Страница загружается...
X

АААААА!!! ПРОГОЛОСУЙ ЗА НАААААС!!!!

И не забывай, что, голосуя, ты можешь получить баллы!

Король Лев. Начало

Объявление

Количество дней без происшествий: 0 дней 0 месяцев 0 лет



Представляем вниманию гостей действующий на форуме Аукцион персонажей!

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов Волшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Килиманджаро » Серая долина


Серая долина

Сообщений 91 страница 120 из 144

1

*здесь будет картинка*

Извержение и пожар превратили долину в сгоревшую, засыпанную пеплом пустыню. Здесь едва ли осталась трава, кустарники сгорели, оставив после себя только черные горелые скелеты, почти все стада ушли, а потому охотиться здесь тяжело. Даже найти хоть одно травоядное — уже непросто. Ситуация улучшается, если двигаться к границам, а конкретно к берегам рек, или к джунглям — там еще осталась трава и часть травоядных.


В настоящий момент, локация частично охвачена пламенем пожара!

Любой пришедший сюда персонаж получает антибонус "-1" на любые свои действия, а также рискует потерять сознание от удушения спустя десять игровых постов!

Недействительные условия локации (будут действовать после окончания извержения)

1. Любой персонаж, пришедший в данную локацию, получает антибонус "-1" к охоте, поиску трав и скрытности.

2. Дух печальной львицы скитается ночью по местным краям, словно бы ища кого-то. Вид у нее очень нездоровый, на боках можно заметить характерные чумные пятна, а из прозрачной груди то и дело вырывается глухой кашель с примесью серебристой крови. Тем не менее, она упорно продолжает свои поиски, время от времени издавая призывное материнское урчание.

3. Доступные травы для поиска: Базилик, Кофейные зерна, Адиантум, Цикорий, Одуванчик, Мята (требуется бросок кубика).

+1

91

После столь активного действа всё тело львицы сковала усталость. Веки отяжелели, и полуприкрытыми глазами Катара проследила, как Иен исчез из поля её зрения, по-видимому, обошёл её по кругу и, наконец, лёг позади. Спустя несколько секунд сквозь мокрую шерсть потекло тепло от бока самца, что окончательно расслабило красношкурую. Глубоко и медленно вздохнув, она закрыла глаза и мягко погрузилась в темноту.

- Стой! Куда ты бежишь?
Ты оборачиваешься, чувствуя, как лапы пульсируют от мучительной необходимости бежать, догнать кого-то, кто сейчас стремительно удалялся, исчезая в тёмных сырых тоннелях. Позади тебя к стене прижался, полулёжа, силуэт. Его спутанная грива была растрёпана, отдельные пряди слиплись и засохли острыми сосульками. Упираясь плечом в скалу, он пачкал её своей кровью. Мутный взгляд его глаз, цвет которых тебе никак не удавалось различить, остановился на тебе. Ты шагнула было к нему, чувствуя, как твоя шерсть исходит волнами, но оборвала свой порыв.
- Прости, я… я за тобой вернусь…
Рывком развернувшись, со всех лап бежишь за беглецом, отчаянно уверяя себя в том, что рана не смертельная.
«Я вернусь, я вернусь за ним, только надо догнать, не упустить, это важно».
Неожиданно ты спотыкаешься обо что-то и, потеряв равновесие, летишь кувырком, больно приземлившись на твёрдый пол и ещё несколько раз по инерции перевернувшись до полной остановки. Поднявшись на лапы, подходишь к какому-то тёмному комку на полу и опасливо трогаешь его лапой, разворачивая к себе. По телу проходит дрожь, когда на тебе останавливается остекленевший взгляд существа, некогда бывшего живым.
«Львёнок, это львёнок!»

Катара вздрогнула всем телом и распахнула глаза. Прохладный воздух со свистом ворвался в её лёгкие, пока она судорожно осматривалась, пытаясь понять, где находится. Какая-то тяжесть придавила её к земле, и львица на секунду почувствовала самую настоящую панику, но воспоминания о прошедших событиях быстро заполнили её разум, постепенно приводя мысли в порядок.
«Всё хорошо, это просто сон, просто дурной сон, всё хорошо, Иен рядом, ты больше не одна, всё хорошо».
Дыхание постепенно выровнялось, и Тара обессилено уронила голову обратно на влажную землю. К счастью, она не разбудила льва, потому что ей вовсе не хотелось бы огорчать его своими дурными сновидениями, с учётом того, что по временам они случались у неё с завидной регулярностью. Облизнув пересохшие губы, голубоглазая с усилием расслабилась и вскоре снова погрузилась в дрёму, от которой пришла в себя буквально через полчаса.

Сердце снова билось глубоко и медленно, а всё тело чувствовало себя в удивительном тонусе. Страхи рассеялись, и теперь Катара просто лежала, слушая звуки ночной природы, постепенно оживающей от уже закончившегося дождя. Чуть повернув голову, она смотрела в тёмное небо, усеянное мириадами звёзд, и думала, что чувствует себя по-настоящему счастливой сейчас, несмотря ни на что.
Ощутив шевеление позади, хищница догадалась, что её избранник тоже проснулся. Он уткнулся носом ей в шею, а львица едва слышно заурчала в ответ. Некоторое время они лежали молча; ни один, ни второй не смел нарушать эту идиллию, боясь развеять какую-то волшебность происходящего. Наконец, Иен заговорил.
— Катара... Как ты жила всё это время? Где побывала? С кем познакомилась? На кого охотилась? Расскажи мне всё.
Вспомнив кое о чём важном, о чём следует рассказать, Тара безмолвно улыбнулась своим мыслям.
- Я… Я вырастила наших детей, - ей казалось, что на данный момент нет ничего более важного, о чём она могла бы рассказать. – Они чудесные, вот увидишь, - львица перевернулась на спину, чтобы иметь зрительный контакт с любимым. – Гиласен просто умница, а у Лютера и Джеро уже пробиваются гривы. Знаешь, такие же, как у тебя, чёрные-чёрные. Они такие красивые, сильные и здоровые, наши львята. Они полюбят тебя.
С наслаждением потянувшись всем телом, Катара сложила передние лапы на груди.
- Ну а ты? Где ты путешествовал, кого видел?

+1

92

Здешняя местность была чужда Дориану, отчего он плутал туда-сюда по границам, изучая совершенно новые просторы. Ведь в этих местах ему и придется жить. Кто знает - долго ли, коротко ли, но придется. А незнание местности может сыграть с ним злую шутку. Мало ли что. Среди местных сам лев чужой, да и любой наблюдательный собрат, чей уровень развития не остановился на гиене, заметит, что самец проявляет искреннее желание отторгаться от себе подобных, в то время как мысли его могут быть погружены в колкие и дерзкие планы касательно способов испортить кому-нибудь кровь, испортить кому-нибудь жизнь. В общем, его лживая маска отслаивается с каждым оскалом или неодобрительным взглядом, которые лев осмеливается бросить в сторону жителей, что дали ему.. Кров? Да, наверное, что-то в этом роде.
Но возвращаясь к вопросам о местности, Дориан уже облюбовал некоторые места близ Килиманджаро. Так, например, эта долина ему нравилась. Бескрайние земли расстилались густой и мягкой травой, горизонт просматривался как на ладони - сам лев быстро смекал, куда двигались посторонние жители, чтоб откланяться в противоположном направлении. Сидеть в большой компании для него - мука, сравнимая, пожалуй, с медленным отрыванием длиннющего кошачьего хвоста. Именно поэтому сейчас он направлялся в какую-то глушь, самую дальнюю часть этой долины, дабы остаться в покое наедине с собой. Если получится.
Мощные лапы кота мяли ту самую шикарную растительность под лапами, волочили за собой темногривого, заставляя перетаскивать тело без особого энтузиазма куда-нибудь с глаз долой. Его голова была понурена, глаза слегка прикрыты, словно выражая усталость. Усталость от чего? От дороги. После стольких лет скитаний в дюнах лев наконец завидел цветущие земли, где воздух был мягким и приятным: прохлада сопутствовала каждому дуновению ветра, которое не сопровождалось режущими глаз песчаными бурями, которое не заставляло лечь наземь и ждать, ждать.. Ждать, пока белое солнце пустыни и дикая погодка не перестанет травить тамошних обитателей. Здесь всё было иначе. Даже старый прайд льва не сравнится с этим, а Дориан всего-то забрел в какую-то степь, еще не увидев местных тропических ареалов.
Протащившись как можно дальше и попутно спугнув несколько небольших скоплений копытных, лев плюхнулся на землю, подмяв под себя лапы и положив на них голову. Испепеляющий взгляд стрелял то влево, то вправо, задерживался на нескольких антилопах где-то вдали, стерег покой кота. Хвост же, несмотря на умиротворенное и ленивое состояние льва, метался по земле из стороны в сторону, заставляя траву колыхаться не меньше, чем от ветра. В такой позе он провел по меньшей мере минут десять, а затем странное чутье заставило его слегка изменить позу и сесть. Сидя он был менее уязвим, так как мог оглядываться и на другие стороны света, кроме как вперед. Теперь хвост обвивал часть его лап, а кисточка нервно дергалась. Пару раз кот прижал её лапами к земле, так как нарастающее раздражение давало о себе знать. Раздражение, вызванное гремящим небом, яркими раскатами молний где-то вдалеке. Лев, несомненно, заметил это, пока изучал просторы.
— Первый дождь за многое время. Мое время, — коротко бросил Дориан сам себе, констатируя факт, — Кончился. Куда теперь направляется это стихийное бедствие? Поливать Земли Гордости? — ох, да, лев уже успел запомнить названия некоторых земель. Буквально в первые дни его пребывания в прайде он услышал разговоры соплеменников, а так же россказни каких-то львиц с прямым указание маршрута: где и как стелется граница прайда. К слову, свои мысли он решил не держать при себе. Это можно было считать его основной особенностью - ежели никого рядом нет или все любопытные слушатели находятся на приличном расстоянии, Дориан пускал фразы вслух, разговаривая сам с собой. Так он лучше осознавал происходящее. На самом деле ему еще многое нужно обсудить с самим собой. Например, перемыть кости всем обитателям саванны. Оценить поведение. Рационально взглянуть на всех ближних: с кем заводить дружбу, а кого мысленно увековечить на дне каньона, залив кровью бежевые склоны.

0

93

Возвращение в игру ==>

   Рыжегривый был в пути долго, слишком долго. Должно быть, прошло не меньше шести месяцев, с тех пор, как он снялся со стоянки, располагавшейся на том месте, где много лет назад жила его семья. Хотя эти далекие северные земли давно перестали быть его домом, все же Артрин должен был побывать там. На что он надеялся? Встретить старых друзей? Или почерпнуть силы в воспоминаниях, впитавшихся в камни его родной пещеры? А может лев хотел просто побыть наедине с собой? Наверное, истина как всегда лежит где-то посередине.
   Но так или иначе на родине Артрин не нашел ни друзей, ни врагов. Зато на сей раз ясно понял, что его дома больше нет, и пришло время двигаться вперед. В конце концов, рыжегривый уже давно вошел в тот возраст, когда пора бы начать задумываться о будущем. Поэтому, недолго думая, лев направился туда, где жизнь всегда бьет ключом — к земля вокруг Скалы Предков.
   Дорога была легка и лишена приключений, Артрин даже умудрился набрать веса в течение этого путешествия. А несколько дней назад, охотник наконец вышел к реке Мазове, и спорым ходом стал следовать её левому берегу. К сожалению, этот отрезок пути выдался куда менее приятным: каменистая долина Мазове оказалась не самым располагающим для путника местом, к тому же дичи здесь наблюдалось гораздо меньше. В добавок ко всему, когда рыжегривый уже подходил к знакомым землям, уставшего кота нагнал яростный шторм. Дабы не схлопотать в макушку молнию или не быть унесенным случайным грязевым потоком, Артрин предпочел переждать бурю под прикрытием близлежащего тропического леса.
   Но теперь тучи ушли западнее, и лев смог вернуться к намеченному пути вдоль бурной Мазове. Впрочем, дальше следовать течению реки уже не было необходимости — ведь слева расстилалась Долина Ветров, а за ней высилась громада Килиманджаро — именно она стала ближайшей целью рыжегривого, так как оттуда открывался прекрасный вид на все соседние территории, и именно там лев собирался составить план дальнейших действий.
   Захваченный мыслями о светлом будущем, Артрин не сразу заметил в некотором отдалении незнакомого льва. Этот удивительно крупный тёмный самец был сопоставим с рыжегривым по размерам и, судя по крепкому телосложению, явно знал толк как в доброй драке, так и долгой охоте. Должно быть, местный уже заметил зазевавшегося пришельца, поэтому путник решил остановиться и посмотреть, что предпримет серый.
   - Так далеко от Скалы? - Артрин незамедлительно принялся анализировать ситуацию, - Стало быть, он вряд ли из Прайда. Одиночка? Тоже вряд ли, такие как я не будут так вальяжно рассиживаться посреди открытой равнины. Так кто же он?
   Мысли мыслями, но и о манерах рыжий не забывал. Поэтому приятно улыбнувшись, что, впрочем, сложно было заметить с такого расстояния, приветственно склонил голову перед незнакомцем.

Отредактировано Артрин (3 Май 2015 22:46:52)

0

94

Сколько он просиживал тут один - неизвестно, но вся эта идиллия благополучно закончилась тогда, когда Дориан уловил в воздухе запах другого существа. Навязчивый, близкий, и то была далеко не антилопа. То был львиный запах. По ветру было легко установить с какой стороны шел незнакомец, да и насколько далеко, отчего Дориан пока сидел без движения. Его глаза уставились в одну точку где-то под горизонтом, буравили склон горы. Его зрачки стали настолько мелкими, что казалось, будто их и вовсе нет.
Прямо перед приходом нарушителя лев было хотел выпалить очередную фразу, но не успел открыть пасть, как сразу сжал клыки друг о друга и из груди кота раздалось приглушенное рычание. Кисточка хвоста еще раз ударила по земле. После этого Дориан незамедлительно поднялся на лапы. Отвел взгляд в бок. Подождал. Повернул голову. Как только незнакомец оказался в поле его зрения, самец развернулся уже всем корпусом, дабы не потерять из виду нарушителя спокойствия.
— Жил бы я в пустыне - счёл бы за галлюцинацию, — мелькнуло в голове темного, когда светлая точка была еще на отдаленном расстоянии, когда было трудно рассмотреть, когда трудно понять. Но не успел он приблизиться, как голова Дориана резко отдернулась назад, а рык разразился чуть громче. Всем известно, что такое происходит, когда кот достаточно сильно втянет в себя воздух. Тем более в состоянии беспокойства. Дыхание, которое до этого «рычало», сбилось и выдало такую осечку. На лице Дориана трудно было найти хоть малейший призрак, отвечающий за гостеприимство или дружелюбие. Сразу после недолгого «анализа» воздуха, в голове кота мелькнули новые умозаключения:
— Только это не галлюцинация. Более того, этот.. Котенок, или кто он там, он не знаком, нет, нет, не знаком.. И не только мне.. — мысль его шла чётко, быстро, даже если бы он проговорил её вслух - никто бы не понял его собственных заморочек. Но пришел он к этому выводу из-за того, что запах, навязчиво висящий в воздухе, был переполнен всеми оттенками. Однако от незнакомца не разило более-менее знакомыми местами. Сопрайдовцы и подавно не стояли рядом с ним, их Дориан не учуял. А нюх у него был безупречно отточен. Он всю жизнь жил в пустыне - скажете вы? Но вы пустыне сложно искать пропитание, отчего приходилось метаться к любому лишь издали замеченному источнику. А незнакомцев в пустыне - целое море, и кто знает, как они настроены.
Впрочем, скоро Дориан заметил, что лев склонил голову. Уловка? Не совсем. Он не думал так. Это слегка раскрепостило недовольство льва, ведь нотки дружелюбия в незнакомце говорят о намерениях чуть менее враждебных. Поговаривали, что на землях Нари к одиночкам относятся дружелюбно, если те не представляют опасности.. Но как доказать вожаку, что опасности они действительно не представляют? Никак. Даже Дориан смог стать ложкой дёгтя в бочке мёда, просочившись сквозь распростертые объятия. Отчего никто не будет против, если случится что-то неладное. Если случится. В голове льва мелькали совсем иные мысли. Иметь в знакомых одиночку, пока еще одиночку, который сродни коту - дело не такое уж и криминальное, плохое. В былые времена он был бы не прочь вскрыть артерии на шее любому проходимцу. Но сейчас, сейчас по-другому. Лезть на рожон не лучшая затея, а раз уж кот проявил дружелюбие.. почему бы и нет?
Дориан почти незаметно, но всё же склонил голову в ответ, затем молча начал осматривать чужака. Стать льва не уступала и самому Дориану - незнакомец был огромных размеров для этих земель, представляя опасность для каждого льва в долине. Такие существа - выходцы из дальних южных и северных земель. Где климат и условия превышают нормы этого рассадника лягушат и там не рождается слабое потомство. Если догадки Дориана верны, то в них есть общего даже больше, чем он думал раньше. Ах, как же не забыть про гриву. Нарциссом кот не был, но гриву свою обожал. Он брал её за один из важнейших показателей, терпеть не мог облезлых котов, чья голова больше чем их основное достоинство в виде раскинутой шевелюры. У незнакомца с этим проблем не было.
Лапы льва медленно переступали по земле и он продвинулся на полдюжины метров вокруг чужака. Дориан не стремился приблизиться к нему, отчего лишь слегка обошел по кругу. Затем остановился окончательно, впиваясь когтями в сырую почву. Он не стал издавать звуков. Если бы не отдаленные шумы, издаваемые грозой и разными зверушками от мала до велика, тишина бы царствовала мертвая. Рык его давно исчез, а фраз он не обронил, даже мысли его на несколько мгновений затихли.

+2

95

До Артрина донеслось нервное рычание незнакомца, что заставило рыжегривого приглядеться к серому повнимательнее. Тёмный выглядел далеко не так дружелюбно, как хотелось бы уставшему с дороги путнику. Впрочем, пока ничто не предвещало драки, и одно это вселяло надежду. Вряд ли северянина можно было назвать корыстным, но и беззаботность не была его грехом – одиночке нужны были друзья. Друзья? Рыжегривый вновь внимательно оглядел угрожающую фигуру красноглазого. Не они, так хотя бы знакомые, которые не поспешат разорвать чужака в клочья, как только представится удачная возможность.
   Так или иначе, львы приступили к любимой кошачьей забаве – ходить вокруг встречных собратьев кругами. Впрочем, здесь Артрин как всегда воспользовался своей любимой уловкой – в подобных случаях он старался едва заметно закручивать траекторию импровизированного хоровода так, чтобы оказываться с каждым шагом чуть ближе к оппоненту. Впрочем, играть в эти игры с матерым львом было опасно, поэтому в итоге рыжегривый приблизился к нему всего на пару метров. Но теперь северянин мог чуть яснее разглядеть черты серого. Более того, одиночка заметил, что в конце концов голова красноглазого слегка склонилась в ответ на недавнее приветствие. Самцы замерли.
   - Чтож, пока все не так плохо, если не принимать во внимание это зловредное выражение морды. - Артрин продолжал размышлять, - В любом случае, пора заговорить. Что-нибудь ненавязчивое – спросить о погоде? Или сразу приступить к делу? – Еще раз оценив суровый вид серого, рыжегривый рассудил, что второе будет лучше.
   - Ты не из Прайда-у-Скалы, ведь так? – Лев произнес это достаточно громко, но в то же время не забыл вложить в слова долю почтения и нотку оптимизма, намекающую на то, что он вовсе не хотел бы применять здесь силу.
   Речь Артрина как всегда была уверенной и вполне разборчивой, но не передать словами, как удивительно ему было слушать звуки своего голоса. Сколько рыжегривый не общался с соплеменниками? Месяцы? Годы? Мысли об этом больно укололи самца в самое сердце. Он слишком давно был один. И рыжегривый не собирался так просто терять этот счастливый шанс – взрослого крупного самца, пришедшего, по всей видимости, из далеких земель. Представить сложно, сколько может поведать этот лев, какие истории рассказать – как о прошлом, так и, что куда более важно, о настоящем.
   Впрочем, эта кратковременная буря эмоций никак не отразилась на выражении морды льва – он был все также спокоен, и располагающая легкая улыбка не покидала его лица. Да и когти одиночки не были так агрессивно выпущены, как у красноглазого – это Артрин тоже приметил.
   Теперь ход был за серым. Он может как ответить, так и напасть. Или вовсе развернуться и уйти. Не стоит говорить, какой из этих вариантов был для рыжегривого наиболее предпочтительным

+1

96

Каждое движение незнакомца застревало в голове Дориана. Нельзя было назвать льва бестактным, рассеянным. Себе дороже давать собеседнику волю, отчего он запоминал и реагировал чуть ли не на каждый вздох рыжего. Скажем, тиран не заметил каким именно образом чужак сокращал дистанцию между котами, однако без труда еще с первых мгновений ощутил недостаток былого расстояния, отчего и вовсе перестал делать что-либо. Когда незнакомец подошел ближе, лапы Дориана слегка скользнули назад, оставляя незаметную череду полос на земле под собой. Так он выровнялся и перестал склонятся к земле, тем самым даже прибавив себе с виду несколько в размерах. Но то не было показушным, лишь бы посильнее надавить на «собеседника», так льву было удобно. Тем более в данный момент он смотрел на кота уже не исподлобья, а больше сверху вниз, чуть выше уровня головы оппонента. Издалека оно бы и не показалось таким, но стоило бы львам сократить дистанцию до двух метров - каждый сможет различить этот жест.
Когда рыжий соизволил что-то сказать, наш темногривый словно проигнорировал его вопрос. Он продолжал молчать, наблюдать, изучать от кончика хвоста до черных кончиков ушей. Дориану действительно не хотелось плеваться словами, отчего тишина нависала ужасающая. Ужасающая в том плане, что на данный момент она была слишком затянута. Навязчиво и надоедливо. Знаете, когда обращаешься к кому-нибудь, и он вроде слышит, но полностью игнорирует. И странное ощущение неловкости начинает нарастать в душе. Именно так почти всегда вёл себя кот, пропуская мимо все вопросы до тех пор, пока не удостоверится в чем-то. В чём - одному ему и известно. Самого Дориана в чувство привел голос незнакомца. Кот и вовсе забыл о том, что перед ним лев молодой, можно даже сказать зеленый. Его голос отдавался слишком ярко в ушах более взрослого самца. К чему это приводило? Да ни к чему. Лев просто перестал так заботится о чужаке, нарушившем его покой. Откровенно говоря, Дориан терпеть не мог молодняк. Даже такие взрослые львы казались ему бактериями. Он был в состоянии завалить пару антилоп тогда, когда они еще ползали под лапами матери-львицы. Но основной проблемой было то, что Дориан действительно перерос всех юнцов, которые обычно и составляли прайд. Неизбежным стало бы его общение с подобными, ведь матерые львы - малая часть всего костяка. А потому мириться приходилось.
— Тоже самое я могу спросить у тебя, — обойдя вопрос зеленоглазого, лев решил не отвечать на него прямо. Фраза эта, как ни странно, не была протараторена себе под нос. Дориан произнес её весьма чётко, с расстановкой, только вот тона он не повышал. Он спокойным, привычно приглушенным голосом ответил и тут же замолк. Его речь всегда была рычащая, местами ударяющаяся в презрительное шипение. Не потому, что он старался ужалить собеседника. Это были особенности.. произношения, что ли. Все твердые звуки вырывались из его пасти достаточно резко, отчего рык льва так же был громогласен и неприятен. Но не скажем, что в свои слова он вложил какой-то энтузиазм. Ему скорее хотелось отделаться от лишних диалогов. Не смотря на то, что поточить лясы он любил (особенно когда слушают его, а не он кого-то), даже сквозь года он пронёс свою привычку избегать длительных переговоров. Его делом было ответить коротко, а вот в мыслях он мог рассуждать сколько ему влезет:
Ты не из Прайда-у-Скалы, ведь так? — Дориан разжевал эту фразу и разобрал по слогам в своей голове, словно передразнивая льва, — Делать ему больше нечего, как таскать свою шкуру невесть куда и надоедать вопросами. Вопросами кому? Такому как я? Странное дело. Бродить по территории, говорить с теми, кто с виду не так дружелюбен, как хотелось бы.. О, дружелюбие. Слишком слащаво улыбаешься, — оборвал кот свои собственные размышления именно на этом моменте. Не держал бы тиран себя в лапах лояльности и рационального мышления, на этой мысле он бы давно встрепенулся и огрызнулся. Огрызнулся так, что аж зубы бы свело. На секунду Дориану показалось, что всё так и было. Ведь ему самому стало противно. Кровь темного на мгновение вскипела, но он умудрился затушить раздражение.

+1

97

Все время Артрин не отнимал чуть прищуренного взгляда своих внимательных зеленых глаз от незнакомца. И пока длилось напряженное молчание, рыжегривый изучал собеседника, примечая каждое изменение в выражении его лица, каждое движение его лап и каждый нервный рывок длинного хвоста. Естественно ни высокомерный вид, ни горделивая стойка чужого самца не укрылись от молодого льва. Но хуже всего была томящая тишина, повисшая между двумя котами. Специально напущенное серым ощущение неприязни и враждебности пропитало сам воздух вокруг места встречи. Только теперь до Артрина начало доходить – перед ним был не просто матерый хищник в плохом расположении духа и  не ретивый защитник своей территории – нет. Одиночке, вернувшемуся из странствия, посчастливилось первым делом наткнуться на самого настоящего мерзкого типа. Путник уже встречал таких – самовлюбленных, жестоких, неприятных личностей, ищущих выгоду для себя во всем, и так же ненавидящих все, начиная от новорожденных котят и заканчивая приглушенными громыханиями грозовых туч, зависших в отдалении. Конечно, северянин мог и ошибаться, но слишком уж характерный пример был перед его глазами. Впрочем, в этом не было ничего плохого. Артрину даже нравились подобные личности – часто они бывают интереснее скучных добропорядочностей.
   Новый взгляд на ситуацию отразился и в поведении рыжегривого – улыбка его растянулась чуть шире, и стала больше походить на гиений оскал, чем обыкновенное добродушное выражение, свойственное Артрину. Глаза охотника насмешливо сщурились, а голова поднялась выше, так чтобы морды самцов вновь оказались на одном уровне.
   - Разве так полагается встречать одиноких, уставших с дороги гостей? – Все также спокойно, но теперь чуть более жестко проговорил рыжегривый. Неприкрытая ирония в его голосе тоже не могла остаться незамеченной для серого.
   Предполагал ли северянин, что такое отношение спровоцирует нападение? Конечно. Но другого выбора не оставалось. Играть в добряка с подобными типами было себе дороже. А вот принять правила собеседника представлялось куда более предпочтительной тактикой. Тем более, что выдающаяся мускулатура одиночки была все также расслаблена, а его когти не высунулись из подушечек больше, чем обычно – а значит никакой угрозы от рыжегривого по-прежнему не исходило.
   Итак, Артрин косвенно ответил на вопрос красноглазого, и снова стал ждать, не рискуя сказать слишком много, чтобы не напороться на очередной акт пренебрежения со стороны незнакомца. В конце концов, он старше и, видимо, плотно обосновался на этих землях. А значит и право вести беседу так, как ему хочется, принадлежит именно серому, а вовсе не молоденькому пришельцу, не знамо зачем забредшему на территорию чужого прайда.

+1

98

Разве так полагается встречать одиноких, уставших с дороги гостей?
Я не собираюсь никого тут встречать. Не моё это дело, — можно сказать резко и наперебой незнакомцу отсек Дориан, даже не дав договорить рыжему. Не хотелось коту дальше развязывать эту тишь да гладь, ведь в данной ситуации ему хотелось более избежать всех конфликтов, которые предвкушал то ли сам чужак, то ли непроизвольно темногривый. А лучшей методикой по решению стало поскорее расправиться со всеми вопросами и ответами, которые встанут на пути незнакомых знакомцев. Впрочем, настроение льва слегка изменилось. Быть может с виду он и вовсе всю беседу показывал недовольство и отвращение, но на данный момент он.. успокоился? Может быть «тонкая душевная грань» между львами таки понравилась Дориану. Теперь собеседник был не так безнадежен, как показался сперва. Красноглазому было бы противно продолжать диалог с чем-то настолько позитивным, но ответа на вопрос не последовало, а лишь колкая фраза в ответ самому льву. Решение более-менее интересное.
Многие львы, которые были чем-то похожи на Дориана, решили бы эту ситуацию грубой силой. Но идеи кота были спонтанны и разнообразны, отчего он поступал в каждой ситуации по-разному. Как говорили ему его собственные чертики в голове, например, когда жертва боится и пресмыкается - навязывать драку, навязывать конфликт. Когда жертва сопротивляется - поддерживать ситуацию более спокойно. Сейчас он не имел желания драться. К тому же, буквально десять минут назад он просто наслаждался видами зеленых лугов, а тут нарисовался этот.. Интерес льва развивался на почве того, что данная, как сам лев рассудил ранее, бактерия шла наперекор. Ведь спокойный диалог с короткими ответами без доли сарказма, иронии, колкости, да даже шуточного подтекста или насмешки - что это за диалог вообще? Детский лепет. Он хотел узнать, что же в следующий раз выдаст ему чужак. Несомненно, у Дориана есть предел гордости, до куда добраться еще нужно. Многие нюансы общения он пропускает мимо ушей, даже откровенные оскорбления. У него есть свои собственные критерии души, когда стоит показать клыки.
— Разве у уставших гостей нет дел важнее, чем разглагольствовать? Не нашел другого собеседника? — скорее с вопросом «Почему всегда Я?» обратился кот к своей собственной персоне, утаив эту фразу в черепушке вместе с остальной неразберихой, что прокрадывалась в голову тирана каждый день и каждый час.
Кажется, не то время было, чтоб рассиживаться, но Дориан позволил себе это. Усадив свой пушистый таз на траву под лапами, он обвил неугомонным хвостом лапы и вновь впился взглядом в юнца. Что сказать - он прекрасно понимал, что рыжий не будет лезть первым, но всякое в жизни бывает: пока что обстановка была пропитана кислотой, ядом, отчего лишний раз пронаблюдать за поведением зеленоглазого субъекта не будет упущением. Реакции темногривого хватит на всех.

0

99

— Я не собираюсь никого тут встречать. Не моё это дело, - незнакомец продолжал вести себя как последняя скотина, что в очередной раз подтвердило предположение рыжегривого о его душевных качествах. Тем лучше – Артрин был доволен, что не ошибся, ведь это значит, что за те месяцы, которые лев провел в одиночестве, он не разучился различать хорошее и не очень.
   Впрочем, такое умозаключение оказалось не единственным, из родившихся в буйной головушке северянина в тот миг.
  - Не твоё дело? Значит чьё-то? Так ты и правда не одиночка, серый черт, - в голове молодого самца стал обрисовываться дальнейший план действий, - Тогда, пожалуй, я смогу вытянуть из тебя еще кое-что полезное. Если ты не против…
   Тем временем, красноглазый чуть расслабился, и даже позволил себе присесть. Это было хорошим знаком, так что рыжегривый  позволил себе продолжать говорить все тем же ироничным тоном.
   - А чьё, дядя?
   Артрин надеялся, что хоть теперь серый ответит на его вопрос. Одиночка должен был знать, что за прайд обосновался в землях вокруг Килиманджаро. Возможно, там самец сможет найти кого-то более разговорчивого. А ведь это было критически важно для охотника – иначе ему пришлось бы войти на Земли Гордости, не имя никакого представления о том, кто и как правит этой территорией сегодня. В прошлый раз подобная опрометчивость едва не привела рыжегривого к гибели, и молодой лев вовсе не собирался повторять ошибок минувших дней. И, конечно, Артрин надеялся, что местные могут знать что-то о его старых друзьях. Сколько из них еще живы? Сколько, подобно самому рыжегривого, покинули саванну вокруг Скалы Прайда? Нет, об этом не нужно думать, не сейчас. Всплакнуть о былых деньках можно и позже. А теперь необходимо выжать из матерого самца все, что получится. И, по возможности, постараться не напороться на взбучку.
   Но еще льву отчего-то стало интересно, что же за фрукта он встретил. Откуда он пришел? Чего ищет здесь? Скольких невинных котят уже успел сожрать? Нет, последнее все-таки перебор. Или нет? Черт знает этих львов – Артрину уже давно начало казаться, что его родичи способны на что угодно. Бессердечность и подлость встречались в мире кошаков гораздо чаще, чем того хотелось бы в меру идеалистически настроенному северянину. Но он уже успел смириться.
   В конце концов, один лев не способен изменить природу своего рода. Да и разве это нужно? Львы прекрасны такими, какие они есть. Даже этот серый был прекрасен по-своему. Наверное. Может быть.

0

100

- А чьё, дядя?
Когда лев было хотел открыть пасть и выпалить что-то новенькое, Дориан быстро повел ушами и его голову метнулась с достаточной резкостью куда-то в бок, в сторону давно убежавших туч, в сторону горизонта. Если пройти по направлению его взора еще какое-то время, можно и вовсе уйти с земель прайда. Но такое действие не было необоснованным: небо всё еще было покрыто густыми грязными тучами, а вдалеке раздался резкий и громкий удар грома, который непроизвольно обратил на себя внимание темного. Незаметно покачав головой и выдохнув, красноглазый вновь перекинул взгляд светящихся в сумраке огоньков на рыжего.
— Почему бы тебе не узнать самому путем недолгих исследований? — на морде темного появилась легкая усмешка, а глаза он привычно прикрыл (что сопровождало любой его оскал - особенности строения), голова льва склонилась в случайную сторону, словно указывая дорогу собеседнику. Правда, то был не совсем верный путь. Может вообще не та дорога. Если, конечно, дорога, а не колючие заросли. По собственному желанию самец решил наугад выбрать сторону света. Глупо было надеяться, что незнакомец последует совету и уберется восвояси, но Дориан хотя бы попытался. 
Давно упавший на землю мрак навеял холод, который уже был ощутим. Тем более на такой открытой местности. Грива темного лишь изредка вихляла туда-сюда из-за особенно сильных порывов, но будучи веществом плотным и покрывающим большую часть тела кота, вообще не волновалась из-за погодных условий. Свойства у неё были чудные: даже промокшая насквозь, его шевелюра быстро высыхала и даже не путалась, не доставляла хозяину хлопот. О, кажется это снова размышления, наполненные самолюбием. Ну только если совсем немного.
Рыжий, на удивление, был типом приставучим и взаправду пока что не думал уходить. Он уверенно стоял на своих четырех ни разу не пошатнувшись то влево, то вправо, задавал свои вопросы быстро и без лишних раздумий. Даже не обращая внимания на сопутствие риска. Даже если бы Дориану кровь из носу как хотелось бы разодрать морду нарушителям его личной жизни, сейчас - ну совсем не то время. Признаться честно, последние месяца два или же три для кота выдались без особых происшествий. Пустыня была великодушна и приветлива со своим путником, посылая ему минимум забредших душ. Но в обмен на долгожданное спокойствие она отняла и основные источники пропитания. Обычно Дориан был чуть крепче, чем сейчас. Привычное равномерно распределенное тело теперь открывалось слегка худощавым ближе к тазу, по бокам. Издержки. Он подумывал уже и об удачной охоте, и об удачном отдыхе. И отдых бы стал таковым, однако пришелец вмешался. Так что оставалось уйти куда-нибудь. Только куда? Близ соратников ему покоя точно не дадут, так как некоторых не корми - дай только поболтать, уж слишком общительные да харизматичные личности. В пригодных для спокойного времяпровождения местах поодаль можно наткнуться на одиночек или львов из другого прайда, которые регулярно нарушают правила о границах. Разве что самому и лезть в те самые колючие дебри, где кота точно никто не найдет, а если и увидят - посчитают безжизненным бревном.
— Нари, — коротко бросил тот первым, не объясняя значения слова. Быть может, зеленоглазый знает данного субъекта, сам догадается? Да если и не догадается, слово это для него останется в догадках лишь на ближайшие несколько часов. Или дней.

0

101

Резкий кивок, саркастический ответ и снова молчание. Да, этот собеседник оказался настоящей находкой для любящего поболтать рыжегривого. Не то чтобы северянин был болтлив, но поймите правильно, маленькая необременительная и в меру дружелюбная беседа, после многомесячного перехода по незаселенным землям , да к тому же в полном одиночестве, никому бы не пришлась в тягость, ведь так? Однако с серым нечего было рассчитывать на подобную щедрость - во всяком случае не сейчас.
   Артрин с сомнением поглядел по направлению, указанному серым, и вновь вернул взор к тёмному. На этот раз лицо зеленоглазого выражало нескрываемый скептицизм. Слишком уж небрежным показался охотнику кивок незнакомца. Да и в направлении том были лишь Земли Гордости. А чужак то явно не из числа подданных старого регента – львы Прайда обычно вели себя иначе, да и заходить в такую даль им вовсе незачем. Впрочем, многое могло измениться… Может и сам регент теперь уже вовсе не регент, а король. Или вообще издох. Но тем не менее интуиция подсказывала самцу, что красноглазый состоял в другой группе.
   - Нари, - новый ответ после очередной неприлично затянутой и несколько жеманной паузы застал охотника врасплох.
   Наконец самец получил ответ на свой главный, пусть и незаданный, вопрос. Так значит серый принадлежал этому прайду. Да, Артрин слышал о вожаке львов горы, хоть и не встречал его лично. Интересно. Значит вот чьей аудиенции теперь нужно добиться одиночке. Ну или хотя бы попытаться встретиться с другими его подданными, чтобы те рассказали ему больше.
   - Значит Нари, - ухмылка на морде рыжегривого стала чуть менее едкой, - Но где его дом?
   Особое ударение самец придал слову «где», еще раз намекая, что первоначально заданное серым направление не рассматривалось котом, как соответствующее действительности.
   - Давай же, скажи, куда я должен идти. Тебе же лучше – быстрее отвяжусь.
   Сбудутся ли надежды северянина? Чтож, кто может сказать наверняка, что на этот раз взбредет в голову красноглазому. Наверное, даже сам он не был в состоянии это предугадать. Огрызнется, вновь промолчит, или ни с того ни с сего возьмется проводить?
   В последнем случае, одиночка прибыл бы на место быстрее, но зато ему бы пришлось непрерывно следить за малейшим движением серого – а то еще решит сбросить нахального юнца с утеса. На это, не сомневался рыжий, красноглазый вполне способен.
   Хотя к чему гадать? В очередной раз ход перешел к незнакомцу, ну а Артрину остается лишь смиренно пережить новую томительную паузу.

Отредактировано Артрин (5 Май 2015 21:01:35)

+1

102

Мысленно Дориан уже вздохнул раз двадцать пять, но в живую старался этого не показывать. С каждым новым вопросом у него то отпадало желание что-либо говорить, то проявлялось и с троекратной силой.  А рыжий всё их задавал. Когда самец услышал очередной из них, мимика его слегка.. преобразилась. Левая бровь уехала вверх, правый глаз, соответственно прищурился. Но не прошло и не одной дюжины от минуты, как морда красноглазого привела себя в порядок. Ответил Дориан уже не так спонтанно и резко, но всё же ответил:
— Кажется, — сделав паузу, кот поднялся на лапы и слегка склонил голову, — Я уже дал ответ на подобные вопросы: почему бы тебе самому не справится с этой наитруднейшей задачей? — сделав еще одну паузу посте слова «этот» и акцентировав внимание на следующем, он словно воспел незнакомца как безногого и глухонемого котёнка, который не сможет протащить свою задницу еще на пару километров, дабы прочесать оставшееся подножие горы. Как-то же зеленоглазый добрался и до самого Дориана. Быть может, наткнется на патруль Нари, который либо изрядно подпортит ему внешний вид, либо радушно встретит в прайде. Кто знает. Для тирана пока что законы каких-либо семейств были новыми и непонятными. Всю жизнь он терпел мыслью о том, что прайд должен обходится без пришельцев. Если уж они есть - то это не прайд, а лишь жалкое подобие. Неспособность вырастить достаточно львят и заиметь огромный потенциал на следующее поколение - проявление слабости. Но когда такое было? Когда сам кот был юнцом, а теперь всё совсем по-другому, да и диктовать здесь он никому не будет.
Когда Дориан устал от пребывания на одном месте, он быстро встрепенулся, дабы отряхнуть себя от каких-то остатков кусачей травы и песчаных пылинок, затем прошел несколько метров в сторону ему самому неизвестную, но там вдали виделись какие-то заросли - что-то большое, вроде джунглей. Путь Дориана предстоял туда. И это явно было не то место, где незнакомец сможет найти желанное. Да, кот просто захотел уйти. Ему порядком надоел этот диалог, да и всё, что он мог или хотел сказать - уже сказал. Он не успел отойти на приличное расстояние, но между собеседниками оно увеличилось вдвое это точно, если не во все три раза. Так как шел он, скорее, сбоку, то теперь оказался за спиной рыжего. Повернув морду на бок, он обернулся через плечо и навострил уши. Его последней (или нет) целью  было узреть, что же предпримет это существо. Куда пойдет, что скажет. Дориан надеялся, что у оппонента хватит мозгов не прыгать на спину серого и пытаться чесать бока своими коготками-иголками, но контролировать последнее желание всё же приходилось. Многие львы по своей натуре - представители дикие, благородные, со спины не нападающие. Такого нельзя сказать о Дориане. Точно так же как и он никогда такого не говорит. Выводы - вещь смутная и обманчивая. Поспешное мнение о своем «новом знакомом» красноглазый оставлять не хотел. Но и проанализировать его действия успел. Общая картина всегда возникает среди шестеренок тирана, оставляя какие-то заметки и предписания на счёт общения с встреченным. А тот, в свою очередь, не так прост.

===> Окрестности Килиманджаро. Случайная местность.

Отредактировано Dоrian (7 Май 2015 19:46:51)

+1

103

К удивлению рыжегривого, на этот раз пауза не затянулась. Можно, сказать её и вовсе не было. Видимо, серому наскучил болтливый сопляк, и он поспешил смотать удочки.
  — Кажется, я уже дал ответ на подобные вопросы: почему бы тебе самому не справится с этой наитруднейшей задачей? – еще одна уничижительная фраза, которая, впрочем, ни капли не задела молодого кота.
   Нет, так нет. Спасибо, что не укусил, мог бы обиженно ответить кто-нибудь другой. Но Артрин лишь ухмыльнулся чуть шире и вновь слегка склонил голову, тем самым иронично выражая благодарность. Однако красноглазый уже встрепенулся и медленно, но верно двинулся прочь от северянина. Рыжегривый не стал ему мешать и лишь проводил характерным внимательным взглядом нового знакомого.
   А объект тем временем все же решил остановиться и даже соизволил оглянуться на прощание. Поразительное дело. От происходящего ухмылка на лице зеленоглазого вновь стала больше походить на обыкновенную доброжелательную улыбку.
   - Артрин, – громко бросил северянин, перед тем как сам повернул голову в противоположную собеседнику сторону и неспешно побрел на Запад.
   Почему незнакомцу все-таки взбрело в  голову представиться? Думал ли он, что сероглазому так важно знать его имя? Конечно нет. Рыжегривый сделал это просто так, почти по привычке. А еще он не любил, чтобы последнее слово оставалось за оппонентом. Особенно таким высокомерным и неприятным, каким оказался незнакомец.
   Неприятным? На этой мысли рыжегривый запнулся. А ведь странный тип так и не вызвал у зеленоглазого раздражения. Только легкий интерес. Тут кот едва слышно хохотнул себе поднос. Наверное, издержки того, что он слишком долго был один. Сейчас и какая-нибудь мерзопакостная гиена пришлась бы путнику по нутру, лишь бы умела разговаривать. Хотя, может, дело таки в таинственном зазнайке.
   Впрочем, какая разница. Теперь перед самцом снова лежала дорога.
   Попробует ли он узнать больше о загадочном прайде Нари, заглянет ли в Земли Гордости или просто прогуляется по границам заселенных территорий, пытаясь составить мало-мальски приемлемый план дальнейших действий – этого Артрин пока не решил. Но он точно знал, что вернулся. И ему не терпелось выяснить, как нынче заварена каша, сколько засыпано соли и кто мешает её большой деревянной ложкой.
   Снова донесся раскат грома. Ветер переменился. Этот эпизод закончен и рыжегривый был готов к следующей серии.

==> Река Мазове

Отредактировано Артрин (7 Май 2015 22:42:50)

0

104

Подножье вулкана


Шагая по территориям родного прайда, Акасиро внимательно слушала Ньекунду. Они с сыном давно, уже очень давно не разговаривали по душам... а разговаривали ли вообще? С детства Ньек всегда был как-то отстранен от матери – куда больше, чем остальные львята, с Селяви и Тейджей Ро было как-то проще. Младший сын же то и дело закрывался, был не слишком разговорчив. Нахмурившись, львица на миг отвела взгляд. И как раньше она не обращала на это внимание? Точнее говоря, она обращала, но почему настолько мало? Почему не попыталась ничего исправить?

«Потому что ты дура, Ро, - ответила самка сама себе, и выражение ее морды на миг стало напряженным. Как она могла быть так слепа все это время, как могла упускать такое количество собственных промахов? Верно, полнейшая идиотка. Слепая, глухая, невнимательная идиотка. – Я даже не могу быть уверена, что моя забота, мое участие нужны Ньекунду теперь. Он вырос. Что, если я слишком поняла, как много не сделала? Как бы то ни было, надо что-то делать. Хотя бы что-нибудь, я должна побыть с Ньеком хотя бы немного, уделить ему больше внимания, чем когда-либо».

Напряжение на морде не продержалось дольше нескольких секунд, и Акасиро была рада, что сын смотрел на небо и не видел перемены в ее настроении. Он и так натерпелся, судя по всему, не нужно давать ему новых поводов для волнения. Сейчас не ей, Акаси, нужна поддержка, а ее сыну. Ведь это он, а не она, столкнулся с появлением у Селяви дара. Это он был рядом с ним, он помогал ему и наверняка волновался не меньше самой львицы. Ньекунду был сильным, пока Акасиро горевала, тонула в собственной печали и не была способна ни на что, кроме как на грустные взгляды. Позорно. Продолжая слушать сына, Ро мотнула головой, перекидывая челку с одного глаза на другой, и выдохнула, злясь на саму себя за слабость. Когда-то она готова была умереть, лишь бы не показаться хуже по сравнению с кем-то – и это было в какой-то степени глупо. Однако у нее была гордость и сила, чтобы противостоять любым лишениям. Куда все это делось за несколько лет? И надо же было умудриться растерять хватку, самообладание, терпение… и из-за чего? Из-за того, что в набивать желудок стало многим проще, а воевать ни с кем за место под солнцем больше не приходилось?

И снова ровный и спокойны выдох. Сейчас терять над собой контроль нельзя, пусть даже злость на всех вокруг – на себя в особенности – и подкатывала к горлу негодующим рыком и ругательствами.

- Неужели ты думал, что Селяви не придет? – спросила Ро, с вопросом во взгляде. Самка не смотрела на Ньекунду, а потому могло показаться, что говорила она как-то в пустоту, ни к кому не обращаясь. – Он бы пришел в любом случае. Он же твой брат, и пусть вы до этого не общались слишком близко, но он любит тебя. Всегда любил, как и я. И… - львица выдавила из себя усталую, но хитрую улыбку, - думаю, вы еще не раз принесете с охоты хорошую добычу. Думаю, ваших сил хватит даже на что-то получше антилопы.

Улыбка исчезла, стоило беспокойству отразиться на морде у Ньекунду. Акасиро с волнением посмотрела на него, одним взглядом будто бы спрашивая, что же случилось, и тут же получила ответ. Вздохнула. Понять страхи сына было несложно, Ро отчасти даже разделяла их когда-то. Тогда, когда Нари стал королем прайда, а ей пришлось выполнять обязанности королевы. Тогда времени на друг друга у них стало куда меньше, виделись они все реже, куда меньше разговаривали. Порой случались разговоры, но редкие, недолгие, усталые. Акаси боялась, что однажды общение и вовсе сойдет на нет, да и сейчас, признаться, подобные мысли и тревоги порой беспокоили ее, но она все же научилась справляться с ними, как научилась и жить без постоянного присутствия брата рядом. Без его теплого бока рядом со своим по ночам. Без его теплого взгляда. Без многого, по чему порой так скучала.

Акасиро хотела подбодрить сына, сказать ему, что все наладится, что все будет хорошо, что они с Селяви никогда не окажутся в той ситуации, в которой сама львица оказалась. Но это было бы враньем. Врать сыну, тем более сейчас, тем более так бессовестно, в душе разделяя его страхи, Ро не хотела. Ньек уже достаточно взрослый, чтобы обойтись без успокаивающих речей и понять, что бывают все же в жизни моменты, на которые почти невозможно повлиять. Или нельзя вовсе.

- Я понимаю тебя, - вместо слов поддержки сказала Акасиро. Она оглянулась, проверяя, достаточно ли далеко Мадара, и понизила голос, чуть склонившись к сыну. – Честно говоря… Когда Нари стал королем, я всегда боялась, что мы с ним не сможем общаться так, как раньше. И мы действительно не смогли. Мы разговаривали куда реже, уже не засыпали вместе, не охотились… И это было тяжело. Мы общаемся, конечно, но очень редко, потому что ни у него, ни у меня почти нет на это времени.

«Если бы я меньше распускала нюни, оно бы было. Ты бы очень много успела сделать, если бы перестала ходить в этой дурацкой апатии и задумалась хоть на миг о чем-то кроме самой себя».

- Ты не зря боишься. Но твои страхи не значат, что вы наверняка отдалитесь друг от друга. Посмотри на Селяви – это же из-за своего дара он такой нервный в последнее время? – ему нужна помощь. Он может выглядеть сильным и крепким, но то, что он силен телом, не значит, что он силен и духом, - Акасиро заглянула в глаза к сыну и долго смотрела в них, будто бы пытаясь одним своим взглядом сказать все, что творилось у нее на душе и вертелось на языке. – Он напуган, и это видно даже мне, хотя меня почти не было рядом. А ты был. И то, что ты был рядом – это уже многое значит. Может, ты не так крепок телом, но душою ты силен, Ньекунду, и я хочу, чтобы ты запомнил это. Ты – это не «просто ты». Ты тот, кто наверняка сумел помочь Селяви. Ты тот, кто не раскис после смерти Тейджи. Не раскис так, как я.

На миг замолчав, львица со злобой дернула головой в сторону. Злоба на саму себя вновь накатила огромной волной, и справиться с ней было все сложнее.

- Хватит принижать себя, ты куда лучше, чем о себе думаешь, - в этот раз голос прозвучал куда жестче, и в нем впервые за последнее время прозвучала сталь. – Не в мышцах сила, а в уме и внутреннем стержне – и то, и другое у тебя есть. Ты тот, кто сможет оказаться рядом в трудную минуту и помочь, поддержать и стать опорой для своих родных и прайда. И я хочу сказать, что… Стой.

Акасиро замерла, принюхиваясь. В Долине ветров переплеталось множество запахов – сопрайдовцев, копытных, каких-то трав, меток… но особо ярко выдавался запах чужака. Свежий запах чужака. Нахмурившись, Ро обвела долину взглядом, но, так никого и не обнаружив, обернулась на Мадару, шагающего где-то сзади.

- Чужак, - сказала она, не без неприязни смотря на патрульного. – И Дориан.

+2

105

----------------------------Подножие вулкана

Мадара неторопливо шагает и слушает негромкий разговор между Акасиро и Ньекунду - как бы тихо ни говорила сестра короля, лев обладает достаточно тонким слухом, чтобы различить в ночном безмолвии слова. Ему нет дела до того, что сказанное не предназначено для его ушей, что, быть может, он слышит то, о чём не хотят сказать посторонним - они сами решили говорить при нём. Впрочем, никакой полезной информации в звучащих словах нет - по крайней мере, так могло бы показаться обывателю - для Мадары же не события, проблемы и их решения звучат сейчас, но слабости матери с сыном и точки давления на них. Две открытые книги, две одновременно и сильных, и бесконечно слабых личности. Неуверенность в себе, самобичевание, чувство собственной невостребованности, страх стать ненужным - лишь несколько правильных слов нужно, чтобы сломать мальчишку. Смерть близких, расслабленность от хорошей жизни, невнимательность к собственным детям, страх снова потерять родных - чуть больше, чтобы снова погрузить львицу в пучины отчаяния. Мадара мог бы это сделать без особого труда, если бы считал необходимым или хотя бы целесообразным. Но - не считает. Привычно ищет и находит пути уничтожения - для каждого есть такой путь, и знать его, пусть даже им никогда не воспользуешься, полезно - но не считает, и, более того, не хочет как-то вредить никому из королевской семьи и почти никому из прайда в целом. В этом нет нужды, и пока он сам - здесь, он постарается повлиять на то, чтобы этот прайд стал как можно сильнее. Со слабыми не считаются, и, пусть правление Нари держит этот прайд на весьма высоком уровне, Мадара внесёт свою лепту. Для этого вовсе не обязательно становиться правителем - его вполне устроит роль друга и советчика короля, к советам которого будут прислушиваться. Пока. Дальше будет видно, хотя после всего, что было, трона он не желает.

Мадара слушает - и вскоре приходят совершенно другие мысли. Непрошеные воспоминания о старших братьях, погибших в череде сражений, о младшем брате, до последнего защищавшем свой прайд и отдавшем за это свою жизнь. Лев подавляет рвущийся из горла тихий рык и лишь презрительно кривит губы, не терпя собственной слабости - это то немногое, что без проблем может вывести его из себя. Воспоминания есть великое благо, и в то же время они ни что иное, как великое проклятье - а проклятая и никому не нужная вражда, которая издавна столкнула два великих клана и которой сам Мадара в своё время поддался, несла только боль и смерть. Они с Хаширамой тогда, после стольких столкновений, снова попытались что-то изменить - и им это удалось. Примирение, новый мир - и всё разрушившие воспоминания о прошлом, ставшие основой для недоверия. Мадара вскидывает голову, встряхивает матовой гривой - сейчас он понимает, что тогда был плохим правителем. Поддавшийся не только вражде, но и чему-то вроде безумия, чувствующий, что теряет влияние, исходящий завистью к тому, кого сам предложил на роль вожака - он искренне полагал, что заботится о прайде, но в ослеплённости своей делал и говорил глупые вещи. И сейчас платит за это - по заслугам.

Алые глаза загораются странным светом. Мадара вновь взрыхляет землю когтями, усмешка поселяется на тонких губах. Никто об этом не узнает, никогда - но в детстве, стоя рядом с Хаширамой, он тоже боялся оказаться незамеченным и ненужным. Никто этого не видел - Мадара не умел ещё так хорошо контролировать свои эмоциии, как сейчас, но подобное скрывал умело - но это было. Он должен был быть лучшим - он всегда и во всём был лучшим, а значит, иначе и быть не могло, но Хаширама не был слабее. Никогда не был.

Несколькими словами можно сломать. Ещё несколькими - придать уверенности. В мальчишке живёт огромный потенциал, глупо настраивать такого против себя. Верный прайду и королю, в будущем он будет хорошим союзником и для Нарико, и для самого Мадары.

- Твоя мать права, - глубокий голос, звучащий ровно и отстранённо, без тени насмешки, в ту самую секунду, когда Акасиро отходит проверить метки. Мадара появляется рядом с Ньекунду незаметно, словно вырастает из тени. - Ты сильнее многих своим духом и разумом, а такое оружие зачастую опаснее клыков и когтей.

В следующую секунду Мадара, беззвучно ступая, оказывается рядом с позвавшей его Акасиро, осматривается, втягивает носом воздух - запах чужака он чувствует давно, запах Дориана же смешался с запахом пограничной метки. В воздухе агрессия - но отстутствие страха, а это значит, что боя не было, кровью так же не пахнет. Лев на секунду хмурит брови, бросает короткое "ждите здесь" - и исчезает в ночной темноте, идя по следу нарушителя границ. Он возвращается лишь через несколько минут, убедившись, что чужак покинул прилегающие к землям прайда территории, о чём и сообщает остальным патрульным. Опасности нет, гнаться за чужаком бессмысленно - запаху не меньше получаса, вода не успела смыть его, а за полчаса при должном желании можно уйти далеко.

- Идём дальше, - в интонациях не просьба. Мадара чуть склоняет голову, принюхиваясь, и ступает вперёд мягким, стелющимся шагом. Им ещё много предстоит обойти, и промедление совсем нежелательно.

-------------------------------Саванновый лес

Отредактировано Madara (3 Авг 2015 00:10:52)

+2

106

Начало игры

Кошмары.. От одного только слова становится не приятно. Именно сегодня сны почему-то решили потрепать львице нервы. Особого страха Тея не испытывает. Просто не приятно просыпаться и потом долгое время приходить в себя. В такие моменты трудно отличить сон от реальности. Сердце бешено стучит в груди и все такое. Поэтому самка поднялась и отправилась куда глаза глядят. Насколько конечно это было возможно. Тея укрылась под деревом от дождя, а теперь он закончился и можно было отправится в небольшое путешествие. Самка решила пойти в Долину Ветров. И не спрашивайте почему. Тея сама не знает ответа на этот вопрос. Вот просто приперлась сюда и все. Погода была не особо хорошей. Тучи на небе, звезд практически не видно. Лишь свет от луны просачивается сквозь эти облака и освещает путь. Хотя особо любоваться нечем. Здесь и днем-то не особо красиво. Тея не из тех, кто будет с огромным энтузиазмом смотреть на красивые пейзажи. И разве она чего-то здесь не видела? С самого рождения живет в этом прайде, так что все вокруг для неё уже обыденно и знакомо. Хочется чего-то более интересного, чтобы аж дух захватывало. Залезть например куда-нибудь повыше, где бушует водопад и подойти настолько близко, насколько это возможно. Вот от этого хоть какой-то адреналин можно получить. А просто идти по скучной местности, это отстой. Самка осмотрелась по сторонам и вокруг никого не было. Это хорошо. На разговор кошка как-то не настроена. Собственные мысли и так уже достали. Тея думала о брате. Львица очень надеялась на его возвращение. Самка считала, что если он вернется, то все вновь встанет на свои места. Только с его возвращением все изменилось. Брат стал более замкнутым, мало что рассказывает. Мать к нему с расспросами не пристает. Тея же вовсе не понимает его скрытность. Они все-таки семья, а значит обязаны делиться всем. Ну и ладно. Не хочет рассказывать, фиг с ним. Тея лишь недовольно фыркнула и остановилась. Идти дальше смысла особого не было. Поэтому самка уселась где-то посередине дороги. Вряд ли сюда кто-то придет, а значит Тея никому не помешает. Да если кто и заявится, то Тее будет наплевать.

+1

107

Римус как всегда сбежал от взора родителей, ну скучно ему сидеть дома, его тянет на приключения. Ему охотно с кем-нибудь побегать, по карабкаться куда-нибудь, ну или о чем-нибудь таком поговорить, о разных приключениях например. Подросток шел и мечтал как станет взрослым, тогда уж точно, как он думал, его никто не будет заставлять делать то, что он не хочет, его не смогут не отпускать туда, куда он хочет пойти, ведь он сам будет все решать. Только вот до этого еще долго, а Римусу уже сейчас хочется свободы. "Хорошо быть взрослым, а особенно нашему королю, ему уж точно никто не станет указывать что делать, а вот львятам постоянно указывают. А я уже не маленький! Я хочу сам решать что мне делать. Меня родители не понимают." - думал светло-шкурый и даже расстроился на время. Вот он зашел в долину ветров, ему нравилось это место, здесь красиво и можно прийти сюда успокоится, после очередной ссоры с родителями. Римус сел и продолжал думать, только уже на этот раз, он думал что сейчас будет делать, может с каким-то ровесником пойдет поиграет во что-то. "Эх, теперь мне скучно, что бы поделать такого сегодня, может кем-нибудь познакомится, ну и там понесется, как обычно, может к какой-нибудь реке пойдем поиграть во что-то или еще куда. В общем, найду чем заняться. Только вот я не вижу никого." - думал Римус.

0

108

Тея вовсе не удивилась тому факту, что в скором времени её спокойное и скучное времяпровождение было нарушено. Здесь появился какой-то мелкий подросток. По виду он явно младше нашей героини. Значит логично сделать вывод, что убежал из под присмотра родителей. Тея уже давно не слушается наставлений матери или брата. Ей плевать, что они там ей указывают. Самка поступает так, как хочет. Гуляет где вздумается и столько сколько захочет. Пропадает за пределами прайда или где-то в отдаленных его уголках. Лишь вечером возвращается и устраивается на ночлег. А мать пытается что-то высказать, да вот только у неё давно нет права голоса. После исчезновения брата и отца, мать должна была быть рядом, должна была поддерживать свою дочь, помочь ей справится с горем. А она отвернулась от неё. Погрязла в собственном горе, позабыв про чувства Теи. Вот теперь пускай пожинает плоды своего эгоизма. И пусть не удивляется, в кого Тея такая стерва. Львица решила, подойти к этому незнакомцу и немного поболтать. Все уже не так будет скучно. Львица улыбнулась и сказал:
- Ну и чего тут забыл, мелкий? Убежал от мамки?
Небольшая доля ехидства была в этой фразе. Тея говорила так, словно она намного старше. Хотя по виду она старше всего лишь на несколько месяцев, месяца на три или четыре. Но что поделать. Тея не мастер начинать разговоры правильно. Быть может этот подросток не обидится и в дальнейшем получится вполне не плохой разговор. Ну а если обидится, то фиг с ним. Особо заморачиваться по этому поводу Тея не станет. Не знает она этого подростка. Хотя может и видела когда в прайде, просто не обращала особого внимания.

Отредактировано Thea (15 Июн 2015 21:19:54)

+1

109

Пока Римус был где-то в своих мыслях к нему подошла какая-то львица, которая ну может немного старше его самого.
- Ну и чего тут забыл, мелкий? Убежал от мамки? - с улыбкой сказала она.
Подростку, конечно, не очень понравилось что еще кто-то назвал его мелким, тем более если этот кто-то либо такого же возраста либо немного старше, хотя он был рад тому, что здесь появился хоть кто-то. "Мелкий? Кгрр... Я не мелкий! Ну ладно, хоть с кем-то поговорю." - подумал Римус
- Та да, убежал, предки слишком скучные, нельзя то, нельзя это, не делай того, не иди туда... Вот почему они такие... - начал говорить он - Ну, ладно, фиг с ними с предками. Меня зовут Римус. А тебя как?
Римус, конечно, не видел ее в прайде, а может и видел один раз, но не обращал внимания. Подросток не знал, что станет говорить ему эта львица, да и станет ли она с ним общаться если прям уж назвала мелким? Кто знает, хотя Римус надеялся, что с ней не будет также скучно, как с родителями, по крайней мере она-то моложе и может быть не будет ворчать. Кроме них никого лев не заметил здесь, ночь все таки, много кто спит. А вот он не хотел спать вовсе, ну а что захочет - выспится когда захочет, ну а сейчас желания спать вовсе не было. "Чего-бы поделать, а то скучно как-то, а может че она предложит, например можно погонятся друг за другом хотя бы, ну или еще чего, все равно лучше чем просто сидеть." - думал Римус, ведь просто так сидеть ему не особо хотелось.

0

110

=======) подножье вулкана
Вскоре каменистая почва под лапами сменилась желто-зеленым травянистым покровом, мягким и приятным на ощупь. Будучи выросшим среди скал и камней, у подножья великого вулкана, Ньекунду был счастливым обладателем толстой подошвы на лапах, поэтому мог без опаски шагать по мелким камушкам, но все-таки чуточку щекочущее, нежное прикосновение травы всегда приносило удовольствие и даже давало покой натруженным лапам.
Ньекунду шагал вровень с матерью. Поначалу он несколько раз огляделся, высматривая Мадару, но старший лев, который либо потерял к ним интерес, либо по каким-то другим причинам шел сзади и не прерывал разговора каким-нибудь очередным вызывающим или едким замечанием. И вскоре Ньекунду перестал о нем думать.
Он улыбнулся словам матери, с воодушевлением говорившей об антилопе и, слегка боднув ее в плечо, заглянул в глаза и сказал с самой великой серьезностью, на которую был способен (а Ньекунду и так всегда отличался вдумчивостью и разумностью):
- Мы завалим для тебя слона, мама. Правда, я никогда не пробовал слоновьего мяса... Что ж, все когда-то бывает в первый раз, верно? - он коротко улыбнулся, неожиданно для самого себя признавая, что ему, черт возьми, нравится болтать с мамой. Он даже не заметил, как впервые за долгое время вот  так ее назвал и вслух, и в мыслях - мама. Раньше она всегда была Акасиро, и Ньекунду даже этим обращением выстраивал каменную, непрошибаемую и невидимую стену. Иногда ему казалось, что так взрослее, что иное обращение выглядит по-младенчески. Но сейчас вырвавшееся слово "мама" оказалось приятным на вкус, хоть Ньекунду и вжал на мгновение уши в багрово-огненную гриву в глупом, нелепом смущении.
Правда, следующие слова Акасиро Ньекунду не очень-то помогли.
- Но с Нари-то все по-другому, он ведь король, - возразил молодой лев. - У него куча обязанностей, да и львята недавно появились. Правда...
Он умолк на несколько секунд, потому что еще никогда ни с кем не решался обсуждать самого Нарико. Но на душе накипело, она требовала ответа на вопрос и желала лишнего подтверждения, что король вовсе не стремится скрыть от них прошлое, словно оно покрыто темными пятнами позора.
- Что плохого было в Нео, Клио и остальных, когда дядя только привел их сюда? - выпалил Ньекунду. - Просто... просто я думал, что король должен представить новых членов прайда, а уж если они его дети... И, наверное, наследники, так ведь? - он вопросительно поглядел на мать. - А так в прайде поползли слухи.
Если с кем и можно об этом поговорить, так это с матерью, ведь она приходилась Нарико родной сестрой. После ее слов Ньекунду стало немного грустно. Ее брат вроде бы рядом, но на самом деле, в мыслях - далеко. Неужели их с Селем ждет та же судьба? Но мама еще не закончила.
Ты не зря боишься. Но твои страхи не значат, что вы наверняка отдалитесь друг от друга. Посмотри на Селяви – это же из-за своего дара он такой нервный в последнее время? – ему нужна помощь. Он может выглядеть сильным и крепким, но то, что он силен телом, не значит, что он силен и духом. - продолжила Акасиро. Ньекунду растерянно на нее посмотрел и даже немного замедлил шаг. Он привык считать Селя сильным, по-настоящему сильным и старшим, ведь именно он с детства верховодил во всех играх, всегда охотно включался в любые приключения и вообще вел бурную и насыщенную деятельность. Он всегда был на виду, всегда на свету. Разве мама сама не всегда так считала?..
- Ты – это не «просто ты». Ты тот, кто наверняка сумел помочь Селяви. Ты тот, кто не раскис после смерти Тейджи. Не раскис так, как я.
- Я... ну я... - он умолк, не зная, не умея выразить того, что вскипело и вспенилось вдруг в глубине сердца. Уши вспыхнули от невыразимого смущения и в то же время радостного ощущения эйфории. - Ты не раскисла, все ведь понятно... Мы с Селем... Мы потеряли сестру. А ты потеряла дочь.
Плохо, дурно так думать, но история с шаманством Селя, его видения - вот что заставило Ньекунду очнуться. Он, впрочем, и не успел глубоко уйти в себя и закрыться, но был недалеко от этого. Присутствие брата тогда, на вершине Килиманджаро, пробуждало странные, противоречивые чувства - от благодарности до скрытой досады за то, что Ньекунду чувствует себя неудобно и неловко. Потому что Ньек не знал, что говорить. Да и нужно вообще было что-то говорить?..
Ты тот, кто сможет оказаться рядом в трудную минуту и помочь, поддержать и стать опорой для своих родных и прайда. И я хочу сказать, что… Стой. - уже куда жестче произнесла мать. Ньекунду отвел от нее взгляд и, нахмурившись, шел вперед - сосредоточенно и безмолвно. И, чего он точно уж не ожидал, так это баса Мадары, появившегося словно из ниоткуда.
- Твоя мать права. Ты сильнее многих своим духом и разумом, а такое оружие зачастую опаснее клыков и когтей.
Ньекунду остановился и в смятении уставился на темногривого льва. Он запутался. Он ведь уже сложил определенное мнение о Мадаре - лев, который без спросу лезет в чужие дела и подначивает других, причем делает это с явным для себя удовольствием. И маму раздражает. Но в этих словах вроде был нет никакой скрытой подоплеки, они искренние...
"Чего же тебе надо на самом деле?" - этот вопрос всплывал в мозгу растерявшегося Ньекунду, и впервые молодой лев взглянул на Мадару совершенно по-другому. Он переступил с лапы на лапу и, наконец, решил просто коротко кивнуть. И быстро отвел взгляд.
"Может, я ошибаюсь... Во многом. Но все же..."
Акасиро сообщила о запахах чужаков, Ньекунду напрягся, но Мадара не увидел никакой угрозы и ровным голосом приказал двигаться дальше. Золотисто-рыжий лев дождался матери и тихо сказал:
- Мама... Спасибо.
"За твои слова. За то, что мы сейчас рядом."
==========) саванновый лес

Отредактировано Nyekundu (3 Авг 2015 22:57:59)

+3

111

Что же, подросток оказался не особо импульсивным. Или же просто решил сдержать свой порыв послать нашу героиню куда подальше. Никакому подростку не нравится, когда его считают маленьким. Кстати говоря этот подросток заявил, что убежал от родителей. Ведь они скучный, нудный и вообще ничего не понимают в веселье. Тея улыбнулась. Что же, быть может у этих двоих есть что-то общее. Хотя Тея конечно нарочно нарушает правила, чтобы доставить неприятности матери.
- Прекрасно тебя понимаю, - сказала самка с улыбочкой на морде, а затем продолжила:
- Меня зовут Тея. Приятно познакомится, Римус.
Пожалуй теперь разговор пойдет куда более приятно. Тея решила, что раз уж одной побыть не удалось, так хоть может собеседник попался ей более веселый и будет не так скучно. Правда местность здесь довольно одноообразная, поэтому особых приключений не придумаешь. Разве что попытаться поохотится вместе. Но это вовсе не интересно. Поэтому Тея с ухмылкой посмотрела на нового знакмого и сказала:
- Знаешь, здесь ужасно скучно, быть может у тебя есть идеи, как можно сделать так, чтобы стало куда веселее.
А быть может найти какую-нибудь травку и сожрать её? Вот тогда появятся глюканы и будет ужасно весело. Останется только найти эту самую веселительную травку. Хотя кто знает, быть может этому мелкому такая идея не понравится. А вот Тея решила запомнить. Быть может сейчас не получится, а потом осуществит свою идею. Завалится домой так скажем в состоянии полнейшего бреда. Вот это просто идеально.
- Однажды я попробовала какую-то странную траву и глюканы от неё были просто потрясными, - сказала самка.

Отредактировано Thea (28 Июн 2015 11:13:19)

+1

112

Кажется скука должна сейчас пройти, знакомство со львицей получилось, а значит можно будет что-нибудь учудить. Тем более ночь, темнота, больше интереса возникает.
- Прекрасно тебя понимаю. Меня зовут Тея. Приятно познакомится, Римус. - представилась львица.
Что ж теперь осталось решить что они будут с делать. Римус подумал, что может Тея чего предложит, а то чувство скуки все равно было, и причем сильно ощущалось. Да и не любит подросток просто так сидеть. Его тянет на разные проделки.
- Знаешь, здесь ужасно скучно, быть может у тебя есть идеи, как можно сделать так, чтобы стало куда веселее. - сказала Тея.
- Согласен, что здесь скучно, да и не люблю я сидеть просто так, мне хочется че-нить учудить, тем более сейчас ночь, что придает экстрима! - с ухмылкой ответил Римус. - Можем забраться куда-нибудь, погонятся за кем-то, ну или еще чего поделать.
Подросток предлагал свои идеи, может его новой знакомой что=то понравится и они весело проведут время, это было бы очень хорошо.
- Однажды я попробовала какую-то странную траву и глюканы от неё были просто потрясными. - сказала львица.
Римуса заинтересовало, что же это за трава такая, что от нее глюканы идут, льву показалось это хорошей возможностью повеселится, а что придет в пещеру, веселый или какой там эффект от травы, ну по крайней мере идея Теи понравилась ему.
- Ухты, а че это за трава такая? Представь как прикольно будет, придем домой к предкам, а нам че-то веселое кажется. Это отличная идея, Тея! - с улыбкой ответил Римус.
Только где искать эту траву, видимо Тея знает, раз стала говорить, что пробовала ее. Рыжегривый был бы не прочь отправится на ее поиски. Он был готов пойти с Теей за этой травой.

0

113

Акасиро с презрением щурит глаза, глядя на удаляющегося Мадару, качает головой, скидывает с глаз намокшую челку. Взгляд львицы холоден и угрюм, все тело напряжено, хвост раскачивается из стороны в сторону, а когти чуть задевают влажную землю, оставляя на ней тонкие борозды. Общество Мадары неприятно, оно раздражает самку, но избавиться от него она пока не может. Единственное, что ей остается – это обругивать этого высокомерного заносчивого хама про себя и сетовать на то, что ей удается говорить с сыном только при нем, рискуя оказаться подслушанной. Она не хочет, чтобы этот наглый лев с красными, как у кролика, глазами, слышал ее, не хочет делиться с ним своими переживаниями и проблемами собственного львенка, но тут уж ничего не поделаешь. Ро не хочет откладывать этот разговор на потом, потому что знает – в этом призрачном и туманном «потом» ей снова что-то помешает, что-то отвлечет, что уведет сына от нее или ее от сына, и им снова не удастся побеседовать и расставить все точки над «i». Это могло бы показаться ерундой, если бы не все произошедшие недавно события и не те проблемы и волнения, что накопились в душе у Ньекунду – ему требовалась помощь, лапа помощи, чье-то крепкое плечо рядом со своим. В том, что ее плечо достаточно крепко, Акасиро ни на миг не была уверена сейчас, но не могла оставить сына без поддержки. Он потерял сестру и еще не успел наладить отношения с братом, изменениями в котором так напуган и смущен, он одинок в толпе, а такое одиночество – едва ли не самое ужасное из всех возможных. Львица вздыхает и отводит взгляд, стараясь не смотреть на сына, перед которым была виновата, и на Мадару, который ее так раздражал.

«Если мое плечо недостаточно крепко, то я сделаю все, чтобы сделать его достаточно крепким», - Ро счастлива, что Мадара не слышит ее вздоха. Если бы услышал, то наверняка выдал бы одну из своих премерзких ухмылочек и, может, сказал бы что-то колкое. Возможно, что и промолчал бы, но его взгляд, его наглые, полные самодовольства красные глаза сказали бы все за него. Акасиро понимает, что если он скажет еще хоть что-нибудь, то она не выдержит и хорошенько рявкнет на него, чтобы уже заткнулся и не тревожил ее раны еще сильнее. Не сказать, что он говорил так уж много или доставал ее давно, но с момента смерти Тейджи в львице слишком много всего накопилось. Она никому не говорила о своем состоянии, о тех чувствах, что раздирали ее на части изнутри, о тех переживаниях, а они, плевав на ее молчание, ранили ее только больше и больше своими острыми когтями, с каждым днем все сильнее впиваясь в сердце. Лишь сейчас Ро могла с уверенностью сказать, что почти не обращает на них внимания, – впервые за все это время – однако вся злость, вся ненависть, вся горечь и боль, что накопились в ее душе, жаждали вырваться на волю. Самке нужно было выпустить пар, и она знала это, изо всех сил сдерживала себя, понимая, что в ее возрасте гавкать на каких-то наглецов просто несолидно. Впрочем, укладывались ли действия Мадары в «просто так»? Акасиро не знала. Этот лев слишком сильно раздражал ее, чтобы она могла хоть какое-то его действие назвать не выводящим из себя. Одно его присутствие уже действовало на нервы, а стоило ему открыть рот, как у охотницы появлялось желание выцарапать ему глаза. И ей было абсолютно неважно, что именно он говорил. Даже то, что Мадара похвалил Ньекунду и поддержал ее, раздражало – он будто снова пытался влезть в жизнь ее семьи, членом которой не являлся ни в коей мере. Впрочем, почему «будто»? Он именно это и делал, ведь о помощи его никто не просил, а совета не спрашивал. И не спросят.

Самец вернулся, и Акасиро нехотя двинулась за ним, про себя поворчав на тему того, что льву стоит поменьше общаться с другими в приказном тоне. Ишь, выискался лидер. Напыщенный, высокомерный, мерзкий, уверенный в своей неповторимости и неиссякаемой мудрости. В самом деле, будь этот лев настолько же прекрасен, как о себе думает, то всех приблизившихся к нему непременно сносило бы в сторону аурой его охрененности и великолепия, не иначе. Ро усмехается своим мыслям, наклонив голову и пряча ухмылку, и только потом, когда ее морда вновь принимает более-менее бесстрастное выражение, поднимает направленный на Мадару ехидный взгляд. Ишь, как бедрами качает, нарцисс. Не идет, а плывет, будто в его крупном теле нет и половины реального веса. Такой походкой не каждая львица похвастаться может, а этому павлину как от природы она досталась.

«По крайней мере, я надеюсь, что он ее хотя бы не репетировал», - ядовитая улыбка на морде львице становится шире. Она косит взглядом на сына, – он благодарит ее за поддержку – и кивает в ответ, улыбаясь уже куда меньше. С глаз и губ тут же спадает вся ехидность и ядовитость, возвращается теплота и нежность. Правда, ненадолго. Во взгляде снова мелькает хитринка, и Акасиро, усмехнувшись, кивает в сторону идущего впереди Мадары. Он осматривает своим надменным взглядом саванну и почти не обращает на спутников внимания. Они не попадают в его поле зрения – чтобы увидеть Ро и Ньека, льву придется повернуть голову, а это уж львица точно не оставит незамеченным. Пока самец смотрит в другую сторону, она театрально закатывает глаза, как бы сообщая сыну отношение к этому павлину, а затем, еще раз удостоверившись в том, что Мадара на них не смотрит, резко замедляется и продолжает идти плавно, тихо и мягко. Ей не свойственна такая манера – ее шаг обычно четче и тяжелее, пусть и столь же бесшумен, но в нем куда меньше вычурности и уверенности в собственной неотразимости. Шаг за шагом, задрав голову и взирая на Ньекунду свысока, самка делает несколько широких и плавных шагов вперед. Она поджимает губы, как это делают всякие фифочки, королевские дочки и делает несколько таких же вычурных, как и все остальное, взмахов ресницами. Так же склоняет голову, как и Мадара, на миг ее взгляд становится таким же холодным, и она плавным движением откидывает челку с глаз.

Детский сад. Только львята способны так пародировать тех, кто им не нравится, но Акасиро своего поведения не стесняется. Она ни в коей мере не считает его достойным и точно знает, что если бы Мадара заметил ее кривлянье, то наверняка фыркнул бы, смерил ее своим холодным презрительным взглядом и сказал что-нибудь колкое, но Ро сейчас, собственно, плевать. Эта безобидная шутка поднимает ей настроение, и самка надеется, что поднимет и ее киснущему сыну. По крайней мере, ей в таком возрасте подобная ерунда нравилась.

Шаг снова становится тяжелее, Акасиро опускает голову и усмехается, подавляя хихиканье. Она улыбается первые за долгое время и, все еще хитро щурясь, шутки ради пихает Ньекунду в плечо своим. Пусть мальчишка тоже улыбнется, хватит ему покрываться мхом в печали и тоске. Он еще слишком молод, чтобы проводить в горе столько времени, ему явно не достает радости, веселья и счастья, и Ро хочет по возможности ему это дать. Даже такими глупыми детскими забавами, ведь порой именно они как ничто другое поднимают настроение и разряжают обстановку.

- Все будет хорошо, - улыбается Акасиро, - не волнуйся. И ты, и Сель со всем справитесь. А все вместе мы справимся со всем остальным. Мы же семья, в конце концов.


Саванновый лес

Отредактировано Akasiro (25 Июл 2015 00:44:27)

+3

114

-→ Саванновый лес.

Саура бежала вперёд, не обращая никакого внимания на дувший ей прямо в морду сильный ветер. На то она и Долина Ветров!
Стоящие торчком уши львицы помимо шумящих потоков воздуха улавливали тяжелое дыхание темного Ахари.
- "Неужели он так быстро устал?" - Не останавливаясь, она обернулась и очень удивлённо фыркнула, когда поняла, что лев из чужого прайда вот-вот будет готов остановиться. Тогда длиннолапая значительно умерила свою скорость, сокращая расстояние между ними до минимума.
- У вас что, все в прайде водоплавающие, а на суше такие же медленные, как бегемоты? - Саура задорно рассмеялась, а потом, изображая серьёзную мордашку, сообщила:
- Просто тебе мешает твой львиный вес. - Львица только потом спохватилась и подумала о том, что её слова могли как-то задеть Ахари. Но черногривый лев не был болезненно-худым, он даже отдалённо не напоминал её болевшую мать. Рёбра не выпирали из-под шкуры, а упругие мышцы перекатывались в такт беговым прыжкам.
Почувствовав, что и сама уже устала, особенно от разговора и одновременного созерцания прямо во время бега, Саура окончательно остановилась.
- "Может быть, у них в прайде всё настолько плохо с добычей, что молодым львам и львицам даже не хватает сил на пробежку?" - она махнула хвостом, отгоняя ненужные мысли и полностью заостряя своё внимание на предстоящем. Они стояли на небольшой земляной насыпи, с которой открывался прекрасный вид на близлежащие просторы. Стоило отметить так же, что недалеко паслось полноценное стадо полосатых зебр, но Саура прекрасно понимала, что даже вдвоём им не осилить ни одну из этих особей. Нужно было что-то более доступное, но что?
Напрягая мысли, она вспоминала уроки:
  Антилопы хоть и довольно небольшие, но невероятно быстрые, и к тому же у самцов имеются приличного размера рога.
- "Хм, было бы неплохо, если бы под лапу подвернулось гнездо бородавочников." - подумала рыжая. - "Я помню, как старшие львицы однажды принесли в прайд богатую добычу - одного старого, одного взрослого и трёх молодых бородавочников. Тогда им просто повезло - они нашли своих жертв спящими в земляных ямах. Именно так и выглядят гнёзда этих копытных."
- Кем бы ты хотел пообедать, Ахари? - она вопросительно посмотрела на льва.

Отредактировано Саура (16 Окт 2015 16:00:22)

0

115

----→ Саванновый лес.

- У вас что, все в прайде водоплавающие, а на суше такие же медленные, как бегемоты? - Саура вдруг засмеялась. Ахари лишь нахмурился в ответ, хмыкнув.
- Ага, как же. Побудь ты в моем прайде, поняла бы, насколько трудно нашим львицам добывать пищу, когда кругом все почти что вымерло и высохло, а границы охраняются гиенами, и выйти практически невозможно. А потому мои силы практически на исходе. - подумал он, а после вернул серьезность на морду. Тоже самое и сделала львица.
- Просто тебе мешает твой львиный вес. - произнесла она и, махнув хвостом, посмотрела вдаль.
- Что? Вес? Издеваешься, а? Да я сильно исхудал за последние месяцы! Скоро уж ребра начнут выпирать... - Ахари мысленно вздохнул и тоже посмотрел туда, куда глядела молодая самка. Ветер трепал уши, грива красиво развивалась по ветру.
- Кем бы ты хотел пообедать, Ахари? - раздался голос Сауры почти над самым ухом. Лев едва дернулся, потому что задумался, а львица мгновенно вывела его из задумчивости.
- Хм... Даже не знаю. Ну, вот целое стадо зебр прямо перед нами. Чем они плохи? - Ахари совсем не смыслил в охоте, и вопрос наверняка прозвучал для Сауры глупо, но льву так не казалось. Для него охота казалась нетрудной. Конечно, со стороны все кажется таким легким... Но на самом деле все гораздо труднее, чем кажется сначала. Ахари повернул голову к Сауре, вопросительно посмотрев на нее.

0

116

Лев задумчиво обвёл взглядом открывавшийся с холма вид и ответил:
- Хм... Даже не знаю. Ну, вот целое стадо зебр прямо перед нами. Чем они плохи? - он непонимающе оглядывал полосатых травоядных. Саура довольно хмыкнула: видимо, черногривый самец не очень хорошо разбирался в охоте. По крайней мере, не лучше, чем она.
- Эти зебры слишком сложная добыча. - Она внимательно взглянула на Ахари. - Во первых, они сбились в плотное стадо, и подобраться незамеченным к ним почти невозможно, только если красться через высокий кустарник. Во вторых, смотри, - львица указала хвостом на его развивающуюся на ветру гриву. - Ветер дует нам в спину, и одновременно в сторону зебр. А у них очень довольно чуткий нюх. Соответственно... - Саура хотела, чтобы он сам продолжил её мысль.
- Да, это может помешать нам остаться незамеченными. И ещё: в толпе бегущих зебр очень сложно выбрать одну конкретную жертву, а тем более понять, какая из них самая слабая, - подытожила юная охотница, стараясь выглядеть как можно серьёзнее, но внутри неё всё ликовало. С такими знаниями смогла бы и гну завалить!
Поняв вдруг, что слишком загордилась, Саура пристыженно прижала уши и сказала:
- Но даже если нам удастся преодолеть все перечисленные препятствия, завались взрослую зебру неопытным охотникам почти невозможно, даже если они будут действовать вдвоём.
- "В конце концов, я даже младше Ахари", - успокоила она себя. - "И совсем не обязана знать об охоте даже это".
Крик стервятников отвлёк её от раздумий, и кошка подняла голову, слегка прищуриваясь от солнца и пытаясь разглядеть в яркой синеве неба крылатых падальщиков. Как оказалось, птицы кружили неподалёку от них, поминутно открывая клюв и издавая мерзкие, скрипящие звуки.
- Ну вот, - буркнула она. - До нашего прихода уже кто-то сдох.
Внезапно сообразив, что сказала при почти незнакомом ей молодом льве такую грубость, Саура рассеяно замотала головой и промямлила:
- Извини, я хотела сказать, погиб...
- "В следующий раз надо будет сначала думать, а потом говорить!" - она почувствовала, как внутри неё разгорается большим пожаром высеченная искорка стыда,  покосилась на Ахари, желая увидеть его реакцию.

Отредактировано Саура (16 Окт 2015 21:45:43)

0

117

- Эти зебры слишком сложная добыча. - заключила Саура и внимательно посмотрела на Ахари,- Во-первых, они сбились в плотное стадо, и подобраться незамеченным к ним почти невозможно, только если красться через высокий кустарник. Во-вторых, смотри, - львица указала своим хвостом на гриву Ахари,- Ветер дует нам в спину и одновременно в сторону зебр. А у них очень довольно чуткий нюх. Соответственно... - она сделала паузу, давая льву закончить мысль. Он почти сразу продолжил:
- Они нас заметят, я понял. Не то, чтобы я не хочу пробираться через тот высокий кустарник, но... Думаю, с моими нулевыми навыками я спалюсь даже, будучи под прикрытием кустов, - лев коротко усмехнулся и сел, чтобы дать хоть немного отдохнуть начинающим затекать лапам.
- Да, это может помешать нам остаться незамеченными. И ещё: в толпе бегущих зебр очень сложно выбрать одну конкретную жертву, а тем более понять, какая из них самая слабая, - серьезно произнесла Саура.
- А она хорошо осведомлена... Ссорит знаниями прямо как взрослая львица. Интересно, у них все такие мастера охоты? - быстро пронеслось в голове Ахари, но он даже во время мыслей внимал каждому слову Сауры, стараясь запомнить все, что она рассказала.
- Но даже если нам удастся преодолеть все перечисленные препятствия, завались взрослую зебру неопытным охотникам почти невозможно, даже если они будут действовать вдвоём. - закончила юная охотница и замерла, замолкая. Наверное, задумалась. Над головой вдруг раздался крик стервятников, и оба одновременно подняли голову. Ахари сощурил глаза, чтобы они не болели от яркого света. Гадкие звуки, издаваемые птицами, были привычны ушам льва, поэтому он никак не реагировал на них.
- Ну вот, - недовольный голос Сауры разбавил мерзкие крики пернатых, - До нашего прихода уже кто-то сдох.
- Сдох? Не нравится мне это слово... - Ахари немного опустил голову. Внутри чей-то голос начал повторять: "Сдох, сдох, сдох!" Представив своего отца, лев сжал зубы, зажмурился и тряхнул головой, чтобы не дать этому бреду заполнить голову окончательно. Через некоторое время выдохнув и начиная успокаиваться, он немного недоверчиво посмотрел на Сауру.
- Извини, я хотела сказать, погиб... - пробубнила она, помотав головой.
- Ничего, все... Все в порядке. - Ахари вернул на морду немного безразличное выражение и снова посмотрел на полосатое стадо.

+1

118

С тех пор, как солнце поднялось над горизонтом и осветило земли прайда Нари, прошло всего несколько часов. Земля еще не успела прогреться, хотя еще пару дней назад в такое время она была совсем теплой и приятно грела лапы. Теперь же она была влажной и не грела подушечки, а только мочила, холодила и раздражала. А солнце теперь, после дождя, не ярилось и не стремилось выжечь все, что охватывало своим светом. Оно не смогло подсушить даже самые маленькие лужи, а землю грело медленно и будто бы неохотно. Арифу, вышедший в патруль с первыми лучами солнца, был этим доволен. Уже давно эти земли не знали прохлады, лишь трескаясь и страдая под лучами беспощадного солнца. Теперь оно разленилось и не жгло, а именно грело – и это было хорошо. Несмотря на промокшие лапы и шерсть, Арифу радовался. Теперь-то можно сказать, что засуха отступает. Если так пойдет и дальше, то исчезнет вероятность появления проблем с пропитанием – если, конечно, чума не пожрет стада быстрее, чем они расплодятся и вновь наводнят саванну. Арифу вздохнул и встряхнул косматой головой. Да, дождь приносит не только радость, увы. С ним зачастую приходят и болезни. Столь страшных эти земли не видели уже давно.

И все же Арифу был рад и прошедшему дождю, и сияющему теперь солнцу. Дождь наконец-то смочил его лапы и тело, а солнце согрело золотую шкуру. Это способствовало хорошему настроению, в котором лев, глава патруля, и пребывал. Его даже не печалило то, что подняться пришлось с первыми лучами солнца, да еще и растолкать этих увальней, что плелись теперь за ним и зевали. Фора и Кифуа были еще довольно молодыми самцами и видели куда больше прелести в отдыхе и ухлестывании за львицами, нежели в патрулях. Арифу их за это не судил – в их возрасте он мало чем отличался, разве что знания увлекали его куда больше, да и отец, суровый черногривый лев, не давал ему продохнуть, изматывая тренировками. Любой другой молодой самец от такого режима взвыл бы, но только не Арифу – отцу он был благодарен, поскольку именно из-за его многочисленных уроков он знал куда больше, чем можно было подумать, и, что самое главное, мало что говорил о своих знаниях, предпочитая сохранять их в секрете. Ему была известна история этих земель, великого рода королей, что жили на Скале Предков, множество легенд и сказок, большая часть из которых имела под собой реальную основу. Арифу хорошо знал и культуру местных народов – как львов, так и других животных – их поверья, сказания и детали менталитета… и именно поэтому сейчас патрульный задавался вопросом о том, когда это в прайде со Скалы детей стали настолько дурно воспитывать, что они начали без разрешения заявляться на чужие земли, да еще и заходить в самую их глубину даже без намека на разрешение от местных. Запах чужака патрульный приметил еще у самых границ, когда проходил по ним, и с тех пор верно шел по следу, чтобы перехватить нарушителя. С каждым шагом его удивление и возмущение росли – но причиною тому было вовсе не то, что какой-то юнец забрел так далеко на земли чужого прайда, вовсе нет. Куда больше возмущало то, что шел он не один – с ним была молодая львица. Львица, принадлежащая тому же прайду, что и Арифу. Она не стремилась прогонять чужака или хотя бы позвать на помощь патрульных, даже наоборот. Она вела чужеземца вглубь родных земель, ничего не стесняясь и, похоже, даже не вспоминая о том, что еще вчера вечером король отдал приказ гнать всех одиночек и чужаков вон.

- Арифу, - скучающим тоном протянул Кифуа, - меня мой нос обманывает или наша львица и в самом деле завела чужака сюда?

Глава патруля нахмурился и покачал головой, а затем, сдув сбившуюся на морду косичку, проворчал:

- Не обманывает.

- Хех, - хохотнул уже давно заскучавший Фора, - похоже, кто-то очень плохо слушал короля вчера. А то бы знал, что границы закрыты, особенно от этих прокаженных с востока.

- Если вообще слушал, - подхватил Кифуа и тряхнул темно-пепельной гривой в этом своем особенном самовлюбленно-выпендрежном стиле, который порой так раздражал Фору.

- А стоило бы, - второй самец, наблюдая за этим, вскинул одну бровь, - а то Его Величество вчера выглядел так, будто бы готов был любому на этом самом месте голову оторвать. Видел, как он эту полукровку-то осадил? Бррррр.

- Нимерию что ли? Не, не видел. Прослушал как-то, - молодой выпендрежник снова взмахнул гривой, но в этот раз уже не так, будто бы чувствовал себя королем мира. Теперь движение получилось куда более скромным и даже будто бы скучающим. – Я такой усталый был после вчерашнего патруля, что…

- Устаааалый он, - протянул Фора. – Да ты только тем и занимался, что орал Мороху вслед пошловатые кричалки! «Усталый», ага.

Кифуа фыркнул себе под нос  закатил глаза. Свой поступок он не считал ни капли постыдным. Он всегда был куда менее добросердечным, чем его добряк-братец, и не поскупился на оскорбления, когда провожал проигравшего льва в изгнание.

- Так что там было? – скучающим тоном протянул он, взглянув на Фору.

- Да эта полукровка чо-т разоралась на Его Величество, мол, и то ты не так делаешь, и сё. И, мол, какой толк от того, что племяшку своего отпинал, и так далее… Ну какому мужику это понравится? Ну Его Величество и сказал, ей, мол, что никого здесь не держит и чтобы вообще замолчала и не мешала. Ну а она разобиделась что-то, как-то близко к сердцу это все восприняла – ну и ушла, короче. Вообще когда ее отшили, у нее такие глаза были – мне казалось, что она вот-вот разревется. Но нет… просто ушла. Вернется еще, наверное, чего ж ей одной в саванне-то делать в такие времена. Поистерит – вернется. С бабами всегда так.

- Знатное, наверно, было представление, - хмыкнул Кифуа, а затем, ухмыльнувшись, протянул: - Может, найти ее?.. Утешить там… ну ты понял.

Первое время самцы молча смотрели друг на друга: Кифуа ухмылялся, а Фора изо всех сил пытался придать своему взгляду укоряющий оттенок, но в итоге потерпел неудачу. Оба льва заржали, а Арифу, все это время слушавший их разговор вполуха и едва не прикрывавший морду лапой, закатил глаза и тяжело вздохнул. Как же сложно порой было с этой молодежью. Братья продолжали гоготать, но мигом заткнулись, когда глава патруля рыкнул на них, призывая к молчанию.

- Замолчите уже, охламоны, - заслышав рык старшего товарища, молодые мигом притихли. – Я их вижу.

Оставшееся время патруль шел молча. Арифу во все глаза наблюдал за крутящимися где-то впереди львицей и нарушителем, а братья тихо шли за ним, лишь пару раз перекинувшись короткими фразами, касающимися вчерашней схватки короля и его племянника. В этот раз старший самец их уже не прерывал – теперь Кифуа и Фора уже почти не мешали ему, да и не шумели настолько сильно, чтобы помешать ему расслышать то, о чем говорили остановившиеся неподалеку подростки.

- …даже если нам удастся преодолеть все перечисленные препятствия, завались взрослую зебру неопытным охотникам почти невозможно… - услышав эти слова, Арифу сначала не поверил своим ушам. Он мог бы понять многое. Дружба между представителями разных прайдов или даже юношеская влюбленность, может, даже просто взаимопомощь, но… черт возьми, Саура повела чужака охотиться на землях родного прайда? Серьезно? Арифу перекосило от возмущения, и он, выпрямившись, решительным шагом направился в сторону подростков. Лев шел настолько быстро, что младшие патрульные сначала не поспевали за ним и догнали лишь тогда, когда с шага перешли на рысь. Вновь оказавшись рядом со своим вожаком, они посмотрели на него, и Фора, бывший по натуре своей чуть более трусливым, даже вздрогнул – давно он не видел Арифу столь разозленным.

- Что такое слу… - он даже не успел договорить, глава патруля перебил его.

- Они охотятся.

- Охо… серьезно? – Фора не поверил своим ушам так же, как недавно не поверил своим Арифу. – Но это же… эмм…

- Помолчи. Просто помолчи, - вздохнул старший самец и снова ускорил шаг – теперь поспевать за ним стало еще сложнее. Лев выглядел еще более возмущенным и сердитым, чем раньше.

Спины подростков были все ближе и ближе, и когда до чужака и львицы оставались всего лишь какие-то несколько метров, Арифу наконецто прорычал:

– Саура!

Он остановился прямо за спиной львицы – большой, суровый и бесконечно раздраженный и возмущенный. Он возвышался над ней огромной золотистой горой с лохматой черной гривой. Хвост его раскачивался из стороны в сторону, не предвещая ничего хорошего. Можно было подумать, что подростки – в особенности самка – сейчас нарвутся на серьезные неприятности, однако им повезло. Может, неприятности еще и ждали х впереди, однако Арифу был достаточно взрослым и достаточно умным, чтобы сдержать свой гнев, а потому он все же пригладил шерсть на загривке и произнес уже куда более спокойным, но от того не менее напряженным тоном:

- Что это ты тут делаешь столь ранним утром, одна, да еще и с каким-то подозрительным юношей, от которого пахнет вражеским прайдом? М? Отвечай.

+5

119

- Ничего, все... Все в порядке. - тихо ответил Ахари, и Саура смогла более-менее спокойно выдохнуть, хотя и поняла, что её слова расстроили его.
Львица ещё раз оглядела лежащую перед ними долину и, слегка приподняв по ветру морду и приоткрыв пасть, как учили её охотницы, втянула тёплый воздух. Кроме пряного аромата трав, горького запаха сухих колючих деревьев и воображаемого лёгкого привкуса мяса зебры на языке она ничего не почувствовала. Возможно, на мгновение хищнице и почудился какой-то знакомый, но вызывающий тревогу запах, однако она не придала этому особого значения. После напряжённых и продолжительных попыток учуять добычу, она наконец радостно сообщила Ахари:
- Есть! Я чую какое-то копытное, не очень большое, что-то вроде антилопы, - ошибки быть не могло.
- Запах идёт от туда, - она неопределённо махнула хвостом на негустые заросли мелкого кустарника.
Когда Саура только собралась сделать шаг в ту сторону, внезапно, подобно неожиданной вспышки молнии, и сильно, как заставшая врасплох гроза, прямо в нескольких метрах у них с Ахари за спиной раздался громоподобный рёв:
- Саура!   
Львица мгновенно развернулась и удивлённо раскрыла глаза. Её сердцебиение тот час же многократно участилось, зрачки расширились, что, наверное, произошло и с Ахари. Еще бы, ведь над подростками, подобно огромной и хмурой дождевой туче, возвышался лохматый патрульный Нари. Через миг Саура узнала его - это был Арифу, матёрый и преданный лев из их прайда.
- "Я... я всё объясню!" - в растерянности выпалила кошка, только через несколько секунд поняв, что крик прозвучал у неё в голове, и что слышать его могла только она.                 
Сердитый взгляд и выражение морды большого самца не предвещало ничего хорошего для обнаруженных нарушителей. Нарушители - точно, вот кто они были. Саура бросила быстрый и полный растерянности взгляд на Ахари. Но что в этой ситуации мог поделать молодой лев из другого прайда? Это была её территория, патрульные из её прайда, и обратились они именно к ней.
- Что это ты тут делаешь столь ранним утром, одна, да еще и с каким-то подозрительным юношей, от которого пахнет вражеским прайдом? М?
Окончательно поняв, что обращается лев именно к ней, и что после её невразумительного ответа гнев патрульного - который, кстати, был не один - упадёт скорее на неё, чем на Ахари, львица сконфуженно прижала уши к голове и слегка преклонилась перед Арифу. Наверное, поза провинившегося перед взрослыми львёнка в исполнении довольно здоровой по размерам львицы показалась для Ахари как минимум странной, но у Сауры не было времени, чтобы размышлять о подобном. Так как в детстве она часто проказничала, и могла вполне спокойно получить оплеуху от любой львицы из прайда, почти каждая из которых считала её чуть ли не родным львёнком, рыжая выработала специальный способ смирения их недовольства. Она всегда извинялась за своё поведение, а вид полного повиновения завершал образ раскаявшейся проказницы. Так она и решилась поступить в этот раз, хотя и сомневалась в том, что это хоть немного загладит её вину.
- Отвечай.
Саура рассеяно заморгала, мысленно выстраивая примерный план речи, и ответила:
- Извини... извините, Арифу, - получилось слишком тихо и неуверенно, - я всё объясню. Это я виновата, что... - в очередной раз покосившись на Ахари и поймав его взгляд, она твёрдо решила, что будет говорить только правду.
- Я виновата в том, что чужеземец, - львица указала хвостом на знакомого из прайда Скара, - находится на нашей территории. Но он точно нам не враг! Я встретила его в саванновом лесу, но он совсем не знал, что это чужая земля. И когда... - Саура запнулась, потому что в голове у неё мелькнула такая мысль, чтобы заменить правдивый рассказ на нелепую ложь о том, что она просто провожала незнакомца через их земли до границы необитаемых территорий, куда он направлялся, и следила за тем, чтобы он не свернул, но потом передумала.
- Он выглядел очень голодным и уставшим. Я предложила ему чуть-чуть поохотится, потому что там, от куда он пришел, добычи почти нет. Ну, у нас же её довольно много, так почему бы и не... - её бормотание постепенно сходило на нет, ведь молодая львица прекрасно понимала, какую чушь она несёт. Добычи много не бывает - это каждый львёнок знает!
- "...почему!" - неудачливая нарушительница закона мысленно рвала себе кисточку на хвосте, вспоминая ещё и то, что король Нари говорил на прошлом собрании про чужеземцев - "Почему я не могла додуматься до того, чтобы уговорить Ахари вернуться на свою территорию? Тогда ничего этого бы не было!"
Но в тот же миг её сердце болезненно сжалось, и мысли скачком изменили свой ход:
- "Ахари... ведь тогда бы мы с тобой не познакомились. Почему мне так грустно при мысли об этом? Такое ощущение, что мы с тобой знаем друг друга уже очень давно"...
- Прости меня, Арифу, - имя других двух львов она просто не знала. Саура почувствовала, что готова упасть на землю и расплакаться, как маленький детёныш.
- "И ты меня прости, Ахари".

Отредактировано Саура (18 Окт 2015 19:21:33)

+5

120

Саура выпрямилась, обводя долину взглядом, а затем немного приподняла морду, приоткрыв пасть. Раздался тихий и растянутый "шмыг".
- Есть! Я чую какое-то копытное, не очень большое, что-то вроде антилопы. - После некоторой паузы радостно сообщила Саура льву, стоящему рядом с ней все также неподвижно. Ахари слегка улыбнулся.
- Запах идёт оттуда, - она махнула хвостом в сторону зарослей маленького кустарника. Не успели львы переставить свои лапы, чтобы направиться к этим самым кустикам, как по ушам будто гром бабахнул:
- Саура! - лев замер, тихо сглатывая, а потом прижал уши к голове, как Саура, и медленно повернулся к стоящим сзади. Ему стало очень страшно, он мысленно стал себя укорять за то, что вообще сбежал из своего прайда.
- Ну вот и все. Нам конец... - испуганно подумал про себя Ахари и краем глаза посмотрел на Сауру; та быстро одарила подростка взглядом, полным растерянности.
"Золотая гора" сурово смотрел на них сверху-вниз. Он был сильно возмущен и раздражен, но, как ни странно, следующие его слова звучали уже гораздо спокойнее, хотя тон не потерял напряженности:
- Что это ты тут делаешь столь ранним утром, одна, да еще и с каким-то подозрительным юношей, от которого пахнет вражеским прайдом? М? - Ахари боялся слово вымолвить. Да и зачем? Сейчас ему было опасно открывать рот, ведь обращались вовсе не к нему, да и каков сейчас был этот... патрульный? (Это был именно он. Ну а кто же еще придет наводить порядок на чужой Ахари территории?) Лев мог просто разорвать подростка на куски, потому что тот был чужаком, внезапно заявившимся на его земли, да еще и собравшимся охотиться! Охота - это очень серьезная вещь. Вдвойне, а то и втройне серьезная, если ты чужой здесь. Даже если ты просто "ради интереса" (хотя взрослому самцу это наверняка покажется ложью) перешел границу, тебя это не оправдает. Ты нарушил закон. Ты - нарушитель. А со стороны это вообще похоже на шпионаж.
Саура тем временем все сильнее терзала еще способное к чувствам сердце Ахари. Он виновато смотрел на нее, не зная, как помочь бедняге. Она выглядела так... жалко, так беззащитно: уши прижаты к голове, сама львица преклонилась перед патрульным, показывая всю свою покорность и раскаяние. Она признает вину - это было видно, несомненно. Ахари просто не мог спокойно смотреть на нее. Он старался изо всех сил оставаться более-менее спокойным, но все равно не мог скрыть всего.
- Отвечай. - произнес лев своим строгим голосом.
- Извини... извините, Арифу, - ответ был очень тихим и неуверенным, но у Сауры еще хватало сил не заплакать от страха, - Я всё объясню. Это я виновата, что... - она снова посмотрела на Ахари. Тот уже не сводил с нее глаз. Он готов был смотреть на львицу вечно, лишь бы не видеть эти пугающие глаза патрульного. От страха у Ахари все сжалось внутри, под давлением взглядов патрульных он будто лишился способности двигаться. Лапы будто бы вросли в землю, заполнившись тяжестью.
Саура тем временем продолжала:
- Я виновата в том, что чужеземец, - она указала на подростка хвостом, - находится на нашей территории. Но он точно нам не враг! Я встретила его в саванновом лесу, но он совсем не знал, что это чужая земля. И когда... - львица вдруг замолкла, но потом снова заговорила, - Он выглядел очень голодным и уставшим. Я предложила ему чуть-чуть поохотиться, потому что там, откуда он пришел, добычи почти нет. Ну, у нас же её довольно много, так почему бы и не... - Саура затихла.
-Но ведь это уже считается воровством. Так, кажется, по закону, да? Я - вор, хотя даже не собирался делать что-то плохое. Я пока не настолько чокнутый, - снова про себя сказал Ахари.
- Прости меня, Арифу, - уже обессилив, проговорила львица.
- Ох, Саура... Прости меня. Прости, что из-за меня тебе теперь достанется. Я правда не хотел, чтобы все так закончилось. - Ахари с трудом перевел глаза на патрульных и замер в ожидании приговора.

Отредактировано Ахари (19 Окт 2015 07:34:46)

+4


Вы здесь » Король Лев. Начало » Килиманджаро » Серая долина