Вид:
Африканский лев

Имя:
Канкуро

Пол:
Самец

Принадлежность:
Одиночки

Возраст:
Взрослый - 3 года .

Внешность:

Размер персонажа:
небольшой.

Канкуро, к сожалению, не может похвастаться крупными размерами или отлично развитой мускулатурой, какую можно заметить у тренированных бойцов или защитников целого прайда. Будучи миротворцем, он предпочитает разруливать возникающие проблемы словами или, в крайнем случае, побегом - всяко лучше, чем использовать грубую силу и сплевывать пыль и грязь после первой же неудачной контратаки. Его тело отличается стройностью, даже, можно сказать, худобой, а лапы, тонкие и длинные, придают Канкуро легкую грациозность при спокойной походке. Он довольно проворен и обладает излишней гибкостью, позволяющей ему просачиваться в самые недоступные для других места, а также вовремя и в странных позициях уходить от ударов врагов - правда, реакция Канкуро не настолько выработана, чтобы эти "танцы" происходили на постоянной основе. Его размеры, его легкий, спокойный шаг, от которого веет нотками безмятежности, обезоруживают незнакомцев и позволяют Канкуро выходить сухим из любого болота, в который его затягивает, словно тина, за собой непутевый братец.

Лев покрыт короткой шерстью светлого, медового оттенка, который переходит в кремовую окантовку морды, нижнего века, живота, пальцев лап и нижней части хвоста. Несмотря на миролюбивый характер, у Канкуро мощные челюсти с длинными клыками, практически всегда скрытые за слабой полу-улыбкой. Нос прайдлендовской формы, цвета песчаника с небольшим серым подпалом на переносице, отличается отменным нюхом, с помощью которого лекарю часто удается различить нужную траву среди целого поля пахучих зарослей. Щеки широкие и пушистые, отходят намного дальше от скул, чем у обычных кошачьих жителей саванны, делая форму морды льва по-детски припухлой. Уши большие, практически всегда подняты или насторожены - месяцы путешествий сделали свое дело, вселив в молодого странника тонну неуверенности перед будущим и страх неизведанных территорий. Черная, цвета вороново крыла, полоса по краю уха выделяет его посреди молочно-белой гривы, в то время как изнутри пробивается пучок меха, такого же розоватого оттенка, как и нос.

Брови Канкуро густые, цветом не под стать гриве - агатовые, имеют четкую форму и способны лучше передать испытываемые эмоции, чем какие бы то ни было слова. Пятно над глазом оливкового цвета, с болеет темным, но едва различимым веком, выделяющим вечно прищуренный, прикрытый словно в сонливости взгляд льва. Глаза, редко когда широко открываемые, имеют блеклый небесный цвет с антрацитовым зрачком, обьемным в спокойном состоянии, но резко меняющимся в каплевидный и более узкий при надвигающейся опасности. Даже в напряженном состоянии, когда аура вокруг Канкуро ничем не выдает его волнение, его состояние можно отследить по глазам, а точнее - по безумно бегающему из стороны в сторону сузившемуся зрачку.
Возможно, так кажется из-за полу-опущенных ресниц, возможно, из-за иной причины, но взгляд Канкуро практически всегда остается теплым и ласковым, редко когда холодеет, превращаясь в ледяную сталь и заставляя оппонента замирать от разительной перемены во всем образе неконфликтного шамана.

Грива льва, только-только вступившего на путь взрослого самца, выросла поистине неплохих размеров - вместе с ней Канкуро напоминает настоящее, подвижное молоко с медом. Ближе к груди она становится чуть темнее, на ребрах расходясь в разные стороны лохмами уже трех разных цветов, как и короткий мех на локтях - более серый к телу, он становится светлее  на кончиках аккуратных прядок. Природа подарила Канкуро обьемную, ниспадающую на морду челку, которая мешала его работе и скрывала обзор, необходимый для лечения пострадавших. Да и кому из вас понравится, когда вместо целебных мазей ил трав на вашу неприкрытую рану попадают светлые волосы, так некстати и невовремя отделившиеся от тела? Поэтому шаманом было решено воспользоваться услугами знакомых рукоделов и вуаля - две длинные косы украсили морду нашего самца, по одной с каждой стороны, на висках, накрепко связанные на концах бурой лианой. Чуть дальше, с левой стороны, под ухом, Канкуро попытался повторить сие произведение искусства, но получилось у него ужасно - результатом стала не косичка, а просто собранная и подпоясанная в нескольких местах прядь, которую лев стыдливо отбрасывает назад, не желая хорохориться своим позором перед собратьями.

Основных особенностей у этого парня всего две - и каждая из них позволяет запомнить его образ, накрепко вбить у себя в голове.
Первая - это россыпь детских пятен, не сошедших по мере взросления. Отличаясь от леопардовых и напоминая скорее разросшиеся веснушки, они еще больше придают Канкуро сходство с ребенком-переростком и умиляют его окружение. Такие пятна находятся и на морде - чуть дальше от глаз, ближе к щекам, и на спине - разбросанные даже по бокам и запястьям, они похожи на клеймо плохой генетики, неудачного слияния кровей. Лев не может по достоинству оценить комплименты, которые ему делают, основываясь на этих маленьких рассыпчатых "зернышках", часто пряча лапы или не поворачиваясь ко странникам спиной.
Вторая - это обильное количество перьев (предположительно хищных птиц по типу беркута или ястреба), мелких камушков (найденных в пещере старого шамана) и просто красивых побрякушек (откопанных уже во время экскурсий по саванне), завязанных тонкими линиями лианы вокруг всех четырех лап. Неизвестно, с какой целью Канкуро надел всю эту конструкцию на себя после того, как его тело более-менее перестало формироваться - возможно, ему просто нравится некое ощущение "прикрытости". В любом случае, все эти примочки нещадно натирают в жаркий день и рискуют свалиться во время очередного побега от разьяренного стада, но чего не сделаешь ради даже временной красоты?

Мягкий образ дополняет красивый баритон, который сопровождает льва во всех его разговорах. Не привыкший к эмоциональному проявлению своих мыслей или крику, Канкуро никогда не срывал голос и не повышал его, делая лишь, по возможности, тихим. Крик и истерики - это лишь переизбыток ментальной нагрузки, когда организм уже не справляется с ней и не знает, каким еще способом выпустить накопленное напряжение. Когда лев злится, его голос становит едва различимым, угрожающе-приглушенным, заставляя окружение поверить в то, что даже вскользь упомянутая расправа может оказаться не пустым звуком.

fight for you

https://i4.imageban.ru/out/2021/04/27/3462856b9238df468a1a562ce0ddc7af.jpg

Характер:

Зачем вам закапываться в свои проблемы и разбирать их по полочкам, когда рядом есть Канкуро - психолог и слушатель по своей натуре?

Этот лев с детства нес в себе искру, которая никогда не загоралась и никогда не затухала, держа единый темп. Он всегда был более уверенным в себе и более спокойным, чем его брат. Возможно, на это повлияло воспитание, а возможно и гены, оставившие на теле шамана ненавистный ему пятнистый отпечаток, оставили такой же непоколебимый след в его душе. По характеру он бы назвал себя чем-то средним между флегматиком и холериком, порой его действия завораживают и привлекают внимание своей харизмой и страстностью, а порой до него сложно достучаться и заставить почувствовать хоть что-то, хоть как-то разнообразить свою жизнь и свое состояние. Нет, это совсем не плохо - многим свойственно эмоциональное выгорание, момент, ради которого нельзя останавливаться, иначе ты рискуешь погаснуть на долгое, очень долгое время. Проблема в том, что у Канкуро подобное состояние - основа всех трех лет и загорается он лишь за работой, когда шерсть встает дыбом от предвкушения, а глаза приобретают легкий васильковый оттенок, красивыми искрами выделяясь на всей шерсти цвета расплавленного золота.

Почему вообще лев выбрал ремесло целителя, спросите вы? И если вы подумали, что это было его призвание, смыслом всей его жизни была лишь тяга помогать остальным, то это далеко не так. У Канкуро, на самом-то деле, и не было выбора. Ему пришлось обучиться ремеслу и это лишь чистая случайность, благостное везение, что он оказался в нем поистине хорош, что его действия, направленные на спасение других, приносили ему не мерзкую брезгливость от вида кровавых ран, а настоящую радость, как и благодарности всех спасенных, те счастливые взгляды их близких, которыми они одаривали шамана при встрече и после получения новостей о благоприятных прогнозах. Канкуро бы не выбрал знахарство, если бы перед ним действительно были ведущие в разные отрасли дороги, но судьба, кажется, и здесь подсобила ему.

Канкуро предпочитает задумываться о своих действиях, о тех последствиях, которые они могут принести и о проблемах, которые могут возникнуть, если он выберет неправильный вариант. Эти мысли, возникая в момент прямо перед чрезвычайной ситуацией, заставляют все шестеренки мозга медового со скрипом поворачиваться, набирая обороты, но не всегда реакции шамана хватает, чтобы сделать то, к чему в итоге придет его сознание. В частности, это и есть одна из причин, почему Канкуро не ввязывается в драки - он, продумывая в голове миллион планов и всевозможных выходов из положения, часто путается в собственных лапах и не успевает среагировать на стремительные действия противника. Точнее, мозг-то поспевает, но вот до тела отдаваемые легкими импульсами приказы долетают далеко не сразу и Канкуро с глухим ворчанием пытается вывернуться из-под тяжелой лапы, чтобы плюнуть в лицо своему победителю - единственное, на что он способен в таком положении.

Он был воспитан непостоянным стариком, для которого каждый день был, словно последний (и это не шутки, чокнутый самец чуть ли не каждый полдень обещал то мор, то глобальную засуху, то падение гигантского небесного тела прямо им на головы), Канкуро научился отпускать прошлое и не жалеть об утраченных близких, даже если они когда-то были одной большой, единой семьей. Его долг - защищать тех, кто находится рядом, а не скорбеть по тем, кого больше с ним нет. Именно поэтому он готов услышать в свой адрес оскорбления и ругательства, которых не миновать, если когда-либо в будущем возникнет ситуация, в которой при похоронах он просто отвернется и уйдет, выплеснув накопившуюся боль на первом попавшемся дереве или камне, а потом вернется, как ни в чем не бывало, не выказывая ни доли печали и не роняя крокодиловы слезы на могилу. У каждого из нас свое мировоззрение и оно достойно уважения, как и все другие, но разве это обьяснить немолодому поколению, которое веками осуждало других за любые различия между ними?

Канкуро мог бы сказать, что ему легко живется, ведь улыбка не сходит с его лица, даже в трудные моменты он прикрывает ее легким смешком, однако это совершенно не так. Порой...тем, кто слушает нас и помогает разобраться в себе, как никому нужен такой же жест доброй воли, такая же помощь, которая избавит от непрошенных мыслей, ненужных разборок внутри себя. Советы, которые он дает, часто охарактеризовывают его самого, в них кроется ключ к решению его собственных проблем, но Канкуро этого не замечает, никогда не обращаясь за помощью и предпочитая тянуть всю свою ношу на плечах в одиночку. Даже брата, последнего родного существа, он не грузит своими ночными кошмарами или невеселыми мыслями по поводу предстоящего голодного сезона, отчаянно ища пути решения возникших обстоятельств. Плохо спится? На это существуют успокаивающие травы, с помощью которых ты расслабишься и перестанешь ощущать постоянную тревогу. Ничего не смогли поймать за несколько дней? Не беда, существуют сьедобные плоды, на которых можно продержаться до какого-нибудь легкого перекуса.

Если остановить Канкуро и спросить его о том, к чему он стремится, о его целях и мечте - он не сможет ответить на этот вопрос. Для льва настолько вошло в привычку постоянно быть в движении, куда-то идти, что-то искать, что он даже не задумывается о возможности привала, постоянного дома, семьи и т.д. Да, он бы, конечно, хотел приносить окружающим пользу, хотел бы лечить и спасать жизни, порой толкуя поступающие с небес знаки или предзнаменования, но если его жизнь сложится и без этого - так тому и быть. Он согласен на все, что ему подкинет судьба, часто не решаясь на важный выбор, не умея склоняться к чему-то одному. Нельзя сказать, ведомый он или ведущий - его характер складывается в дороге, постоянно меняясь от одного качества к другому.

Единственного своего родственника, брата-однопометника, Канкуро любит и уважает всей душой, но совершенно не понимает. Не понимает его склонность к постоянному авантюризму, приключениям, передрягам, в которые те, в конце концов, вляпывается чуть ли не каждые выходные. Ему не нравится, что Хайвинд постоянно рискует своей жизнью, так и норовя сгинуть в пучинах отвратительного болота с крокодилами, но какая-то энергетика внутри него притягивает Канкуро раз за разом. Эта безбашенность, это играющее в одном месте детство - и это теплое чувство заботы, возникающее в момент, когда льву в очередной раз приходится сидеть и латать неглубокие порезы на теле брата, с закатившимся глазами слушая его пламенный рассказ взахлеб о небывалой, удивительной встрече с новыми животными. Скорее всего, такого чувства у него больше никто и никогда не вызовет - ни пожилые львы, у которых в запасе имеется с десяток подобных историй, ни молодняк, чьи действия порой бывают намного более... безумнее.

История:
Это был обычный день для небольшого прайда, расположенного чуть поодаль от Земель Гордости. Совершенно обычный - вожак спал на солнце, лениво растянувшись во весь рост, пока часть львиц охотилась, добывая пропитание с потом и кровью, а часть приглядывала за молодняком.  Единственным неожиданным, но радостным событием стало рождение двух львят-мальчиков, к великому горю их матери. Братьев назвали Хайвинд и Канкуро и похожи они были друг на друга так сильно, что многие, не знакомые с этой неразлучной парочкой, часто считали их близнецами. Различить львят можно было по двум признакам - у Канкуро с возрастом пробивался светлый хохолок, а у Хайвинда же, наоборот, коньячно-темный, да еще и по совершенно разным характерам, дополняющим их образы и делающими столь непохожими друг на друга.

Канкуро был тихим малым, всегда предпочитающим проводить время поодаль от шумных компаний, изучающе разглядывая окружающий мир или отдельные его составляющие. Он редко когда принимал участие в играх, которые устраивал его брат, но ради поддержки порой радовал семью и  знакомых своим присутствием. Львенок предпочитал копить эмоции и заниматься чем-то более полезным, но не знал, чем. Охота его не интересовала - слишком много мимических сигналов, слишком много хорошо развитой реакции, которая у него напрочь отсутствовала. Драки отпадали по той же причине - Канкуро часто забывался прямо в процессе и в итоге каждую неделю ходил с новыми обидными прозвищами, данными за свое поражение. Все это было ужасно уныло, однообразно и неинтересно. Его дни скрашивал только брат, находящий порой безумные приключения, в которые, конечно же, обязательно утаскивал сиблинга как соучастника. В такие редкие моменты Канкуро смеялся, предчувствуя очередную взбучку от матери, которая была хоть и не слишком заинтересована в воспитании своих отпрысков, но занималась этим поболее, чем их родной отец.

По достижении года Канкуро впервые увидел своего будущего наставника - пожилого, но крепкого шамана, распугивающего молодежь неряшливым видом и проклятиями, без устали сыпящимися из его пасти. Этот отшельник пришел с небольшого лагеря вдалеке от прайда, где предпочитал скрываться от "назойливого духа единства", как он выражался. Неизвестно, чем его привлек Канкуро - возможно, потому что львенок один остался стоять прямо на пути безумца, с недоверием поглядывая на него снизу вверх? Что промелькнуло в его небесных глазах, заставив старика отступить и осмотреть юнца более внимательным, пристальным взглядом? Что заставило шамана на весь прайд обьявить, что он забирает Канкуро как своего нового ученика и никто не смеет ему помешать, что такие, как он, это редкая удача и подобный шанс нельзя упускать?

Расставание братьев прошло не особенно гладко - Канкуро не хотел обьясняться перед Хайвиндом, который не верил, что можно вот так просто оставить всех, весь свой прайд, и уйти куда-то не по зову сердца, а по прихоти полоумного старика. Канкуро же видел в этом возможность обучиться чем-то новому, приносить прайду пользу иным путем, потому что прекрасно понимал, что и охотник, и воин из него вышли бы никудышные. Прощания с родителями не было вообще - мать, как обычно, отдыхала после тяжелой охоты со своим отрядом, а отец и вовсе не соизволил явиться и сказать хоть пару слов напутствия своему сыну. Единственный взгляд, который жег Канкуро спину и заставлял передергивать плечами, чувствуя  нарастающие сомнения, принадлежал обладателю искристых голубых глаз, в момент разлуки затуманенных печалью и воспоминаниями.

В пути до своего нового дома Канкуро смог выпытать у наставника его имя - льва звали Альбатрос. Кто назвал его, подобно птице, и было ли это прозвищем, подросток так и не узнал. Он уже понимал, что его обучение будет сложным и трудоемким и это касается даже не многогранности этапов и способов саморазвития - самым сложным будет поиск подхода к старику. Частый игнор нежелательных вопросов, минимум информации о себе, своем прошлом и их общем будущем... Да уж, медовому явно стоило узнать это все заранее, прежде чем соглашаться. В такой момент он вспомнил Хайвинда и даже невольно улыбнулся - все дикие затеи брата были краткосрочны и практически не имели последствий, а резкий порыв Канкуро же запомнится всем надолго.

Когда небольшая процессия наконец-то добралась до пункта назначения, Канкуро окончательно скис. Он ожидал чего-то величественного, загадочного и таинственного, что изначально почувствовал от Альбатроса при первой встрече. А пришли они в, как оказалось, небольшую пещеру, с виду довольно маленькую и тесную и прикрытую редкими кустами пожухлой травы. Когда из его пасти вырвался разочарованный выдох, Альбатрос обернулся. Помолчав, он кивнул в сторону пещеры, негласно приказав следовать за собой, и лишь внутри Канкуро понял, насколько сильно он ошибался, судя о жилище по внешнему виду. Внутри пещера была заполнена небольшими каменными нишами, в которых хранились различные травы и даже скапливалась вода, а люминисцентные растения выполняли роль светильников, что, безусловно, очень помогало при перебирании нужных лекарств. Альбатрос прошел вглубь пещеры, где находилась его потрепанная временем и обстоятельствами лежанка, и указал на голое место рядом - мол, можешь сделать себе  свою сам, рядом.

Никто этого не ожидал и никто в это не верил, но Канкуро прижился. Медленно, ключик за ключиком, он нашел подход к Альбатросу и стал его верной правой рукой, порой отправляясь обратно в прайд в одиночку, чтобы забрать что-то нужное им для нормальной жизни или обменять найденные побрякушки на такие же побрякушки, но другого качества и вида. Частенько он, чего скрывать, задерживался в подобных походах, встречаясь с Хайвиндом и зависая на несколько часов вместе с ним, обсуждая семью, последние новости, а также помогая ему залатать новые (или старые) раны.

- Да я клянусь, брат, больше в жизни не полезу к этим крокодилам! Вот тебе мое слово!
- Да, конечно, верю, мы это уже проходили, повернись, давай, другим боком.

Конечно, он получал выговор за задержку, но возможность помогать другим и оберегать семью, пусть и на расстоянии, пусть и такими непрямыми способами, грела Канкуро сердце. Он давно перестал быть учеником, получив статус официального шамана прайда в возрасте двух лет, но вместо того, чтобы вернуться в прайд и поселиться на его территории, поближе к матери и Хайвинду, лев предпочитал оставаться рядом с Альбатросом, понимая, что старику осталось уже недолго и он должен быть рядом. Провалы в памяти становились все чаще, путаница в травах в нишах - все заметнее и Канкуро давно перестал обреченно вздыхать, когда старик обращался к нему как к сыну, перестал его вразумлять, ведь каждый день его "статус" в глазах Альбатроса менялся - сегодня он сын, завтра брат, а послезавтра может быть вообще мачехой. Это заставляло подростка нервно сглатывать - настолько неизвестная львица была мужественной или гормоны Канкуро где-то дали сбой?

Путь от прайда до пещеры был неблизкий, но Хайвинд честно навещал брата в свободное время. Альбатрос или спал, или просто отсутствовал, позволяя двум львам оставаться наедине, смеяться с шалостей подрастающего поколения и обмениваться переживаниями по поводу здоровья старейшин. Не всегда такие разговоры заканчивались положительно - взрослея в разных кругах общения, точки зрения братьев часто сталкивались меж собой и конфликтовали, а их обладатели не всегда могли сдержать свои яростные порывы и не переругаться из-за очередной мелочи. В тот роковой день, когда обоим из них было около трех лет и гормоны бушевали на полную, входя в этап зрелости, Хайвинд и Канкуро вновь не смогли прийти к соглашению по поводу... да они оба уже и не помнили, из-за чего Хайвинд так сильно разозлился, что оставил Канкуро и пошел обратно, в сторону прайда, посыпая брата ругательствами буквально на каждом шагу. Молодой шаман опешил от подобных заявлений, но, подорвавшись, последовал за темногривым, спокойно, но настоятельно призывая его успокоиться и прислушаться к аргументированному мнению.

Проведя в склоках всю дорогу и браня друг друга, они и не заметили, как практически вплотную подошли к родным землям. Вернее, они бы и вообще не заметили этого, если бы не долетевшие до их ушей безумные вопли, крики и просьбы о пощаде. Братья застыли, Канкуро почувствовал, как немеют его конечности. Комок в горле мешал спросить Хайвинда, что происходит, но одного взгляда на молодого самца бы хватило, чтобы понять, что он и сам не в курсе происходящего. На их глазах разыгралась настоящая бойня - неизвестные львы, все разукрашенные, в перьях, крупного телосложения, наводнили лагерь их прайда, убивая и раня всех, кого видели. На их глазах из кустарника выскочила немолодая львица, повернувшая на них голову - дыхание сперло еще сильнее, когда братья поняли, что это была их мать. Но ни звука не успело донестись из уст охотницы, когда ее повалил неизвестный чужак и сомкнул челюсти на ее горле.

Канкуро не помнил, кто предложил бежать и как они смогли сделать первые шаги, помнил лишь, как ветер нещадно хлестал им в морды, лапы подкашивались, норовя и вовсе перестать слушаться. Львы постоянно оглядывались через плечо, проверяя, не преследуют ли их, всюду слышали визги раненых, смаргивая слезы и сглатывая подступающие рыдания. Внезапно Канкуро резко остановился, едва не сбив собой брата - он вспомнил про наставника, оставленного на произвол судьбы.

- Он не выживет один! Мы должны вернуться, я должен-
- Это опасно, брат... Его, скорее всего, уже нет в живых, ты уверен?..
- ... Я должен попытаться...

Хайвинд оказался прав и Канкуро никогда не забудет момент, когда он увидел пирата, выходящего из пещеры старика с окровавленной мордой. Он помнит стекающие по темным губам и блестящие карминовые капли, окропляющие траву под лапами убийцы. Помнит вскрик сиблинга, когда пират устремил взгляд на них, застыв, словно пребывая в той же нерешительности, что и молодые. Помнит, как что-то швырнул в чужака, что впоследствии оказалось галлюциногенным зельем (и как он вообще додумался расставить несколько из них по разным уголкам радиуса входа в укрытие?), как тот верещал и метался из стороны в сторону, как ненависть вскипела в венах, а выпущенные когти оставляли на рыхлой земле длинные борозды. То ли брат, чуть ли не оттаскивающий Канкуро за хвост, то ли какой-то внутренний голос, до боли похожий на голос Альбатроса, заставил голубоглазого сдаться и отступить, скрываясь в темноте. Очи пылали от сдерживаемых эмоций, зубы заходились в неистовом скрипе и Канкуро пришел в себя лишь тогда, когда сквозь нарастающий шум в ушах пробился голос брата, умоляющий его не гнать так быстро и устроить короткий привал.

Так они остались одни, потеряв все, что имели. Канкуро понимал, что не один он страдает из-за гибели наставника, заменившего ему отца - Хайвинд, проводивший много времени с их матерью, тоже был разбит внезапной утратой. Поддерживая друг друга и морально, и физически, братья отправились в путь, не зная, куда они идут и какую цель преследуют. Им пришлось заново обучиться всем азам выживания, без поддержки опытных охотниц, закаленных воинов и начиненных знаниями старейшин. Канкуро потерял счет времени, которое они провели в дороге, отбиваясь от шаек гиен или агрессивных чужеземцев, которым нравилось преследовать мирных путников и утверждать свою доминантность. Лишь брат и его глупые, идиотские идеи вселяли хоть какую-то долю оптимизма в шамана, веру в то, что у них еще все впереди.

И впереди действительно лежал целый мир.

Боевой опыт:
Канкуро не имеет боевого опыта.

Цель персонажа в игре:
Оберегать брата и проследить, чтобы он добрался до будущего дома живым и невредимым.

Связь:
Самый актуальный способ связи со мной - ВК | https://vk.com/tvoy_mydak

[chareditor=]Не удаляйте эту строку![/chareditor]

Отредактировано Такита (27 Апр 2021 21:02:35)