Страница загружается...

Король Лев. Начало

Объявление

  • Новости
  • Сюжет
  • Погода
  • Лучшие
  • Реклама

Добро пожаловать на форумную ролевую игру по мотивам знаменитого мультфильма "Король Лев".

Наш проект существует вот уже 10 лет. За это время мы фактически полностью обыграли сюжет первой части трилогии, переиначив его на свой собственный лад. Основное отличие от оригинала заключается в том, что Симба потерял отца уже будучи подростком, но не был изгнан из родного королевства, а остался править под регентством своего коварного дяди. Однако в итоге Скар все-таки сумел дорваться до власти, и теперь Симба и его друзья вынуждены скрываться в Оазисе — до тех пор, пока не отыщут способ вернуться домой и свергнуть жестокого узурпатора...

Кем бы вы ни были — новичком в ролевых играх или вернувшимся после долгого отсутствия ветераном форума — мы рады видеть вас на нашем проекте. Не бойтесь писать в Гостевую или обращаться к администрации по ЛС — мы постараемся ответить на любой ваш вопрос.

FAQ — новичкам сюда!Аукцион персонажей

VIP-партнёры

photoshop: Renaissance За гранью реальности

Время суток в игре:

Наша официальная группа ВКонтакте

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Таинственный оазис » Тихая река


Тихая река

Сообщений 271 страница 300 из 311

1

https://b.radikal.ru/b02/1903/76/3136ab45ce1c.png

Полноводная река, берущая свое начало где-то в сердце джунглей, выходя на открытое пространство заметно разливается и становится более спокойной в своем течении. Ее русло змеится среди зеленых холмов, в конце концов вновь исчезая где-то в густых зарослях. У этой реки очень крутые берега, но, несмотря на это, к воде легко можно спуститься по тропе, не боясь при этом сломать шею на скользких камнях.


Доступные травы для поиска: Базилик, Валерьяна, Забродившие фрукты, Кофейные зерна, Костерост, Адиантум, Сердецей, Чистотел, Мелисса, Мята (требуется бросок кубика).

[formatgic=sidewindow]Очередь:

Отпись — трое суток.
Игроки вне очереди
пишут свободно!
[/formatgic]

+1

271

Цветущие луга —>

Успевать за несущимся на всех парах львом было трудно даже ровеснику — что уж говорить о старике, который пусть и быстро, но всё-таки схватил отброшенный посох, потеряв необходимые секунды? Мысли запрыгнуть наследнику на спину уже не было, просто потому что даже при всех своих силах Рафики не смог бы провернуть такой трюк. Да и не положено уже как-то, верхом на правителях кататься. Поэтому мандрил хоть и прикладывал все силы, но очевидно запаздывал. Благо, в какой-то момент Симба всё-таки замедлился, и нагнать его удалось. Видимо, это несколько озадачило льва, но мягкая улыбка и отрицательное мотание головой — нет, я тут, с тобой — и со всей свойственной ему широтой души махнул рукой: пошли, герой!

Встретила их тишина, мягкие рассветные лучи и множество взглядов, знакомых и не очень. Симба, стушевавшись после радостной встречи, быстренько улизнул куда-то, прихватив Налу, а мандрил остался общаться с остальными. Среди всех тех, кто был сейчас перед ним, мелькали новые морды, но для старика было куда важнее знать, что все те, кто отправлялся искать Симбу, добрались до Оазиса. Его взгляд мягко скользил по присутствующим, отмечая их кивками. На восклицание Чумви мандрил неопределённо повёл плечом — так надо было, мальчик мой, — на приветствие львицы, Иши, ответил полувзмахом ладони. Старик не мог не заметить среди знакомых львов того, кто явно не вписывался в «старую» компанию. Этот незнакомые лев, кажется, по размерам едва ли не уступал рослому львёнку, однако в его возрасте сомневатся не приходилось. Новый спутник, маленький лев, пространно представился. Когда малый лев начал пригибаться, шаман постарался его перебить:

Не стоит. Я не тот, перед кем стоит преклонять какие-либо колени, большие либо малые, — помахал он ладонью, прерывая какие-либо расшаркивания, а затем, после его представления, продолжил:

Значит, род Златогривых прибыл в местные земли. Что же, я этого ожидал. Тем паче, что молва о подобных визитёрах зачастую летит быстрее их самих, — с широченной улыбкой произнёс Рафики, поудобнее перехватывая посох. Имел ли он в виду размеры Тириона или же то, что о льве-карлике будет шушукаться каждая мартышка — осталось на совести каждого здесь присутствующего. Затем старик обратил внимание на Ишу, отдельно ей кивнув. Когда же с представлением было окончено, Рафики взмахнул головой, потрясая своими седыми бакенбардами, и вежливо, но строго ответил Керу:

Подождём, как все соберутся, и тогда я отвечу на любые ваши вопросы. Сейчас рассказывать весь смысл их встречи, всю ситуацию, все мелочи не было смысла — шаман знал, что повторять по два, три, а то и четыре раза бесполезно. Тем более, что слушатели явно были не готовы. От него не могло ускользнуть и то чувство неловкости, которое окутывало Ишу и Керу при разговоре с маленьким Тирионом, и то, как нервно и резко покинули компанию Симба и Нала, так недоволен и грустен был Чумви. Вот с этим предстояло разобраться в первую очередь.

С всегдашней улыбкой мандрил ловко перебрался со своего места ближе к воину. Смело и цепко обняв его за плечи, обезьяна остановил кота, свободной рукой ткнув посох в землю перед его носом.

Мальчик мой, — мягко, привычно обратился ко льву шаман, — Не стоит держать нос у земли, ведь все запахи витают в воздухе, — этой фразой, значение которой, очевидно, было понятно лишь ему самому, Рафики надеялся привлечь внимание льва. Оказавшись прямо перед ним, лекарь двумя руками схватил "подопечного" за подбородок, буквально заставляя сесть и склонить голову:

У каждого из нас в этом мире своя цель. Она не всегда очевидна и, конечно, не всегда желанна, — на мгновение Рафики освободил одну ладонь, чтобы вскоре показать льву сжатый кулак. Поймав недоуменный взгляд, мандрил улыбнулся и раскрыл ладонь, выпуская оттуда небольшую бабочку, — У нас есть множество возможностей, чтобы найти её, — и с этими словами шаман указал на ближайший небольшой цветок, на который села та самая только что отпущенная бабочка, — Поверь, Чумви, даже самый лучший король не может существовать без поддержки своих близких и друзей. Он несёт огромную ответственность, но без надёжного тыла очень быстро падёт.

Отеческим движением он погладил льва по гриве и затем совершенно сурово ткнул в нос своим сухим длинным пальцем:

Поэтому надо думать не только тем, что тут, — и Рафики постучал сперва по своей, а затем по львиной голове, — Но и тем, что тут, — приложил он ладонь сперва к своей, а затем и груди Чумви. А затем... отпустил его, позволяя обдумать всё сказанное.

Очевидно, что он злится. Чувствует себя то виновным, то обделённым, то недостойным, то брошенным. Всё это — его личное испытание, а помочь можно только добрым мудрым словом. Оставалось надеяться, что Чумви всё поймёт сам.

Когда надоесть так громко думать одному, возвращайся к нам, — негромко, но очень мягко предложил Рафики, — Вокруг тебя всегда есть те, кому ты дорог, вне зависимости от твоих решений.

Схватив посох, Рафики жестом предложил льву продолжить путь, сам став, будто часовой, за его спиной. От поведения льва зависело многое, пусть тот этого мог и не понимать. Но конкретно Рафики намеревался вернуться к большой компании исключительно в обществе Чумви.

+7

272

Чумви вело не раздражение даже, вернее, не только оно, а разочарование и огорчение. Среди собравшихся только он, Симба и Нала родом из Земель прайда, для них поход против Скара важнее, чем для кого бы то ни было здесь. Для них речь идет не просто о какой-то далекой земле, которую нужно помочь спасти из собственных мотивов и желаний, а о доме. К тому же, Симба, Нала и Чумви выросли вместе, делили одну антилопу, восхищались одним королем, вместе учились сражаться и охотиться. И теперь появившийся внезапно Симба после всего произошедшего уводит Налу, а Чумви  оставляет на поляне. Значит ли это, что он по-прежнему ему не доверяет? Ну а должен ли? Чумви ничем не доказал, что ему можно верить. Так что ничего удивительного в том, что Симба не включил его в свой круг тех, с кем можно и нужно поговорить после той вспышки. Ему нет нужды ничего объяснять. Что творится в голове Симбы? Стал ли он думать хоть немного о спасении королевства, а не о мести?

Тем не менее, несмотря на свое желание прогуляться, Чумви все-таки задержался. Может, дело было в брошенном на него взгляде Керу, как бы говорившем, что сейчас, когда пришел Рафики, наверняка с вестями о доме, лучше остаться. А может, все из-за того, что Чумви перехотелось покидать их теплую, уютную компанию, напоминавшую о посиделках с друзьями в юности и бродить в одиночестве по темному оазису. Хотя о чем это он - все собравшиеся и так друзья! Ну, пожалуй, кроме Тириона, который все бегает вокруг окапи и невзначай намекает, что не против бы перекусить. В голове мелькнула мысль позвать Ишу, но  тут еще и приятель Налы привел незнакомого, чурающегося всех львенка... Он выглядел таким напуганным, что Чумви даже побоялся шевелиться, чтобы несчастный не принял шаг за попытку нападения. Откуда он здесь такой взялся?

- Привет, Тарту. Меня зовут Чумви. Здесь тебя никто не тронет. Вы голодны?  Угощайтесь, я не против, - медленно, неторопливо подняв лапу, Чумви подтолкнул тушу, кивнув и Тириону, и маленькому львенку, и спасшему последнего гепарду. - Если ты не возражаешь, конечно, - оглянулся Чумви на Ишу. Она ведь тоже охотилась и тоже имеет право решать, как поступать с тушей. Во всяком случае, Чумви не возражал против делиться. Особенно с несчастным львенком. Ну и с теми, кто вежливо попросит. Он собирался поискать взглядом Рафики, чтобы (Керу ведь прав) расспросить его о том, как дела обстоят на землях Прайда, как вдруг заметил, что мандрил шагает прямиком к нему. Чумви невольно прижал уши и оглянулся - может, из кустов выскочил Симба? С чего это шаману, обычно разговаривающему с королями и членами королевской семьи, понадобилось от простого льва?

Рафики Чумви уважал безмерно. Больше, чем кого бы то ни было, за исключением, пожалуй, разве что Муфасы. Он излучал ауру многолетней мудрости, в глазах светился цепкий ум, а еще он обращался с духами, вел беседы с королями и представлял народу наследников. И даже когда он вел себя немного... странно, Чумви верил в него. Поэтому, когда Рафики ласково приобнял его за шею, бурый растерянно моргнул, послушно пригнулся, почти касаясь брюхом земли. Для него это было все равно что если бы Муфаса в далеком детстве вдруг решил обратить на него внимания. Неожиданно, непривычно и непременно вызывает смущение.

- С-сэр? - бормотнул он, уставившись в загадочные желтые глаза старого шамана. - У земли? - Чумви проследил за движением шамана, но почва оставалась почвой. Простой землей. О чем он? Ох, конечно, Рафики любит говорить загадками... Безмерное уважение заставило бурого льва промолчать и, проглатывая недоуменные слова, молчаливо следить за шаманом. Он почти коснулся носом кулака обезьяна, как вдруг тот его раскрыл, и на волю вырвалась бабочка, коснувшись крыльями вытянувшейся от удивления морды Чумви. Следующие слова Рафики уже куда меньше напоминали загадки, и Чумви, тяжело вздохнув, опустил взгляд.

- Я не уверен, что он когда-нибудь увидит снова во мне друга, - тихо сказал он. - После всего, что я сделал... Я знаю, что на нем огромная ответственность, и в юности часто с ним спорил. Ничего не понимал. Дураком был, в общем. Должен был помогать, думал, что помогаю, что прав, а на самом деле должен был хоть немного подумать и успокоиться. Во многом... а теперь, не знаю, как все исправить толком, - он осекся, когда Рафики ткнул ему пальцем в морду, потом постучал по голове и, наконец, приложил ладонь к сердцу. Чумви умолк, вгляделся в морщинистое лицо старого шамана. Легонько улыбнулся. Да уж, эта загадка не требовала тяжких раздумий для разрешения.

Сердцем он чуял, что вернувшийся Симба казался другим Симбой. Не это ли важнее всего?

Когда Рафики напомнил, что всегда есть те, кому он небезразличен, мысли вернулись к Куле, Нале, Таме, Тоджо, Малке, с которыми он так мало общался в последнее время перед своим вынужденным уходом. Считались ли они все еще друзьями? Будут ли они смотреть на него так же, узнав правду, сможет ли он очиститься от клейма предателя? Мысли почему-то вернулись к Ише. Посидев немного, Чумви поднялся, развернулся и, проходя мимо Рафики, приостановился. Словами мало было выразить, что значило участие шамана для бурого льва, не разбалованного мудрыми, отеческими советами и теплыми словами. Особенно со стороны того, к кому он испытывал огромное уважение. Рафики не смотрел на него, как на предателя, не порицал.

- Спасибо, - просто и сердечно проговорил он, прежде чем шагнуть дальше и вместе с шаманом вернуться к теплой компании. Местечко он выбрал рядышком с Ишей, бросив еще один благодарный взгляд в сторону Рафики.  - Думаю, лучше останусь, - пояснил Чумви остальным. - В конце концов, Керу прав, может, есть важные вести для нас. Рафики... что происходит на землях прайда? Все ли в порядке с нашими? С... с моей сестрой?

+4

273

На зов карлик отреагировал быстро и с живым интересом, так что Иша даже ощутила легкий укол совести — в конце концов, она действительно встретила его не слишком-то радушно. Казался он, впрочем, вполне мирным и безобидным созданием, а его необычная внешность так и притягивала взгляд. Самка старалась не глазеть на него уж слишком откровенно, но стоило Тириону отвлечься и заговорить с Рафики, как она снова, не в силах удержаться, принялась разглядывать этого странного льва. Тем более, что он так — опять же, странно, этим словом можно было описать его с ног до головы, — представился, многословно и витиевато, очень непривычно для слуха львицы, привыкшей изъясняться совершенно по-другому, порой даже грубовато.

— Вкусно, — лаконично отозвалась бурая, когда с повторным представлением было покончено; мысленно она задавалась вопросом, весь ли род Златогривых обладает такими скромными размерами, но вслух спросить не решалась, — его поймали мы с Чумви. Угощайся, — радушно, не то, что в первые моменты встречи, предложила она: по тому, как Тирион, выразительно поглядывая на тушу, прохаживался поблизости, было ясно, что он очень голоден.
Озадаченно моргнув, она не без раздражения перевела взгляд на Мичи, бесцеремонно вклинившегося в общий разговор. Хотя волк раз за разом показывал себя как очень полезный спутник, Иша не могла избавиться от чувства какой-то неправильности: не должен зверь другого вида так сближаться со львами. Знал ли Мичи, что только опасение обидеть и расстроить Налу удержало бурую от того, чтобы без лишних церемоний сожрать волка еще там, в пустыне, когда они все были голодны?..

Впрочем, раздражение в ее взгляде тут же растаяло без следа, стоило только Мичи подпихнуть вперед маленькое, съежившееся существо (а на гепарда львица и вовсе не обратила почти никакого внимания, лишь скользнув взглядом и коротко кивнув в знак приветствия — кого, блин, еще принесет в их компанию???), в котором Иша тут же признала странно окрашенного, худого и испуганного, но несомненно львенка.
Хотя бы этот из их рода.
Самка невольно подошла поближе, инстинктивно двигаясь медленно и плавно, всем видом показывая, что она не представляет опасности.
— Здравствуй, — ее голос присоединился к приветствиям остальных , — я — Иша, — округлившиеся глаза львенка и то, как робко и вместе с тем отчаянно он пытался прижаться к боку волка, похоже, считая его единственным защитником, подсказывало самке, что и ее имя, и, вполне возможно, имена остальных напуганный малец попросту не запомнит, — вперед, не стесняй...тесь, — указала она на тушу, в самый последний момент поправившись: ведь гепард, наверно, тоже пришел сюда пожрать... сказать по правде, Ише было жаль кормить чужака, да еще и не льва вовсе.

— Конечно, я не возражаю, — с тяжким вздохом, который выдавал все ее чувства с головой, ответила она Чумви; сожалеть, впрочем, было поздно, потому что приглашенные не стали церемониться и один за другим приступили к трапезе — стало быть, скоро снова придется выйти на охоту.
Она почти ожидала, что самец передумает уходить и подсядет к ней, но вместо этого Чум вдруг озадаченно прижал уши, когда к нему обратился Рафики, и львица, смущенная тем, как бесстрашно и почти бесцеремонно старый мандрил передвигается среди хищников, — а также уважением, которое проявляли к нему все львы, — отступила в сторонку, ближе к Керу.
— Ну, — не без ехидства подметила она, наблюдая за тем, как жадно и вместе с тем робко Тарту набивает живот, — нашего воинства, кажется, прибыло.
Итак, что имеем: карлик, львенок и гепард (волка можно не считать, он уже был с ними). Да, Скар убоится такой компании, сомнений нет.

Львица неопределенно хмыкнула, отвечая собственным мыслям. Не совсем этого она ожидала от путешествия в оазис; да что там, она и Симбу ожидала увидеть совершенно другим, но с мыслью о том, что король у них вовсе не король, а злобная бука, она уже успела немного свыкнуться.
— М? — она приподняла бровь, удивленно глядя на вернувшегося Чумви; пожалуй, она не была обижена на его реакцию... скорее, озадачена — но теперь, обрадовавшись, что он не уходит, она прильнула к теплому боку друга, да так и осталась сидеть, касаясь одним плечом его шкуры, а другим — плеча Керу.

+3

274

Начало игры.

Даже не верилось, что переход через пустыню остался позади. Это был сложный и изнурительный путь, полный опасностей и непредвиденных обстоятельств, но благо, всё завершилось более чем успешно. Они наконец-то добрались до финальной точки путешествия: нашли оазис, где можно было восстановить силы. Практически сразу же встал вопрос относительно нового дома, и, говоря по чести, данный оазис удовлетворял абсолютно все требования. Он располагался достаточно далеко от Земель Гордости, здесь были и еда, и вода, и достаточно много мест для логова. Львы шли вперед и чуть слышно переговаривались между собой, приводя всё больше аргументов в пользу оазиса, и параллельно восхищаясь красотами природы. Неудивительно: после мрачной картины Земель Гордости, любой, даже маленький клочок зелени казался ярким и красочным, а что говорить про целый тропический лес посреди пустыни!

Ни внимательно слушал своих спутников, но не торопился принимать окончательное решение. Во-первых, они только вступили на территорию оазиса и ничего не успели разведать и понять, а во-вторых, все устали после перехода через пески и понятное дело, были взбудоражены. Сам самец прекрасно видел все неоспоримые плюсы потенциального местожительства, однако, его волновал вопрос конкуренции. Они точно видели где-то вдалеке травоядных животных, и наверняка здесь есть и хищники. Кто? Это предстояло выяснить. Поэтому, в первую очередь Ни посоветовал спутникам не говорить громко, а лучше и вовсе молчать, и соблюдать осторожность и не терять бдительность. Группа продвигалась медленно, с толком, внимательно осматривая местность. Очень хотелось найти какой-нибудь источник воды и утолить жажду. Чем дальше львы продвигались, тем больше слышалось различных запахов. Нет, это место определенно не могло быть никем не занято! По крайней мере, данная его часть. Запахи были различные — от старых и до недавних, но нельзя было сказать наверняка, кто тут был, когда и почему.

Наконец, где-то вдали послушалось журчание воды. Спутники переглянулись и обрадовались находке, и хотели незамедлительно пройти к берегу, но Ни остановился и перегородил дорогу. Лев покачал головой и внимательно посмотрел на жену и остальных. Не стоило сломя голову кидаться в неизвестность.
— Подождите здесь, — шепотом сказал Ни. — Я проверю, и если опасности нет, позову вас. Я быстро.
Самец повернулся в сторону воды и пошел дальше. Правда же, осторожность никогда не помешает. Ни вышел к реке, но тут же заметил, что неё очень крутые берега. Спуститься целым не имело возможности. «Так. А если пройти дальше и посмотреть, как обстоят дела там? Должен быть лаз», — Ни не собирался так просто сдаваться, и аккуратно пошел вдоль берега, высматривая безопасный путь. Он несколько раз оглядывался назад, высматривая своих. Мало ли, кто-то мог увязаться следом, бывали уже случаи. Но в этот раз спутники не стали делать всё по-своему, и Ни успокоился хотя бы на этом. И вот, спустя некоторое время, показалась тропа, причем ей явно частенько пользовались. Ещё один аргумент в пользу того, что здесь кто-то проживает. Собравшись, Ни благополучно спустился к реке. Все было замечательно, пока…

… пока он не наткнулся на группу львов и других зверей у реки. Группу. Львов. Это было настолько неожиданно и внезапно, что Ни на несколько секунд замер. Вот чего он опасался! Он не просто так проявлял осторожность! Вот перед ним стоят прямые доказательства. Несмотря на секундную заминку, самец быстро взял себя в лапы.

— Здравствуйте. Простите за столь неожиданное появление, — начал лев.
В любом случае, он постарается все разрешить миром, и в противном случае просто уведет свою группу подальше от этого места. Ни очень не хотелось влезать в конфликты, особенно после перехода через пустыню.

— Здесь ваша территория? Если так, то я покину её и не буду создавать проблем.

+4

275

Самое печальное — это чувствовать себя виноватым, осознавать свои ошибки, но не иметь возможности ни с кем поделиться своими опасениями. Когда я в очередной раз уходил с Земель Гордости, то обещал несчастной сломленной Сарафине, что непременно исполню отцовский долг и прослежу, чтобы наша дочь явилась домой целой и невредимой. Что в итоге я имею? А в итоге я стою и смотрю как какой-то наглый самец, который абсолютно мне не знаком, уводит Налу в кусты, подальше от всех. Меня это сильно злит, несмотря на то, что он - король, но я не могу подняться и отправиться за ними следом, потому что отвлекаюсь на Рафики, Чумви и Тириона: оглядываюсь в сторону, где исчезла парочка и теряю их из виду. Могу последовать за ними по запаху, но почему только я один так озабочен случившимся?

Я смотрю на Ишу и любуюсь ее молодостью: с ней, с моей неродной дочерью, мне куда проще найти язык, чем с Налой. Я понял в который раз окончательно и бесповоротно, что упущенные годы уже не восполнить. Иша доверяет мне куда больше, потому что я был рядом с ней с ее юности. Я видел ее в горе, в радости, в злости. Я видел ее родного отца, который был не рад ей. Мог ли я заменить его? Восполнил ли собой этот пробел? По иронии судьбы я не воспитал родную дочь, но хотя бы подарил кусочек своей заботы чужой.

И все равно зубы сводит от злости: чего этому самцу надо от Налы? Если он ее посмеет обидеть, а я узнаю об этом!..

...Кажется, полуденный зной сказался на мне сильнее, чем я думал... — послышался голос карлика. Я опустил взгляд на Тириона и не сразу сообразил, о чем он говорит, но когда до меня дошло его удивление — усмехнулся, покачивая головой и забавляясь его речами.
Это Рафики, — пояснил я, когда карлик закончил свою тираду, — он шаман Земель Гордости, очень уважаемый зверь в этих краях, мудрый и всезнающий. Он застал ни одно поколение королей, — я говорил достаточно громко, поэтому и Иша могла меня тоже услышать, — а Нала ушла с... — я поджал губы. Назвать Симбу правителем у меня язык не поворачивался, — ...с королем ради которого мы все тут собрались. Думаю, у них важный разговор.   

Мой новый знакомый ничуть не растерялся, поэтому тут же подошел к мандрилу, вежливо и почтенно приветствуя его. Рафики, конечно, запротестовал, а потом не обделил вниманием и меня: поприветствовал, но на вопросы отвечать отказался, что меня несколько расстроило. Я переживал за Сарафину, немудрено, что хотел поскорее узнать как она, но, быть может, поводов нет для беспокойства, потому что шаман выглядел слишком уж бодрым. Едва ли он бы себя так вел, если бы в королевстве царили мрак и смерть.

Совсем внезапно ветер принес запах Мичи, а после уже волк и сам показался. Он тоже оказался не один, а с сопровождением: вел небольшого львенка и странного вида гепарда. Я заинтересовано поднялся со своего места, чуть наклонив голову набок и изучая новоприбывших, пока Мичи представлял своих новых спутников.

Здравствуй, — мягко отозвался я, взглянув на львенка. Он выглядел совсем уж плохим: маленький, слабый, грязный, с большими темными глазами и жалостливым видом. Ну, без слез прямо не взглянешь! — меня зовут Керу, — возможно, малыш не запомнит мое имя сразу, но нужно было ему хотя бы показать, что мы настроены дружелюбно. — Не бойся, — сказал я снова, взглянув на гепарда, молча стоявшего в сторонке, — мы не обижаем тех, кто помогает другим львам.

Чумви и Иша были тоже настроены дружелюбно... я понимал, что им не шибко хотелось делиться с тушей, особенно с гепардом, но делать было нечего. Львица присела рядом со мной, поглядывая на то, с какой скоростью уничтожается мясо.
...нашего воинства, кажется, прибыло, — заметила она, хотя мне ли не знать, что подразумевалось в коротком звуке, который она издала. На воинство это мало тянуло, когда среди всей компании способными к сражению были только четыре льва: Нала, Чумви, Иша и... и Симба. Себя я посчитать побоялся, потому что не знал, смогу ли в должной мере сражаться: я все еще грешу на свой возраст и никак не могу привыкнуть к старости. Хотя, быть может, зря я так? Быть может, я еще буду посильнее всего этого молодняка вместе взятого?

Чумви, который все это время говорил с Рафики, все-таки передумал уходить и подошел к нам. Я удивленно подметил, что моя дочурка обрадовалась его возвращению и теперь с теплотой касалась плечом и меня, и его. Когда-то давно юная самка делала так только со мной, что расценивалось мной как наивысший признак доверия, поскольку львица была не из тех самок, что ластились по поводу и без. Ну, а в данном случае, честно говоря, я был даже искренне рад за Ишу, хотя и представить себе не мог, что там было между этими двумя: просто полагал, что в морде Чумви она нашла себе настоящего и близкого друга, которому доверяла. По-крайней мере, именно так мне казалось, когда я наблюдал за их отношениями. Или же?..

Снова откуда-то со стороны послышался шелест листьев и на поляну вышел незнакомый мне самец. Я вздохнул: немудрено, что именно в это место тянутся хищники, должно быть, их привлекает запах крови и воды. Я чуть напрягся, но мне уже было откровенно лень вновь подниматься и скалить зубы, кроме того, сам незнакомец не выглядел агрессивным. Впрочем, с его стороны, наверное, глупо было бы податься с тремя взрослыми львами, хотя я не совсем уверен, что он был один: в воздухе витало еще множество различных чужих львиных запахов.

Здравствуйте, — лениво отозвался я, но скорее не от неуважения к собеседнику, а к тому, сколько же еще этих странников попадется на нашем пути, — можете не опасаться, — честно заметил я, не привыкший лгать. Я ведь уже давным-давно король без королевства, поэтому и бояться мне всегда было некого, — мы сами тут гости. А вы что-то ищете? — резонно заметил я, — до сих пор мы тут не натыкались на других львов.

Отредактировано Керу (15 Авг 2019 12:14:34)

+2

276

С внутренним — едва сдерживаемым, между прочим! — нетерпением дождавшись разрешения со стороны Иши и Чумви, Тирион немедля принялся за еду, не забыв, впрочем, благодарно кивнуть львам в ответ, прежде, чем голодно вцепиться клыками в ароматное, еще вполне свежее мясо. Подобная щедрость много для него значила... И он был всерьез намерен вернуть этот маленький должок, лишь только у него появится такая возможность. А пока что, Бес предпочел целиком и полностью сосредоточиться на своей долгожданной трапезе, не забывая, впрочем, чутко вертеть ушами по сторонам, прислушиваясь к чужим разговорам.

Ну, а что, слушать — не значит "подслушивать"!

Тем более, что здесь явно было, над чем поломать голову. То Керу будто ненароком обмолвился о присутствии "короля" в Оазисе, хотя еще с полчаса тому назад говорил о том, что власть над их родными землями перешла в лапы младшего братца Муфасы. Учитывая, что Керу также заявлял, что он и его спутники намерены "исправить" ситуацию в угасающем королевстве... Похоже, что Тирион, того не желая, оказался в самом эпицентре событий, а конкретно — грядущего государственного поворота. А как иначе можно было инерпретировать все сказанное и свои личные наблюдения? Тирион хоть и являлся довольно... мелкой сошкой у себя дома (во всех смыслах этого слова), но был весьма хорошо знаком со сложной паутиной внутрикоролевских интриг. И конечно же он ни в коем случае не мог назваться глупцом, не способным самостоятельно сложить два плюс два — тем более, что и окружающие не больно-то и шифровались.

Итак, что мы имели? Трагическую и довольно-таки раннюю гибель законного правителя королевства — раз. Его, по всей видимости, бестолкового младшего братишку, не способного (или не желающего) адекватно распоряжаться доставшимися ему по наследству землями — два. Молодого и амбициозного претендента на престол, готового, судя по всему, забрать корону у своего... старшего брата? кузена? дядюшки? не суть важно, наверняка какого-то очень близкого родственничка — три. И целую толпу желающих ему в этом помочь — четыре...

Причем, количество добровольцев стремительно возрастало, прямиком на глазах у изумленного, сосредоточенно жующего окапи Тириона.

Когда на полянку вышли трое совершенно непохожих друг на друга зверей, в том числе и крохотный оголодавший львенок, карлик с явным состраданием глянул на того поверх окровавленного бока травоядного, а затем и вовсе радушно подвинулся в сторону, давая малышу возможность встать рядом и угоститься мясом. Ну, а в тот момент, когда из зарослей выступил еще один крупный самец, извинившийся за свое нежданное появление (еще один чужак?), Бес аж чавкать перестал, теперь уже просто молча наблюдая за происходящим со своего места. В принципе, ему не нужно было много еды для того, чтобы наесться, да и чересчур сильно объедать чужую добычу, лишая остальных возможности перекусить, было бы как минимум невежливо. Так что, в конечном итоге, коротышка просто скромно отошел в сторонку, где утомленно прилег брюхом на землю и уже оттуда продолжил свою тихую "слежку". Таким образом, любой, кто зашел бы сейчас к ним на огонек, в первую очередь обратил внимание на полосатый труп окапи и столпившихся кругом него львов, и уже в самую последнюю — на смирно лежавшего в тени карлика, о чьем присутствии напоминали лишь два ярких, мерцающих огонька разноцветных глаз. С другой стороны, если бы кто-нибудь из местных решил вдруг сесть рядом и завязать беседу, он бы с большой охотой поддержал сей разговор. Глядишь, выяснил бы так, под шумок, еще пару-тройку любопытных деталей.

+3

277

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"35","avatar":"/user/avatars/u35","name":"Ferrum"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/u35 Ferrum

Офф:

В посте повествование ведется от лица Мичи, фамильяра Налы, при поддержке Рафики, Тимона и Пумбы как временных НПС

Мичи скосил глаза в сторону съежившегося львенка. На морде волка, если бы Тарту посмотрел на него, он бы прочитал яркое «я же говорил». Но малыш не посмотрел, а вслух Мичи этого, конечно же, говорить не стал. Он бросил беглый взгляд на Мвана, который, тоже явно не в своей тарелке, предпочел тихо устроиться чуть-чуть поодаль ото всех более крупных хищников и принялся аккуратно жевать свою собственную добычу, что тащил с собой все это время. Не спуская с остальных глаз, конечно же. Вдруг что.

На самом деле Мичи его понимал. Сам был такой же первое время, особенно в присутствии Иши, которая совершенно очевидно не трогала его чисто из уважения к Нале и не особо это скрывала. Предки видят, большего ему и не надо. Кто-то, может, начнет рассуждать о взаимном уважении, тыры-пыры. Может быть, когда-нибудь, но точно не сейчас. Не до того.

Зато ко львенку она отнеслась очень по-доброму, сразу представившись и предложив перекусить. Мичи, кстати, и сам не отказался бы, но для начала надо разобраться что вообще тут происходит. Ну и Тарту пристроить. Волк аккуратно обвил львенка хвостом, привлекая к себе внимание того, и кивнул в сторону полусъеденной туши, в которую уже радостно вцепился тот странный лев-карлик. Давай, не стесняйся, если голодный. Сам Мичи хотел бы отойти, по возможности пошептаться с Керу и Чумви. И Ишей, если та захочет его слушать. Рассказать им подробнее что произошло, как он нашел этого львенка, а также объяснить, что он не просто потерялся, а остался без родителей. Чтобы можно было дальше выяснять как им быть с ним. В идеале он бы предпочел обсудить это с Налой, как главной в их разношерстной компании, но так как ее увел Симба, придется говорить с самцами. И Ишей.

Его собственный опыт забитого и пугливого ребенка, однако, подсказывал, что оставлять малыша, пока тот не освоится и сам не вылезет из “защитного” барьера, коим работал обвитый вокруг него рыжий хвост, будет ошибкой. Поэтому придется сидеть и ждать возможности переговорить с ними. Остальных он вообще не считал пока членами их группы, так как не очень понимал кто все эти звери, как они тут оказались и как надолго задержатся. Ну разве что тот мандрил, к которому так уважительно относились самцы. По их поведению и тому, как его представили сразу понятно, что это их старый знакомый. И с новостями, судя по всему. Вот это было любопытно. Мичи повернулся в сторону Рафики, который и сам устроился возле Чумви.

— Все подробности расскажу позже. Главное, что вам нужно знать, — отвечал он на вопрос самца, — что все живы, здоровы и очень вас всех ждут.

Интерес волка после этого угас. Ничего нового, надо ждать деталей. Наверное, когда Симба с Налой вернутся со своей прогулочки. Старик, скорее всего, просто не хочется по десять раз повторяться. Оно и понятно. 
Поэтому, когда до чуткого уха донеслись едва слышимые голоса откуда-то со стороны реки, это заинтересовало его куда больше.

— По-моему... таки они, — долетел до него низкий, слегка сипловатый голос. Немного знакомый, хотя Мичи не мог припомнить где именно его слышал. Волк, не привлекая внимания остальных, повернул голову в сторону, откуда доносился звук.

— Тшшш! — зашипел его собеседник куда громче, чем говорил обладатель первого голоса. — А вдруг нет?! — ответил ему куда более высокий голос. Тоже знакомый. Мичи вновь повернулся к Тарту, намереваясь предложить маленькому львенку все-таки пойти покушать, но тот и сам уже опасливо вылезал из “объятий” волка.

Ну вот и молодечек, слава предкам. Мичи лишь ободряюще кивнул ему, прежде чем, незаметно для всех остальных, юркнуть в сторону одинокого куста, из-за которого, как ему показалось, доносились звуки.

— Ну, вон, смотри! — из-за куста показался чей-то розовый пяточек. — По-моему, это тот самый лев, — голос становился все громче по мере приближения волка к кусту, — что подрался с Симбой!

Тут Мичи, конечно же вспомнил обладателей голосов. Тот самый бородавочник и сурикат, которые бегали с Симбой прошлым вечером. Или позапрошлым уже? Если честно, он слегка потерял счет времени. Расслабившись, волк сбоку зашел за куст, который едва-едва скрывал крупную тушу бородавочника. Если бы он не вспомнил их голоса, то запах определенно напомнил бы. Парочка громко спорила, раскачивая ветки, и не спуская глаз с группы собравшихся львов.

— Как ты можешь быть так уверен?! — совершенно не тихо завопил сурикат. — Посмотри сколько их и все на одно лицо!

— По-моему, тебе надо глаза проверить, — сухо сказал Мичи.

Зря он это сделал.

Звонкий крик разлился над рекой и волк сам уже пожалел, что без предупреждения подкрался к этой парочке, которая, не разобравшись, тут же кинулась бежать, давя кусты и не видя куда, собственно, бегут. И прямиком в объятия львов. Что они осознали, конечно же, когда оказались почти впритык к ним. И снова громко завопили. Волк недовольно прижал уши, жалея, что они у него такие чувствительные.

Вот же верещат, будто их прямо заживо жрут, дураки.

+3

278

Их и вправду не стали жрать... Даже более того, старшие львы поочередно назвали свои имена и радушно предложили  угоститься их добычей — нежданная щедрость с их стороны! Тарту аж рот приоткрыл, изумленно вертя ушастой головой то в одну, то в другую сторону, явно не до конца веря происходящему. Взгляд широко распахнутых янтарных глаз сироты в глубокой растерянности перебегал с одной доброй львиной морды на другую, покуда не остановился на лежавшей поодаль туше. Пускай уже заметно подъеденной, но для Тарту уже такое количество мяса было сродни целому праздничному пиру. И что же, никто из присутствовавших здесь  не возражал, чтобы незнакомый им львенок разделил общую трапезу, да еще и вперед некоторых самцов? Еще немного поколебавшись (что поделать, в его родном прайде лезть к еде вперед отца было несколько, кхм, чревато), Тарту все же "отлип" от пушистого бока Мичи и, все еще не до конца веря собственному счастью, медленно, крадучись направился вперед, то и дело опасливо поглядывая снизу вверх на этих странных взрослых, пугливо втягивая голову в плечи и прижимая уши к черепу, готовый в любой момент пружиной сорваться с места и ринуться обратно в кусты... Но никто его не останавливал, и уж тем более не пытался атаковать, вопреки всем разумным опасениям, и в конечном итоге Тарту спокойно добрался до мертвого травоядного, все с той же недоверчивой миной косясь на старших поверх плеча. Особенно, конечно же, на Мичи — это ведь он привел его сюда.

Что... точно никто не против?

Более-менее расслабившись, Тарту, наконец, отвернул голову обратно к добыче... и вновь ощутимо подзавис, до неприличия открыто вылупившись на мирно обедающего рядышком с ним карлика. Таких чудных зверей (это что, это ЛЕВ??) детеныш в жизни не видывал, и даже не знал, что они вообще могут существовать, а от того потратил еще добрую минуту на то, чтобы внимательно рассмотреть своего неожиданного соседа по трапезе. Страха, как ни странно, не было — только безграничное удивление и вполне естественное детское любопытство, кое-как заглушаемое привитым львенку воспитанием. Тирион, впрочем, этого даже не заметил, а может, просто не подал виду, решив, что в данный момент мясо для него гораздо важнее; примерно о том же подумал и сам Тарту, в конечном итоге, усилием отведя взгляд от странного незнакомца и вновь сосредоточившись на еде. Так они и стояли какое-то время бок о бок, с жадностью пихая в себя сочные, окровавленные куски, неосознанно копируя друг друга — благо, не сильно отличались размерами, — пока на берег не вышел еще один жилистый, матерый самец с запыленной темной гривой, моментально привлекший к себе внимание мирно беседующих львов. Тарту немедля вскинул голову над полосатым боком окапи, не прекращая, впрочем, усердно работать челюстями; глаза юнца со сдержанными любопытством и, что скрывать, легкой опаской уставились на незваного "гостя", но в целом львенок оставался спокоен — в основном за счет того, что Керу и его спутники не выказывали ни грамма тревоги или агрессии. А раз они не боялись, то чего должен был бояться сам Тарту, верно? Впервые за очень долгое время, львенок чувствовал себя в относительной безопасности и даже проникся некоторым доверием к своим новым знакомым.

Ну не могли злые дяди или тети отнестись к нему с подобным состраданием, ведь гораздо проще было бы прогнать (а то и сожрать) его сразу — зачем же перед этим делиться с ним драгоценным мясом? 

Размышляя подобным образом, Тарту еще немного понаблюдал за происходящим со стороны... и чуть было из шкуры вон не выпрыгнул, когда в зарослях по соседству — между прочим, чертовски близко от них с Тирионом! — вдруг раздался громогласный свиной визг, от которого у львенка мгновенно заложило в ушах. Что-то очень большое и темное, безостановочно орущее, как если бы его жрали заживо, выскочило из кустов и рвануло наутек, с налету перепрыгнув через убитое травоядное, а заодно и через голову спешно пригнувшегося Тарту. Выпучив глаза от испуга, едва не поседев от макушки и до самой кисточки хвоста, львенок вот так, опасливо стелясь брюхом по земле, "стрельнул" в противоположном направлении, спеша укрыться... да неважно где или за кем, лишь бы только в живых остаться! Недолго думая, действуя фактически на одних инстинктах, насмерть перепуганный детеныш с разбегу нырнул куда-то под лапы Иши — кажется, единственной самки среди всех присутствующих на поляне львов и, следовательно, единственной, кому он мог бы полностью довериться в такой непростой ситуации. Тем более, что Мичи куда-то очень не вовремя смылся, а Мван сидел слишком далеко от остальных. Забившись под брюхо недоумевающей охотнице, Тарту все с таким же огромными глазами навыкате уставился на громко истерящую парочку . Сурикат и бородавочник... Он еще ни разу не видел таких зверей раньше и внешне они не казались ему такими уж грозными, однако издаваемый ими шум был столь велик, что у бедолаги аж сердце в пятки уходило!  Не выдержав очередной такой пронзительной трели, Тарту в глухой панике ткнулся носом в траву, накрыв макушку обеими передними лапками — спрячьте меня, пожалуйста!

+3

279

Туши убывало с каждым исчезнувшим в львиной и не только пасти куском. Чумви, мягко подпиравший боком Ишу и чувствовавший тепло ее тела, чувствовал себя, однако не таким раздосадованным, каким мог бы быть. Может, карлик и львенок не могут охотиться толком, но вот если собрать остальную компанию и устроить загон, то вполне можно завалить еще одну такую зверюгу. И в этот раз Чум был намерен привлечь к этому делу Его королевское величество Симбу. Помимо прочего, это сойдет за небольшую месть за то, что рыжий умотал неизвестно куда, прихватив с собою Налу. Хотя... если быть честным до конца с собой, Чумви в глубине души догадывался, почему друг (интересно, можно ли его еще так называть?)  позвал только Налу. Смотрел он на нее, когда пришел, как-то иначе, да и она совсем не возражала... Наверное, если бы об этом подумал Чумви-юнец и подросток, его сердце пылало бы страшной ревностью (Симба! Нала! Наедине! Что может быть хуже?!!), но теперь он чувствовал только легкое раздражение и досаду, что их с компанией отодвинули в сторону. Он заслуживал объяснений. Наверное. Ладно, Иша и Керу заслуживали объяснений.

Странное дело. Никогда в юности, когда он думал о Нале и представлял, как они могут быть в месте, он не чувствовал такого приятного тепла в душе и теле, как сейчас, когда лежал рядом с Ишей и прижимался своим боком к ее. Керу не смущал его совершенно. Его вообще мало чего сейчас смущало. Пока все стало тихо-мирно, он задумчиво глядел впереди себя, изредка вытягивая шею и откусывая небольшой шмат мяса. Может быть... все-таки... Мысли прервались шорохом в кустах - к ним приближался кто-то крупный. Чумви мгновенно поднялся, сбросив с себя спокойное умиротворение и шагнул в сторону звука, нахмурившись и буравя место, где должен был появиться незнакомец, тяжелым взглядом. Враг или друг? По шагам вроде бы один.

Перед ними оказался некрупный самец, по возрасту ближе к Керу. Лохматый, с песочного цвета шкурой. Что-то в его внешность сразу показалось Чумви знакомым, но понять, что же именно он не смог до тех пор, пока незнакомец не заговорил. Вежливо, уважительно - еще бы, он один против целой компании львов! Но эта мысль мимоходом проскользнула в сознании, потому что Чумви вспомнил, и почти сразу же черты его морды разгладились, а в позе больше не чувствовалось напряжения.

- Ни? - удивленно воскликнул Чумви, шагнув навстречу старому знакомому. Какой же он теперь... небольшой! Когда он только появился на землях Прайда, он казался маленькому Чуму крупным! - Ты же Ни, верно? Ты когда-то заглядывал на территорию земель Прайда. Я Чумви, помнишь? Ты провел в нашем прайде день. Помнишь Налу? Ты спас ей жизнь. Вот уж не ожидал встретить тебя здесь? Это Ни, мой старый знакомец, - Чумви обернулся к друзьям и новым приятелям. - Мы встретили его, когда мы с Налой были маленькими. Он спас ее от гиены. Подходи, Ни, - Ни выглядел точно так же, как и столько лет назад - спокойным и ничуть не страшным. По всему было видно, что он не излучал никакой угрозы. - Понимаешь, в нашем королевстве кое-что произошло... Не самое хорошее, - морда Чумви помрачнела, когда он улегся обратно на свое место рядом с Ишей. - Скар занял трон после смерти Муфасы. Симба оказался изгнан, в королевстве полно гиен, еды не хватает. Мы собираемся вернуть королевство. Словом, поэтому мы все здесь. Нала тоже здесь, она точно будет рада тебя увидеть ! Она сейчас... кхем, с Симбой. Пожалуй, тебе лучше всего подождать их. Симба может быть... излишне подозрительным сейчас, - раздался жуткий, пронзительный крик. Чумви едва не вскочил на лапы, но вовремя понял, что вопль не принадлежал льву или другому крупному хищнику. Нет, это были те бородавочник с сурикатом, приятели Симбы. Чумви не удержался от того, чтобы не приподнять клыки и не зарычать раздраженно, хотя умом он и понимал, что это наверняка испугает их еще больше.

Где их только Симба раскопал? Вон, тот маленький львенок, Тарту, от ужаса сиганул к Ише и вжался маленьким тельцем в землю от страха!

- Эй, умолкните! - рявкнул Чум, стараясь, впрочем, выглядеть не особо устрашающе. Например, особо не скалиться и не рычать. Но все равно пришлось рявкать - хотя бы для того, чтобы перекричать эти луженые глотки. И потому, что полностью скрыть раздражения не вышло. - Смотрите, ребенка перепугали! - шальная, сердитая мысль сожрать их пробежала в голове. А что, черт возьми? Может, так удастся их заткнуть или они из его брюха орать будут?! Наконец, все немного утихомирились, Чумви все еще подергивал ухом, неодобрительно посматривая на бородавочника с сурикатом. Серьезно, если они их боятся, то зачем подошли? На поляне становилось слишком тесно, а обглоданная туша окапи едва ли проживет еще пару часов. Чумви повернул голову к Ише. Конечно, ему было интересно, что стало с Ни за все эти годы, что он сам здесь делает, но еще больше хотелось поговорить. О кое-чем важном,, о чем он умалчивал и недоговаривал за все время знакомства с Керу и Ишей. Чем больше проходило времени, тем больше крепла уверенность, что нужно сказать. Предстать таким, какой он есть, чтобы... чтобы потом внезапно она не узнала правду от кого-то другого. Так было бы хуже. Унизительнее. Для них обоих.

- Иш, - подойдя к львице, он тихонько шепнул ей на ухо, забыв о жавшемся к ее меху Тарту. - Ты не против... немного прогуляться? Здесь становится слишком много народу и... в общем, я хочу немного поговорить.

+4

280

Некоторое время Иша мрачновато наблюдала за тем, как добытый потом и кровью окапи стремительно исчезает в голодных желудках новых знакомцев. Впрочем, она немного смягчилась, понаблюдав за тем, с какой откровенной жадностью ест новоприбывший львенок, торопясь, давясь и глотая большие куски, будто каждую секунду ожидая, что его прогонят прочь. Его не гнали... постепенно движения Тарту стали более медленными и расслабленными — бурая, не удержавшись, улыбнулась ему, когда в очередной раз львенок настороженно вскинул голову, ища взглядом возможную опасность.
За свою жизнь Ише почти не приходилось видеть львят. Да что там почти — не приходилось вовсе; она, конечно, задумывалась о том, что рано или поздно рядом с ней будут шлепать маленькие лапки, но никто не говорил, что это произойдет так. Теперь, понаблюдав за поведением Тарту, она взглянула на Мичи уже с большим уважением. Мог ведь и мимо пройти: это ведь не родня ему, и дружба с Налой тут не значит ровным счетом ничего; если ты дружишь с одним львом, это совсем не значит, что у тебя хорошие отношения со всеми остальными.

Тирион тоже ел с аппетитом, хотя такого же умиления не вызывал. Коренастый лохматоголовый карлик вообще вряд ли мог вызвать умиление хоть у кого-нибудь, и задумчивый взгляд Иши то и дело останавливался на нем; она гадала, каково же это — жить таким необычным. Как охотиться, как защищать себя? Львица была чуть не вдвое выше его, взрослого самца, и лапы ее были настолько же длиннее. Любой кролик, не говоря уже о газели, с легкостью оставит позади это коротконогое создание. Чудно.

Сперва подорвался Чумви — именно то, что его бок вдруг перестал прижиматься к ней, заставило Ишу повернуть голову, с недоумением моргнув. Затем и она услышала приближение незнакомца — сперва, правда, подумала, что это возвращаются Симба и Нала (хорошо бы, если бы самка все же умудрилась вбить в голову этого недорощенного короля хоть немного мозгов). Это, однако, оказался совершенно незнакомый ей лев — хотя Чумви приветствовал его с таким теплом, что бурая лишь обреченно вздохнула: ну вот, еще один. Может быть, — она повела носом, — даже и не один.
Она вежливо, хоть и чуть небрежно, поздоровалась, представившись. Ни, как назвал его Чумви, опасным не выглядел. Не особо крупный, пыльный весь какой-то, растрепанный. Наверно, тоже проделал долгий путь и наверняка очень устал. Но на морде у него буквально написано было: опасаться тут нечего, я милаха.

— Тебе не кажется, что это очень странно? — наконец, негромко обратилась львица к отцу, поворачивая к нему голову и чуть приваливаясь к его боку, — тут было так тихо и пусто... Вспомни наши первые вечера здесь. А теперь, как по волшебству, приходит все больше и больше львов, будто здесь медом намазано; а ведь через пустыню идти ой как нелегко, я помню, — она усмехнулась, приподнимаясь на передних лапах.
Очень вовремя. Спустя пару секунд туда отчаянно ввинтился, судорожно меся траву когтями и даже несколько раз задев ее лапы, перепуганный до смерти Тарту. Раздавшийся поблизости истошный визг бородавочника даже Ишу заставил вздрогнуть; чуть более низкий голос суриката был потише, но все равно бил по ушам похлеще, чем слоновий рев.
Волей-неволей она обняла малыша, прижимая к себе. Это произошло слишком быстро, почти инстинктивно: вот он бежит к ней, безошибочно выбрав бурую, то ли как единственную присутствующую здесь самку, то ли просто посчитав, что она из всех львов самая безобидная, — и вот он уже лежит, ткнувшись мордой в траву, его бьет крупная дрожь, под его шкурой невооруженным взглядом видно торчащий позвоночник, а под пальцами львица чувствует тощие ребра. Маленький, до смерти перепуганный львенок... что же ему пришлось пережить, раз он так реагирует?

Поднявшись, Чумви грозно прикрикнул на паникующих травоядных, на миг перекрыв их нескончаемый вопль и едва не перепугав Тарту еще больше.
— Эй, тихо, тихо, — бурая неловко потрепала львенка по шкуре, не зная, как положено успокаивать львят, — все в порядке, эти двое никого не едят. Они сами нас боятся!
Ее недовольный взгляд был прикован к неразлучной парочке; оставалось только удивляться, как Тимон и Пумба умудрились дожить до своих лет — разве что хищники ими брезговали. Убивать дичь, которая так истошно орет, просто противно: того и гляди, замараешь лапы. И почему только Симба выбрал их себе в друзья?
На миг представив себе самца истошно визжащим в окружении суриката и бородавочника, Иша злорадно хмыкнула, продолжая трепать шкуру Тарту лапой. От ее смущенных утешений не было особого толку, но после того, как воцарилась долгожданная тишина, львенок все-таки немного успокоился, хотя его глаза были просто огромными — оставалось удивляться, как они еще помещались на морде.

— Все хорошо, видишь? — львица склонилась над малышом, но тут же вскинула морду, чуть было не боднув лбом челюсть склонившегося к ней Чумви, — м? Да, пожалуй. Я бы прогулялась. В какое-нибудь тихое место.
Она осторожно переступила через скорчившегося в траве Тарту; оглянулась на Керу, скорчив гримасу и демонстративно поковыряв пальцем в якобы оглохшем напрочь ухе. Тириона, развалившегося в траве поодаль, кажется, весьма забавляло происходящее; после секундного раздумья бурая перестала хмуриться и ухмыльнулась, на миг поймав взгляд карлика. Да, если подумать, есть над чем посмеяться.
— Скоро вернусь, — жизнерадостно мурлыкнула она через плечо — и зашагала вслед за Чумви. Она не имела ни малейшего представления о том, что он хочет с ней обсудить — но сейчас это ее ни капли не волновало.

+4

281

В нос вдарил запах пойманной добычи. Даже без пристального осмотра территории, труп окапи явно выделялся на общем фоне. Ни в первую очередь подумал про своих подопечных, которые после перехода через пустыню даже маковой росинки в рот не брали, а уже потом подумал про себя, такого же голодного и уставшего льва. Концентрировать внимание на туше Ни не стал, и переключился на самого старшего из присутствующих льва, судя по всему, он был ненамного старше Ни. Порадовало и придало уверенности полное отсутствие всякой угрозы или агрессии со стороны. Слова были вежливыми и учтивыми. На что последовал такой же ответ:

— Я искал источник воды. Видите ли, я и мои спутники только что совершили переход через пустыню, поэтому мы надеялись отдохнуть и восполнить силы.

Ни рассудил, что лучше сразу дать понять, что он тут не один, во избежание неловкой ситуации и недопонимая. Самец с пыльной шкурой чуть оглянулся, будто ожидая увидеть свой небольшой прайд. Но они все, вероятно, всё ещё ждали своего лидера в условленном месте. Времени прошло достаточно, чтобы начать волноваться. Ни поставил в голове галочку, и вновь переключил внимание на группу.

— Приятно познакомиться, Керу. Меня зовут....

- Ни? - самец в некотором недоумении посмотрел на взрослого льва с темной шкурой и гривой. - Ты же Ни, верно?

Ни медленно кивнул, не моргая продолжал смотреть на незнакомца.
— Да, верно, это я. Но...

Секундный шок прошел, и теперь Ни внимательно слушал дальше, не перебивая. Незнакомца ли? В голове начало кружиться множество вопросов, и с каждой новой фразой от темношкурого льва ответов становилось всё больше и больше. В памяти всплыл отрывок из прошлого, словно это было вчера. Маленький глупый львенок пошел гулять один по саванне, и напоролся на гиен. Ничего не оставалось делать, как спасать детеныша. Это была Нала. А Чумви... Боже, сколько времени прошло? Три... нет, четыре года! Неудивительно, что Ни не признал в этом взрослом самце того львенка, подстегнувшего Налу на "подвиги".  Удивление и озадаченность происходящим сменились небольшой, но теплой улыбкой.

— Конечно, я помню вас обоих! И остальных львов из вашего прайда. И я очень рад, что ты помнишь меня, Чумви.

Малка, Кула, Тама, Сарафина... в памяти всплывали образы старых знакомых. Удивительная встреча! Только, было одно единственное большое "но".  Ни кивнул и прошел вперед, затем сел на землю и почувствовал приятное расслабление в мышцах: всё это время он провел на четырех лапах, и тело нуждалось в отдыхе.

— Но, что ты тут делаешь, Чумви? Так далеко от земель Прайда...

Темношкурый лев принялся прояснять ситуацию, устроившись рядом с львицей по имени Иша (ничего же не перепутал?). Радость от встречи омрачили весьма неприятные новости. Когда Ни был на территории земель Гордости, там уже расхаживали гиены, но кто бы мог подумать, что дела настолько ужасны! "Вернуть королевство... Хм, такая решимость. У Симбы наверняка есть план", — Ни обвел взглядом всех присутствующих. Значит ли это, что все давние знакомые находятся в этом оазисе здесь и сейчас? Действительно, удивительная встреча: прийти как раз точно в разгар переворота.

— Нала... тоже здесь? — тупо повторил Ни за Чумви, просто не ожидая, что догадка попадет в цель. Затем, лев серьезно кивнул. — Конечно, я подожду их. И я бы хотел...

Вновь, в который уже раз, Ни не договорил фразу, поскольку рядом началось какое-то непонятное движение в кустах. Лидер небольшого прайда только навострил уши и повернул голову в сторону шума, как на поляну с дикими взвизгами и криками вылетала парочка животных. Из-за неразберихи Ни не сразу понял, что это были сурикат и бородавочник. И появились они весьма эффектно, ничего не скажешь. Напряжение в теле медленно сходило на нет, у Ни скорее было недоумение, чем страх.

— Кто это?

Это точно были не чужаки, судя по реакции остальных. Но, переполох устроили знатный. Львенок, жевавший окапи всё это время, теперь находился под лапами Иши и был сильно напуган. После, когда всё стихло, львица смогла немного успокоить детеныша. Ни не имел ничего против того, чтобы они с Чумви немного прогулялись, поскольку темношкурый не обязан был самостоятельно объяснять все детали своему старому знакомому. Ни только лишь кивнул обоим. А ему только оставалось дождаться Симбу и Налу, и возможно, узнать что-то от Керу, раз все собравшиеся имели отношение к возвращению трона. И ещё оставалась одна вещь.

— Вы не против, если я позову своих спутников? Они уже заждались меня.

Отредактировано Ни (12 Сен 2019 10:47:12)

+2

282

- Тишина нам сейчас не помешает, - кривовато улыбнулся Чумви, в душе радуясь тому, что Иша сразу согласилась с ним пойти намного больше, чем показывал внешне. Покивав товарищам и оставив их в сомнительной компании Тимона с Пумбой, он первым зашагал вдоль реки. Углубляться далеко в лес и натыкаться на каждом шагу на папоротники и деревья он не хотел, поэтому с одного бока всегда была видна блестящая от танцующих на ее поверхности солнечных лучей вода. Растущие вдоль речных берегов деревья дальше сменятся просторными, открытыми лугами, где наверняка полно всякой интересной дичи, способной накормить их странный, непонятный прайд. Но охотиться Чумви сейчас не хотел. Право же, ему предстояла куда более тяжелая задачка, и он понятия не имел, как отреагирует Иша на его слова. Как она все воспримет? А сам он, не слишком ли он придает всему большое значение?

Как бы то ни было, Чумви давно уяснил, что молчать и переваривать тяжелые мысли в себе, постоянно удерживая себя от того, чтобы не выговориться тем, кому очень хочется все рассказать сродни прожевыванию тухлого мяса. От того, что ты его жуешь, свежим оно не станет, и тяжелые мысли от того, что их постоянно продумываешь, переворачиваешь и обдумываешь, не станут вдруг легче. Пока он шагал по траве, изредка обмениваясь с Ишей ничего не значащими словами - о том, что он погружен в себя, заметить было очень легко, хотя бы по тому, как односложно он говорил и почти не смотрел на свою спутницу. Иной мог и разозлиться - зачем звал гулять, если толком и не разговариваешь? Когда говор их товарищей растаял в привычном гомоне оазиса,Чумви остановился и повернулся к Ише.

- Я хотел бы тебе кое-что рассказать, - медленно и тихо начал он. - Мы с Налой мало чего рассказывал вам с Керу о нашем королевстве, так? Все, что вы знаете - это то, что злой дядя нашего Симбы украл его трон. И сейчас к нам приходит все больше и больше знакомцев из прошлого, о которых вы почти ничего не знаете, - он повел кисточкой хвоста. Если бы они с Ишей продолжали шагать, может, сказать все было бы проще, но кто проводит такие важные разговоры на ходу? Только тот, кто боится смотреть в глаза собеседнику и трусливо прячет неуверенность и страх за движениями лап. Чумви боялся, это так. Но поддаваться этому страху было еще хуже.

- И ты, наверное, не в восторге от Симбы и не понимаешь, почему мы возлагаем на него столько надежд. Почему он так себя ведет, верно? Непохож он был на короля, когда мы с ним встретились. Я не рассказывал никогда, почему он на меня напал, и нам пришлось сцепиться. А ты никогда не спрашивала, - он почему-то улыбнулся. - В любом случае... есть на все причина. Когда Симбе пришлось покинуть королевство, его не просто Скар предал и вынудил уйти. Симба иначе не мог. И сейчас он не может взять и доверять всем, как раньше, еще бы, просидел тут в одиночестве, терял союзников, потерял брата, общался только с этими полоумными... - перед глазами встал тот далекий день. Почему Чумви выпало вести Симбу к ущелью, куда остальные предатели заранее заманили Рико? Он уже и не помнил, решил ли так Скар или он сам. В каком беспамятстве он был? Те короткие секунды взгляда друга, в котором было сначала неверие, изумления... презрение и гнев - он помнил, как глядел на него Симба после того, как он признался во всем. Чумви почти позабыл то, как выглядел Симба-подросток, но вот глаза его помнил.

- Скар хотел заманить Симбу в ущелье, якобы на помощь его брату, Рико. Разумеется, Рико тоже был там. Нужно было покончить со всеми претендентами на престол. Он выбрал из прайда львов, которые поддержали его притязания на трон... по разным причинам. Заключил союз с гиенами. Один из львов должен был позвать Симбу, сказать, что Рико нужна помощь, а потом вместе с остальными убить его. Это должен был сделать я. Я почти предал его из-за каких-то глупостей, из-за нелепой ревности. Да что я говорю, я действительно предал его, я ведь столько времени знал о плане Скара, но молчал, потому что... потому что Симба меня раздражал. Мы были друзьями, но потом начали ссориться из-за пустяков, тогда эти вещи казались такими важными, сейчас понимаю - вздор. И я ревновал. Сейчас это кажется идиотизмом. Я не смог помочь ему тогда, когда на него свалилось целое королевство, я предал его. Вот почему он такой раздраженный, вот почему он никому не верит. Тогда я одумался и предупредил его, я помог им сбежать, но я знаю, что моей вины это не искупает. Поэтому тогда при встрече Симба на меня набросился. Поэтому он так себя ведет. То, что я сделал несколько лет назад, так легко не искупить... И сейчас, когда мы все столько времени провели вместе, я не хочу скрывать своего прошлого, - он по-прежнему не поднимал высоко головы, чтобы их с Ишей взгляд был на одном уровне. - Особенно от тебя. Это нечестно. Ты здесь, рядом с нами... рядом со мной, и ты даже не знаешь всей истории, что привела нас сюда.

А сколько всего могло измениться, раскрой он планы Скара! Симба бы никуда не ушел, королевство бы не пришло в упадок из-за гиеньей жадности. И сам Симба был бы сейчас другим. Мхиту хотя бы как-то, хоть отчасти можно понять - он сын Скара. А Чумви вели лишь нелепые обиды и глупая ревность, и от этого только тяжелее. Все, что он может сейчас сделать - идти вперед и попытаться грядущими деяниями искупить то, что совершил в прошлом. И надеяться, что из-за неприглядной правды от него не отвернутся.

+5

283

Очень вовремя, надо сказать, случилась эта прогулка. Раздражающе пронзительные голоса Тимона и Пумбы, наконец, стихли вдали, и вокруг воцарилась долгожданная тишина, прерываемая лишь пением птиц и негромким разговором гуляющих львов. Легкий ветерок приносил прохладный воздух от реки, а трава будто сама ложилась под лапы.
Иша могла бы гулять так часами, но лев вдруг затормозил и обернулся к ней.

Почему-то выражение его морды, неуместно торжественно-траурное, немного напугало самку. Она попыталась вставить неловкую шутеечку в ответ на первые слова Чумви, но прервала себя на полуслове, заткнувшись и уставившись на самца. Он говорил долго и неторопливо, не отводя взгляд от ее разом посерьезневшей морды.
И тут в кои-то веки Иша проявила несвойственное ей спокойствие: во всяком случае, она не стала немедленно набрасываться на друга с обвинениями. Хотя, чего греха таить, следовало бы.
Вместо всего этого она промолчала. И молчала. И молчала, пока лев продолжал рассказывать. Выговорившись, наконец, он заткнулся и замер, исподлобья взирая на нее и ожидая реакции, а бурая продолжала свирепо молчать, хотя ее раздувшиеся ноздри и лихорадочно блестевшие глаза целиком и полностью выдавали все обуревавшие ее чувства.

— Что ж,- наконец, сухо и отстраненно (именно так она себя и чувствовала — отстраненной, будто бы и не было всех этих дней бок о бок в пустыне, а затем и в оазисе), — спасибо, что все-таки соизволил мне все изложить.
Мог бы и раньше сказать, — говорили ее сощурившиеся от обиды глаза, — или не доверяешь?
А может, и не доверяет. В конце концов, кто она ему? Друг? Вынужденный, должно быть. Навязалась какая-то в дорогу, нахально пошла следом, втерлась в компанию, вроде как уже и не чужая.

Самка, присела, подобрав под себя задние лапы, а затем опять вскочила, чтобы спустя пару секунд сесть. Злость и обида все же постепенно закипали в ней; она ощущала странную и неприятную тяжесть в груди. Вот оно как все обернулось… она-то надеялась на милую прогулку, возможно, даже что-то романтичное, а тут… В глазах защипало бы у какой-нибудь самки понежнее нравом, ну а бурая гневно сцедила рык сквозь сомкнутые клыки, ни на миг не смея забыть о том, чтобы не привлекать к себе внимания громкими звуками. Ведь если она начнет орать — Керу наверняка услышит и прибежит выяснять, что стряслось. Бурая готова была голову на отсечение дать — ее приемный отец тоже не в курсе всех подробностей.

Снова вскочив, она заметалась по небольшой полянке, измеряя ее нервными широкими шагами и хлеща себя хвостом по бокам. Классика жанра: разозленная львица и накосячивший кавалер.
— Ты, ты! — подскочив почти вплотную к самцу, Иша с трудом удержалась от того, чтобы не ткнуть обвиняюще в него лапой; чувства ее, наконец, достигли своего предела и были готовы свободно и громко изливаться на благодарного слушателя, — ты молчал все это время. Как ты мог? Я думала, — тут голос львицы впервые предательски, как у обычной девчонки, сорвался, так что она продолжила дрожащим полушепотом, — я думала, мы друзья!   
Нет, но каков подлец! Ревновал он, вишь ты. Не его ли стараниями Симба теперь параноидально шарахается от каждой тени?

Тут, осознав, что уже почти жалеет короля-изгнанника, Иша внезапно отрезвела и шумно фыркнула, мотнув головой. Чего-чего, а Симбу жалеть она не собиралась. Тем не менее, это заставило ее хоть немного успокоиться.
Что ж, у них ведь тоже есть тайна. Керу ведь так и не соизволил признаться Нале, что он приходится ей отцом, хотя с каждым днем эта его скрытность казалась Ише все более и более странной. Не дорожи она так его дружбой и опекой — уже бы наплевала на все условности и без обиняков выложила Нале все как есть. Что-что, а кривить душой львица ненавидела.
Или это все-таки совершенно другое? От тайны Керу, по крайней мере, никто не пострадал, кроме него самого, конечно. Ходит, изводит себя размышлениями, думает, в какой бы такой подходящий момент открыть дочери всю правду — и чем дольше думает, тем, должно быть, обиднее будет Нале узнать, что ее родной отец все это время был рядом с ней — и молчал.

Окончательно сбив себя с толку всеми этими размышлениями, самка расстроенно отвернулась. Она отчаянно хотела броситься прочь, вот так просто, сломя голову — в джунгли, куда-нибудь подальше отсюда. Вместе с тем, под волной злости и гнева все же пробивалось и беспокойство, тем более, что Чумви необычайно кротко сносил ее буйство, не пытаясь возражать.
Что делать-то? Кто бы подсказал… 
— Что еще ты скрываешь? — искоса глядя на самца через плечо, сварливо осведомилась бурая, — есть еще что-то, что я должна узнать?

+3

284

Чумви вжал уши в гриву так сильно, что они скрылись из виду. Все прошло так, как он и ожидал, в глазах Иши обида, разочарование и гнев. Хотя нет, чуточку лучше ожидаемого - по крайней мере, его морда еще цела и невредима, и не покрыта свежими царапинами от когтей разъяренной спутницы. Чумви мудро молчал, когда Иша зарычала, а потом и заходила взад-вперед, с шумом вдыхая воздух - ох, того и гляди, взглядом прожжет. Растерянным, затравленным взглядом - ну что мне сделать? - он следил за тем, как она мечется по траве, не зная, подойти или, наоборот, подождать пока остынет, сказать что-то в свое оправдание или промолчать. Он даже вытянул к Ише лапу, будто хотел дотронуться до ее бока, но передумал и и вместо этого просто принялся месить землю когтями. Тяжелыми, изогнутыми когтями. Вот бы Скара сейчас под эти когти.

- Ну слушай, я... в общем... - он запнулся и неожиданно для самого себя отступил на пару крошечных шажочков, когда Иша подскочила прямо к его морде. И слова ее были справедливым, и обида понятна. Они провели вместе несколько недель, смеялись, болтали, делили кров и пищу, и за все это время он был эдаким партизаном недоделанным. А еще Чумви внезапно понял, что слишком зациклился на том, как Иша будет думать о нем после того, как откроется прайда и совсем не подумал над тем, что она может чувствовать себя оскорбленной и униженной из-за того, что он так долго все скрывал.

"Проклятый ты эгоист", - чувство вины вдавливало в землю не хуже тяжелого взгляда самки. Еще хуже стало, когда ее голос чуть было не сорвался - Чумви в ужаса приоткрыл пасть, готовый пообещать все что угодно. Зебры, слоны, носороги, жирафы, вражьи шкуры и стоять над ней по ночам с листом папоротника в зубах, чтобы насекомых отгонять. Что угодно, чтобы искупить вину! Он уже думал не над тем, отвернется ли теперь от него Иша, как от предателя и изменника, а над тем, как сильно он ее обидел и каким был дураком. Снова. Даже не постарался как-то все смягчить!  Совсем зациклился на своей вине, позабыл, что снова кому-то может причинить боль! Сказать пока было решительно нечего, Чумви только встревоженно месил землю, дергал хвостом и готовился сорваться следом, если Иша решит умчаться в джунгли. Не знал он, что говорить, но чувствовал, что вот если сейчас отступит, то ни она его не простит, ни он сам себя. Иша, к счастью, в джунгли не ломанулась. Чумви постучал хвостом по траве и, наконец, медленно двинулся к ней. Собрался с духом.

- Ну... - негромко, нерешительно протянул он, пододвигаясь совсем близко к Ише и стоя прямо над ее ухом, но не решаясь обойти и заглянуть в морду. - У меня сестра есть. Кула. Сводная. Родители мои давно сгинули, а еще я люблю зебру и храплю по ночам. Слушай... Иша... Я знаю, что все заслужил. Я дурак, что так долго тебе не рассказывал. Наверное, часть меня хотела бы похоронить это все навсегда... Но нельзя ведь. Я пытался. Кстати, если что, то Нале я не говорил о том, в чем участвовал, несколько лет, а сказал только потому, что приперли к стенке, - Чумви легонько, грустно улыбнулся. - Нечем гордиться, знаю. Я просто... боялся. Я пойду на какого угодно зверя и готов драться с ордой гиен, но признаваться в таком все равно что самому себя закапывать. Сложно. Но скрывать это все еще дольше от тебя... нет, это неправильно. Я не смог.

Он все-таки решился сделать еще несколько шагов и оказался как раз напротив Иши, чтобы заглянуть ей в глаза.

- Прости меня. Я слишком привык скрывать свое прошлое. Может, поэтому я ни разу не спрашивал ни у тебя, ни у Керу, как вы связаны с Сарафиной и Налой, - он знал, что ступает на скользкую дорожку. Не дай Айхею покажется, что Чумви решил пойти в наступление и надавить на Ишу. - И я, наверное, не спрошу. Это не мое дело, нечего мне лезть.

+3

285

Ответ Рафики меня утешил, хотя не был таким подробным, какой хотелось бы получить. Самое главное, что в прайде были все живы и здоровы, а значит, можно было со спокойной совестью вновь переключиться на нынешние дела и вернуть, наконец, долгожданного наследника на его законное место. Но для того, чтобы наследника привести, надо было сначала его дождаться и, что самое важное, убедиться в его, так сказать, ясности мысли. Я бы, например, очень не хотел видеть во главе Земель Гордости рыжую версию Скара, пусть несколько мягче оригинала. Час от часу не легче.

Меня удивило то, что Чумви узнал подошедшего только что льва. Сколько лет живу, а все не могу поверить в такие вот подобные совпадения, неожиданные встречи старых знакомых, которые могли не видеть друг друга много лет. Похожую мысль мне шепотом сказала Иша: ее удивляло, что здесь, словно мёдом намазано, и самые разные звери начали собираться в одном месте так сразу, будто по сговору.
- Может, их привлек запах добычи? В любом случае, главное, чтобы это было нам не во вред, - ответил я ей также шепотом. Хотелось бы верить, что эти звери не уйдут сразу же после того, как получат долю не принадлежащей им добычи: отказать сразу всем выше наших сил, потому что это не исключает того факта, что мясо придется защищать.

Одну деталь я чуть не упустил: оказывается, когда-то очень давно этот лев спас мою дочь из лап гиен. И тут я вновь почувствовал себя отвратительно. Наверное, я всю оставшуюся жизнь буду заминать грехи перед моей несчастной девочкой, которую я не смог сберечь, но зато этим занимался абсолютно какой-то незнакомый самец.

Нет, я определенно должен наверстать упущенное! От этой мысли я чуть было не поднялся на лапы и не кинулся в джунгли, чтобы разыскать львицу, но вдруг осознал, что ей уже, на минуточку, не шесть месяцев; в ее нынешнем возрасте я сам стал отцом. Я грустно вздохнул, но оставил свои мысли при себе. В любом случае, я был благодарен этому льву за то, что он сделал для Налы. И, возможно, когда-нибудь отплачу ему тем же.

Чумви, к слову, рассказал всю подноготную Ни. Я посчитал, что доверие к этому льву вполне себя оправдывает, раз он когда-то помог львятам, поэтому я молчал и слушал, пока до моих ушей не донесся пронзительный и режущий уши крик. Он переполошил, кажется, весь оазис: не удивлюсь, если к нам сейчас еще кто-нибудь подтянется. Я же повернул голову на источник звука и сразу же узнал суриката и бородавочника, которые в прошлый раз пришли вместе с Симбой.

«Да, эти ребята стоят друг друга», - устало подумал я и хотел было уже сказать, что так кричать не нужно, как за меня этот сделал молодой самец, рявкнув громко и с раздражением, но стараясь не выказывать злость, чтобы Тимон и Пумба вовсе не попадали в обморок.

Бедный детеныш, который пару минут назад жевал мясо, аж бросил его, пытаясь найти укрытие в объятиях единственной на данный момент самки. Вполне себе резонный вопрос задал и Ни.
- Это Тимон и Пумба, - ответил уже я, - друзья Симбы. Он попросил их не трогать.
Я с упреком, как отец, отчитывающий своих львят после сильной проказы, взглянул на этих двух и кивнул на землю, чтобы они сели и угомонились уже, наконец. В это время вдруг заметил, как Иша и Чумви поднялись со своих мест, и дочка, остановившись на короткий момент, многозначительно посмотрела на меня. Я нахмурился, но положительно кивнул и подкрался поближе к Тарту, усаживаясь рядом с ним так, чтобы ему было комфортно, но при этом, чтобы он не пугался остальных львов и уж тем более орущую во всю глотку потенциальную добычу.
- Все хорошо, малыш, - шепнул я ему, - никто тебя не обидит. Поешь еще, если хочешь.

Теперь я остался нос к носу с чужаками, правда, не считая суриката, бородавочника и спутника Налы. Что же, очевидно остальное придется разгребать мне самостоятельно.

- Зовите, конечно, - со вздохом ответил я на вопрос Ни, махнув хвостом, - все равно нас и так много. Что же вы искали в оазисе, что рискнули совершить переход через пустыню? – спросил я следом, отщипывая, наконец, и себе хороший кусок мяса. В конце концов, я тоже заслуживаю поесть, не так ли? – это ведь не так просто, - добавил я задумчиво.

Отредактировано Керу (28 Сен 2019 13:15:10)

+3

286

Слушая оправдания Чумви, самка прикрыла глаза. Сейчас ей не хотелось видеть его и наблюдать, как он заглядывает ей в морду, лихорадочно пытаясь объясниться.
Нет, она не убежала и не набросилась на него с попыткой надавать по мордасам, но это стоило определенных усилий с ее стороны, и все новые слова, которые второпях произносил лев, не улучшали ситуацию, а лишь ухудшали ее.
Что удивительно, ее гораздо больше занимал тот факт, что Чумви молчал все это время, нежели тот, что он, получается, в свое время предал Симбу. Как раз к этому она отнеслась куда проще, тем более, что потенциального короля не особо жаловала. А уж если он и раньше был такой же г*внюк, так поделом ему. Подуууумаешь, предали его. Тоже мне, событие.

Хотя если ничего особенного в этом нет, то невелика беда, что Чумви не рассказывал об этом. На этом моменте Иша аж глаза открыла изумленно: этак еще немного – и она додумается до того, что Симба сам виноват во всем случившемся, а Чум, пожалуй, еще и героем окажется.
Ну нет. Конечно, такому поступку оправдания не было, но тут уж не Ише было его судить: ее-то как раз эта ситуация почти никаким боком не касалась. Стало быть, Нала уже в курсе, да и Симба, вроде, не бросался на бывшего друга с обвинениями в предательстве. Словом, ей совершенно ни к чему было воротить нос от темногривого… и тем не менее, обида все еще кипела в ней, заставляя мыслить неправильно, руководствоваться оскорбленными чувствами, а не логикой.

Она медленно оскалила клыки, услышав прозрачный намек на их с Керу тайну. В какой-то момент искушение выложить ему все было так велико, что Иша чуть было не заговорила. Это было бы таким облегчением — разделить свой секрет еще с кем-то… Но, усилием воли сдержав себя, львица отогнала от себя даже мысли об этом. Керу, скорее всего, простит ее, а Чумви никогда не выдаст Нале… ведь они все еще друзья, верно?.. Но все равно это было бы неправильно, и хотя все в самке восставало против того, чтобы продолжать обманывать подругу, она, тем не менее продолжала молчать.

Ей нужно будет переговорить с Керу еще раз — и поскорее, как только она вернется к остальным. Они путешествовали вчетвером долгое время, и уже не первый день жили в оазисе, все это время охотились, спали, ели бок о бок. Должно быть, реакция Налы, когда она узнает, что все это время Керу мог ей все рассказать и не рассказал, будет примерно такой же, как у Иши сейчас. Значит, чем быстрее она узнает — тем будет лучше для всех. Конечно, потрясений в последние дни было больше, чем нужно, но что поделать, значит, будет еще одно.
Хм, а они ведь, получается, сестры. Пусть и не по крови.

Бурая хмыкнула собственным мыслям, только теперь замечая, что все то время, пока она размышляла, Чумви продолжал молча смотреть на нее, ожидая реакции. Почему-то Иша ощутила страшную усталость от всего происходящего. Ну почему все обязательно должно быть так сложно?.. Какие-то тайны, интриги, убийства. Мать учила ее не так. Она жила проще — без всего этого, без того, чтобы создавать себе проблемы. Охотилась, когда была голодна, гнала чужаков прочь с территории и не скрывала своего отношения, ни хорошего, ни плохого. Почему же остальные львы бывают такими… такими?..

Молчание тем временем затягивалось. Иша попросту не знала, что ответить. Простить самца она, пожалуй, была еще не готова, хотя сердилась уже меньше. Разговаривать с ним на отвлеченные темы было бы невыносимо, а обсуждать то, что он рассказал… нет, это было бы еще хуже.
Она поджала губы в недовольной гримасе и исторгла из себя тяжкий вздох.
— Пойдем. Мне нужно пройтись. Может, поохотиться, — выдавила она, наконец, не глядя самцу в глаза. 
И, конечно же, она пошла первой, раздраженно шурша травой под лапами и время от времени поддевая когтями попадавшиеся на пути веточки — так, что если поблизости и были какие-нибудь мелкие травоядные, они бы прекрасно услышали ее приближение

+5

287

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"35","avatar":"/user/avatars/u35","name":"Ferrum"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/u35 Ferrum

офф:

Повествование ведется от лиц Тимона и Пумбы при поддержке Рафики и Мичи (фамильяра Налы) в качестве НПЦ

Верещащие пасти отработанным, синхронизированным движением, с характерным щелчком, захлопнулись, как только перепуганная парочка оказалась мордами к разозленной морде Чумви.

— Простите, — перепуганно пискнул Тимон, который был как раз примерно на уровне пасти льва. Но Пумба тут же вцепился в следующие слова шоколадного самца.

— Ребенка? — переспросил бородавочник, непонимающе озираясь по сторонам и вообще осматривая собравшуюся здесь разношерстную толпу поближе. Конечно, он признал и Чумви, и Ишу, и Керу, и возвращающегося к их группе Мичи. Это определенно радовало, они наткнулись на хорошую группу львов. Хотя и не нашли того, кого вообще отправились искать — Симбу. В животе нервно забурлило. И хотя это вроде как друзья их друга, отсутсвие самого рыжегривого немного напрягало бородавочника. Совсем чуть-чуть, потому что тут он заметил какую-то старую обезьяну, весело и не без нотки снисходительности (которую Пумба, конечно же, совершенно не распознал) улыбающуюся им. Она спокойно сидела среди всех этих хищников, держа в руках какую-то палку с фруктами. Приятно быть не единственной потенциальной добычей в компании.

Он заметил странного вида льва с недоразвитой гривой и предположил было уже, что это про него сказал Чумви, но тот смотрел на все слишком спокойно, чтобы быть испуганным ребенком. Если честно, бородавочник не очень разбирался в возрастах львов, но этот был каким-то странным по сравнению со всеми остальными.

— Ну, вот! Я же говорил, что это они! — воскликнул Тимон, спрыгивая бородавочнику на нос и активно размахивая руками. — А ты не верил!

— Эээээ… — не зная что ответить промычал Пумба. Он происходящее в кустах помнил несколько иначе.

— Цыц! Столько времени из-за тебя потеряли, а могли бы уже расспросить их обо всем— ай! — Пумба громко то ли фыркнул, то ли хрюкнул, недовольно скидывая суриката со своего носа. Не так же все было! Это Тимон все сомневался тех ли они львов нашли или нет! — Ладно, ладно! Не кипятись, сейчас все выясним, — сказал, отряхиваясь, сурикат и повернулся назад к Чумви, который… Уже уходил куда-то вместе с той крупной львицей. Тимон растеряно загнул палец, которым до этого важно тыкал куда-то в небо. Сурикат фыркнул, недовольный такой грубостью, — просто так взять и отвалить! — и хотел уже было повернуться к единственной оставшейся здесь из известных ему морде, как сбоку раздался умиленный голос Пумбы.

— Ой, какой ми-илый! Смотри, Тимон!

Пумба тем временем успел отыскать взглядом свернувшегося в перепуганный комочек Тарту, которого, с уходом Иши, решил приютить Керу. Тимон раздраженно подошел к наклонившемуся прямо перед львенком бородавочнику.

— Пумба, у тебя уже есть один лев, хватит с тебя! — сказал он, тягая бородавочника за ухо. Конечно, сил что-то сделать у суриката не было, поэтому морда мистера свиньи так и осталась лежать на земле почти что утыкаясь своим огромным пяточком в морду Тарту. — И вообще, ты его пугаешь!

Вот на это бородавочник среагировал и тут же поднялся, отошел на пару шагов назад.

— Ой, прости-прости, — залепетал он и снова наклонился, но уже чуть подальше от малыша. — Я не хотел тебя напугать, малыш.

Мичи фыркнул откуда-то сзади и подал голос откуда-то из-за стремительно уменьшающейся туши окапи.

— Не нафо быфо тах огать, — сказал он с полунабитым ртом и вернулся к своему ужину. Волк не жрал уже целые сутки, так как запланированная им охота увенчалась поимкой потерявшегося ребенка, а не едой.

— Не надо было подкрадываться к нам сзади и пугать нас! — возмущенно потряс кулаком Тимон, шустро вспрыгнув на спину Пумбе. Мичи демонстративно закатил глаза и продолжил есть, хотя Тимон за тушкой ничего этого не увидел, поэтому со свойственным им самодовольством, — вон, какого-никакого хищника на место поставил! — повернулся к Керу.

— Так, о чем это я. Ах, да! Вы Симбу не видели? — наконец вывалил свой вопрос сурикат.

+3

288

Иша, кажется, подуспокоилась. Чумви не знал, насколько - она больше не кричала и не рычала, но что-то в этой напряженной морде и холодном взгляде было не менее пугающим. Поэтому он молчал, не зная, что еще можно сказать, как оправдаться и вернуть старые добрые отношения. Бурый хвост начал нервно подметать траву - влево-вправо, влево-вправо. И, когда молчание стало уж совсем нетерпимым, а Чумви открыл уже пасть, Иша заговорила. Бурый с готовностью вскочил на ноги - что угодно, только не молчание.

- Ага. Охота дело хорошее, тем более, что они уже наверняка сожрали всю нашу добычу, и вряд ли Симба с Налой отправились на охот....Мхм, - Чумви отвернулся и преувеличенно бодрым шагом пошел вперед. Может, для мрачной Иши напоминание о том, что добытая с таким трудом туша почти съедена ватагой львов, половина из которых полные незнакомцы, не добавит хорошего настроение. А про упоминание о Симбе с Налой и вообще лучше молчать. Чумви с опаской покосился на Ишу и тяжело вздохнул - то, как остервенело она откидывала с тропы всякие веточки и шумно печатала шаг лучше всего говорило о том, что ни о какой охоте и речи быть не может.

- Я поймаю нам... тебе что-нибудь, - в порыве вдохновения выдал он и нырнул в ближайший куст. Вынырнул оттуда почти сразу же, со слегка примятыми усами и застрявшими в густой гриве веточками и листочками. - Шустрые, заразы... - Чум был в таком отчаянии, что уже совсем не боялся показаться кретином на глазах у Иши. Как бы все залатать?! Не умел он совсем проникновенно говорить и заниматься душевной болтовней.  Как, бывало, мечтал он о тех днях, когда с плеч уйдет тяжесть, и жизнь станет простой и обычной. Избавиться от тяжелых мыслей, не держать никакой тайны на сердце и просто делать то, что делает обычный лев. Охотиться, сражаться, быть с друзьями. С семьей. Он еще раз покосился на Ишу.

Как было бы здорово покончить, наконец, с этими дурацкими интригами. Жить просто, открыто и спокойно. Ну, насколько можно жить спокойно в их королевстве.

Чумви приостановился. Здесь джунгли немного расступались, показывая луга, покрытые разноцветными цветами, которым Чум и названия не знал. Впрочем, не сказать, чтобы он вообще когда-нибудь интересовался цветами. Чум наклонился и сунул нос к ближайшему цветку - и оглушительно чихнул. Космы бурой гривы эффектно взметнулись в воздух и приземлились на широкий нос. "Отлично". Впрочем, Чумви решил, что следующий шаг, каким бы он ни был, сделает Иша. Его неуклюжие попытки разговорить ее могут дать противоположный эффект. Он подождет. Ну... попытается подождать.

+2

289

Не сразу, ох, далеко не сразу Тарту рискнул приоткрыть сперва один, а затем и второй глаз, все с тем же донельзя напуганным видом пронаблюдав за дальнейшим развитием событий — естественно, не вылезая при этом из-под своего импровизированного укрытия. Благо, что Чумви так громко зарычал на расшумевшуюся парочку, что у львенок напрочь отрезало всякое желание что-то говорить или, тем более, вмешиваться в происходящее. Нет уж... Он лучше здесь посидит, примус попочиняет. Оглушенный собственным бешеным сердцебиением, Тарту даже не сразу вспомнил о том, что львица у него над головой, на минуточку, живая и умеет разговаривать. А от того нервно вздрогнул всем своим маленьким тщедушным тельцем, неожиданно ощутив ее отчасти неловкое, но очень нежное и теплое прикосновение. Ише явно хотелось как-то успокоить этого несчастного, замученного трусишку... Быть может, останься она с ним подольше и прояви чуть больше терпения, ей бы непременно это удалось. Но приблизившийся Чум (от его близости Тарту вновь пугливо вжался животом в траву, инстинктивно пытаясь стать как можно более незаметным) довольно быстро увел львицу прочь, и детеныш остался в гордом одиночестве, слегка обалдело пялясь вслед шустро усвиставшим куда-то голубкам, в один миг лишившись своей надежной "крыши" над головой.

Вот так вот. Предательство.

Впрочем... Кажется, он и без присутствия Иши был достаточно, ээ, защищен. Все же, несмотря на то, что львенок без конца трясся осиновым листом, чутко реагируя на любой чересчур громкий звук или резкое движение, он прекрасно все видел и понимал. Эти странные звери... Пускай один из них был довольно-таки крупным, с огромными, хищно выпирающими наружу клыками, он вовсе не казался агрессивным. Скорее, даже наоборот — очень вежливым и доброжелательным. Да и его дружок, такой мелкий и щуплый на вид — ну какой вред он мог причинить своими крохотными зубами и ручонками? Теперь, рассмотрев их повнимательнее, Тарту даже удивился, что они вдвоем смогли устроить такой большой переполох. Еще несколько мгновений, львенок с нарастающим изумлением наблюдал за Тимон с Пумбой со стороны, сам не замечая, как сперва медленно, со сдержанной опаской приподнялся из травы, а затем и вовсе уселся, все с тем же озадаченным выражением мордочки взирая на гостей, при том чуть склонив ушастую голову набок. В какой-то момент, бородавочник любопытно сунулся к нему своим широким, подвижным рылом, отчего Тарту невольно поддался спиной назад, упершись лопатками в чью-то большую и сильную лапу — то был один из оставшихся на поляне взрослых самцов, Керу. Его имени малыш, по понятным причинам, еще не успел запомнить, но все то время, пока этот самец находился поблизости от Тарту, он вел себя вполне миролюбиво. Чем, само собой, заслужил некий градус доверия со стороны маленького скитальца: хоть последний все еще выглядел очень зажатым, то и дело пугливо зыркая на льва снизу вверх, в этот раз он не стал убегать и прятаться, или дрожать в немом испуге, нет. Вместо этого Тарту, украдкой сглотнув вставший поперек горла комочек, понимающе кивнул в ответ — ага, хорошо... спасибо вам, мистер... дядя? В принципе, Тарту уже отчасти утолил свой голод, а потому не торопился возвращаться к обглоданной туше, предпочтя вновь сосредоточиться на новом для него знакомстве. Честно говоря, у него в глазах уже слегка рябило от такого огромного количества незнакомых ему морд... Но игнорировать их всех было бы невежливо с его стороны. Все-таки, его успели научить кое-каким элементарным манерам и уважению к старшим.

В-все хорошо, — тихо откликнулся Тарту на спешные извинения Пумбы, видя, что тот действительно очень сильно переживает за то негативное впечатление, что он умудрился произвести на своего юного собеседника в первые секунды их с Тимоном появления. Заслышав деловитый вопрос суриката, Тарту вдруг, чуть осмелев (уже второй раз за время своего присутствия здесь, между прочим! первый раз был, когда он "вступился" за Мвана), осторожно подал голос из своего угла: — Симба и Н-нала, кажется, отошли поговорить, — он не видел этих львов вживую, но так часто слышал их имена краем уха, что это невольно отложилось у него в памяти — благо, что Чум совсем недавно объяснял это пришедшему на поляну Ни. Хотя, конечно, Тарту мало что понимал из их разговоров. Какие-то королевства, гиены... Ему было уже сложновато воспринимать весь этот поток информации, честно говоря, Тарту вообще чувствовал себя ужасно усталым, но пока еще держался, робко переводя свой причудливый взгляд с одной усатой физиономии на другую, мысленно укоряя себя за то, что вообще полез в этот взрослый разговор. Запоздало вспомнив еще кое-что (окружающим, пожалуй, оставалось лишь мысленно подивиться его не по возрасту развитой памяти), львенок спешно добавил, побоявшись, что Тимон вот-вот рванет на поиски своего друга: — Только вы за ними пока не ходите... хорошо? Тот большой темный лев сказал, что Симба сейчас... "подозрительный", — он старательно выдавил из себя незнакомое, сложное для него определение, еще разок неуверенно покосившись на сидевшего рядом Керу... и вдруг снизил голос до вопросительного шепота: — А что значит "подозрительный"?

+3

290

Раздраженно приминая траву и сопя в усы, Иша, тем не менее, краем глаза наблюдала за самцом. Он то вырывался вперед, всем своим видом демонстрируя готовность хоть прям сейчас завалить самого огромного слона в этом оазисе, то семенил рядом, то вовсе нырнул в кусты, должно быть, услышав там какой-то подозрительный шорох. По мнению львицы, в кустах ловить, кроме мышей, конечно, было нечего. И это добыча для мелких кошек, а не для них, здоровенных грозных хищников.
Презрительно фыркнув, бурая отвернула морду в сторону, продолжая чеканить шаг так, что, будь у нее копыта, она бы оставляла в мягкой почве глубокие следы.

Правда, хватило ее все же ненадолго. Заросли чуть расступились, перед львами открылся чудесный вид — куча цветов, которыми Иша не могла не восхититься даже в плохом настроении; уходящее куда-то вдаль поле и река, вдоль которой, собственно, они и шли все это время. Сунувшись к ближайшему яркому цветку, Чумви оглушительно чихнул, оповестив всех присутствующих о своем появлении.
Ну зашибись. Львица мрачно зашипела, подметив, что пара некрупных газелей, пасшихся поодаль, сразу же встрепенулись и подняли головы, уставившись на хищников. Поохотишься тут, как же. Конечно, виной тому могла быть и шумная манера Иши передвигаться (совершенно точно это была ее манера передвигаться!), но она хотя бы не чихала!
Ну ладно, зато уже можно никуда не идти. Раздраженно вздохнув, самка как стояла, так и повалилась наземь, а затем перекатилась на спину. Ну что с ним сделаешь... Безнадежен, совершенно безнадежен.
— Ладно, — все еще стараясь говорить грубовато и подпуская обиды в голос, проговорила она, безжалостно сминая цветы и потираясь об землю то одной, то другой лопаткой, — что уж тут поделаешь, они нас заметили. Теперь не подберемся.

Вновь перевернувшись, она растянулась на животе, поверх травы поглядывая на газелей и избегая смотреть на Чумви. Поговорить с ним, однако, хотелось, правда, одновременно с этим хотелось еще и хорошенько наподдать ему всеми четырьмя лапами, чтобы и душу отвести, и все эмоции выплеснуть, и... и вообще, чтобы знал, вот! Где-то внутри львицы все еще кипело возмущение, и хотя она постепенно успокаивалась, все же было трудно вернуться к обычному общению вот так сразу.
Молчание несколько затянулось, тем более, что время от времени бурая продолжала красноречиво коситься на самца с крайне надутым видом, ни дать ни взять, обиженная принцесса.
— Как думаешь, долго нам здесь еще торчать? В оазисе? — спустя пару минут уже более спокойным тоном спросила самка, наблюдая за успокоившимися газелями, которые, тем не менее, время от времени в свою очередь поглядывали на львов, всем своим видом демонстрируя готовность в любой момент броситься наутек, — не могу сказать, что мне тут не нравится... но в саванне мне нравится гораздо больше.
Закончила она уже почти совершенно спокойно, и даже, поелозив на траве, немного придвинулась к Чумви, демонстрируя, что уже почти готова к примирению.

+4

291

Он своим внушительным львиным чихом действительно спугнул пару газелей - те шустро умчались, шурша травой - но сам бурый раздосадованным не выглядел. Он только дернул ушами, готовясь к очередной буре со стороны Иши - когда кто-то в таком состоянии, любая мелочь может  взбесить, уж кому не знать, как ему... И вправду, подруга раздраженно выдохнула. Чумви напрягся, послал ей виноватый взгляд, но продолжал молча стоять рядышком.  Не то чтобы он не решался заговорить, нет, просто слова никогда не были его сильным оружием, лучше немного помолчать, чем сделать все хуже. Но Иша его удивила. Вместо того, чтобы размашистым шагом направиться дальше, сминая бедные кустики и заросли, подруга принялась подминать спиной луговые цветы. Чумви удивленно моргнул - вот чего-чего, а такого он не ожидал. Только что готова была пешком весь оазис пройти, а в следующую минуту вдруг растягивается на траве, брюшком вверх!

Чумви пробормотал что-то утвердительное в ответ на ворчание Иши, но подходить все еще не спешил. Слишком уж красноречивые она бросала на него взгляды, чтобы подойти и рядышком бухнуться в траву. А так хотелось! Он чувствовал, что буря уже миновала, но отзвуки грома все еще витали в воздухе, так что лучше, пожалуй, пока сделать вид, что в меху на передней лапе засела особенно зловредная блоха. Подергивая ушами и тщательно проводя шершавым языком по шерсти, он поглядывал на Ишу и иногда ловил ее ответный взгляд - обиженный и недовольный, но с каждой секундой напряжение ослабевало. Наконец, управившись с лапой, Чумви неожиданно мягким шагом подошел к львице и медленно опустился рядом. Слава Айхею, она первая нарушила молчание, и голос ее звучал намного... спокойнее.

- В саванну? - Чумви не спешил переваливаться на спину и завалился на бок, подминая могучим телом несчастные цветочки и травки. То, что Иша сама пододвинулась к нему поближе, заставило его радостно поднять косматые уши. Простила. Простила! Ну... почти. По крайней мере, решительно движемся туда. Вон, даже заговорила на отвлеченные темы! И хорошо, потому что обсуждать то, что он ей наговорил - все равно что когтем в ране ковыряться.

- Я не могу сказать, что соскучился по местным окрестностям, - признался Чумви, вспоминая унылые выжженные пустоши. Черт возьми, неужели он родился в цветущем и прекрасном месте? - Просто я давно не был среди зелени... Ее здесь, правда, очень много. А как только Симба с Налой вернутся, мы и поднимем этот вопрос. Не думаю, что долго. Что нам еще тут торчать? Не будет же Симба думать, что, если он останется здесь еще на какое-то время, к нему придет целая армия. Хотя, впрочем, учитывая, сколько народу уже пришло, это не такая уж плохая идея, - Чумви усмехнулся и завалился назад, опуская голову в траву и щурясь на закатное солнце. - Нам надо вернуться, на самом деле. Кто знает, что творится дома... Скажи, Иша, - он повернул морду к подруге. - Ты уверена... что хочешь пойти с нами?

Что их ждет дома? Война, восстановление земель, куча проблем. А его поджидают еще и призраки прошлого - тайну придется открыть всем старым друзьям, и далеко не факт, что его примут. Но для Иши Скала Предком не была домом, просто очередным местом назначения. Зачем ей топать с ними, подвергать себя опасности?

- Это ведь не твой дом, - негромко проговорил Чумви, и на этот раз в его голосе можно было уловить легкую, почти неуловимую нотку сожаления. Если бы Иша родилась и выросла там же, где и он, было бы немного проще думать о будущем. Но она вольная птица, да и если думать о том, что случится через несколько месяцев, то вспоминаешь, что и Симба ей не нравится, а он все-таки король. Было бы проще, если бы... Хотя нет, нет, ни к чему ей было расти среди интриг, переворотов, предательства, голода и гиен. - Тебе не надо драться за него только потому, что драться хочет Керу, - он аккуратно подбирался к вопросу, который сначала, когда Иша с Керу присоединились к ним, вертелся в его голове из простого любопытства. Ладно Керу, который каким-то образом связан с Сарафиной и Налой, но Иша? Едва ли она давала какое-то там обещание чужой львице, чтобы потом рисковать шкурой ради чужого короля. Нужно ли ей это?.. Не лучше ли ей остаться где-нибудь в безопасности, нежели драться за то, что никогда ей не принадлежало ?

+6

292

Чумви так забавно нервничал... По мере того, как самка постепенно успокаивалась, ее переполняло этакое немного злорадное удовольствие от его поведения. Право же, стоило хорошенечко на него наорать, только чтобы потом посмотреть, как опасливо он будет на нее коситься и аккуратно, чуть ли не по миллиметру, придвигаться поближе, проверяя реакцию: а вдруг перебор, а вдруг сейчас опять начнет орать и беситься?

Нет. Вроде бы, гроза миновала. Иша чувствовала себя почти удовлетворенной всем этим, и злость отодвинулась куда-то далеко. Конечно, она не однажды еще припомнит ему это, дайте только повод, но прямо сейчас... нет, пожалуй, уже нет. Мириться все-таки тоже было чертовски приятно. В траве оказалось так хорошо и уютно, тем более, что самец тоже наконец соизволил улечься, а львица потихоньку, по сантиметру, будто невзначай подкатилась под его бок, и даже заднюю лапу этак по-хозяйски сложила ему на бок. Удобно. Негромкое удовлетворенное урчание будто само по себе вырвалось из ее горла, когда она игриво зацепила когтями гриву Чумви, легонько теребя ее и потягивая, снизу вверх хитренько поглядывая за его реакцией. Их неожиданное уединение ей нравилось. После шумной компании, в которой постоянно появлялся кто-то незнакомый, после криков и суеты, после всех переживаний было настоящим блаженством оказаться здесь, где тишину не нарушало ничего, кроме их голосов и негромкого чириканья каких-то пташек.
Иша приподняла голову, лениво одним глазом проследила за движениями газелей — те, уже поняв, что хищники не собираются на них охотиться, демонстрировали откровенное пренебрежение, повернувшись толстенькими задницами и помахивая крошечными хвостиками с белой подпушкой. Пусть себе пасутся, их час еще настанет.
— Уверена? — мурлыкающим голосом протянула она, снова переводя взгляд на самца, — это ты о чем?

Ответ ей не понравился.
Кажется, Чумви и сам сразу понял, что сп***днул что-то не то, стоило только посмотреть на сразу изменившуюся морду львицы. Мигом выпустив клок его гривы из когтей, самка перекатилась на живот, так что их глаза оказались на одном уровне.
— Ты, кажется, что-то не так понял, — медленно, совершенно другим тоном проговорила она, сузившимися глазами вперившись в морду льва.
Возмущение опять вскипело в ней горячей волной, хотя на сей раз львица вела себя куда более сдержанно.
— Или ты считаешь, что я останусь стоять в стороне, пока вы сражаетесь за свой дом? — глаза самки сузились еще, хотя куда уж дальше, и выражение на ее морде было крайне недобрым; сейчас она как никогда напоминала свою мать (а если бы за этими словами последовала драка, то можно было бы говорить о полнейшем, стопроцентном сходстве), — при чем здесь вообще Керу?

Львица порывисто вскочила, сверху вниз гневно глядя на опешившего от ее реакции самца.
— Да, я шла с ним, чтобы помочь, и понятия не имела, куда меня это приведет. Но вы мои друзья! Мне не нравится Симба, но если вы считаете, что он должен стать королем, я поддержу и его и вас во всем! Я поддержу тебя! Как я могу вот так запросто оставить вас разгребать все эти проблемы?

Она медленно выдохнула, сдерживая себя, отвела взгляд, чувствуя даже не злость, а опустошение; ее застрясло мелкой дрожью. Ей хотелось сказать совершенно другое... Как могла она оставить льва одного, если готова была сражаться на его стороне, даже после всего того, что он ей рассказал сегодня? Обиженная на него, разгневанная, сердитая — она все равно чувствовала, что он ей дорог... хотя и не решалась проговорить это вслух.

+4

293

Айхею, почему они в одну секунду могут так меняться?! И без особых ведь причин! Чумви застыл с открытой пастью, безошибочно угадывая в стальном взгляде подруге гром и молния. Гроза возвращалась, только на этот раз бурый понятия не имел, что сделал - он ведь просто искренне проявлял заботу о львице, которая, ну... небезразлична ему! Что она опять так взбеленилась? Чумви быстро вытянул лапу, чтобы попытаться каким-то образом успокоить подругу - по плечу там похлопать или еще что (дружеские прикосновения успокаивают ведь, да?), но та вскочила так быстро, что он только кончиками пальцев успел дотронуться до ее шерсти. Теперь Иша, грозно сверкая глазами, возвышалась над ним на фоне закатного солнца и, признаться, казалась еще страшнее.

Да в чем он провинился?! Иша заговорила - порывисто, зло, горячо. Совсем как он сам, когда яростно отстаивал свою точку зрения. Чумви, ошеломленный, все еще лежал на траве, взирая на Ишу снизу вверх, забывая, кажется, даже моргать. Она... она правда так думает? И она... она не зря так выделила его, именно его?! "Поддержу тебя!" Так она сказала. Когда Иша выдохлась и отвернулась, Чумви поднялся на лапы. Его переполняли эмоции. Он шагнул ближе к подруге, наклонился... и от души лизнул широким, теплым языком ее от носа до темени! Его усы радостно торчали вверх, на губах играла улыбка, и он даже не думал над тем, что Иша, с ее-то горячей натурой, может нехило так ему врезать. Особенно учитывая, как близко он стоит и отступать не собирается.

- Спасибо, - заурчал Чумви. - Хорошо, мы будем сражаться вместе. Плечом к плечу. Мои когти сразят любого, кто подкрадется к тебе сзади, и я знаю, что ты со своими клыками сделаешь то же самое для меня. Я правда думал, что ты пойдешь в бой просто потому, что что-то пообещала Керу, - предельная, кристальная честность. - Но раз так, давай вместе разгребать эти проблемы. Но скажи, а потом что? Ты всегда была одиночкой? У тебя был прайд? Что ты захочешь делать потом? - не надо было быть гением, чтобы понять, куда настойчиво клонит Чумви и почему смотрит на Ишу так нетерпеливо, с таким твердым, горящим вопросом во взгляде. Он хотел знать, был хотя бы маленький шанс. Хоть какой-нибудь.

- Тебе не нравится Симба - насколько это важно для того, что будет "потом"? У нас хорошие земли, просто Скар их испортил со своими гиенами, которые пожирали все подряд. Мы вернем все, как было раньше. Когда мы уходили, шел дождь, значит, засухе пришел конец. Может, саванна снова начала цвести, - он мог без конца ходить вокруг да около, наверное, потому что страшно боялся задавать самый прямой, самый логичный вопрос. "Когда все это кончится, захочешь ли ты остаться в нашей саванне? Остаться рядом со мной?" - вот как нужно было говорить, но он не смог себя заставить произнести эти слова. Но уходить от разговора, не получив ни малейшего намека, он не собирался тоже.

+5

294

Львица замолчала и замерла, подчеркнуто глядя в другую сторону. Выглядела она вполне спокойной, но внутри, как это всегда описывают в романах, бушевала буря чувств.
Да не, ничего там не бушевало. Ну обиделась немножко, чутка разозлилась, не больше. Даже у Иши хватало ума понять, что лев сказал это все не со зла. На самом деле он совсем не это имел в виду. Верно?
Верно?!!

Получив смачное облизывание во всю рожу, бурая совершенно смешалась, так что даже не нашлась, что на это ответить — так и захлопала глазами прямо в улыбающуюся морду друга. Она ожидала чего угодно, оправданий, развития ссоры, но точно не этого. Чумви казался таким довольным собой, будто она только что пообещала ему лично собственными лапами придушить Скара, возвести Симбу на трон и до кучи еще посадить миллион деревьев по всей саванне.
Погодите-ка. Ведь он рад тому, что Иша пойдет с ними?.. Ооо, это здорово, здорово, здорово!
Получив подтверждение своим словам, самка тоже невольно заулыбалась, чувствуя себя немного глуповато оттого, что их незамысловатые заверения в верности друг другу и готовности прикрывать друг другу спину вызывают у обоих такой неистовый восторг.
— Подожди, подожди, — слов было так много, что самка даже отступила на шаг, с удивлением глядя на Чумви. Не часто она видела его таким... взволнованным.
Львица мотнула головой, пытаясь сосредоточиться и не забыть ни один из его многочисленных вопросов.
— Стоооой, — не в силах перестать улыбаться, она приподнялась на задние лапы, упираясь передними в плечи самца, — давай не все сразу. По порядку.

Честное слово, он был такой забавный. Иша пару раз игриво стукнула его по плечам, пытаясь понять, с чего бы ей начать.
— Я не была одиночкой, — она загнула один палец, — или была? Не знаю. То есть, я ведь не родилась одна-одинешенька в саванне, — она хохотнула, изрядно нервничая, загибая и второй палец— у меня была мама, и все такое... но нет, прайда у меня не было. Мы с семьей жили отдельно от всех.
Она вдруг поняла, что не рассказывала ни Чумви, ни Нале почти ничего о своей жизни — о той ее части, что была до встречи с Керу. Так, несколько слов о матери, но почти ничего о том, как и где они жили... и странное дело, сейчас жизнь на пустоши показалась ей такой далекой, будто все это было добрую сотню лет назад.
— А потом... Я не знаю, — слабая попытка загнуть третий палец, но тут уж, махнув лапой, Иша снова бухнулась в траву, — так далеко я не загадывала. Сначала надо отвоевать ваши земли. 

Самец продолжал пялиться на нее, переминаясь с лапы на лапу. Бурая ответила ему таким же пристальным взглядом и набрала воздуха в грудь, готовясь продолжать.
— И еще я не очень умею драться, если честно, — смущаясь, львица опустила взгляд, и вот тут-то ее понесло, — хотя я дралась как-то однажды. Но недолго, получила по роже и сразу же упала, а потом меня топтали лапами, и еще оказалось, что это был мой родной отец, — она клацнула челюстью, досадуя, что наговорила слишком много лишнего, но волнение последних пары часов сказывалось, и Ишу несло дальше, так что заткнуться она была не в силах, — и еще мы с Керу дрались с гиенами однажды, как раз на землях Скара — и тогда знатно им навешали. Хотя больше Керу, я только пыталась повторять за ним...
Она шумно выдохнула, радуясь, что не рассказала про встречу с Сарафиной и о том, как эта львица бесила Ишу одним своим существованием.
— А в прайде я никогда не жила. Ни одного денечка! А почему ты спрашиваешь? — она старательно сменила тему и наконец-то, к собственному облегчению, заткнулась. На несколько мгновений повисло неловкое молчание, во время которого самка мысленно повторяла все то, что только что выплеснула на бедного льва, ощущая, как уши и щеки у нее горят огнем от смущения — хорошо, что хотя бы этого не было видно сквозь шерсть.
Вот она дура...

+4

295

офф

В посте присутствуют спутники Ни — львицы Рехема и Табана, жена Ни, и молодой самец-лев Темба

Ни внимательно посмотрел на Тимона и Пумбу, запоминая их внешность и запах. Информация, данная Керу, была очень важной, и Ни непременно передаст её своему небольшому прайду. Раз эти двое — друзья Симбы, то это необходимо знать всем.

Ни бросил быстрый взгляд на тушу травоядного, но так не смел ни приблизиться, ни спросить разрешения отхватить себе кусок. Хотя желудок всё острее намекал на то, что подкрепиться после долгого перехода сейчас было бы очень кстати, и угрожал рассказать всем присутствующим, насколько светлошкурый лев голоден. А самец держался достаточно хорошо, однако, был бы не против ненадолго отойти, благо, повод для этого имелся и ему дали добро. Ни посмотрел на Керу.

— Мы искали дом. И очень надеемся, что оазис станет таковым. Здесь вы правы, путь через пустыню был непростым. Думаю, когда все будут в сборе, мы расскажем свою историю. А сейчас, извините меня.

Лидер группы коротко кивнул, развернулся, и скрылся в зарослях. Чем скорее он приведет к реке своих, тем будет лучше. А пока в голове постепенно укладывалась полученная информация, и события правда казались невероятными! Во-первых, какова вероятность встретить давнего-давнего знакомого посреди большого оазиса? Во-вторых, какова вероятность услышать, что спасенным много лет назад львенок так же окажется здесь? В третьих, быстрый рассказ Чумви относительно событий на Землях Гордости. Королевство, изгнание, и решимость вернуть всё на свои места. Присутствие Симбы, законного короля, опять же, с какой долей вероятности это возможно? У Ни было легкое ненавязчивое чувство, что он уже ввязался в нечто крупное и масштабное, при том, что толком ничего не знал и ничего вообще не обещал, кроме одного.  "Ладно. В любом случае, дождусь возвращения Налы и Симбы. Они точно смогут объяснить всё с самого начала. Не нравится это мне", — самец припомнил слова Чумви о возврате Королевства.

Рядом зашуршали кустарники, и Ни резко затормозил и чуть напрягся. В следующую секунду, к нему вышла его небольшая группа во главе с женой. Все выглядели взволнованными, и удивились, увидев Ни. Он тоже не ожидал столь скорой встречи. Только открыл рот, но жена его опередила:

— Ты сказал, что быстро вернешься! Где ты был? Мы с ума чуть не сошли!

Ни виновато поджал уши и выдохнул. Конечно, она была права. Но, столько всего произошло, что небольшая задержка была оправданной.

— Простите. Знаю, что должен был вернуться раньше, — начал светлошкурый лев. — Около реки я нашел группу львов. Помните, я рассказывал, как много лет назад забрел на территорию Земель Гордости? Так вот, среди этих львов был тот, кто жил на этих землях, и вспомнил меня. Так же я узнал, что здесь Нала, и будущий король Земель Гордости — Симба.

— Ого! И что нам теперь делать? — Темба внимательно посмотрел на лидера.

Львицы покивали, соглашаясь с вопросом, а жена, прищурившись, вышла вперед.

— Слишком много совпадений, ты ведь уже понял, Ни?

— Да. Я знаю. Поэтому хочу, чтобы мы все вернулись к реке. Там мы сможем восполнить силы, — на этот раз Ни опередил все вопросы. — Сейчас нам необходимы вода и еда, и мы спокойно сможем поохотиться. А затем, решим, что делать дальше. И кстати, там будут кабан-бородавочник и сурикат. Это друзья Симбы, их нельзя трогать.

Без лишних слов, Ни махнул хвостом, давая понять, чтобы все следовали за ним. Он не стал затрагивать  тему с Королевством, поскольку сам не знал всех деталей, но в то же время не был уверен, что спутникам понравится подобный рассказ. Им хватило своих проблем с поиском дома и переходом через пустыню, какое тут слушать про изгнания и возврат территорий?

Благо, дорога обратно не заняла много времени. Ни первым вышел из зарослей.

— Мы вернулись, — сказал он и остановился. Все остальные аккуратно вышли следом и встали позади своего лидера. В первую очередь, было необходимо всех представить. — Это моя жена. Рехема, Табана, Темба.

— Очень приятно! Спасибо, что позволили присоединиться, — Табана улыбнулась.

Четверо львов прошли к воде и начали жадно пить. Ни сел на землю. Похоже, Симба и Нала ещё не вернулись. Тем временем, Рехема подняла голову и несколько оценивающе посмотрела на лежащую на земле добычу. Желудок подал характерный жалобный звук.

— Пожалуй, нам тоже стоит поохотиться. Табана, ты готова?

— Всегда готова! Ни, ты не возражаешь?

Ни покачал головой. Ему не стоило ничего говорить, львицы сами понимали положение дел. Поэтому, полностью утолив жажду, скользнули в заросли. Темба просто отошел чуть в сторону и глянул на Тимона и Пумбу. Удивительно, какие у будущего короля были друзья!

— А как вы познакомились с Симбой? — вдруг, спросил он.

Жена так же кивнула всем присутствующим, выражая благодарность за возможность отдохнуть. Она приметила львенка, который, судя по всему, нервничал или был напуган. Это немного защемило сердце. Она перевела взгляд на Керу.

— Этот львенок — ваш?

Ей хотелось как-то помочь, но она в той же степени понимала, что может навредить и усугубить ситуацию. Кто знает, как львенок реагирует на незнакомцев. Ни одобрительно посмотрел на жену, а затем, переместился чуть поближе к Керу, так удобней было разговаривать.

— Кстати говоря, Керу. А вы сами давно здесь?

+5

296

Наскоро успев проглотить внушительный шмат мяса пока Иша и Чумви скрывались за ближайшими кустами, я после этого буквально навис над дрожащим котенком. Выглядел детеныш все еще напуганным и зажатым, но убегать не стал и остался сидеть возле меня не то от страха лишний раз дернуться, не то действительно от чувства защищенности с моей стороны. Впрочем, чуть погодя, малыш все-таки кивнул мне, поэтому я успокоился окончательно: понял, что Тарту все же оценил мои дремлющие отцовские порывы. Мне стало тепло на душе.

Тем временем ответил Ни. Я подумал о том, что оазис действительно мог бы стать хорошим домом для небольшой группы львов: здорово было бы сюда привести Сарафину и показать, что счастье бывает не только на Землях Гордости, однако я прекрасно осознавал, что львица вряд ли смогла бы перейти пустыню в таком ослабленном измученном состоянии.

Я вздохнул и кивнул на извинения самца. Кажется, сегодняшний поток незнакомцев будет бесконечным!

Пока лев отходил, я молча следил за диалогом между сурикатом и бородавочником и не сразу даже смог понять, что они обсуждают между собой. С другой стороны, я невольно расплылся в улыбке, когда Тарту ответил на извинения кабана (кажется, мальчишка потихоньку приходит в себя), а затем даже удивился, когда львенок нашел в себе смелости еще заговорить с Тимоном. Впрочем, с этими двумя контактировать было проще: они не казались страшными и опасными для малыша по сравнению с взрослыми крупными львами. Я одобряюще похлопал мальца по плечу, мол, так держать, здесь все свои. Не уверен, что именно это заставило львенка вновь обратиться к дуэту орущих на весь оазис зверей, но и после, повернув свою усатую усталую мордочку в мою сторону, он задал вопрос и мне.

- Подозрительный? – также шепотом спросил я, растерянно захлопав глазами. Как объяснить малышу, что это такое, но при этом подать это в таком виде, чтобы «король» не вызывал в Тарту страха в дальнейшем? Ведь Симба наверняка рано или поздно объявится, я почему-то был уверен, что моя дочь этого просто так не оставит, – хм… это тот, кому нельзя доверять, - я кашлянул и понял, что сказал значение слишком прямо: я совсем не умею общаться с детьми, - но думаю, что Чумви сказал так сгоряча. – Попытался я как-то сгладить впечатление Тарту, прекрасно понимая, что едва ли это у меня получилось.

К этому времени кусты вновь зашевелились, и на поляну снова вернулся Ни в компании нескольких львов. Я кое-как запомнил их имена (запомнил ли?), качнув головой в приветственном жесте. Спутники льва быстро организовались: одни ушли за добычей, – еще бы, я взглянул на остатки нашей туши и печально вздохнул, поскольку от нее мало что осталось и на всех бы точно не хватило, – другие же остались вместе с нами. Первой заговорила со мной самка – жена Ни – весьма приятная и располагающая к себе львица. Ее вопрос почему-то кольнул мне сердце: я вспомнил о Нале и смутился.

- Мой? Нет! нет… это не мой львенок, - я с грустью посмотрел на Тарту. Как он чувствует себя в такой ситуации? – его привел друг одной из моих спутниц. Честно говоря, я даже сам не совсем понял, что с ним случилось.

- Несколько дней уже, - ответил я следом на вопрос Ни, - но мы не успели обойти и половины оазиса. Слишком утомительным был переход через пустыню. Да и не эти цели преследовали, честно сказать.

Я позволил себе расслабиться: аккуратно отодвинувшись от Тарту на пару сантиметров, я прилег на бок, вытянув задние и передние лапы. Я старался укрыть львенка от посторонних глаз, но ненавязчиво, чтобы он мог пододвинуться к моим собеседникам поближе, если того хочет. Я понимал, что малыш устал, да и я сам изрядно утомился от бесконечного потока информации и волнения, которое только сильнее усиливалось. Налы и Симбы не было уже полдня, так еще Чумви куда-то увел мою вторую дочь. Мне не очень нравилась эта ситуация, но все, что я мог себе позволить сейчас – это довериться своим друзьям и поговорить с новыми знакомыми. Быть может, нам повезет, и они согласятся помочь нам в дальнейшем?

+4

297

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"35","avatar":"/user/avatars/u35","name":"Ferrum"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/u35 Ferrum

Пост от лица фамильяра Налы, Мичи, при поддержке НПЦ: Тимона, Пумбы и немного Рафики.


Мичи наблюдал за текучкой кадров, медленно пережевывая мясо, оторванное от стремительно уменьшающейся туши. Одни пришли, другие ушли, ему, в общем-то, все равно кто, куда, зачем, пока никто не лезет на рожон. А здесь, благо, собралась на диву адекватная компания — даже долбанутый гепард притих в сторонке, пожевывая свою собственную добычу, которую приволок за собой. Мичи, однако, не мог не думать о Тарту, особенно наблюдая за тем, как львенок начинал понемногу смелеть и подавать робкий, но голосок. Даже, кажется, нашел общий язык с этими крикливыми охламонами, которых Симба называет своими друзьями. Волк прекрасно осознавал, что рано или поздно им придется отсюда уйти. Уйти из Оазиса — значит пойти в пустыню и не важно какое направление ты выберешь, она везде. И что же это тогда получается? Они потащат маленького львенка, которому, наверное, от силы полгода отроду, если не меньше, через пустыню? Они и сами-то едва совершили этот переход.

“Но, с другой стороны, а какой у нас остается выбор?” думал Мичи наблюдая за тем как скривился сурикат, когда Тарту сказал, что Симба ушел куда-то с Налой. Пумба же искренне не понимал реакции своего друга, пока тот не стал рисовать перед ним романтическую картину прогулки под закатным солнцем. Мичи хмыкнул под звучное “аааа!” наконец осознавшего “масштаб трагедии” бородавочника и отщипнул себе еще кусочек мяса, скорее всего последний на сегодня. В принципе, Тарту уже один раз выбрался из пустыни. Парнишка либо очень живуч, либо безумно удачлив. Возможно, и то, и то, учитывая откуда его вытащил сам волк. Может и переживет. Или, и тут он повернул голову в сторону зашуршавших кустов, из которых вылез вернувшийся Ни вместе со своей свитой, возможно, маленький прайд этих львиц примет малыша? Они, вроде, ребята хорошие. Мичи окинул новоприбывших гостей оценивающим взглядом и приветственно кивнул в ответ на их имена. Тимон с Пумбой тоже поздоровались с хищниками, хотя без особого энтузиазма, видимо опасаясь. Симбы здесь нет и не факт, что тот же Керу станет их защищать, если что, остается надеяться на благопорядочность львов. Концепт, который и Мичи не сразу принял с непривычки. Разве что этот мандрил еще может вмешаться. Хотя, кажется, он решил вздремнуть в очень странной позе: ноги крест на крест, лапы на коленях, спина прямая, как ствол дерева. А может, он не спит, может, это какой-то шаманский ритуал, если честно в чем-чем, а в этом Мичи не разбирался от слова совсем.

Один из новоприбывших гостей, молодой лев Темба, проявил особый интерес к бородавочнику с сурикатом, хотя ничего предосудительного. Обычное любопытство, которое, кстати, давно съедало и самого Мичи.

— О, это очень трогательная история! — загорланил Тимон, — Симба встретил нас совершенно убитый горем! Напуганный, растерянный! — прибегая ко всем своим актерским талантам и обширному словарю языка жестов, стал рассказывать сурикат. Пумба выглядел так, будто хотел что-то возразить, но вовремя поставленная на рыльцо бородавочника пятерня, заткнула его. Кажется Тимон решил воспользоваться возможностью и доказать свою полезность не только Симбе, но и окружающим львам. Что ж. Не Мичи его за это винить, сам из кожи вон лез, когда только познакомился с Налой и ее компанией.

— Он потерял своего брата, нигде не мог найти этого сорванца! Просил помощи, и мы, конечно же, по доброте душевной согласились ему помочь! Мы, видите ли, давно здесь живем и знаем каждый камешек в этом Оазисе, — гордость прямо-таки сочилась из всех дырок. — Ну, и пока искали разговорились, рассказали ему о Хакуне Матате…

— Это наша философия! — радостно перебил его бородавочник, — она решит все-е-е-е твои проблемы! Нам показалось, что ему она бы пригодилась. Он был такой угрюмый.

— Ну, не удивительно! — влез назад Тимон. — Тебя если попытается убить твой дядя ты тоже станешь угрюмым!

— Дядя Борис никогда бы так не поступил!

— Да я гипотетически, пустая ты голова!

Мичи закатил глаза, решив отфильтровать дальнейшие препирания между бородавочником и сурикатом, которые медленно, но верно слетали с намеченного изначально курса диалога. Вместо этого он предпочел обратить внимание на самку, которую Ни представил как свою жену и которая проявила интерес к Тарту. Может, они действительно решатся взять малыша под свое крыло? Хотя, конечно, тут будет еще зависеть все от мнения самого Тарту. С кем он захочет остаться. Тем больше причин изучить эту парочку и их львов как потенциальных приемных родителей, чтобы потом было легче убедить Тарту, что ему будет лучше остаться с ними, чем снова переться предки знают сколько через пустыню.

— Я нашел его одного в джунглях, — пояснил Мичи, быстро дожевав последний кусочек мяса, пока за него отвечал Керу. — Как я понял, его мать не осилила переход через пустыню, — тихо дополнил он, смотря на самку. Он не стал говорить слово “погибла”, на всякий случай, но взрослым и так будет понятно что волк имел ввиду. “Не осилила” — хорошая, нейтральная замена, которая вряд ли спровоцирует у такого мелкого ребенка вопросы экзистенциального характера, которые, по-хорошему, его вообще не должны бы волновать в таком возрасте. Увы, они живут не в самом хорошем мире.

+2

298

Чумви послушно опустился обратно в траву, чуть не подмяв собственный хвост задними лапами. Поняла ли Иша его неуклюжие намеки? Скажет ли она сейчас то, что он так мечтает услышать? Иша улыбалась - будто и не было недавней ссоры и молчаливого, неодобрительного фырканья в его сторону, но... заговорила она немного о другом. Сначала Чум слегка повесил уши - он ведь не то спрашивал, а теперь надо искать нужные и правильные слова, чтобы прямо спросить - но потом легкое разочарование во взгляде сменилось интересом. Он только сейчас осознал, насколько мало же знал об Иши, о ее жизни до встречи с ним. Мог только догадываться о каких-то моментах, но сам никогда не лез в чужое прошлое и не спрашивал, больше потому, что не до этого было. Сначала нужно пересечь пустыню и как-то прокормиться в  процессе, потом они пришли в Оазис, этот райский уголок, полный зелени и животных, потом пришел Симба... И как-то так вышло, что только сейчас он узнает о том, что Иша действительно была всю жизнь одиночкой.

Когда Иша призналась, что не думала о будущем, Чум не сдержал легкого вздоха. Ну что, наверное, самое время спросить? Как бы потактичнее, поумнее сделать, заставить дурацкие слова слушаться и превратиться именно в те легкие и приятные фразы, которые ему нужны? Он переступил с лапы на лапу, и Иша, видно, заметила его смятение и увидела, что он явно хочет чего-то еще.

- Не умеешь драться? - переспросил он с легким удивлением. Ему казалось, что любой уважающий себя одиночка, самка или самец, должен уметь махать когтями. - Тогда я тебя научу. Смотри, все просто - берешь лапу, выпускаешь когти и машешь направо-налево, - Чумви  неожиданно для себя задорно усмехнулся. - Ну а если серьезно - я неплохо умею сражаться. Это лучшее, что я умею, на самом деле. Скар закрыл границы для всех одиночек, поэтому частенько приходилось прогонять гостей когтями и зубами. Так что я поднаторел. И я довольно крупный, и ты крупная, значит, мои способы подойдут и тебе!

В пути у них точно будет время немного позаниматься. Вот уж что-что, а отпускать Ишу в бой совсем неподготовленной он не собирался.

- На самом деле надо бы проверить, как все наши умеют драться, - задумчиво проговорил Чумви, вернувшись с некоторой неохотой мыслями к тем, кто остался в ложбинке на берегу реки. - Нала ведь охотилась в основном, но наверняка захочет драться. На стороне Скара-то не только гиены, но и опытные львы-бойцы, - вспомнить хотя бы Куоритча, который едва не прибил Налу непосредственно до того, как они с Чумом сбежали с земель Прайда. Чумви не особенно вглядывался в львов, которые искренне стояли на стороне Скара, но теперь начал перебирать их в голове. Да уж, им с Симбой понадобятся хорошие бойцы, это точно. Но сейчас Чумви отмел серьезные мысли. Слишком хорош был вечер, чтобы предаваться размышлениям о войне.

- Мой отец тоже не был образцовым папашей, - проговорил Чумви.. - Он был... ну... Я не думаю, что он вообще хотел львят. Он вечно крутился где угодно, только не со мной. Когда я маленьким был, я еще к нему лез, а потом уже понял, что он не особо жаждет со мной время проводить. Я уже и перестал считать его отцом. К тому же, потом, когда я был подростком, кое-что случилось, и мой отец был объявлен предателем, - Чум замялся, прежде чем это сказать. Он никогда особенно не страдал из-за того, что сделал Пами - во многом потому, что тот никогда не вел себя, как отец. Но потом, после того, что случилось в ущелье, Чум не раз задумывался о том, пошел по кривой папашкиной дорожке.

- Мать умерла, когда я был совсем маленьким, - голос Чумви ощутимо изменился. - Я не очень хорошо ее помню, но знаю, что она была мне хорошей матерью. Так что можно сказать, что меня выкормили все львицы прайда, - Чумви, конечно, иногда остро ощущал свое сиротство, но Сарафина, Сараби да и остальные львицы много чего делали, чтобы он не чувствовал себя одиноким. Можно сказать, у него было несколько матерей, полно друзей и относительно счастливое детство. Куча тараканов из-за отцовского отчуждения, правда, тоже. - Все было хорошо, ты не подумай. Отец, конечно, был той еще занозой, но все-таки.

Некоторое время они с Ишей, вывалившие на друг друга грустные моменты предыстории, помолчали. Чумви, наверное, никогда бы так перед ней не открылся, не начни она первой. Она и нарушила молчание, вернув мысли бурого к тому самому, заветному вопросу.

- Кхм, - ну все, больше никак не отступить. - Я подумал, может, когда все кончится... Ты не будешь против немного задержаться у нас. На землях Прайда.

"Со мной", - говорили его глаза.

+4

299

Страшноватые, но все же очень яркие и выразительные глаза Тарту невольно округлились, не то в испуге, не то в изумлении, когда львенок услыхал расшифровку нового, столь напривычного для него слова. В маленькой ушастой головенке немедленно завихрился целый рой невысказанных вопросов, большую часть их которых он, впрочем, предпочел оставить при себе, понимая, что они могут прозвучать слишком нагло, а то и откровенно невоспитанно. Ведь не мог же он прямо спросить у Керу, почему тогда все присутствующие здесь львы так преданно ждут возвращения того, кому, по словам льва, ни в коем случае нельзя было довериться? Впрочем, Керу уже и сам понял, что сказал лишнего, так как спешно вставил свое уточнение — весьма немаловажное, стоило признать. А главное, оно вмиг развеяло все скопившееся недоумение львенка, отчего последний аж посветлел мордочкой, понятливо кивнув в ответ. Да, наверное, Чумви... или как там звали этого большого шоколадного самца... просто неправильно выразился. И все же, даже такой малыш, как Тарту, понимал, что ходить за Симбой сейчас было как минимум невежливо — раз он ушел куда-то, с кем-то, чтобы поговорить с глазу на глаз, то зачем кому-то идти следом и мешать их беседе? Мама учила, что никогда не стоит без спросу вмешиваться в чужие разговоры, особенно, если это разговоры старших.

А последних, тем временем, становилось все больше... и больше... и больше! Тарту, хоть и перестал так отчаянно трястись за свою жизнь, заметно расслабившись и осмелев, все-таки чувствовал себя не совсем в своей тарелке, а потому особо не рисковал высовываться — тем более, что взрослые и так достаточно обращали на него свое внимание. Вот одна из приведенных Ни львиц устремила на Тарту свой долгий, очень ласковый и сердобольный взгляд, как видно, находя малыша чересчур слабеньким и каким-то забитым, что ли... Ну, так оно и было на самом деле. Заслышав ее вежливый вопрос, обращенный к сидевшему рядышком Керу, львенок поневоле обратил на него свой наивный детский взгляд... и невольно поник головой и ушками, запоздало вспомнив о том, как он, на самом деле, одинок. Да, возле него вот уже битый час крутилась целая толпа взрослых львов и многих других животных, но никто из них не смог бы в полной мере назваться его другом или, тем более, опекуном. Просто какие-то совершенно незнакомые ему звери, пусть и весьма дружелюбно настроенные по отношению к маленькому, боязливому сироте... Даже Мичи, спасший его от верной смерти, держался в стороне, хоть ни секунды не спускал с малыша своего внимательного взгляда. Заслышав его последнюю реплику, Тарту еще больше опустил голову к земле, эдак зябко приподняв свои худенькие, взерошенные плечи, с грустью вспоминая свою умершую мать и попутно думая о том, что он, как видно, теперь все время будет один. Кому нужна такая обуза, как он? Ему повезло уже в том, что его нашли и привели в этот прайд... клан... группу... Но ожидать чего-то сверх этого, вроде полноценной родительской заботы, было бы чересчур наивно. Все-таки, случившееся наложило на Тарту свой отпечаток, и в первую очередь заставило его иначе взглянуть на свое место в этом огромном, довольно-таки жестоком и неприветливом мире. Если раньше он был обычным львенком, сыном предводителя прайда, одним из множества счастливых, всегда сытых и ухоженных детенышей, за которыми присматривала целая орда заботливых нянечек, то сейчас... сейчас все очень сильно изменилось. Никому вокруг не было реального дела до такого мелкого и беспомощного крохи. Никто не хотел брать на себя такую большую ответственность. Тарту не жаловался на это, не жалел самого себя, несмотря на очень юный возраст понимая, что он вовсе не пуп вселенной, и окружающих могут быть проблемы посерьезнее, чем у него самого, но это, увы, ни капли не преуменьшало его грусти.

Так ничего и не сказав, не поведав мирно беседовавшим взрослым, кто он такой и откуда здесь взялся, Тарту молчаливо подвинулся прочь, скромно пристроившись где-то за широченным плечом Керу — благо, последний намеренно улегся так, чтобы закрыть львенка от любопытных взглядов чужаков. Наверное, догадался, что малыш слишком сильно устал и еще не до конца свыкся с царящей вокруг него обстановкой. Так оно и было на самом деле. Минувшие дни, проведенные в гордом (ну ладно, совсем даже не гордом) одиночестве, тоже по-своему на нем сказывались; у Тарту аж голова разболелась от всего этого непривычного шума и гомона, и от огромного количества информации, местами не до конца ему понятной, а в чем-то и вовсе непостижимой, у бедолаги натурально вспухал мозг. Улегшись в позу "котооблачка", мерзляво поджав под себя все четыре лапы, Тарту какое-то время лежал так, устало прикрыв глаза, то и дело отчаянно клюя носом в землю, уже фактически никак не реагируя на чужие разговоры... а затем, не выдержав, приподнялся с места и украдкой лег под самым боком у здоровяка Керу, свернувшись тугим калачиком — едва ли тот вообще ощутил присутствие львенка настолько близко от себя, зато вот Тарту моментально провалился в глубокое забытье, согретый и оттого умиротворенный чужим теплом.

*персонаж спит*

+2

300

Кажется, самка успела высказать все, что ее тревожило. Или, вернее, почти все. Тема ее отношений с Чумви была, конечно, куда более волнующей, чем предстоящая драка с гиенами и, наверно, даже с самим Скаром. Его-то Иша была готова голыми лапами придушить, это ведь гораздо проще, чем сидеть вот так вот рядом со львом, смотреть ему в глаза и чувствовать, что все самые нужные слова, которые нужно сказать, ушли куда-то туда же, где сейчас душа — наверно, в пятки; а вместо этого наружу лезет всякая чушь, хоть и волнительная, местами важная, но все же чушь. Ну в самом деле, кого волнует, умеет ли она драться? Среди этой пестрой компании львов, которая здесь собирается, наверняка найдутся такие же неопытные; да и сам Симба не то чтобы похож на бойца, стало быть, им наверняка придется... тренироваться, что ли? По крайней мере, им ведь должны показать что-нибудь сложнее простого "замахнись левой лапой, замахнись правой лапой, укуси противника за лицо".
Просияв, самка жарко закивала в ответ на предложение научить ее драться, хотя беспокойство продолжало омрачать ее мысли. Но нет, пожалуй, об исходе боя она не волновалась.

Сейчас, когда они с Чумви, наконец, остались одни, львица особенно остро осознала, насколько мало они друг о друге знают. С одной стороны, конечно, они прекрасно выучили привычки и поведение друг друга; охотились вдвоем, не нуждаясь в словах, зная, чего хочет партнер и как лучше действовать; шли вместе, страхуя друг друга в нужные моменты... но вместе с тем рассказывали о себе невероятно мало и скупо. Иша понятия не имела о том, есть ли у льва семья, живы ли его родители (хотя если они такие же правильные зануды, как Сарафина, лучше бы уж о них и не знать!), где они, что с ними... К стыду своему, она не особо-то интересовалась этим.
— Мне очень жаль, — негромко проговорила самка в ответ на слова льва о смерти матери; голос ее после всего того, что она успела проговорить и прокричать, чуть сел, и потому был негромким и хрипловатым.
Она растерянно моргнула, представив себе, каково это, остаться без матери. Она не видела Мисаву уже давненько, и не стремилась к тому, чтобы постоянно навещать ее; но вместе с тем то, что ее мать в спокойствии и довольстве живет на плодородных землях, окруженная подрастающими детьми, может быть, даже завела себе друга или подругу... это было приятно. Одна только мысль о том, что всего этого может не быть, — Мисавы может не быть, — вызывала у самки тоску и недоумение: да разве может вообще такое быть?
Обязательно навещу ее, как только все это закончится, — твердо пообещала себе бурая.

— А моя мама поселилась в прайде, — немного невпопад заметила она, когда Чумви, закончив свою речь предложением остаться на землях прайда, замолчал, — хотя раньше ей это не нравилось. Совсем недалеко от Скара, через реку. И у нее появились еще дети, представляешь? У меня есть младшие братья... вроде бы.
Она пытливо вгляделась в морду самца и, отчего-то снова смутившись, принялась приводить в порядок и вылизывать шерсть на груди, заодно подбирая слова. Конечно, она может пойти и жить вместе с матерью — потом, когда со Скаром будет покончено. Хотя Чумви просил ее остаться, вопрос только в том, почему... Было ли это проявление дружеских чувств или нечто большее?.. Самка украдкой глянула на темногривого и вновь поспешно отвела глаза.
— Я... буду только за, — наконец, без тени решимости, совершенно другим тоном, нежели прежде, выдавила она.
Еще в самом начале их пути через пустыню — сейчас ей казалось, что это было невероятно давно, — она весьма и весьма интересовалась львом; даже, помнится, несколько раз устраивала так, что они отправлялись охотиться вдвоем, хотя и безуспешно: в ту пору Чумви больше заглядывал в рот Нале, а к Ише относился спокойно и почти равнодушно. Сейчас, вспоминая это, львица думала, что это было даже к лучшему: завязавшийся бурный роман мог помешать им достичь цели; к тому же, столкнувшись с терпеливым спокойствием, которое неизменно демонстрировал ей самец, она и сама со временем смогла взять себя в руки, прекратить вести себя как идиотка (ну да, ну да, посмотрите-ка на то, что было пару минут назад!) и перестать, черт возьми, ревновать всякий раз, когда темногривый посмотрит на Налу.

Правда, чувства все равно никуда не делись — и зародившаяся между ними крепкая дружба только способствовала этому.
Львы молчали; Иша продолжала увлеченно вылизывать шкуру, пролизав ее чуть ли не до дыр; Чумви переминался с лапы на лапу, ожидая, наверно, от нее чего-то еще. Все это было так странно и дико! Почему-то рядом с самцом она чувствовала себя полной дурой. Ведь она, Иша, никогда не была стесняшкой. Уж ее-то не смутить ничем, и намеки она не любит, предпочитает говорить прямо, всю, так сказать правду. Откуда же в ней вдруг взялась вот это вот шепчущая беспомощная тварь, не дающая слова сказать? Самой противно — еще несколько минут назад вон как разорялась, когда Чумви рассказал ей о том, что случилось между ним и Симбой. Все как есть на духу выложила, и слова не подбирала покрасивее да повежливее, что пришло на ум, то и проговорила. Зато сейчас, когда самое время было расставить все точки над "и", она почему-то чувствовала, что два слова не в силах связать.
— Ты мне нравишься, — наконец, зажмурившись, на одном дыхании выпалила самка , не зная, куда бы деть взгляд, а заодно и куда себя деть; ощущая, как к щекам снова жарко прилила кровь, она продолжила сорванным шепотом, — очень.

+4


Вы здесь » Король Лев. Начало » Таинственный оазис » Тихая река