Страница загружается...
X

АААААА!!! ПРОГОЛОСУЙ ЗА НАААААС!!!!

И не забывай, что, голосуя, ты можешь получить баллы!

Король Лев. Начало

Объявление

Количество дней без происшествий: 0 дней 0 месяцев 0 лет



Представляем вниманию гостей действующий на форуме Аукцион персонажей!

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов Волшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Восточная низина » Облачные степи


Облачные степи

Сообщений 391 страница 420 из 452

1

http://sf.uploads.ru/BVPFR.png

Бескрайнее, поросшее травой и кустарником пространство, служащее домом и пастбищем для великого множества разнообразного зверья, начиная огромными слонами и заканчивая пугливыми грызунами. Здесь пока что нет никаких прайдов или кланов, эти земли совершенно свободны, а значит, здесь можно спокойно жить и охотиться, не боясь встречи с другими крупными хищниками.


1. Любой персонаж, пришедший в данную локацию, получает бонус "+2" к охоте и поиску целебных трав.

2. Доступные травы для поиска: Базилик, Валерьяна, Забродившие фрукты, Кофейные зерна, Маи-Шаса, Костерост, Адиантум, Сердецей, Цикорий, Одуванчик, Мелисса, Мята (требуется бросок кубика).

Ближайшие локации

Южное озеро
Река Лузангва

0

391

Начало игры, v 2.0

Унылое пространство облачных степей казалось Танари в высшей степени привлекательным.
Она выросла как раз в такой обстановке. Конечно, первые несколько месяцев жизни не задались, — сказать по правде, белошкурая их уже не помнила, и это было за счастье: кому же нужны столь мрачные и безрадостные воспоминания? — зато остальные были вполне неплохи. За годы жизни в прайде она привыкла к огромным пространствам, привыкла пересекать их играючи, будто от нечего делать, презирая усталость и фыркая в морду всякому, кто упомянет о передышке.
Возраст, однако, уже не тот, чтобы усталость презирать. Хотя Танари все еще не чувствовала ни разбитых суставов, ни других признаков неизбежно надвигающейся старости, недавно она все же перешагнула черту, которая когда-то казалась ей непостижимо далекой.
Она заматерела. У ее сына, наверно, уже были собственные внуки; может статься, и до правнуков дело дошло. Львица же пока чувствовала себя все еще довольно сносно, записываться в старперы не собиралась, и вот, пожалуйста — лапы несли ее по незнакомым землям, ноздри чуть подергивались от изобилия незнакомых запахов, а шкуру припекало жаркое дневное солнце.
Мечта приключенца. Особенно, если этому приключенцу года этак полтора от роду. Танари не особо горела желанием шляться по саванне из угла в угол; впрочем, оставаться на месте тоже не любила. Стремления раздирали ее на части: когда тебе одновременно хочется быть частью прайда и не быть его частью, трудно выбрать что-то одно.
Но выбирать все же пришлось. Покинув свою семью и тех, кого могла назвать родственниками, матерая вот уже несколько недель шла без особой цели — не слишком быстро, но все же так, чтобы оставить между собой и прайдом максимальное расстояние. Она больше не увидит их, и пускай, зато не помешает случайно их охоте, а они не потревожат ее.
Вот когда было самое время пожалеть о том, что у нее было так мало детей. Всего один, да и тот пропал без следа. Он большой мальчик, может сам решать, чем заниматься и где находиться, да и Танари не горела желанием  проводить старость, приглядывая за чужими детьми. И все же было бы неплохо отыскать родную кровь и просто держаться вместе. Для безопасности и, — белая не признавалась в этом даже самой себе, — ради компании.

Компания, к слову, приближалась издалека, этак беспечно переставляя лапы и сперва даже не заметив белошкурую. Что было весьма странно: она как бельмо на глазу. На фоне яркой зелени и золота травы ее светлая шерсть бросалась в глаза всегда и всем. Черт бы ее побрал. Охотиться всегда было труднее, чем остальным; сейчас, когда Танари была одна, она прочувствовала это заново. Поди подкрадись к этим тварям рогатым, когда они видят каждое твое движение.
Ночью, однако же, было попроще. И тогда, когда матерая стала пренебрегать чистотой шкуры ради набитого брюха. Вываляешься в пыли или жидкой грязи — и тебя не увидят; возможно, что и не почуют. Как бы то ни было, а бока львицы лоснились, выдавая тот факт, что питалась она регулярно и довольно сытно.
Итак, Танари настороженно зыркнула в сторону чужака. Насколько она была белошкура — настолько же он был черен. Даже еще чернее. Кажется, ему тоже было не слишком-то сладко в этих переполненных зелеными и золотыми тонами степях. Кроме того, наверняка еще и солнце припекает так, что мама не горюй. Если бы не ветер, нагнавший облака и влажный воздух со стороны моря, матерая, пожалуй, посоветовала бы самцу прилечь в тенечек, а то, чего доброго, загорится прямо здесь.
Поприветствовал он ее, однако, довольно мирно и издалека. Сразу дал понять, что не ищет драки; вот и славно. Танари не побоялась бы вступить в бой даже с таким здоровяком — голова-то большая, а мозгов в ней маленько, — но возраст и несколько полученных трепок от тех, кто крупнее и сильнее, все же вбили в нее некоторое количество ума. Она ответила учтивым кивком, может быть, чересчур холодным, но вполне приемлемым.
— Доброго дня, — довольно сухо откликнулась она; а затем матерая на миг замолчала, будто задумавшись, хотя и так отлично знала, что в ближайшие дни не видела не то, что львицу — вообще ни одной живой души, исключая вездесущих копытных, — не припомню такой.

+1

392

Рейне безумно нравилось бродить посреди бескрайнего простора степи, и маленькие прогулки, подобные этой, как-то незаметно, ни с того ни с сего делали её внутреннее состояние страшно близким к счастью. Саму изгнанницу немало изумляла эта деталь: разве ей, заброшенной на чужбину, не полагалось всё время тосковать по оставшейся так далеко отсюда семье? Она тосковала, и сильно, но почему-то только порой, хотя горечь первого времени и казалась ей невыносимой.

Не считая того, что теперь она, по сути, беглянка из родного дома, Эйли бесконечно радовала возможность повидать новые, невиданные доселе, загадочные и странные глазу места. Вечно находиться в дороге, путешествовать и встречать то, о существовании чего крохотная рыжая львичка и не подозревала… Конечно же, не стоило судьбы обездоленной бродяжки. Но всё же оставалось для неё чем-то вроде светлой стороны нынешнего положения, волнительной и удивительно приятной. На родине она видела… что? По сути, одни лишь более и менее засушливые участки саванны вблизи от каменистых подступов древнего, седого кряжа; там не было ни могучих и широких рек, ни поросших мрачными лесами плавных холмов, ни мягко зеленеющих равнин, как эта степь, способных поглотить и спрятать и её, и куда большего зверя с головой. Оказаться же в столь любопытном месте в одиночку?.. Ах, Эйли обожала каждую секунду своей незапланированной прогулки, ничуть не боясь прохаживаться по окрестностям без сопровождения дяди!

Надо сказать, прежде ей не доводилось удаляться от примелькавшегося участка степи так далеко. Не то что бы она решила пренебречь запретами дядюшки Сэйтана из чисто подростковой дурной непокорности... Вовсе нет! Рыжую львёнку влекло вперед отнюдь не активизировавшееся к вечеру шило под хвостом (ну, хорошо, не только оно одно), и всякий раз, как она мысленно напоминала себе об этом, к прыгучему резвому аллюру юной самки добавлялась изрядная доля чинной горделивости. Новые, незнакомые травы, о которых она узнала от встреченной ими не так давно львицы-знахарки – вот что служило поводом её сегодняшней отлучки (которую она так изобретательно и благоразумно решила осуществить пока дядюшка спит). То есть, целью! Целью, а не поводом!

Казалось, для такого миниатюрного создания, как она – совсем небольшая для подростка львица, выглядящая заметно младше своих лун – не было ничего легче, чем затеряться в высокой траве, незамеченной блуждая везде, где вздумается, и исследуя запахи неизвестных цветов… Но как бы не так! По крайней мере, для одной пары острейших глаз она всегда оставалась на виду. В который уже раз за время своего променада широко улыбающаяся львёнка-подросток заметила в синей вышине чёрную стремительную точку… А точка, наверное, видела лукавую улыбку на светлой мордашке с той же, если не большей, отчётливостью, что Рейна самого орла. Но и теряя беркута из виду, самочка прекрасно знала, что куда бы ей не взбрело на ум двинуться – зоркие глаза дядиного мажордома ("Ох. Как же непросто запомнить, что Хайвинд больше не мажордом, а дядя не король…") нипочём не потеряют её из поля зрения. И если вдруг поблизости таится какая-нибудь опасность, она, Рейна, всегда первой узнает о ней, а значит, успеет заблаговременно свернуть, чтобы избежать роковой встречи.

Так, целиком и полностью убеждённая в том, что ей ничего не грозит, маленькая, но до пляшущих в тёмно-фиалковых глазах чёртиков довольная тем, как проходит её вечер, львица с интересом водила розовато-бурым носиком из стороны в сторону. То и дело какой-нибудь неизвестный ей запах, выбившийся из дурманящей травяной смеси луга, заставлял огромные глаза кошки торжествующе вспыхнуть; тогда она, обрадованная, поддавала ходу и шустрыми скачками неслась туда, куда безошибочно вело её чутьё. Иногда представавшее взгляду юной целительницы растение оказывалось совсем не тем, чего она искала – во всяком случае, на её взгляд не походило на обронённые Айви описания. Но иногда вид стеблей и листков полностью совпадал с тем, что она желала отыскать, и тогда самочка выкапывала из земли либо аккуратно подхватывала и перекусывала пастью найденные ею мелиссу, мяту и валерьяну. Впрочем, не обходила Рейна своим вниманием и знакомый ей с детских когтей душистый базилик: кто знает, насколько хороши в качестве обезболивающего окажутся травы, которые она ещё не имела возможности опробовать? Она достаточно внимательно слушала мать-знахарку в своё время, чтобы усвоить: лекарь должен не только разбираться в целебных травах и их свойствах, но и соображать, кому какая подойдет. Великану вроде её дядюшки, разумеется, понадобится сильное средство от боли – действия слабого его громадное тело просто не заметит. Значит, сегодня Эйлирейне предстояло набрать как можно больше и выяснить на практике, какое самое подходящее… И когда она это сделает, можно будет не сомневаться в том, что её, может быть, излишне смелая отлучка будет прощена: ведь если она сумеет помочь дяде с болями в его охромевшей лапе, то он не рассердится, даже если она запоздает возвратиться к моменту его пробуждения!

ГМу:

Заяффко на 2 мелиссы, 2 мяты, 3 валерьяны и 3 базилика. Талисман удачи + бонус локи дают +3

0

393

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"16","avatar":"/user/avatars/user16.jpg","name":"Килем"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user16.jpg Килем

Поиск трав Эйлирейной.
Эйлирейна ищет мелиссу

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=6

Бросок
Бонусы

Итог

6
2 + 1 = 3

6

Лечебная трава успешно найдена!

Эйлирейна ищет мелиссу

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=6

Бросок
Бонусы

Итог

6
2 + 1 = 3

6

Лечебная трава успешно найдена!

Эйлирейна ищет мяту

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=1

Бросок
Бонусы

Итог

1
2 + 1 = 3

4

Поиск лечебной травы провален.

Эйлирейна ищет мяту

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=4

Бросок
Бонусы

Итог

4
2 + 1 = 3

6

Лечебная трава успешно найдена!

Эйлирейна ищет валерьяну

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=4

Бросок
Бонусы

Итог

4
2 + 1 = 3

6

Лечебная трава успешно найдена!

Эйлирейна ищет валерьяну

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=1

Бросок
Бонусы

Итог

1
2 + 1 = 3

4

Поиск лечебной травы провален.

Эйлирейна ищет валерьяну

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=1

Бросок
Бонусы

Итог

1
2 + 1 = 3

4

Поиск лечебной травы провален.

Эйлирейна ищет базилик

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=2

Бросок
Бонусы

Итог

2
2 + 1 = 3

5

Лечебная трава успешно найдена!

Эйлирейна ищет базилик

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=6

Бросок
Бонусы

Итог

6
2 + 1 = 3

6

Лечебная трава успешно найдена!

Эйлирейна ищет базилик

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=1

Бросок
Бонусы

Итог

1
2 + 1 = 3

4

Поиск лечебной травы провален.

Найденные травы: мелисса х2, мята, валерьяна и базилик х2 добавлены в профиль персонажа.

0

394

По мере того, как незаметно для юной львицы пролетало время, пучок травы в её пасти рос, медленно, но верно приближаясь к гордому званию охапки. Теперь самочка могла быть уверена, что по крайней мере часть её добычи является точно тем, за что она её приняла – а значит, за слегка затянувшуюся вылазку ей не влетит. Казалось бы, самое время исполниться чувством выполненного знахарского долга и благоразумно повернуть назад, но ни подступившая темнота, ни сгустившиеся облака, что заслоняли первые звёзды, пока что не натолкнули её на идею о возвращении. Куда там! Еще не все травы были собраны, она определенно могла отыскать больше. Рыжая, начисто позабыв о сроках своей отлучки, с удвоенным вниманием деловито озиралась по сторонам, принюхивалась в надежде высмотреть подходящее растение или уловить знакомый запах…

… пока рядом с ней совершенно ВНЕЗАПНО на землю не хлопнулось что-то примерно с неё размером, страшно перепугав и заставив с истошным вскриком шарахнуться прочь. Весь сбор вывалился из её рта.

– Хайвинд! – у кошки вырвался негодующий возглас потрясения и обиды, когда она признала в тёмном коме перьев приставленного к ней соглядатая. Её начало отпускать, но сердце бешено колотилось от испуга. Раздосадованно взрыкнув при виде рассыпавшихся по земле травинок, Эйли принялась сгребать их лапой в кучку и приготовилась излить обиду на всполошившего её почём зря беркута, но не успела издать и слова.

– Тишина! – Потребовал орёл, совсем негромко, но таким непривычно властным тоном, заставившим её замереть с круглыми глазами. Янтарный взгляд дядиного компаньона так и прожигал. Что означала такая грубость?! Рейна хотела было возмутиться, но тот вновь заткнул её, ещё понизив свой угрюмый клёкот. – Я заметил горстку гиен неподалёку.

Предупреждение испугало миниатюрную львицу больше, чем той хотелось бы признать, и её страх моментально выдал себя прижатыми ушами и втянутой в плечи головой. Голос самки заметно дрогнул.

– З-значит, надо вернуться к дяде... Подожди, а где они, в какой стороне ты их видел? – Необходимость поспешить обратно была очевидна; каким-то чудом рыжий подросток не растерялась сама уточнить о том, от чего мог зависеть маршрут. Зловещий ответ погасил её мечущиеся, наталкивающиеся друг на дружку в тихой панике мысли, и их моментально подмяла под себя одна.

– Позади.

"Это плохо". Ей сразу стало понятно, как орел мог не заметить их сразу и издали.

– Они подошли со стороны реки, – добавил беркут успокаивающе, пристально глядя в испуганные фиалковые глазищи подопечной, – и ты еще можешь разминуться с ними. Но и они могли учуять тебя.

Эйль вскинула голову, вглядываясь туда, где могли находиться… враги? Преследователи? Угроза? Или ей повезло и пока что даже эти звери с их острым чутьем не знают о том, что где-то поблизости разгуливает аппетитная мелкая львица? Но она не была орлом, не могла видеть так далеко, да ещё и в ночи.

– Вот как мы сделаем, – беркут снова завладел вниманием нервно подергивающей ушами кошки, легонько пихнув суставом крыла бок той. – Ты постараешься сделать крюк и обойти их, а я приведу Сэйтана, и вместе мы разберемся с ними, если придется столкнуться. Я покажу тебе дорогу, а в случае чего ты сможешь отсидеться на дереве – я приметил парочку. Ты поняла меня? – Хайвинд дождался от львицы заторможенного кивка. – Тогда следуй за мной, пока я не сверну.

Незамысловатый план еле уложился у Рейны в голове. Настолько растеряна она была, что чуть не забыла подхватить свои драгоценные травки, но, к счастью, всё было достаточно просто, чтобы не запуталась даже она. Самка припустила что было прыти, следя больше за поднимающимся в небо орлом, чем глядя под ноги – слишком страшило её потерять в ночном небе путеводный силуэт огромной птицы и остаться совсем одной. А тот, назло всей её скорости, медленно уменьшался. Никакие лапы не сравнятся с крыльями, даже у самого быстрого льва. Оставалось лишь бежать и надеяться, что несколько подорванные прогулкой силы её не подведут, и она успеет пронестись достаточно, чтобы гиены не сумели настигнуть её. Если, конечно, они вообще смогли напасть на её след…

И рыжая неслась до тех пор, пока очертания Хайвинда не растворились в свинцовой черноте окончательно, и ещё немного после того, довершая свой крюк. Тьма позади ничего не говорила ей о приближении опасности, а тьма впереди скоро исторгла смутное очертание дерева – но открытию второго дыхания это не помогло. Запыхавшаяся львица перешла на отяжелевшую трусцу, а затем и на шаг, хотелось начать ловить спёртый, перенасыщенный влагой воздух пастью – но тогда она растеряла бы траву, из-за которой и ушла так далеко! Допустить ещё и это было бы слишком обидно. Впрочем, ей казалось, что уже можно сделать передышку – совсем краткую, только чтобы перевести дух. Уверив себя в этом, Рейна почти что повалилась на землю, едва доковыляв до обещавшего спасение дерева, и некоторое время лежала на брюхе, отложив свой несчастный букетик. Отойдя от непривычно продолжительной пробежки, она села. Все эти минуты крохотная целительница могла лишь прислушиваться к обманчиво-безмятежным звукам степи, крикам птиц и стрекотанию насекомых: ночью степь была не менее оживлена, чем днем, ожидать чего угодно следовало всегда. Сначала она решила, что барабанный топот лап где-то в отдалении лишь мерещится ей, но её сердце колотилось куда медленнее, и звук стал явственным по мере приближения. Очень стремительного приближения.

В ужасе львица неуклюже вскочила, схватила брошенную было ношу, но по стволу не то что вскарабкалась – взлетела, позабыв щадить налившиеся утомлением лапы. Приникнув к одной из веток, дрожащая самочка вытянула шею и во все глаза уставилась в направлении источника звука. Совсем скоро её взгляд выхватил расстилающуюся с шорохом траву, и к дереву чуть ли не в тот же миг вылетела поджарая, длиннолапая чёрная кошка. Плавно сбавив ход, гепард – а это, как она сообразила, был именно гепард, только странный, весь одинаково чёрнущий, как её дядя – стал взбираться на дерево. С такими длинными лапами это стоило ему чуть больших трудов, чем гибкой юной львичке, но вскоре зверь уже балансировал на соседней ветке. Выпустив из пасти, изжёванный пучок, подросток перехватила его для надежности лапой и решилась заговорить первой.

– Зачем ты тоже сюда влез? – Спросила Эйли, опасливо косясь на него из-за плеча и стараясь скрыть волнение при помощи сурово нахмуренных бровей. Её страх несколько спал, когда она убедилась, что пришелец тоже кошка, а вовсе не толпа оголодавших гиен. Однако, непрошеное соседство всё равно её не радовало.

– А ты? – Ровно откликнулся гепард, оглядывая её с едва различимым в глубине холодных бледных глаз сдержанным любопытством. Так можно смотреть на возню насекомых, пребывая в величайшей скуке.

– Я не разговариваю с незнакомцами. – Поразмыслив, аккуратно дала заднюю Рейна. Ну, то есть, с присущей ей обычно тонкостью и грацией. Да и с чего бы она стала отвечать, если задала вопрос первой? К тому же, это сходное с пренебрежением могильное спокойствие гепарда чуть рассердило её. Она была львом, в конце концов. Львы сильнее гепардов.

– Сиди тихо, раз залез. – Распорядилась персиковая, памятуя о том, что ей надлежит держать лицо. Ей снова казалось, что она слышит шаги – далекие, но идущих было много. Она догадывалась, что это не дядя. По какой-то своей причине незнакомый гепард не стал с ней спорить.

Фамильяр введён в игру.

оффтоп

лот "Водный покровитель" применен. — убрала Шайена

+2

395

Если поведение самки и можно было расценить как не слишком общительное и душевное, у Хромого не возникло к этому никаких претензий – даже напротив. Не было ничего странного в том, что столкновение со здоровенным обломом самого свирепого вида и наружности не способствовало особому красноречию и стремлению изобразить какую-то ещё радость от встречи. Чего там, уже одно то, что настороженная львица заговорила с ним вместо того, чтобы счесть себя в опасности и ретироваться, было чудесным стартом диалога. Впрочем, затаённая слепая надежда, с которой чёрный здоровяк обратился к незнакомке, так и не оправдалась – если светлошкурая и встречала какую-то компанию на своём пути, крохотной рыжей львёнкой этот кто-то со всей определённостью не был... Единственным видимым отражением разочарования самца стали опустившиеся на пару миллиметров брови.

– Спасибо за ответ. – Медленно произнёс Сэйтан, чуть заметно качнув головой в знак принятия её небогатых сведений и на миг утомлённо прикрыв глаза. Стоило напомнить себе, что отрицательный ответ не совсем бесполезен. Там, откуда львица пришла, скорее всего, не было Эйлирейны, а значит, ему следовало искать кроху в другой стороне. На пути, которым двигалась матёрая, не было маленьких рыженьких трупов, которыми так быстро становятся одинокие подростки, оставшиеся без пригляда...

Одна эта мысль заставляла что-то мрачное в глубине его бочкообразной груди кипеть. Если что-то случилось, какого рожна в таком разе мог делать Хайвинд?! Ему пришлось остановить себя."Нет. Что бы там ни было, до этого не могло дойти". И как бы тревога ни толкала его к бездумной злости на крылатого спутника, Хромой мягко улыбнулся неразговорчивой львице.

– Спасибо... Мне стоило бы заплатить за услугу услугой, но я сейчас должен отыскать свою племянницу, пока та не угодила в историю. Безопасного тебе пути, куда бы ты ни шла. – Пожалуй, это прозвучало излишне похоже на извинение, но львица действительно немного ему помогла, а вернуть любезность он не мог. Оторвав зад от травы, Ночь развернулся было, чтобы взять севернее, но не сделал и трёх шагов: его внимание привлек пронзительный клёкот, и он достаточно долго имел дело с орлами, чтобы узнать в нём сигнал тревоги.

– КАКОГО ЧЁРТА?! – Гнев чистейший дистиллированный и совсем уж непристойные децибелы прокатились по округе физически ощутимой волной баса, а после долгих полминуты не было слышно переклички ночных птиц. Реакция Сэйтана оказалась проста как три копейки: Хайвинд вернулся с дурной вестью – Хайвинд облажался, имея всего лишь одну задачу, и взрыв раздражения на сей раз не смягчило даже присутствие рисковавшей безвинно оглохнуть дамы. Но Танари, по крайней мере, избежала удовольствия видеть искажённую яростью морду, и без того щедро разукрашенную паутиной глубоких шрамов разной степени давности. Зрелище ещё то, прямо сказать. Ничего она не потеряла.

– Маленькая цела, и таковой останется, если ты доберёшься до неё быстрее гиен! – С не меньшей злобой проклекотал снизившийся орёл, плавным широким кругом скользя над головами львов. – Да и подружку прихватить тебе было бы нелишне, этих тварей не меньше, чем лап у вас двоих!

"Никчёмная, наглая цесарка!" – он был далёк от справедливости как никогда, вина и страх за Рейну говорили в Хайвинде столь же громко, как в нём самом, но об этом лев подумает позже, когда сменится настроение. Просить о помощи шедшую по своим делам одиночку, которая была вовсе ни при чем в их проблемах, не казалось ему чем-то достойным, но разве он не забыл думать о достоинстве куда раньше, чем в очередной раз упустил из-под наздора племянницу? Широкие крылья беркута вновь набирали высоту, грозя скрыться из глаз в налившемся чернотой небе, и Хромой не стал тратить время. Вновь обернувшись к почему-то не успевшей покинуть общество жутковатого чужака самке, он согнал с морды оскал и тихо обратился к светлошкурой с кладбищенской, смертельной серьёзностью и прямотой в гулком голосе.

– Вынужден извиниться за моего не слишком умного друга. Мне опять нужна твоя помощь. Единственное, чем я могу отплатить – сытная добыча.

Жирная просьба, и единственное, что могло хоть как-то натолкнуть на мысль, что она вдруг не покажется львице слишком жирной – сеть шрамов на лапах и плечах той.

+1

396

Львица энергично отряхнулась, хотя припорошенные пылью бока чище от этого не стали. В глазах самца, некоторое время молча ожидавшего ее ответа, мелькнули разочарование и усталость, хотя морда осталась будто каменной. Кого же он разыскивает так долго? Дочь? Подругу?
Тут-то самке и стоило уйти восвояси.
Она переступила с лапы на лапу, настороженно следя за львом: все-таки он был незнаком ей, а выглядел довольно подозрительно — насколько подозрительно может выглядеть черношкурый самец весьма мрачного вида и немалых размеров. Реально, немалых. Он был даже крупнее, чем Танари, а ведь она привыкла возвышаться над остальными самками и даже над многими из самцов.
Но все когда-нибудь случается впервые. Нет, это был не первый лев, который мог смотреть на нее сверху вниз – к этому матерая, конечно, не привыкла, а потому чувствовала себя немного неуютно. Но даже ее единственный партнер, от которого позднее на свет появился ее сын, Минт, был росточком не выше самой львицы… если быть точной, его глаза приходились как раз примерно на уровень ее подбородка. В общем, Танари еще в молодости была изрядной каланчой, просто сейчас она была старой каланчой, хотя по физической форме этого пока не скажешь.
И тут, понимаете ли, первое встреченное за несколько дней существо оказывается еще крупнее. Как так-то, Айхею, нормально же общались!
Впрочем, манеры оного существа все же заставили белую немного примириться с его существованием.
Проговорив весьма витиеватую фразу, которую можно было бы уложить в куда более короткое и емкое "спасибо за ответ, а теперь проваливай", черношкурый развернулся было задницей к самке. Та ответила ему взаимностью, повернувшись округлым задком к его удаляющейся корме и даже сделав несколько шагов прочь.
Птичий клекот она проигнорировала: птицы обычно не нападают на львов, и если уж кто пернатый вздумает клюнуть ее в макушку, то пусть будет готов остаться с выщипанными перьями. Вернее, без перьев.
А вот истошный рев, который изторг из себя черношкурый, проигнорировать не могла. Вопль еще не отзвучал, а матерая уже прыжком развернулась, припав грудью к земле и вздернув верхнюю губу в предупреждении для возможного противника.
Однако же драться было не с кем, и птица, вопреки всем ожиданиям Танари, ни на кого не напала. Здоровенный орел (а может гриф, а может, еще кто — львица вам, чай, не энциклопедия, и гуглить тоже не умеет!) покружил над львом, коротко переговорив с тем, и снова взмыл в небо, теряясь в сгустившемся мраке.
Зато теперь все встало на свои места. Слушать чужие разговоры нехорошо и невежливо, но белошкурой забыли об этом сказать, а жизнь в последние недели не баловала ее происшествиями. Кто ж откажется от острых ощущений? Нет уж. Танари выслушала птицу с таким невозмутимым видом, будто рапорт предназначался именно ей, притом недобрый оскал на морде льва был под стать ее собственному. Некоторое время они беззвучно скалились в небо, слушая удаляющееся хлопанье крыльев.
— Это должна быть очень большая добыча, — наконец, проговорила самка, опуская голову и пряча крупные клыки, — ладно. Идем, не будем терять время.
Птица почти скрылась из виду, но, приглядевшись, белая могла ее заметить. Однако она предпочла, чтобы черногривый вел ее за собой — она же пристроилась следом, приотстав на пару шагов.

+2

397

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"38","avatar":"/user/avatars/user38.png","name":"Mephi-san"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user38.png Mephi-san

Что-то странное творится на севере: небо над видимой частью вулкана Килиманджаро затянуто странными, темно-фиолетовыми облаками, отдаленно напоминающими грозовые тучи. Создается впечатление, будто огромная гора ожила и начала чадить дымом. Слышен едва различимый, мерный гул, а также рокот мелькающих в облаках раскатов голубоватых молний — зрелище, безусловно, очень красивое и завораживающее, моментально привлекающее к себе внимание. Вода в реках, лужах и озерах ведет себя странно: на ее поверхности заметна мелкая, волнующаяся рябь, будто от легкого порыва ветра или слабого трясения почвы.

0

398

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"3","avatar":"/user/avatars/user3.jpg","name":"SickRogue"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user3.jpg SickRogue

На западе вспыхивает ослепительное багряное зарево, отчего в саванне на несколько мгновений становится светло как днем. Спустя считанные мгновения земля содрогается, как перепуганная зебра, вода во всех водоёмах начинает ходить ходуном, а с возвышений скатываются камни — как мелкие, так и покрупнее. Поначалу все это происходит в жуткой тишине, но затем с запада доносится дикий, оглушительный грохот, настолько громкий, что он заглушает все и вся. Постепенно интенсивность этого звука начинает затихать, но его отдельные раскаты, глухие и зловещие, время от времени по-прежнему долетают до ушей местных обитателей. Стихает и дрожь земли. Обвалы прекращаются, а, со временем, проходит и волнение на воде. Небо по ту сторону вулкана заволакивает странными, зловещими тучами, сквозь которое по-прежнему пробивается странное и жуткое зарево — а снизу их озаряют красные огненные всполохи. Кажется, подножье Килиманджаро, а также все его окрестности, охвачены страшным пожаром.

0

399

→ Саванновый лес

Все оставалось позади: гора, вызывающая такой большой интерес, жители прайда, новый знакомый, но стоило ли переживать по этому поводу? Жизнь львицы всегда состояла из потерь и находок, каждый день с ней случались какие-то новые происшествия, которые либо выбивали ее из колеи либо, наоборот, заставляли собраться и идти дальше. Но все всегда пропадало, оставалось позади, растворялось и позже проявлялось лишь малыми осколкоми в памяти. Единственное, что всегда было с Кисонькой - память о том, что она кому-то помогла, благодарные (или не очень) взгляды и, самое главное, чувство удовлетворения. Так что и сейчас, направляясь на юго-запад, львица была довольна собой, ведь сейчас она идет не просто ради собственного удовольствия. Нет, она собирается оказать помощь Лекарю. И чего стоит эта гора, если есть ещи важнее?

Львица остановилась и обернулась. Несмотря на то, что у нее была своя миссия, она периодически останавливалась, чтобы мимолетом пробежаться глазами за пейзажем, оставшимся позади. Все равно это чудное облако манило ее, заставляло то и дело думать о нем, отвлекая от главной миссии. Кисонька тряхнула головой и пошла дальше, вперед. Какой будет толк, если Дея будет каждую минуту останавливаться и смотреть на пройденный путь и на вулкан? Верно, никакого. Львица энергично пошла дальше, но, увы, в следующую минуту что-то пошло не так.

Вспышка. Буквально на пару мгновений темную ночь саванны озарил такой свет, будто наступил день. Но в следующую секунду все погасло. Дея не успела придти в себя и, собираясь поморгать, чтбы избавиться от рези в глазах, она была обречена испытать кое-что еще. В следующий момент земля содрогнулась.

Резкий толчок, Дея еле удерживается на лапах. Сбивчивое дыхание. Львица смотрит по сторонам, стараясь понять, что происходит, но мысли ее были далеки от всего, что происходило. Выжить. Сбежать. Все, что хотелось сейчас сделать. Уткнуться в бок Шерифа, он бы немного поворчал, но с ним Дее было бы гораздо спокойнее. Она всегда чувствует себя с ним в безопасности. Еще одна страшная вещь, которая сейчас происходила - полнейшая тишина. Все было настолько тихо, что львица слышала стук собственного сердца и дыхание. А потом последовало еще кое-что.

Громкий грохот. В тишине он прозвучал столь неожиданно и страшно, что львице еще больше захотелось сбежать. Если бы Дея сначала о таких вещах, как пушки, то она бы непременно сравнила этот грохот с ними. Но в ее словарном запасе не было ничего, что могло бы описать нечто подобное. Это просто было ужасно. Громко. Кисонька никогда не думала о конце Света, но, если бы она раздумывала на эту тему, то в ее представлении он выглядел бы именно так.

К счастью, со временем гул начал утихать, хотя по прежнему нагонял страх. Дея инстинктивно повернулась назад, чтобы посмотреть на гору, но то, что она увидела, ей не понравилось. Небо заволокло тучами, подножье объято огнем. Дея могла быть сейчас там, но она в безопасности. Кисонька стояла в оцепенении, смотря на то, как горят те места, где она только что была, где хотела познакомиться с жителями прайда, но встретила Лекаря... Стоп. Лекарь. Эта мысль прогремела как взрыв вулкана в тишине, и Дея повернулась в ту сторону, куда и направлялась. Лев дал ей наставление, попросил выполнить просьбу - привести его друга. И разве может львица не исполнить свою миссию? И, хоть внутри все содрогалось от ужаса, Дея вдохнула полной грудью и сделала шаг вперед. Чтобы ни случилось, она приведет медведя к Лекарю.

+1

400

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"6","avatar":"/user/avatars/user6.jpg","name":"krot-banan"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user6.jpg krot-banan

Пушистая макушка Деи оказалась одним из лучших гнёзд, в которых только селился Архимед, лучше неё были только вспоротое брюхо свежепойманной хозяином антилопы, либо пасть Здоровяка, который любил нежно почесывать нерадивого голубя своим языком. И даже резкие движения и громкие звуки львицы ни разу не смущали птицу, что так комфортно устроилась и задремала. Наверное, поэтому Дея не обратила внимания на Архимеда: слишком тих и неприметен он был.

Однако долго такой отдых продолжаться не мог, естественно. Всё хорошее рано или поздно заканчивается, вот и милый сон белоснежного голубя подошёл к концу, стоило вулкану Килиманджаро взорваться с невиданной ранее мощью. И если на вспышку света и тряску земли птице было несколько плевать - он даже глаза не приоткрыл - то вот громкий хлопок, последовавший за этим всем, не мог не взбудоражить бедолагу. В одно мгновение белый голубь взлетел в небо и принялся нарезать тревожные круги над головой Деи, отчаянно курлыкая, будто в попытке донести какую-то информацию до своей новой подушки под попу - Кисоньки.

Когда внимание львицы было завоёвано, Архимед без зазрения совести уселся на нос самки и своим бездумным голубиным взглядом уставился на неё. Внимательно, не моргая, лишь крутя головой, будто из любопытства, да издавая утробные голубиные звуки.
- Курлы, - в этот раз птичий зов звучал чуть громче обычного, будто Архимед старался поговорить с Деей, но не мог. Он был далеко не самой глупой птицей, но он всё ещё был птицей... Причём не одной из тех, которые могли общаться с млекопитающими на равных, вовсе нет. К его счастью, Природа - материя милосердная, и потому решила не наделять пернатого тем же разумом, которым обладал хозяин или его большой друг, или даже эта взъерошенная щётка в виде большой кошки. Но она наградила его эдакой звериной смышлёностью, которая помогала голубю прекрасно ориентироваться в ситуации, полагаясь на инстинкты, - Курлы.

Архимед резко взлетел с носа Деи, вновь пролетая пару-тройку кругов над её головой, после чего он понёсся куда-то вдаль, ожидая, что новая знакомая Лекаря двинется следом. Архимед уводил её подальше от Килиманджаро, ведь здесь всё ещё было опасно, несмотря на то, что самке удалось отойти достаточно далеко, чтобы избежать всех ужасов вулканического апокалипсиса.
- Курлы! - послышалось сверху, и тут белоснежный голубь совершает крутое пике, опускаясь на один из цветков с оранжеватым плодом. Одарив внимательным взглядом Дею, затем опустив его на плод, а после вновь подняв взгляд на Дею, Архимед явно пытался на что-то намекнуть юной львице, но не был уверен, знает ли она вообще о том растении, на которое птиц ей указывал.

+1

401

Удивляться тому факту, что первая встречная самка (что примечательно, отнюдь не выглядевшая ненормальной) мало того, что не попыталась смыться от потенциально опасного громилы сверкая пятками, так ещё и решительно согласилась рискнуть помочь ему в мокром дельце, у Хромого попросту не было времени. Лев только резко кивнул в ответ на поставленное Танари размытое условие, обозначая своё безоговорочное согласие раздобыть кремовой кошке хоть тушу слона, хоть эквивалент его съедобного веса в мышах, кабанах и буйволах – на выбор дамы, если только она не шутит насчет готовности посетить встречу с гиенами и разнообразить без того богатую россыпь шрамов на белесой, светящейся в ночи шкуре. Хромой подозревал, что всё-таки шутит. Но шелест примятых и задетых трав под лапами белой, спешной рысью следовавшей за ним, служил приятным подтверждением редкостной исключительности так удачно подвернувшейся ему натуры…

Спустя несколько минут пробежки Сэйтан начал видимо поддаваться простреливающей искалеченную лапу боли, так что лёгкая хромота уже никак не могла не бросаться в глаза его спутнице, и ему поневоле пришлось сбавить темп. К тому времени он уже тяжело отдувался, изредка кривясь и скаля клыки; летевший впереди пары хищников беркут сделался оканчательно неразличим в ночном небе, но далеко впереди, ему то ли мерещился, то ли и в самом деле виднелся древесный ствол. Чёрный напряг сощуренные глаза…

…но это не потребовалось, потому что вопреки всем устоям мира затянутое в свинцовую черноту туч небо вдруг осветилось густой и мрачной ржавой краснотой, яркой и почти огнистой на западе, и никакого труда в том, чтобы разглядеть вдали одиноко стоящее дерево, ни для кого одарённого зрением больше не было. Ночь обратилась в неестественный, воспалённый закат, заставляя ошеломлённого льва на миг приостановить бег, дабы осмотреться и попытаться понять, что ж за светопреставление такое во тьме ночной происходит.

– Что за… Ты видишь то же, что и я? – он обернулся к Танари, вопросительно всматриваясь в морду львицы, вместо призрачной белизны теперь окрашенную розоватым маревом. В голосе отразилось лишь угрюмое недоверие ко всему творящемуся со сменившими вдруг масть небесами: ничего хорошего от странного сюрприза, нарушившего привычный ход событий, изгнанник не ждал. Списать же зловещую игру красных отблесков на тёмных облаках на неправильную траву возможным не представлялось. Ничем таким Эйли его в последнее время не потчевала, да и в остальном галлюцинациями Хромой не страдал. Так какого пекла?.. Тратить время на решение этого вопроса, впрочем, он не стал: убедившись, что ничего угрожающего в себе льющееся с запада свечение не несёт, лев снова прибавил ходу. Тем паче что до цели оставалось лапой подать…

Только вот не успели они покрыть сколько-нибудь заметную часть пути, выяснилось, что сюрпризы этой ночи не ограничатся одной лишь экзотической подсветкой. Следующим, что застигло еле успевших оправиться от изумления львов врасплох, стала исходящая дрожью и мелкими трещинками почва. Дрожь и редкие толчки отдавались в подушечках лап, неприятно, порой до зуда резонировали в костях, но если ночное сияние и было для Сэйтана совершенной загадкой, то о землетрясениях он кое-что слышал. Можно сказать, даже был свидетелем тому, на что они способны, если, конечно, стоит брать в расчет дурные сны… Ну а двух таких странностей, случившихся в одно и то же время, не связал бы между собой только глупец.

– То, что происходит так далеко на западе, едва ли доберется сюда прикончить нас, – негромко заверил он Танари на бегу, желая развеять возможные мысли той насчет поисков укрытия, да и вообще успокоить на всякий случай, хоть на перепуганного котёнка эта матёрая походила примерно как он, – и землетрясение тоже. Но что бы там ни было, тамошним жителям не повезло.

"Что бы там ни было, это что-то большое. Гораздо больше какого-нибудь слона, или их стада. Не хотел бы я там оказаться". Совсем не хотел. Всё же на что способно землетрясение, чёрный помнил очень отчётливо; вставшая перед глазами память о стремительном падении в огненную преисподнюю заставляла шерсть вставать дыбом, иссечённую полосами и залысинами шрамов шкуру будто вновь лизнул голодный жар раскалённых недр. И, словно в подтверждение его слов, вслед за толчками пришел гневный, закладывающий уши рокот. Отовсюду, то ли с обречённого запада, то ли из-под самой земли – пронизанный низкими частотами звук, которого не могло издать ни единое живое существо, ни даже все они вместе взятые, проникал глубоко под шкуру, без труда находя в телах животных их тоненькие смертные нервишки, и различий между птицей, хищником или добычей для него не было. Но оказываемое звуком действие явилось для львов проблемой в крайне малой степени, чего нельзя сказать о всполошённой кучке гиен, рыщущих под ветвями. Устремлённые на запад взгляды и внимающие жуткому подземному гулу уши сделали их слепыми и глухими. Им стало не до загнанной на дерево добычи, и тем более не до приближающихся силуэтов двух матёрых зверей, или надёжно скрытого дьявольским шумом звука шагов.

Но когда им появилось дело до всего этого, им стало куда страшнее, поскольку для них громадные чёрный лев и белая львица возникли из ниоткуда – и первый был разъярён достаточно, чтобы не тратить времени на подбор тактики, а просто с оглушительным рёвом влетел в самую гущу пятнистых, ударив ближайшую, не успевшую отпрянуть крокуту по спине. Во взмах массивной косматой лапы было вложено довольно силы и злобы, чтоб играючи перебить гиене хребет. И, будто чёрный барбариец не был достаточной проблемой для и так уже дезориентированных катаклизмом крокут, крупный орёл пронёсся над самыми их головами, ещё больше отводя их внимание от выбирающей жертву львицы или неуклюже спускающихся с дерева мелких рыжей и чёрной кошек.

ГМу:

Применяю умения Голос Преисподней и Джаггернаут, Уворот наготове.

+2

402

Ожидание было хуже всего. Хуже осознания почти полного одиночества и беспомощности, хуже гулких грозовых раскатов, долетающих с далёкого запада, однако достаточно громких, чтобы заставлять её вздрагивать. Хотелось бежать, но стоит спуститься – её, как это обыкновенно происходит с неосторожными львятами, разорвут на куски гиены. Миниатюрной самке оставалось лишь ёжиться да прятать в плечах голову с прижатыми ушами, крепко обхватывая лапами с выпущенными когтями недобро поскрипывающую от её тяжести ветку и пытаясь не выронить пучок собранных трав. "Ненадёжное убежище!" Загнанный на дерево тем же макаром, что и она, непроглядно чёрный гепард, похоже, не питал особого сочувствия к не способной самой защитить себя львице, и совсем не стремился её хоть как-то обнадёжить, сидя на своей ветке, пребывая в неподвижности и храня молчание. "Дурацкий тощезадый кот!" Видя внизу щёлкающие пасти, полные жутких зубов и слушая щедрые обещания очистить её косточки от мяса, Рейна безуспешно пыталась отделаться от мыслей о том, что будет, если дядя не придет, или они с Хайвиндом не смогут её отыскать, или эта глупая ветка, трещащая раз от раза чаще и с каждым разом всё протяжнее, вдруг устанет трещать и наконец-таки треснет…

Эти мысли очень быстро выветрились из её головы, но нельзя сказать, чтобы ей существенно полегчало от этого. На самом деле вовсе даже наоборот. Когда небо стало сильнее и сильнее наливаться сумрачным, льющимся с запада багрянцем, стало только страшнее. Больше она не понимала, что происходит и что теперь с ней будет.

– Что это? Что это такое?! – не выдержав, затараторила Эйлирейна, перепуганно уставилась на зарево, не в силах оторвать глаз от нееестественного сияния, заполнявшего купол небосвода. В действительности она даже не обращалась к гепарду, бормоча свои ошеломлённые вопросы вникуда, но всё равно услышала от него после короткой паузы ровный ответ:

– Это смерть.

Она обернулась, глядя на долговязого кота. В невыразительных льдисто-серых глазах зверя отразились отблески охватившего небо подземного огня и впервые появился какой-то намёк на эмоцию, пускай и слишком слабый, чтоб она могла его разобрать. Какое-то время её собственные глаза бегали между зрелищем ночи, залитой огнём, и горсткой пятнистых чудищ у основания ствола, поглощённых раскинувшимся над миром фантасмагорическим видом; не желая видеть новые ужасы этой посветлевшей ночи, самка отвернулась и крепко-накрепко зажмурилась.

Дерево дрогнуло под её сдавленный, полный испуга писк, шелест листвы и измученно-долгий треск занятых ветвей, и окончательно оцепеневшая со страху Рейна была готова разрыдаться, игнорируя стыд плакать в присутствии жалкого гепарда. Ведь подмоги всё не было, а дерево не переставало дрожать! Постепенно ужас слегка выпустил её из своих липких объятий, и она поняла, что должна сделать что-то. Да только что она могла?

– Дяяядяяааа!!! – От отчаяния Эйлирейна решила прибегнуть к крикам, потому что даже это было лучше, чем беспомощно ждать, гадая, отыщут ли её прежде чем сломается ветка… или вообще вся акация. – Хаааайвииинд!!!

Второй её вопль утонул в чудовищном раскатистом грохоте, так что она даже сама себя не услышала. Вновь до крайности перепуганная, персиковая самочка бездумно накрыла морду лапой, позабыв о том, что должна стараться сохранять равновесие. На гиен ей стало почти наплевать, как, в сущности, и им на неё – долетающий со стороны, где теперь восходило второе солнце, рокот переворачивал в ней всё и лишал сил не то что делать что-то, но и просто думать. Хотелось лишь одного: чтобы эта безумная, неправильная ночь оказалась страшным сном и поскорее закончилась.

– Смотри. – Эйль едва различила поднявшийся на пару тонов выше голос гепарда, по-прежнему лишённый эмоциональной окраски, но не захотела внять ему, слишком убеждённая в том, что если откроет глаза, то увидит что-либо кошмарное. Повторять свою просьбу зверь не стал. Только когда в промежутке между раскатами гула она услышала исполненный ужаса визг крокут, рыжей сделалось слишком страшно пребывать незрячей, и она решила-таки приоткрыть сиреневатые глаза, с робостью и неохотой отодвигая от морды лапу.

– Дядя!!! – всё счастье мира и три с половиной запаса радости встречи, что были в нём, прозвучали в писке, которым рыжик захлёбывалась. И та деталь, что явился за ней Сэйтан отнюдь не в одиночестве, совершенно её не смутила. – Тётя!!!

Стоило страху прекратить сковывать Эйлирейну, соображение вернулось к ней, как и способность разбирать происходящее. Кровожадным гиенам было уже не до неё – вместо того, чтобы грозить львам, чудовища защищались, что куда раньше подростка заметил оказавшийся на полпути к земле странный гепард.

– Помоги нам! – Потребовала от него Рейна, подхватывая пастью свою зелёную "добычу" и с осторожностью карабкаясь следом.

– Помогу. Не сомневайся. – Спокойно отозвался загадочный кот. Впервые в его речь вкралась некоторая поспешность, зато на сей раз львичка могла поклясться, что различает в его взгляде нетерпение. – И ты мне поможешь.

"Это уж точно", – мысленно согласилась персиковая, торопясь слезть с дерева так, что кусочки разодранной когтями коры летели из-под её лап. Высмотрев по пути самую мелкую из гиен, она заключила, что в одиночку крокута будет не так-то страшна. По крайней мере, отвлечь её на пару подросток и гепард уж точно смогут!

Выпустив из пасти травы, мягко упавшие где-то у корней, Эйли что было сил оттолкнулась лапами и прямо со ствола прыгнула на выбранную жертву, намереваясь сбить ту с лап и подмять под себя. Гепард же, подобравшись с другой стороны, только и дожидался, что сомкнуть челюсти на горле пятнистой и удушить её, едва мелкая львица предоставит ему такую возможность.

ГМу:

Применяю Стремительный рывок

+2

403

Сказать по правде, белая особого энтузиазма не испытывала. Зато и благодарности за свою помощь не ждала. Одарят — будет хорошо. Забудут — да и фиг бы с ним. Но это был первый встреченный ею лев за туеву хучу километров, которые она отмахала за последние пару недель, и, хотя Танари даже себе в этом не признавалось, ей было приятно увидеть сородича.
А еще он так сильно от нее отличался... В своем родном прайде Танари тоже выделялась как бельмо на глазу — она и была бельмом, единственная белошкурая среди рыжих и коричневых тонов. Этот здоровяк тоже отличался от того, что она привыкла видеть, его шкура была темна, как жопа носорога.
А еще он хромал, — с каким-то мелочным удовлетворением отметила матерая спустя несколько секунд монотонной рыси. Сама она была свежа как цветочек, но не лилия, как можно было подумать, а, скорее, аморфофаллус — здоровенная, припорошенная пылью и пахнущая кровищей и трупной гнилью. Нет, погодите-ка. Пока еще не пахнущая, но, судя по мрачному описанию беркута, вскоре заблагоухает вовсю.
Так и не добравшись до цели, самка резко затормозила, оседая на задницу.
— Что за… Ты видишь то же, что и я? — не выдержав, черношкурый изумленно обернулся к ней, чтобы убедиться, что не одному ему привиделось зарево на горизонте.
Да какое зарево! На несколько секунд кромешный мрак превратился в самый что ни на есть светлый день; Танари хмуро щерилась навстречу неведомому, ничего хорошего от него не ожидая. На ее памяти солнышко не позволяло себе таких вольностей, и сейчас на физиономии матерой были здоровенными буквами написаны все те слова, которыми она, к счастью, про себя, крыла несчастное светило.
Тот факт, что зарево мило подкрашивало ее щечки розовым, лишь заставлял львицу чувствовать себя еще более свирепой.
Спустя несколько секунд зарево немного поутихло, и Танари осознала, что ее проклятия не по адресу — солнышко здесь было ни при чем, оно, как и полагалось ему в это время суток, пряталось за горизонтом. Виной всему был вулкан — вот сейчас львице стало очень хорошо от мысли, что она находится от него так далеко. Ей приходилось слышать рассказы о том, что подобное может случиться, но львиная жизнь слишком коротка, и на ее памяти ничего подобного никогда не происходило.
И вот, пожалуйста, произошло. Будет, что внукам рассказать — если они когда-нибудь у нее появятся.
— Это называется вулкан, — она резво перебирала лапами, стараясь не упасть на полном ходу, — я слышала о таком. Но не представляла, что все настолько... серьезно.
Она лишь пожала плечами на следующую реплику самца. Сказать по правде, ее не особо заботили те, кому не посчастливилось проживать в окрестностях Килиманджаро. Своя шкура всегда дороже.
Наконец, ночь снова стала ночью. Танари старалась не обращать внимание на силуэт вулкана, подсвеченный красно-багровым. Сейчас у них была другая цель, хотя животный страх, охвативший самку, вовсе не располагал к драке.
Или все же располагал? Перепуганная — хоть она и не желала сознаваться в этом, — львица могла стать в разы опаснее. А уж когда они практически налетели в темноте на кучку гиен... Ссыкотно было только в первый момент. Танари и так-то никогда не была особенно адекватной, а уж оказавшись посреди исконных врагов всех львов, она довольно быстро сориентировалась, причем неизвестно еще, чего было больше — ярости или все же страха. Сэйтан уже продвигался вперед, пугая гиен диким рыком; матерая же визжала на пару тонов выше, причем именно визжала, с этаким истеричным оттенком, вращая налившимися кровью глазами. Едва морда одной из гиен оказалась в досягаемости, как Танари что было сил отвесила ей смачный удар.

+3

404

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"10","avatar":"/user/avatars/user10.jpg","name":"Cherr Nel"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user10.jpg Cherr Nel

- Кис-кис, киски.

- Все равно же спуститесь! Все равно вас слопаем!

- Ну покажите хоть свою филейную часть, мы хоть поглядим, аппетит разыграем!

Эта ночь окрасилась заливистым потявкиванием гиен, загнавших молодую львичку и черного гепарда на дерево. В количестве пять штук, они кружили подле корней и попеременно подпрыгивали, норовя куснуть кого-то за кошачий зад. Крокутши шумно повизгивали, то и дело переходя в заливистый лай, временами отпускали шуточки за двести и ржали как сумасшедшие - в общем веселились ребята.

До поры до времени.

В один миг все изменилось. Ночь превратилась в день, отчего вокруг заплясали искаженные страшные тени, а земля задрожала так, что парочка гиен попадала на пузо, истерично визжа. Но визг их тут же заглушил сумасшедший раскат, будто тысяча молний ударили в одно место. Сказать, что гиены были в ужасе - ничего не сказать. Они были в панике! Крокутши, оставшиеся на ногах, обезумев носились под трясущимся деревом, сталкиваясь с друг другом или же наступая на лежащих. Какие там коты на дереве! Чхать им было на них сейчас, гиены вообще не понимали что происходит и куда катиться мир. А катился он прямиком в тартарары, потому что на смену одной напасти, пришла другая, более смертельная.

Сэйтан атакует Гиену по имени Хакс

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=5+1

Бросок
Модификатор
Бонусы

Итог
Принуждение

5 + 1 = 6
3
1 + 2 + 1 = 4 → 3

9
Джаггернаут12

Полный успех, абсолютно точное выполнение указанного действия, если только оно не противоречит логике и здравому смыслу.

Бедняжка даже не успела ничего понять, как вслед за одним ужасом в виде невиданного доселе буйства природы, возникла другая смертельная напасть в облике огромного черного-черного льва взявшегося будто из ниоткуда. Так что увернуться от рокового удара у Хакс не было ни единого шанса. Хруст позвонков, пронзительный визг разрезавший ночной воздух, и от гиенки осталась всего лишь половинка. Хакс выведена из строя, она получает перелом поясничной части позвоночника, теряет всю подвижность и чувствительность ниже поясницы, и пребывает в травматическом шоке. А еще вокруг нее медленно расползается едкая лужица, увы, теперь она не способна контролировать свои потребности.
Умение "Джаггернаут" использовано.
Хакс жива, но получает паралич ниже поясницы и антибонус "-3". Ближайшее время атаковать не может.

Гиена Кок атакует Сэйтана

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=6+4

Бросок
Бонус

Итог

6 + 4 = 10
-3

7

Промах. Никто не получает никаких травм.

Самец гиены по имени Кок с ужасом наблюдал жестокую картину - его  любимую сестру, Флоки, только что искалечили, если не убили. Беспредел! Охваченный несносной яростью он отважно бросается навстречу смерти, гы в сторону льва, норовя куснуть того за шею, хорошо так, с хрустом при удаче. Но к сожалению черный гигант вовремя замечает опасность и успевает увернуться. Кок пролетает мимо врага.

Гиена Гида атакует Сэйтана

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=6+5

Бросок
Бонус

Итог

6 + 5 = 11
-3

8

50/50, действие выполнено лишь отчасти и с незначительным уроном как для атакующего персонажа, так и для его противника в виде царапин, ушибов и вырванных клоков шерсти (разовый антибонус "-1" на следующий пост противника).

Гида не была в ярости нет, она была в ужасе. Они ведь так мило развлекались, а потом началось это ... конец света. И страшные сумасшедшие львы по вылазили откуда-то, вы только гляньте как они легко разделались с Флоки! А вот и Шиса скулит, где-то справа. В общем Гида от ужаса впала в панику и кинулась на первое попавшееся - ляжку чернющего льва. Но и от атаки с тыла, огромный самец смог увернуться, так  что Гида лишь неловко навернулась об свою же парализованную соратницу (благо Флоки вряд ли уже это почувствовала) и распласталась на земле, схлопотав парочку ушибов.
Использовано умение "Уворот". Откат 3 поста.


Эйлирейна атакует Гиену Флоки

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=6+3

Бросок
Бонусы

Итог

6 + 3 = 9
3 + 2 = 5 → 3

12

Полный успех, абсолютно точное выполнение указанного действия, если только оно не противоречит логике и здравому смыслу.

Крокутши из хищников превратились в добычу. Юная самочка успешно завершила свой прыжок благодаря внезапной атаке с высоты и тому факту, что гиены совершенно позабыли о загнанных котах на дерево и отвлеклись на извержения вулкана, а после на только подошедших врагов. Мелкая гиена Флоки была без труда сбита с лап, придавливаемая весом персиковой, а в следующий миг ее испуганный визг предотвратил черный гепард, смыкая зубы на чужом горле.
Умение "Стремительный рывок" не использовано, так не было в нем нужды.
Флоки душат, она получает антибонус "-1" на свою следующую атаку (антибонус постепенно увеличивается от "-1" и до "-3", и в конце третьего поста гиена потеряет сознание если не сумеет вырваться из хватки гепарда).

Гиена Флоки атакует Эйлирейну

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=5+6

Бросок
Модификатор
Бонусы

Итог

5 + 6 = 11
1
-1 - 3 - 1 = -5 → -3

9

50/50, действие выполнено лишь отчасти и с незначительным уроном как для атакующего персонажа, так и для его противника в виде царапин, ушибов и вырванных клоков шерсти (разовый антибонус "-1" на следующий пост противника).

Что ж, маленький, да удаленький. Везучей глистой Флоки, оправившаяся от удара и принявшаяся ненормально извиваться, просто чудом сумела выскользнуть из хватки гепарда, но не совсем удачно, схлопотав при этом небольшие порезы от кошачьих клыков, да оставив у того в рту кусок вонючей гиеньей шерсти. Кроме того, крокутше удалось смачно зарядить задней лапой Рейне в живот, вот только жаль этого оказалось недостаточно, чтобы спихнуть с себя упитанный груз.
Флоки освободилась от хватки гепарда, но у той все еще остается антибонус "-1" на один круг после удушья и легкие царапины на шее. Эйлирейна остается верхом, но от удара гиены получает разовый антибонус "-1" на следующую атаку."


Танари атакует Гиену Шису

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=6+2

Бросок
Модификатор

Итог

6 + 2 = 8
3

11

Успех, действие выполнено с небольшими помарками.

Ух, что за женщина! Хоп! и тяжелым ударом так зарядила, что у бедной гиены челюсть отвисла ... а точнее вывихнулась нахрен. Не смертельно, но очень-очень больно, настолько, что смачный удар об морду Шисы отозвался и в лапе Танари, отчего она слегка даже онемела.
У Шисы вывих челюсти, атаковать она ею не может. Гиена ловит постоянный антибонус "-2".

Гиена Шиса атакует Танари

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=5+5

Бросок
Бонусы

Итог

5 + 5 = 10
-2 - 3- 1 = -5 → -3

7

Промах. Никто не получает никаких травм.

Лишенная своего главного аппарата для атаки, крокутша сдавленно воет и вознамеривается хоть как-то дать сдачи. Так как самка попалась крупненькая, крокутша разгоняется и подныривает львице под живот с правой стороны, норовя врезаться черепушкой той в пузо, но промахивается и просто-напросто вылетает с другого бока. Обе целы и невредимы, но Шиса видит муки своей парализованной соратницы и испуганно отступает, норовя сбежать с поля боя.


Растановка сил

Персонаж

Умения, Бонусы/антибонусы и тд.

Сэйтан

Голос Преисподней - использовано, действует еще 1 круг.
Джаггернаут - использовано
Подлец - сработал, пока гиены в истерике от извержения
Уворот - использовано, откат 3 поста

Танари

дает леща

Рейна

Сидит на гиене.
Разовый антибонус "-1" от удара в живот.

Гида

протирает пузом землю

Шиса

Вывих челюсти - невозможность атаки той областью.
Постоянный Антибонус "-2"
Норовит сбежать

Кок

танцует с дьяволом

Хакс

Перелом позвоночника - паралич всего ниже поясницы.
Постоянный антибонус "-3".
Ближайшее время не может атаковать, т.к. испытывает травматический шок.

Флоки

Прижата Рейной к земле.
Царапины на шее от зубов гепарда. Вырван клок шерсти.
Антибонус "-1" после удушья на след атаку.

+1

405

Все необычные вещи решили случиться с Деей именно сейчас. Сначала территория прайда, где никого не видно, потом Лекарь, который дает задание львице, затем взрыв вулкана. Теперь еще появился голубь откуда-то. Ладно, похоже, все время он ехал на голове у Кисоньке, потому что, стоило ему взлететь, он сразу почувствовала, как голова стала меньше весить. Или это все игра воображения?

Но голубь, увидев, что львица обратила на него внимание, уселся ей на нос. Может, кто-нибудь бы другой и сказал, что он наглый, но не Дея. Она лишь с интересом посмотрела на него. Честно говоря, Кисонька ожидала услышать подробный монолог о том, что нужно птице, но в ответ получила лишь какой-то странный звук.

- Курлы, - говорил ей голубь. Львица нахмурила брови, потому что она по голубиному не смыслила. Да и можно ли было изучить голубиный язык? А вдруг да. Тогда надо будет непременно узнать у Лекаря или его друга об этом. Ну, когда выпадет шанс это сделать. Потому что на данный момент они топтались на месте, потому что Дея не могла никак понять, что же ей пытаются сказать.

Птица резко взлетела с носа Деи, опять сделала несколько кругов вокруг львицы, наверняка не задумываясь о том, что Кисонька то следила, не сводя глаз. У нее даже немного закружилась голова, пока она ей вертела, чтобы уседить за быстрым голубем! А потом он взял и полетел вперед. Наверняка он что-то хочет ей показать, поэтому львица припустила за ним, стараясь не отставать. Даже впечатление от взрыва вулкана прошло, теперь только птица имела значение.

Голубь спикировал вниз и затем опустился на цветок с оранжеватым плодом. Кисонька посмотрела на плод. Наверняка это сердецей. Возможно, у того, кого она ищет, остановилось сердце? Глаза львицы округлились. Надо было непременно найти траву, чтобы помочь несчастному!

ГМ

Ищем сердецей.

+1

406

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"6","avatar":"/user/avatars/user6.jpg","name":"krot-banan"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user6.jpg krot-banan

Дея ищет сердецей

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=5

Бросок
Бонус

Итог

5
2

6

Лечебная трава успешно найдена!

Как только львица-щётка опустилась ниже, чтобы подобрать цветок, над которым парил Архимед, голубь тут же взмыл в небо в с довольным курлыканьем, готовый продолжать. Понимание ситуации в полной мере представало перед Архимедом, и он знал, что откладывать в долгий ящик это путешествие не стоит. К тому же неизвестно, сколько времени у них уйдёт на непосредственно поиски, и успеют ли они.

Впрочем, Архимед не особо волновался. Он всё ещё был голубем, самым разумных среди своих сородичей, но до львиных мозгов и даже эмоций ему далеко. Не зря Лекарь постоянно погрязал в мечтах о том, как было бы здорово взять мозг какого-нибудь льва да частично пересадить в его маленькую белоснежную головку. К тому же, раз он обычный голубь, который делает всё, что в его силах, разве можно ли хоть как-либо винить бедолагу в случае чего? Никак нет. Если Здоровяк пострадает, то вина целиком и полностью будет на щётке, а когда Лекарь кого-то обвиняет, обычно Архимед потом ночует в свеженьких органах.

- Курлык! - в очередной раз воскликнул Архимед, взывая к вниманию со стороны самки. Он сделал резкий поворот и полетел туда, куда их изначально и посылал Лекарь - на юго-запад от Килиманджаро, туда, где он и Архимед в последний раз и видели Здоровяка. Пожалуй, сейчас оба белоснежных зверя понимали, что остаться с медведем стоило именно Архимеду, а не остальным голубям, потому что его сородичи явно были не такими смышлёными, чтобы помочь Здоровяку добраться до нужного места. Но поздно уже было думать об этом, необходимо было спешить.

Архимед в очередной раз снизил высоту полёта, чтобы попасть в поле зрения щётки. Очередной громкий курлык послужил знаком, чтобы самка поторопилась. При этом одним своим голубиным глазом он не забывал следить за тем, чтобы та не смела по дороге растерять нужную траву.

→ Колючий кустарник

+1

407

Дея очень сильно волновалась, потому что ситуация действительно была серьезной. Вы только сами посмотрите: за спиной взорвавшийся вулкан, где, к слову, был Лекарь, а перед вами голубь, который своим курлыканьем пытается вам что-то сказать. И, мало того, что вы ничего не понимаете и действуете, надеясь, что правильно поняли кивок голову, так вы еще и переживаете, что сделаете что-то не так.

Но, к счастью, Кисонька не ошиблась и правильно поняла то, что ей хотел сказать голубь. Когда она наклонила голову к цветку, тот довольно взвился в воздух. Львица, держа траву в зубах, постаралась глубоко вздохнуть. Вроде бы стало полегче. Главное сохранять трезвость ума, какая бы ситуация не случилась. И не впадать в гнев, если вдруг что-то будет не понятно.

- Курлык! - раздалось откуда-то сверху. Дея подняла глаза, чтобы посмотреть, куда направляется голубь, и устремилась за ним. Вообще, это приключение было, пожалуй, одним из самых необычных за последние несколько месяцев. Следовать за голубем, почти не понимая его языка! Вот Шериф бы обрадовался, увидя, что она опять помогает кому-то! Поворчал бы, скорее всего, но порадовался. Впрочем, львица привыкла пропускать его ворчание мимо ушей - было еще масса всего интересного, что можно было послушать. Да и подумаешь, ворчит. Это же не драки какие-нибудь.

Дея бежала следом за голубем, стараясь не выронить траву. Нет, правда, если она умудрится что-то потерять, будет крайне неудобно и, главное, страшное. Травы ведь зачем-то нужны. И, скорее всего, они нужны для того, чтобы вылечить Здоровяка. А к этому нужно подходить с ответственностью. Чья-то жизнь превыше всего остального.

Когда голубь снизился, Дея облегченно вздохнула. Гораздо проше бежать, не задирая голову. А так, в темноте, она различала маленькую фигурку птицы. Все будет хорошо. Кисонька справится.

→ Колючий кустарник

+1

408

Треск, почти намертво заглушённый плотью, да резанувший по ушам скулящий взвизг, заглушить который едва ли что-то могло, сопроводили бесславное падение гиены. Сила удара швырнула её на землю, и уже там несчастная Хакс осознала, что – вот незадача – совершенно неожиданно (и чертовски некстати) у неё вдруг отказала задняя половина тела. В близкой, почти интимной компании взбешённых львов это означало для пятнистой неизбежную смерть, быструю, но мучительную, в бессилии, крови и тьме, и гиена могла с полным правом цепенеть не столько от паралича, сколько от ужаса…

…только вот смерть к изувеченной хищнице так и не пришла. Высившийся над повергнутой им самкой патлатый клок черноты не занес лапу для нового удара: вместо этого так и заходящийся кровожадным рокотом здоровяк казавшееся вечностью мгновение просто стоял и смотрел на недобитую, щерясь и прожигая глазами разных цветов. И когда мускулы неподвижного, будто изваяние, черного громилы наконец ожили предвещающей движение рябью, вместо ожидаемого Хакс удара огромный лев тяжело сорвался с места, разворачиваясь и уходя в последний момент от атак сразу двоих ринувшихся на подмогу гиене сородичей. Оба противника – и лежащая на земле рядом с раненой товаркой, и пронёсшийся мимо него – разом оказались в поле зрения Сэйтана.

Короткое замешательство пары, последовавшее за неудачной атакой, дало Хромому возможность и оправиться от болезненности своего рывка, и подивиться – "Три противника, и единственное, что меня беспокоит – это моя лапа?" – и заново оценить сменившуюся обстановку. Хромой везением не пренебрёг, тотчас цепляясь взглядом за красновато-белое и ржавое пятна меха. Ни одна из кошек, к счастью, не была замарана тёмным багрянцем, и Ночь не слышал от них криков боли – зато скулили схватившиеся с ними гиены, но за пронзительным ором светлошкурого берсерка их голоса казались едва различимыми. Одна извивалась, придавленная к земле Эйлирейной, крохотной, казавшейся всем, включая его, абсолютно беззащитной малюткой. Теперь рядом с ней тёрся ещё один долговязый чёрный кот. Очевидно, соратник завелся и у его племянницы, а вот разбираться в нюансах Сэйтану было некогда, как и должным образом опешивать от вида энергично молотящей противницу лапами львички. Ещё одна гиена, с не то глупо, не то вовсе нездорово отвисшей челюстью, поджала хвост и пятилась, кажется, склоняясь к бегству от матёрой.

Сэйтан одобрительно присвистнул, на долю секунды задержав поблескивающие угрюмым весельем глаза на союзнице, опускающей лапу после плодотворного взмаха. Стоило ему убедиться в том, что дело идёт на лад, охватившая его бесноватая ярость сдала позиции, почти утихнув. Что и говорить, увиденное успокаивало… Хотя и не свело к нулю тревогу чёрного за безопасность львиц. Но, по крайней мере, самец больше не сомневался, что ему следует куда подальше засунуть тягу перебраться ближе к спутницам; роль защитника придется спихнуть на поднимающегося для очередного пике Хайвинда, а самому тем временем позаботиться вместо Эйль и Танари об оставшихся двух боеспособных врагах. Первым объектом его сердечной заботы стала в спешке поднимающаяся с земли Гида.

Что было юношеской прыти в немолодых, скрипящих и вообще всячески рассыпающих песочек трёх с половиной лапах, Ночь бросился к ней, игнорируя искалеченную Хакс, игнорируя возвращающегося в строй после своего промаха Кока. Прошиваемая от малейшего напряжения болью задняя конечность делала его проворным ровно настолько, насколько он мог заставить себя быть, и сейчас Хромой заставлял себя успеть распороть Гиде когтями горло прежде, чем пятнистая вскочит и юркнет подальше от длинных и загребущих, но всё ж таки не резиновых лап (а то и грызанёт).

Проблемы надлежит решать по мере их поступления.

ГМу:

Острые когти

Отредактировано Сэйтан (6 Дек 2017 03:35:15)

+2

409

Как это и бывало обычно, её бросок оказался точен, цель – повалена в траву, вот только не охота это была, совсем не охота, и от осознания этого юную львицу мало не трясло от испуга. Кругом трёх сцепившихся зверей бушевали грохочущий рёв, напитанные ужасом крики и визг, мир целиком окрасился недоброй мутной краснотой и врывался в сузившееся поле зрения хаосом мечущихся пятен, и всё это слишком, слишком походило на уже виденную ею резню (пусть гиен там не было и близко). Посреди сумасшедшей кутерьмы боя, одновременно совершенно чуждой и призрачно знакомой, Рейна боялась даже всего лишь осмотреться – хоть на миг отвести полузажмуренные глаза от гиены, которую она прижимала собой к земле. Только что гоготавшая над ней, будто над обречённой добычей, крокута теперь билась и вертелась, безуспешно пытаясь ускользнуть, но ни вывернуться из-подо львицы, ни освободить шею от сомкнувшихся на ней челюстей гепарда ей покамест не удавалось: ни он, ни она, не собирались давать пятнистой второй шанс.

После первого своего успеха Эйли изрядно растерялась, до такой степени, что в замешательстве ей так и хотелось спросить кого-нибудь, что же делать дальше. Нет, конечно, она прекрасно знала, что львам следует делать с гиенами – убивать всегда, когда только подвернется случай, иначе гиены сами убьют их… Но одно дело знать с младых когтей неписаное правило, живущее в словах старших, текущее в жилах твоего рода, коренящееся в самих устоях мира, а исполнить его, будучи мелкой, до дрожи перепуганной и всего лишь охотницей – совсем другое. Решимости рыжей хватило лишь на то, чтобы удерживать Флоки пойманной.

Колебания имели свою цену.

Пока львица медлила, не развивая нападение, один из рывков крокуты помог той вывернуть шею из впившихся в плоть зубов. Не успела Эйлирейна понять, что происходит, как что-то ударило её в живот, едва не отбросив с гиеньей туши, и тотчас перед её ошарашенной мордашкой замелькали, разбрызгивая слюну, челюсти – ощеренные, длинные, усаженные крепкими бледно-жёлтыми конусами зубов. Предназначенные для перемалывания вместе с податливой плотью и костей.

Может, именно оттолкнувший удар в брюхо и спас её от потери лица в самом буквальном смысле.

– Не медли! – резкий, почти что злой оклик вывел её из ступора, в котором она пребывала.  Словно очнувшись, подросток заливисто взвизгнула от вида лязгающих зубов, и, шатнувшись было от крокуты, абсолютно бездумно замолотила лежачей гиене передними лапами по шее, нанося удары со всей силой, что только у неё была. Нет, это совсем не охота, во время которой загодя просчитываешь свои действия, стремясь лишить добычу возможности сопротивляться, умертвить и уцелеть самой… На сей раз каждый взмах вооружённых когтями лап был нацелен единственно на то, чтобы как можно сильнее повредить, причинить боль, глубже разодрать плоть, чтобы в воздух брызгала чужая кровь, а не слюна – и никакой более осмысленной цели за действиями львички не стояло. Шок сменился припадком слепой, замешанной на страхе и злобе ненависти, за которой Эйли уже не различала ничего, кроме очертаний жертвы, над которой нависала. Ей и не нужно было видеть что-то большее. А потому выпад протиснувшегося между ними в попытке вгрызться в мышцы гиеньего бока гепарда никак не отпечатался в её памяти.

+2

410

Офф

Часть действий происходит на Разрушенном подножье вулкана, потому что кубы кидались после опубликованного там поста, а описать их надо.

Ари и львята находятся в западной части степей, примерно посередине между северным и южным краями локации. Если кто-то поблизости играет, то в целом вы можете их увидеть, если есть желание, но у нас тут уже встреча и целый отыгрыш запланированы)

>>> Килиманджаро >>> Разрушенное подножье вулкана >>>

Услышать скрип падающего дерева в царившей вокруг суматохе было почти невозможно. Треск огня, дым, вызывающий судорожный кашель и слёзы, адский жар и инстинкт самосохранения, заставлявший просто нестись вперёд, чтобы как можно скорее преодолеть расстояние, отделяющее тебя от спасительной степи, — всё это в своей совокупности мешало Ари присматриваться к каждому дереву, каждому падающему сверху булыжнику (количество которых по мере удаления от эпицентра уменьшалось) и каждому несущемуся мимо спасающемуся животному. В итоге такая «невнимательность» вылилась в катастрофу.

Она увидела начавший клониться к земле ствол слишком поздно — им не хватило бы времени, чтобы отбежать на безопасное расстояние, особенно учитывая тот факт, что понятие безопасности сейчас было очень расплывчатым. Ари сама не успела толком ничего понять — её тело самостоятельно бросилось вперёд, и львица загородила собой детей, приняв основной удар на себя. Ей богу, будь они на пару метров правее (или левее, или ближе, или дальше — она совсем потерялась в пространстве) — и тяжёлый древесный ствол упал бы прямо на позвоночник львицы, наверняка в мгновение ока переломав его и оставив Тагора и Сейлу сиротами. Однако Ари повезло… Если, конечно, таким словом можно было описать внезапную вспышку боли в районе рёбер, куда ей прилетело ударом массивной ветки.

Какое-то время она продолжала лежать на земле, зажмурив глаза и корчась от боли, но уже совсем скоро начала принимать попытки подняться — надо было спасать детей. Себя, конечно, тоже, но сейчас Сейла и Тагор были тем самым якорем, что не давал львице утонуть и потеряться среди всего происходящего. Только благодаря им и надежде на спасение Нари и остальных львят она ещё пыталась бороться, превозмогать боль — не только физическую, но и моральную — и бежать куда-то на юг, где могло быть спасение.

Ей пришлось предпринять несколько попыток, прежде чем она смогла выбраться из-под рухнувшего дерева. Слава Предкам, оба львёнка были живы и вроде как даже целы! Не тратя столь драгоценное сейчас время, она подтолкнула их носом в бока, тем самым подталкивая вперёд — быстрый и, главное, уместный жест любви и переживания — и вновь помчалась следом за своими отпрысками, держа их белые, даже сейчас, покрытые пеплом и грязью, светлые шкуры в поле зрения и изредка оглядываясь вокруг в поисках очередной опасности.

Боль в рёбрах была ощутимой, но не настолько, чтобы останавливать бег. В конце концов, она продолжала бежать вперёд, хотя оставила большую часть оставшегося в живых выводка там, позади, среди огня и лавы, в центре их разрушенного дома. Если даже это не остановило Ари, разве могла она прекратить бег из-за какой-то боли?..

***

Здесь, на Облачных степях, сейчас всё выглядело… странно. После той сумасшедшей гонки, что они совершили, спасаясь от разрушающегося логова, после родных территорий, буквально наводнённых смертью — реальной и потенциальной, — после страха, боли, слёз и крови эти земли казались слишком тихими, слишком мирными, слишком… неживыми? Неправильными?

Нереальными.

Время от времени мимо них ещё мчались спасающиеся звери, позади был слышен треск огня, чувствовалась дрожь земли, пахло гарью, и всё же… Всё же воздух был чище, прохладнее, а пожар, казалось, и вовсе не собирался перекидываться на тёмно-зелёную в сумраке ночи траву Облачных степей. Создавалось ощущение, что разразившаяся катастрофа будто целенаправленно уничтожала лишь земли Нари, останавливаясь ровно на границе их территорий и не смея ступать дальше.

Ещё какое-то время Ари по инерции бежала вперёд, то и дело подталкивая сзади детей, чьи лапы уже начинали заплетаться. Они все преодолели долгий и опасный путь, однако это был не повод расслабляться, они обязаны были оставаться начеку и продолжать бег, чтобы спастись! Однако Сейла и Тагор ещё не обладали выносливостью взрослых львов, а сама Ари была ранена — порез на бедре кровоточил, а грудь разрывала теперь уже нестерпимая боль, от которой хотелось лезть на стену. Или хотя бы упасть в обморок, чтобы ничего не чувствовать.

Постепенно их бег превратился в рысь, затем — в шаг, а после они уже молча стояли посреди бескрайнего простора, наблюдая за ярко-красными всполохами огня в их теперь уже бывшем доме. Где-то там осталась позади вся их жизнь. Где-то там осталась большая часть их семьи («Прошу, хоть бы Нари успел их вывести! Хотя бы они были живы!»). Где-то там остался их прайд (им повезло — они не успели увидеть раздавленные, искорёженные, уродливые трупы сопрайдовцев). Где-то там осталось их прошлое.

Жизнь разделилась на «до» и «после».

Ещё какое-то время напряжённо всматриваясь в горящее подножье вулкана — она всё ещё надеялась и молилась всем известным ей богам, что Нари вот-вот появится на горизонте, ведя за собой Антареса, Эос, Талию и Вакати! — Ари в конце концов шумно повалилась в траву, издав при этом приглушённый звук боли. Она подтянула к себе детей и принялась вылизывать их, очищая некогда белоснежную, но теперь грязно-серую, а местами и чёрную шерсть — она надеялась этими действиями успокоить детей, но вместе с тем успокаивалась и сама.

Она понятия не имела, что им теперь делать.

Куда идти, где искать остальных, как жить дальше — сотни, а то и тысячи вопросов витали в её голове. Жив ли Нари? Спас ли он остальных? Насколько долго это место будет оставаться безопасным? Сколько невинных жизней унесла сегодня эта катастрофа? Бедро жгло огнём, грудь разрывала пульсирующая боль; ей хотелось зарыться в землю, подальше от остального мира, забыть о физических и душевных ранах и провалиться в Никуда, забыв обо всех бедах и заботах. Слишком много событий, буквально поломавших их судьбы, произошло за этот день.

Отдохните, — закончив вылизывать детей, она прижала их к своему горячему грязному боку (у неё не хватило сил вылизать даже собственный порез) и сама опустила тяжёлую голову на землю.

Ари хотела оставаться настороже и дать возможность детям набраться сил, но огромное количество эмоций и долгий, тяжёлый путь от Диких пещер до Облачных степей сделали своё дело — не прошло, казалось, и полминуты, как львица забылась сном. Хотя, честно говоря, больше это было похоже на обморочное состояние.

>>> Страна грёз >>> Круги на воде [Ари] >>>

• Персонаж спит •

+5

411

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"72","avatar":"/user/avatars/user72.png","name":"HeathyWolf"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user72.png HeathyWolf

Дальнейший порядок отписи: Тагор, Сейла, Ари (вроде бы она собиралась спать только один пост).

• Игроки, чьи персонажи не упомянуты в очереди, отписываются свободно.
• Отписи упомянутых в очереди игроков ждем не дольше трех суток!

0

412

• Разрушенное подножье вулкана •


Сколько они бежали? Антаресу казалось, что уже целый день, а потом ночь, и… Антарес, запыхавшийся и весь взмокший, вскинул голову к темному небу, которое заволокли черные пепельные тучи. От них вокруг так темно, что и не понять, сколько времени прошло. Ничего не видно, даже клочка неба. Только где-то вдали, такой недосягаемой и от того кажущейся безопасной, почерневшее от пепла небо отделяла от земли тонкая светлая полоса. Львята мчались куда-то туда, к ней, понятия не имея, что ждет их в саванне, в которой они еще никогда не были. Высокая трава окружала их прятала от грохочущего вулкана, от оставшихся вдали огня, дыма, разрушений. Они оба так устали, до боли в груди, в горле и в лапах. Антаресу хотелось упасть и, сгруппировавшись, спрятаться в густых зарослях, чтобы никакая беда не нашла его, но он держался, бежал, пусть уже и начинал задыхаться, а сердце его билось так, будто вот-вот проломит ребра и выскочит из груди. Его поддерживала лишь надежда на то, что где-то там, у той светлой полосы, он найдет свою семью, живую и здоровую, каждого из тех, кого он потерял в дыму. Отец, мама, братья и сестры… и почему только свет так далеко?.. Сколько еще нужно бежать, чтобы достичь горизонта?

- Дэйо! – окликнул он своего спутника, и они, взглянув друг на друга, поняли все без слов и сбавили темп, постепенно переходя с галопа на рысь, а затем – на шаг. И даже такой темп сейчас казался мучительным из-за колотящегося сердца, из-за горла, терзаемого кашлем и болящих лап. В конце концов, не выдержав, Антарес сел, а потом и лег, лохматую щеку на прохладную землю. Прохлада… ему казалось, что он не чувствовал ее уже целую вечность. Все тело горело, напоминало о пожаре дома – холод был так желанен. Он бывает по ночам, тихим и темным (но не настолько, как небо сейчас), а еще – в дождь или в грозу… А дождь – это влага. Как же хочется пить! Прохлада – она почти как вода, а потому Антарес поймал себя на мысли о том, что хочет провести шершавым языком по чуть влажной от утренней росы земле, слизнуть каждую, даже самую маленькую капельку воды, что могла затеряться среди камней и травы. Но он не двигался – лежал, пытаясь отдышаться. Какое-то время он почти ни о чем не думал, будто бы отключившись, но чувства и желания вернули его в реальный мир. Живот сводило от голода (он так и не съел тот кусок мяса, что оторвал от зебры), а горло драло жаждой. И где найти воду здесь, в саванне? С каменной тропы, что вела к самым высоким из диких пещер, можно было увидеть реки, озера. Но Антарес совсем не помнил, где они находятся, а тем более понятия не имел, куда же они с Дэйо забежали, спасаясь от пожара.

- Ты там живой? – хрипло спросил львенок, слегка приподняв голову, чтобы разглядеть своего товарища. – Я вроде да.

Они лежали еще некоторое время, совсем не в силах встать. Усталость захлестнула обоих, а боль в лапах не проходила, как и кашель. Антарес пытался откашляться пару раз, но ничего не получалось – в горле першило только больше. Вода, нужна вода. Он помнил, как подавился однажды и тоже не мог прокашляться, но мама дала ему воды, и все стало хорошо. Вода – это хорошо. Только где ее найти?

- Как думаешь… - выдохнул Антарес и снова закашлялся, - тут есть где-нибудь река? Кха… Ты был в саванне раньше?

Антарес не был. Сегодня во время пожара он впервые в жизни вышел за пределы Каменной поляны, оказался где-то кроме логова. Все вокруг было чужим ему, незнакомым. Запахов слишком много, и то их приглушала вонь гари, пусть и куда менее заметная, чем на Килиманджаро. Земля, трава, воздух, какие-то растения, деревья, еще что-то… Львенок еще никогда не чувствовал столько всего одновременно. Этот мир был другим, отличным от детского, в котором он провел всю свою недолгую жизнь. Это был взрослый мир. Тот самый, в который уходят на охоту львицы, в котором самцы патрулируют территорию и сражаются с нарушителями границ, с гиенами и чужими львами. Все то время, что Антарес прожил в Диких пещерах, он желал взрослой жизни, хотел вырасти поскорее, чтобы тоже броситься в бой, обойти все отцовские владения, прогнать каждого чужака. Но сейчас, оказавшись здесь, в саванне, кажущейся ему бескрайним открытым космосом, он боялся. Где они? Куда им идти? Где его семья и весь остальной прайд? Почему тут так тихо, почему не слышно голосов, нет ни единого знакомого запаха. Может, они бежали слишком долго и оказались на чужой территории?

Антарес выдохнул, прикрыв глаза, и сжал челюсти, призывая себя успокоиться. Килиманджаро близко – вон столб дыма, он все еще виден, не так уж они и далеко. Та светлая полоса, к которой они бежали, ни капельки не приблизилась за все это время – значит, они пробежали всего ничего. Сейчас они оба отдохнут и поднимутся, а после пойдут и найдут своих, а после вместе отправятся на север… не так уж и сложно. Да как раз плюнуть. Надо только обраться с силами и встать.

Пересилив себя, Антарес перевернулся на живот, а после с трудом поднялся на гудящие лапы. Он сбил подушечки в кровь, но сейчас было не время обращать на это внимание. Он хищник – потерпит, так он себе сказал.

- Вставай, - негромко обратился к Дэйо львенок. – Мы должны идти. Надо найти воду и мою семью. С ними точно не пропадем.

Но он понятия не имел, где искать ни то, ни другое.

+4

413

----------------------Разрушенное подножие вулкана

Темнота, густая и пугающая, не исчезала, сколько ни пытались львята от нее убежать - гонка на жизнь с пламенем взорвавшегося вулкана затянулась, и Дэйо, с трудом переставляющий лапы на последних ее минутах, не успел заметить, когда угольно-черный дым сменился молочно-белым туманом. Просто в какой-то момент стало немного легче дышать - першение в горле слегка стихло, а легкие впервые наполнились не дымом, а густым влажным воздухом, в голове немного прояснилось, опаленная шерсть увлажнилась крохотными, едва заметными глазу каплями. Дэйо бежал из последних сил, стараясь не выпускать из виду Антареса - иногда это было трудно, тот был крупнее и бежал быстрее, а еще его шерсть была темной, словно ночь, но всё же юному мароци удавалось держаться с ним почти вровень, хотя на каждый новый шаг или прыжок приходилось уговаривать себя. Однако в конце концов и уговоры перестали действовать - усталость, громадная и необъятная, накрыла Дэйо с головой, и он начал притормаживать и отставать, лапы стали стали словно каменные, а голову клонило к земле так, будто на нее внезапно лег весь небесный свод. К счастью, именно в этот момент Антарес окликнул его, и когда Дэйо поднял на него взгляд, стало ясно, что их путь на сегодня окончен. Хотелось упасть сразу же, но когда-то давно папа говорил, что так нельзя - и потому он сначала притормозил, перешел на неторопливую рысь, борясь с раздирающим горло и грудь кашлем, потом на шаг, но в итоге не сумел поднять лапу достаточно высоко, споткнулся на ровном месте и рухнул на землю. Вставать уже не было ни сил, ни желания, тело расслабилось на мгновение, но в следующую секунду сжалось в жестоком приступе кашля. Несколько минут Дэйо корчился, кашляя, хрипя и пытаясь отдышаться, и в недолгие перерывы на вдох думал, что вот-вот умрет, но постепенно всё закончилось - в какой-то момент новый вдох принес облегчение, и Дэйо уронил голову на землю, закрыв глаза. Всё тело болело внутри и снаружи, он чувствовал страшную слабость и усталость, но всё же был жив.

- Да... Вроде да, - очень тихо отозвался он на вопрос Антареса, но не нашел в себе сил даже посмотреть на товарища. Горло словно разодрали чьи-то когти, язык высох, глаза болели и жутко хотелось пить - так сильно, будто огонь всю воду разом высосал из тела. Дэйо долго лежал, не думая вообще ни о чем, и в какой-то момент начал засыпать - усталость всё же взяла свое. Стало еще темнее, но гораздо спокойнее, приятные образы замелькали где-то на грани сознания, теплый закатный огонек встал перед внутренним взором, зазвучал мягкий и ласковый голос матери, рассказывающей о том, что солнце - это огененногривый лев, наблюдающий за своими сородичами с сияющих полей и следящий за тем, чтобы никогда не нарушался круг жизни... И тут голос сменился страшным предсмертным хрипом, а закат обратился столбом сжигающего всё на своем пути пламени. Дэйо вздрогнул и мгновенно проснулся, вскинул голову, испуганно оглядываясь - сердце колотилось как бешеное, дрожь прошла по всему телу, и лишь то, что вокруг уже не было огня, а были только мгла и туман, его немного успокоило. Он не сразу понял вопрос Антареса, а потому и ответил не сразу.

- Неа, - помотав головой, чтобы прогнать образы короткого, но страшного сна, Дэйо бросил взгляд на Антареса, а потом добавил тихо: - Отец однажды хотел взять меня и всё показать... Но потом его друзья позвали на опасную охоту. Он сказал, что мне там не место, и обещал, что мы пойдем позже, но... У него не получилось.

Не получилось. Дэйо с трудом сдержался, чтобы не всхлипнуть - слез не было, будто их насовсем осушил огонь, но горячий тугой ком встал в горле, мешая дышать и причиняя боль. Отец уже никогда не покажет ему саванну, не научит охотиться и сражаться, не защитит и не убережет его от бед и неприятностей. И мама тоже. Как много Дэйо бы отдал за то, чтобы ничего настолько страшного не произошло, чтобы мама и папа снова были рядом, а не лежали где-то там, под камнями, залитые жидким пламенем и укрытые дымом. А он теперь всегда будет один - ведь даже если они найдут семью Антареса, если смогут отыскать еще кого-то из прайда, всё равно рядом не будет никого, кто считал бы его своим. Разве что родные нового друга, но зачем им чужой львёнок? Да и живы ли они?

Дэйо снова положил голову на лапы - тело откликнулось болью и усталостью. Очень хотелось спать, но после того, что явилось ему во сне, засыпать было страшно, и юный мароци всеми силами боролся со сном - удавалось это с большим трудом, а потому тогда, когда над ухом вновь раздался голос Антареса, Дэйо едва разлепил глаза.

- Идти?.. - негромко переспросил он, понимая, что, наверное, не сможет сейчас уйти далеко. Но Антарес, такой же измученный и израненный, стоял перед ним и готовился искать своих родных... И нельзя было от него отставать. Дэйо помедлил еще несколько секунд, а потом тяжело поднялся, постоял некоторое время на подгибающихся лапах и, медленно кивнув, двинулся следом за другом. Прочь от вулкана, немного в сторону, к светлой полосе, что была слабо видна на горизонте  -  они брели наугад, не без труда переставляя лапы, и долгое время молчали, каждый думая о своем. Однако прошло немного времени - и Дэйо приблизился к Антаресу, пошел с ним бок о бок, чтобы не так пугали темнота и тишина вокруг, нарушаемые лишь редкими и от того еще более страшными криками покидающих горящие на вулкане леса птиц.

- Антарес... - через некоторое время тихо обратился к львёнку Дэйо, задавая так мучающий его вопрос. - А если... Когда мы найдем твоих родных, они примут меня?

Дэйо не был глупым и понимал, что то, что произошло, разрушило не только логово прайда и то, что находилось на вулкане - из-за случившегося сейчас куда более трудной будет охота. Ведь наверняка из-за всех этих взрывов, пожаров, дыма разбегутся все травоядные - мама говорила, что антилопы и зебры очень пугливы. А если не будет пищи, кому нужен будет чужой львёнок, о котором надо заботиться и которого надо кормить? А если они и вовсе никого не найдут, как они выживут без еды? Их ведь еще не учили охотиться... А при мыслях о мясе живот уже сводит от голода. Дэйо ел перед тем, как лечь с мамой спать, но когда это было? Несколько часов или несколько дней назад? Есть уже очень хотелось.

Услышав ответ друга, Дэйо немного приободрился - сам он не знал, какие из себя король и королева, но Антарес ведь был их сыном - значит, мог судить о том, как они себя поведут. Он очень боялся снова остаться в одиночестве - теперь, когда всё, что было таким родным и знакомым, внезапно рухнуло, он не был ни в чем уверен. Пока он жил с родителями, ему казалось, что жизнь легкая и спокойная - исследуешь мир, охотишься, учишься, играешь, потом вырастаешь, и тогда уже много разных дорог, но все очень интересные... А оказалось, что всё совсем иначе. Нельзя ничего предугадать, нельзя быть уверенным в том, что в следующий миг не случится что-то страшное, что разрушит всё, что ты когда-то знал и любил, и забросит тебя в неизвестность.

От мрачных и печальных мыслей его отвлек новый запах - странный и незнакомый. Приятно режущий нос, он смешивался со свежим запахом воды, а вскоре стал слышен и тихий шум течения - такой бывал у ручейков, текущих близ Каменной Поляны, но там он был быстрый, шелестящий, а здесь казался медленным и величественным. Дэйо поднял взгляд - недалеко от них расстилалась темная гладь. Не было видно ни бликов на ее поверхности, ни отражения неба, ведь небо было затянуто тучами, но туман над ней был гуще, чем вокруг. Так это и есть река?

- Антарес, смотри, - тихо сказал Дэйо, и его слова потонули в густой молочной пелене. Запах воду будто бы слегка унял боль и усталость. - Я не думал, что она такая... Тихая. 

---------------------------Верхнее течение реки Лузангва

+2

414

Дэйо энтузиазма Антареса не разделял. Если б еще был у Антареса энтузиазм – он был измучен не меньше и тоже больше всего хотел завалиться спать, но понимал, что не может себе этого позволить. Они оба измучены и должны найти воду и как можно скорее. Кто знает, будут ли силы потом и не доберется ли досюда пожар. И не захлебнутся ли они оба в собственном кашле, если не перебьют его водой. Если бы только отец и мать были рядом…

«Я найду их, - сказал себе Антарес, - сначала найду воду для нас, а потом – их. Если с одним справимся, то и с другим тоже».

- Да, - прохрипел Антарес. – Если воды попить, кашель пройдет. И просто пить хочется… пойдем. Я сверху видел, что в саванне много рек. Быстро доберемся.

Он надеялся на это, потому что ничего не знал точно. Ни где они, ни в какую сторону им идти. Ясно лишь дно – подальше от вулкана, чтобы снова не оказаться в окружении огня, дыма и пепла. Но они должна идти хоть куда-нибудь. Река не придет к ним сама, а если они будут идти, то точно что-нибудь да найдут. Если не реку, то ручей или хотя бы лужу. Антарес сейчас был бы рад даже ей, какой бы они ни была. Он бы попил и из грязной и вонючей, настолько ему хотелось пить. Подумаешь, запах. Если не дышать пару секунд, то, наверное, будет не так уж и сложно. Они с братьями как-то играли в «задержи дыхание» - сидели долго в небольшом кружке, надув щеки, и пытались не дышать. Пара секунд – это пустяки. В одном из таких соревнований Антарес как-то настолько надолго задержал дыхание, что у него заболела голова. Тогда он не подал виду, чтобы не показаться слабаком, но урок усвоил. Нельзя долго без воздуха. Без воды, получается, тоже.

- Пойдем, - поторопил друга Антарес. – Чем быстрее найдем воду, тем быстрее снова отдохнем. У нее-то прохладнее, наверное.

На этот раз Дэйо послушался и с трудом поднялся на лапы – даже невооруженным детским взглядом было видно, что мароци устал и не сможет идти долго. Антарес слышал истории, в которых львы-путешественники шли дни и ночи без остановки, и думал, что тоже сможет так. Сейчас понял – не сможет. По крайней мере, после этого сумасшедшего забега от вулкана. Было бы неплохо иметь сейчас такую выносливость, как у героев из сказки, чтобы пересечь всю саванну так легко – им ведь еще идти на север, а он, наверное, далеко. Уже сейчас идти было тяжело, а ведь они всего на десяток метров отошли. До севера еще дальше… Антарес вздохнул и повел плечами, про себя понадеявшись, что не так уж это и далеко, да и река тоже близко, ну вот за тем вон кустарником, например.

За ним ничего, кроме травы, не оказалось. Львенок вздохнул снова и продолжил идти, вслушиваясь в тихую поступить шагающего рядом Дэйо. Через некоторое время тот обратился к нему, и Антарес ответил тут же:

- Конечно, примут. Мы же должны держаться вместе. Единство – это сила… так отец говорил.

Только сейчас все они были порознь, кто где, и не представляли, где искать друг друга. Есть ли у них хоть капля силы, способны ли они хоть на что-нибудь?

«Я не один, - напомнил себе Антарес. – Я вместе с Дэйо. Нас двое, а это значит, что мы уже сильные. Все сможем».

Они шли ее некоторое время, почти что бездумно ища дорогу в бесконечной траве – она росла, кажется, до самого горизонта, и становилась то выше, то ниже, то гуще, то реже. Иногда львята едва видели друг друга, пусть и шли рядом, а порой наоборот могли разглядеть некоторое пространство вокруг себя. Но только не реку. Они шли еще какое-то время, мрачные и уставшие, не способные определить, сколько прошли и сколько минут или часов затратили на дорогу. Их окружала только тьма и самую малость влажная трава. Антарес даже попытался пожевать одну из травинок, надеясь, что сможет собрать росу с нее, но в итоге ничего не почувствовал, кроме горького травяного вкуса, и выплюнул получившуюся кашицу на землю. Травоядного из него не получится. Неудачный опыт мог бы подпортить ему настроение, но практически сразу Антарес услышал тихий плеск и приятный уху шум. Вода? Неужели?! Львенок вскинул голову и посмотрел вдаль – и правда.

- Река, - сказал он радостно и прибавил шагу. – Идем скорее! Мы ее нашли.


• Верхнее течение реки Лузангва •

+2

415

<... Разрушенное подножье вулкана

И снова перегонки со смертью.
Тагор бежал вперед, и ему казалось, будто бы весь мир сократился, сжался в своих размерах до Ари и Сейлы. Он не обращал внимание ни на что, на каком-то уже автомате преодолевая опасные участки пути, взглядом следя только за сестрой и матерью.

Но и при этом же мысли все еще упрямо возвращались к оставшимися за его спиной родным, к тем, как ему тогда казалось, кого они бросили. Ему бы сейчас наконец-то начать думать о своей жизни, понять что по-другому в этой ужасной ситуации было никак и не поступить. Но в перерывах между судорожными проверками наличия рядом то сестры, то Ари, он не переставал думать об отце и других своих сиблингах.

- Сейла... Сейла! - он в очередной раз помогает сестре подняться после того, как она запинается. Подпирает ее в начале своим боком, а потом пропускает немного вперед себя, чтоб в случае чего подхватить. Взгляд невольно цепляется за ее болезненно искривившийся хвост, после он чего в мысленно же радуется, что все таки подхватил и взял с собой крыса-лекаря.

- Давайте, юный принц. Осталось немного, - словно бы поняв, что Тагор вспомнил о нем, Масланга подает голос и легонько одергивает львенка за загривок. Тот тут же приходит в себя и снова трогается в путь.

***

Он не понял, когда земля под лапами перестала гореть. Не понял, когда с неба перестали лететь валуны-убийцы, только и мечтающие лишить жизни любое существо, на которое им удастся упасть. Не понял он и то, когда кончились границы родного прайда и началась чья-то чужая территория.

Возможно, это началось тогда, когда вместо дыма между лапами стал струиться туман.

Тут, посреди прохлады и сырости - столь непривычной после того пожарища! - Тагор наконец-то смог сделать вздох полной грудью. Воздух облачных степей буквально разрезал ему легкие, почти так же, как это сделал дым в пещере прайда. Львенок точно так же закашлялся, точно так же судорожно закряхтел, словно бы не ожидал, что воздух бывает таким холодным.

А потом со следующим вздохом он пришел в себя и задышал спокойно. Даже жадно, делая прерывистые вздохи, боясь, что вот-вот их снова закинет прямо в пекло, в котором таких вот привилегий больше не будет.

Бывший принц и не заметил, когда с суетивого, неровного бега он перешел на беспорядочную рысь. Лапы уже не слушались его, заплетались, не желая нести более его тело вперед. Но Ари то и дело, видимо уже на инерции, продолжала толкать детей вперед, гнать их как можно дальше от опасности, что сейчас осталась уже позади.

И только в тот момент, когда Тагор уже обессиленно запнулся, остановились и мать с сестрой.
Он не спешил подниматься с земли, просто перевернулся так, чтобы взглядом можно было следить за краем долины. За тем, где возвышалось все еще горящее и извергающее из себя камни и пламя Килиманджаро.

Сколько еще не успело спастись?.. Кто так и не проснулся, засыпанный землетрясением?..
Где отец и остальные сиблинги? А Таибу и Клио, что случилось с его старшими братом и сестрой?
Тагор все не мог перестать думать обо всем этом. Особенно сейчас, когда он был в безопасности, а все остальные... неизвестно где.

После того, как дыхание его успокоилось и гудение в лапах поутихло, чувство боли и усталость навалились сверху. Плечо нещадно ныло и пульсировало, требуя к себе если не лекарского, то простого, обычного внимания. Но проигнорировав все свои собственные потребности, Тагор грузно поднялся и подошел ближе к матери и сестре.

- Вы в порядке?.. - голос у него немного сел и охрип, то ли от дыма пожара, то ли от того, что он постоянно кричал, стоило кому-то из них или ему самому потеряться из виду.

Мама ему не ответила: видимо тоже вся была в своих мыслях. Вместо этого она молча сгребла Тагора к себе и принялась его вылизывать.

Прикосновения материнского языка к шкуре успокаивали, но и приносили боль, особенно когда Ари потянулась вычищать порез. Пищать и возмущаться Тагор бы и в обычной ситуации не стал, а сейчас, когда сил не хватало и на самые банальные действия, не то что на такие необязательные, он просто вяло морщился и едва слышно шипел, стиснув плотно зубы. После этого же, ощутив мгновенное облегчение и постепенно спадающий после промывания раны жар, он незаметно для себя задремал.

Именно что задремал, чутко все еще прислушиваясь, готовый в любой момент, при необходимости, снова спасаться бегством. Но вместо этого он банально проснулся, после того как Ари доумывала Сейлу и почти что прошептала:
- Отдохните.

Тагор вздрогнул, спросонья огляделся по сторонам и, только поняв где они, повернулся к сестре.
- Сейла, повернись... Я хочу посмотреть на твой хвост...

Он помнил, помнил что когда они бежали со склона один из камней повредил красноглазой хвост. Помнил и поэтому пусть и сонно, но подошел к ней ближе.

- По-моему, ты его сломала... - возможно, эта реплика даже звучало как-то смешно со стороны, но все таки стоит учитывать, что Тагор не был опытным лекарем (он вообще мог называть им с огромной натяжкой), да и к тому же почти самоучкой.

А, хотя. Чего уж там самоучкой, вон его учитель стоит в сторонке. Все еще тут.
- И ты прав, у нее действительно перелом... - голос Масланги раздался внезапно, но тут же заставил белошкурого с облегчением вздохнуть. Крыс-лекарь никуда не делся, значит не придется выпутываться из этой ситуации одному.

- Подсади меня, малыш, - Тагор, не задумываясь, наклонился и позволил крысу запрыгнуть ему на морду. Поднеся его к хвосту Сейлы, он замер, скосив взгляд и наблюдая за тем, как маленькие лапки ощупывают место перелома.

- Ничего страшного, можно просто наложить шину и дать костерост, чтоб срослось быстрее... Давайте, принц, пойдемте со мной...

Масло, не мешкая больше, самостоятельно спрыгнул с Тагоровой морды. Внимательно огляделся по сторонам. А после, не поворачиваясь даже, он поманил белошкурого за собой, махнувши лапой, и исчез в высоких зарослях травы.

Последовав за стариком, голубоглазый почти сразу же получил в свой адрес кучу распоряжений и приказаний о том, что нужно сделать (в том числе и описание тех растений, которые были нужны). Чуть рассеяно покружив вокруг, Тагор в конце концов сорвал несколько самых похожих и, положив их недалеко от места привала, стал дожидаться Маслангу.

Вернулся он, волоча за собой длинный вьющийся стебель. Скептично оглядев те палочки, что нашел по его наказу Тагор, он одобрительно хмыкнул и продолжил руководить процессом.

- Для начала дай ей ту траву, - Масло указал на побеги, название которых Тагору он не сказал. - Это снимет боль и в целом улучшит ее самочувствие. Потом дай корень костероста, это вон тот с невзрачный цветок. Он ускорит заживление… А теперь, теперь малыш подай мне вон те палки, я наложи шину.

Гор послушно выполнил все его поручения, под конец внимательно севши рядом и наблюдая за тем, как Масланга обездвиживает Сейле хвост и заматывает его тем самым вьющимся стеблем. Кое-где он ему даже активно помогал, придерживая палки и затягивая “веревку” потуже, если требовалось.

Внешне конструкция выглядела… скорее необычно, нежели как-то еще. Но если это должно было помочь, он решил не задавать лишних вопросов.

- А теперь давай осмотрим твою маму, малыш, - крыс, подтверждая свои слова, проследовал к все еще спящей львице. Он внимательно оглядел уже почти запекшийся порез на ее бедре, кивнув тут же Тагору. - Думаю, она достаточно крепко спит, так что можешь промыть аккуратно рану… А я пока принесу обеззараживающую траву…

Тагор кивнул в согласии, аккуратно подойдя к матери. Выглядела она изнеможденно и, судя по беспокойным вздохам, даже в своем сне не могла найти после пережитого покой.

Все будет хорошо, мам… Я обещаю”, - Тагор жалостливо боднул Ари под подбородок и с натугой моргнул, отгоняя едва не наступившие на глаза слезы. Бывшая королева в ответ сквозь сон заворочалась, что, впрочем было даже кстати - так порез на бедре стало удобнее обрабатывать.

Аккуратно, стараясь не разбудить львицу, он вычистил порез от пепла, грязи и всего остального, что успело к нему налипнуть. К моменту, когда он закончил, успел вернуться лекарь-крыс, с обещанной травой.

- Разжуй так же, как тогда в пещере адинатум. И вотри эту кашицу в порез - это защитит его от всякой ненужно заразы.

Когда с этой последней лекарской процедурой было закончено, Тагор, чуть устало вздохнув, сел рядом с Сейлой.
Говорить не хотелось - в голове было слишком много мыслей. Начнет говорить, так не закончит никогда. Вместо этого он чуть обеспокоенно глянул на сестру, в который раз, но на этот раз уже молча, беспокоясь о ней.

Пояснялка на кубики

8 раз ищу костерост, пытаюсь оказать Сейле первую помощь, ее же кормлю неизвестной травой и костеростом, Ари лечу тоже неизвестной травой.

Отредактировано Тагор (17 Янв 2018 23:28:34)

+2

416

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"72","avatar":"/user/avatars/user72.png","name":"HeathyWolf"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user72.png HeathyWolf

Кубики на костерост
Тагор ищет костерост

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&amp;dice=5

Бросок
Бонусы

Итог

5
2 + 2 = 4 → 3

6

Лечебная трава успешно найдена!

Тагор ищет костерост 2

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&amp;dice=3

Бросок
Бонусы

Итог

3
2 + 2 = 4 → 3

6

Лечебная трава успешно найдена!

Тагор ищет костерост 3

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&amp;dice=2

Бросок
Бонусы

Итог

2
2 + 2 = 4 → 3

5

Лечебная трава успешно найдена!

Тагор ищет костерост 4

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&amp;dice=6

Бросок
Бонусы

Итог

6
2 + 2 = 4 → 3

6

Лечебная трава успешно найдена!

Тагор ищет костерост 5

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&amp;dice=6

Бросок
Бонусы

Итог

6
2 + 2 = 4 → 3

6

Лечебная трава успешно найдена!

Тагор ищет костерост 6

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&amp;dice=3

Бросок
Бонусы

Итог

3
2 + 2 = 4 → 3

6

Лечебная трава успешно найдена!

Тагор ищет костерост 7

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&amp;dice=6

Бросок
Бонусы

Итог

6
2 + 2 = 4 → 3

6

Лечебная трава успешно найдена!

Тагор ищет костерост 8

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&amp;dice=1

Бросок
Бонусы

Итог

1
2 + 2 = 4 → 3

4

Поиск лечебной травы провален.

Итог: 7 из 8 найдено. Один лот был применен в посте, 6 добавлено в профиль.

Тагор оказывает первую помощь Сейле

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&amp;dice=3

Бросок
Бонусы

Итог

3
2 + 2 = 4 → 3

6

Персонажу становится легче.

Шина наложена правильно: обездвиженный перелом причиняет гораздо меньше боли и способствует сращиванию костей.

Антибонус "-2" на 10 постов превращается в антибонус "-1" и сокращает срок действия до пяти постов.
Кроме того: лот Костерост успешно применен! (Добавлю сюда, чтоб не делать отдельный спойлер)
Теперь перелом будет заживать на протяжении 17-ти постов.

Тагор кормит Сейлу обезболивающим-общеукрепляющим

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&amp;dice=6

Бросок
Бонус

Итог

6
2

6

Персонажу становится легче.

Трава подобрана верно: Сейла больше не чувствует боли и ощущает прилив сил.

Тагор обеззараживает рану Ари

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&amp;dice=3

Бросок
Бонус

Итог

3
2

5

Персонажу становится легче.

Рассечение больше не будет болеть и мешать передвигаться, кроме того после обработки львице не грозит заражение.

+1

417

Зачем вообще Танари позволила втянуть себя во все это?

Она и сама не знала. Наверно, просто заскучала за долгие дни безделья. В прайде ее жизнь чаще всего была спокойной и размеренной; это может показаться странным, но и после того, как самка стала одиночкой, приключения не посыпались на нее, как из рога изобилия. Все эти бесконечные километры, которые она оставляла за спиной, были довольно скучны. Даже львов Танари видела всего пару раз, да и то издалека. Охота ее радовала — есть пока еще порох в пороховницах и ягоды в ягодицах; что-что, а поймать себе дичь матерая все еще могла. Суставы по утрам не скрипели, поясница не ныла. И разве могла львица признаться кому-то, даже самой себе, что здорово соскучилась по обычному мордобою?

Сейчас бушевавший вулкан был только на руку львам, стремительно приближавшимся к сгрудившимся неподалеку падальщикам. Килиманджаро то и дело озарял все небо вспышками; до Танари доносились рокот и гул, казалось, что даже земля под лапами до сих пор дрожит.

Ну а гиены, перепугавшиеся от всего этого светопредставления, напрочь забыли о том, что бдительность терять нельзя. Никогда. Ни на секунду. В любой момент судьба может отвесить тебе оплеуху тяжелой когтистой лапой. Сейчас в роли судьбы выступали они с Сэйтаном. Пока перепугавшиеся крокуты метались под деревом, сталкиваясь друг с другом и выкатывая глаза на бушующий вулкан вдалеке, львы беспрепятственно подобрались так близко, как только могли.

Хрусь! Самка еще не успела опустить занесенную было лапу, а до нее уже донесся ласкающий ухо звук: это Сэйтан сломал хребет кому-то из гиен. На миг хруст показался львице оглушительным, даже громче, чем гул вулкана.

Матерая тоже была крупной и сильной, но все же вряд ли могла совершить подобное. Хотя и она осталась довольна, когда ее лапа с растопыренными когтями со всей силы опустилась на гиенью морду. Крокуту швырнуло в сторону, она беспомощно взвизгнула, мотнув в воздухе всеми четырьмя конечностями, провожаемая рычанием и визгом львицы. Танари мимоходом лизнула подушечку лапы, —  от удара та начала саднить, — и, рыча, огляделась по сторонам в поисках того, кто мог бы нарваться на очередную ее оплеуху.

Похоже, что гиены единодушно рассудили — самец куда более опасен. Даже немного обидно; сама Танари в подобной ситуации бросилась бы именно на самку, как на менее опасную из них двоих. Вывести ее из строя было бы куда быстрее и проще, если бы, конечно, было кому это делать. Сэйтан раскидал гиен как сухие ветки, но при всех своих размерах реагировал куда быстрее, чем ожидали падальщики, во всяком случае, пока что все их выпады в сторону черношкурого заканчивались неудачей.

Только теперь матерая заметила спрыгнувшую с дерева молодую львицу, — кажется, это была та самая, которую разыскивал черношкурый, — тоже вступившую в ожесточенную схватку. Странного вида черный кошак помогал ей в этом; в первый момент Танари приняла его за врага, и уже было нацелилась ударом отбросить его в сторону. Но как только тот впился в гиену, белая мгновенно изменила свои намерения, опустив уже поднявшуюся было когтистую лапу, и направившись вслед за этим к недобитой ей гиене.

Где она, кстати? Танари глухо рыкнула, сообразив, что подпустила крокуту слишком близко к своему боку. Правда, еще неизвестно, кому было бы хуже, сумей та врезаться сломанной челюстью в львицу... Гиена, впрочем, промахнулась — споткнувшись, шмякнулась на все четыре лапы и рыбкой проскользнула между лап матерой, выскочив с другой стороны. Тут-то ее и настигла справедливая кара, вернее, настигла бы, не попытайся она сбежать.

Правда, после удара по голове далеко ведь не убежишь. Рассудив, что Сэйтан и без нее неплохо справляется, Танари решительно бросилась вдогонку за Шисой, пытаясь поддеть ту под задние лапы — порвать брюхо или бедро.

+2

418

——————> Пастбища

Бредя вдоль равнин и степей, Ачи приподнимала вывихнутую лапу и то и дело стискивая зубы от боли, обдумывала произошедшие с ней события. Вскоре, убедившись, что ни гиены, ни патрульные не смогут буравить её спину возмущеными взглядами, самка успокоилась и ей действительно полегчало. Ну что же, можно было бы и передохнуть.

Самка прилегла на траву, но никак не могла заснуть, да и не собиралась, хоть сон уже манил её, а усталость сковывала движения. Но открытое пространство - не самое хорошее место для отдыха. Идти дальше она не может, а туман и незнакомые звуки заставляют то и дело встрепенуться. Вдруг какой-нибудь драчливый лев решит сыграть с воришкой злую шутку? Или гиена? Опять гиена? Ну уж нет, спасибо. На всякий случай Ачи вытянула шею и втянула носом воздух. Запах гари щекотал ноздри, но дышать было легче, нежели на землях Скара. Скар, нет никогда она больше не сунется на его земли. Земли, где львы разрешают гиенам жрать и спокойно жить. Абсурд! Кто вообще может о таком думать? Политики, что с них взять.

И тут Полукровка услышала хруст и тихие шаги. Краем глаза она заметила суриката, нагло подошедшего так близко к хищнице. Может одна охота у самки не удалась (не всегда же везёт?), однако это не значило, что она пала в собственных глазах, как охотник. Прикрыв глаза, она позволила зверьку подойти ближе. И тут...

- Стоять, бояться! - с усмешкой прикрикнула кошка на полосатого и тот, подпрыгнув, принялся сваливать от крикливой самки. Напоследок Ачи успела дотянуться до зада суриката и полоснуть его когтями, хоть и оставила пару мелких царапин. Кажется, она зря погоречилась и устроила конкурс на самый резкий выпад. Волна пульсирующей боли заставила самку закрыть глаза, однако ненадолго. Вроде прошло. Вроде. Фыркнув вслед удирающему зверьку, Полукровка вытянула лапы и устремила взор на склоны Килиманджаро. Во время охоты любоваться было нечем, однако теперь времени было полно и воришка решила хоть чем-то занять себя.

Туман мешал обзору, но яркое алое пятно не заметить было сложно. И как же приятно осознавать, что ты сидишь с вывихнутой лапой, обещавшей в скором времени перестать болеть (вспомнив о лапе, самка тихо выругалась), а не носишься от одного горящего дерева к другому. Вздохнув, Ачи перестала глядеть на пожар как полоумная и, опустив голову на здоровую лапу, прикрыла глаза. Однако уши охотницы стояли торчком. Как уж тут забыть про опасность?

Отредактировано Атача (25 Янв 2018 20:12:32)

0

419

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"6","avatar":"/user/avatars/user6.jpg","name":"krot-banan"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user6.jpg krot-banan

Начало квеста январской лотереи для Тайира

НЕ ВМЕШИВАТЬСЯ, ИНАЧЕ НА ВАС СЯДЕТ СЛОН!


- Нет, прошу, помогите!

- Давайте, мальчики, она почти наша!

Крики погони эхом отражались по облачным степям, привлекая к себе внимание зверей в округе. Громкие рыки леопардов, обезьяньи вопли о помощи посреди густой белой пелены утреннего тумана вызывали воистину не самые приятные ощущения в сердцах и душах обычных зверей, которым не посчастливилось выбрать именно местные просторы тарелкой для завтрака.

Бедняжке Кутесве было особенно тяжело. Она едва ли не чувствовала дыхание леопардов у себя на спине, и каждый раз, когда шерсть вдоль позвоночника вставала дыбом, она ускорялась и на некоторое время могла оторваться от преследователей. Однако все в этой погоне прекрасно осознавали, что долго так продолжаться не может, и рано или поздно шимпанзе настигнут. В конце концов, Кутесва начала сильно уставать и замедляться, а в итоге и вовсе споткнулась и с громким криком упала, проехав по земле и траве. Тут-то леопарды её и нагнали.

Теперь вопли обезьяны стали гораздо более истошными, и заглушить их мог лишь исполинский хохот самодовольных бандитов-леопардов, которые избивали обезьяну удовольствия ради. Покрывали её царапинами, укусами, всё для того, чтобы в конечном счёте сорвать с её шеи костяное ожерелье. Стоны Кутесвы с каждой секундой становились всё более тихими и приглушёнными: дух как будто постепенно исходил из немолодой шимпанзе, и даже плач, который зачастую был отдушиной, приносил лишь боль.

- Давайте, мальчики, покончите с ней! - отдал приказ самый матёрый из леопардов, и вот уже когтистые лапы взмыли в воздух, готовясь нанести по обезьяне смертельный удар. Спасёт ли кто-нибудь Кутесву? А нужно ли? Быть может, то что кажется очевидным - обманчиво? В любом случае, от этого решения зависит судьба одной невезучей самки.

+1

420

Начало игры.

Тайир почти бодро шлёпал лапами по мокрой земле облачных степей. Туман, в котором лев почти захлёбывался — настолько он был густ, — оставлял на грязной шкуре безгривого льва маленькие капельки воды, и тому периодически приходилось отряхиваться, чтобы не стать мокрым полностью. Это неимоверно раздражало, и лысый бурчал себе под нос нелестные нелицеприятные комментарии в сторону погоды, местных земель и вообще всей жизни вокруг. У него довольно давно мерно и глухо болела голова (привет постоянным невысыпаниям из-за любимых родственников), и потому Тайир постоянно возвращался, вспоминая детали этих полукошмаров.

Многие сны тоже начинались с густейшего тумана, а потому Тайир всё ожидал подвоха от этой пелены. И таки дождался — подозрительные звуки, до того маячившие где-то на горизонте предполагаемой окружающей местности, стали слишком быстро приближаться. Льву ничего не оставалось, как идти по направлению к ним (всё-таки он был в меру любопытен). Стоны и рык свидетельствовали о том, что происходящее в тумане было чем-то похожим на драку, в которую Тайир совершенно не желал пока что вмешиваться. Когда же он сделал очередной шаг, перед ним и показались участники заварушки — несколько леопардов и лежащая под ними шимпанзе.

Не то, чтобы лев испытывал к какому-либо из этих видов особую привязанность, но всё-таки кошки были кошками. Кинув быстрый взгляд на жертву, Тайир задумался на мгновение. Он не был сторонником безосновательного насилия, но тут явно было дело в довольно интересной висюшке на обезьяне. Прикинув силы (всё-таки даже худой, но Тайир превосходил каждого из леопардов почти в два раза ростом), безгривый решил сперва применить своё умение поболтать.

Ребятки, я вижу, у вас тут неплохая добыча! Как вам кажется, — спросил он низким вкрадчивым голосом, полностью выходя из тумана, — поделиться добычей с ближним своим — это же так благородно, верно? Особенно, — лев подошёл к любимой части многих разговоров, — если этот кто-то — сильный опытный шаман, который может не просто проклясть неугодных ему существ, но и свести их с ума? — драматическая пауза, — Я вижу... Я вижу за вашими спинами толпы духов! О, они... они очень злы! Вы же не хотите их гнева? Они такие бесплотные, но такие сильные... Я могу их убрать, но... за определённую услугу.

Тайир давно привык, что его внешний вид настолько несуразен (потому что бритый лев-самец — это априори выглядит идиотски), а потому в том числе уповал и на этот "косяк".

Не добивайте её, вы держите эту обезьяну и без того крепко. Может, расскажете, что произошло? Она не сбежит, слишком слабая, а мы сможем друг другу помочь. Ну, как?

Тайиру ещё не приходилось общаться с леопардами так близко и лично, но он надеялся, что его трюк с запугиванием духами прокатит — в конце концов, многие боятся мёртвых именно потому, что им, в отличие от живых, нельзя сделать больно физически. Они не боятся твоих грозных лап и когтей, им наплевать на твои удары и броски. Холодящее тело ощущение призрака рядом порой может даже свести с ума...

Ребята, вы точно уверены, что не боитесь?

Офф.

У Тайира благодаря мутации +1 к доверию неписей, если что.

+2


Вы здесь » Король Лев. Начало » Восточная низина » Облачные степи