Страница загружается...
X

АААААА!!! ПРОГОЛОСУЙ ЗА НАААААС!!!!

И не забывай, что, голосуя, ты можешь получить баллы!

Король Лев. Начало

Объявление

Количество дней без происшествий: 0 дней 0 месяцев 0 лет



Представляем вниманию гостей действующий на форуме Аукцион персонажей!

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов Волшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Великая пустыня » Гельта


Гельта

Сообщений 31 страница 49 из 49

1

http://sg.uploads.ru/1vIeF.png

Если от Шакальих Скал всё время долго-долго идти по пустыне на запад, то можно будет заметить, как местность постепенно повышается. Сперва появляются валуны, которые становятся всё крупнее и крупнее, а, со временем – появляются и самые настоящие скалы. К западному краю пустыни скалы становятся всё выше и выше, переходя в Южный кряж, который и мешает влажному воздуху с запада попадать в пустыню. Но, как ни странно – среди этих скал вы найдёте воду. Несколько расселин в кряже образуют гельту, заполняемую подземными источниками. За долгие века подземные воды размыли мягкий песчаник, и в результате в скалах вокруг гельты много неглубоких пещер, часть из которых полузатоплена, но часть – относительно сухие и могут служить неплохим укрытием от дневного зноя.


Любой пришедший в локацию персонаж днем страдает от жары (от которой, впрочем, может укрыться в тени местных пещер), а ночью испытывает сильнейший холод (антибонус "-1" к любым действиям; нейтрализуется умениями "Устойчивость к жаре/холоду").

0

31

По счастью, Мар оказался расторопным и сообразительным, и быстро нашел нужную траву, которую Альбиний не замедлил применить по прямому назначению, дав её львёнку. Подействовало. Альби успокоился и удовлетворенно отметил, что трава возымела нужное действие, даже будучи слегка подвявшей. После того как львёнок выплюнул траву и постепенно вернулся в, как выразился про себя Альби, нормальное состояние, сам Альби наконец успокоился. При этом он про себя отметил, что явно не зря нанял на службу Мара. Этот прохвост и в самом деле оказался ему очень полезен. Конечно, Альби понимал, что Мар не из тех, кто бы посвятил бы себя должности лекаря, но эгоисту Альбинию "классический" лекарь "для всех" был точно не нужен, а вот на персональные медицинские услуги Мара для себя и своего семейства Альби отныне мог точно рассчитывать, поскольку Мар это доказал. Прохвост-прохвостом, но прохвост полезный. Не зря занимает пост мажордома, ох не зря. Однако, вскоре счастье Альби было таки омрачено. Пока все в суматохе занимались одним из его сыновей, одному из оставшихся повезло куда меньше. Проклятая наследственность. Наверное, несчастья произошли одновременно, и пока все занимались первым львёнком, стало уже слишком поздно. Альби понимал, что что-то предпринимать теперь уже было уже слишком поздно. Но винить в случившемся было некого. Альби прекрасно понимал, что из двух в этой ситуации спасти в любом случае они могли только одного. Но, по крайней мере из четырех родившихся львят трое выжило, что, с учётом откровенно фиговой наследственности было не так уж и плохо. Обычно процент выживших был куда меньше.

офф. по поводу Финиста

Свернутый текст

игрок покинул проект, а после его ухода персонажа себе никто так и не взял - в таких случаях при отыгрыше новорожденных и маленьких детенышей согласно Правилам (п. 6.1.) персонаж автоматически признаётся умершим. А ситуация такая, что не отыграть реакцию Альби на эту смерть я никак не мог

Отредактировано Альбиний (2 Авг 2015 17:56:11)

+2

32

В какой-то момент истошно орать Афине надоело. Пинать брата все время тоже показалось маленькому львенку довольно скучным занятием хотя бы потому, что он не отвечал. Пролежав какое-то время на довольно холодной с точки зрения ее задницы земле, она решила, что нужно что-то делать.
С той стороны, где слышался голос львицы-матери, довольно занятно пахло, и какое-то время понадобилось Афине на то, чтобы решить, наконец, хочет она туда или нет. После того, как она определилась с целью, резко встал вопрос о том, как, собственно, к ней приблизиться.
Львенок неуверенно пошевелил лапами, лежа на спине. К ее огромному огорчению, так передвигаться больше не получалось. Наверное, дело было в том, что вокруг больше не было жидкости, но львенку это пока было невдомек. Не получается, и все тут.
Но брата бить же получалось? - пронеслась в голове Афины одна из ее первый мыслей, пусть сформированная и не словами, но чувствами.
Для интереса львенок еще раз попытался толкнуть брата, но его рядом уже не было. Разочарованно пыхтя, Афина перевернулась на живот. К ее удивлению, в таком положении она могла касаться лапами твердой поверхности под собой. И даже отталкиваться.
Через несколько мгновений, взяв курс на источник сладкого запаха и знакомого голоса, Афина уверенно толкалась лапами матери навстречу. Видно, естественно, ничего не было. Зато было слышно, как чмокает совсем рядом кто-то другой, оказавшийся после короткой обонятельной экспертизы еще одним братом. Поразмыслив над этим целых две секунды, Афина мощным пинком оттолкнула брата в сторону с явным намерением попробовать, что он там такое делает.
Львенок некоторое время не мог понять, что конкретно ей принесло такое удовольствие: пнуть брата или пить молоко? Но в конечном итоге Афина решила, что пинать не так прикольно хотя бы потому, что для этого нужно напрягаться. А вот если удобно лечь, то молоко течет в рот почти без усилий с ее стороны. Расслабившись, она открыла рот пошире и начала спокойно пить, изредка толкая мать лапами, чтобы молоко шло лучше.

+2

33

Пододвинув к себе троих новорожденных слепышей, Адриана замерла – словно притаилась в засаде – напряженно глядя на неподвижное черное тельце, распростершееся у её лап. Альбиний без промедления поместил лекарство, что доставил их пятнистый мажордом, в приоткрытую пасть детеныша, и теперь львица с каждой не приносящей перемен секундой по капле теряла упрямую надежду на лучшее. Как бы странно то ни было, но ни тихое попискивание здоровых малюток у её брюха, ни ощущение крохотных ротиков на сосках не могло заставить самку отвести глаза от безжизненного тела первенца. Во всяком случае, она не собиралась отвлекаться от чёрного львенка до тех пор, пока не удостоверилась бы в том, что всё закончилось… тем или иным образом. Только вот Адриана не могла бы сказать, как много времени ей нужно, чтоб смириться и признать сына мёртвым. Мучительно долгие секунды продолжали тянуться вязкой смолой и утекать впустую. Ничего не менялось.

Но вдруг животик и грудка львенка под её взглядом дрогнули. Всколыхнулись.

Вытянув шею и потянувшись к ожившему малышу, огромная кошка вновь принялась вылизывать его – причем сделала это гораздо раньше, чем сумела отметить в мыслях известие, что её отпрыск выжил. Это умиротворяющее осознание пришло к ней мгновениями позже, когда она почувствовала, как старший львёнок двигается, извиваясь, ударяя лапками и сопротивляясь касаниям материнского языка, как постепенно его тельце вновь наливается живым теплом. За первым вдохом детеныша последовал первый надсадный визгливый вопль, который смолк, едва только чуть не ставший покойником малютка выплюнул траву, и вновь зазвучал, стоило львице подхватить котёнка пастью. Малыш отправился в причмокивающую кучу к прочим его сиблингам, успешно раздобывшим себе по соску.

– Теперь не нужно плакать, дитя, – успокаивающе проурчала львица, легонько коснувшись чёрного мордой и согрев тёплым дыханием. После этого она занялась остальными детьми, ласковыми поглаживаниями языка уверяя их, что всё в порядке, и ими же поощряя упорнее сосать молоко… Тут-то и обнаружилась новая беда – радость от излечения первенца была преждевременной. Светлый львёнок не двигался и не дышал; не шелохнулся он и когда мать подтолкнула его носом, оставшись неподвижным и пугающе холодным. Сомнений в том, что он мёртв, не было, как бы самке ни хотелось уверить себя в обратном и попытаться что-то сделать для него.

Неожиданно Адриана остро почувствовала себя лишающейся последних сил. Страх за младших львят, утомительные и болезненные роды, переживания за судьбу старшего сына и всё-таки потеря одного из детёнышей… Всё это изрядно подточило её запас прочности. На сегодня он был исчерпан. Больше всего сейчас кошке хотелось хорошенько отдохнуть, но теперь её не покидала тревога за уцелевшее потомство, и она, невольно опустив голову на землю, боялась лишний раз свести с присосавшихся львят глаза. К тому же, предстояло ещё дать детям их имена. Встретившись взглядом с Альбинием, также запоздало обнаружившим смерть львёнка, Адриана постаралась взять себя в лапы – ей не хотелось, чтобы в этот момент её голос звучал непозволительно жалко и слабо. В конечном итоге, она всё же произвела на свет троих живых детёнышей, из которых двое выглядели совершенно здоровыми. "Мне следует радоваться, а не скорбеть, каким бы трудным это ни казалось".

– Мы должны похоронить умершего и дать имена выжившим. Как ты назовёшь их?

+2

34

А Мар... а что, собственно, Мар? Всё, что в сложившейся ситуации он мог сделать - он уже сделал. Хотя? Мар подумал, что неплохо бы эту мелюзгу было бы перенести в пещеру, пока солнышко не вышло и не начало припекать. А то мелюзга еще, чего доброго, сварится. В принципе, еще раньше Мар заметил подходящую пещеру. Конечно - при входе придётся проползти по воде (Мар прикинул высоту львиного роса - получалось, что воды будет примерно по-грудь), держа малышню в пасти. Зато сама пещера сухая и безопасная. Надо бы об этом сообщить. Мар сказал: "Я думаю, что до того, как взойдёт солнце и настанет жара, львят неплохо бы укрыть от жары в пещере. Я тут даже приглядел более-менее подходящую," - Мар мотнул головой, указывая на полузатопленный вход в пещеру. Затем продолжил: "Конечно, вход у неё так себе. Придется проползти по воде, зато сама пещера внутри большая, сухая и безопасная. Понятно, что львят придётся переносить туда в зубах по одному, так что переносить их придётся в два захода. Но это, вестимо, уже после всех необходимых мероприятий, связанных с наречением новорожденных и похоронами погибшего. Просто не хочется, чтобы львятам напекло. Жара сейчас им во вред будет." - Мар умолк, ожидая ответа от Альби и Адрианы. Просто, действительно, Мар считал, что оставлять львят на солнце - не слишком хорошая идея. А вот пещера могла бы стать вполне неплохим логовом для его лорда со своим семейством.

0

35

Потихоньку светало. Там, снаружи, поднялся ветер, что создало в гельте весьма любопытный эффект. Центральная часть гельты, в силу своей конфигурации, была надежно защищена от любого, даже самого сильного ветра, ибо ветер, он, знаете-ли, дует прямо... дуть зигзагами, кракозябрами, и прочими там разными "буквами зю" ветер, знаете ли, не обучен. Поэтому центральная часть гельты была надежно защищена от любой угрозы сильного ветра своими многочисленными изгибами и уступами. Ну а песчаной буре тут тоже неоткуда было взяться - вода и камни, сэр, песка не очень-то и наблюдается. Но вот во внешних, узких проходах, ведущих в саму гельту, ветер таки разгулялся не на шутку. И хотя сам ветер до центра гельты не долетал, его звуки это делали прекрасно. И какие звуки! Узкие ущелья, расселины, сильные порывы ветра и многократное эхо давали просто поразительный эффект. Нет, это был не обычный вой ветра - о нет... в узких внешних проходах, многократно отражааясь горным эхом, ветер нет, не выл, а истерически хохотал. Нет, серьёзно, больше всего этот звук был похож именно на жуткий, многоголосый, громогласный, безумный, потусторонний хохот. Как будто бы все демоны Великой Пустыни смеялись, радуясь бушующей снаружи буре. Благо - сам Альби был не робкого десятка, да и особой суеверностью он не страдал. Мало того, его этот аккомпонемент, вся эта жуткая какофония даже, скорее, забавляла. - Ишь, как духи бури в скалах хохочут! - Сказал он. - Хохочите-хохочите, пустыня сегодня ваша, но вот над моей каменной твердыней у вас нет власти! Она здесь только у меня! Я здесь бог, царь и воинский начальник! - Альби снова хмыкнул. Затем он сказал Адриане и Мару: "Да, поступим именно так, как вы предложили." - Затем он начал действовать. Сперва, он отнёс тельце погибшего подальше от воды, в угромный закуток между скалами, и завалил его камнями, тихо при этом прошептав древнее заклинание, которое бы помогло бы несчастному принцу на его пути в мир духов. Затем Альби подошел к Афине и её детям и сказал: "Ну что-жь, настало время наречь вас. Ну раз уж там, снаружи, духи шумят, то я дам вам древние имена, которые будут с почтением уважать даже самые бесшабашные духи!" - Затем он по очереди стал называть имена новорожденных, указывая по-очереди на каждого из них: "Церберус нарекаю тебя, в честь стража мира духов! А тебя нарекаю Сильван, в честь духа неназываемого! Тебя же, дочь моя, нарекаю я Афина, в честь духа мудрости!". - Затем он умолк. После чего сказал Адриане: "Давай поступим так, как посоветовал нам Мар. Отнесем детей в надёжное укрытие, которое он показал, пока в гельте на стало слишком жарко. Львятам жара вредна. Похоже, придётся сделать два захода, так как я сомневаюсь, что Мар способен будет нести хоть кого-то из них на нужной для этого высоте." - Затем Альби аккуратно взял за шкирку Афину и понёс ей в сторону пещеры, на которую указал Мар как на наиболее удобное место для логова. Перед входом в пещеру Альби пришлось ползти на брюхе в воде - потолок в проходе поначалу был таки действительно низким, но львёнку он держал достаточно высоко, хотя её хвост и задние лапки, таки, явно намокнут. Ну нечго, в пещере высохнет. Да и, думал Альби, Адриана наверняка потом насухо вылижет.
-----→ Пещера костей (аккуратно держа в зубах за шкирку Афину)

Отредактировано Альбиний (20 Авг 2015 21:19:13)

+2

36

Котенок лениво ворочался с одного бока на другой, исследуя, на каком боку молоко таки пить вкуснее. Испробовав варианты, львенок понял, что удобнее всего лежать на спине кверху животом, но так можно подавиться молоком (слишком уж неудобно глотать), поэтому пришлось возвращаться в изначальное состояние – лежа на животе. Афина горестно вздохнула и продолжила набивать брюхо едой, так как это показалось ей самым логичным вариантом времяпровождения.
Хотя, в конечном итоге, она дошла до точки, когда молоко в нее уже не помещалось. С недовольством отметив сей прискорбный факт, львенок отпустил сосок матери и, совершив воистину титаническое усилие маленькими лапами, откатился чуть в сторону, сыто икнув.
Со стороны слышался голос отца, который маленькая Афина воспринимала больше как бубнеж, потому что уши слышали еще откровенно не очень. Отец о чем-то разглагольствовал неподалеку, и кошка уже начала было засыпать под его успокаивающий, размеренный голос, но стоило ей прикрыть глаза и расслабиться, как земля вдруг резко ушла из-под ее маленьких лап. Вполне себе буквально.
Ощущения в районе холки были так себе, и не по возрасту смышленая Афина смекнула, что ее за шкирку и подняли. И потащили, черт знает куда.
«Отпусти меня, огромный зубастый монстр, я хочу ползти сама! Перестань таскать меня!» - возможно, подумала бы Афина, если бы умела формулировать предложения.
- Мяу, мяяяяу, мяу-мяу! – слышал в это время Альбиний.
Несколько раз тщетно попытавшись извернуться и стукнуть папу мини-лапами с микро-когтями, Афина, вздохнув, попыталась расслабиться. Слишком она еще маленькая. Придется подождать месяцок-другой, прежде чем зверски нападать на отца во время сна.
Альбиний тем временем все тащил и тащил ее куда-то, а ближе к концу пути Афина почувствовала, как ее лапы и хвост намокли. Конечно, она не имела ни малейшего представления, что это, хотя сама концепция жидкости казалась ей довольно знакомой и приятной.
«Хотя вода мгла бы быть и теплее.»
- Мяу-мяу, - уныло сообщила она отцу и, наконец, расслабилась в ожидании конца путешествия.

-----→ Пещера костей

+3

37

Вместе с первыми лучами показавшегося из-за скал солнца пришел самум, а с ним – и его могучий голос. Донёсшийся извне гельты воющий, сверхъестественно жуткий рёв ветра моментально вырвал львицу из созерцания причмокивающих малюток и собственных тяжёлых дум. Чуткие уши потревоженной самки встали торчком, Адриана вскинула голову и, озираясь в поисках источника шума, с замиранием сердца прислушалась к исходящему едва ли не отовсюду гудению, перетекающему в подобие гулкого и зловещего потустороннего хохота какого-то безумца – но ни одно живое существо на свете могло издать звук такой мощи. В первые моменты, однако ж, эта успокаивающая мысль не посетила супругу лорда-протектора: слишком сильно оказалось первое впечатление.

Но, похоже, столь пугающее и необъяснимое на первый взгляд явление ошеломило одну только её. Встающая на лапы самка с изумлением воззрилась на Альбиния (которого, судя по тому, как бестрепетно и дерзко он бросил вызов духам, отзвуки творящегося снаружи буйства стихий лишь потешили и ни в коей мере не взволновали). Надо полагать, вне их окруженного скалами убежища сейчас разразилась песчаная буря. Можно было только посочувствовать тем лишенным укрытия, кого она застигла в пути через пески… И всё же, если их семейство было надежно защищено от несомого ветром песка, то от разлитого в воздухе изнуряющего дневного жара толком не спасала даже тень, тем паче – теперь, когда дело касалось ещё совсем маленьких детёнышей. По счастью, прислуживающий Альби самец гиены с присущей ему расторопностью доложил о находке подходящей в качестве логова пещеры, за что в кои-то веки удостоился от не питающей особой приязни к его роду львицы благодарного взгляда.

– Да, поступим именно так, как вы предложили, – согласился протектор, дослушав сообщение мажордома, и в скорбном молчании поднял тело умершего сына. Оставив потомство под присмотром гиены, Адриана последовала за мужем к скалам, держась по правое плечо от него и отставая лишь на полшага; когда погребальный ритуал был завершён, она, желая утешить, мягко потерлась щекой о поросшую густой гривой шею супруга. Тому, впрочем, едва ли слишком уж требовалось её участие – когда пришло время дать детям имена, в торжественном голосе льва не проскользнуло ни намека на сломленность. Ей было отрадно видеть, что черногривый вполне в силах держать себя в лапах, не выказывая внешне упадка духа. И столько надежды на выдающееся будущее таилось в именах, которыми он нарек новорожденных… Под её действием вся удрученность бурошкурой самки поневоле отступала куда-то на задний план вместе с тягостными мыслями о погибшем львёнке.

– Будь добр, подожди здесь и пригляди еще немного за Сильваном, – вполголоса обратилась кошка к гиене. После того, осторожно прихватив пастью чёрного, спасенного чудом кроху, который между делом успел задремать, его родительница торопливо тронулась к ведущему в их новое логово лазу. Полузатопленный ход, через который ей и Альбинию приходилось ползти, не показался ей слишком удобным: мысль же о том, что в скором времени им придется выносить уже слегка подросших детей наружу, пыхтя и на брюхе пробираясь вперед с задранными над водой мордами, как-то не приводила в восторг. Повторный маршрут, на сей раз с поджавшим лапки и хвост Сильваном в пасти, только подкрепил убеждённость Адрианы в том, что подобная рутина не будет ей приятственна.

-----→ Пещера костей (с мелкими)

+3

38

Ор черношкурого котенка креп с каждой секундой, весьма ясно показывая, что проблем с дыханием у того больше нет. Оставалось только удивляться, откуда в столь маленьком тельце берутся силенки и воздух, потому что казалось, что львенок не пожелает замолчать ни на секунду. Ни пока мать вылизывала его, ни пока переносила к остальным сиблингам, кричащий комок шерсти не умолкал, ну разве что только чтобы перевести дыхание, а после вновь заливаться плачем. Будто бы побывавший на краю гибели котенок хотел докричаться до всего мира и заявить ему, что он жив. Жив! Чего не скажешь о его втором братце. Увы, пока спасали первого, второй погиб. Конечно маленький черный котик был еще совсем мал, чтобы осознать случившееся, чтобы понять как ему повезло выжить, и он, конечно же, не мог поскорбеть об умершем. Но кто знает, что творится в головах слепых и глухих к миру малышей, вдруг они тоже умеют думать и чувствовать, просто по-другому. А с возрастом забывают. Может быть этим надрывистым криком черный комочек шерсти выражал горечь об утрате брата, не успевшего познать этот пугающий огромный мир, а может быть котенок, что недавно сам побывал между жизнью и смертью, видел уход брата и хотел привлечь внимание родителей, но не умеючи выражать свои мысли и чувства лишь только кричал. Кто знает.
– Теперь не нужно плакать, дитя,- наконец произнесла львица и...чудо! львенок замолчал. Нет, он не слышал голоса матери, но зато почувствовал вибрации ее слов, а может и просто теплое дыхание, опалившее его короткую шерстку. А потом вдруг теплый мех матери  исчез, но котик  больше не кричал. Он замер, то ли уснул, то ли как-будто прислушивался к чему-то, хоть и был пока глух к окружающим его звукам. Казалось он тоже провожал в последний путь своего сиблинга, возможно перед его невидящим взором мелькнула душа брата. Ведь говорят же, что дети обычно более чувствительны к сверхъестественному, а особенно те, кто побывал на краю гибели. Но что черному львенку привиделось, почему тот замер, так и останется загадкой. Новорожденные, увы, не умеют разговаривать.
Наконец мать вернулась и отец заговорил, давая имена каждому львенку. Котенок ничего не понимал в вибрациях голоса исходивших от льва, но находил, что эти едва ощутимые дрожания воздуха приятны и желания плакать у него нет. В общем как бы то ни было, а новоназванный Церберус успокоился и наконец-то пополз к ароматному источнику чего-то вкусного, где уже давно столпились его сиблинги. Растолкав бока сестрицы и брата, он втиснулся между ними и наконец-то впервые в жизни попробовал материнского молока. Это было невероятно! Ощущение вкуса на языке просто заворожило котенка настолько, что тот ничего не ощущал вокруг себя, кроме соска во рту и теплого живота матери, который он радостно месил лапками. И тут как-то незаметно на него навалилась дрема. Поэтому Церби не особо сопротивлялся, когда его маленькое тельце подняли в воздух и куда-то потащили. Ну разве что возмущенно пару раз пискнул и лениво махнул в воздухе лапкой, когда что-то мокрое и неприятно холодное задело его нижнюю правую ногу.
-----→Пещера костей

Отредактировано Cerberus (1 Ноя 2015 21:18:50)

+3

39

Наверное, новорожденный Сильван был куда спокойнее своих сиблингов, что не означало, будто бы позже он будет продолжать себя так вести. Честно говоря, причина была простой - малыш просто не видел смысла в том, чтобы надрываться и кричать, ведь мать была рядом, а вместе с ней и еда. Был бы он чуть-чуть постарше, то явно бы начал негодовать на свою сестру, но так как сейчас он был слишком мал, чтобы рассуждать здраво, когда его пихнули, он лишь недовольно мякнул и продолжил есть молоко. Ему, конечно же, не понравилось, что кто-то поднимает на него свои лапы, но ведь есть куда приятнее, чем истошно вопить, не так ли?
Когда мама поднялась, былого спокойствия Сильвана как и не бывало. Он начал истошно вопить. Зачем и почему? Точно ответить на этот вопрос нельзя, но ясно было только одно: в ближайшее время Адриане нельзя будет удалиться так, чтобы Сильван не поднял криков. А затем вернулся (пусть будет "отец". Мы знаем, что это именно он, а Сильван еще не понимал и не знал этого слова, мысленно ассоциируя это существо с огромной каменной стеной, которая тебя всегда защитит)  отец и стал давать имена мелким. Сильван слышал голоса, но не понимал о чем разговаривают его родители. Ушел отец, забрав сестру, а потом и мать, забрав брата. И вот тут то нашего Сильвана понесло. Он начал так истошно вопить, как не вопил никогда в жизни. Да, пусть он и вопил то всего лишь пару раз, сейчас ему казалось, что этот вопль услышали за миллионы километров отсюда. Дело в том, что Сильван подумал, что мама бросила его за ненадобностью, а потом оставила совсем одного. Малыш, конечно, чувствовал чье-то присутствие, но ведь он не мог определить кто это, друг ли это и, вообще, не кажется ли ему. Эти несколько минут были самыми долгими в его жизни, но, наконец-то, мама вернулась и, ухватив Сильвана за шкирку, понесла куда-то. Малыш прижал лапы и хвост к себе и замолчал. Пусть это было не очень удобно, но зато душу грела мысль, что мама его не бросила.
--->Пещера костей

Офф

Еле родил, если честно(

+2

40

◄Река в пустыне
На самом деле Фроз и не сразу понял, идут за ним те двое сорвиголовы или нет. Ему честно было все равно. Если бы сейчас они погибли под песчаной бурей, то это был бы сугубо их решение, т.к Фрозен их предупредил, поуговаривал даже, так что он тут не у дел.
-А они не так глупы, какими показались на первый взгляд, - Свят наклонился над львиным ухом, проговорив это полушепотом, не понятно, то ли не заботясь о том, что его услышат, то ли не заботясь о том, что его могут не услышать. - Они таки пошли за нами, видать жить все же хотят.
В любом случае до адресата сказанное добралось, а то, услышали ли его другие "спутники" или нет, беркута не особо волновало.
"На самом деле выбор то в их случае был иллюзией. Если бы они пошли на восток, то уперлись бы там в зыбучие пески. Хотя, об этом они, вероятнее всего, не знали. Да и разница то, в любом случае их накрыло бы бурей гораздо раньше, чем они куда-либо успели", - белый мотнул головой и фыркнул, сбрасывая с себя песок, что уже успело на него намести. Ветрище уже сейчас успел подняться что надо, поднимая песчинки вверх а после обрушивая их на незадачливых путников. Оставалось лишь жмуриться, чтоб при такой погоде не лишиться глаз.
-Ты дальше меня видишь, пернатый. Давай, говори куда сворачивать. - и как бы Лузалу не торопился, обогнать бурю им так и не удалось. Едва только подступив к их новообразовавшемуся отряду, непогода уже успела с лихвой так обрезать обзор. И это было только начало, если бы они стояли на месте, то уже оказались бы, что называется, в сердце бури.
-Гельта еще в паре сотне метров. Прямо идите, не надо никуда сворачивать! - это орел прокричал уже во весь голос, чтоб услышали точно все.
"Если бы не этот хромоногий, я бы уже в несколько прыжков до скал добежал", - и спрашивается, на кой черт призывал к благоразумию, если сейчас ворчишь, что новые спутники для тебя балласт? Возможно, голубоглазка делал это просто из принципа или по привычке. А может еще по какой-то причине, кто его знает, тем не менее, на самом деле он не имел ничего против присутствия этих двоих в непосредственной близости. Собственно, как и ничего "за" их присутствие тоже. Так, просто старался шибко не топить вперед, чтоб они его их виду не потеряли - ибо, вроде как, вместе же пошли.
-Почти добрались. - Фроз остановился за первым же высоким камнем, вглядываясь вперед. Видимость была отвратительная, но среди песка едва-едва можно было разобрать скалы. Дождавшись, когда спутники его нагонят, он продолжил. - Чуть дальше есть спуск к пещерам. Там есть вода и будет гораздо прохладнее, чем снаружи. Не отставайте.
Сразу же после этого он снова двинулся вперед, сизым пятном теряясь в песочном облаке. Благо идти и правда было недалеко - вход в пещеру оказался практически под лапами, едва не заставив белогривого в него провалиться. Во время поймав баланс, он спустился вниз уже сам, аккуратно ступая по камням, что ложились друг за другом словно ступени лестницы.
-Судя по всему ты бывал тут раньше, м? - беркут спрыгнул с львиной спины, залетев чуть глубже в пещеру.
-Пустоши не далеко отсюда. Мы часто заходили в Гельту утолить жажду.
Вторя своим словам матерый наклонился над небольшим озерцом, скорее даже лужей, что располагалась в песчанике практически у самого входа в подземелье. Вода не шла ни в какое сравнение с той, что была в пустынной реке - вроде как местные источники питались из грунтовых вод, а значит и водичка тут была чуть ли не родниковая.
-А именно в этой пещере? Или нет? - беркут, тем временем, со своими расспросами никак не успокаивался.
-Да черт его знает, Свят. Это было несколько лет назад. Чего ты привязался то? - чуть повысив голос, Лу пытался найти взглядом орла. Но поблизости его не было.
Потеряв к этой затее всякий интерес, лев улегся на камень, недалеко от озерца. После обратился уже к тем двоим, что подобрал в пустыне:
-Располагайтесь. Мы тут на несколько часов примерно застряли, ветер не успокоиться до вечера точно. Меня, к слову, можете Фрозеном называть.

Отредактировано Frozen (24 Май 2017 16:26:12)

+2

41

> Река в пустыне

Песчаная буря догнала путников куда быстрее, чем рассчитывал Нирнамэ. Всё же он нечасто сталкивался с таким природным явлением и немного переоценил свои силы. Для того, чтобы хромая лапа не просто заболела, а мучительно взвыла, не потребовалось галопом скакать по барханам. Спустя какую-то жалкую полсотню метров пути Нир стискивал зубы при каждом шаге и, несмотря на все свои усилия, тормозил общую процессию.

Когда же ко всему прочему добавился ещё и набирающий силу ветер, несущий огромное количество песчинок, ситуация стала невыносимой. Сильные порывы ветра, хоть и били льва сбоку, но всё же замедляли. Нира частично спасала грива, мешая песчинкам попадать на морду и глаза, но идти пришлось, сильно склонив голову и едва разбирая путь. С каждой секундой буря набирала обороты, снижая видимость, Нир теперь ориентировался лишь по хвосту и крупу Мафдет, что шла перед ним. Питона он и вовсе потерял из виду, но о Пирсе беспокоиться не было нужды.

Нирнамэ немало удивил тот факт, что шедший впереди белоснежный лев не особо-то и торопился отыскать убежище от бури. То есть нет, они все двигались довольно-таки быстро, но всё же недостаточно быстро. Незнакомец на первый взгляд показался Ниру здоровым и если не полным сил, то точно не засыпающий на ходу. Значило ли это, что белый специально притормаживал, давая возможность остальным львам нагнать его и не потеряться среди бесконечных барханов посреди бури?

Нирнамэ показалось, что прошла целая вечность, прежде чем львы смогли рассмотреть едва заметные очертания скал впереди. Вернее, их проводник рассмотрел, потому что Нир как мог спасал свои глаза от тысячи маленьких песчинок, держа голову так, чтобы держать в поле зрения задницу Мафдет и не более. Белый лев подождал, пока спутники нагонят его, и сообщил, что они почти добрались. Это воодушевляло: ведь ещё совсем чуть-чуть и они окажутся под защитой надежных скалистых утесов. Нирка усилием воли заставил себя прикусить язык и не заскулить, когда светлый самец резво убежал вперед и волей-неволей пришлось брать такой же темп. Больно было, без сомнений. Но можно перетерпеть.

В том месте, где Белоснежка будто бы провалился сквозь землю, ловко преодолевая каменные ступени, Нирка, не подозревая, что в один прекрасный момент земля под лапой окажется чуть ниже, чем ожидалось, проявил чудеса грациозности и кубарем скатился вниз. Пытаясь найти твердую опору в виде первой ступени, черногривый навалился на лапу сильнее обычного и, конечно же, это была хромая лапа. Короткий вскрик — и на ничего не подозревающую Мафдет ураганом налетела тяжелая львиная туша, после чего они оба добрались до конца спуска быстрее, чем планировалось.

— Уффф, — просипел Нирка, у которого помимо лапы теперь болели голова и тело. Камень — это вам не мягкая травка, кувыркаться больно.

— Ты как? Прости, я, кажется, споткнулся, — лев перевернулся на бок, освобождая прижатую им самку, и с искренним беспокойством оглядел её. — А твой друг, он в порядке?

Если о питоне Нир не волновался, зная, что наставник способен о себе позаботиться, то насчет малыша Паника он не был так уверен. И убедившись, что никто от его выходки и песчаной бури не пострадал, зеленоглазый обернулся к их белому проводнику. Фрозен, значит.

— Я Нирнамэ, — отозвался лев, поднимаясь на лапы, чтобы приблизиться к небольшому озерцу посреди пещеры. Вместо того, чтобы привычно утолить жажду, Нир опустил вниз чуть ли не всю голову, чтобы как следует промыть глаза от песка. И только потом на добрую минуту замер на месте, жадно и шумно лакая воду. Облизнулся напоследок и последовал примеру Фрозена, удобно растянувшись на каменном полу. И как будто дожидаясь этого момента, к компании наконец присоединился питон. Не утруждая себя объяснениями, он подполз прямиком к своему подопечному, держа в пасти неизвестные Ниру клиновидные растения. Положив свою ношу перед львом, Пирс кратко приказал:

— Ешь. Это ускорит восстановление лапы.

Даже не думая возражать, Нирнамэ покорно начал жевать толстые листья, с усилием проглатывая их. Вкус был на редкость отвратным, лев еле сдерживал тошноту. Его попытки пойти и запить эту гадость водой пресек питон, заявляя, что так лекарство лучше и быстрее подействует. Ниру ничего не оставалось, кроме как кивнуть и подчиниться.

Отредактировано Нирнамэ (27 Ноя 2017 19:28:58)

+2

42

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"6","avatar":"/user/avatars/user6.jpg","name":"krot-banan"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user6.jpg krot-banan

Нирнамэ жует траву

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=5

Бросок
Бонус

Итог

5
3

6

Абсолютная удача: персонаж выигрывает/выполняет миссию без единой травмы или увечья.

Трава успешно действует, и больше Нирнамэ не чувствует боли.

0

43

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"38","avatar":"/user/avatars/user38.png","name":"Mephi-san"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user38.png Mephi-san

Мафдет слетела шариком со склона

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=6

Бросок

Итог

6

6

Абсолютная удача: персонаж выигрывает/выполняет миссию без единой травмы или увечья.

Мафдет повезло, она успела среагировать на падение Нирнамэ и расслабить свою тушку, дабы не отхватить своими же конечностями по перелому во время смачного спуска. Когда этот песочный ком докатится до пункта назначения, ей ничего не помешает встать на лапы и продолжить свой путь дальше. Им обоим.

0

44

> Река в пустыне

Сбылось самое страшное – буря начала усиливаться и нагонять уставших путников. К сожалению, у Мафдет не было такой роскошной гривы как у Нира или белого самца, поэтому песок пролезал в самые сокровенные места. Львица почти ничего не видела – уж больно пыльно было, да и темнеть уже начало. Кофейная уже была готова скакать от счастья, ибо наконец-то треклятое солнце скроется за горизонтом, а чертовая жара спадет. Это были хорошие новости для ушастой, ибо ее темная шкура притягивало светило к себе, что нагревало температуру тела, а в последствии – накатывала головная боль. Да, у нее все еще плыло перед глазами и шумело. Ей даже начало казаться, что она живет в этом шуме.

Круп белого льва мелькал у нее перед глазами, а самой самке казалось, что она задерживает процессию. Нет, у львицы ничего не хромало, просто она была не такой сильной и крепкой, поэтому ей было сложно бороться с бушующей стихией. Она даже один раз чуть не улетела назад, но чудом удержалась на лапах.

А малыш Паник изо всех сил старался держаться у нее на груди, вцепившись в шкуру кофейной, своими крохотными коготками. Мышонку, по-видимому, было сложнее всех: у него не было гривы, он был еще совсем маленьким и слабеньким. Его защитница, кормилица побаивалась за него. Зеленоглазая даже хотела прикрыть кроху лапой, но как бы она тогда двигалась? Ведь, чем быстрее они будут идти – тем лучше для них будет. Вот Мафдет и напрягла все имеющиеся мускулы и постаралась идти пошустрее.

Между тем, ей началось казаться, что черныш отстает. Львица даже развернулась, чтобы бдить и пинать самца, ибо ей не хотелось оставаться одной с незнакомцем. Да, звучит эгоистично, но каждый выживает, как может. Львица хотела было окрикнуть его, но ей в нос попала свежая порция песка, так что кофейная принялась отплевываться. Самка хотела бы уже свой хвост ему в пасть засунуть, чтобы не терялся из виду. Ну, может он и пытался казаться здоровым, но Мафдет хорошо помнила о его ранах и не хотела, чтобы косатик помер в пустыне. Однако такая странная мысль испарилась, и львице ничего не оставалось – пришлось идти дальше, пока незнакомец не скрылся из виду. Если уж говорить о всяких кажущихся существах, то нельзя не отметить то, что в глазах то чернело, светлело, вот и казалось, будто самец не собирался их ждать, мелькая где-то там впереди. Мафдет пришлось прищуриться, чтобы его как следует разглядеть: почему-то в эту секунду ей почудилось, будто он слишком вальяжно шел, на что львица странно отреагировала, взяв и фыркнув.

Я уже жалею о том, что вообще потащилась в эту пустыню.

Сквозь пелену песка самка заметила, что круп белогривого исчезает в какой-то дыре. Или ее опять накрыло? Глюки, знаете ли, такое интересное явление. Но подойдя ближе, она поняла, что это вход в пещеру и незамедлительно направилась вниз, аккуратно ступая по ступенькам. Похоже, что рыжий был не очень внимателен, ибо благодаря ему они покатились вниз как огромный волосатый шарик. И именно его Мафдет должна благодарить за такое прекрасное положение, в котором она оказалась. Малыш Паник был умнее всех: он отцепился от своей хозяйки еще до того, как та поехала вниз. Мышонок полетел следом за ними, а потом просто уселся на голове офигевшего Нирнамэ и что-то удовлетворенно пропикал. Да, в удаче малому можно позавидовать. Да и львица, похоже, не пострадала. А ведь самец был крупнее ее, поэтому она боялась, что у нее пострадала еще какая-либо конечность.

- Да нормально все, я в порядке, - ага, только вот она осталась лежать там, где упала, ибо перед глазами все поплыло.
- А я Мафдет, пых-пых-, львица чуть ли не шепотом пыталась представиться, но не могла повысить голос, потому что чувствовала себя гадко, точно у нее токсикоз был. Но нет, просто головная боль стала невыносимой. Жара. Везде. Кофейная стала часто дышать и фырчать, зрачки увеличились, точно она употребляла какую-то траву. Бухтение было громким, но продолжалась оно недолго: из пасти Мафдет вышел весь завтрак, обед и ужин. Вот так и осталась она лежать с жижей, окружившей ее морду.

Твою мать.

И что о ней подумают после этого? Львице не полегчало, она понадеялась на благоразумие Нирнамэ и отрубилась.

Отредактировано Мафдет (11 Июн 2017 23:09:04)

+3

45

"Стоило отвернуться всего на мгновение", - Фроз подумал это так, словно был стал для тех двоих нянькой. Шум падающих тел эхом раздался по пещере, только-только белый усадил свой зад на пол. Темно-песочный клубок, состоящий из львиных тел, прокатился по ступеням подземелья, каждая из которых грозилась остаться на скатившихся либо синяком, а то еще хуже, переломом.
-Святые предки, никто из вас не убился?
Первым поднялся и заговорил гривастый, сразу же извиняясь и оправдываясь.
"Еще бы специально так на кого-то налетать, если только желания прикончить нет. А может ты тоже на ее зад загляделся, как она на твой в пустыне?"
Ледяной тяжело вздохну и снова грузно взгромоздил свое тело на лапы. Пройдя мимо хромого, он утвердительно кивнул, показывая что его расслышал, и снова продолжил свой путь по направлению к упавшей львице. Та в свою очередь тоже начала подавать признаки жизни, даже попыталась представиться. Правда вот Фроз не расслышал практически нихрена, ибо она скорее булькала, нежели говорила.
-Ладно, не напряга.... - он продолжил бы, и будь человеком, наверное протянул бы руку чтоб помочь встать, только вот самка окончания его реплики решила не дожидаться, и здорово так разродилась пастью на пол пещеры тем, чем недавно отобедала.
Сделав рефлекторно шаг назад, белогривый скептично повел бровью, и обернулся на Нирнамэ:
-Ты ей случаем череп не проломил, пушинка?
Переведя взгляд обратно на, видимо, таки поранившуюся львицу, Кнут в добавок ко всему начал подозревать, что она потеряла сознание.
Где-то над его головой белого кружил маленький летучий мышонок, за спиной, подбирая за собой свое тело, полp питон, а матерый так и стоял, некоторое время просто неотрывно глядя на самку перед собой.
"Да, все таки вырубилась. Хотя на вид все таки отделалась просто синяками.... Может просто головой стукнулась сильно?", - так и не дождавшись от нее еще каких либо телодвижений или слов, так же так и не разглядев натекающую под тушку лужу крови, он просто кратко хмыкнул и развернулся обратно к озеру. На этот раз он и правда шел достаточно вальяжно, возможно из-за того, что не хотел суетиться, а может потому что пройти нужно было буквально несколько шагов. В пару мгновений же он набрал полную пасть воды, и проделал тот же путь уже в обратном направлении. На месте же он никого за хвост не тянул и без всяких вступлений сделал то, что и собирался: выплюнутая вода с громким плеском ударилась сначала о голову темношкурой, а потом уже и о каменный пол рядом с ней.
-Может быть она просто на солнце перегрелась. Если так, то она должно от этого очнуться, - словно бы утешая Нирнамэ проговорил Фроз. Потом правда добавил. - Или не очнется, ибо еще в пустыне она чувствовала себя явно не очень хорошо - ей нужно будет время оклематься.
Тем не менее сама Мафдет, видимо, ожидания самца решила проигнорировать, ибо даже не собиралась двигаться. Подождав еще немного, Кнут наконец-то тяжело вздохнул, как хотел с самого начала всего этого бедлама, и кивнул на львицу, обращаясь к черногривому:
-Предлагаю оттащить ее ближе к озеру. Там и обливать ее проще будет, и она не захлебнется в собственной блевотине.

...> Фб, а потом Пологий Склон.

Отредактировано Frozen (13 Июн 2017 18:08:17)

+2

46

Нир расслабленно потянулся, чувствуя, как его отпускает скопившееся за день напряжение. Снаружи, за пределами пещеры, грозно завывала буря, но здесь ей было не достать путников. Близилась ночь, и те слабые лучи света, что проникли в пещеру, медленно тускнели, оставляя львов в полумраке. Нирнамэ даже нравился такой расклад, в темноте они могли хорошо выспаться, а после, отдохнувшие и набравшиеся сил, отправиться в путь. Лев прикрыл глаза, но вздремнуть ему сейчас было не суждено.

Далеко не приятные слуху звуки исторгаемой желудок пищи заставили Нира тут же распахнуть глаза и вглядеться  в полутемное пространство пещеры. Проморгавшись, через десяток секунд лев уже лучше видел в полумраке, когда глаза привыкли. Первым его ищущему взору попался подтянутый белый попец Фрозена. Позалипав для верности ещё некоторое время на сей примечательный объект, лев с опозданием сообразил, что он искал источник звуков рвоты, а не чью-то пятую точку. Нир поспешно приподнялся, радуясь, что в этот момент на него никто не смотрел, и наконец нашел, что искал. Не то, чтобы ему особо хотелось видеть, как растекается по каменистому полу пещеры чей-то недавний обед вперемешку с желудочным соком, а уж тем более чувствовать запах, исходящий от свежевыблеванной лужицы, но… интерес? Обеспокоенность самочувствием спутников?

Нир не мог не признать, что ему откровенно противно приближаться к вонючей луже, но оставлять всё без внимания было ещё противнее. Разглядев несчастную Мафдет, лев даже шустрее зашевелил булками, чтобы оказаться поближе к ней и хоть как-то попытаться помочь. Лежащая ничком львица могла бы показаться спящей, если бы не ароматная лужа прямо перед её мордой.

— Мафдет, — черногривый осторожно боднул самку в лоб, однако последняя и не думала открывать глаза и уверять обоих львов, что с ней всё в порядке.

Потому что она, черт возьми, нихрена не в порядке. Ты на кого приземлялся сегодня, а, Нир?

Лев тупо моргнул, неосознанно делая шаг назад. Это — его лап дело?

“...Он притаился в засаде, зная, что львица погонит травоядных в эту сторону. Как они и договорились. Самка надеялась поймать приличный обед, чтобы накормить своего мужа и детишек. Помощь недавно приобретенного друга их семьи — желто-песочного самца с пронзительными салатовыми глазами и самой дружелюбной на свете мордой — была как нельзя кстати. А что до него самого… Он получил приказ немного поохотиться.
Всё произошло, как было запланировано. С десяток травоядных галопом пронеслись мимо засады льва, но он выпрыгнул чуть позже. В конце концов, на этой охоте его добычей были вовсе не перепуганные хищниками полосатые зебры. Сражающаяся за свое пропитание самка не сразу поняла, кто её атаковал. Да и питон приучил своего питомца не играть с добычей, а убивать практически мгновенно. Не без труда сломанная шея львицы — и самец медленно отстраняется, облизывая испачкавшуюся в теплой крови пасть. Нестерпимо хочется сплюнуть. Вкус крови ему никогда не нравился…”

Нирнамэ дернулся, как от пощечины. Сердце отчаянно билось, как пойманная птица в клетке, с трудом лев отогнал непрошенное воспоминание. Это совсем другое, совсем. Мафдет не умрет по его вине. Он не позволит.

— Да… конечно, я сделаю, — хриплым от испуга или напряжения голосом ответил Нир. Наклонившись к самке, до сих пор пребывающей в бессознательном состоянии, он как мог осторожно сомкнул зубы на её серо-кофейном загривке, чтобы потом, оттянув в сторону от лужи блевотины, медленно доставить львицу к озерцу. Освободив мокрую от слюны шерсть из своей пасти, черногривый опустил лапу в воду и резким движением обрушил на Мафдет целую миниатюрную волну, полностью замочив ей голову.

— Всё будет хорошо, обещаю, — тихо зашептал Нир и было непонятно, говорит он это львице или больше утешает себя. — Ты только очнись.

Он снова погрузил здоровую лапу в воду, краем сознания отмечая, что держать вес тела на изувеченной конечности уже и вполовину не так больно. Лев был готов снова повторить процедуру обливания, если Мафдет не станет лучше.

> Продолжение следует...

Отредактировано Нирнамэ (1 Июн 2018 22:15:17)

+3

47

А сегодня был весьма неудачный день, а? Самочувствие хреновое, погода адская, прогулочка так себе. Мафдет была не из тех львиц, которые показывают отвращение ко всему происходящему, она напоминала скорее изваяние, которое все время молчало. А вот что думали по этому поводу остальные – ее как-то мало волновало. Не, она конечно благодарна им за помощь, ведь не каждый лев согласится тащить на себе тяжелую тушу, чтобы та оклемалась. Некоторые и насилуют, между прочим. Она кое-как их отблагодарила (хотя, кто будет доволен только словами?) и думала о бренности бытия, пока отмывала лапами ту гадость, что изверглась из ее пасти. Запашок был отвратительным, но она как-то стала себя лучше чувствовать, даже протрезвела, если так можно выразиться. Меньше всего ей хотелось сейчас смотреть кому-либо в глаза, потому что было неловко. Вроде бы по всем канонам ей полагается быть слабой, хрупкой, нэжной как розочка и во всем полагаться на сильных гигантов. Но зеленоглазая была совсем другой: она была гордой, дерзкой и противной. Вот, последним словом ее можно было более точно охарактеризовать.

А потом она удивилась еще больше, когда подручный белого льва внезапно вернулся, видимо она пропустила тот момент, когда пернатый смотался. А потом они некоторое время пошушукались, а затем вместе ушли. Это показалось львице очень странным. Не, лев, конечно, предупредил их, что они отойдут на некоторое время. Просто львица  в очередной раз задумалась: что, черт возьми, можно делать в этих пещерах? У них тут тайник? Или, что похуже? Свои мысли она не собиралась озвучивать, к тому же ей нужно было закончить с умыванием. Да, она пыталась отмыть себя от всей этой гадости, что осталась на львице после внезапного пробуждения.

Этот позор я запомню надолго.

А между тем Нир выглядел очень обеспокоенным, даже виноватым. Причина его подавленности была ясна как погода, но львица не торопилась что-либо сказать по этому поводу. Во-первых, она не знала, какие слова ей нужно подобрать, потому что ляпнуть, что попало, не хотелось. А во-вторых, это была такая неловкая ситуация. Видите ли, не каждый день на тебя падают и успешно приземляются, а потом откачивают.

Закончив с умыванием, львица решилась подойти к черногривке, потому что больше не могла видеть эту виноватую морду. Ну, подумаешь, упал – с кем не бывает?

- Прекрати уже себя винить во всех бедах, никто не умер, все здоровы и счастливы. В мире всякое бывает и, если ты будешь заниматься все время самобичеванием, то так и кукушка слететь может, - да, скажем прямо: Мафдет была полным профаном в области поддержки. Во всяком случае, в этот раз получилось хуже чем обычно. Видимо, головушка просветлела, и львица перестала жалеть всех налево и направо. К тому же со стороны это смотрелось бы странно. Но, чтобы дела были уже не слишком паршивыми, львица слегка боднула головой Нирнамэ, чтобы вывести его из транса боли и отчаяния. Ей уже хватило на сегодня истерик. И вообще, в семье должен же быть хоть кто-нибудь нормальным?

- Что-то Белоснежка задерживается. Пойдем, проверим, не откинул ли он копыта, пока мы тут с тобой сидели, - сидеть на месте надоело, валяться тоже, вот она и приняла такое оригинальное решение. К тому же, чем дальше они пойдут, тем прохладнее будет. Тем более ей бы не помешало размять немного лапы.

> Переход в фб

Отредактировано Мафдет (20 Авг 2017 14:43:20)

+1

48

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"38","avatar":"/user/avatars/user38.png","name":"Mephi-san"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user38.png Mephi-san

Что-то странное творится на севере: небо над видимой частью вулкана Килиманджаро затянуто странными, темно-фиолетовыми облаками, отдаленно напоминающими грозовые тучи. Создается впечатление, будто огромная гора ожила и начала чадить дымом. Слышен едва различимый, мерный гул, а также рокот мелькающих в облаках раскатов голубоватых молний — зрелище, безусловно, очень красивое и завораживающее, моментально привлекающее к себе внимание. Вода в реках, лужах и озерах ведет себя странно: на ее поверхности заметна мелкая, волнующаяся рябь, будто от легкого порыва ветра или слабого трясения почвы.

0

49

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"3","avatar":"/user/avatars/user3.jpg","name":"SickRogue"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user3.jpg SickRogue

На севере вспыхивает ослепительное багряное зарево, отчего в пустыне на несколько мгновений становится светло как днем. Спустя считанные мгновения земля содрогается, как перепуганная зебра, вода во всех водоёмах начинает ходить ходуном, а с возвышений скатываются камни — как мелкие, так и покрупнее. Поначалу все это происходит в жуткой тишине, но затем с запада доносится дикий, оглушительный грохот, настолько громкий, что он заглушает все и вся. Постепенно интенсивность этого звука начинает затихать, но его отдельные раскаты, глухие и зловещие, время от времени по-прежнему долетают до ушей местных обитателей. Стихает и дрожь земли. Обвалы прекращаются, а, со временем, проходит и волнение на воде. Небо в северной его части заволакивает странными, зловещими тучами, сквозь которое по-прежнему пробивается странное и жуткое зарево — а снизу их озаряют красные огненные всполохи. Кажется, подножье Килиманджаро, а также все его окрестности, охвачены страшным пожаром.

0


Вы здесь » Король Лев. Начало » Великая пустыня » Гельта