Страница загружается...
X

АААААА!!! ПРОГОЛОСУЙ ЗА НАААААС!!!!

И не забывай, что, голосуя, ты можешь получить баллы!

Король Лев. Начало

Объявление

Количество дней без происшествий: 0 дней 0 месяцев 0 лет



Представляем вниманию гостей действующий на форуме Аукцион персонажей!

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов Волшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Земли Гордости » Водопой


Водопой

Сообщений 181 страница 210 из 215

1

http://s3.uploads.ru/UBEh9.png

К Водопою ведет множество троп и тропинок. Начиная с раннего утра и до самого вечера сюда приходят животные, чтобы напиться и поделиться друг с другом новостями. После захода солнца к Водопою выходят ночные звери. Охотиться здесь строго-настрого запрещено.


1. Благодаря более-менее дружелюбной атмосфере, царящей в этом месте (хоть и основательно подпорченной присутствием гиен), приходящие сюда животные настроены на общение, что дает "+1" к базовому уровню их доверия.

2. Доступные травы для поиска: Базилик, Валерьяна, Забродившие фрукты, Кофейные зерна, Маи-Шаса, Костерост, Адиантум, Манго, Мелисса, Мята (требуется бросок кубика).

*ссылка на старую локацию

0

181

Дальнейший порядок отписи: Закнафейн, Небула, Вирент, Robin, Рэнек, Дайнин, Рауф
● Игроки, чьи персонажи не упомянуты в очереди, отписываются свободно.
● Отпись упомянутых в очереди ждем не дольше трех суток!

0

182

---Расщелина

There is a train that's heading straight
To heaven's gate, to heaven's gate
And on the way, child and man,
And woman wait, watch and wait
For redemption day(c)

Закнафейн бывал в этих местах и раньше. Он помнил это место более цветущим, когда животные приходили  сюда, чтобы утолить жажду. Вода была мутной, и в ней был виден песок и ил. Зак опустил в воду лапу, и брезгливо оттряхнул лапу от грязных капель. Взгляд голубых глаз скользнул по белеющим скелетам и черный крокут ненадолго остановился возле одного из них и задумался. Он вдыхал запах старой войны и смерти. На зубах скрипел песок. Ветер шевелил белую гриву и Зак запрокинул голову, чувствуя, как пересыхает в глотке.
Источник жизни теперь стал мертвой землей. Земли Гордости больше не были уютным местом. Они больше не были домом. Закнафейн шел мрачнее тучи. Белая грива обрела золотистый оттенок от песка. Повсюду был едкий запах тухлого мяса и засохшей крови. Повсюду жужжали мухи, они добавляли особый антураж к этой атмосфере. Зак брезговал бы даже пить эту воду, которая смешалась с кровью и илом, и теперь мелела на глазах.
День был жаркий, солнце, высоко стоявшее в пустом мареве неба, безжалостно жгло серые камни и жалкие остатки сухой травы. Все застыло. Неподвижен был и Закнафейн. Лишь изредка вялые взмахи хвоста нарушали застоявшуюся тишину. Темные тучи затянули небо плотным полотном и были практически осязаемы. Земля умоляла о живительной влаге, но никто еще не догадывался сколько бед  и перемен с собой принесет дождь. Он принесет с собой жестокость войн и реки крови, ярость мужчин и слезы женщин. Но дождь принесет с собой перемены, в которых нуждался каждый из них.
От мрачных  измышлений Закнафейна спас Робин, который вцепился ему в хвост. Теперь щенок мирно раскачивался на хвосте деда. Зак и сам устал, и почти не чувствовал лап, но все же он был более выносливым, чем двое маленьких щенят, для которых столь длинное путешествие было в новинку. Зак обернулся и посмотрел на  Робина. Его сердце сжалось и он не скинул щенка, позволив тому немного покататься на себе. Тем более, что особых неудобств внук не доставлял.
-Готовься мальчик, впереди тебя ждет много  подобных дорог. – Это прозвучало, как угроза, хотя Зак не повысил голос. Но это была реальность, и мальчикам действительно надо было привыкать к подобным местам и лишениям. Но что старалась этим показать Небула, Закнафейн откровенно не понимал. Они каждый день видели смерть, зачем ее показывать снова? Чтобы доказать, что Шани преступила черту в своей необоснованной жестокости? Но это итак все понимали.
Он обернулся к Небуле. Как долго предстоит им идти? Зоркий глаз старого крокута различил силуэты молодого льва и еще одной хищницы. Закнафейн напрягся. Его все еще не радовала компания из двух хищников. А тогда, в пещере, когда он увидел Герона, все происходящее стало для него ирреальным. Он снова видел тело Мэлис, с ранами от львиных когтей и зубов. И повсюду царил запах крови.  Он никогда не любил ее, но в его обязанности входило защищать ее. А он не смог ее защитить, он отсутствовал в клане именно тогда, когда его супруга нуждалась в нем. Закнафейн тяжко вздохнул. Матерый крокут претерпел слишком много лишений.
Он остановился именно там, где и сказала Небула, и поднял голову. Кладбище. Много тел, которых похоронил под собой песок, напоминал о смертях, которые пережил Закнафейн. Небула была осторожна, и е доверяла своей сестре с первого шага. Что ж, это было мудрое решение. Он и сам не до конца доверял светлой гиене, не смотря на то, что она была его дочерью. Неизвестно, как на Вирент сказались те года, которые она провела под крылышком богини. Он чуть прищурился и неотрывно смотрел на Вирент, которая пылко вещала о своей богине, прославляя ее.
Закнафейн верил в свои собственные клыки и когти.  Он не верил в богов. Боги лживы, боги тщеславны, богов не существует, хотя быть может, они более реальны, чем он сам. Богов слушают, богам внемлют, их уважают и прославляют. А он просто старый крокут, который вынужден подчиняться воле тех, кто на свой лад толкует их волю. Однако все свои измышления и презрение к богине Закнафейн держал при себе. Опыт подсказывал, что если тебя не спрашивают, лучше держать язык за зубами. И потому он молчал, но его молчание дорогого стоило. Прожив целую жизнь рядом с Мэлис, Закнафейн очень верно для себя расставил приоритеты и усвоил четкие правила.
Простая истина: молчание – золото, была неподвластна еще одному его сыну – Дайнину. Закнафейн сам оскалился в его сторону, готовый защитить дочь. Крокут встал между Дайнином и Вирент и внимательно посмотрел на своих детей. В каждом из них текла его кровь. Зак внимательным взглядом проследил за Дайнином. Крокут улегся на свое место. Закнафейн не обернулся на Вирент. Но он чувствовал, как от нее распространяется аура, полная гнева.
-Сегодня мы видели слишком много смертей и пролитой крови, этого было достаточно. - Глухо откликнулся Закнафейн и дал проход Вирент, дабы светлая гиена сама сделала свой выбор – пошла по стопам и убеждениям отца или показала ярость и беспощадность своей богини.

+4

183

Небула сидела по своему обыкновению мрачно нахохлившись, распушив рваный, потрепанный воротник и высоко подняв острые плечи. Желтые угли глаз оценивающе пробежались по песочной шкуре сестры, и вернулись к ее физиономии, преисполненной стати и духовного благоговения. Темная не очень любила эту семейную черту - фанатизм к Богине, полагая, что грубая сила и мастерство словесного убеждения, зачастую намного действеннее, чем без конца выть " о как велит Великая Ро'Каш", и падать мордой ниц. Безусловно, знания шаманов, умелых шаманов, великих, таких, какой была ее погибшая мать, были незаменимы  и нужны клану, и Небула уважала этот выбор, мирилась с фанатичными взглядами своей родни, предпочитая отзываться сдержанным кивком, или вовсе отмалчиваться в моменты "восхвалений". Да простит ее Богиня, но Небу всегда первостепенно надеялась только на себя. Поэтому, когда Вирент в своей характерной манере "заклинателя"  поспешила ответить на просьбу Небулы высказаться,  та лишь криво усмехнулась, тихо хмыкнув себе под нос, и молча, чинно кивнула, мол, продолжай дорогая, я тебя слушаю. - Возможно Вирент. Однако пока ты искала путей духовного слияния с нашей Богиней, мне пришлось достаточно туго в своих собственных поисках. Клан давно находится в упадке, но с каждым годом это ощущается все больше. Я чту Ро'Каш, - Небула склонила морду к земле, изобразив сдержанный, почтительный поклон, - Но кроме духовной поддержки я не меньше нуждаюсь в твоих зубах, твоих ушах, твоих лапах... Мне нужна помощь всех и каждого, чтобы установить свое величие... И создать новый клан, с порядками и устоями - сейчас для наших братьев закон не писан. - Темношкурая поморщилась, как от зубной боли, вспоминая, чему она не раз была свидетельницей. На слова сестры, о благословении свыше на "право царства",  Небу прижала к голове уши, но возражать не стала - в конце концов, если праздность Шани достигнет своего пика и она совсем утонет в своих семейных заботах с щенками и "супругом", руль в лапы придется брать ей. Он не боялась бросить Шензи вызов, но пока чувствовала, что слишком рано. Ей нужны сильные рекруты, союзники, нужны те, кто прикроют спину, в случае нападения всей стаи, ибо нестабильная психика родни заставляла опасаться подлого удара в затылок. Гиены слабо понимали, то такое "честь и закон". Это по большей части относиться индивидуумом только к их семейству. И некоторым очень... очень редким особям внутри клана. - Посмотрим, - коротко ответила она, поднимая правую лапу и прижав ее к груди, позволив пушистым комкам шерсти из под ее брюха, выскочить на лужайку, и, как стало ясно с какой осторожностью и любопытством они тянулись к Вирент, познакомиться с теткой. Всю семейную идиллию, неожиданно грубо и неуклюже поломал Дайнин... Визгливый смешок эхом прокатился по мрачным, бескрайним просторам, окружавшим семейство, и желтоглазая незамедлительно поднялась на ноги, все еще держа голову низко склоненной к земле и устремив равнодушный взгляд в сторону младшего брата. К сожалению, Дайнин был далеко не "лучшим другом" для нее, и поведение самца зачастую было наглым, повернув костлявую жопу ко всем, кто был рядом с ним, но Небула все еще терпела его, игнорируя подобное обращение к себе и к ее окружению со стороны брата... до поры до времени. Но иногда стоит все же напомнить, что он тут не один, и его жизнь - такой же плевок в землю не только для Богини, но и для всего гиеньего рода, - Дайнин. - Глухим басом обратилась она к непокорному бунтарю, решившему высказать свое "фи", прежде всего Вирент. Может он не доверял ей, поскольку для них для всех эта самка давно стала почти чужой, по своему уходу, но на такую речь право имел только вожак. Им была ее мать - властная, черствая, холодная, как камень, она бы не задумываясь откусила сыну оба уха за такую дерзость. Но Мэлис уже здесь не было, а семья осталась... И все они были под персональной защитой Небулы. О... и с персональной охраной - откуда-то сбоку выскочил одноухий, и яростно "налетел", на вольготно разлегшегося калачиком на земле хама. Пятнистая поджав губы, наблюдала за тем, как Рауф ораторствовал, а Дайнин тихо похихикивл в травку, явно считая их всех слегка не в себе. Рыжий бегло оглянулся через плечо на нее, и тут же, приободренный ее кривой ухмылкой, ринулся дальше в "бой". Небула молча наблюдала за разворачивающейся трагедией, вполне допуская, что встопорщенный загривок Вирент - это не спроста, а ее дрогнувшие губы, медленно обнажившие мощные, толстые, острые клыки, очень быстро окрасятся братской кровью. Отец доже просек это сразу, помаячив черной тенью между своими детьми, и в итоге уступив Вирент место, напутственно попросив ее быть благоразумной. Но прежде чем голубоглазая бы предприняла какие-либо действия, Небула сдвинулась с места, не спеша следуя по направлению к Дайнину, ступая медленно и степенно - такая же огромная, мохнатая, как те кучерявые тучи, плюющиеся молниями, у них над головами. Приблизившись к самцу, сбоку она застыла рядом с ним, топорща драный воротник и выкатив мускулистую грудь вперед. Прижав нижнюю челюсть к мускулистой груди, она меланхолично разглядывала наглую рожу брата...
- Отныне каждый, кто будет неуважительно относиться к другим членам семьи, будет лишаться клока гривы. Шаг за шагом, пока у него не останется позорный, лысый череп. Это страшнее боевых ран. - Она недобро прищурилась, - Мне нужен целый клок с его загривка. Сестра моя, не могла бы ты мне его достать? - С усталым вздохом опустилась она на землю, рядом с Закнафейном, готовая в любой момент вмешаться, если ей покажется, что Вирент просто напросто придушит любимого братика насмерть. Поймав на себе укоряющий взгляд отца, Небу поджала губы и отвернулась - ей не было перед ним стыдно, - Зак понимал, что на ее месте Мэлис бы просто оторвала сыну голову, не позволив влезать никому... совсем... А она лишь попускает внутрисемейные разборки - у младшей сестры будет шанс показать себя, да и мелкого прохвоста она по чести должна проучить. - Нельзя оставлять безнаказанным такое отношение к семье, отец. Если с нами нет Мэлис - не значит, что можно так расслабляться. - Угрюмо произнесла она, с напряжением глядя на назревающую схватку. - Рауф - смотри, чтобы он не удрал.

+4

184

Вирент взволновано ждала ответа Небулы на свои пылкие заявления, будет ли сестре этого достаточно? С ее точки зрения, все было донельзя очевидно: ее возвращение, переломный момент в отношениях двух самок, который она застала, присутствие отца и даже брата. Все это устроила Богиня, вовремя послав свою дочь в путь. И теперь Вирент лишь ждала, когда зерно здравомыслия сестры и ее личное чутье воли Ро`Каш, сделают свое дело и она ее поймет. А пока гиена ждала, к ней осторожно подобрались детеныши, невольно отвлекая возбужденную самку от напряжённого созерцания сестры. Дети Небулы, в глазах Вирент, они были маленьким сокровищем, тем самым, ценность которого пока неизвестна, но которая тревожит всех, кто о нем знает. Если они угодны Богине, она будет велика, не так, как если бы это были самочки, конечно, способные к общению с Верховной Матерью, но все же. Они не побоялись выйти к ней, и она это оценила весьма благосклонно. Вирент опустила морду к Робину, втягивая его щенячий запах, запоминая его, эти щенки были пластичным материалом. Еще такие молодые, пусть и всего лишь мальчишки, они могли составить костяк воинов, верных Ро`Каш. Из них еще можно было вырастить достойное поколение. Если, конечно, они благословлены. Вирент бегло лизнула двойника отца в щеку и повернула морду ко второму отпрыску Небулы, более осторожного, как ей показалось.  Его запах был так же тщательно проанализирован и запомнен, и так же, как и его брата, гиена лизнула в темную щеку. Красные глаза навеяли мысли о матери Мэлис, и, словно по заказу, один из самых ее неудачных детей решил, что самое время раскрыть пасть. Дайнин. Вирент почти сразу потеряла свое душевное спокойствие, стоило только светлому самцу начать говорить, при этом так приблизившись к ней. Была целая тысяча причин, почему Вирент не желала терпеть брата, и уж тем более, его хамское поведение, но она не уподоблялась самцам, трескучим слабакам, которые бы сразу подняли лай и вой. Каждое его слов, плевок, все это ему воздастся, несомненно, но позже, пока еще самка стоит, непоколебимо, едва повернув голову к дышащему ей в морду дерзкому самцу. Мало того, что он хамил всем, при этом смотря на нее, акцентируя внимание на ней, он еще смеет подходить к детенышам, что были сейчас под ее опекой. Презренный самец! Внутри гиены застучало сердце, подгоняя кровь, наполняя мышцы силой и адреналином, пока возмущение отравой разливалось внутри груди Вирент. Словно и не было этих лет разлуки, один только спесивый голос младшего брата словно вернул ее на пару лет назад, когда она была более импульсивной, более несдержанной, менее опытной. Внутри назревала целая буря и только кровь и удача поможет Дайнину уйти целым отсюда, после того, что он сделал. Вирент могла пропустить мимо ушей оскорбления себя, в конце-концов, она презирала его, так что его слова были лишь пустым брехом, но оскорбление Ро`Каш… Чем думал этот глупец, утверждая такие немыслимо безобразные и идиотские вещи? Вирент подняла голову выше, сверху вниз взирая на самодовольную морду, ее грива встопорщилась, выдавая гнев светлошкурой, но она молчала, в некоторой степени осмысливая открывшуюся глупость брата. Он казался ей крепким, и вполне ладно сложенным, но, возлюбленная Богиня, отчего его голова так пуста? На что он надеется после стольких ядовитых слов, на которые не вышел чином? 

Он слишком похож на Мэлис, - мелькнула мысль, гиена переступила напряженными лапами, и носом подтолкнула Ренека в бок, мол, отойди, маленький принц. Пришло время поставить зарвавшегося Дайнина на место. Взгляд Закнафейна не унял ее тихую ярость, и ей по настоящему было сложно позволить Небуле высказать свое недовольство раньше нее. Но Небула была сейчас главной, старшей,  и Вирент из уважения проявила терпение, и это единственная отсрочка приговора, на которую мог бы надеяться Дайнин. Нет больше никаких причин, по которым он бы мог избежать трепки. Вот почему маленькие родственники имели куда больший вес в ее глазах, нежели взрослые сиблинги – кто знает, кем они стали теперь, когда светлошкурая самка скиталась по саване в одиночестве? Дайнин так никак не изменился. Разве что, лишь сильнее запаршивел. Она ответит ему на все вопросы, раз он нашел в себе наглость их задать. О, и он, конечно же, за все ответит тоже.
Она выслушала и запомнила слова сестры, мрачно кивая на оказываемую уступку. Что ж, Небуле хватило разумности позволить ей ответить младшему брату, иначе Вирент бы сочла противное новым оскорблением. Она тронулась с места, проходя мимо освободившего дорогу отца, задирая хвост и щерясь в злой ухмылке. Голос тихим шипением потек из пасти, ядом разливаясь воздуху:

− Маленький братец, ты стал слишком самонадеян и, в самом деле, сколько лет ты ждал меня ради трепки? Видно, Мэлис давно не стало, раз ты возомнил, будто между твоих ног больше не болтаются эти нелепые признаки мужественности и ты можешь вести себя так, будто ровня нам,  - к слову, мужественность в среде гиен означает совсем другое. Слабость, ничтожность, бесполезность. Всего лишь носитель семени рода. Которому, к слову, следовало хотя бы попытаться реализовать свою роль в природе. Как это сделали Закнафейн и другие самцы, присоединившиеся к клану. Она действительно считала, что любой уважающий себя самец не должен оставаться в родном клане, где все так или иначе родственники, а должен покинуть его и уйти на поиски других, пытаясь привлечь внимание самок и оставить потомство. И то, что среди них нет ее любимого брата, Налфейна, только усиливало ее презрение к младшему. Значит, хотя бы Налфейн ведет себя, как настоящий мужчина клана.
– Так что же ты делаешь здесь, на землях клана, а, Дайнин? – самка прошла почти все расстояние, что разделяло ее и самца. Конечно, для дела внутриклановой борьбы наличие младшего брата среди них было хорошо, но для Вирент, имевшей сложившееся мнение о том, какие самцы угодны богине, а какие бесполезные мешки костей, это не играло роли. Дайнин был просто самодовольным  дураком, которого, по удивительному стечению обстоятельств, еще никто не поставил на место.
− Неужели ты не способен покинуть родню и найти ту, которая позарится на тебя, решит, что ты вполне сносен для продолжения рода? Ущербный, трусливый, слишком дерзкий, ты позабыл свое место! – она могла бы говорить подобные вещи вечно, ведь младший брат всегда вызывал у нее тонну недовольства, и ей нашлось бы, чем его упрекнуть. А его наглая морда бесила неимоверно. Вирент подбиралась к нему неторопливо, неся себя, как отдалённое возмездие.  И судя по всему, самец настолько расслабился в отсутствие Мэлис и других самок, кто не стал бы терпеть такого поведения, что развалился на земле, чувствуя себя безнаказанным. Что ж, очень скоро этот светло-серый крокут пересмотрит свои позиции. Вирент упивалась монологом, но нависнув над братом, высокая и сильная, она приблизилась к самому главному. К его еретическим вяканиям о Ро`Каш. Один из присутствующих самцов уже сказал Дайнину причину его глупости, но Вирент желала, чтобы младший брат услышал ее:

− Посмотри на меня, Дайнин. И на себя. Видишь, мой дерзкий  младший брат, - о, она знала как он ненавидел каждое упоминание о том, что он младший, а  значит, ниже по статусу даже своего брата, Налфейна. – Я по-прежнему сильна и здорова, хотя и жила одна, наедине с Ро`Каш. А ты… -она издала презрительный хриплый смешок, ставя лапу на его спину, - Ты всего лишь бездетный самец, неспособный найти в себе смелости оторваться от родного гнезда! Это ты - ничто для Богини! – И ее голова метнулась к его. Конечно, даже после таких оскорблений она не желала ему смерти, он был членом ее семьи, просто самым неприятным и богопротивным. Поэтому, она собиралась лишь как следует похрустеть его ухом, пустить крови, ну а после сделать то, чего хотела Небула – вырвать клок из его гривы. Последний шанс проверить, есть ли хоть капля божественной любви к нему – будет ли удача на его стороне и он сможет избежать мощных челюстей сестры?

Отредактировано Вирент (2 Июл 2014 01:11:29)

+3

185

Бросок на Вирент:
6+3=9

Skywarp написал(а):

8-9
50/50, персонаж отчасти выполняет миссию, правда, не так удачно, как хотелось бы, да еще и с  возможными легкими увечьями. Сюда относятся:
— несильный вывих или растяжение;
— неглубокие раны или царапины;
— легкие ушибы.


Вирент планировала проучить своего братца и надо сказать ей это удалось. Но срабатывает извечный закон подлости - Дайнин вовремя заподозрил неладное и дернулся в сторону от сестры. В результате ее атака мажет и вместо всего уха, ей удается задеть только кончик. И то один раз - Дайнин оказался удачливым и вовремя дернулся, чтобы оставить сестру с носом.
Обидно, да, но не смертельно.

+1

186

Робин активно встрепенулся, когда шершавый, влажный язык тетки осторожно прошелся по его темной мордашке, насторожил черные, круглые уши и задрал кверху хвост. Первое знакомство между ними можно сказать, состоялось, и теперь можно приступить к самой интересной части - осторожны вопросам к Вирент, проделавшей долгую дорогу до родной семьи. Робин не хотел быть надоедливой занозой, но как любому ребенку, ему было до жути любопытно, и потом, наверняка из рассказов тети, он сможет вобрать в себя не малую толику опыта, и выслушать наглядные уроки выживания. В вое время он выслушал с десяток подобных от деда, мать и бабушка не занимались тем, что едали своему потомству истории, предпочитая использовать в воспитательных мерах телесное наказание. На самом деле, в тайне конечно, щенок был безумно рад, что Вирент - это не Мэлис и не Небула, потому что шквала оплеух ему хватало с лихвой... Не то что бы самка была не способна дать крепкий подзатыльник, но... Тонкие губы на круглоносой мордашке дрогнули и смешно растянулись, едва ли не касаясь уголками краев желтых, раскосых глаз. Черный дождался, пока самка уделила время его брату, и нова поддался вперед, привстав на задние лапы, чтобы передние аккуратно уложить на широкую, скуластую морду Вирент, но резкий, хриплый голос его дяди, который всегда был в семействе совсем не в почете, оборвал все желание, да и, тетке похоже было уже не до потомства ее старшей сестры. Щенок припал брюхом к земле и агрессивно прижал к продолговатой черепушке уши, нахмурился, и осторожно попятился назад, в траву, ловя встопорщенным загривком первые, тяжелые капли дождя. Буря назревала не только в хмурых небесах, но и здесь, на земле, в его родном "гнезде" - он отчетливо видел, как в лазурных очах Вирент, возвышающейся рядом с ним плечистой горой бушевала что ни на есть самая настоящая гроза готовая  любой момент обрушиться на голову дерзкого самца. Робин не дурак, под горячую лапу не спешил попадать и во взрослые разборки никогда не совался. Лежа в траве, щенок молча вслушивался в грозный лай Рауфа, гневное ворчание Небулы, неистовый монолог Вирент преисполненный презрения и ярости, и тихое замечание дедушки - вся родня скопом навалилась на дерзнувшего нарушить спокойную беседу взрослых Дайнина, и судя по всему, он сейчас получит знатной порки. Не смотря на то, что щенок считал справедливо было надрать нахалу пушистый зад, он жалел дядю. Жалел, потому что знал, как это больно и унизительно... Пожалуй это знал любой представитель мужского пола в клане гиен, и это несколько их сплочало между собой. - Идем, - тихо произнес он, пихнув лбом Рэнека в круглый бок, подтолкнув его в сторону улегшейся калачиком матери, устроившейся рядом с Закнафейном - ну точно судьи перед бойцовской ареной. Просеменив по влажной траве, низко пригибая голову к земле и косясь на тетку, уже принявшуюся за воспитательные меры своего братца, Робин тут же отвел взгляд, тяжело, сумрачно вздохнув. Это было все-таки... не приятно. С содроганием слушая истошные повизгивания за своей спиной, Роб  переступил через материнские, тонкие лапы, и оказался прямо у мягкой груди Зака, тут же свернувшись плотным клубком и крепко прижавшись к ней, зарывшись в густой шерсти покрывающей жилистую шею старика. Очередной писк преисполненный боли, и Робин снова вздрагивает всем телом. Малыш поднимает голову, с отчаянием взглянув на старшего большими, влажными глазами...
- Дедушка?...

+4

187

Было страшно и...непонятно. Тетушка выглядела как-то добродушнее, чем матушка, и это мнение закрепилось за Рэнеком, когда она лизнула его в щеку. Откровенно говоря, Рэнек оторопел. Давно отвык он от такого метода знакомства, не предполагающего крепкого подзатыльника. Кстати об подзатыльниках...Когда братец полез  к тетушке, Рэнеку в тот момент хотелось стукнуть его по головешке. Ну куда он лезет к старшим! И, оказывается, предчувствие не ошиблось. В какой-то момент заговорил Дайнин, дядюшка. И то, что он сказал, поставило шерсть на загривке юного крокута дыбом. Он не сильно понимал этих заморочек про богиню, но он хорошо понял, что для матушки с тетушкой, и особенно для последней! это очень значимая персона. И то, что дядя так...нелестно отозвался о ней грозило чем-то похуже, чем просто словесной перепалкой. Очень вовремя подключился и рыжий гиен, в шерсти которого так позорно прятался еще на кладбище Робин (а Рэнек это видел и знал, чем  можно шантажировать братца). Но слова рыжего полностью сбили с толку Рэнека, который только-только въехал в то, что Богиня матушки и тетушки благоволит только самкам. Крокут слишком агрессивно кинулся на защиту...богини? Вирент? Самок? Потом вмешалась матушка...Вирент выразила свое недовольство...Запахло дракой. Вирент уже сделала свой выпад, и из-за этого, абсолютно запутавшись, Рэнек чуть было не пропустил шепот братца. А вот толчок в бок пропустить не мог. Издав тихий "фырк", он удивленно посмотрел на Робина, который потопал по направлению к матушке и деду. Красноглазый не мог оставаться на арене и тоже ретировался. К матери он тоже не посмел лезть, а вот к дедушке...Робин уже успел пригреться там, и, кажется, старался не смотреть на ругань. А вот Рэнек-таки успел увидеть, как клыки Вирент сомкнулись на ухе дядюшки... Ну нет! Рэнек мгновенно оказался возле брата, возле могучей дедовской груди. Для приличия он чуть попихался, освобождая себе место, а затем, все еще одним глазом следя за развязкой взрослых конфликтов, тоже позвал деда, привлекая его внимание к внукам. Хоть кто-то должен их понять!
Понять...Рэнек вспомнил свою жизнь. Ему, конечно, везло больше, чем брату по части подзатыльников и пинков под зад, но и красноглазому перепадало. Иногда они, профилактически побитые, сидели и жались друг к другу, обиженные на весь свет. Сейчас, когда в их окружении есть дедушка, он сможет рассказать им, как жить так, чтобы тебя не били. Потому что Рэнек пока не понимал рыжего гиена. Он вроде и самец, а вроде и на сторону матушки и тетушки...Вроде и сам потрепан, а вроде и готов сносить всё на себе...в общем, подозрительный тип по мнению Рэнека.

+3

188

Стоило ли ожидать, что среди его сестёр, которые избрали смыслом жизни вылизывание гиперклитора своей "богини", кто-то восстанет после пламенной речи братца? Трижды "ха", если не больше. Достаточно опрометчиво было поступать подобным образом со стороны Дайнина, поскольку он заранее прекрасно знал, что его речь примут за пропаганду какого-нибудь еретика и возжелают сжечь дотла. Именно такое желание он разглядел в буквально пылающих глазищах Рауфа. Ну, стоит предполагать, что другие смотрели на него взглядом ничуть не более добрым, но сам Дайнин на сий момент смотрел только на братца, который первый пустился возмущаться против высказываний желтоглазого. Горели они как-то по-особенному... С особенной ненавистью. Само собой, Дайнин не мог прочесть мыслей Ральфа, поэтому не до конца доверял его убеждениям. От этого даже хмыкнул не без ехидной нотки ему в ответ. Дайнину отчётливо казалось, что в Ральфе говорят слова сестёр. Девки окончательно задавили его своим нерушимым семейным авторитетом, напрочь лишив собственного мнения. Вроде как кастрировали его мозг, чтобы он не заботился о поисках удовлетворений желаемого лично им, а не указанного кем-то со стороны. Хотя... Девки в семье боевые, того и гляди - взаправду кастрируют. В какой-то степени история Ральфа и его свободы напоминает историю Муму и Герасима: не предполагая, что можно её сохранить, Ральф привязал ко своей свободной жизни камень и кинул в реку. Подумав о том, что он и так оказался в ситуации никуда хуже некуда, Дайнин решил высказать своё и в сторону Ральфа:
- Поразительные слова говоришь... А верил бы ты в них, если бы тебе их не надиктовали?
Падальщик как бы заигрывающе ухмыльнулся брату. Безусловно, он понимал, что бесполезно взывать к его здравому рассудку после целой жизни беспрестанного угнетения самками, но Дайнин был бы не Дайнином, если бы не высказал свои помыслы, подвергнув свою шкуру очередной опасности, не так ли?
В нужное время в почти что диалог братьев влилась Вирент, уповая на свои способности к выживанию и многое другое. Вообще, будь Дайнин сам самкой, то непременно бы воодушевился её речами и восхвалил бы её стремления к лучшей жизни... Но Дайнин ею не являлся, поэтому остался весьма равнодушен к очередной "постановке на место несносного братца". Пора было бы и им уже понять, что не пройдёт много времени, покуда Дайнин вновь не слепечет какую-нибудь бурду.
Под конец своих реплик самка двинулась на него, однозначно решая проучить. Однако он не смел надеяться на отсутствие наказания как такового, иначе бы его семья стала бы неузнаваемой в его глазах. Да и ни разу не пытался его избежать. Пожалуй, понимание того, что он в любом случае останется жив, придавало Дайнину немалую часть его наглости.Поскольку их "кланосемейству" нужны были все её члены до единого, а Дайнин, хоть и будучи олухом с их точки зрения, ещё и неплохой боевой кадр. Даждавшись момента атаки своей сестры, падальщик двинул в сторону головой, благодоря чему клыки Вирент лишь своим краем задели его ухо, не причинив дискомфорта как такового.
Зверь отстранился на несколько шагов, чтобы тут же не получить оплеуху или что-то вроде от сестрицы, чей промах вне всяких сомнений должен был затронуть её самолюбие. Смотрел он на неё достаточно спокойно, лишний раз даже взглядом не бросая вызов.
- Твоя богиня вслелила в тебя слишком много самонадеянности. Презираешь яйценосителей? Однако кем вы с Небулой будете без нас на заднем фоне? - гиена в очередной раз сделала специальный акцент на этом странном слове "богиня", после чего с тем же тоном продолжила, - Две фанатички, которые были настолько уверены в себе, что оказались без своей армии? Пошли прочь кобелей, упейся своим превосходством и окажись на дне с клитором Шензи в заднем проходе.
На сим Дайнин счёл достаточным свой вклад во всеобщее собрание. Разозлив всех своими выходками и подпортив настроение всем фанатиком, кричащим имя Ро'Каш на все стороны, что приносило ему некоторое удовлетворение.
- Полагаю, моё мнение насчёт этого вопроса вы поняли.
Таким образом подытожив, житель Саванны развернулся ко всем присутствующим задом и направился в сторону мрачноватой тени, сопровождаемый звуками содрогнувшегося неба, чего, кстати, вовсе и не замечал раньше, будучи слишком увлечённым пропагандой своего мнения. Менявшаяся на данный момент погода несколько приободрила его: если хлынет дождь, то не исключено скорое прекращение всем осточертевшей засухи. А тень в такую погоду казалась даже особенно приятной. Хотя... Разве может тень быть неприятной? Дайнин бросил несколько недоверчивый взгляд на небо, насупив брови, выказывая полное нежелание полагаться на его манящее грохотание: Дайнин не любил уловок, а вполне возможно, что именно это сейчас и разыгрывала природа. Двигался падальщик достаточно медленно, пожалуй, только чтобы расслышать первые фразы, которые будут сказаны после его ухода. Само собой, ухода не от своей жизни, а всего лишь от собрания. Ибо жизнь гиену была точно так же дорога, как и кусок наполовину гнилого мяса на аппетитной косточке, с хрящиками и прожилочками.
→ локацию укажу позже

+1

189

- Рауф - смотри, чтобы он не удрал. - вот что било Рауфа в голове. Приказ Богини. Он зорко следил за Дайнином, при этом держался на расстоянии, чтобы при случае повалить его или укусить. Когда же свой выпад сделала Вирент, Рауф проводил ее взглядом, полным недоумения - зачем самке лезть в драку с братом, если она может просто наслать на него гнев небес? Он все же привстал и оскалился, а-ля поддержка за заднем фоне. И все бы ничего, но слова Дайнина сбили рыжего с толку.
- Тебя в детстве мало били, - прорычал Рауф, - В отличии от тебя я - не из этих земель. Я достаточно натерпелся от самок этих мест, чтобы понять, что над ними есть своя богиня, помогающая им.   Своими словами ты лишь сделаешь хуже себе, идиот.
Суровая правда? На тебе в морду правду! Из-за слов серого самца Рауф невольно вспомнил все свое детство. Да, именно тогда он перестал ладить с самками. Доказательством тому было его откушенное ухо. Есть самки - суки в душе и по происхождению, а есть нормальные, вроде Небулы и Небулы. Ярость Вирент была понятна пятнистому, но он еще не слишком хорошо знал эту самку, чтобы доверять ей. А вот Небула...Её приказ!
Оскалившись еще больше, Рауф медленно последовал за Дайнином, надеясь в удобной ситуации надрать ему хвост и шею. Он коротко обернулся поглядеть на самок  - вдруг они тоже решат присоединиться к импровизированной погоне? Боковым зрением Рауф заметил, что дети лежали возле Закнафейна, значит, за их безопасность можно было не волноваться. Кстати о нем...Этот самец был молчалив, но выглядел крайне серьезно. С ним можно было поговорить о жизни. И о Небуле

--→ За Дайнином

+2

190

What's your weapon of choice
There is no weapon to free us all (с)

Зак чуть посторонился, давая проход Небуле. Серая крупная самка могла одним взглядом уничтожить любого, кто сделает что-то не по ее мнению. Небула была очень властной, и она умела добиваться своего, из нее вышел бы неплохой лидер. Но, как и для любого лидера для самки находились препятствия. В данном случае в виде брата Небулы Дайнина. Закнафейн бы никогда не стал вмешиваться в эти дрязги, просто потому, что он был выше подобных разборок. И если старшая самка считала, что так нужно, ему ничего не оставалось, кроме как смириться. Он метнул взгляд в сторону Небулы, выражая своей дочери неодобрение, но не проронил, ни слова, словно печать была на его устах. Небула же явно решила показать нерадивому братцу, кто тут главный, и кто теперь, после смерти Мэлис, устанавливает порядки в их семье. Напустив на себя угрожающий вид, самка заговорила, сделав своим орудием мести оскорбленную Вирент. Закнафейн отрицательно мотнул головой в знак неодобрения. Мэлис бы поступила иначе. Она не позволяла такого отношения к себе, учитывая, что даже своего супруга, она держала на коротком поводке. Но Зак славился тем, что находил методы убеждения даже в спорах с Мэлис, но, тем не менее, над расправой над собственным сыном он не имел никакой власти. Черный крокут поджал губы и взмахнул белой гривой. Сейчас лезть под руку и заступаться за сына, было опасно. Тем более он знал, что на деле Небула более мягкая, чем Мэлис и никогда бы не позволила члену собственной семьи умереть. На упоминание о погибшей Мэлис, Закнафейн поднял одно ухо в знак того, что он крайне внимательно слушает.
-Дайнин слишком много себе позволяет. – Ни на миллиметр не повышая тона, ответил Закнафейн на примечание Небулы, которая лежала рядом с ним. – Тебе не хватает ее дерзости и стальной хватки. Если бы Мэлис была жива, этой ситуации вообще бы не было. – Это было удивительно, но покойная всех держала стальной хваткой, распространяя вокруг себя атмосферу ужаса и благоговения. Ей не смели, не подчиняться, потому что одно движение головы или одно слово против, и вы рисковали столкнуться либо с самой Мэлис, либо с безжалостным Закнафейном, который тоже поддерживал эту атмосферу подчинения и страха. Небуле бы тоже подошел, несомненно, такой самец, да и Вирент, вот только на горизонте не наблюдались подходящие кандидаты.
Он чуть прищурено посмотрел на светлую голову Вирент, слушая ее слова. Они звучали дерзко, Вирент стремилась показать младшему братику свое место в их клане. Слишком много слов. В таких моментах не действуют речи, а только цепкие клыки и когти. И Вирент это хорошо знала, решив напоследок тяпнуть братца за ухо. Но драка двух взрослых крокутов напугала малышей, и Робин подошел к нему и неожиданно зарылся в его шерсть. Дети в нем видели защитника, от страшной тети и конечно они надеялись избежать подобной участи. Робин назвал его дедушкой, и холодное сердце матерого крокута дрогнуло. Малыш нуждался в защите, однако детям стоило показать, насколько жестоким может быть мир, в котором они оказалась. Небула воспитала их слишком мягко.
-Если он сейчас сбежит, это будет означать смерть. Он не сможет выжить и скрываться достаточное время. Тем более так он покажет свою нелепую трусость. – Закнафейн скривился, с презрением глядя на сына. Видя постоянную жестокость в клане гиен, крокут не привык строить иллюзий и возводить подобные воздушные замки. Тем более такое поведение было неприемлемо для защитника рода и семьи. Они должны уважать самок, и проявлять смирение и твердость характера и именно это характеризует настоящего самца.
Но Дайнин оказывается удачливой сукой, и вовремя уклоняется от удара, поспешно отскочив от сестры. Он все-таки боялся за свою шкуру презренный падальщик. Дайнин не стал оставлять реплики сестры без ответа, и тогда черный крокут поднялся на лапы и взмахнул своей длинной белой гривой.
-Дайнин, - Предупреждающий рык сорвался с губ Закнафейна. Это означало, что еще одно слово, и он уже перегрызет ему глотку самолично, прибавив к своим убийствам еще одно. – Ты обязан уважать свою семью и сестер. Такое поведение недостойно члена нашей семьи. Разве я так тебя воспитывал. – Голос Закнафейна повысился и теперь в нем проснулся наставник. Наставник, который был готов приструнить нерадивого ученика и наградить его парой шрамов.
Дайнин успешно скрылся, провожаемый речью Закнафейна, которая была полна холодного презрения, как и подобает наставнику, недовольному своим учеником.
-Мерзкий трус. Только трус сбегает с поля боя. Настоящий  самец принимает кару, и не дергается при этом как блоха в шерсти льва. – И уже тише, но так, чтобы слышали все, добавил. – Можешь не возвращаться, семья тебя не примет назад.
Рауф тут же дернулся за ним, и Зак одобрительно улыбнулся. Верный вассал во всем подчиненный своей королеве? Забавно. Подкаблучник и тряпка, - подумалось Закнафейну, и он улегся обратно. Следовать за сыном он не собирался. Если Вирент так хочется отомстить за свою богиню, пускай. Рауф исполнит свое предназначение рыцаря и благородно подержит Дайнина в своей пасти. Собрание они могут продолжить и без этих двоих. Крокут прищурился и кивнул Небуле.
-Ты можешь продолжить, дочь моя.

+4

191

Самка сухо поджала губы, покосившись в сторону отца. Признаться, его замечание касательно "хромающей дисциплины", несколько задело ее самолюбие, но Небула лишь изобразила на грязной, взлохмаченной физиономии чистейшей воды скепсис, наморщив нос и отвернувшись от почтенного родителя, - При Мэлис, его бы уже не было в живых, - мрачно заметила она, прижав уши к черепу, с напряжением наблюдая за пятнистым силуэтом младшей сестры, пестро-песочным пятном маячившей на фоне занавешенного тяжелыми тучами серого неба. Массивная "туша" Вирент загораживала собой Дайнина от взора старшей крокуты, но Небуле впрочем, было совсем не интересно, как скалиться, шипит и вхарактерно выделывается ее братец перед опасно нависающей над ним гиеной. Темная нервозно оскалилась, прищелкнув зубами и взъерошив лохматый загривок - Мэлис... Слишком часто ее сравнивали с матерью, но Мэлис не была тем, кого можно было бы ставить в пример. Жестокая, алчная, властная - беспощадная тварь. Да, Закнафейн прав, при матери Дайнин бы и слова молвить не смог... Чудо, что он вообще избежал смерти при жизни мамочки, таких деток мамуля сжирала на месте. - Скорее мне не хватает ее пущей злобы отец, - Угрюмо прорычала самка, косясь на черного крокута желтыми угольками раскосых, злобно прищуренных глаз, - Возможно поэтому я сейчас могу остаться в тени Шензи и дожидаться удобного момента, чтобы низвергнуть ее со своего местечка, поэтому я все еще жива, что не убиваю идиотов. - Уже тише закончила Небу, привстав со своего лежбища, и сгорбившись, села, вперив взгляд на звереющую Вирент и ехидно лыбящегося Дайнина. С тяжелого, массивного подбородка тревожно вытянувшей шею гиены, ручейком стекала вода, исчезая в пышном меховом воротнике, обрамляющем набухшим под дождем хомутом широкую грудь. Страх - не всегда дарует уважение, и стоит ли спрашивать Дайнина, уважал ли он покойницу, которую просто напросто боялся? Ответ будет наверняка однозначным - нет. Она молча выслушивала гневную триаду светлой, обращенную к неразумному "родственничку", поджав губы, сутулясь, морща и без ого изуродованный чужими клыками нос. Что же, справедливо, хотя и оскорбительно по отношению ко всем присутствующим на сим "собрании" представителям мужского пола, причем они составляли большую часть группы. Беглый взгляд на сгрудившихся у лап деда щенков и глухой, мычащий звук - надо подумать о втором помете, ей пожалуй, было бы неплохо иметь дочерей, как и Шани. Вернется ли эта мохнатая зараза со своей тусовки посвященной "богам смерти", тот еще вопрос... а темная не собиралась так "долго" ждать достойных приемников.
С легкой досадой проследив за промахом сестры, Небула медленно оторвала пятую точку от влажной земли, ожидая развязки - наверняка Вирент так просто не отпустит противника, желая продолжить поучающую трепку дальше, и как следует надрать пушистую задницу непокорному юнцу, но видимо Дайнин считал абсолютно иначе. Перистая  черная челка прочно прилипла к впалой, потрепанной щеке темношкурой самки, застилая добрую половину и без того скудного обзора, но Небула застыла подобно изваянию, крепко встав на четыре лапы, погруженные почти до прибылого пальца в вязкую, мерзко хлюпающую грязь. - Твоя богиня вселила в тебя слишком много самонадеянности. Презираешь яйценосителей? Однако кем вы с Небулой будете без нас на заднем фоне? - Узкий разрез глаз становиться почти незаметным на перепачканной косматой морде, превратившись в едва различимые щели, в глубине которых горели золотые огни презрения и чистейшего отвращения. О, как тонко... братец думает, что без его помощи, без помощи самцов, у таких, как Небула и Вирент, ничего не выйдет? Долгое время Небула одна, по крупицам собирала доверие тех, кого считает ныне своими соперниками. Мальчишка путает армию, и поддержку семьи. Жаль, что он этого не понимает, но это уже его проблемы... На дерзкие ответные речи разошелся уже Закнафейн, тогда как его старшая дочь сохраняла гордое молчание, которое вкупе с ужасающей внешностью, заслоняющей своей мрачной, молчаливой агрессией любую страшную тучу, было опаснее любого несдержанного лая и рычания. Мотнув головой, так, что длинная челка со шлепком переметнулась на другую сторону сморщенной морды, темная снова застыла, бегло взглянув в сторону Рауфа, высказавшего свой гнев посмевшему оскорбить самок сородичу. Эти слова пусты, как и слова отца... Дерзкий мальчишка знает, что Небула слишком чтит свою родню, чтобы опускаться до убийства ради глупой ссоры и оскорблений. Она убивает не из-за этого... Но так, или иначе, пускай это прозвучало нагло и невежественно, темная все это благополучно проглотила, не проронив ни слова, проявив несказанное терпение лишь сейчас - позже она все вернет сполна наглецу. Она лишь насмешливо фыркнула, когда дерзкий самец бочком-бочком но направился в сторону высокой травы, ища себе путь к отступлению, едва при этом не запнувшись за старую корягу, а после, гордо поводя лопатками удалиться прочь.  Щенок... Быстрый кивок одноухому крокуту, и Рауф срывается с места, семенящим шагом скрывшись в жухлой растительности следом за Дайнином - вот кто точно всегда слушает слово Небулы. - " Даже не знаю, хвалить его, или обозвать идиотом", - Хмыкнул гиена, все так же безмолвно разворачиваясь спиной к раскачивающимся травинкам, за которыми скрылись пятнистые самцы. Выслушав ворчливое бормотание отца краем уха, самка разглядывала свинцовые облака над их головами. - Нам следует подыскать себе новое убежище. В расщелину возвращаться не стоит. - Наконец негромко произнесла гиена, склонив нос к земле, с шумом втянув в легкие остатки пыли с бледной растительности. - Дайнин так ничему и не научился. Позже я сама его найду и притащу за шкирку, мы еще не закончили нашу беседу. Мэлис считала - что лучшее наказание, это убийство. А я считаю - убийство, это вынужденная необходимость. Кроме глупых и смешных детских обид, Дайнин не сказал мне ничего, что я могла бы воспринять, как угрозу своей семье. - Она обернулась к Вирент. - Зависть его не самое лучшее качество, не стоит воспринимать его слова на душу, сестра. Наша богиня сама покарает неугодных. Они, как известно, долго не живут. У нас другая задача - освободить клан. Голод. Засуха. Болезни. Недостойный лидер, - Губы самки недовольно искривились, - В первом ряду стоит та, которой все недостойно подражают, так же, как и Дайнин. Вот это ... - она красноречиво пнула задней лапой обглоданные ребра газели, - ... благодаря нашей преславной Шензи. Здесь они вырезали целое стадо напрасно. Нас считают уродами. Львы убивают нас. Или пользуются нами, как рабами. Потому что гиены - это отбросы. И судя по тому, что я успела увидеть - не зря. - Ее взгляд снова устремляется в сторону, куда скрылись "верный" и "неверный", - Я собираюсь выждать удачный момент, когда Шензи и ее союзники, в том числе и львы, не будут готовы к бою. Шензи не сможет отказать мне, если я брошу вызов. Но сначала... - она вздохнула, прикрыв веки. - ... следует найти достойное укрытие.

+2

192

Чего и следовало ожидать от заносчивого пустозвона Дайнина – он отдернулся, вот только кусочек его уха все равно остался в зубах Вирент, и побежавшая тонкая струйка крови тому подтверждение. Трус. Вирент угрюмо глянула на брата, сплевывая тот мелкий огрызок плоти на землю, переставляя лапы. Светлый крокут времени не терял, сразу поднявшись на все четыре он отошел от самки на несколько шагов в сторону, глядя на нее в этот раз не высокомерно-заносчиво, а вполне прилично и спокойно. Мудро, ну да крохотный проблеск здравомыслия не в силах хоть как-то перекрыть то впечатление дурости, сложить которое о себе Дайнин успел у всех присутствующих в полной мере. Вирент, которой, конечно же, было не слишком-то приятно отпустить брата практически просто так, тем не менее, вела себя сдержанно. Она была горячей, вспыльчивой и скорой на расправу, это правда. Но еще Вирент была доброй. Доброй настолько, насколько это может быть присуще такому хитрому и успешности виду хищников, в крови самок которых куда больше тестостерона, нежели у самцов. Вирент сделала свой выпад и теперь, когда Дайнин смог уклониться, клокочущая внутри нее ненависть к нему несколько поутихла, главным образом из-за самого рывка. И сейчас она прислушивалась не к его ответным обидным речам, вскрывающим в очередной раз его недалекий ум, а к малейшему движению воздуха, эфиру, прислушивалась к Богине, силясь понять ее волю. Ро`Каш молчала, не давая знать своей подопечной ни своего благоволения к дерзкому самцу, ни возмущения его словам. Ро`Каш была совершенно безразлична к Дайнину, и Вирент не могла решить точно, хорошо ли это для него или же нет. Она облизнула морду и дернула хвостом,  шевельнув ухом в сторону, когда в разговор с дерзящим вступил ее отец. Закнафейн был выдающимся самцом, и насчет него Вирент в отношении Богини не сомневалась. И хотя некоторые реплики отца она считала выходящими за рамки, в целом она была склонна доверять его суждению и авторитету среди самцов. Дайнин поспешил удалиться и поначалу этот его поступок вызвал у Вирент ярое возмущение и желание догнать его, надавать по шее более основательно, но уже чуть погодя она подавила свою горячность и напомнила себе о том, что негоже заниматься мужским делом. А гнать провинившегося, прогневавшего самок, учить его правилам поведения всегда было делом других самцов, которым очень может аукнется чужая дерзость. Возможно, отпускать Рауфа одного не самое умное, но сейчас Вирент без интереса проследила за тем, как самцы уходят от них все дальше и дальше. Ее усталость вернулась, а вместо ярости и гнева осталось лишь старое презрение к брату. Пусть бежит, жалкий мешок костей. Если хватит чести и сил, он сойдется в бою с тем, другим, кто его преследует, выполняя волю Небулы. Вирент снова стал безразличен этот неугодный, неинтересный Богине младший брат. Ему больше нечем ее провоцировать.

Она развернулась, оставляя уходящих за своей спиной и посмотрела по очереди на отца и Небулу. На отца с укором и легким пренебрежением – смотри, как ты воспитал и кого. А еще попрекать Вирент вздумал.
- Что ж, выходит, не таким уж ты великолепным воспитателем был, а? – она перевела взгляд на Небулу, угрюмо на нее смотрящую из под лохматой челки. Если слова Дайнина и задели ее темную сестру, то Вирент этого не заметила. Впрочем, о самих словах она могла лишь строить смутные домыслы. Сестра призывала ее к терпению и Вирент повела светлым плечом, отвечая своим хрипловатым, томным, низким голосом:
- Богине он безразличен, как любая бестолковая тварь. Я сожалею, что не выполнила твое желание, - кривоватая улыбка на ее светлых губах не слишком подтверждала эти слова. Признаться, Вирент не так, чтобы хотела выслужиться перед сестрой, но выполнить ту просьбу действительно выглядело привлекательным. Но лишь в тот момент. Сейчас гонятся за дурнем по начинающей размокать почве ей не хотелось совершенно, как и тратить энергию на драку с ним. Под начавшимся дождем ее шкура начинала постепенно тяжелеть, промокать, и гиене куда больше хотелось просто хорошенько подкрепиться и устроиться, наконец, на отдых. Длительный и спокойный. Но не то место, не то время. Глянув на детенышей Небулы, Вирент лишь моргнула, спокойно глядя в их детские мордашки. Испуганы? Что ж, они всего лишь самцы. Ей не казалось, что она сказала что-то невероятное, что-то переворачивающие их гендерные положения в клане гиен, а потому без всяких стеснений могла бы и повторить свои догмы. Не нужно бояться, нужно лишь слушать взрослых и расти достойными своего места, и тогда это место не будет таким презренным и жалким, как место Дайнина или рядового пришлого самца. Если самец хорош, если отвечает всем правилам хорошего тона и не обделен физически благословением Богини, ему будет вполне себе неплохо. В конце концов, были проблемы и посерьезнее, те самые, о которых говорила Небула. Вирент согласно прищурилась, рублено кивнул головой, не испытывая желания поддержать разговор, фактам этим она все еще должна верить на слово по большей части. Дождь уничтожал запахи и мечта о сытном обеде грозила вот-вот лопнуть. Родной край казался еще более недружелюбным и без дополнительных россказней сестры и ее мрачных планов. Все пути ведут к Шензи, это Вирент усвоила и поддерживала. И начать путь, бесспорно, следовало именно с того, чтобы убраться с места паломничества всех живых тварей в пределах нескольких километров. 
− Укрытие и добыча, - она посмотрела на отца, к которому жались маленькие принцы. – Есть что-то на примете?

+2

193

- Пока нет, - мрачно пробасила темная, прищурив желтые угли глаз и  медленно подняв  морду вверх,  ловя пастью свинцовые капли. Отяжелевшая от влаги челка прилипла к переносице, грива вдоль позвоночника растрепалась и стала похожа на сваленную мокрую мочалку, огрызок хвоста так и вовсе напоминал кучку мусора - удивительно как под толщей меха не завелись еще паразиты от этой противной сырости и вместе с тем давно засохшей крови вокруг покрытых багровыми рубцами ран, венчающих широкую шею крокуты. Словом - им непременно нужно укрытие. Опустив взгляд с затянутых туманной пеленой туч небес на сестру, самка молча отметила про себя, что хоть и выглядела та много лучше самой Небулы, но была сломлена долгой дорогой вначале до родного гнезда, а после путешествием сюда и короткой стычкой с младшеньким - темные веки песочной тяжелели. Того и гляди уснет здесь посреди затопленной поляны, все больше и больше напоминающей грязное болото. Подняв утопающую в этой жиже правую переднюю лапу, темная презрительно скривила губы, по-кошачьи отряхнув ее от комьев грязи. Небула глубоко вдохнула колючий, холодный воздух, - От кладбища слонов далеко заходить не будем. Конечно клану плевать на нас хотелось, но если мы уйдем вглубь территории львиного прайда - они это заметят. К тому же стоит поддерживать... старые связи. - Кривая ухмылка мелькнула на сумрачной, перепачканной физиономии. По замыслу она должна всегда быть рядом с вожаком, всегда прогибаться под брюхом Шензи и вертеть хвостом, словно малый щенок с притворным восторгом жадно схватывая каждое оброненное ею глупое словцо. Но с другой стороны частое мелькание в поле зрения лидера, учитывая, что матриарх уже несколько раз получила нагоняй в присутствии Небулы, может быть темной не на руку. Шензи тупа. Шензи наивна... Но если прокол будет заметен, если неосторожное действие Небу в отношении клана будет шито белыми нитками, так сложно предугадать и проставить свой план, ее растерзает клан, на двести маленьких крокут, и сожрут ее кишки, а голову в надзирание бунтарям уложат на самом видном месте. Небула не боялась смерти. Она просто хотела дойти до самого конца и не привыкла идти на попятную. Поэтому - шарики в голове крутились, а тощие лапы колесили по саванне не зная покоя. Она хотела перемен... Она хотела другой жизни. Нужно было учесть все, до мельчайших подробностей, все детали, все неожиданные повороты просчитать тщательно и быть готовой ко всему. Но сначала охота и сон. Прежде всего ее семейству. Нос дернулся, ноздри вздрогнули вбирая в себя все запахи... Свежий и холодный сырой воздух хранил в себе оттенок мокрой шкуры травоядного, пробежавшего неподалеку, смешиваясь с ароматом свежей крови, который ударял в нос гораздо резче - дождь еще не смыл рубиновые капли осевшие на траву, оставшиеся после воспитательных мер Вирент. Этот же запах исходил от шерсти сестры - ее нижняя губа и пышный воротник все еще были в крови, и пускай ее было мало, но для сосредоточенной на запахах, подобно ищейке Небуле, достаточно, чтобы перебить собой большинство нитей связывающих охотника с потенциальной добычей. Кроме того все окончательно перебило амбрэ из мокрых перьев - Мдомо с шумом хлопнулся откуда-то сверху на загривок своей подруги, весьма недовольно щелкнув клювом и встопорщив свою пернатую одежу на манер зонтика.
- В такую погоду только по открытой местности и летать, - Ворчливо проскрипел попугай, проведя кончиком изогнутого когтя по слипшимся перьям. - Я припоздал, что произошло? - Черные горошины уставились на Вирент, отметив ее устрашающе алое пятно на груди, - Здесь кого-то убили?
- Может быть... - Глухо фыркнула темная, неспешно двинувшись с места и остановилась рядом с Закнафейном, поддев сыновей лапой и без разговоров вытолкав мелких из дедовых объятий, - Встали, оба. - Грозным и в то же время скучающим тоном подпихнула их головой мать, выведя щенков на середину поляны. - Зак, Вирент, берите детенышей и двигайтесь в сторону дома, попугай поможет вам отыскать достойное нас новое убежище по дороге. Будешь ныть, что перья отяжелели - я тебе отгрызу крылья, останешься по земле прыгать, - Это было уже обращено к было собравшемуся возмутиться Мдомо, мол, только сел и на тебе - уже улетать! Захлопнув клюв, серый молчаливо в два взмаха перелетел на спину Вирент, нахохлившись на крупе песочной. - Гиены. - Глухо буркнула птица, обиженно отвернув маленькую головку в сторону.
- Если ничего не поймаю - разрешаю его съесть. -  Темная развернулась к семейству спиной, широким шагом направившись в сторону зарослей куда нырнул Дайнин и следом за ним, Рауф. - Я на охоту. Заодно разберусь с этими двумя. - Она утомленно выдохнула сквозь плотно стиснутые зубы, - Заодно верну рыжего домой. - Ворчливо буркнула желтоглазая, склонив голову к земле и трусцой направилась вперед, тараня лбом сухой кустарник, теперь украшенный гирляндами прозрачных горошин, тонким слоем оседающих на ее темной пятнистой шкуре...

-----) за Рауфом

0

194

-Начало игры-
Призрак тихо передвигался вдоль водопоя, изредка подозрительно оглядываясь. Он слышал, что с недавних пор тут не слишком жалуют чужаков, коим Повелитель и являлся. Да и охота тут была запрещена, поэтому одиночке тут в принципе делать было нечего. Тем не менее Призрак был здесь, и сейчас он подошел с водопою, с явным намерением немного попить. Громко грохотнуть гром, заставляя льва подпрыгнуть на месте - по своим, никому не известным причинам, тускло-рыжий лев боялся грозы. Вдоволь напившись, Повелитель вновь огляделся - внезапное нападение из-за спины ему были ненужны. Призрак вспомнил, что недавно услышал в разговоре двух достаточно молодых львов - в пустыне есть прекрасное местечко, Оазис, путь до которого очень труден, однако там прекрасный климат и много добычи. Лев усмехнулся. Вот туда он и собирался отправиться. Конечно, молодому льву, полному жажде приключений, не было нужным там задерживаться, но увидеть место, где можно будет дожить старость, если конечно не удасться примкнуть к карму-нибудь прайду, Призрак хотел. Но для этого нужно было основательно подготовиться - напиться и наесться, что бы не умереть от голода и жажды где-нибудь в пути. Призрак зевнул. Первую часть своего плана лев выполнил, теперь стоило перейти ко второй - поймать добычу и наесться. А потому лев поплелся прочь от водопоя - всё равно у него тут не было прав охотиться.
-Бескрайние луга_

0

195

Темный послушно поднял покрытый бурыми разводами хвост, аккуратно ставя увязающие в грязи лапы и отклеивая от природной соломенной подстилки живот. Он никогда не имел никаких претензий к матери, и никогда не ставил под сомнение ее авторитет. И на грубые пинки вел себя, как и подобает юному крокуту - без лишних вопросов. Живо отряхнувшись, растрепав свою жесткую "гриву", подросток облизнул клыки и немо уставился на Небулу двумя янтарными угольками утопающих в тени темной шерсти раскосых глаз. Охота... Охота это хорошо - за время всех внутрисемейных разборок юнец изрядно проголодался, и теперь нет-нет, а в животе чувствоголода устраивало настоящий бунт.
Когда уже и он начнет охотиться?
Мать давно обещает взять с собой подросших щенков поучиться, но до этого, банально, что говорится, не доходили лапы. Взгляд подростка метнулся в сторону покачивающихся зарослей, куда нырнули его дядюшка, да Рауф. Еще раз облизнув темную мочку носа, Робин задумчиво склонил голову вниз, замерев темной горбатой фигурой рядом с Вирент. Такая воля Дайнина казалась Робину странной. Конечно, безусловно гордость надо иметь, и отчасти, где-то в глубине, мелкого несколько восхитила подобная дерзость родственника, но по мнению желтоглазого, направлена эта дерзость совсем не в то русло. - "Мать же хочет помочь."- Так рассуждал подросток, терпеливо поглядывая на старших, и дожидаясь, когда они уже куда-нибудь пойдут. - " Еды нет." - Даже он понимал это. Ни еды, ни свободы, а львы жрут гиен так же, как гиены жрут львов. Не пора ли что-то менять? Пока еще подросток, смешной, длиннолапый, нескладный, с кривым горбом увенчанным ирокезом серебристой жесткой шерсти, он не до конца смог вникнуть в общую ситуацию клана, но рос он тем, у кого уши всегда повернуты вперед, внимательны, чутки - Робин прекрасно умел анализировать услышанное, делать из этого выводы. А глаза видели голод и разруху, с которой боролась его маленькая семья. - " Теперь небесная вода зальет пастбища," - Кончики ушей вздрогнули, роняя на землю тяжелые капли - пышная одежа мальца насквозь промокла, и Робина уже конкретно раздражала эта сырость в шерсти, хомут воротника с силой давил на грудь. Мотнув мордой и сим жестом перебросив промокшую челку на другую сторону, темный сузив глаза попытался разглядеть сквозь плотные тучи хоть лучик солнца. Темно... И просто очень противно сыро. - Надеюсь мама что-нибудь поймает,- Тихо бормотнул он, покосившись на поднявшегося следом брата,- Вирент,- Негромко обратился он к тетке, с любопытством взглянув в прозрачные, холодные голубые глаза песочной, - А сколько будет идти дождь?

0

196

Закнафейн неопределённо передернул лопаткой и молча проследил взглядом за тем, как уходит Небула и Рауф, раздав указания. Вирент же ждала ответа отца, хотя бы какого. Но Зак угрюмо молчал, глядя вслед удаляющимся фигурам родных. По всей видимости, он решил отстраниться от всего и снова превратился в тень, какой бывал, когда рядом с ним была Мэлис. Та умела выбивать из него нужное, предпочитая в остальное время просто держать его рядом с собой. Встряхнув гривой, начавшей бессовестно завиваться от влаги, Вирент призвала себя к терпению и тактичности, которые, признаться, начинали заканчиваться. Отвернувшись в противоположную сторону от ушедших, она хрипло скомандовала оставшимся выдвигаться, но сама зашагала последней, пропустив вперед себя Закнафейна, как первопроходца. Далее пошли щенки, подрагивающие и взволнованные, оскальзывающиеся на своих длинных тонких палочках-лапках. Блестящие, в каплях дождя, щурящиеся от ветра, с подрагивающими от грома ушами. Вирент замыкала шествие, прикрывая тыл и следя за тем, что творится впереди. Держа под своим контролем эту  небольшую группу, она спокойно оглядывала окрестности, и сразу же заметила появление льва, молодого и совершенно не заинтересованного в них. Проследив за ним полными холодной ненависти глазами, Вирент едва не пропустила вопрос Робина мимо ушей. С неохотой отведя взгляд от удаляющегося льва, гиена после некоторой паузой все же ответила, размеренно проговаривая слова в такт своим шагам:

− Столько, сколько потребуется, маленький принц, чтобы сполна выплатить долг. А этой земле, судя по тому, что я вижу, сильно задолжали… Богиня с нами, малыш, и это – ее благодать, которая может обернуться  великим наказанием,  – длинная грива Вирент и кончик ее хвоста окончательно завились, приобретя  красивые формы крупных, не сильно изгибающихся локонов. Вирент мотнула головой, откидывая потяжелевшую челку с половины морды, так, чтобы ей было лучше видно. Попугай Небулы летел впереди, и она временами посматривала на него, не желая сбиться с пути, если вдруг Закнафейн потеряет ориентир или ушел глубоко в себя, обдумывая свое крушение как воспитателя. Они возвращались на Кладбище и попугай вел их так, чтобы минимизировать вероятность встречи группы с гиенами клана. Вирент не считала клан своим врагом, ей еще потребуется лично убедиться в их делах, но она верила Небуле и не желала вступать в контакт с теми, кто, быть может, ее вовсе и не помнит. Робин снова оглянулся на нее, золотистые глаза сверкали любопытством и гиена даже как-то смягчилась, хотя и не была настроена к племянникам как-то особо строго или сурово.

− Нам всем следует надеяться, что до этого не дойдет, - успокаивающе произнесла она, более внимательно приглядываясь к детям своей сестры. − Кто ваш отец? – ее хриплый голос звучит довольно заинтересованно, ей и в самом деле стало немного любопытно, ведь она-то знала своего отца и была уверена в том, что он и в самом деле достойный самец. Была ли у них такая же уверенность? Конечно, уже то, что Небула была их матерью, ставило детей на почти такое же место в иерархии, какой занимает она сама, но то, что они самцы, несколько портило все. И все же, чьи они? На Рауфа они не были похожи. Кто-то из клана? Жаль, что всего лишь самцы. Небуле была нужна наследница, как и любой хорошей самке.

− Знаете ли вы о Великой Матери? Говорила ли о ней ваша мать, говорил ли Закнафейн? – лапы Вирент зашагали по серой сухой почве Кладбища. Они спускались в расщелину и кости, по мере их углубления на территорию, попадались на глаза все чаще и во все большем количестве.  Образовывались лужи, воздух наполнялся влагой и чистотой. И ни одной души вокруг, не считая их собственных. Дождь, шедший сплошной стеной, остудил пыл, казалось, совершенно всех соседей. Если какая тварь и заметила группу гиен, то совершенно не заинтересовалась этими неприятными хищниками. И правильно, ведь гиены голодны и вполне могут при удобном случае взять функцию охотника на себя, не надеясь на Небулу. В конце концов, мяса много не бывает, верно? За разговорами было удобно отвлекаться от голода и мыслей о полнейшем запустении, в  котором она нашла свои родные земли. То, что она видела, заставляло ее чувствовать странный душевный трепет. Страх ли, боль ли, предчувствие ли? Гиена знала, что просто так засуха не начинается. Кто-то прогневил богов.  Львы и сами гиены, своими действиями? Вирент не знала всего, но была твердо намерена вернуть благодать на эти голые, мертвые земли. Ведь если Богиня послала ее сюда, значит, так и должно быть. Это ее миссия.

Попугай что-то крикнул и неуклюже приземлился на спину Закнафейна. Вирент нахмурилась и потрусила вперед, догоняя отца:
− В чем дело? – пристально уставившись в пуговчатые глаза промокшей птицы, она остановила всю процессию, желая знать причину того, что их проводник покинул небо. Дождь не оправдание. Попугай взмахнул крылом, молча показывая на лежащий в отдалении скелет слона  – здоровенные бежевые бивни смотрели вверх, на них развевались длинные пряди лишайника. В отдалении слышалось регулярное шипение гейзеров, но сквозь серый дождь их зеленый свет не пробивался. Все верно, они уже возле этих скал. Вирент молча перевела взгляд обратно на птицу  и повернула к черепу. Она вспомнила это место, на удачу  и сохраненное здоровье попугая. Когда она только лишь искала единения с Ро`Каш, случай загнал ее под этот скелет, и тогда еще лежащий там в той же позе. И там она нашла удивительное место. Но вскоре Вирент покинула клан и мысли ее покинули родные края – вся она стремилась к Богине. И вот, лишь увидев этот скелет, вспомнила. Что ж, провидение сейчас привело их сюда. Ну и птица немного помогла.

- Забирайтесь и устраивайтесь, - уже стоя у черепах, скомандовала она щенкам и отцу. Пока щенки пролезали через паутину, периодически гремя более мелкими скелетами и костями в поисках хода, Вирент снова встряхнулась, стряхивая с шерсти воду.
− Ты останешься снаружи. Я хочу, чтобы Небула смогла найти нас. Закнафейн, иди внутрь, - пропуская и Зака вперед себя, светлая прошла внутрь лабиринта последней.

--→ Лабиринт Мерцающих Огней

+2

197

Раздав указания, Небула удалилась, и Зак поводил ее задумчивым взглядом, не произнося ни слова. Эта самка была умна, теперь он не мог с этим спорить. Умна, сильна, властна, и, что самое главное, она не казалась теперь фанатичной последовательницей Ро'Каш - как и все гиены, она, безусловно, почитала их жестокую богиню, но не до фанатизма, как это делали многие другие. В ней не было слепого стремление убивать все живое на своем пути, всех, кто смеет ей перечить - Небула понимала ценность жизни каждго члена семьи, пусть даже и зарвавшегося самца. Ее правление (в рамках семьи, естественно) устраивало Закнафейна, ведь при Мэлис все было куда круче, куда жестче. Не совсем даже дело было в жесткости, скорее в жестокости, которую мать Небулы проявляла во всем, и жестокость эта чаще всего была неоправданной.
Вирент дала команду выдвигаться, и самец, повинуясь, двинулся впереди их маленького отряда, напряженно вглядываясь в окружающий их мир. Наметанным взглядом он заметил движение - лев, молодой самец, появился в поле зрения, однако так же быстро он и скрылся, даже не обратив внимания на группу гиен. Даже не оборачиваясь, Зак был уверен - Вирент тоже не спускала полных ненависти глаз с незнакомца, и будь у нее возможность - убила бы его. Просто из-за слепой ненависти ко всем львам, из-за презрения ко всем остальным видам, кроме своего - все это было подарком для гиен от их кровожадной Ро'Каш. По крайней мере, именно такой видел Зак богиню своего народа - жестокой, беспощадной, кровожадной. Впрочем, вновь размышлять об этом не было смысла - Зак давно уже подчинился воле своего семейства, спрятав истинную сущность под маской хладнокровного убийцы.
До кладбища они дошли довольно быстро. Здесь было так же, как и всегда - пусто, безжизненно, темно. В каком же отвратительном мире они жили - мрачном, холодном, мертвом. Самец никогда не любил эти места, хоть и вырос здесь - его сердце рвалось к сочным зеленым равнинам, высоким горам и густым лесам. Эти места были полны жизни, света, красоты, они заставляли что-то внутри немолодого гиена трепетать, словно щенка. А здесь что? Побелевшие от времени кости, ни одного пучка травы, лишь пыль, кости и камень.
Попугай его дочери приземлился на спину немолодого воина, и Зак понял, что они пришли. Перед ними был череп слона, устремивший свои светлые бивни к небу - вход в пещеры, судя по всему, при этом достаточно неплохо замаскированный. Воин никогда не бывал здесь, но догадывался, что Вирент это место знакомо - она уверенно направилась к черепу, едва приметив его, да и вход в лабиринт отыскала мгновенно.
- Закнафейн, иди внутрь, - скомандовала дочь и самец кивнул, обогнул щенков и вошел в лабиринт, щурясь, дабы привыкнуть к смене освещения.
-------------- Лабиринт мерцающих огней.

+2

198

Было не страшно, но... любопытно. Дедово тело позволяло лежать на земле и относительно не мокнуть, при этом следить за всем происходящим. Но долго так не могло продолжаться, уж слишком хорошо сидели малыши. А спокойствие закончилось с приходом матушки, которая рывком лапы вытолкнула мальчиков. Рэнеку хватило сил остаться на месте, пригнувшись слегка на лапах. Сильный ветер бил по бокам, развевая аккуратную челку и кусая за все тело. Но это не мешало маленькому принцу внимательно слушать все, что происходило вокруг него. А он легко догадался, что дядюшка будет бит, причем очень больно и, возможно, матушкой, что пугало. К тому же, их выгнали на слякость не просто так - надо было искать другой дом и нужна была пища. Без этого нельзя было прожить, и это было понятно. Отрицать очевидное глупо, почему Рэнек покорно последовал за тетушкой и братцем  с дедушкой.
Вон неугомонный! Робин не мог прожить, чтобы не начать кого-нибудь доставать. Рэнек, конечно, тоже впервые в своей жизни видел дождь, но не спрашивал...Потому что когда-нибудь они либо сами об этом узнали, либо им объяснили. Но желтоглазому старшенькому не сидится.
Рэнек внимательно слушал все, что ему говорила Вирент, и был готов отвечать ей на вопросы:
- Мы не знаем, - начал Рэнек свой ответ на вопрос об отце, - Я немного видел гиен, но никого из них матушка не называла отцом. Она вообще никогда не говорила о нем.
Жили они в неведении счастливо, и сейчас проживут. Тем более, что, вроде бы, так называемый "отец" им не нужен, есть же дед.
- Нет, - был ответ и а второй вопрос. Великая матерь...Так вот как зовут богиню, которую так почитают матушка и тетушка. Отрицательно мотнув головой для убедительности, Рэнек замолчал, следуя в тишине за старшими.
---→ Лабиринт мерцающих огней

+1

199

Щенок молчал, склонив голову к земле, внимательно слушая тетку, чей пышный, кудрявый хвост раскачивался у него прямо перед носом. Пришлось сдать чуть назад, едва не врезавшись крупом в лобастую голову пыхтящего позади братишки. Оглянувшись на Рэнека, Робин слегка раздраженно дернул плечом и отвернулся - прям подумаешь сколько укоряющей важности в красных угольках глаз и пафоса, ну да, ну задал он вопрос, ну и что с того? Ну не такой ведь он презренный червь, чтобы не сметь и рта раскрыть. Но красные глаза братца буравили загривок темного с таким видом, словно Робин нарушил целый свод правил и сразу потерял звание примерного и послушного сына. Впрочем - в этом весь брат. Который и влез в чужой разговор.
  Ро'Каш была знакома щенкам туманно и слегка размыто, что верно, то верно. Небула была слишком занята другими делами, да и к самому культу богини относилась весьма сдержанно, считая, что среди гиен есть, кому почитать Великую, как подобает. Ее воспитание была куда больше физическим, чем духовным, как и воспитание деда, так что, очевидно, просвещать юные умы на тему божественной сущности Праматери, придется Вирент. Робин хотел было аккуратно возразить на чрезмерно твердое отрицание Рэнека, тетка уж совсем их серыми неучами посчитает чего доброго, но только открыв пасть, тут же ее захлопнул и со вздохом отвел взгляд в сторону. Ладно, ладно, пусть так... Во всяком случае, про их папашу Робину уж точно нечего добавить- аналогично младшему брату, темношкурому было совершенно плевать на то, кто был их отцом. В некоторой степени, ему было достаточно тех теплых, родственных чувств к Закнафейну, так же, как и Рэнек. Но на этом сходство в их характерах заканчивалось. Рэнек потеснил желтоглазого, отодвинув того своим костлявым тазом, в два раза уже, чем у Робина - ох уж эта его чопорность. Ну иди... иди...
А вот и кривой горный хребет, низкий и уродливый, служащий природными стенами, крепостью, для вспыхивающего зеленым светом,сейчас его почти не было видно за стеной дождя, родного, душного кладбища. У подножья осыпавшихся скал скрючился древний,побелевший и кажущийся жутковато неустойчивым старый слоновий скелет. Хотя по мере приближения, эта ажурная хрупкость переплетенных между собой звеньев скелета, мигом улетучилась - массивные бивни, тяжелый череп с пустыми глазницами, осколки зубов вывернутой челюсти, глубоко застрявшие в размякшей земле... Робин остановился рядом со светлошкурой, настороженно вытянув шею и прижав уши к голове, заглядывая в узкий проход виднеющийся под навесом из слоновой кости.
- Шевелитесь... Отличная хата. - Гаркнул Мдомо, подпрыгнув на своем насесте и распахнув крылья, - Я вернусь быстренько... Чо уставились? Лезем господа, лезем...

-----------------) Лабиринт Мерцающих огней

+1

200

------------- >>> Водопой

Не следует жаловаться на жизнь, ибо у кого-то она ещё хуже.
«Радуйся, что ты, тьфу-тьфу, чумой не заболел и жив ещё. А кто-то уже разлагается в земле», — от этой мысли Ахари передёрнуло. Разлагающийся труп не вызывал ничего, кроме отвращения. Оказаться таким же?.. Да ни в жизни. Только в старости.
— Может, опять окрестности пойти патрулировать?.. — это уже было то, без чего день не день. Надоело, скучно, «когда всё это кончится?», но всё равно ходил. А что ещё делать в таком гиблом месте? Правильно, делать совершенно нечего. Тешим себя разведкой окрестностей.
Вдруг лев дёрнул ушами — вдали послышался какой-то звук. Не то рёв, не то крик. Неясно.
Ахари осмотрелся.
Рядом никого, кроме него, не было. И, ясное дело, пора спасать положение! Ведь только он сможет стать героем сегодняшней драмы. Тем героем, что спасают прекрасных дам от злодеев. Если, конечно, зовущим на помощь была самка.
— Не уверен, что кто-то зовёт на помощь просто так, да ещё и с такой интонацией — поднял бровь Харик и, прислушавшись, замер.
Крик о помощи повторился. Визг, причем такой, что ощущение, будто еще секунда, и — всё. Больше эта львица голоса не подаст никогда.
«Значит, не послышалось».
И лев понёсся на звук, чтобы посмотреть, что происходит, и, может быть, помочь. Если, конечно, это не дурацкий розыгрыш от каких-нибудь гиен, которые таким образом заманивают львов в ловушку, окружают и убивают, пока никто не видит. Конечно, они были на территории прайда, но... что им мешает совершить такую гадость? Ведь это же гиены, чёрт возьми.

Отредактировано Ахари (29 Окт 2016 16:58:30)

+1

201

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"38","avatar":"/user/avatars/user38.png","name":"Nocturne"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user38.png Nocturne

Всякое бывает в жизни. Один умирает молодым, другой никак птичку счастья за хвост не словит, третий махинациями заполучает трон, четвертый не дружит со своей "кукушечкой". Последний экземпляр местной фауны еще пару дней назад был трезв мозгом и силен телом. Тим, так его звали. Он хотел найти свою единственную, но в итоге нашел лишь безумную львицу, которая оттяпала у него правое ухо почти под корень и оставила пару глубоких следов на левом боку. Он убил её, но к тому моменту и сам подписал себе приговор. Осознание болезни в страшных мучениях нахлынуло на самца довольно скоро и теперь он сам искал того, кто не полюби его, а погибнет от когтей и пенных клыков в грязной пасти.

Её звали Малиба. Львица прайда Скара, молодая охотница, одна из многих. Возвращаясь со своей короткой прогулки среди луж и грязи, она сперва и не заметила чужака, наивно полагая, что гиены никого левого на земли Скара не пустят. О, как она была рада своей реакции в следующий момент.

Едва отпрыгнув, она изогнулась и зарычала на противника, но тот словно и не заметил её попытки запугать свою безумную персону. Лишь рычал, дергался, кусал воздух и почти бешено смотрел своими туманными глазами на львицу. Это не могло не напугать молодую Малибу. Закричав во всё своё горло, она кинулась прочь, стараясь делать как можно более сильные движения лапами, но противник тоже был далеко не стариком.

Он почти зажимал её к большим камням, рявкал и не позволял совершать маневры, брызгал слюной и пеной, вонял грязными ранами на боку. Малиба закричала, стараясь привлечь к себе внимание своих сестер по Прайду, даже была согласна на внимание гиен. Ей хватало новостей о Чуме! Стать ходячей и безумной не хотелось еще сильнее.

0

202

Увиденное поразило Ахари. Как мог лев накинуться на беззащитную львицу? Нет, конечно, у неё были клыки и когти, но разве могла самка противостоять самцу, который раза в два больше? Адекватный, уважающий себя лев не способен на такое в принципе. Значит, это был какой-нибудь гордый ублюдок, решивший убить или… изнасиловать самку. Такое часто бывает, это неудивительно. Или же этот субъект был больным. Шизофреник с приступами эпилепсии. Смешно.
Или нет.
— Эй! Эй, ты, сволочь! — по-другому льву, не обращающему внимания на крики львицы, сказать было нельзя. Кто вообще может позволить себе напасть на львицу? Хм…
— Я тебе говорю, гад! Повернись ко мне хотя бы! Тварь! — не пытаясь жалеть врага, — автоматически перешел черту. Не по-мужски было кидаться на львиц — кричал Ахари. Ему было плевать на испорченные отношения или что-то вроде того. Никто в здравом уме не будет бросаться на сопрайдовцев.
Медлить было нельзя. Нет. Каждая секунда на счету! В любой момент бешеный самец мог разорвать беднягу в клочья. И если Ахари не успеет, будет потом корить себя за это всё жизнь и не спать по ночам. Ведь был рядом, мог помочь! И вместо оказания помощи разглагольствовал, ага.
Зарычав, не желая больше ждать и видеть ужас в глазах самки, молодой самец помчался к неадекватному парню и попробовал накинуться на него со спины, чтобы пустить в ход когти и зубы, вцепиться ему в загривок, дабы отвлечь от себя внимание.

+1

203

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"38","avatar":"/user/avatars/user38.png","name":"Nocturne"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user38.png Nocturne

Тим продолжал своё буйство, когда услышал оскорбление в свою сторону. Он резко повернул голову к внезапному защитнику и грозно зарычал на него всей мощью свой пенной пасти. Другой самец хотел драки? Он её получит, а потом Тим вернется к своей первостепенной и запуганной "задаче", которая жалась к камням и уже молилась духам прошлого. Бешеные глаза не могли не заметить броска в сторону своей туши. Безумец напрягся и готов был принять удар, ведь самосохранение в его сознании давно сдохло.

Ахари атакует Тима

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=3+3

Бросок

Итог

3 + 3 = 6

6

Неудача, персонаж проигрывает/проваливает миссию и подставляется под удар (перехват атаки соперником).

Ахари кинулся и явно просчитался. Даже близко не щелкнули его клыки на загривке Тима и когти не вспороли шкуру. Он упал рядом с ним и практически подставился под атаку бешеного льва.

Но удара не последовало, лишь туша подростка упала рядом с Тимомо и тот, помедлив мгновение, заржал. Как гиена, не иначе. Хохотал долго, а следом облизнулся и уронил вязкую пену на морду Ахари. В бешеном льве просыпалось что-то садистское. Что-то очень плохое, отчего следовало бы бежать без оглядки.

- Я хочу сыграть с тобой в игру, - почти проулюлюкал Тим, наклоняясь к горе-защитнику, - ты же не против, лапозадый?

Грязные, но острые когти самца сверкнули перед глазами Ахари ровно в тот момент, когда Тим пожелал лишить противника зрения и насладиться его агонией.

Тим атакует Ахари

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=4+4

Бросок

Итог

4 + 4 = 8

8

50/50, персонаж отчасти выполняет миссию, правда, не так удачно, как хотелось бы, да еще и с возможными легкими увечьями.

И у безумца почти получилось, но болезнь глубоко проникла в его тело и голову. Глаза он не тронул, но рассек кожу выше, лишь задевая тонкое веко и бровь правого глаза Ахари. Крови, однако, все-равно не избежать защитнику. Левым глазом он видит, а вот правый уже не помощник в этом бою. Кровеносные сосуды повреждены и через порез еще долго будет вытекать кровь прямиком на глазик. Однако, само кровотечение далеко не сильное и лишь затрудняет дальнейшую потасовку самцов. Сам Тим неудачно поставил атакующую лапу на землю и несильно её подвернул.

+1

204

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"38","avatar":"/user/avatars/user38.png","name":"Mephi-san"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user38.png Mephi-san

Что-то странное творится на востоке: небо над видимой частью вулкана Килиманджаро затянуто странными, темно-фиолетовыми облаками, отдаленно напоминающими грозовые тучи. Создается впечатление, будто огромная гора ожила и начала чадить дымом. Слышен едва различимый, мерный гул, а также рокот мелькающих в облаках раскатов голубоватых молний — зрелище, безусловно, очень красивое и завораживающее, моментально привлекающее к себе внимание. Вода в реках, лужах и озерах ведет себя странно: на ее поверхности заметна мелкая, волнующаяся рябь, будто от легкого порыва ветра или слабого трясения почвы.

0

205

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"3","avatar":"/user/avatars/user3.jpg","name":"SickRogue"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user3.jpg SickRogue

На востоке вспыхивает ослепительное багряное зарево, отчего в саванне на несколько мгновений становится светло как днем. Спустя считанные мгновения земля содрогается, как перепуганная зебра, вода во всех водоёмах начинает ходить ходуном, а с возвышений скатываются камни — как мелкие, так и покрупнее. Поначалу все это происходит в жуткой тишине, но затем с запада доносится дикий, оглушительный грохот, настолько громкий, что он заглушает все и вся. Постепенно интенсивность этого звука начинает затихать, но его отдельные раскаты, глухие и зловещие, время от времени по-прежнему долетают до ушей местных обитателей. Стихает и дрожь земли. Обвалы прекращаются, а, со временем, проходит и волнение на воде. Небо по ту сторону реки Зубери заволакивает странными, зловещими тучами, сквозь которое по-прежнему пробивается странное и жуткое зарево — а снизу их озаряют красные огненные всполохи. Кажется, подножье вулкана Килиманджаро, а также все его окрестности, охвачены страшным пожаром.

0

206

>>> Кладбище Слонов >>> Поле костей >>>

Несмотря на то, что по земле стлался туман, а небо было затянуто плотными дождевыми тучами, Ухуру всем своим существом ощущала, как ночь постепенно уходит и наступает утро. Это ощущение по большей своей части сводилось, конечно, к желанию старой самки спать, даже независимо от того, что она достаточно поспала около Северного озера. Зевнув так широко, что пришлось зажмурить глаза, гиена сделала шаг вперёд, «вслепую» и с размаху угодив в грязевую яму, отчего тут же поскользнулась и лишь чудом восстановила равновесие. Шёпотом выругавшись, гиена принялась подниматься по склону, разделяющему Кладбище и Земли Гордости.

На территории львов погода была ничуть не лучше. Мелкий холодный дождь так же барабанил по спинам гиен, несильные порывы ветра нагоняли чувство холода, солнца не было видно. Разве что грязи и слякоти было несколько меньше, чем на территории клана. Вроде… Ухуру уже ничего не замечала – пятном грязи на лапах больше, пятном меньше, какая разница. Противные ощущения от этого никуда не исчезали. Хотелось смыть со своей шерсти всю эту гадость, поэтому гиена, недолго думая, направилась в сторону водопоя. Какая разница, где смывать грязь? Тем более у неё ещё оставались мозги, чтобы не делать этого в Зимбабве, полной крокодилов, или в Гнилой реке, а до Северного озера путь был гораздо длиннее.

Не обращая слишком много внимания на бредущего за ней Эда (вся эта окружающая её гадость портила настроение Ухуру, а срываться на беднягу по пустякам она не хотела), гиена по живот зашла в воду. Хотелось окунуться целиком, однако она не рисковала – было слишком холодно для этого. Почувствовав, как первые комья грязи отлипли от её шерсти, Ухуру принялась двигать лапами под водой, чтобы счистить с себя всю оставшуюся гадость.

Отредактировано Ухуру (25 Янв 2018 23:43:54)

+1

207

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"5","avatar":"/user/avatars/user5.jpg","name":"Котаго"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user5.jpg Котаго

Наступало утро. Густой туман опустился на территории прайда Скара. На водопое, если говорить только о зверях, было только две гиены: самка и самец. Странная парочка. Так считали и птицы, которые слетелись стаями к водопою. Они наблюдали за пожилой гиеной и странным самцом, что подошли к воде. Они все были нахохлившиеся из-за дождя и холода, никому не нравилась такая погода.

Но речь пойдет не о них сейчас. А о том, что зашевелилось в траве прямо позади Ухуру. Два достаточно больших яйца лежали там. Одни, непонятно откуда взявшиеся, они лежали там и готовились. К чему, спрашиваете? А сейчас узнаете.

Оба яйца почти одновременно пошли трещинами и задрожали. Птенцы внутри активно работали своими клювами, чтобы выбраться из своих уютных скорлупок на белый свет. Наконец, они показались из яиц. Два мокрых, странноватых птенца. У них было рыжеватое оперение (которое было пушком сейчас), крылья черные, а животы белые. Они вылезли из своих бывших домиков и взору открылись их странные лапки. Они были кожистые, серого цвета. И сгибались под прямым углом, в сторону хвостов. Птенцы оказались спина к спине и требовательно запищали. Один из них, назовем его Первый, смотрел прямо на Эда, а второй, назовем его, ну вы поняли, Второй, смотрел на пятую точку Ухуру.

Что-то щелкнуло в их маленьких головах. У птиц есть такая особенность: когда они рождаются, они “запечатляются” на того, кого видят перед собой. И считают их мамой. Поэтому, когда Первый уставился в кривоватую морду Эда, а Второй в хвост Ухуру, они поняли, кто здесь родители.

— Мама! — громко чирикнули они и почапали к своим “мамам”.

+2

208

---→ Поле костей.

Ухуру шла, что-то бормотала, но вела за собой местного дурачка. Его как-то угнетала очередная необходимость разделиться с Шензи и Банзаем (в кои-то веки они смогли собраться вместе!), но раз так решила матриарх, значит, так тому и быть. Эд, не подозревая о своём свойстве быть слишком напряжным для окружающих, уверенно следовал за старухой, свято веря в то, что той такое путешествие только в радость. И хотя наличие самца рядом в принципе редко когда для самок было радостным событием, Шензи никогда не бросала Эда одного без задания. Вот и сейчас он присматривал за Ухуру (или она за ним?). А туман становился гуще и противнее. Крокут, который не отличался особым количеством серого вещества, никогда не жаловался на страх перед природными и погодными выкрутасами (вулкан не в счёт!), сейчас из мерзости поджал хвост и семенил почти в упор хвосту Ухуру. И хотя он и быль чуть выше, но морда самца упорно смотрела на землю под лапы — так не так противно от окружающей сырости, не так застилает глаза и вообще лучше видно.

Когда самка зашла в воду, Эд, встрепенувшись, замер. Он не был грязнулей, но добровольно в такую слякость залазить ещё и в холодную и явно не столь чистую воду ему не хотелось. Именно поэтому гиена отвернулся от чистящей себя самки и уставился в окружающий унылый пейзаж. Вернее, он был унылым примерно пару минут после прихода падальщиков сюда — что-то привлекло внимание дурачка, который негромким, но напряжённым "Ррррау!" предупредил старшую самку о возможных неприятностях. Когда же мерный тихий стук, будто бы в голове раздававшийся у крокута, стих, Эд оскалился, готовясь с чему-то. Но вот чего-чего, а птенцов (птенцов, надо сказать, весьма странных!) он явно не ожидал увидеть. И когда один из них попёр неутомимым тараном на самого Эда, тот аж от неожиданности сел. Прямо в воду.

Рррау-яу! Рааау, яу-яу-яу-яу-яу! — занервничал крокут, яросно вертя головой слева направо и справа налево, всем своим видом показывая, что никакая он во-первых, не мама, во-вторых, вообще им не родственник, и, в-третьих, уберите их от него, он детей не любит!

Почему гиена первым же делом не сожрал мелких самоубийц — вопрос другой. Давайте спишем его на общий шок: ведь где ещё в жизни увидишь, чтобы на тебя, вершину пищевой цепочки, на секундочку, с таким неотвративым упорством пёр детёныш вида, которого тебе даже взрослого и на ланч-то полноценный не хватит? Нет, ну Эд, как идиот, отлично понимал умственно неполноценных любого вида, но эти казались нормальными. Вроде бы.

0

209

.: Начало Игры :.

Редкий тёплый ветерок шуршал сухими ветками потемневших от жара солнца деревьев. Переливался волнами в золотистой траве. По морде редко попадали мелкие промозглые капли серого дождя, размазывая по и без того грязной моське, хлопья пепла. 

Бахати стоял на небольшой возвышенности молча уже довольно долгое время. Он прислушивался и оглядывался, точно ли нет никого вокруг. И только убедившись, что всё спокойно, он, щуря глаза, задрал морду к небу и смог вздохнуть с облегчением. Он довольно долгое время уже осматривался здесь и принюхивался. Конечно, ему не приходилось прежде бывать на землях львиного прайда, однако, он не сомневался, что возле такого источника воды должны быть представители здешней власти. Но никого похожего не было. Только удостоверившись в этом хорошенько, он начал спускаться с места, на котором стоял, чуть приспустив уши и хвостом помахивая от волнения меж своих задних лап. По прежнему щуря свои зелёные глаза, он спустился к кромке воды, рядом с парочкой тощих, явно измотанных и оголодавших антилоп. Он помнил ещё, что на водопое не положено охотиться, так его учил ещё старик Зейн. И он не собирался нарушать древнейшие заветы предков, молча склонив морду к мутной воде. Нос защекотал жиденький туман, что расползался со стороны воды к берегам.

Однако, не успел он начать пить, как услышал шум. Он резко повернул голову и увидел, как с явной ненавистью на мордах, пара антилоп удалилась от водопоя прочь, как-то уж слишком агрессивно косясь в его сторону. Бахати, в свою очередь, только и мог, что наклонить в недоумении морду набок, провожая их взглядом ровно до тех пор, пока пара копытных не скрылась в тумане окончательно.

- Странно... как-то... - подумалось ему, но, тряхнув мордой, он постарался отогнать от себя неприятные догадки, что возникали в его голове по поводу этого необоснованного (на его взгляд) поведения рогатых. У него и без того было предостаточно причин нервничать. Он сейчас был на чужой, более того, львиной территории. Но жажда воды буквально вынудила его забежать сюда и он надеялся, что так и останется незамеченным... всё таки, территория огромна, может, один мелкий крокут проскочит, никто и не хватиться?

С этими же мыслями он опустил морду обратно к воде и принялся жадно лакать своим погрызанным шершавым языком воду. Сначала делал это тихо, но через пару мгновений уже не стесняясь и самозабвенно громко чавкая, буквально всасывал, как слоны хоботом, воду, что было сил. Опустив свою короткую моську под воду и зажмурив глаза. Не было бы у него таких не простых отношений с водой, он бы и всю свою бошку туда опустил. Правда, и без того он совершенно потерял бдительность. Сейчас Бахати было трудно вспомнить, когда он вообще последний раз пил...

Отредактировано Bahati (20 Июн 2018 18:45:44)

+1

210

--------→> Бескрайние луга
Сияна еле переставляла лапы от усталости и жажды. Костлявый заяц лишь раззадорил аппетит, а вымоталась палевая в погоне за ним неимоверно. Пить хотелось всё сильнее. Сияна уже мечтала, как погрузит морду в воду, коснётся её языком и...
- Что?! Чужак? Что он тут забыл?! Этого мне ещё не хватало... И без того тошно.

Песчаная стала приближаться. Нарушителем оказался молодой самец гиены. На вид ему было не больше полутора года.
- Уж этот сразу унесёт лапы, визжа и не оглядываясь. Даже возиться не надо. А главное, он пьёт воду! И так её мало, да ещё и пришельцев поить! Самим не хватает.

Гиена подкрадывалась. Она знала, что она измотана, но тут был пустяк. Палевая напружинила лапы для прыжка, но не прыгнула. Вместо этого Сия спокойно вышла из травы за спиной незнакомца и окликнула его.
- Эй, ты, - песчаная даже не стала выяснять его имя, - ты находишься на нашей территории. Тебе ещё повезло, так как я сейчас в хорошем настроении, - ухмылка. - Так уж и быть, не буду с тобой драться. А ведь могла бы, и была права! Кроме того: этой воды едва хватит, чтобы напоить наш клан и львов. Поэтому тебе здесь не рады. Так ты уйдёшь?
Начало, вроде бы, неплохое.
- Но сейчас нам нужны охотники и патрульные. Если не испугается, покажет зубы, значит, он может и пополнить нашии ряды... Только бы Шензи не была против, иначе моя голова будет красоваться перед входом на Кладбище Слонов, либо же над логовцем Шензи.

Отредактировано Сияна (23 Апр 2018 19:09:08)

0


Вы здесь » Король Лев. Начало » Земли Гордости » Водопой