 91 страница 105 из 105

1

http://drive.google.com/uc?export=view&id=1V8KPFSr73MEZEN82kjLFTjxIdiah0PTy

Огромный лесной массив занимает огромные территории к востоку от земель прайдов. Деревья здесь достигают поистине колоссальных размеров, их тугие ветви сплетаются друг с другом, образуя своеобразный зеленый купол, под которым царят приятные сумрак и прохлада. Здесь очень легко заблудиться и еще проще лишиться жизни, причем не только от когтей местных хищников, но и от укусов насекомых и даже от простого соприкосновения с незнакомыми экзотическими растениями.


1. Любой персонаж, пришедший в данную локацию, получает бонус "+2" к поиску целебных трав.

2. Доступные травы для поиска: Базилик, Валерьяна, Забродившие фрукты, Кофейные зерна, Маи-Шаса, Костерост, Адиантум, Сердецей, Паслён, Мелисса, Мята, Манго (требуется бросок кубика).

[formatgic=sidewindow]Очередь #1:

Джейд
Левиафан
Лилит
Сарду

Очередь #2:

Рагна
Иисус
Тари
Ричард

Отпись — трое суток.
Очереди параллельны друг другу.
Игроки вне очереди
пишут свободно!
[/formatgic]

0

91

Гора Шаманов >>>


Тари откликнулась на зов так быстро, как только смогла. То бишь — практически сразу же.

Ну а что, можно подумать, у хранителей Горы такой уж напряженный график!

Темно-шоколадная тень, промелькнувшая было среди узловатых древесных ветвей над головами присутствующих, мягко спрыгнула на землю в считанных шагах от Мефистофелиса и его родных — их шаманка заметила самыми первыми. Едва оказавшись рядом братом и его венценосной супругой, Тари без лишних церемоний обтерла лбом сперва Джейд, а потом уже и Мефа, негромко, приветственно мурлыча. Ну, здравствуйте, дорогие... Давно не виделись, хотя и не то, чтобы дольше пары дней. Опустив взгляд ниже, под лапы правителей, леопардица все с той же широкой и ласковой улыбкой склонилась к троице королевских наследников, как следует пройдясь языком по темной шерстке каждого из них. Что поделать, своих племянников Тари просто обожала и ничуть этого не скрывала. Своих-то детей у нее пока не было!

Я скучала, мои дорогие, — уже вслух молвила она, вновь выпрямляясь и пристально заглядывая в мерцающие глаза Владыки. При этом ее собственная морда приняла гораздо более серьезное и даже озабоченное выражение. — Эонве сказала мне, что на границах произошла стычка с чужаками, — на этих словах, позади Тари также нарисовалась слегка запыхавшаяся стражница: как видно, она слегка подотстала от прыткой шаманки, что ветром унеслась вперед нее, спеша на помощь любимому братцу.

Все верно, — подытожила она, вставая рядом с ними. — Вот только я не успела уточнить всех деталей...

Что тут уточнять, — Тари выразительно закатила глаза, прежде, чем все также деловито развернуться кругом и уверенной походкой направиться к сгрудившейся поодаль компании. — Где битвы, там и раненные... и мертвецы, к сожалению, тоже, — уже чуть тише добавила она себе под нос, едва усмотрев в постепенно сгущающемся сумраке неподвижный силуэт лежавшего у лап Рагны Окхарта. Ох... бедолага. Что ж, теперь ситуация еще больше прояснилась. — Мне так жаль, — искренним тоном обратилась Тари к безутешной матери, едва только подойдя к той вплотную. Она была достаточно понятлива, чтобы с ходу разобраться в случившемся и распознать в Рагне близкую родственницу умершего. Ну не может посторонний зверь сидеть рядом с таким горестным выражением морды и пустым, обреченным взглядом! Если она ему не мать и не старшая сестра, то уж наверняка очень близкий друг. Тут волей-неволей выразишь сочувствие подобной утрате. Тем более, что и погибший леопард казался таким юн... Никто не должен был умирать в таком молодом возрасте, но разве ж кто-то спрашивает дозволения у живых? — Такой молодой, такой отважный... Не беспокойтесь, мы все для него организуем. Меня зовут Тари, я местный лекарь и шаман. Вы ранены, не так ли? — остановившись рядом с Рагной и Ричардом, Тари обвела их внимательным взглядом опытного профессионала своего дела. Ричард показался ей совершенно целым и невредимым, ну, разве что немного въерошенным после схватки, но в целом с ним все было в полном порядке. А даже если нет — она займется им чуть позже, едва только разберется с травмами Рагны. Вот она выглядела очень и очень плохо... И, к сожалению, ее моральное состояние здесь было совершенно ни при чем.

Тари едва слышно прицыкнула языком, чуть повертев головой из стороны в сторону, так и эдак рассматривая старшую самку — ранена, но не сильно, кровотечение уже успело остановиться само... Но вот движения какие-то очень скованные, и дышит как будто через силу, старательно экономя каждый вздох. Значит, что-то мешает.

Как ваши ребра? Сильно болят? — первым же делом уточнила леопардица, после чего аккуратно уложила одну лапу поверх бока Рагны, очень мягко и бережно "прощупывая" то, что скрывалось под ее короткой, встрепанной шерстью. — А ну-ка, прилягте на бок, только медленно, не торопясь, — попросила она незнакомку и, дождавшись, пока она выполнит ее просьбу, продолжила изучать ее грудную клетку — до тех пор, пока четко не определилась с местом возможного перелома. — Все не так уж и плохо, — в конце концов, обнадежила она свою пациентку, убирая лапу от ее многострадальных ребер. — Кость срастется сама, но для этого мне нужно ее зафиксировать. Вот уж где пригодилась бы помощь мартышек... Полежите пока, я сейчас вернусь, — обойдя стороной присутствующих и мирно лежащее в траве тело Окхарта, Тари приблизилась к одному из деревьев и прыжком запрыгнула наверх, принявшись деловито срывать пастью какие-то длинные, относительно мягкие и широкие на вид лианы. Набрав достаточное количество, Хранительница вновь соскользнула вниз и подтащила свою "добычу" обратно к Рагне. Дальнейшие несколько минут Тари, пользуясь помощью Эонве, терпеливо обматывала этими лианами крепкие бока Рагны, что было не так-то просто, учитывая, что пользоваться приходилось одними лишь зубами да совсем немного — лапами. Впрочем, вдвоем эта работа продвигалась намного быстрее, чем если бы леопардица взялась за дело в одиночку.

ГМу

Пытаюсь оказать первую помощь Рагне, уменькой. Не получится — видимо, будем бегать и нанимать макак в санитаров xD

+1

92

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"3","avatar":"/user/avatars/user3.jpg","name":"SickRogue"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user3.jpg SickRogue

Тари оказывает первую помощь Рагне

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=1

Бросок
Бонус

Итог

1
2

3

Никакого эффекта.

К сожалению, помощи Эонве и собственных навыков Тари оказывается недостаточно, чтобы нормально зафиксировать лианы на груди Рагны. Действия персонажей не дают никакого эффекта.

0

93

Джейд ответила – честно и кратко. Лучше, чем ничего. Хуже, чем могло бы быть.

Лилит уже получила небольшой нагоняй за излишнюю любознательность и порывистость, и повторять её подвиг смысла не было никакого. Сарду ёрзал попой по траве, как на иголках, приподнимался, отрывая передние лапы от земли, вытягивал шею, пытаясь что-то разглядеть со своего совершенно неудачного наблюдательного пункта: между ним и активно разворачивающимся действом были как минимум отец и мать, а как максимум – ещё и порядочное расстояние в несколько широких прыжков да густая растительность. Густой солоноватый запах распространился по полянке, стал столь концентрированным и крепким, что в горле запершило. Запах этот сбивал с толку: похоже на добычу, которую они уже вовсю ели, отвыкая от материнского молока, но при этом ни малейшего аппетита не вызывает, а пробуждает чувство тревожности. Убедившись, что разглядеть ничего не получится, Сарду успокоился и сел, опустив голову и раздумывая. Он старался сложить два и два, проанализировать отдельные события и сигналы и сформировать картину происходящего, но получалось плохо – не хватало многих частей мозаики, и без них она получалась бестолковой.

По крайней мере, мать не покинула их, и её лоснящийся чёрный бок и помахивающий хвост маячили перед глазами. Маленькому леопарду ещё никогда не доводилось испытывать настоящей испытывать физической боли; хотя однажды он поранил лапу, ободрав подушечку о кору дерева. Это было почти не больно, чуть-чуть щипало, и гораздо больше внимания Сарду привлёк сам вид царапины – из пореза текла густая красная жидкость. И именно она пахла так опасно и пугающе, как пахнет сейчас воздух. В тот день юный принц узнал, что он уязвим, и что с добычей, погибающей на клыках его родителей, у него больше общего, чем он мог бы предположить.

«Такой же противный запах… Значит, кто-то ранен?»

Этот пазл оказался очень большим и существенным в решаемой головоломке: теперь понятно, почему взрослые так всполошились! Кто-то из их семейства ранен, и ему нужно помочь. Сарду остался доволен своей догадливостью и мысленно обкатывал свою теорию до тех пор, пока Мефистофелис не вернулся к ним, сообщив, что должен отлучиться. Что ж, это неудивительно, ведь Владыка вообще нередко покидал свою супругу и детей, занимаясь важными и ответственными делами. Но он всегда находил время, чтобы побыть со своими и оказать им внимание – вот как сейчас, когда лизнул Сарду и его брата с сестрой в темя. Наследник успел поймать взгляд светящихся желтизной глаз Мефистофелиса, преданно заглянул в них, прежде чем отец выпрямился и отвернулся. Сарду едва сдержался, чтобы не броситься к нему и не прижаться к тёплой угольной шерсти – было не время и не место для этих нежностей, но как же он всё-таки обожал своего отца! Особенно в такие моменты, когда тот успевал делать всё и везде успевать, он был как несокрушимая скала, неподвластная мелким треволнениям. Когда-нибудь он, Сарду, станет таким же.

Непонятные речи родителей – похороны, какая-то подготовка, заставили нервно распушить загривок. Как и к чему они должны подготовиться? Ещё потренироваться? Научиться какой-то церемонии? Лилит первая начала сыпать вопросами, но Джейд мягко оборвала её. Сарду соприкоснулся плечами с сестрой – её непосредственность и нетерпение уже во второй раз за последние пять минут оказались пресечены, и вид недоумевающей и растерянной Лилит вызывал у юнца желание защитить и поддержать её хоть чем-то. Иначе зачем вообще нужны старшие братья?

– Мне кажется, это пахнет кровью, – доверительно поделился Сарду своей замечательно отработанной теорией, которая подтвердилась в который раз, когда с ветки дерева мягко соскользнула Тари; а ведь она и тогда лечила его лапу!

Выходит, всё правильно. Сейчас она начнёт лечить того, кто ранен. Ласка тётки была не такой торжественной, как папы, но гораздо более душевной, и Сарду с наслаждением вдохнул сладковатый запах трав, потеревшись в свою очередь о щёку пантеры. Она тут же отошла, и наедине с детьми и их мириадами вопросов осталась только мать. Три пары пытливых глаз обратились к ней. На всякий случай Сарду решил удостовериться:

– Кого-то ранили? Это для него проведут церемонию? – он даже не запомнил, как там эта церемония называлась, но уже представлял себе, как все леопарды выстроятся в ряд, и будут торжественные речи, или какой-нибудь обряд с травами, или ещё что-то в этом духе… Непростое и наверняка интересное.

«Какова же будет наша роль?»

+4

94

Дожидаясь прибытия лекарки, самец нетерпеливо переступал с лапы на лапу. Ох, как ему хотелось унестись вслед за быстроногой Эонвэ! Чувствовал он себя вполне сносно, если не считать пары царапин, шкура его была абсолютно цела — чего не скажешь о его внутреннем состоянии. Впрочем, время лечит и не такое; Рич все еще продолжал негодовать, ругая себя за нерасторопность — хотя его вины в случившемся и не было, он ведь, как никак, входит в состав Гвардии. Мог бы предусмотреть, предостеречь, вмешаться, и так далее, так далее. Тот факт, что из схватки он вышел почти невредимым, тоже не добавлял ему радости: пожалуй, в этом случае, было бы куда лучше, получи леопард пару хороших затрещин. Глядишь, избавили бы его от самоедства.

Впрочем, посидев немного на заднице, без дела разглядывая листочки и грея уши — прислушиваясь к негромкой беседе Владыки Джунглей с семьей, — Ричард почувствовал себя лучше и хоть немного спокойнее. Сейчас ему нужно было не раны врачевать, а кушать что-то вроде мяты или валерианы — хотя он искренне надеялся, что Тари не заставит его это делать. После приема трав не на разведку идти нужно, а отправляться на боковую часов этак на пять хотя бы. Рич же надеялся догнать остальных и хорошенько пошарить на границе — с усердием, которое лишь подогревалось чувством вины за случившееся. Вдобавок ко всему его снедало беспокойство и тревога за Ветчинского. Да, он знал, что никто из леопардов в дебрях и кончиком когтя его не тронет; несмотря на то, что мало кто понимал странную привязанность Ричарда к потенциальному обеду, относились к этому весьма спокойно. Не голодали, словом (иначе даже вмешательство Рича, пожалуй, не спасло бы кабанчика от гибели в чьих-нибудь когтях). Конечно, и Ветчинскому приходилось вести себя соответственно. Со своим дружком-леопардом он мог и не церемониться, зато остальным благоразумно старался на глаза не показываться, и далеко в дебри не лез, хотя и к себе подобным не примыкал.
Но леопарды привыкли к странностям красношкурого — чего не скажешь о львах. Прямо сейчас, в этот самый момент, шайка грязнолапых чужаков могла орудовать на территории, принадлежащей Владыке, и, к стыду своему, Ричард даже не знал, что приводило его в большую ярость: нарушение границ или опасность, которой потенциально подвергался его жирненький друг.

Наконец, спустя долгие минуты, появилась и лекарка. Темношкурая, гибкая и изящная, она почти бесшумно соскользнула с дерева рядом с Владыкой. На ее фоне даже поджарая Эонвэ казалась неуклюжей и тяжеловесной. Рич вежливо склонил голову, не в силах скрыть свою радость от ее появления.
— Идем, Эонвэ, — будто только и дожидаясь ее появления, Раас, неподвижно сидевший все это время поодаль, поднялся на лапы; кажется, ему тоже не терпелось вернуться к патрулированию.
Однако ушел он в итоге один: похоже, Тари не собиралась отпускать свою спутницу. Поморщившись, Раас, тем не менее, не стал спорить с лекаркой.

Обменявшись приветствиями с семейством, ласково лизнув всех по очереди детей, Тари сразу же взяла быка за рога — то бишь, приступила к осмотру и лечению Рагны. Та держалась спокойно и с достоинством, но все же от присутствующих не укрылись ни скованность в ее движениях, ни то, как она, по неосторожности слишком глубоко вдохнув, морщилась от боли. Да, пострадала она куда сильнее Ричарда. Чтобы не скучать, темношкурый коротал время, посматривая по сторонам, время от времени наблюдая и за действиями лекарки; однако он все же порой вежливо отводил взгляд, чтобы не быть совсем уж навязчивым, да и развлечения в этом, по правде сказать, было маловато.
— Я могу помочь? — наконец, аккуратно поинтересовался он спустя некоторое время; Тари, конечно, была опытной, но Ричард видел, что ее лапам не хватает ловкости; пальцы кошек не приспособлены для завязывания узлов, и лианы, которыми лекарка пыталась зафиксировать перелом, то и дело соскальзывали. Эонвэ, бросавшая томные взгляды в сторону джунглей, где исчез ее избранник, тоже была в этом деле плохим помощником.

+2

95

Трудно было принять это, но за три года изменилась не только Рагна. Напыщённый королёк, который так раздражал её в детстве, за эти годы стал совсем другим. По-прежнему спокоен и царственен, но пропасть, что была между ними в детстве, уже не казалась такой непреодолимой. Впервые Мефистофелис казался Рагне не расфуфыренной коронованной задницей, а смертным леопардом, у которого тоже есть чувства. Они оба родители, и оба сейчас переживают не лучшие эмоции. Она опустошена потерей, разбита и отчаялась, он – увяз в чувстве собственной вины и ответственности, а также испытывает сострадание к горю землячки. И глядя в эти глаза, казавшиеся сейчас совсем незнакомыми, самке казалось, что сострадание короля было искренним. От этого ей было легче понять его. Понять, что у него тоже есть эмоции помимо раздражения и желания угодить отцу, понять ту любовь, что он испытывает к своей супруге и детям. И понять, как сильно он хочет их защитить. Особенно после того, как он увидел, что может случиться, если он будет недостаточно внимателен.

Новость о том, что земли, исконно принадлежащие её семье, заняло другое семейство, не стало для Рагны сюрпризом. Эта территория не слишком большая, зато почва плодородная и потому там часто ошиваются травоядные. К тому же, ветви тамошних деревьев достаточно крепкие, чтобы охотящийся леопард мог спокойно по ним прыгать. Но, надо признать, где-то глубоко в душе она всё-таки надеялась, что каким-то чудом за три долгих года её отсутствия никто на них не позарился. Что она сможет пройтись по знакомой земле, с ностальгией начнёт рассматривать деревья и вспоминать, как скакала по ним, как падала и даже пыталась сражаться с друзьями в густой кроне. И что её воспоминания о детстве, проведённом там, не будут перебивать чужие голоса и незнакомые запахи. Впрочем, грех жаловаться в её-то положении. Хорошо, что ей вообще позволили хоронить сына рядом с его дедом. К тому же, вряд ли нынешние хозяева той территории будут против, если к ним изредка будет захаживать самка, чтобы поухаживать за могилами своего отца и сына.

Не так я хотела познакомить тебя с папой. Не так…” – вспоминая собственные слова, которыми она отшучивалась меньше часа назад, подумала зеленоглазая. Сердце снова сжалось в новом приступе боли и тоски по ушедшим, но морда самки так и оставалась отстранённой. Лишь когти, снова вспоровшие влажную землю, выдавали её.

Мефистофелис, – она негромко окликнула его, прежде чем Владыка удалился, – сбереги своих детей и жену. Не допусти, чтобы рыли новые могилы.

Тяжёлым взором проводив Владыку Дебрей, самка вновь принялась вылизывать шкуру сына, подготавливая его к церемонии. Ей не впервой приходилось промывать его раны: буйный характер, доставшийся ему от бабки и матери, давал о себе знать. Но впервые он не отшучивался, не пытался вырваться из крепкой материнской хватки и заявить, что он сам может справиться с “такими пустяковыми ранами”. Позади послышался слабо знакомый голос какой-то самки, на которую Рагна не сразу обратила внимания. Она мурлыкала с семейством Мефисто, что-то говорила про доклад Эонве, после чего уверенно направилась к матери и её погибшему сыну. Рагна осторожно и не торопясь, чтобы не потревожить ужасно болящие рёбра, выпрямилась и повернулась к подошедшей жительнице Дебрей. На слова о сожалении внешне она никак не отреагировала, словно они были сказаны и не ей вовсе. Старшая самка мельком осмотрела её, пытаясь понять, почему её морда кажется отдалённо знакомой, но лишь когда жрица озвучила своё имя, всё встало на свои места.

А ты подросла… – негромко пробубнила самка, наконец, сфокусировав взгляд на глазах собеседницы. Тари – младшая сестра Мефистофелиса и Ламберта. Кажется, ей было месяцев шесть, когда Вигдис увела своих дочерей после гибели мужа. Ра видела её от силы пару раз, когда уговаривала Ламберта на очередную выходку, так что признать в этой вытянувшейся красавице тот нескладный комок меха было довольно тяжко. – Рагна, – коротко представилась самка, даже не надеясь, что её смогут вспомнить, – да, есть немного…

Стоило лапе жрицы прикоснуться к боку старшей самки, как из глотки последней невольно вырвался приглушённый рык. Болят ли они? Ну, дорогая, теперь точно да. Спасибо, что спросила. Ра бросила раздраженный взгляд в сторону темношкурой, но всё же покорно улеглась на бок, попутно кряхтя и фыркая. И только она смогла расслабить тело, как её снова принялись осматривать. Тьху ты, ё-моё. Фаусту в этой ситуации можно было хотя бы по мордасу зашибить, чтобы действовал аккуратнее, а тут у нас царская дочурка. На её обнадеживающие слова Рагна лишь саркастично подняла бровь, как бы спрашивая: “ты издеваешься?”. Да, всего лишь перелом рёбер. С кем не бывает? Попросив Рагну оставаться с том же положении (как будто она может убежать в таком состоянии), Тари поспешно скрылась в кроне деревьев и так же скоро вернулась. Пока жрица и Эонве обматывали бока Рагны, последняя не просто валялась, позволяя молодым самкам вытворять всё, что им вздумается. Понимая, что пролазить лианами под её тушей и тем более поднимать её как минимум неудобно, хищница сжала зубы и едва приподнималась, чтобы самки могли просунуть лиану, и дело шло быстрее. Тот патрульный, что встретил их, тоже не желал оставаться в стороне.

Если ты принесёшь мне какую-нибудь корягу, чтобы я зубы себе не обломала, буду очень признательна, – отшутилась самка, чуть хмыкнув. Двигаться и дышать было больно, так что тут волей-неволей начнёшь сжимать челюсти так, что башка затрещит. Впрочем, пока ей удавалось держаться.

+1

96

Сквозь хлопающие о листву звуки капель проливался бесконечный свист различных птиц где-то наверху, раздражая барабанную перепонку до сих пор не привыкшего к таким звукам юного леопарда. Между тем Исо с большой скоростью передвигался по веткам, корням и изгибавшимся длинным стволам деревьев, с силой вдыхая душный влажный воздух.
Появление в Дебрях родственницы не могло обойти стороной Исо. В тесном уголку, где леопарды хорошо знают друг друга, такая новость быстро достигла палевого. И самец оставил земли, на которых временно проживает, за спиной и направлялся сейчас к месту, где собрались леопарды и где, по словам его взрослой опекунши, минутой назад вернувшейся на свою территорию, находилась Рагна. Поэтому, не дожидаясь больше слов, Исо рванул на встречу, минуя хватки опекавшей его самки, решившейся остановить импульсивного юнца.
Иисус соскочил с деревьев на землю, медленно подходя к собравшимся. Но его присутствие было не столь заметным на фоне окруженных вниманием раненных лиц. А тем временем, взбудоражившее его появление тётки перетекло в страх встречи с ней. Исо нервничал и не мог найти слов у себя в голове, поэтому, пока его глаза пытались отыскать сквозь закрывшие весь вид высокие тела взрослых Рагну, его голова работала над репетицией собственной речи.
Исо считал, что если быть готовым ожидать самого худшего варианта, то реальность не будет в силах расстроить его, и чем хуже эти ожидания, тем лучше кажется реальность. Самым худшим вариантом он представлял себе злую огромную кошку, готовую при любой его ошибке растерзать на месте. Или в какой-то мере худшим вариантом была абсолютная холодность самки по отношению к племяннику. Так или иначе, внутренняя подготовка прошла, и к этому времени Исо нашел виновницу торжества, самочувствие которой сейчас было не в самом лучшем расположении. А затем он взглянул на остывающее на земле тело юного леопарда, вырисовывая в разуме картину происходящего, но еще не совсем понимая роль Рагны в этом. Тем не менее, что-то должно было связывать обоих, раз ей дарят речи сожалений, в сознании даже появилась нотка ревности, однако кем бы не приходился самке погибший, его больше не было. Узнать Рагну было нетрудно - помимо того, что она подходила под характеристику, данную Исо матерью, её размер так же выделял её на фоне других.
Проходя мимо лап взрослых, подросток нашел Ричарда и пристроился с ним рядом, наблюдая за ходом действий Тари. Очень редко, но Исо ловил излишне заинтересованные взгляды на него тех, кто знал, что юнец является Рагне племянником, и это весьма раздражало, словно он был обязан им что-то с этим сделать.
Иисусу были неприятны сентименты, и, как правило, он казался черств и равнодушен к чужим потерям, однако юный самец решил предоставить Рагне и свою порцию сочувствия, но скорее потому, что не знал как иначе к ней подступиться. Поэтому он, не подходя слишком близко, чтобы не мешать работе над ранами, сделал пару шажков к крупной воительнице, принимавшей помощь от двух других самок, дабы хоть как-то такой сопле, как он, привлечь на себя внимание. Тем временем, подросток был не уверен, что в нём так легко узнают родителей, и свою принадлежность к этой семье он не спешил раскрывать, хотя и хотел сделать это первым. Если, конечно, Рагне уже не сказали, что у неё здесь есть один родственник.
- Мне бы хотелось облегчить вам боль потери, но я не знаю, как это сделать. Конечно же, если я обнаружу виновных, то убью их. Если позволят обстоятельства, я с радостью приглашу вас в этом поучаствовать, - с добродушной улыбкой изрёк Исо, стараясь говорить в манере взрослых и по какой-то причине использовать свой самый низкий голос, пускай всё сказанное выглядело смешным от слабого и худого подростка.

+2

97

Пациентка попалась на редкость ворчливая и раздражительная, но Тари, само собой, и не думала на нее за это сердиться. Она уже привыкла оказывать первую помощь раненным, и хорошо знала, как тяжело бывает ее "пациентам" выдерживать столь болезненные, неприятные процедуры. Некоторые из них огрызались похлеще Рагны, особенно беременные самки, так что целительница лишь негромко, успокаивающе мурлыкала в ответ, стараясь особо не раздражать взвинченные нервы матерый, точно это она здесь была мудрой, терпеливой матерью, а старшая леопардица — ее непокорным детенышем. Старательно помогавшая Тари Эонве то и дело пугливо косилась на низко взрыкивающую от боли воительницу, извиняясь едва ли не за каждое свое действие, за что в конечном итоге заслужила короткий, но необычайно строгий взгляд целительницы. А ну, не отвлекайся, милая. Возможно, именно поэтому им вдвоем все никак не удавалось надежно закрепить лианы на чужом теле, а может, это самой Тари не хватало должной сноровки, что поделать. Первая попытка наложить импровизированную повязку на ребра Рагны провалилась, и шаманка с трудом сдержалась от тихого, напряженно вздоха. Не то, чтобы она сильно беспокоилась, травма была не шибко серьезной, просто ей самой не хотелось ударить в грязь лицом — не только из банальной гордости. Просто... они с Мефисто уже и так сильно подвели своих гостей. Не обеспечили им должной защиты, из-за чего сын Рагны теперь мертв, а его безутешная мать нуждается в помощи лекаря и серьезной психологической поддержке, а теперь вот не могут толком вылечить. Не дело это.

Так... давай-ка попробуем поменяться местами, — в конце концов, предложила она растерянно замершей рядышком Эонве. — Может, так будет проще, — сместившись на другую сторону, Тари мимоходом благодарно кивнула сунувшемуся к леопардицам Ричарду, сопроводив этот жест мягкой, ободряющей улыбкой. Какой он молодец — мало того, что так быстро пришел на выручку Рагне и ее сыну, так теперь еще и не отходил от нее ни на шаг, искренне желая помочь матерой самке. Впрочем, их переглядывания длились от силы пару мгновений — Рич практически сразу же отошел на поиски подходящей коряги, как его попросила об этом сама Рагна, а Тари вновь сосредоточенно склонилась над боком последней, перехватив пастью незакрепленную лиану. На сей раз она старалась действовать еще более аккуратно, а главное — быстро и точно, чтобы не причинять бедняжке лишних страданий. Видно было, что Рагна уже с большим трудом выносит все происходящее... Не хотелось бы мучить ее сверх того, что ей уже пришлось выдержать.

Держи противоположный конец, да покрепче, не отпускай, — деловито скомандовала желтоглазая Эонве, и та немедленно последовала ее указу, стиснув челюстями многострадальную (почти как сама Рагна) повязку, пристально следя взглядом за каждым последующим действием Тари. Ох и сложно это было... Если не получится в этот раз, видимо, все-таки придется побеспокоить Мефа, чтобы тот прислал им какую-нибудь мартышку на подмогу, желательно половчее и посообразительнее. На подошедшего откуда-то извне юнца Тари почти что не обратила внимания, занятая своим нелегким делом, но и прогонять его не стала — в конце концов, кто-то же должен был временно отвлечь Рагну от боли в сломанных ребрах.

Мастеру

Вновь пытаюсь оказать первую помощь при помощи умения

+1

98

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"3","avatar":"/user/avatars/user3.jpg","name":"SickRogue"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user3.jpg SickRogue

Тари оказывает первую помощь Рагне

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=3

Бросок
Бонус

Итог

3
2

5

Персонажу становится легче.

Оп! В этот раз, Тари с Эонве действительно удается закрепить лиану на чужих ребрах, притом достаточно надежно, чтобы та не сползла раньше времени. Количество постов на выздоровление сокращается до 15; Рагна сохраняет антибонус "-2" ко всем активным физическим действиям на первые 5 постов, после чего он уменьшается до "-1" на оставшиеся 10 постов. Затем Рагна полностью выздоравливает.

0

99

Что всегда нравилось ему в Тари — так это ее бесконечное терпение. Даже когда капризничающие пациенты вели себя так, что хотелось раздать каждому по крепкой затрещине, лекарка лишь мягко улыбалась — но вместе с тем настойчиво ставила особо зарвавшихся на место, да так аккуратно, что те даже не сразу понимали, что, собственно, произошло.
Вот и сейчас черношкурая величественно игнорировала как недовольную неудачными попытками запеленать ее ребра Рагну, так и суетившуюся и поминутно смущавшуюся Эонвэ. А заодно и самого Ричарда, не вовремя сунувшегося с предложением помощи. Отказ его не расстроил, да и предложил он больше из вежливости — да еще от скуки. Лапы его все же были слишком широкими и грубыми для такой работы.
Улыбнувшись в ответ на мягкий взгляд Тари — самка нравилась ему, и еще больше ему нравилось смотреть, как она работает, — Рич послушно отошел в сторонку, подыскивая для пятнистой подходящую палку. Ему не нужно было объяснять, для чего она; он даже был слегка раздосадован тем, что не подумал об этом раньше. Роженицы частенько пользовались ветками, сжимая их в пасти во время болезненных схваток, вот только откуда было Ричарду это знать? Подруги в Дебрях у него до сих пор не было, и ни один темношкурый детеныш на этих землях не щеголял разноцветными глазами.

Нужное отыскалось быстро; сложнее было сломать ветку в нужном месте. Упавшее на землю тут подходило плохо: сухая или, наоборот, слишком размокшая древесина слишком быстро крошится в зубах, щепки, к тому же, могли вонзиться в пасть — это бы прибавило Тари работы. Нет, палка должна быть свежей, упругой, с чистой корой. Отфыркиваясь от листвы, Ричард торопливо отгрыз нужный кусок, пусть палка получилась чересчур длинной, зато по качеству — как раз то, что нужно.
— Держи, — неразборчиво сказал он, сунувшись почти к самой морде Рагны; та продолжала мужественно терпеть, хотя губы ее предательски подергивались, и глаза стали какими-то пустыми; дождавшись, пока самка осознает его слова и сомкнет клыки на ветке, темношкурый отступил в сторону, давая Тари возможность действовать. Новый взгляд желтоглазой обжег его будто огнем, заставив задуматься о том, когда же им выпадет шанс встретиться в джунглях просто так — не пытаясь кого-то спасти, вылечить или закопать зараженное.

После первых неудачных попыток закрепить повязку дело, кажется, пошло на лад; во всяком случае, лекарка выглядела почти довольной, когда, поменявшись местами с Эонвэ, начала заново заматывать Рагну лианами. Та самозабвенно кусала палку, давая волю чувствам; Ричард сочувственно морщился, косясь на подростка, присоединившегося к ним и усевшегося поблизости.
Будто взгляд темношкурого заставил Исо подняться с места, но длиннолапый вдруг сделал несколько шагов к корчившейся на земле самке, выражая свое сочувствие весьма, гм, странным образом. Рич отвернулся, пряча улыбку в усах. Храбрость юнца, конечно, была похвальной, вот только первая же попытка расправиться с убийцами Окхарта закончится для него очень быстро — очередной смертью, причем убитым будет сам Исо.
Хотя почти каждый подросток мнит себя великим воителем, Ричард все же решил, что при случае расскажет об этом Раасу. Наверно, за мелким надо приглядывать: с одной стороны, из него мог вырасти прекрасный воин, свирепый и неукротимый; с другой, зная по собственному опыту, какими нетерпеливыми и порывистыми бывают подростки, светлошкурого следовало удерживать от поспешных действий.

+2

100

Мефистофелис, до сего момента в глубокой и напряженной задумчивости наблюдавший за лечением Рагны, молча опустил взгляд обратно на своих детенышей. Их большие глаза сияющими разноцветными огоньками светились в темноте, с живым любопытством взирая на родителя снизу вверх, как и всегда, ожидая его терпеливых, обстоятельных разъяснений всему происходящему. Меф действительно очень редко уклонялся от их расспросов, предпочитая вложить в их крепнущие детские умы максимальное количество знаний и опыта — ведь это были не какие-то простые котята, а наследники престола. Чем больше они будут знать, а главное — понимать, тем лучше для них самих. И хотя как отцу Мефисто ужасно не хотелось посвящать их в столь трагические детали, как смерть, ранение или тяжелая болезнь сородича, как правитель он был вынужден признать, что королевские дети всегда взрослели раньше своих сверстников. Этого было никак не избежать, и повезет, если их заранее подготовят к любым возможным трудностям. Может, и не стоило скрывать от них случившееся с Окхартом... Прежде, чем ответить на вопрос Сарду, Меф все также немо поднял взгляд на его мать, словно бы спрашивая ее мнения и совета; разумеется, леопардица и сама сильно сомневалась, это было очень хорошо видно по ее морде. С другой стороны, их детенышам предстояло стать свидетелями на грядущих похоронах, и Джейд наверняка сама планировала как-то очень аккуратно разъяснить им все тонкости данного ритуала... Так что, часом ранее, часом позже — большая ли разница? Дождавшись едва заметного кивка супруги, Мефисто сам коротко кивнул ей в ответ и вновь опустил голову к малышам, с тяжелым сердцем подбирая правильные слова.

Да, Сарду, мы проведем церемонию. Особую церемонию, — он намеренно подчеркнул слово "особую", — очень тяжелую и торжественную. Для сына этой леопардицы, — Меф выразительно глянул в сторону Рагны. — Его имя Окхарт. Сегодня его очень серьезно ранили. Настолько серьезно, что его тело не выдержало потрясения и больше никогда не сможет двигаться, мыслить или говорить. Мы отнесем его в джунгли, проведем обряд и закопаем, чтобы его душа освободилась и смогла отправиться дальше. Тогда он сможет продолжить свое существование за гранью нашего реального мира. Но мы уже никогда больше не сможем с ним увидеться, пока не придет наш час и мы не отправимся следом. Это называется "смерть", — леопард помолчал немного, дожидаясь, пока озвученная им информация худо-бедно уляжется в головах детенышей, и вновь украдкой посмотрел на Джейд. Он редко позволял себе такие... послабления, предпочитая казаться самым мудрым и опытным зверем в Дебрях. Так приходилось делать любому королю, ведь именно король являлся главной опорой для всех. Он должен был быть самым сильным, самым смелым, самым умным и самым надежным, чтобы в него верили и чтобы ему доверяли. Но также хороший правитель никогда не должен был забывать о своей супруге-королеве. Тем более, что Мефисто не просто уважал и ценил свою избранницу. Он также искренне любил ее, а потому очень серьезно пёкся о том, чтобы его действия не вызывали в ней эмоционального отторжения. И ему действительно было важно ее мнение... и поддержка. Вот почему он, не удержавшись, еще разок внимательно заглянул в глаза самки, желая убедиться, что сказал все как надо — и тут же опять сосредоточился на своей беседе с детьми.

Как я уже и сказал, мама подготовит вас к этой церемонии, объяснит, как вам нужно будет себя вести и что говорить. Как королевская семья, мы обязаны присутствовать на похоронах нашего гостя и высказать сочувствие его матери, ведь она очень расстроена его преждевременным уходом. Пройдет очень долгое время, прежде, чем она снова сможет увидеть своего сына, и ей сейчас ужасно тяжело. Теперь мы должны позаботиться о ней вместо Окхарта. Я ведь могу на вас рассчитывать? — самец ожидающе воззрился на троицу, само собой, немедленно получив самое громкое и искреннее согласие... Чем невольно вызвали сдержанную, но очень довольную усмешку Мефистофелиса. Иного он от них и не ждал. — Очень хорошо... Но постарайтесь вести себя потише. Когда кто-то умирает, нельзя громко радоваться, петь или кричать. И шумные игры тоже придется на время отложить, — убедившись, что ребята его услышали, Мефисто согнул передние лапы в локтях, опустившись примерно на один уровень с Сарду, Лилит и Левиафаном, подставляя морду их ласковым объятиям и негромко проурчав: — Ведите себя как подобает королевским наследникам. Я тоже приду на церемонию, но сперва мне нужно убедиться, что никто из наших подданных не повторит судьбы бедного Окхарта. Это не займет много времени, — выпрямившись, Меф также аккуратно потерся переносицей о лоб Джейд и отвернулся, уверенным шагом двинувшись прочь от своего большого семейства. Пора было заняться делами.

Ричард, — повелительным тоном окликнул он младшего леопарда, вынуждая его приблизиться. Мефисто намеренно снизил темп, памятуя о его травме, но не стал притормаживать, сразу же направившись к границам. — Покажи мне то место, где произошло нападение. Я хочу взглянуть на него лично.

>>> Граница тропического леса

+3

101

После её шутки о коряге молодой леопард (кажется, окружающие называли его Ричардом) почему-то тут же нырнул в заросли, оставляя найденную им самку в компании двух других. И, судя по шуршанию листвы и звуку ломающихся веток, он и впрямь отправился за палкой. Вот это мужчина, вот это я понимаю. Когда разноглазый снова вернулся в женский коллектив, Рагна с благодарным выражением морды приняла принесённую им палку и тут же сжала её зубами. Это несколько уменьшило давление на зубы и помогло хоть немного отвлечься от того, что с ней творила верховная жрица. Стоит ли говорить, как сильно Рагна не любила лечение? Необходимость лежать неподвижно, будто котёнок, умываемый матерью, и позволять лекарям делать с тобой всё, что им заблагорассудится, немного… напрягала. Даже бесила. Рагна, конечно, кошечка привыкшая к боли, не от каждой раны будет хныкать, вот только в этот раз и травма не совсем обычная. Сломанные рёбра приносили самке боль не только от движений, но даже при дыхании, что уж тут говорить о прикосновениях других? Даже если это тонколапая королевская дочурка, а не твой мужик. Однако, выдержать сию процедуру у Ра всё же получилось. По крайней мере, она так думала… Когда целительница с недовольным видом предложила своей помощнице поменяться местами, Рагна посмотрела на неё с каким-то растерянно-напуганным выражением, будто царская дочурка только что предложила ей использовать корягу, принесённую Ричардом, совершенно иным способом. Тьху, опять?!

Рожать четверых было поприятнее”, – мысленно выругалась зеленоглазая, плотнее сжимая палку, которая, слава Богам, заткнула её. С другой стороны, физическая боль помогала пятнистой отвлечься от мысли, что неподалёку лежит её сын. А точнее, его бездыханное тело. Осознание этого вообще протекало для матёрой самки как-то странно. Когда двое её детёнышей умерли в раннем детстве, она, безусловно, была очень опечалена, однако восприняла эту новость куда легче. Может, она просто толком не успела к ним привязаться, а может дело в том, что они были рождены слабыми, и их кончина была всего лишь вопросом времени. Мысль о том, что Окхарт и Джуа могут не дожить до кончины их собственной матери, была для Рагны как минимум странной. Наверное, поэтому она то впадала в отчаяние и еле находила в себе силы, чтобы оторваться от его тела, то так отвлекалась на разговоры, будто никакого Окхарта никогда и не было. Самка стоически выдержала гибель двух своих детей в раннем детстве, гибель матери, уход бывшего партнёра и сестры, да и страдала она по всем ним не шибко долго. Скорее всего, в этот раз она уже через пару дней снова вернётся в строй, просто потому что не в её характере было долго тосковать по умершим: Рагна ещё в раннем детстве поняла, что как бы ты ни страдал, и сколько бы слёз не лил, мёртвому это не поможет. Но, похоже, пока прошло ещё слишком мало времени, чтобы образ умирающего на её глазах отпрыска полностью растворился, и она перестала то и дело поглядывать в сторону его тела.

И стоило самке более-менее отвлечься от мысли о сыне, как о её потере напомнил ещё один житель Дебрей, подобравшийся к компании так внезапно и незаметно, что после начала его реплики воительница чуть рыкнула, неудачно повернувшись к нему и причинив себе же боль. Спокойно. Всего лишь какой-то подросток. Куда смотрит его мамаша? Он же может порани…

Хотя, будто я в его возрасте послушно сидела рядом с мамкой”, – самой себе напомнила леопардица. Она насалась по дебрям вместе со своими друзьями, прыгала с ветки на ветку, как обезумевшая мартышка, срывалась с деревьев и то и дело возвращалась к родителям с новыми царапинами, но при этом на следующий же день снова бежала кутить с такими же бездельниками, как она. Реплика этого парнишки звучала, как сущий бред, но при этом была сказана с такой искренностью, что Рагна невольно одарила его печальной улыбкой, сложив палку к своим лапам. Кажется, её добродушное солнышко Джуа в детстве тоже частенько выдавал глупые фразочки, сказанные от чистого сердца и заставлявшие его мамашу прятать умилённую улыбку в усы.

Малой… – хрипло начала она, продолжая неловко улыбаться, сдерживая себя от желания лишний раз рыкнуть от боли, – мне будет лучше, если ты останешься с матерью. Наслаждайся детством, здесь оно проходит куда беззаботнее, уж мне ли не знать, – леопардица весело хмыкнула, снова поддавшись воспоминаниям из детства. Н-да, детство её сыновей было гораздо скучнее, нежели прошло её собственное. Из-за того, что мир за пределами дебрей был куда менее доброжелателен к леопардам, Рагне приходилось держать мальчишек и свою буйную мать на коротком поводке, будто это не она всё детство твердила, что взрослые слишком злые и строгие и не дают бедным детёнышам как следует повеселиться. Зато опекой их не обделила, это уж точно.

У тебя в семье случайно нет выходцев из Сумеречной Гвардии? Моя мамка бы с радостью взяла такого себе на обучение… Наверняка и из живчиков найдётся желающий.

Леопардица чуть подмигнула мальцу, продолжая улыбаться. Однако глаза всё ещё были потухшими и оттого казались совсем блёклыми, неживыми. Она понимала, что скоро будут похороны. С одной стороны, её радовала мысль, что Окхарта похоронят как надо – с нормальными проводами, по всем законам Леопардов Дебрей. В конце концов, он будет покоиться рядом с его дедом, в отличие от его брата, сестры и бабки, похороненных под ближайшим деревцем. Но с другой стороны, одна только мысль, что ей снова придётся пережить расставание с сыном, заставляла Рагну нервно сжимать зубы. Пятнистая чуть внимательнее пригляделась к подошедшему подростку и ужаснулась: он так поразительно был похож на её сына в детстве! Светлый мех, топорщачийся во все стороны, это самоуверенное выражение мордахи и поведение… Нет, ещё больше он был похож на отца Окхарта – Фауста. Разве что характер, судя по всему, не такой покладистый.

Малой, – чуть сощурившись, снова обратилась к парнишке зеленоглазая, – а кто твои по именам? Родители, я имею в виду. Того гляди, вспомню кого.

+2

102

Слабый лунный свет, что смог найти себе путь до земли сквозь густую растительность джунглей, отражался в глазах окружающих хищников, слегка подсвечивая их. Глаза Исо, на фоне чуть растворившегося в темноте тела леопарда, выделялись, повиснув в воздухе как глаза Чеширского кота Льюиса Кэрролла. А намокшая шерсть блестела, попадая в какой-нибудь луч света. Тем временем внутри чувствовалось какое-то рвение и бодрость, хотелось поохотиться.
Леопард не проникся честным ответом Рагны, находя в нем повод для обиды, а именно на снисходительную фразу самки, когда в речи прошли слова о детстве. По какой-то причине его задевало такое отношение к нему, ведь Исо считал себя уже достаточно взрослым и даже на голову выше, как ему казалось, всех остальных. Он ощущал себя сильным хищником, львом, застрявшим в теле подростка, и всё же никто не давал ему такой чести. И это его раздражало и злило, словно он заслуживал чего-то большего, чем быть в глазах других всего-лишь ребенком. Да он же один сражался с большущей змеёй! Хотя возможно всё это было всего лишь его раздутое эго. Так или иначе, самец обиделся на тетку и решил из вредности вести себя в будущем с ней неискренне и как ребенок назло.
Понятие о Сумеречной гвардии не сразу всплыло у того в голове, потому что, услышав о ней пару раз за всё пребывание юного леопарда в Дебрях, он видел состоящих в ней леопардов как обычных стражников, которым отдает приказы самый главный, чью позицию занимает Мефистофелис. И в тайне Исо устремился бы сделать всё, чтобы стать именно главным, поэтому он не пригляделся к стражам, хотя и сейчас пожалел о том, что знает о них так мало.
Подросток встал поровнее с торжественным видом решаясь объявить себя, делая это слегка в шутливой манере.

- Да, я же не представился. Перед вами Иисус, но можете звать меня просто Исо. Мои родители Фауст и Вивьен, и я понятия не имею, где они сейчас, но я слышал о некой Рагне из их историй, и поэтому я здесь. Я знаю кто вы. Ну, точнее я догадываюсь, все описания подходят... - неуверенно закончил самец.

- Я здесь не так давно, и даже толком ничего не выучил про Сумеречную гвардию... Мертвый леопард, это ваш сын?

+1

103

Даже сама Тари, вроде бы уже такая опытная, успевшая повидать некоторое д*рьмо целительница, украдкой выдохнула с облегчением, когда им с Эонве, наконец, удалось закрепить эти чертовы лианы поверх сломанных ребер матерой самки. Хорошо, что в этот раз они смогли решить проблему самостоятельно, и леопардице не пришлось ударять лицом в грязь на глазах у толпы соплеменников, но на будущее ей явно стоило задуматься о помощнике — таком, что смог бы завязывать достаточно крепкие и надежные узлы, когда этого требовала ситуация. Со стороны-то все казалось так легко и просто... Что же о ней подумают другие леопарды, когда в следующий раз ей не удастся наложить банальную перевязь или зафиксировать "шину" поверх очередного перелома? И плевать, что оказывать первую помощь раненным было скорее уж хобби, нежели прямой обязанностью юной шаманки, но ей действительно хотелось развиваться дальше в этой области. Да, можно было целыми днями напролет маяться бездельем, по сотому кругу обходя Гору Шаманов и старательно напуская на себя важный вид, как это делало множество поколений жрецов до нее, но Тари искренне желала приносить более ощутимую пользу родному королевству. Звание у нее было громким, почетным, но толку от него? Хранительница Горы... Зачем Горе свой личный телохранитель, когда есть Сумеречная гвардия? Местные стражники денно и нощно патрулировали границы, не допуская чужаков во владения Мефистофелиса; по сути, единственной задачей Тари являлось то, что она играла роль вежливого проводника для тех редких, немногочисленных паломников, которым удавалось задобрить местных гвардейцев и прогуляться до вершины Горы. Тем более, что недавний карантин полностью исключил подобные визиты. Вот и оставалось разве что проводить немногочисленные обряды и церемонии, да изредка лечить кого-нибудь от простуды или легкого растяжения. С другой стороны, сейчас у нее явно прибавилось работенки. И это было здорово, хоть Тари и пыталась скрыть свое воодушевление под маской привычного спокойствия и невозмутимости, осознавая, что ни Меф, ни тем более Рагна не поймут ее радостной улыбки: еще бы, Дебрям и их обитателям грозила серьезная опасность, молодого леопарда убили, и теперь им предстояли очередные похороны — чему ж тут радоваться?

Правильно, нечему. Но как же сильно она устала от этого затянувшегося безделья!

Ты молодец, — вполголоса похвалила Тари свою вынужденную ассистентку, чем немедленно вызвала ее ответную, пускай немного усталую улыбку. — Можешь быть свободна, дорогая. Дальше я сама, — коротко поклонившись, Эонве с явным облегчением отступила прочь от Рагны; отошла и Тари, давая матерой возможность перевести дух и развлечь себя беседой с Иисусом. Заметив краем глаза, что ее старший брат уходит, на ходу подзывая к себе Ричарда, желтоглазая вдруг засуетилась, покружив на одном месте и внимательно высматривая какие-то травы у себя под лапами. Ну где же ты, где... ах, вот! Хорошо, что нужное ей растение можно было отыскать практически повсеместно. Аккуратно подцепив зубами несколько сочных, ароматных листьев, Тари в несколько прыжков нагнала удаляющегося гвардейца, оказавшись плечом к плечу с разноглазым самцом, и все с той же теплой улыбкой протянула ему свою находку. Она так и не успела осмотреть его лапу, но, кажется, в этом не было большой нужды — скорее всего, она даже успела пройти сама за то время, что травница потратила на оказание помощи Рагны, но стоило немного подстраховаться.

Держи, — она вытянула шею, передавая Ричарду базилик — так, чтобы леопард смог подхватить его в зубы и там уж решить самостоятельно, хочет он глотать это лекарство или нет. Они смешно пофыркали, ероша густые усищи, едва ли не поцеловавшись носами друг о друга, но Тари это, кажется, ни капли не смутило. — ...должно унять боль. Если не подействует, возвращайся ко мне, как только освободишься, договорились? Будьте осторожны, — она развернулась спиной к Мефу и его младшему спутнику, прощально махнув им гибким, пушистым хвостом, после чего неспешным шагом вернулась к Рагне и остальным. Ей тоже следовало дать лекарства. Увы, но одним базеликом тут, увы, не обойтись... Хмм, может, приготовить лечебное зелье? Какое-нибудь не шибко сложное, но действенное — благо что все нужны травы были у нее под лапами. Да и для грядущего ритуала пригодится... Поразмыслив, Тари вдруг свернула куда-то в сторону и около минуты-двух сосредоточенно шарилась мордой по кустам, деловито их раскачивая и отгибая лапами большие узорчатые листья всех цветов и размеров, покуда вновь не вернулась на поляну с внушительным пучком дико растущих трав в зубах. Аккуратно разложив их небольшими кучками поверх найденного тут же огромного изумрудно-зеленого листа, служившего ей своего рода подносом, леопардица потратила еще немного времени, чтобы смешать вместе некоторые ингредиенты, тщательно переживав их в однородную кашицу, после чего решительно подволокла все это к морде травмированной самки. А ну чур не воротить нос!

Вот это — костерост, он поможет твоим ребрам зарасти быстрее, — пояснила она старшей леопардихе, указав лапой на маленький, невзрачного вида корешок. — Его надо тщательно переживать и проглотить. Затем нужно будет съесть вот это, — Тари передвинула лапу чуть правее, на созданную ею нелицеприятного вида субстанцию, для пущей "готовности" предварительно размешанную с дождевой водой. — Это особое зелье — смесь лечебных трав. От него тебе очень скоро полегчает, и ты сможешь присутствовать на похоронах своего сына. Остальное не трогай, это заготовки для грядущего ритуала. Ешь... — она решительно придвинула лист к самым челюстям матерой, как бы говоря всем своим видом, что поболтать с местными она может и позже, а сейчас следует в первую очередь заняться здоровьем.

Со-игрокам и Мастеру Игры

Покупка всех необходимых лечебных трав
Крафт зелья

Тари передает Ричарду лот "Базилик", которым тот может воспользоваться на свое личное усмотрение (занесен в профиль персонажа)
Тари передает Рагне лот "Костерост" и спецлот "Зелье покоя", которыми та может воспользоваться на свое личное усмотрение (занесены в профиль персонажа)

Тари также приобретает лоты "Базилик" и "Мелисса" для грядущего ритуала погребения.

+4

104

Если подача Левиафана и была хорошей, то итогом их игра-охота не увенчалась. И не было в этом вины Лилит, а была она общая. Неслаженно работали, допустили промахи, и на результате чей-то один удачный ход никак не отразился. Надо стараться лучше. Надо быть лучше.

И пусть отец и похвалил, причём старшего из котят, Левиафан понимал: для полноценной похвалы это — мало. Наверняка Мефистофелис сказал бы каждому из них хорошее слово, если бы они сейчас сработали достойно. Нет добычи — нет и одобрения. Моховый шарик, правда, вернул в глазах Левиафана всю их шайку-лейку: блеснувший взгляд его мгновенно выхватывает новую добычу, и от мгновенного рывка его останавливает только резкий шум и ударяющий по обонянию, пусть и слабому, удушающий запах, от которого невольно встаёт дыбом всё Левиафаново естество. Запах неправильный, горький, неестественный. Пугающий до последней шерстинки даже юного бесстрашного принца.

Он держался чуть позади, улавливая каждый шорох и каждый звук, каждое слово и каждое движение. Многие из его вопросов были предугаданы сиблингами, разве что Левиафан ничего так и не сказал, предпочитая промолчать. Взрослые называли много непонятных явлений, были отчётливо напряжены. Любопытства у маленького леопарда не счесть, но он, притихший, покорно остаётся подле матери, на свой счёт принимая её строгий оклик, предназначавшийся Лилит.

Беспокойство вкупе с интересом клокотали в Левиафане, но не позволяли нарушить запрета. Отец — заставляющий трепетать одним своим видом, мощный, крепкий — желает видеть их...где-то? Что-то должно произойти? Касание его горячего, колючего языка взлахмачивает чёлочку Левиафана, но не успокаивает, заставляя внутренне ощущать мурашки. Особая церемония, где у них — особая роль. В отличие от сиблингов, Леви лишь сдержанно кивнул, осознавая... ну, или хотя бы пытаясь осознать, что есть эта самая "смерть". Ничто? Не мыслишь, не дышишь, не шевелишься. Наверно, это крайне скучно.

Закопать? А... а если он жив? Ведь раны — это всего лишь раны, разве могут они сделать так, чтобы кто-то из великих и могучих леопардов дебрей вдруг перестал...жить? Разве Тари, их жрица, не сможет помочь? Левиафан завороженно следил за её собранными, точными движениями, отвлекаясь от своих крайне недетских мыслей. Вопросы, пожалуй, он лучше задаст потом, а пока он лишь кончиком подрагивающего хвоста чувствовал Джейд рядом.

Мы все-все когда-нибудь уйдём, да? — спросил он негромко, поднимая глаза и упираясь взглядом в материнский подбородок, — И нас тоже ждёт такой...обряд? И нас тоже... закопают?

Это казалось так нереально и так почему-то близко, особенно теперь, когда смертна оказалась не только добыча.

Мама, а ты будешь с нами в этот момент?

+3

105

Ранили... Если бы только ранили. Всякий раз, когда взгляд Джейд падал на неподвижное тело Окхарта, живот ее болезненно подводило от страха и сочувствия. Это был ребенок Рагны; недавно ставшая матерью, черношкурая боялась даже мысли о том, что может потерять их.
Прежде, чем она успела ответить сыну, к нему склонился Мефистофелис; поймав его вопросительный взгляд, самка удивилась, но кивнула. Ладно... наверно, так будет даже лучше. У Владыки всегда много дел — тем ценнее его внимание; материнские указания дети, может, и пропустят мимо ушей, но к отцу непременно прислушаются; хотя сейчас все их котята являли собой образец идеального поведения: сгрудившись вокруг родителей, они старались не пропустить ни слова, даже, кажется, дышать забывали — так внимательно слушали.
Она кивнула, на миг зажмурив изумрудные глаза; да, пожалуй, оно и к лучшему, что Меф сам решил разъяснить детям, что происходит: он говорил почти бесстрастно, спокойно, терпеливо объясняя все тонкости; она же, еще только подумав о том, что предстоит сказать, чувствовала, как к горлу подкатывает тяжелый ком, мешающий говорить.

На мгновение опустив голову, Джейд отчаянно зажмурилась, надеясь, что непрошенные слезы не выступят на глазах, и вновь встретила взгляд супруга, ласковый и понимающий.
— Ты пойдешь… туда? — почти неслышным шепотом вопросила она, снова зажмуриваясь и ответно бодая самца лбом; на ее хорошенькой мордашке на миг появилось требовательное и капризное выражение.
Конечно, она изменилась… но нельзя измениться полностью, бесследно забыв все старые привычки. Когда-то Джейд добивалась чего угодно — стоило только скорчить мордочку пожалобнее, и родители кидались исполнять каждый ее каприз. С тех пор жизнь изрядно ее пообломала, но в редкие моменты, когда эмоции брали над ней верх, маленькая капризная девочка выбиралась наружу, пытаясь натворить дел.
К счастью, на Мефа это не действовало ровным счетом никак. Взгляд его на долю секунду потемнел, потяжелел… Слов не потребовалось: когда-то, еще до того, как у них появились детеныши, он уже высказал свое мнение по поводу ее поведения, и с тех пор Джейд старалась не давать ему повода для недовольства.
— Прости, — тут же покаянно шепнула она, прижимая уши к голове.
Взгляд леопарда смягчился; дождавшись его снисходительного кивка, леопардица воспрянула духом и проводила своего супруга как должно: спокойно и уважительно, хотя внутренне укоряла себя за то, что не сдержалась: королева или нет, а Джейд была все еще довольно молода, и порой эмоции брали над ней верх. На сердце у самки было тяжело, как и всякий раз, когда Мефистофелис отправлялся куда-то, где ему могла грозить опасность.
Когда она, поднявшись со своего места, повернулась к детям, на морде ее была мягкая, чуть печальная улыбка.

— Сейчас вы можете немного отдохнуть, но держитесь поблизости; от вас не потребуется ничего такого, что вы не смогли бы сделать, — говорила она; Только бы все было в порядке, только бы ничего не случилось за эти бесконечно длинные минуты, пока Мефистофелис где-то там, в джунглях — говорила вертикальная морщина, прорезавшая ее лоб; Джейд хмурилась, то оглядывая детей, то устремляя задумчивый взгляд на Рагну.
— Если вы принюхаетесь, то можете почуять запах трав; Тари будет использовать их в ритуале, — продолжала она; шаманка скользнула в кусты тихо и быстро — и так же стремительно вернулась, будто где-то поблизости у нее была грядочка со всеми запасенными растенями.
— Вам совершенно необязательно говорить Рагне что-то особенное или заучивать речь, — снова промолвила леопардица, наблюдая за тем, как отрешенно та слизывает лекарство, — ваши слова должны идти от сердца. Сейчас ничто не умалит ее горя, но она почувствует нашу поддержку. 
Почему же эта ночь длится так долго, — читалось в ее взгляде, когда она чуть рассеянно приглаживала детские макушки.

Проговорив еще несколько общих фраз — о том, что такое похороны, и почему тело Окхарта нельзя оставить в джунглях на растерзание падальщикам; о том, где следует встать, как себя вести, особенно еще раз подчеркнув то, что вести себя нужно тихо, не кричать, не шуметь, и потерпеть всего немного, — самка ободряюще улыбнулась детям.
— Да, Леви, — сын смотрел так серьезно, что Джейд едва удержалась от того, чтобы не вздыбить загривок, — все существа рождаются, и все умирают. Многие из них умирают, чтобы могли жить другие — так, как травоядные животные, которых мы едим. Наша смерть тоже дает жизнь многим существам, многих из которых мы даже не замечаем под своими лапами... И если наша жизнь закончится здесь, в джунглях, среди наших родных, то они проведут такой же обряд и для нас.
На миг подняв глаза, она встретила сочувствующий взгляд Тари; та, быть может, услышала их негромкий разговор — или просто догадывалась, какие вопросы сейчас занимают котят.
— Не знаю, — она качнула головой, отвечая на очередной вопрос, — буду ли я с вами, или это вы будете со мной, — невольно она понизила голос до шепота, оглядывая притихших от осознания своей смертности детей, — думаю, мы еще не однажды вернемся с вами к этому вопросу. Но сейчас вам нужно немного отдохнуть — и постарайтесь подремать, если получится.

Она медленно и как-то немного неловко поднялась с земли, ощущая легкое покалывание в затекших задних лапах. Внутреннее беспокойство продолжало нарастать в ней; ночь продолжалась, и Мефистофелиса не было уже довольно долго. Время от времени Джейд прислушивалась — но никаких посторонних звуков сюда, в самое сердце джунглей, не долетало. Пройдясь по полянке, самка приблизилась к Тари, вежливо поприветствовала Исо, с которым ранее лишь обменялась мимолетным кивком; тот наседал на Рагну, засыпая ее вопросами. Та вроде морщилась, взгляд ее был несколько отрешенным, но терпеливо отвечала ему. Вмешиваться черношкурая не стала; подсев к шаманке, она чуть прислонилась к ней бочком.
— Знаешь... мне тоже нужно что-нибудь, чтобы успокоиться, — немного нерешительно, будто застеснявшись собственной слабости, негромко проговорила самка.
Обеспокоенно переступив с лапы на лапу, она навострила уши, пытаясь уловить хоть что-нибудь.
— Скоро утро, — бросив мимолетный взгляд на застывшее поодаль тело Окхарта, она заглянула в золотистые, почти такие же, как и у Мефистофелиса, глаза шаманки, — не стоит ли нам поторопиться с церемонией? Нужно еще договориться с владельцами территории, которая прежде принадлежала семье Рагны...
Вздох, который она не смогла сдержать, говорил о ее беспокойстве за Владыку больше, чем любые слова.

+2


Вы здесь » Король Лев. Начало » Непроходимые Дебри » Непролазные джунгли