Страница загружается...
X

АААААА!!! ПРОГОЛОСУЙ ЗА НАААААС!!!!

И не забывай, что, голосуя, ты можешь получить баллы!

Король Лев. Начало

Объявление

Количество дней без происшествий: 0 дней 0 месяцев 0 лет



Представляем вниманию гостей действующий на форуме Аукцион персонажей!

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов Волшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Укромное логово » Сросшиеся корни


Сросшиеся корни

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://sf.uploads.ru/mbMno.png

В самой глубине тропического леса расположено местечко, где огромные корни деревьев приподняты над землей на высоту пяти-шести метров и тесно сплетаются между собой, образуя несколько больших, отделенных друг от друга куполов, под которыми всегда темно и прохладно. Здесь можно спрятаться от непогоды и глаз непрошеных гостей — своеобразная имитация логова.


Доступные травы для поиска: Костерост, Адиантум (требуется бросок кубика).

0

2

Открытая поляна------→>>

Казалось бы, Симба должен радоваться своим друзьям. Нала и Чумви живы-здоровы и, кроме того, по каким-то совершенно неясным обстоятельствам смогли отыскать его в оазисе, смогли простить и понять его ошибки и от всего чистого сердца стремились помочь ему. Да, они стремились помочь именно ему и пришли сюда не только лишь с одной целью вернуть короля домой и свергнуть Скара. Они скучали по своему другу, хоть и много воды утекло; они желали сделать так, чтобы рыжегривый был счастлив. Жаль, что король-изгнанник совершенно не разделял стремления своих друзей. Он перестал понимать окружающих и, кажется, даже начал сходить с ума от бесконечной паранойи, потери близких и собственного дома. Чумви и Нала стали для него будто бы чужими.
Стоит даже отметить, что в последнее время Симба все реже обращался к своему отцу. Будучи львенком, подростком, молодым львом, король-изгнанник желал быть похожим на Муфасу. Этот лев был для него эталоном отца, мужа, друга и короля - во всем, для Симбы, Муфасе никого не было равных. Но время утекло, рыжегривый попал в сети предательства родного по крови зверя, потерял собственного брата, усомнился в дружбе, а потом медленно, по капельке, начинало утекать и доверие к отцу. Он делал так, как считал, сделал бы Муфаса, но результаты выходили все равно не самыми замечательными. И в чем же была причина? Может быть, только лишь в том, что всегда нужно быть самим собой, а не подражать другому? Увы, но жаль, что Симбе этого вовремя не сказали.

Льву было сложно принять тот факт, что Нала и Чумви его не поддержали и в этот раз. Он делал раньше все, что приказывал ему Скар, страшась перечить. Теперь же бояться он не будет, но ровным счетом самец не понимал, где же он в этот раз допускает ошибку. Симба не чувствовал собственного гнева, который большими выбросами исходил от него, но чувствовал и не сомневался в том, что сейчас его единственная цель - убить источник всех проблем. И вот тогда, возможно, все образуется и все будет хорошо.

Очень долго лев не мог лечь на землю: он крутился рядом с большими корнями многолетнего гигантского дерева то в одну сторону, то в другую, периодически останавливался и вслушивался в звуки природы. Он не хотел бы, чтобы сейчас его преследовали, иначе бы он, наверно, разозлился еще сильнее. Каждый раз, убеждаясь в том, что погони за ним нет, Симба вновь продолжал метаться из одной стороны в другую. Он пытался обдумать свой план, но в голову, кроме мести, ничего более не лезло. Тогда лев пришел к единственному выводу: ему нужно непременно найти эту самку, держащую в своих лапах злых и сильных воинов. Но как и где он теперь их найдет? Единственный, кто связывал Нейлин и его самого – был Джуа, но и тот не подчинился и ушел. И правильно, наверно, ведь зачем ему союзники, которые его не слушаются?

Лев попытался прокрутить в голове свой разговор с шаманкой. Ничего осмысленного он не помнил, кроме того, что она вышла из воды, вся мокрая и с потекшей краской. Потом он помнил, как она вызывала духа, сказавшего, что ему необходимо прислушиваться к друзьям. А что к ним прислушиваться, если они преследуют иную цель? Они хотят возродить уже давно мертвое, а он, Симба, пожелал бы больше вершить правосудие.

Фыркнув, самец лег на зеленую мягкую траву, уложив голову на лапы. Он не мог расслабиться и подумать о чем-то ином, кроме как о всей ситуации в целом. Что ему делать дальше и как себя вести?

Но пение птиц, которое граничило с утренней тишиной и свежестью, заставили утомленного мыслями льва медленно закрыть глаза.

Ах да, он, кажется, вспомнил о том, что Нейлин сама даст Абаддон знак и пообещала, что Королева Проклятых после этого свяжется с Симбой тогда, когда придет время. Но вот только откуда же он узнает пришло ли оно? На этих мыслях король провалился в полное беспямятство, утомленный такой волнительной, но разочаровавшей его встречей с друзьями.

Персонаж засыпает и попадает в страну грез
Цена мести [Симба и Абаддон]

Отредактировано Simba (28 Май 2018 21:30:55)

+3

3

офф: отыгрыш закрытый, просьба никому не вмешиваться. Все действия обговорены


My lord, I have remembrances of yours
That I have longed long to re-deliver.
I pray you, now receive them.
Ophelia. "Hamlet", Act III, Scene I.

Щебет птиц казался просто оглушительным на фоне той пронзительной тишины, к которой успела привыкнуть Нала за время засухи на Землях Гордости и перехода через пустыню. Невольно вся эта зелень с яркими вкраплениями в виде фруктов тут и крыльев там вызывали у львицы несколько ностальгическую улыбку. Живописная картина напоминала о былых, лучших временах, когда ее дом не съедала чума, засуха и гиены.

Она не могла точно сказать сколько времени уже бродила по этим зарослям, солнце скрывали огромные, плотно растущие деревья, словно создавая защитный купол со своим маленьким миром, где путники могли бы забыться, оставив свои проблемы позади. Наверное, так можно было бы сказать про весь оазис в принципе. Пристанище, отрезанное от всех барханами.

Здесь легко потеряться, да что там. Нала, похоже, уже это сделала. Львица оглянулась назад, но увидела лишь едва заметные следы в виде слегка примятой травы. А деревья впереди, казалось, продолжали увеличиваться в размерах. Нала еще никогда не видела, чтобы корни настолько вздымались над землей, что могли бы образовать самую настоящую пещеру. Даже огромный баобаб, на котором жил Рафики не шел ни в какое сравнение с этими колоссами. Надо признать: это выглядело завораживающе.

Честно говоря, Нала понятия не имела куда она забрела. Запаха Симбы она не чувствовала  вовсе, слишком много ароматов всякой экзотической зелени. Пришлось идти наугад и надеяться, что найдет льва до того, как окончательно заблудится.

Но Айхею и правда сегодня ей улыбался. Уже совсем скоро Нала краем глаза заметила большое, яркое, желто-рыжее пятно, в котором, присмотревшись, узнала Симбу. Лев все еще дрых без задних лап, даже не заметив приближения львицы. Удивительно, учитывая как на взводе он был еще недавно. 

Сейчас он выглядел совершенно иначе: спокойный, вернее даже умиротворенный. Словно и не было того неприятного разговора, который всех их так насторожил. 

Только он был. И сказанного не изменишь, не забудешь.

- Симба? - позвала его Нала, прочистив горло. Лев все так же крепко спал, и тогда Нала пару раз ткнула его кончиком лапы в плечо, снова позвав по имени. Она стояла близко, слегка склонив голову над рыжими космами гривы, но при этом не лезла прямо ему в морду - это не понравилось бы даже самому миролюбивому льву. А Симба вчера продемонстрировал, что он отнюдь не такой.

Лев слегка поморщился, явно сопротивляясь силам, что пытались вытащить его из мира снов - или наоборот? - но все же почти сразу открыл глаза и немного растерянно смотрел на Налу, будто ожидал увидеть там кого-то другого. Осознание пришло быстро. А за ним - некая мрачность на морде. Львица сделала шаг назад, позволяя Симбе как следует потянуться и размять мышцы. Однако его приветствие было столь же мрачным, сколь и его морда, и это не могло не печалить Налу. Где тот Симба, который встречал каждый новый день лучезарной улыбкой, а каждую неприятность и опасность - смехом и упрямством? Она не ждет, что за столько времени никто из них не изменится, конечно же это невозможно. Но это не значит, что меняться нужно настолько радикально.

- Изучала местность, - ответила Нала, когда Симба спросил зачем она пришла. - Искала на кого и где можно поохотиться, а нашла тебя, - львица улыбнулась ему с некоторым озорством. - Смотрю - ты все еще дрыхнешь. Мне показалось, что это прекрасная возможность отомстить за те времена, когда ты ни свет ни заря будил всех на Скале Предков.

Она понимала, что идет по острию: Симба может отреагировать положительно на ее слова и раскрыться. Вспомнить былые, лучшие времена и связанные с ними ощущения, и тогда им удастся нормально поговорить по душам, как раньше. 

А может отреагировать негативно и только сильнее закрыться от нее. И тогда только Айхею будет знать, как им быть.

Отредактировано Нала (9 Июл 2018 11:43:27)

+5

4

Цена мести (сон) -----→>пробуждение.

Только с виду казалось, будто Симба спит умиротворенно и сладко. Ни одна мышца на его теле не смела дрогнуть; безмятежность касалась его морды так, словно он находился у себя дома, а не в оазисе, где уже давно-давно прятался от убийцы его семьи, где ударил дорогую ему львицу и впервые встретил друга после долгой разлуки.

Эта умиротворенность была лишь внешней оболочкой, скрывавшей исстрадавшуюся душу самца. Там, в его голове, происходила нелепая фантазия или реальность – король-изгнанник этого сейчас не понимал; он лишь беседовал с демоном, который навестил его по просьбе Нейлин. Шаманка хоть и исчезла, но обещание свое сдержала, что явно удивило Симбу. Как же так выходит, что его добрые знакомые, так любезно обещавшие льву поддержку и опору – бесследно исчезают, а те существа, что погружены в беспросветную и беспроглядную тьму – не отступаются от своего слова?

Лев заключил договор на слове во сне; так, пожалуй, могло быть только с Богом или Дьяволом, либо это был плод уставшего мозга. В любом случае, самцу не казалось, будто бы все происходит не по-настоящему – все было абсолютно реальным, включая горящие глаза львицы и огненно-красную шкуру.

Когда рыжегривый открыл глаза, то очень сильно удивился: исполинского размера самка исчезла, а на ее месте показался силуэт миниатюрной (по сравнению с предыдущей собеседницей Симбы) львицы. Кроме того, не было больше той красной шкуры, а была лишь привычная глазу песочная шерстка, поблескивающая в лучах солнца.

«Это она?» - лев быстро заморгал, растерянно пытаясь сообразить, что с ним было до нынешнего момента.

«Нет, Нала», - понял Симба, заприметив на месте Королевы Проклятых свою подругу. И тогда вспомнились последние события, что были до встречи с обещавшей ему устроить победу в войне: Нейлин, тропический лес, Тимон и Пумба, Чумви и Нала, а затем их злосчастный разговор.

Кроме того, рыжегривый внезапно почувствовал ноющую неприятную боль в лапе. Лев скосил глаза вниз, обнаруживая порез на конечности. Это значило только одно: все было явью, но контракт с кошкой он заключить не успел.

Брови Симбы поползли вниз, морда осунулась; рыжегривый не скрывал свою мрачность. Он злился на то, что не успел завершить дело, но, взглянув на Налу, ему стало и неимоверно стыдно за то, что он наговорил и как повел себя. С другой стороны самец считал свою точку зрения правильной. Если эти львы ее не принимают, то это сугубо их личные проблемы. Теперь они были ему не нужны, потому что она показала ему настоящую мощную армию, которую он искал так долго. Осталось только немного позже заключить контракт.

- Что ты здесь делаешь? – Симба не показывал своего раздражения, но зато ясно давал понять, что он не расположен к львице; он ничего не чувствовал сейчас, почти полностью посвящая свои мысли сну – да, он понял, что это был сон. На удивление рыжегривого, правда, имел последствия таковые, будто бы все проходило наяву. Король-изгнанник помнил его ровно вплоть до каждой мелочи: все слова, фразы, все действия и даже местность, где ему удалось встретиться с Королевой Проклятых.

Симба вспомнил ее имя – Абаддон.

Ему казалось, будто этот разговор, а точнее, заключение «союза» было буквально только что. Но Нала... Она улыбалась ему и была нынешней реальностью; почему-то король-изгнанник догадывался, что изучение местности было не ее единственной целью. Лев знал, что рано или поздно его начнут искать, но говорить он не хотел.

«Почему она улыбается мне, хотя я сделал ей больно?» - думал самец, рассматривая львицу в блеске лучей стремившегося подняться высоко-высоко солнца. Только сейчас ему представилась возможность тщательно рассмотреть кошку после столь долгой разлуки.

- ...Мне показалось, что это прекрасная возможность отомстить за те времена, когда ты ни свет ни заря будил всех на Скале Предков.

Король-изгнанник вздрогнул. Эти дни – счастливые, беззаботные дни детства, когда никто из его друзей еще не испытал мук судьбы, а он сам не познал горечь предательства, смерти, отчаяния, одиночества. В его душе что-то вдруг упало, а затем приподнялось. Морда не стала светлее, но в глазах появилась тоска.

Лев очень медленно, будто бы болело тело, поднялся на лапы и сел.

- Мне кажется, что это было в другой жизни, - будто бы лениво ответил Симба, взглянув на Налу, - а ты так не думаешь?

Львица на короткий промежуток времени погрузилась в свои мысли. Лев уже подумал, что она начала понимать всю проблему, а также стену, которая встала между ними, но не тут-то было: король-изгнанник вновь выслушал позитивный ответ самки, не желающей отпускать своего друга в его темные мысли.

Как она умудрялась сохранять такое солнце в душе, когда явно испытала столько страданий, а Симба не сомневался, что она тоже пережила боль. Но он, в отличие от своей подруги, эту боль принял, впитал в самое сердце и превратил в ненависть, беспощадную и жестокую. Он нашел как раз таких львов, которые готовы были обменяться с ним этим чувством. Они смогут понять его жажду крови того, кто обрек короля-изгнанника на эти страдания.

- Раз уж тебе так дороги эти воспоминания, - хмыкнул рыжегривый на слова своей некогда лучшей подруги, - я захвачу это королевство и убью нынешнего короля, чтобы он не омрачал их своим присутствием.

+5

5

Ему было больно вспоминать. Это видно по реакции на ее шутливый тычок о прошлых проказах тогда еще счастливого Симбы. Он вздрогнул и медленно поднялся, словно боль была физическая, а Нала наблюдала, улавливая каждое движение. Его вопрос, однако, застал ее врасплох. 


- Мне кажется, что это было в другой жизни, а ты так не думаешь?

Нала ненадолго задумалась. Их жизни претерпели колоссальные изменения, конечно. Они выросли, у них появились свои проблемы, а на плечи легла ответственность. Но это были они - все те же львята, что когда-то давно беззаботно носились по саванне, сбегая от зоркого взгляда королевского мажордома или еще какой-нибудь незадачливой няньки. Она помнит это, и Симба, очевидно, тоже помнит те времена, когда все было хорошо. Иначе ему не было бы сейчас так больно от того, что все уже давно не так. Иначе он не прятался бы за панцирем из злобы и напускной равнодушности. Да, многое изменилось и, конечно, ход времени не повернуть вспять. Но кто говорит, что нельзя вернуть хотя бы часть того, что было когда-то?

- Многое в наших жизнях изменилось, - наконец заговорила она, смотря куда-то себе под лапы. Ей вспоминались все те ужасы, что она пережила за время правления Скара. Засуха - лишь малая доля выпавших на них несчастий. Куда страшнее была чума. Гиены. Зира с ее бешеными красными глазами и Скар с его сладкими речами и противными, загребущими  лапками у нее на загривке. - Того что произошло не пожелаешь никому, и, конечно, мы изменились. Но это не значит, что теми львятами, что против родительской воли убегали веселиться на Кладбище Слонов были не мы.



Нала снова подняла взгляд на Симбу, пытаясь понять и предсказать его реакцию. Но морда льва оставалась непроницаемой. Нале всегда казалось, что она умела без проблем читать его, как открытую книгу. Но в этот раз у нее не получалось понять какие мысли и идеи бегают за этит янтарными глазами. 



- Мы не можем заставить Солнце и Луну повернуть назад, - сказала она отводя взгляд от непроницаемой морды друга и возводя его к кронам деревьев, за которыми скрывалось светило, - и вернуть былые времена в точности, как они были. Но мы можем сделать так, чтобы будущее было не менее счастливым, чем прошлое. 



Она опустила взгляд назад на Симбу, ожидая его реакции.



Еще с первыми его словами львицу охватило дурное предчувствие. Выражение его морды совершенно не походило на того Симбу, которого она помнила. А потом… Будто что-то оборвалось внутри. 


Будто он не услышал и половины того, что она сказала. Хотя нет. Услышал. Просто воспринял не так, как ей хотелось бы. Наверное, ей следовало этого ожидать? Она старалась подойти мягко, разумно. Но Симба и в детстве лучше всего реагировал, когда его зажимали в угол и укладывали на обе лопатки. Почему она вообще решила, что сейчас лучше сработает другой метод? Испугалась? Наверное. Он уже не львенок и при их встрече вчера выглядел устрашающе. Драка с ним будет чревата, хотя она и сможет постоять за себя. Но кому вообще хочется драться с лучшим другом? Ей совершенно не хочется доводить до этого, хотя откровенно говоря, его наглая морда, казалось, так и просит, чтобы ее причесали.

- Убить Скара, - холодно сказала львица, смотря на Симбу с легким прищуром. - Это все, что тебя волнует? А как же твой дом? Твои прайд?



Нала встала, делая шаг в сторону льва, не давая ему вставить и слова.



- Твои друзья? Твоя мать в конце концов? Где тот Симба, которого я помню, что хотел стать королем подстать своему отцу?

До сих пор она разговаривала не с Симбой. Она разговаривала со стеной, с панцирем, который тот выставил, пытаясь оградить себя. От чего? Да много чего. От ноющей боли утраты. От предательства. От опасности, которая приходит с доверием кому-либо и от ответственности. Наверное, он думает, что стал таким сильным, озлобившись на мир? Что теперь ему все непочем, ведь он такой злой, сильный лев, ему ничего не сташно и нечего терять? Нет, он в страхе спрятался под куполом. Как фигурально, так и буквально, сидя в этом оазисе. И Нала собиралась вытащить его из этого укромного местечка на свет и заставить его увидеть правду. За шкирку, если понадобится. Как нашкодившего котенка.

+7

6

Только одна мысль в голове: зачем? Для чего? С какой целью весь этот разговор сейчас затеяла Нала? Она так хочет его рассердить? Так хочет заставить его мучиться? Хочет отыграться на нем? Симбе было больно вспоминать о своем прошлом, несмотря на ненависть, которая закралась в его душе. Эта темнота, даже доли которой никогда не было в сердцах его родителей, каким-то образом смогла укрепиться в душе короля-изгнанника. Все, что случается с нами, делает нас сильнее или… хуже?

Голос Налы стал таким же холодным, каким был у рыжегривого самца при общении с ней. Легкий прищур самки говорил о том, что она недовольна; лев, несмотря на то, что не видел ее не один год, все еще помнил все привычки, которые, к слову, совсем не изменились. Охотница, тем временем, все повышала тон, звук становился все тверже, а сама она наседала на него, на Симбу, будто бы старалась задеть все самое больное, что могла бы.
Наверное, львица понимала, что сильно рискует. Наверное, Нала знала, что могла таким образом вывести рыжегривого из себя, ставшего сильно непредсказуемым за все время, которое она его не видела. Рядом теперь не было Чумви и Керу, которые могли бы остановить крупного самца и предотвратить трагедию. Лев действительно вскипал; он не был еще безнадежен, иначе бы с первой фразы хищницы кинулся на нее, но что-то его сдерживало. Страх сделать больно? Страх увидеть подругу, стремящуюся помочь, покалеченную им же? 
Симба, тем не менее, оскалился, этим самым показывая самке грань, которую ей следует соблюдать.

- Ты еще не поняла? – резко ответил лев, - у меня теперь другая цель. Все остальное в прошлом. Я изменился.
Небольшая пауза. Быть может, Нала надеялась, что вот-вот сейчас, Симба осознает, что сказал; засмеется, принесет свои извинения и целью его будет спасение прайда – не убийство. Быть может, король-изгнанник вспомнит о том, о чем должен был всегда помнить, но самец тщательно пытался свернуть в большой ком все хорошие мысли, все светлое, что осталось еще в нем, но что он предпочел спрятать в самые свои потайные уголки души.

- Это ты хотела услышать? – теперь уже рыжегривый сделал шаг вперед, - довольна теперь?
- Разочарована, - тихо проговорила Нала, но смотрела в глаза Симбе все также смело и с вызовом.

«Симба, я так в тебе разочарован». Рыжегривый приоткрыл пасть, поднимая голову вверх. Эти слова произнес Муфаса в тот день, когда его сын отправился вместе со своими друзьями на кладбище слонов. Уже там, совсем рано, могла оборваться жизнь Симбы, а также и жизни других львят. Король лев всегда пытался показать принцу, что в его лапах и в его власти слишком много жизней, поэтому необходимо быть всегда предусмотрительным и внимательным к другим. Каждое существо заслуживает жить, начиная от новорожденного детеныша зебры и заканчивая взрослым львом.
«Каждое, но не Скар. Ты был не прав».

- Ты говоришь совсем как мой отец, - пробормотал король-изгнанник, опуская глаза. Он весь будто бы как-то паник, осунулся, но продолжал упорно стоять на своем. «Я не разделяю его взглядов», - твердил себе Симба, пытаясь убедить самого себя. Так рассуждать сейчас ему было легче. Несмотря на то, что голос льва затих, а сам он выглядел совершенно сломленным, взгляд его и все выражение морды говорили о том, что он только сильнее жаждет убийства, но не мира.

- Отлично, хоть кто-то из нас, - Нала знала, что тема Муфасы была для Симбы когда-то священной. Она знала, что мертвый король Земель Гордости был все еще жив в сердцах не только каждого члена прайда, но и в сердце его собственного сына. Она , наверное, надеялась, что таким образом сможет оказать давление на рыжегривого, открыть ему глаза, очистить разум. Она, быть может, надеялась, что Симба, наконец, вспомнит, кто он такой и кем является. Но брошенная ей фраза дала обратный эффект.

- Что? – вскипел самец, - хоть кто-то из нас? И ты еще смеешь себя сравнивать с ним, когда этого даже я не смею сделать?

- Конечно, - рыкнула Нала, - ведь ты стал куда больше похож на Скара, чем на Муфасу.

Это был щелчок. Красная тряпка для быка.

Не сказать, чтобы Симба испытал в тот момент острую боль от того, что его сравнили со злейшим врагом. Скорее всего, он испытал невероятное отчаяние, потому что его же действия завели его в тупик. Он сам, своими собственными лапами сделал себя тем львом, которого так хотел убить. Который заставил его перенести столько мук и страданий: он не мог вернуться в родной дом, не мог увидеть любимую мать и своих друзей. Он был вынужден прятаться, оберегая Рико как зеницу ока. Он видел в каждом кусте врага, в каждом звере – Скара. Он сходил с ума, по капле, по чуть-чуть, но порою чувствовал, как все сильнее месть руководит им. Страх сменился злостью. Ненависть пожрала его и, наверное, если бы его друзья не смогли отыскать его, настоящий Симба рискнул бы умереть. Родился бы другой король. Такой же, каким является сам Скар.

Но сейчас рыжегривый не понимал этого. Это отчаяние, которое застилало его разум, снова зажгло в нем пожар ненависти и агрессии. Ему нужно было куда-то выплеснуть все это, поэтому тихо, словно он был на охоте, без единого предупреждения, Симба кинулся к своей подруге, снова поднимая тяжелую лапу, чтобы обрушить всю свою боль на львицу, которая ударила его в самое сердце. 

Кошка напряглась, приготовилась к защите. Ее рычание, ее весь вид говорил о том, что Симба может не ждать пощады. Он знал, что львица способна постоять за себя. Он это помнил, когда нападал на нее в детстве; сейчас она стояла перед ним, меньше и слабее, но это твердое и непоколебимое выражение морды говорило о многом. Она ничуть не изменилась. Она все такая же Нала – его подруга.

Отредактировано Simba (5 Авг 2018 10:06:04)

+7


Вы здесь » Король Лев. Начало » Укромное логово » Сросшиеся корни