Страница загружается...
X

АААААА!!! ПРОГОЛОСУЙ ЗА НАААААС!!!!

И не забывай, что, голосуя, ты можешь получить баллы!

Король Лев. Начало

Объявление

Количество дней без происшествий: 0 дней 0 месяцев 0 лет



Представляем вниманию гостей действующий на форуме Аукцион персонажей!

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов Волшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Северные владения » Мертвые заросли


Мертвые заросли

Сообщений 31 страница 37 из 37

1

http://s6.uploads.ru/qu5gn.png

Труднопроходимый участок леса, расположенный в северо-западной части Долины горячих сердец. Земля здесь тверда и суха, камни пожирают мхи и лишайники, а ветви деревьев мрачной паутиной смыкаются над головой, из-за чего под их своды с трудом проникают лучи солнца. Под пологом древесных гигантов всегда сухо и прохладно — здесь можно укрыться от жары или холода. Несмотря на жуткое название, животные здесь все-таки есть, правда, их не очень много.


1. Любой персонаж, пришедший в данную локацию, получает антибонус "-1" к охоте и поиску целебных трав.

2. Доступные травы для поиска: Маи-Шаса, Костерост, Адиантум, Сердецей, Ароспьера, Болиголов, Черный корень (требуется бросок кубика).

+1

31

Детенышу явно не понравилось, что его так нагло лишили столь увлекательного действия, как обсасывание материнского носа - ну считай почти что соска, верно? Когда Леони целенаправленно потянула голодного ребенка от собственной белой, искаженной в родовых муках морды, ненаглядная дочурка вновь взбрыкнула всеми четырьмя, с громким "чпок" отлипнув от влажной, обсосанной мочки Леони и опять залилась пронзительным, требовательным писком, морщась и жмурясь, перебирая крохотными лапками в воздухе на манер крохотного белого (почти белого) тупоносого бульдога, у которого отняли его добычу.

Впрочем, она почти сразу успокоилась, едва только мать подтолкнула это пухлощекое и до ужаса визгливое, требовательное создание к своему животу. Львенка перекатилась колобком через голову,  в два оборота, после чего размашисто приземлилась задницей на землю, уперев в каменистую почву передние, дрожащие лапки столбики, а задние раскинув шпагатом в стороны - новорожденному сохранять позу сидя было ой как непросто. Мягкие и вялые лапки дрожали и разъезжались, так и хотелось шлепнуться обратно на пузатое, влажное брюшко и по-пластунски проползти к источнику приятного запаха, затерявшегося где-то в густой шерсти взрослой самки. Но львенку очень не нравился холод, волнами исходивший от камней. Она попыталась приподнять увесистую пятую точку и вовсе деловито, слепо посеменить к материнским соскам, словно ей не несколько минут от роду, а как минимум, несколько недель, но, разумеется, не смогла, неуклюже шлепнувшись тупой и круглой ряхой в бок Леони, раскачиваясь на месте и заваливаясь на обе стороны по очереди, словно ее сдувало ветром. Все обиды и недовольства новорожденная довольно быстро на потом, буквально случайно проехавшись мягкими усами по выглядывающему из пышной шубки львицы розовому соску от которого так головокружительно, невообразимо маняще пахло! Повозив мордой из стороны в сторону и вверх вниз, яростно, активно пытаясь нащупать высунутым языком за что ухватиться и как бы получше взять, самочка с жадным чмоком вцепилась в источник поступления в ее пузо питательного молока, сильно стиснув его беззубыми деснами и уперлась когтистыми культяпками в живот Леони, с хищным урчанием разминая его лапками, стимулируя поступление молока в жадную детскую пасть.
Вот теперь котенок точно вцепился в мамку так, что и клещами не отодрать!

Ее даже не смутило, что рядом с ней приземлилось что-то... знакомое... О да, эта косматая жопень с торчащими иголками густого "полярного" меха была более чем узнаваема. С ней намертво присосавшийся детеныш был знаком со времен, простите, зачатия. Почувствовав радостный тычок сестры в плечо - о, здарова! - самочка лишь сдавленно промычала сквозь прилипшие к соску губы, неопределенно махнув передней лапой, мол, располагайся, в этом молочном баре здесь куча свободных мест, бери любое. Прижавшись боком к родному, шустрому комку с откровенно кошмарных размеров задницей,  пару раз недовольно хрюкнув и пустив из ноздрей молочные пузыри (ее соседка довольно активно завозилась рядом, случайно пихнув и заехав локтем по морде старшей, спасибо, чо уж), новорожденная потихоньку сонно распласталась, расслабленно подергивая придерживающим сосок языком-лопаточкой.
Тихие беседы родителей пролетали мимо ее уха, хотя... когда мать впервые назвала ее имя... длинное, грозное, твердое и с рычащими нотками, малышка заинтересованно дернула огрызками ушей, отведя их назад, словно бы прислушиваясь к мурлыкающему, мягкому голосу Леони. Астрид понимала, что ей нравится, как говорит ее мама. И как вибрировал ее пахнущий молоком, и немного кровью живот. А вот у отца, разумеется, львенка не знала кто этот громила, что сейчас деловито обнюхивал ее сестру, голос казался несколько грубее и глубже. Даже в чем-то пугающе. Снова прошедшийся по ее вихрастой макушке чей-то язык, невольно потянувший кроху прочь от соска, мгновенно "оживил" ее, вынудив опять яростно замахать лапами, отпихивая назойливый, шершавый, наждачный "умывальник". Теперь уже Астрид помешала Ло мирному поглощению пищи, навалившись грудью на чужую морду. А затем и вовсе расположившись поверх сестренки всем своим весом, как на подушке.

+4

32

Едва ощутив на своей мокрой, взъерошенной шкурке наждачные прикосновение чьего-то огромного, но теплого и необычайно ласкового языка, снежно-белая малышка тотчас оборвала свой затяжной концерт и на какое-то время озадаченно затихла, озадаченно прислушиваясь к этим совершенно новым для нее ощущениям, находя их безумно странными, но вместе с тем и отчасти успокаивающими. Даже не "отчасти", а более чем! По мере того, как Леони деловито счищала кровь и слизь с пушистой шкурки своей второй дочери, та все больше расслаблялась, отвечая львице теперь уже не надсадным ревом, но нежным, воркующим урчанием, чувствуя, как все ее крохотное существо затапливает волна прежде незнакомого ей чувства... Чувства, согревающего ее не хуже, чем первое знакомство с бережными материнскими ласками, настолько мощного, что бедный львенок полностью "растаял" и обмяк, уже и не пытаясь даже чему-либо сопротивляться. А уж когда Лео подтолкнула ее к собственному животу, помогая крохе найти не только пропавшую без вести сестру, но и вкусно пахнущий сосок, то малышка и вовсе умиротворенно затихла, лишь довольно причмокивая сквозь жадно стиснутые (но пока что еще беззубые) десны. Правда, когда над ее головой совершенно внезапно раздался еще один голос, теперь уже куда более низкий и глубокий, а оттого слегка пугающий, львенок не смог удержаться и еще разок слепо взбрыкнул задними лапками, в процессе неуклюже перекатившись с живота на бок. Материнской груди она, впрочем, выпускать не стала, зато на всякий пожарный грозно запыхтела на отца в ответ... а затем все-таки распахнула пасть и вновь залилась возмущенным писком, ощутив на себе тяжесть некой до ужаса знакомой и пушистой задницы — эй, ну на голову-то зачем лезть! И вообще, кто сказал, что она сама за себя постоять не может?! Упершись всеми четырьмя конечностями в горячий живот Леони, новорожденная самка вдруг колобком выкатилась из-под крепенького тельца своей старшей сестры, отчего последняя должна была если не уткнуться носом в землю, то как минимум просто бухнуться обратно на живот, оставшись без живой опоры. Сама Ло (как ее только что нарекли родители) с паническим воплем откатилась куда-то под лапу Денту, но не растерялась и вновь принялась активно брыкаться и пищать, требуя немедленно вернуть ее к еде, а когда этот приказ не выполнили сиюминутно — попыталась самостоятельно перевернуться обратно на живот, активно вращая при этом своим коротким заостренным хвостиком.

+5

33

«Девочки… Это девочки!» - доперло, наконец, до очарованного собственными детьми Дента, словно жена могла воспроизвести на свет не двух малышек, а каких-нибудь  бесполых пришельцев с далекой планеты Суверен. Подсознательно он ожидал, что один из них наверняка окажется его преемником, который, со временем, должен был превратиться в крепкого и сильного льва (уж Дент бы постарался вырастить из него достойного бойца и охотника), но когда Леони своим вердиктом пресекла все мечты о будущем сыне, тот не почувствовал ни капли разочарования. Он просто склонился над двумя комками,  звучно причмокивающими свои законные соски, с открытым наслаждением вдыхал молочный аромат шкурок обоих котят и просто растворялся в столь головокружительном моменте.

- Астрид… - повторил Дент негромко, с пристальным вниманием рассматривая светлошкурую бунтарку, довольно бойко начаывшую свою новорожденную жизнь. – Мне нравится… О, смотри-ка, Лео, как она задергала ушами, – приподняв единственно уцелевшую бровь в некотором удивлении, самец добродушно усмехнулся.  – Да-да, моя крошка, ты теперь Астрид.

Он так увлекся своими девчонками, что едва заметил столь красноречивую паузу, повисшую между супругами, которую нарушало лишь тихое чмоканье да покряхтывание обеих малышек. Леони выжидательно сверлила глазами новоиспеченного папашу, и тот, нехотя оторвавшись от созерцания детей, приподнял косматую голову, взглянув на львицу с застывшим знаком вопроса на измордованной физиономии: - М-м-м-м...Я тоже должен как-то назвать, да?

По правде говоря, темношкурый хищник не был силен в именах, особенно в девичьих. Он и самок-то встречал всего ничего – по пальцам одной лапы пересчитать можно, куда уж там до запоминания чьих-то астральных имен, которые, в принципе, его никогда не интересовали. «Я не хочу, чтобы моя дочь носила чужое имя, - скорее для самооправдания подумал Дент, с нежностью оглядывая белоснежный комок, который был погребен под пухлой попкой Астрид. – Она достойна самого лучшего и красивого имени, чтобы даже суровые боги обзавидовались!»

- Ло! – вдруг выдал он вместо предполагаемого «лучшего и красивого», точно ноту сфальшивил. – Назовем ее Ло, - заметив выражение морды своей жены (а чего не из одной буквы-то вообще?), Дент понял, что его будут сейчас как минимум глумить за проявленную убогость в собственной фантазии. – Не, ну а что? И на твое имя похоже, и легко запоминается…

Между тем, новоявленная Ло, кое-как откатившись от напористой сестры, ткнулась пушистым боком в переднюю лапу Денту, отчего тот невольно замер, внезапно забоявшись даже даже шелохнуться. Его воспаленный мозг выдал мрачную картинку, как малышка лопается всего лишь от одного неуклюжего движения когтистой граблей льва, разлетаясь на мелкие кусочки по всем стенкам пещеры. Лев даже тряхнул гривастой башкой, прогоняя мутное наваждение прочь из сознания, после чего вновь устремил немного тревожный взгляд на Ло. М-да, папаша из него, конечно… Ну не задавит же он собственную дочь, в самом деле? Аккуратно, стараясь лишний раз не сопеть от перенапряжения, самец склонился к девочке и, неожиданно поддавшись нахлынувшим чувствам, ткнулся в ее мягкое брюшко своим носом, томно прикрыв веки. Он был готов вечно сидеть вот так, неудобно сгорбившись в три погибели, чтобы слушать ее дыхание до одурения, вдыхать аромат, касаться белой шерстки и мысленно благодарить Айхею за то, что дал, наконец, изуродованному страдальцу возможность насладиться собственным счастьем. Правда, сама Ло была категорически против бесконечно валяться перевернувшейся черепашкой в ногах у папки, судя по ее сердитому писку и лихорадочным дрыганьям лапками. Пришлось возвращаться с небес на землю – пока детеныш требует еды и тепла, как-то не до радужных мечт, верно? Поэтому Дент, не сдержав ласковой ухмылки, приоткрыл свою лапищу и, бережно поддев широкой «ладонью» под спинку Ло, чуть приподнял ее над землей. – Какая ты у меня малышка, Ло, - негромко проговорил он, сжимая девичье тельце так, чтобы оно не укатилось, если барышня вновь решит развернуть свою активную деятельность. – Даже чуть меньше батиной лапы, смотри-ка... Ну ничего, ты вырастешь и всем еще покажешь, да? А теперь иди к маме, крошка, набирайся сил, – спустив котенка прямо к сладкому животу Леони, самец незаметно выдохнул. Пусть довольно неуклюже, через пень-колоду, но, кажется, у него начало что-то получаться, да и дети, оказывается, не такие уж и хрустальные. Значит, дальше все будет намного проще, и ему теперь не придется падать в обморок от любой просьбы супруги, касаемо дочерей. Скажем, помочь их вылизать или накормить… Впрочем, кормить девочек мясом еще рановато, а вот Лео… - Ты еще не проголодалась, дорогая? Может быть, тебе организовать свежей крольчатины?

Отредактировано Дент (28 Янв 2018 03:04:36)

+9

34

Lullaby of the Moon

Ло! – многозначительно изрёк муженёк, и Леони едва удержалась от комментария: что, всё? То есть просто «Ло»? Не сокращение от какого-то красивого и длинного имени, которым Леони сама не обладала от рождения, но не из двух же букв! Маленькие дети изрекают более сложные слова, когда у них просыпается умение говорить, но тут изрекал уже взрослый самец. Хорошо, что под взглядом жены он не решил добавить к имени малышки ещё пару букв, превратив «Ло» в «Ло-Ло» или ещё что-то в этом духе.

«Что ж.. пусть так»

Львица вымученно усмехнулась.

Второй пункт в рождении детёнышей выполнен, что там дальше по списку? Родивший отец есть.. То есть.. радостный отец есть. Родившая мать есть. Пол детёнышей определён, при инвентаризации молодого наследного поколения тоже ошибок не обнаружено, дополнительных запоздалых потуг тоже нет, дети при именах и при сосках. Кажется, всё сложилось наилучшим образом. По крайней мере, в глазах Леони большая часть их родительских обязанностей на первое время была выполнена. Их дети здоровые, чистые против их желания, накормленные, в тепле и уюте, при красивых именах.

Дент с такой нежностью, бережливостью и заботой поднял их младшую дочь на лапу, что Леони на секунду ей позавидовала, что это не она так же растянулась на лапе у возлюбленного, оттопырив симпатично пухленькое пузико, и лениво крякает. Но, беря во внимание реальность, Леони всё же понимала, что при своих размерах и весе она с милой улыбкой невинного слона сломает ему лапу, а пухленькое пузико у взрослой львицы выглядит совсем не мило – уж точно не в глазах молодого самца, которого интересуют другие формы.

Как только обе малышки оказались под боком у её матери, львица осторожно подгребла их к себе лапой под тёплое брюхо, где дети могли на своё усмотрение изволить потчевать молоком, пищать или рефлекторно причмокивать во время сна, пока не разорутся во всю глотку от любого не угодившего им жеста со стороны родителей, даже если на самом деле ничего не поменялось, а проораться надо.

Дёрнув ушами, львица оторвала взгляд от бойких дочерей и посмотрела на мужа.

Мне достаточно организовать свежего мужика рядом, – Леони устало ухмыльнулась, подняв взгляд на заботливого и взволнованного супруга. Отношения с Дентом, хоть он и не был её единственным самцом, оказались для неё чем-то новым. Львица делала вскидку на то, что причина довольно проста – предыдущий её любовник смылся ещё до того, как Леони доносила свой первый выводок. Но потом она отогнала эти мысли. Глупо пытаться сравнивать двух абсолютно разных мужчин. Дент хоть и выглядел сурово, а для некоторых ужасно из-за своих шрамов, оказался с горячим и любящим сердцем, добрым, заботливым, чисто по мужицки туповатым  в некоторых вопросах, но это добавляло ему определённого шарма и очарования, которые дополняли целую картину и делали Дента Дентом, которого она знала и успела полюбить. Теперь ей нужно было привыкнуть к нему в роли отца, на которого можно положиться. Не излишне сильно, потому что всегда существует возможность столкнуться с проблемой. Никто от этого не застрахован, но сейчас, купаясь в тепле Дента и таких крохотных детёнышей, Леони не хотелось думать о плохом. Самым счастливым завершением уходящего дня могли стать только полноценные объятия любимых и крепкий сон.

Леони махнула хвостом, приглашая супруга лечь рядом с ней и защитить её и детёнышей от холодного воздуха севера. Они все проделали большую работу и заслужили отдых. Пока девочки набирались сил – они проделали такой важный и серьёзный шаг в начале своей жизни, наполняли животы и лениво дрались друг с другом за место под животом матери, львица тихо замурлыкала мелодию. Старая колыбельная отдавалась в сердце тёплыми откликами из детства, хотя самка уже плохо помнила, как выглядела её мать и совершенно точно не могла вспомнить её голос. Она стала для неё размытым образом из прошлого, наполненным лаской, теплой и безграничной любовью.

– Distant moon, so big and bright
Softest silver glowing through the night
High atop, the mountain gold
Sun unseen, the world is cold

Львица знала, что дети ещё слишком малы, чтобы улавливать смысл слов, но даже так они слышали её голос, реагировали на неё и, как думала львица, успокаивались и привыкали к ней с первых дней своей жизни. Голос Леони становился тише, она положила морду на лапы и не заметила, как шумно выдохнув от накатившей на неё усталости, закрыла глаза. Последние слова колыбельной прозвучали шепотом и уносили её в далёкое прошлое минувших дней.

– I wish, to see this world through my own eyes
To calm, the elders and silence their cries
Because, of you I now gaze up and sing
The lullaby of the moo-oon

+6

35

Мысленно Дент уже был там, за пределами их теплого и уютного мирка, с твердым намерением добыть для любимой уставшей женушки не то что кролика, а как минимум за стадом слонов спуститься в саванну. Но когда прозвучал отказ, невольно заставивший льва, что называется, замереть в прыжке практически у выхода, тот почувствовал укол разочарования. Эх... А он так хотел продемонстрировать Леони всю боевую готовность теперь уже как новоиспеченного отца семейства, который непременно должен обеспечить свой маленький прайд едой, защитой и теплом... Ну, по крайней мере, от последних двух пунктов жена предпочла не отмахиваться - и то хорошо. Незаметно вздохнув в усы, Дент развернул свой массивный корпус и на мгновение замер, скользнув оценивающим взглядом по телу самки, словно прикидывал степень обессиленности благоверной после родов.

- Ладно, убедила, - хмыкнул лев, невольно залюбовавшись изящными изгибами супруги. - Если ты не голодна, то я и потом могу поохотиться... Или вообще Кейси отправлю, уж она-то точно справится. А насчет свежих мужиков не уверен - один из них довольно сильно потрепался.

Тихо, стараясь не вспугнуть притаившейся в углу мыши, Дент приблизился было к львице, как неожиданно замер на месте, не дойдя до Леони всего лишь пары шагов. Он вдруг увидел собственную супругу в новых, необычайно теплых красках, всю такую томную и заботливую, мурлыкающую двум мохнатым шарикам мелодичную колыбельную. От сего прозрения сердце темношкурого льва стремительно наполнилось  всепоглощающей любовью к это белесой занозе с челкой, как никогда раньше, что Дент понял: он не может позволить себе ее потерять.

- Леони... - хрипло шепнул самец на ухо засыпающей супруги, весь раздираемый от накатившего желания доказать ей свое обожание, доведенное практически до болезненной привязанности. Медленно прошелся шершавым, вмиг пересохшим языком по загривку львицы, прочертив дорожку вдоль слегка обвисшего живота и не забыв одарить лёгкой, едва заметной лаской дочерей. - Не хотелось бы тебя тревожить, но... - тут темношкурый хищник отвлекся от своих кобелиных намеков, чтобы подцепить на когти небольшой кусок крольчатины, еще со вчерашнего ужина заботливо припрятанной в прохладном углу пещеры, и одним порывистым движением протолкнуть мясо аккурат в пасть Леони. - ... тебе все равно нужно поесть, дорогая. Хотя бы ради наших девочек.

И, беззастенчиво глядя прямо в приоткрытые глаза самки, Дент одарил ее нежной, с нотками иронии полуухмылкой, а затем грузно улегся рядом, приобняв жену своей лапой и раскидав густую двухцветную гриву по ее рёбрам.

Еда, защита и тепло - completed.

+2

36

→ Пологий склон

Жемчуг не ожидала, что мартышки заставят ее погнаться столь далеко. Нет, она совершенно не переживала, Гранат она, в случае чего, всегда сможет выследить - уж больно хорошо она знала подругу, её запах, повадки... В отличие от распроклятых обезьян. И дело было уже даже не в травах, а в задетой гордости. Никакая поганая мартышка не смеет облапошить Жемчуг... Если не считать, конечно, того факта, что её уже облапошили.

Таким образом, погоня за украденными травами превратилась в погоню за украденным достоинством, и именно поэтому и только поэтому Жемчуг не могла позволить себе остановиться. Возможно, это было глупо. Но Пёрл нередко совершала глупые вещи, будучи ослеплённая эмоциями - плохими или же хорошими.

Ей каким-то образом удалось пробраться по чужим территориям незамеченной. Пока. Жемчуг чувствовала запахи незнакомых зверей, однако ей не было сложно при всем при этом не попадаться на глаза. Особенно теперь, когда ей удалось добраться до лесной зоны. Хоть её шкура и выделялась в местной... растительности. Сухой и мрачной, но все же жизнь в этих зарослях обитала.

Впрочем, не сказать, что Жемчуг нравилось здесь. Жуткие места всегда заставляли шерсть на загривке вставать дыбом, и в какой-то момент львица даже пожалела, что всё это затеяла. Она вздохнул, оглядываясь назад. Стоит ли ей вернуться к Гранат? Пожалуй... Обидно, что пришлось пройти такой долгий путь ради ничего, но наконец-то, когда её гнев сошел на нет, разум стал подсказывать самке, что она делает что-то не так. Стоит ли говорить о том, как сильно она хотела есть? Ведь изначально все это и было затеяно, чтобы найти трав на будущее, да подкрепиться...

Жемчуг все-таки решила развернуться и медленно поплелась обратно, в этот раз путь давался ей гораздо труднее. Заросли казались более непроходимыми и густыми, а ориентироваться по запаху и выискивать собственные следы было проблематичнее, чем бежать сломя голову за обезьянами, которые уже и скрыться успели с её поля зрения. Жемчуг чувствовала себя одураченной.

+1

37

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"72","avatar":"/user/avatars/user72.png","name":"HeathyWolf"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user72.png HeathyWolf

Барни был тем, кто и предложил эту гениальную идею: кинуться в рассыпную, дабы глупая львица не смогла за ними угнаться. Он наверняка знал, куда именно ускакала основная часть семейства с теми самыми травками, но вот куда убежали остальные, те, кто должен был запутать кошку - понятия не имеил.

Если говорить проще: Барни потерялся.

Он некоторое время бежал вприпрыжку, выкрикивая оскорбления и дразня хищницу, но в конечном итоге слишком увлекся. Когда он оглянулся, то обнаружил себя в окружении мрачных деревьев совсем одного.
Парень некоторое время походил вокруг да около, поискал в округе своих, но так никого и не отыскав, забил на эту затею. В конец концов он мог вернуться в лагерь и один, не заблудится поди.
А пока... А пока можно было и перекусить.

Забравшись на одно единственное плодоносящее дерево в его поле зрения, обезьян принялся копаться в его ветвях и искать фрукт повкуснее. В отличии от поиска товарищей это далось ему гораздо легче, так что скоро, наевшись от пуза, он решил прикорнуть у самой верхушки и уже ближе к обеду двинуться домой.
***

- Хээй, и кто это там возиться ни свет ни заря, Айхею вас натяни! - то, что уже давно утро, Барни не интересовало совсем, так что, не долго думая, он кинул в возмутителя спокойствие косточкой, оставшейся после его ужина. Птица, что все это время копошилась неподалеку улетела, а обезьян перевернулся на другой бок.
И замер.

"Так это же та самая дамочка!" - он хохотнул, тут же подскакивая на свои две. Потерев ладошками, он спрыгнул пониже, дабы львица его разглядела.

- Эй, ты, жопа розовая! - противно улыбнувшись, он тыкнул на кошку пальцем. - Думаешь ты тут одна такая? А знаешь где еще розовые жопы есть? Тут!

Он повернулся к ней задом, показав свою пятую точку. И принялся лихорадочно хохотать, довольный собственной шуткой.

Мартышка сидела на нижней ветке, так что львица при желании могла его и цапнуть, правда Барни этого совсем не заметил. Не до этого было.

+1


Вы здесь » Король Лев. Начало » Северные владения » Мертвые заросли