Вступление / предупреждение

Данная анкета – это эксперимент. Я намеренно отошёл от стандартной вёрстки ради реализации своей идеи: вынес короткие поля в начало, что бы основные 4 текстовых блока (Внешность, Характер, История и Цели), а также вступление можно было читать непрерывно как один большой пост. Однако при этом постарался сделать так, что бы каждый отдельный блок можно было читать независимо друг от друга. Так же каждое содержимое блока целостно относительно содержимого, так что о детали характера не надо искать в истории.

Дисклемер: Вы не можете использовать эту анкету в качестве аргумента за использование нестандартной вёрстки анкеты. АМС может запретить использовать подобную вёрстку, и это не будет проблемой данной анкеты.

Повествование ведётся от лица Ради, королевского гепарда и близкого друга Тесвы (а формально, его фамильяра).

Предыдущие версии анкеты: v0.1, v0.2, v0.3

Вид:

Африканский лев

Имя:

Тесва. Сокращение: Тес.

Пол:

Самец

Принадлежность:

Одиночка. Планируется: Орден Рассвета.

Возраст:

6,5 лет, Матёрый.

Уровень боевого опыта:

Мастер

Точный размер:

Крупный

Связь:

TG / VK / ЛС


Над залитыми дождями Облачными Степями, как называли эти места местные обитатели, медленно поднималось солнце… Наступало утро, и безмятежная тишина начинала прорезаться щебетом птиц.

Два года… Целых два года, Ради, а это место всё также безмятежно прекрасно… И мы, возможно, видим эту красоту в последний раз.

Гепард, лежащий рядом с привычным серьёзным выражением морды, бросил короткий взор на говорящего рядом льва. Пятнистый был моложе и никогда не разделял сентиментальности своего гривастого друга. Впрочем, они оба знали об этом прекрасно и не испытывали никаких проблем, когда Тесву внезапно распирало на лирику и философствования.

Ради вообще многое прощал Тесу. Ведь он, пожалуй, был единственным, кто нормально относился к гепарду, кроме безвременно завершивших своё путешествие по Кругу Жизни родителей… Когда их не стало, королевский гепард не мог найти себе места: он был слишком молодым и не был способен защитить себя и территорию своих родителей от посягательств, а редкий раскрас только усугублял положение… И лишь внезапный броманс, начавшийся с того, что он, не нужный никому гепард сумел вывести незнакомого льва из эмоционального пике, позволил Ради найти своё место в жизни. И если ради этого требовалось терпеть периодические всплески меланхолии… Что ж, малая цена за найденное место в Круге Жизни.

И вот, они сидели, осматривая скромную территорию вокруг скромного убежища семьи Тесвы. Ради и без вздохов льва знал, что несмотря на то, что за два года подобные утренние посиделки уже стали традиционными, это утро матёрый встречать хотел меньше всего. Ведь эти два года его самого счастливого периода жизни сегодня должны были закончиться: его дети выросли, и теперь им предстояло путешествие во взрослую жизнь… Как же их отец хотел бы, что бы им не приходилось этого делать. Но он не мог, физически не мог оставить их: какой бы большой ни была их семья, они явно не были способны обеспечить себя достаточным количеством питания. Прайд смог бы… Но они не были в прайде. И что бы кто ни говорил, за это лев корил только себя.

Впрочем, Туара и Ради были постоянным напоминанием льву о том, что жить прошлым – мало перспективная затея. Не говоря уже о том, вряд ли какой незнакомец увидит в этом статном льве персонажа трагической истории…


Внешность

Матёрый лев не просто так называется матёрым: всякий доживший до этого возраста лев потрёпан жизнью в той или иной степени. Впрочем, Тесва обошёлся без каких-то экстремальных следов жизни: ни ожогов на половину спины, ни шрамов во всю морду, ни полной пасти обломанных зубов, не потерянных конечностей… Просто крупный, слегка потёртый лев. Как любит шутить сам лев: его даже можно замаскировать под приличного льва. Попытаться, по крайней мере.

Впрочем, если отложить шутки в сторону, то Тесва на самом деле выглядит довольно хорошо для бывшего одиночки. Единственной нетипичной для львов его возраста деталью являются, пожалуй, только глаза ярко-изумрудного цвета – единственное оставшееся отцовское наследие, каким бы грустным оно ни было… А в остальном же – нормальный статный лев, гордый представитель своего вида (что, впрочем, абсолютно не помогало в бытность одиночкой, скорее, только создавало проблемы). Жёсткая шерсть по всему телу скрывает некоторое количество небольших шрамов, которыми непутёвая Судьба одиночки всё-таки наградила своего подопечного. Густая и длинная грива выцвела в красивый (как минимум, с точки зрения самого Тесвы) тёмно-песочный цвет на пару оттенков темнее основной шерсти. Из-за этой слабой разницы в оттенке уже при умеренном освещении найти границу между гривой и не-гривой довольно сложно. Впрочем, иногда при хорошем освещении в гриве льва можно уловить некоторый красноватый оттенок изначальной гривы, красно-бурый окрас которой остался в том же прошлом, что и счастливое детство, и его жесткое окончание.

Телосложение у песочного крепкое, как и полагается быть льву. И пускай он не самый мускулистый, за годы странствий Тес стал очень выносливым. Это, в купе с довольно крупными габаритами, позволяет льву получать все преимущества и недостатки от массы тела. Так на его счету сразу несколько пережитых песчаных бурь, некоторые из которых были неадекватно сильными – так что в какой-то момент зарёкся вновь повторять подобный подвиг… И в итоге повторил его тем же днём, ни разу об этом в последствии не пожалев. Как бы в это ни было сложно поверить, это правда, так как, фактически, именно это решение помочь Симбе и Рико направило жизнь льва в сторону улучшения… Впрочем, не о том сейчас разговор.

Так вот. Важная и бросающаяся черта внешности Тесвы – это его статность. Песочный хоть и потерял всё, что у него было, сумел пронести через нелёгкую жизнь привычку держать свою царственную осанку, которая, в комбинации с ораторством, часто помогает ему задавить оппонента авторитетом (которого может и не быть в реальности) и избегать этим ненужных конфликтов. Причём эта выправка была пришита ему буквально с младенчества, так что он даже не прикладывал для этого усилий. Не без помощи семьи-терапии, в какой-то момент он всё-таки научился выключать в себе эту статность. Все вокруг, впрочем, видели, что это давалось ему непросто. Привычки – такие привычки...

Также на счету семейной жизни было и ещё довольно интересное и странное преобразование. Вот, казалось бы, несмотря на скромность Тесвы в плане размеров порций и на увеличение числа помощников в охоте в три с половиной раза (Фармазон хоть и хищник, но антилопу не утащит), охотиться должно стать проще. Но нет: охотиться приходилось даже больше, ведь, о ужас, количество голодных ртов в его жизни за довольно короткий срок увеличилось аж в пятнадцать раз… И чем старше становились львята, тем сложнее стало обеспечивать питанием всю семью.
И вот, зная это неважное наблюдение из жизни, что должен ответить любой нормальный зверь на вопрос "Как это должно проявиться на внешнем виде льва?" Если бы этот зверь ответил, что лев при таких раскладах должен прибавить в весе, то ему, для начала, высказали бы о том, что его логику и/или причинно-следственную связь похоронили уже давным-давно и далеко, а потом… дали бы приз за правильный ответ: Тесва действительно умудрился нарастить немного в области брюха. Удивительный парадокс, но, впрочем, всё гораздо проще и логичнее, чем кажется. Ведь после того, как лев осел с семьёй на границе пустыни, он стал двигаться гораздо меньше. Всё-таки, одно дело побегать пару раз в день, и совершенно иное – проводить в среднем от трети до половины суток пускай и в неспешном, но путешествии. Да и питаться он, в любом случае, стал лучше. В общем, умереть худым ему теперь вряд ли удастся… Не похоже, впрочем, что бы песочный как-то об этом печалился.


Впрочем, Тесва никогда не отличался склонностью самолюбованию, и семейная жизнь определённо не сильно повлияла на эту черту характера льва. В конце концов, мнение тех, кто пытался охарактеризовать его только по внешности (а это, как правило, незнакомцы), льва не волновало абсолютно. Ради так вообще не находил ничего интересного во внешности товарища… Так почему бы не перейти к чему-нибудь более интересному?


Характер

Матёрый лев не просто так называется матёрым: годы сильно сказались на характере Тесвы, и, как понимал Ради, в лучшую сторону. Всё-таки, бывший одиночка с трагическим прошлым, за время жизни в семье, сильно смягчился, найдя гармонию в своей блудной душе…
Впрочем, они познакомились достаточно поздно относительно жизненного пути льва, и о детстве друга гепард знал только из его рассказов. И, так как врать было совершенно не в стиле Тесвы, не верить этим рассказам повода не было. Да и видно, что подобные рассказы даются ему довольно тяжело, так что не было похоже, что это было сочинительство.

Львёнком Тесву растили как наследника своего прайда, и вроде как, у его родителей это хорошо получилось: даже в худшие свои годы он старался следовать своим моральным правилам, которые стали прочным стержнем его характера. Правила эти были довольно просты и общеизвестны: жизнь священна, ложь есть великое зло, не забирай больше, чем тебе нужно, относись к другим так, как хотел бы, чтобы относились к тебе и так далее. Тесва помнил, что кто-то в детстве упоминал слово "рыцарь" в контексте этих правил, однако ни тогда, ни после трагедии никто толком не смог объяснить, что это слово вообще означает.
Для льва стало некоторой проблемой вспомнить все эти правила, чтобы преподать их своим детям. В итоге, вроде бы, вспомнил их все, но до сих пор волновался, что какие-то всё-таки забыл.

Одной из основополагающих черт песочного был его фанатичный пацифизм. Проявляется он вообще во всём: в манерах, в поведении, в речи, в манере ведения боя… Даже встречаясь с откровенно агрессивными чужаками, Тесва почти всегда сохранял пассивно-оборонительную позицию, атакуя исключительно ради подтверждения поговорки, что лучшая защита – это нападение, что порой не укладывалось в голове его более молодого и горячего пятнистого товарища. А услышать от Тесвы оскорбление – это вообще нонсенс. Ради иногда казалось, что его друг вообще не знает ругательств и оскорблений, однако сам лев на подобные тезисы лишь улыбался и отвечал, что знает достаточно, но использовать их не собирается. Даже просто так. Особенно просто так. А ещё он не любил, когда кто-то эти слова употреблял… За это, по аналогии со сказками из своего более простого детства, Ради иногда подкалывал друга, называя его "Капитан Африка", не особо объясняя, что это означает.
Впрочем, характеризуя пацифизм песочного, нельзя не использовать рядом термин "фанатичность". Потому что порой лев переходил все возможные рамки адекватного восприятия мира, стремясь примирить зверей там, где никто не просил и вообще не надо. Заканчивалось подобное по-разному… Однажды ему удавалось договориться о водопое с разъярённым крокодилом… Но чаще, конечно, лев получал за такое по морде.

Тут, впрочем, стоит отметить, что лев драться не любит и не хочет, а не "не может". Хотя даже в драке его дурацкая миролюбивость проявлялась на полную катушку: обычно Тесва не пытается нанести много урона противнику, стремясь его, максимум, нейтрализовать при помощи оглушения. И даже победив, песочный вряд ли убьёт своего противника… При условии, что тот не угрожает безопасности близких тёмно-песочного или что его хотя бы можно убедить отступить. Что, собственно, характерно, Тес не может точно вспомнить, когда в последний раз убил кого-то не ради пропитания. Но, вроде как, это был лев из тех, что уничтожили его прайд.

Вообще, эта трагедия, что произошла потом с ещё молодым львом, до сих пор кажется Ради гиперболизированной, однако, опять-таки, сомневаться в реальности произошедшего не приходилось. В любом случае, гепард всегда соглашался со львом в том, что тот факт, что Тесва сумел сохранить свой внутренний стержень и не сошёл с ума после подобного, – чистое чудо. И хотя, конечно, некоторые суждения огрубели за непростой период жизни одиночки: довольно часто, ему приходилось хитрить, лгать и делать прочие совершенно "не рыцарские" поступки ради выживания. Да и убивать приходилось, и не раз, что явно идёт вразрез с тезисом о священности жизни. Сам Тесва подобные случаи вспоминает преимущество, с печалью и неохотой, однако об убийствах убийц своего прайда лев говорил лишь с холодной удовлетворённостью, порой вспоминая кровавые подробности… Впрочем, излишней кровожадностью лев не отличался, не больше, чем любой другой хищник, по крайней мере. Пацифист, что уж тут взять…

И всё-таки, стержень сохранился и тогда, и сейчас, лишь продолжая укрепляться. Тесва остался довольно миролюбивыми львом, предпочитающим не вступать в ненужные драки и, по возможности, помогающим другим, даже незнакомым зверям. Даже не-хищникам. Лев спокойно общался с местными травоядными, узнавая от них о некоторых слухах и новостях из дальних земель. Даже спустя два года общения Ради продолжал удивлённо наблюдать за стандартной ситуацией, когда Тесва общался со стадом антилоп, хотя буквально предыдущим вечером он собственнолапно убивал кого-нибудь из этого же стада. Как и почему это происходило, объяснить не мог даже сам Тесва: он просто вёл себя так, как ему казалось правильным, и это работало.

Единственным разумным предположением Ради на эту тему было то, что Тесва с семьёй успешно вписался в местный Круг Жизни… Это, впрочем, было немного странно, потому что в отличие от вообще всех вокруг, лев не был последователем этого мировоззрения! Точнее, он о нём до недавнего времени и вовсе не знал. Саму концепцию баланса хищников и добычи и пищевой цепи он, впрочем, знал, понимал и чтил, однако какой-то сакральной значимости не находил даже после продолжительного общения с последователями этой концепции.
Вот что занимало сакральную роль в жизни льва, так это некая Судьба. Да-да, именно с большой буквы, и, желательно, с благоговейным трепетом, хотя последнее совсем не обязательно, как показывает пример Тесвы, который периодически поминал её крепким словечком. Данный концепт был из далёкого детства льва, и Ради он давался со скрипом (и местами, очень громким). Всё было просто в общих чертах: говоря слово "Судьба", песчаный вкладывал свою веру в то, что за всеми в саванне следит некая высшая сущность, которая знает, что будет дальше в жизни каждого отдельного существа. Зачем эта сущности это делает, ответа не даётся, как и на многие другие вопросы, что явно не помогало пониманию этого мировоззрения. Тесва, впрочем, не навязывал никому свои философские идеи; скорее напротив: в качестве фундаментальной сакралистики детям он в меру своих познаний преподавал именно Круг Жизни, предпочтя местные традиции (в которых, в главную очередь, разбиралась Туара) своей странной идее, страдающей от излишнего фатализма. Сам он, впрочем, оставался верен Судьбе, периодически отпуская шуточки разной степени безобидности в сторону неощутимой покровительницы.


Вообще, эта несносная воображаемая дама сильно попортила жизнь льву. Ради, который со временем всё-таки понял основы концепта, отмечал, что на месте льва уже давно бы решил, что... дура (в этом месте в реальности были использованы слова, за которые Тес с обидой влепил гепарду смачный подзатыльник), и давно забил бы на этот концепт. И вообще, Ради поражался, что при всей той жести, что творилась с ним в молодости, Тесва остался весьма адекватным львом. Да, со своими странностями и особенностями, но куда ж без этого? С его-то прошлым…


История

Матёрый лев не просто так называется матёрым: он многое в жизни повидал. И пускай, никто кроме самого песочного не мог рассказать историю его детства и молодости, Ради знал её из его вечерних рассказов. Гепард понимал, что Тесва рассказывал их скорее для того, чтобы снять с себя давящий груз прошлого, так что с охотой выступал благодарным слушателем. Насколько он знал, полностью о своё прошлом Тес рассказывал только ему и Туаре. Его дети знали только общие детали, без кровавых подробностей; также в самых общих чертах её должны были знать Симба и Рико, которым лев помогал пройти сквозь песчаную бурю, и которым был косвенно благодарен за своё счастье… И вроде бы всё. По крайней мере, не было похоже, что бывший одиночка стремится сделать своё прошлое достоянием народных масс.

Лев родился в прайде Хузуни, обосновавшейся в плодородной долине где-то далеко-далеко на западе. По словам самого льва, он не имеет ни малейшего представления, как найти дорогу домой, так как покидал родные места в спешке, не запоминая особо обратный путь. К тому же, он не мог найти ни смысла, ни желания делать это.
Прайд был довольно небольшим, а львят было немного: кроме Тесвы в тот год родились его брат по помёту Сали и дочь примкнувшей к прайду семьи одиночки Узури. И всё было у них хорошо, ровно до той поры, пока в один день (и, если рассматривать события постфактум, совершенно несчастливый) на Сали не обрушилось две новости: сначала их отец король Кума таки назвал своим наследником Тесву (что таки было новостью, так как в традициях прайда старший сын не становился наследником автоматически), а потом и Узури, не зная о решении короля, в довольно грубой форме призналась, что предпочитает более подвижного старшего брата. Юный Сали, не выдержав своего расстройства и зависти, ушёл из прайда в тот же день с каким-то неизвестным одиночкой (который явно сумел сыграть на чувствах расстроенного подростка), так что у Тесвы даже не было шанса поговорить с ним наедине.
Когда же Кума погиб из-за несчастного случая, ещё подросток Тесва стал королём. Они с Узури были помолвлены, но из-за своего возраста ещё не могли считаться мужем и женой, однако все прекрасно понимали, что примерно через год Тесва и Узури станут полноценными королём и королевой прайда…

Однако этому не суждено было случиться. Буквально за несколько дней до официальной свадьбы случилось несчастье: отец Узури погиб, отбивая внезапное нападение отряда гиен. Желая побыть в одиночестве, львица ушла на ночное патрулирование. Она не вернулась ни через час, как обещала, ни на утро. Взволнованный Тесва утром отправился на поиски подруги… Чтобы найти её бездыханное тело с вырванным сердцем.
А потом, когда молодой король ещё даже не успел объявить траур, в прайд вернулся Сали, однако его возвращение было абсолютно не радостным. Он привёл с собой банду каннибалов под названием Церра, членом которой пожелал стать во время своих скитаний. По его словам, обряд посвящения в эту банду он уже прошёл, съев сердце льва… сердце Узури. Стоит ли говорить, как на подобное отреагировал Тесва. В неравной битве, что развернулась затем, у мирного прайда Хузуни шансов не было почти никаких. Единственный способный драться лев, сам Тесва, был занят дракой с Сали, которую он таки выиграл, заставив отвлечься брата на камень. Однако, когда король наконец-то убил предателя, прайд был полностью уничтожен. Выживший король мог лишь наблюдать с высоты уступа своей пещеры, как место битвы уже превратилось в пиршество каннибалов... единственное, что ему оставалось – это покинуть свою родину, став одиночкой. Церра, конечно, обнаружили, что он выжил, и отправила погоню.
Погоня, впрочем, долго не продлилась. Не потому, что им было скучно или что-то ещё… Просто в течении нескольких последующих месяцев Тесва убил их всех.

Дальнейшие свои скитания Тесва помнит довольно плохо. Он потерял счёт времени, без цели бродя по бескрайней саванне и борясь с кошмарами. Он уже не вспомнит, каким чудом он тогда не сошёл с ума… А сосчитать, сколько раз боролся с желанием наложить на себя лапы, не смог бы, пожалуй, и самый подкованный в числах зверь. Он жил жизнью обычного одиночки, не стремясь ни к чему, являясь пустой оболочкой с полумёртвой душой. Конечно, общий смысл событий он помнил, но детали выветрились из памяти. Сотни лиц, с которыми он общался в то время, кто пытался ему чем-то помочь, кто наоборот… Он их не помнил. Ему незачем было помнить.
Со временем, конечно, состояние Тесвы несколько улучшилось, однако тяжкое бремя воспоминаний продолжало выжигать его душу день изо дня, мешая льву найти место в чуждом мире и спокойствие в сердце. Король съеденного прайда. Это сейчас песочный грустно ухмыляется, вспоминая этот тёмный период своей жизни… Но в то время он называл себя только так, не понимая, что в том числе этот странный титул не давал ему найти покой...
Уже в менее критичном своём состоянии он впервые попал на Земли Прайда. Как понял Ради, по времени он пришёл в период Прайда Симбы… Названия он, впрочем, не узнал, а события тех дней не отпечатались в его памяти весьма слабо. Что-то про обвал и пожар… Да кому это вообще важно?

***

… Он встретил её в пустыне, продолжая своё бесконечное странствие. Как и многие другие встречи той поры, он помнил её недостаточно хорошо… По словам Туары, то была "весёлая ночка". Тесва ещё долго извинялся перед ней за ту встречу, до сих пор считая, что сделал что-то не совсем приятное. Львица, впрочем, не выглядела оскорблённой тогдашним поведением будущего супруга, лишь периодически подтрунивая над Тесом за его порой чрезмерные извинения.

***

Вся жизнь Тесвы кардинально изменилась в один момент. Все тревоги, сомнения льва, ушли навсегда, освободив его от призраков кровавого прошлого. И этот миг лев будет вспоминать до конца своих дней со слезами счастья на глазах.

День, когда он встретил Туару во второй раз… Момент, когда он увидел своего сына. Всего их было восемь, хотя львица не показала сразу всех. Он не винил её за эту осторожность, понимая, что она хочет защитить львят, и хотел быть вместе с ними…
Ведь это были и его дети.

Но незадолго до этого, непутёвая Судьба Тесвы свела его с принцами-изгнанниками: Симбой и Рико. Несмотря на то, что Симба был довольно недружелюбным, странник помог братьям пересечь пустыню и добраться до Оазиса. Какое-то время он помогал им обосноваться‚ и где-то примерно в это время Тесва познакомился с Ради…
А потом лев нашёл львицу, львят, счастье, любовь, покой в душе и далее по чеку. Возможно, если бы лев был чуть менее сосредоточенным на своей семье, ему бы и удалось предотвратить некоторые события, что привели к небольшому хаосу в Оазисе с тяжёлой лапы Симбы… Впрочем, и ежу было понятно, что на подобное обвинение, песочный в ответ лишь с иронией ухмыльнётся и порекомендует подумать о концепции жизненных приоритетов.

Когда Туара решила покинуть Оазис вместе со всеми своими детьми, Тесва, недолго думая (точнее, вообще не думая), последовал за ней, едва узнав новость о её решении. Он ушёл сопровождать и защищать её и детей, даже не вникая в причины этого решения, ограничившись лишь пунктом "ради безопасности". В последствии, впрочем, он несколько жалел, что не объяснил толком причину своего ухода Симбе, и даже, но уже чуть позже, попросил Ради вернуться в оазис и сообщить изгнанному королю о своём уходе, как и о том, что они сопровождали некоторое время его младшего брата Рико. Последний, впрочем, покинул семейный караван довольно быстро, ещё до того, как нашли место для своего убежища. Тесва, конечно, хотел бы остановить его, однако помощь Туаре оставалась для него приоритетом, да и песочный не справился с тем, чтобы заставить чужого подростка слушаться.
Тесва и Туара нашли своё убежище довольно быстро, и им повезло, так как выбранное с первой попытки место оказалось подходящим. Территория на границе пустыни и степей, недалеко от реки с несколькими источниками, травоядных много, конкурирующих хищников довольно мало… И, к счастью, для молодой семьи уже несколько немолодых львов, следующие два года их жизни прошли относительно безмятежно… Тесва прикладывал все свои усилия, стараясь стать достойным отцом. И у него это получалось. Конечно, случались и ругань, и разногласия… Но куда ж в семье без этих стандартных вещей?

Но прошло два года, и дети выросли. Как ни хотелось это признавать, всю семью стало сложно прокормить, а травоядных на относительно небольших охотничьих угодьях, что контролировала семья, становилось слишком мало, даже при учёте того, что продолжительная засуха закончилась. Была бы возможность, Тесва мог бы попытаться занять больше территорий, однако организовать прайд он банально не мог: он чувствовал, что стал слишком взрослым для подобных вещей, да и дети не проявляли особого энтузиазма в вопросах управления.
В итоге, на семейном собрании было решено, что дети отправятся в странствия. Тесва, впрочем, не был сильно воодушевлён подобным решением, считая по своему опыту, что это очень опасное занятие, однако ничего лучшего предложить просто не мог, как ни хотел. Что поделать, любопытные подростки, прожившие, фактически, на одном месте два года, жаждали приключений на свою голову. Да и история льва, успешно пережившего все тяготы жизни одиночки, явно не помогала защищать его точку зрения в этом споре…


Вечер. Раньше в это время Тесва и Ради шли на вечернюю проверку прилегающих территорий… Но сейчас в этом не было необходимости. Дети ушли, и сейчас под луной, на ранее тесной (а ещё раньше – шумной) поляне, отдыхали и предавались раздумьям всего четыре души…
Тесва и Туара лежали рядом, как всегда, смотря куда-то вдаль и думая каждый о своём, а Фармазон и Ради были рядом. Последние два не были родителями ушедших детей, и, соответственно, грустили заметно меньше своих львиных друзей. По крайней мере, до Тесвы, на лице которого застыла вселенская тоска, им было далеко.

Два года его долгожданного счастья прошли... слишком быстро.


Цели

Тем же вечером поредевший семейный совет решил, что оставаться в степях смысла было мало. В основном, идея исходила как раз от Тесвы. Так уж вышло, что ему птички напели (буквально, он часто узнавал о новостях окрестных земель от прилетающих птиц), что обстановка в Оазисе значительно изменилась: количество крокодилов, гиен и других опасных для львят хищников сильно поубавилось… Да и его львят, собственно, тоже. К тому же, льву было довольно интересно узнать, что стало с Симбой, так как, всё по тем же слухам, в Оазисе он обосновался серьёзно. Да и, откровенно говоря, песчаного всё продолжала грызть совесть о том, что он его так спешно оставил… Впрочем, даже без последнего замечания, остальные не предлагали каких-либо возражений и иных идей. На том и порешили.