Страница загружается...
X

АААААА!!! ПРОГОЛОСУЙ ЗА НАААААС!!!!

И не забывай, что, голосуя, ты можешь получить баллы!

Король Лев. Начало

Объявление




Представляем вниманию гостей действующий на форуме Аукцион персонажей!

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов Волшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Непроходимые Дебри » Мерцающее озеро


Мерцающее озеро

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

http://sf.uploads.ru/0J7vV.png

Под зеленым пологом джунглей скрывается немало стремительных ручьев и тихих заводей, чье количество измеряется если не сотнями, так десятками точно. Но данное озерце прославилось не только своей кристально-чистыми, зеркальными водами, но особым мистическим антуражем: именно здесь по ночам распускается легендарное растение — Лунолик, или, как его еще называют, Цветок Шаманов.


1. Светлые шаманы, пришедшие в данную локацию, получают бонус "+1" к броску кубика во время призыва духа и в целом будут чувствовать недомогание, в то время как темные, наоборот, получают антибонус "-1" к призыву.

2. Согласно легендам, в глубине озера обитает древний благородный дух, который является лишь самым добросердечным и "чистым" душой персонажам, давая им ценные советы и отвечая на любые вопросы (однако, вопросов может быть всего три). Он же может дать персонажу необычное задание, с последующим щедрым вознаграждением за его выполнение.

3. Доступные травы для поиска: Базилик, Валерьяна, Костерост, Адиантум, Лунолик (требуется бросок кубика).

+1

2

Начало игры

Постоянство для подобных Уиллоу личностей казалось пределом скучной жизни, при том таковой, когда существуешь неизменно разве что от безысходности. И, честно признаться, Дебри вполне чётко подходили под это описание. В саваннах засухи сменялись проливными дождями, приходили болезни, проходили катаклизмы, тогда как Северные джунгли оставались душными и влажными круглогодично, а размеренная жизнь в них текла, словно по графику. Не подумайте, что Уилл не нравилось жить здесь, отнюдь, она любила свой дом таким, какой он был (есть и будет), но это не мешало ей лежать и придираться к мелочам просто из-за неимения каких-либо других идей в своей голове. Безделье доводило самку до безобразного состояния, иными словами и не описать. Казалось, что она готова к чему угодно, лишь бы не просиживать свою пятнистую пятую точку на одном месте, продолжая считать пролетающих мимо насекомых и птиц, которые казались едва заметными силуэтами где-то высоко над головой, мелькающие среди густых зарослей.
Увы, ничего другого кроме наблюдения за природой ей не представлялось, а потому подросток смирно лежала на берегу Мерцающего озера, сложив передние лапы на земле и опустив на свои худые конечности увесистую морду с застывшей на ней недовольной миной, которая будто говорила «проходи мимо, если не хочешь проблем». Похоже, все так и шагали заведомо мимо Уиллоу, заставляя ту ещё более серчать и злиться неизвестно на кого, и не знамо, почему. Окружающий пейзаж также достаточно знатно действовал на нервы подростка, ибо являлся воплощением спокойствия и тишины, а этого сейчас Уилл хотелось меньше всего на свете, собственно, как и обычно. Душа её рвалась к чему-то острому, опасному и горячему, словно пламя, но рядом была лишь вода – безмятежная и "гладкая".
-«Хоть бы одна живая душа показалась, но нет, одна только мерзость летает», - подумала вдруг Уиллоу, отмахиваясь от назойливых комаров, которые то и дело норовили сесть и укусить её. Один наглый кровопивец и подавно занял место в партере прямо на носу леопарда, заставив самку скосить свои алые глаза и с ненавистью смотреть, как насекомое жадно потягивает родную кровушку.
-«Ах нет, это уже слишком, приятель,» - Уиллоу занесла свою лапу прямо над комаром, однако, как и можно было предположить, насытившийся негодяй слетел с носа в тот же миг, когда его должна была прихлопнуть тяжёлая лапа. От такого неудачного промаха ушибленное место заболело, заставив Уилл неловко вскочить и начать потирать лапой свой бедный-несчастный нос. Впрочем, на этом неприятности лишь только начинались, ведь, пока леопард негодующе выискивала глазами улетевшего комара, она не обратила внимание на то, что после подскока оказалась слишком близко к озеру. И вот, когда лапы заскользили по сырой земле, Уиллоу почувствовала, что её склонило куда-то в бок. Подросток в недоумении приподняла передние лапы над землёй, стараясь быстрым движением в противоположном направлении спасти себя от участи неловкого пловца, но, несмотря на всё своё желание остаться на земле, Уилл быстро приближалась к поверхности озера. Раздался всплеск, и самка с громким «НЕТ», скрылась под водой.
Мгновение - другое, и из воды показалась чёрная голова леопарда, чья шерсть насквозь промокла и теперь нелепо свисала под тяжестью стекающей воды. Глаз Уиллоу не было видно, однако по недовольному оскалу и глухому рычанию не составляло труда судить о душевном состоянии подростка. Уилл громко чихнула, с громкими ругательствами пытаясь выбраться на берег...

+2

3

Хайярэ спешил.

Рысью пересекая заросшие тёмной травой редкие поляны, пробираясь сквозь полумрак непроходимых джунглей, скользя между буйно разросшимися деревьями и кустарниками, огибая путаницы лиан и всякий раз, как что-то менялось, оглядываясь вокруг себя сияющими в сумерках ярко-жёлтыми глазами, юный леопард направлялся к одному из самых прекрасных мест в родных дебрях. Нет, он не боялся, но взгляд его всё равно цеплялся за каждую деталь вокруг - джунгли не были тем местом, где ты имел право даже на неверный шаг. В траве скрывались ядовитые насекомые. У ручьёв и на низких деревьях блестели радужными спинками ядовитые лягушки-убийцы. Среди лиан скрывались смертоносные змеи. Никому из них не было дела до того, что перед ними наследник хозяина этих дебрей. Отец не был властен над такими существами, и никто не был властен над ними. Наступишь, потревожишь, напугаешь - смерть.

Следовало быть осторожным.

Джунгли только казались местом, где всё остаётся неизменным. Быть может, так в масштабах остальной саванны и для тех, кто приходил в них в качестве гостя, и было. Но Ярэ, как и каждый, кто был рождён здесь, знал, что на самом деле это - бесконечно глубокое заблуждение. Дебри жили, дышали сотнями тысяч уст, видели миллионами глаз, шептали невозможными гармониями голосов. Они были единым организмом, и если ты был чужд этому организму или не принимал его правил, он уничтожал тебя. Недаром именно здесь, в самой глубине сочно-зелёных лабиринтов, и было укрыто сердце этой саванны, средоточие духовной энергии - Гора Шаманов. Недаром именно здесь озёра были чисты, словно слёзы, а в ночи распускался самый дивный цветок в мире.

Ради того, чтобы увидеть момент, когда это случается, Хайярэ нередко приходил к Мерцающему Озеру. Не зная, есть ли в нём самом духовная сила, необходимая для того, чтобы то невозможное, с чем он соседствовал так близко, приняло его, наследник тем не менее хотел хотя бы чуть-чуть прикоснуться к недоступному. Он желал чувствовать единение с тем миром, который его окружал. Единение настолько близкое, чтобы если чему-то во владениях, которые когда-нибудь перейдут в его лапы, будет грозить опасность, он бы не нуждался в гонцах. Ярэ не знал, как добиться того, чтобы сами джунгли стали его информатором, но мечтал об этом - он видел перед собой пример Мефистофелиса и знал о его доверии.

Не оправдать доверия для юного леопарда было невозможно. Превзойти отца - не тщеславная мечта, но лишь желание принести наибольшую пользу и защитить.
Хайярэ любил видеть. Любил слышать. Любил слушать и созерцать. Сколько раз ему говорили о том, что он ведёт себя слишком взросло для своего возраста - но разве его в том была вина?

Тёмные когти едва слышно скрипнули по песку, когда Ярэ выбрался из темноты джунглей в сумерки берега озера. Но даже если бы он шумел куда громче, его бы всё равно не услышали, ибо уже в следующую секунду раздался плеск и громкие злые ругательства. Леопард остановился сейчас же и в недоумении - редко встретишь здесь кого-то в этот час - уставился на обыкновенно спокойную водную гладь. Сейчас вода в части озера разбегалась широкими кругами, а эпицентром этого всего была...
Хайярэ расплылся в улыбке и с тихим снисходительным смешком начал операцию по выуживанию младшей сестры из воды.

Когда через пару минут весёлого и не очень барахтанья они всё-таки выбрались на берег и уселись сушиться, Хайярэ, послушав ещё некоторое время шипение недовольной купанием Уиллоу, дружелюбно толкнул её в плечо и уставился долгим взглядом на отражение первых звёзд и оранжево-синего закатного неба в воде. Да, на этот раз он пришёл вовремя. А то, что Уилл тоже была тут, было ещё лучше - в последнее время брат и сестра нечасто говорили друг с другом. Отношения между ними были добрыми, но общения - мало. Быть может, сейчас было самое время для разговора, раз уж столкнулись в таком месте?

- Я пришёл наблюдать, - пояснил Ярэ на вопросительный взгляд в конце концов прекратившей ворчать сестры. - Рад тебя видеть, Уилл. Ночами на берегах этого озера расцветает лунолик, и иногда я остаюсь здесь, чтобы на это посмотреть. Хочешь со мной сегодня?

Наследник прекрасно знал, что подобное - совершенно не в духе Уиллоу, что она не любит сидеть на месте и, наверняка, не видит смысла в наблюдении за тем, как раскрывают лепестки белые, как луна, цветы, предпочитая этому постоянное движение и какие-то более насущные дела, но... чем небо не шутит?

+4

4

Многое в сложившейся ситуации решалось отношением Уиллоу к водному пространству, а оно, как можно было догадаться по громкому рычанию и пыхтению, которое доносилось со стороны озера, когда самка всплывала на поверхность, не являлось положительным. Стоило только Уилл притронуться к воде, она становилась особо вспыльчива и опасна для окружающих, что находились рядом, а настроение её падало ниже земли, насколько это вообще возможно. Забавно, но леопард, словно боялась воды, как настоящий огонь, тлеющий в присутствии «мерзкой сырой гадости», как порой называла её Уилл. Конечно, нужда потребления жидкости для продолжения жизни заставляла самку проявлять терпимость, однако сейчас, когда она буквально с головой погрузилась в воду, перед этим ещё и весьма неудачно хлопнув себя по носу, хотелось только одного – тепла. Однако, чем дольше Уиллоу пыталась выбраться из озера, тем чаще её посещали мысли о несбыточности собственных желаний, которые постепенно склонились к простому, но незатейливому – выбраться уже скорее на сушу. Подросток в очередной раз вынырнула, неловко держась на поверхности и пытаясь грести лапами к берегу. Уиллоу бросила взор туда, куда пыталась плыть, неожиданно для себя обнаружив некое движение в зарослях, что, конечно же, заставило леопарда обратить всё своё внимание на тень, проскользнувшую в пределах видимости Уилл. В голове подростка мелькнуло сразу несколько мыслей. Первая заставила юную особу невольно нахмурить брови, на мгновение забыть о своём местонахождении и перестать беспокойно «тонуть». Ведь, будь это другие леопарды, в каком свете покажет она себя перед ними? Да, конечно, Уиллоу редко беспокоил тот факт, что она является членом королевской семьи, а вот собственная гордость была для подростка понятием близким и нерушимым. Кому же захочется, чтобы над ним потешались всю оставшуюся жизнь из-за каких-то комаров?
-«Потом и пытайся соврать, что решил сам поплавать, а не просто позорно свалился, как дурак», - подметила Уилл, ощущая, как в душе нечто начинает закипать. Пропустив продолжение сей отвратительной мысли, леопард подумала и о положительных сторонах вопроса. Ведь, коли она сама выбраться быстро не может, любой проходящий мимо сможет поспособствовать и вытянуть самку из воды, руководствуясь либо благородным позывом, либо здравым смыслом. Оставалось лишь только решить, что же хуже… И пока Уиллоу думала, не сводя глаз с зарослей, объект, её интересующий, вышел на свет, позволив подростку издать удивлённый возглас. Кого-кого, а родного братца Уилл увидеть не ожидала. И хотя улыбка на морде Ярэ заставила пятнистую самку пристыжено отвести взгляд и скривить нос, почувствовав себя посмешищем на публике, Уиллоу не стала отказываться от помощи старшего брата и уже очень скоро с его помощью вылезла на берег, промокшая до нитки. Уилл в ту же секунды резкими движениями встряхнула свою шерсть, не обратив внимания на брызги, которые от подобного неаккуратного действия разлетелись во все стороны. Следующее, последовавшее за этим, было крайне продолжительное ворчание, в котором леопард не забыла упомянуть никого, включая гадких насекомых, холодную воду и, кажется, даже своих знакомых из Дебрей, которым не приспичило вдруг проходить мимо и вытащить её раньше, чем это сделал старший брат. Наконец, успокоившись, Уилл повернулась к стоявшему рядом подростку с такой серьёзной миной, будто так и хотела спросить «Ну и что ты здесь вообще забыл?» Вместо приветствия Уиллоу наградила  Хайярэ лёгким, но резким хлопком лапой по плечу, после чего, не решив дожидаться ответа на немой вопрос, повалилась рядом на землю, ожидая, когда Ярэ сам решит рассказать ей о том, что, собственно, делал в этой глуши.
- Я пришёл наблюдать, - спокойным тоном ответил Хайярэ, заставив Уиллоу ещё больше удивиться. Она перевела взгляд от брата к озеру и обратно, как если бы хотела найти объект наблюдений, но так и не смогла. Впрочем, старшего ей всё равно не было дано понять, ибо он всегда любил наблюдать, а Уилл… О-о-о, Уиллоу предпочитала действовать.
- Рад тебя видеть, Уилл. – на чёрной морде появилась ухмылка, под которой сверкнули белые клыки. Казалось, самка не очень верит в возможность того, что её кто-либо может быть счастлив встретить. Однако Хайярэ казался ей не таким, как все, а потому, немного поёрзав на месте, она сочла нужным не придираться к словам и ответить добром на добро:
-Да, круто, что ты тоже здесь был… Так как, не проходи ты рядом, я бы ещё долго отвлекалась на водные процедуры, - тон голоса Уиллоу звучал достаточно доброжелательно, однако леопард не смогла скрыть лёгкой доли раздражения.
- Ночами на берегах этого озера расцветает лунолик, и иногда я остаюсь здесь, чтобы на это посмотреть. Хочешь со мной сегодня?
Самка длительное время просто издавала звук, схожий с мычанием, после чего, пройдясь когтями по собственной макушке так, чтобы убрать с морды мокрую шерсть, ответила не без изумления:
- В Дебрях полно цветов, братец, а ты притащился сюда ради одного? – Уилл едва ли не добавила «чудила», но посчитала слишком самонадеянным и грубым поступком обижать того, кто недавно безвозмездно помог ей. Подумав ещё немного, леопард продолжила, - Впрочем, коли этот цветок многое значит, я, так уж и быть, составлю тебе компанию. Думаю, без меня тебе станет уж больно тоскливо находиться здесь до ночи. Расскажи хоть, чем так примечателен этот лунолик?
Конечно, наблюдения за растением не являлось для Уиллоу предпочтительным занятием. Более того, она могла посчитать это скучной и бесполезной тратой времени. Однако сейчас ей руководствовалось не только собственное эго, желавшее поскорее отправиться в дорогу и заняться чем-то более результативным, но и сестринской чувство привязанности к порой слишком зануде, но всё же старшему брату. Нельзя не отметить, что Уилл уже давно не встречалась с Ярэ и, тем более, не имела возможность поговорить с ним тет-а-тет. Ведь она предпочитала одиночество, а братец был весь в заботах и тренировках. После смерти матери пропасть стала ещё шире. Но ведь они всё ещё родные личности, так, может, время будет потеряно и вовсе не зря?

+1

5

Вода на пятнистой густой шерсти неприятно холодила кожу под ней и заставляла ёжиться, однако Ярэ не шевельнулся и не стал отряхиваться, пока этого не сделала Уиллоу - и правильно, поскольку брызги с шерсти меланистки мгновенно полетели в сторону её старшего брата. Фыркнув, не слишком мстительный Хайярэ отошёл подальше и тоже отряхнулся, распушаясь как можно сильнее, чтобы вернуть телу тепло, а после вернулся и уселся рядом с развалившейся на земле Уилл.

- Не проходи я рядом, тебе бы не пришлось принимать мою помощь, сестрёнка, - проницательно заметил наследник, уловив в голосе Уиллоу раздражение. По тёмным губам леопада скользнула спокойная улыбка - кому как ни ему было знать, как может подобное падение в воду уязвить гордость Уилл. Да, уже почти два месяца - с тех пор, как мама оставила их - Ярэ редко пересекался с кем-то из своей родни, кроме отца, но это вовсе не значило, что он не имел понятия о характерах младших сестры и брата - за всё то время, что семья была едина, он успел хорошо изучить и Уиллоу, и Маиса, и нисколько не сомневался в том, что за такое недолгое время их характеры перемениться не могли. Тому, кто не знал Хайярэ, а порой даже тому, кто знал, могло показаться, что наследнику Дебрей нет особого дела до своих сиблингов, но такое мнение было жестокой ошибкой - Ярэ, в душе которого до сих пор остался болезненный осадок от смерти матери, остро воспринимал то, что теперь все в их семье, имея непростые характеры, стали так далеки друг от друга. И если в случае с Маисом это совсем не расстраивало, то в случае с Уиллоу - совершено другое дело. Так непохожую на него младшую сестру юный леопард искренне любил.

- Не столько ради цветка, сколько ради того, чтобы посмотреть на то, во что он превращает это место ночью, - ухмыльнулся Хайярэ, тактично не обидевшись на удивлённое мычание Уилл. До взаимопонимания между друг другом им обоим было ещё расти и расти, говорить и говорить, а Ярэ был по природе своей не особо обидчив, прекрасно зная о том, насколько по-разному они с сестрой видят мир и живут в нём. А что касается лунолика и мерцающего озера... о да, здесь действительно было, на что поглядеть. Небо над дебрями этим вечером было довольно ясным, лишь редкие плотные облака бежали по нему, утекая куда-то в сторону незнакомых далёких земель, а значит, можно было ожидать появления яркой луны. И момента, когда её отражение коснётся поверхности озера - недаром оно было названо Мерцающим. Хайярэ уже несколько раз присутствовал при подобном, и то, что видел в такие минуты, настолько завораживало юного леопарда, что хотелось возвращаться - и он возвращался.

- Ты не бывала здесь в ночь полной луны, верно? - прищурив глаза на оранжевый закат и смешно встопорщив белые усы, поинтересовался наследник. - Это место стоит того, чтобы хоть раз увидеть его в такой час. А лунолик... нам говорил о нём отец, ты не помнишь? Этот цветок назван "цветком шаманов" - не знаю, есть ли у него ещё какие-то свойства, но вообще он помогает не сойти с ума тем, кто призвал духа и навлёк на себя его гнев. Если не успеть вовремя съесть лепестки лунолика, всё может кончиться безумием. Мало приятного, надо сказать. - Ярэ переступил лапами и, немного помедлив, продолжил. - А вообще, я бы хотел научиться говорить с духами... Правда, совсем не уверен, что способен на это. Но иногда мне слишком сильно хочется иметь возможность снова увидеть тех, кого в нашем мире больше нет.

Последние слова прозвучали ровно, но было заметно, что Хайярэ коснулся болезненной для него темы. Да и Уиллоу тоже подобные разговоры наверняка не доставляли большого удовольствия - но это место и это время располагало к ним. Впрочем... должно было пройти совсем немного времени для того, чтобы Ярэ смог показать сестре, что она вовсе не зря согласилась разделить этот вечер со старшим братом, даже если сейчас пребывание с ним навевало тоску на деятельную меланистку.

Отредактировано Хайярэ (29 Янв 2015 21:09:22)

+3

6

Ночь была чудесна, спору нет. Огромная, идеально-круглая, точно выпуклый кошачий глаз, луна медленно восходила над кронами деревьев, озаряя мерцающую поверхность озера своим бледным, потусторонним свечением. Тари предпочитала наблюдать за этим, с комфортом растянувшись на одной из низко протянутых над водой древесных ветвей, точно над тем местом, где сидели ее племянники. Пантера не спешила привлекать внимание подростков, предпочитая с легкой усмешкой вслушиваться в их тихую беседу. Ей нравилось, что Хайярэ так много знал о Цветке Шаманов — это означало, что Мефистофелис тратил время не только на то, чтобы обучить сына основным премудростям правления, но и знакомил его со многими другими вещами, игравшими заметную роль в жизни обитателей Дебрей. Эти джунгли хранили в себе немало сокровенных тайн и мистических секретов, чем, естественно, и притягивали к себе различных бродяг, жаждущих увидеть местные святыни своими собственными глазами. Как будущий король, Хайярэ должен был знать все о родных землях, и даже сверх того, чтобы в один прекрасный день суметь защитить их от внешних посягательств... Тари неожиданно поймала себя на мысли, что из юного леопарда мог бы получиться великолепный шаман, быть может, даже превосходящий по таланту свою любимую тетушку. Жаль, что Уиллоу не демонстрировала особого интереса к разговору. Эта самка была куда более приземленной — черта отнюдь не плохая, но отчасти мешающая духовному развитию. Услыхав последние слова Хайярэ, Тари поняла, что больше не может сидеть молча на своей ветке. Поднявшись, леопардица с наслаждением потянулась, до предела выгибая спину, а затем мягко спрыгнула вниз, оказываясь неподалеку от племянников. Глаза ее пылали двумя яркими, задорными угольками — совсем как у Мефистофелиса, но только гораздо теплее.
Обычно духам не очень по нраву, когда их вынуждают явиться на зов живых, — мягко заметила она, оборачиваясь мордой к притихшим детенышам и подходя к ним вплотную. — Сон мертвых священен — мы не должны тревожить их без особого на то повода. Если у шамана нет иной цели, кроме как просто увидеть умершего родственника, это может привести к необратимым последствиям... К счастью, — пантера уселась рядом с Уиллоу, растянув губы в хитрой усмешке, — духи понимают нашу тоску. Иначе бы Лунолик не расцветал на этих берегах каждый ночь, даруя исцеление тем несчастным безумцам, что на свой страх и риск осмелились призвать умерших с того света, — с этими словами, Тари окинула берег многозначительным взглядом. Ее зрачки замерли, уставясь в одну точку, и Хранительница невольно понизила голос, привлекая внимание племянников: — Видите? Этой ночью мертвые снова дают нам знак, — она с улыбкой кивнула на ствол одного из близ растущих деревьев. На плотно окутывающей его ветки лианах медленно и торжественно распускались крупные жемчужно-белые бутоны, и лунный свет, переливаясь, играл на их дрожащих лепестках. Удивительной красоты цветы распускались один за другим, стоило только бледным серебристым лучам коснуться их нежной поверхности. Не прошло и нескольких минут, как воздух наполнился легким, едва уловимым благоуханием, дарующим сидящим у воды леопардам странное умиротворение. Ни одна проблема больше не могла отяготить мыслей подростков и их старшей спутницы — здесь, на берегу священного озера, они были в полной безопасности...
Духи защищали их.

+1

7

Последние лучи заходящего солнца вскоре окончательно растворились во мраке наступившей в Дебрях ночи. Как правило, хищники любили это время суток, таинственное и мистическое, порождающее в душе столько противоречивых, но интересных ощущений, мыслей, чувств. Уиллоу не была исключением, она тяготила к темноте и, порой, даже огорчалась, когда незримый путь освещали небесные светила, далекие и холодные, кажущиеся ещё более опасными, нежели окутывающий обитателей саванны сумрак. Но Уилл не боялась явлений природы, они привлекали её внимание иногда больше, нежели живые существа. Временами молодой самке даже начинало казаться, что в них течет своя кровь, незримая для обычных существ из плоти, таких, как она сама. К подобным заключениям подросток приходила самостоятельно, не обращая внимания на неправдоподобность собственных фантазий. В конце концов, сказки существуют не только для того, чтобы служить развлечением, они открывают необыкновенные просторы, в которых Уилл любила «теряться», когда нечем было больше заняться.  По этой причине Уиллоу часто желала уединения со своими мыслями ночью, когда солнце скрывалось за горизонтом, и ей было в тягость находиться рядом с другими леопардами, способными, как ей порой казалось, разрушить идиллию одиночества.
Однако сейчас Уилл удивилась самой себе, когда осознала, что была рада лежать здесь, с родным братом – таким другим, казавшимся самке слишком далёким от неё, но всё равно сохраняющим за собой право называться другом, не вызывающей неприязнь и отторжение личностью, с которой хотелось иметь нечто общее. Уиллоу понимала, что в далёком будущем они с Хайярэ, возможно никогда не будут так просто встречаться и смотреть на распускающиеся ночью цветы, если то расстояние, на которое они отдалились после смерти матери, начнёт становиться шире. Уилл этого не хотелось, только признаться в этом горделивая особа не могла, надеясь лишь на то, что умный брат и без слов сможет понять, насколько он дорог ей, ворчливой и отталкивающей.
- Не проходи я рядом, тебе бы не пришлось принимать мою помощь, сестрёнка, - Уиллоу ссутулилась над землёй, невольно прижимая уши к голове, словно нашкодивший львёнок. Самка изобразила на своей мордочке притворное негодование, однако через несколько мгновений уже вовсю улыбалась, наблюдая за старшим братом. С её шерсти всё ещё стекали капли воды, напоминающие о случившемся, но Уилл почти не обращала на мокрый шерстяной покров никакого внимания. Её взор, подобный огненным вспышкам, был полон задора. От недавнего ворчливого состояния не осталось и следа.
- Значит, мне повезло, что ты проходил рядом, - ответила Уиллоу с непривычной для неё добротой, однако спустя некоторое время её взор потускнел. Конечно, Хайярэ никогда не делает ничего просто так, даже к озеру он пришёл с целью увидеть необыкновенное чудо, если верить словам леопарда.  Он столько сил посвящает обучению, что Уилл трудно представить, насколько ей должно было повезти…
-«А ведь раньше наша с тобой встреча не зависела от везения, братец», - подумала Уиллоу, с огорчением выдохнув из лёгких воздух, сопровождающий едва различимый шипящий звук.
- Ты не бывала здесь в ночь полной луны, верно? – чёрная самка невольно закатила глаза, передёрнув плечами, когда Хайярэ спросил её об этом. Она никогда не выходила за пределы собственных границ, сердца тропического леса. Её никто не водил ночью смотреть на дивные цветы, можно сказать, Уилл была вольна распоряжаться своей участью сама. С одной стороны, самка ощущала в себе желанную самостоятельность, но с другой, кто мог ей сказать, сколько всего в жизни она успела пропустить, блуждая по уже давно знакомым закоулкам леса?
- Я люблю пустынные места, куда даже ты, братец, не заглядываешь, - протянула Уиллоу в задумчивости, - Те земли, которые скрывают меня от любопытных глаз в ночную пору. А с рассветом приходит новый день, сулящий много интересного.
- Если не успеть вовремя съесть лепестки лунолика, всё может кончиться безумием. Мало приятного, надо сказать, - начал рассказывать наследник Дебрей, и молодая самка на удивление внимательно слушала брата, не смея даже перебить его. Однако, когда рассказ дошёл до безумия, Уиллоу ехидно улыбнулась:
- Знаешь, брат мой, глупцы навлекают на себя неприятности сами, но безумие ли главная неприятность при вызове духов? Каждый из живущих по-своему сумасшедший, разве нет? – подросток с некой мрачной усмешкой положила лапу себе на грудь и спросила, - Быть может, я тоже безумна?
Сказав это, Уилл с сомнением поглядела на Хайярэ, после чего поспешила засмеяться и сказать довольно неуверенное «это шутка». Тем временем подросток продолжал говорить:
-… Правда, совсем не уверен, что способен на это. Но иногда мне слишком сильно хочется иметь возможность снова увидеть тех, кого в нашем мире больше нет, - Уиллоу тихо зашипела, ощутив, как шерсть на загривке встала дыбом. В её алых глазах мелькнула злоба, которая быстро сменилась огорчением. Леопард некоторое время молчала, после чего проговорила спокойно и без тени насмешки:
- Нет ничего невозможного для тебя.
Уилл вспомнила тот самый день, оставивший на них неизгладимый след. Прошло достаточно времени, но подростку продолжало казаться, будто это было лишь вчера. Коварный рок, настигший их семью, преследовал её в ночных кошмарах, как и пламя, что разгоняло страшные сны и заставляло тлеющую в душе надежду разгораться с новой мощью. Уиллоу не мечтала стать шаманом, чтобы быть рядом с матерью. Она верила в то, что родная душа всегда рядом, её лишь нужно отыскать.
- Знаешь, порой духи могут быть ближе, чем ты думаешь… - начала Уилл с некоторым сомнением озираясь, будто разыскивая врагов среди густых зарослей. Подростку хотелось открыть старшему брату свою тайну, рассказать ему о страсти к огню, который вызывал у многих лишь презрение и страх, однако это оказалось сложнее, чем Уиллоу предполагала. Но разве будет у неё когда-нибудь такой же шанс?
- Я давно хотела тебе рассказать… - на этом самка резко прервала речь, отстранившись от Хайярэ. Хищница обернулась на шелест травы, наблюдая за тем, как грациозно спустилась с одной из веток Тари, наградив племянников тёплым взором жёлтых глаз. Как давно за ними наблюдали? Уиллоу не хотела даже думать об этом. Она лишь была благодарна судьбе, что не успела сказать Ярэ то, что собиралась. Подросток хорошо относилась к своей тётушке, но не считала нужным видеть её третьим посвящённым в секрет позорный для представителя королевской семьи. Не дай Айхею, об этом узнает отец. Уилл до сих пор с содроганием вспоминала тот неприятный разговор, произошедший между ними, когда Мефистофелис раз и навсегда запретил своей дочери приближаться к огню.
— Обычно духам не очень по нраву, когда их вынуждают явиться на зов живых, - ласковый голос Тари невольно привлекал к себе внимание Уиллоу, хотя выражение на морде леопарда всё равно могло показаться настороженным.
— Сон мертвых священен — мы не должны тревожить их без особого на то повода, - Уилл едва сдержала горький вздох. О, право, очередного урока жизни ей сейчас как раз не хватало.
-«Взрослые похожи один на другого», - успела подумать леопард прежде, чем тётушка оказалась около них. Пантера села рядом с Уиллоу, а потому подросток без труда различила долю хитрости в улыбке родной тётушки. И что всё это могло означать?
— Видите? Этой ночью мертвые снова дают нам знак, - казалось, что время замерло для трёх хищников, на глазах которых происходило необыкновенное по своей красоте зрелище. Даже Уилл не могла оторвать своего взора от распускающихся в свете луны цветов, чарующих своим ярким сиянием. Подобная картина вызывала восторг, однако Уиллоу уже не могла чувствовать этой сильной эмоции. Казалось, что она погрузилась в сон. Все её переживания постепенно становились всё незаметнее. Подросток зачарованно смотрела на ближайший к ней бутон, медленно покачивая головой, словно в такт неслышимой мелодии ночи.
На мгновение Уиллоу замерла, ощутив, как лёгкий аромат щекочет её нос, заставляя осторожно наклониться в ту сторону с надеждой быть ближе к этим чудодейственным растениям. Ближе, ещё немного ближе… Уиллоу вытянула свою шею, продолжая наблюдать за тем, как распускается Лунолик.
Неожиданно Уилл ахнула, почувствовав, как по спине пробежала мелкая дрожь. Ей показалось, что один из цветов приобрёл ярко-красный оттенок. Затем второй, третий, и вот в её взоре лунный цвет был подобен языкам пламени, играющим в зыбком мраке. Они звали и манили к себе…
Уиллоу растерялась и начала медленно отходить от цветов, надеясь скрыться от их сияния за спинами тётушки и брата. Подросток зажмурилась, безучастная к происходящему рядом. Она молилась на то, что навеянная ароматом иллюзия не продержится долго в её сознании.
Уилл не заметила, когда успела пригнуться к земле, словно от страха перед красивыми цветами. Когда леопард открыла глаза, она уже лежала на траве, опустив морду в собственные лапы. Уиллоу вновь взглянула на цветы, но те были прежними – яркими и светлыми, словно луна. Огня больше не было, и подросток осознала, что его вовсе не существовало. Однако за собственные ошибки придётся отвечать.
- Я… их свет довольно яркий, не так ли? – виновато проговорила Уилл, поднимаясь на лапы.
-"Быть может, я, правда, безумна?"

+3

8

Хайярэ внимательно слушал сестру, блуждая ярко-жёлтым взглядом по тёмной глади Мерцающего озера - в ней отражалось почерневшее небо и множество сверкающих белых звёзд, что на водной глади казались даже ярче, чем в вышине. Уиллоу говорила - и Ярэ чувствовал, как постепенно исчезает её настороженность, как начинает звучать без привычной резкости её негромкий голос, как она тянется к нему, как когда-то раньше - он и сам тянулся к ней, хотел, чтобы расстояние между ними сократилось хоть на немного, и теперь, когда понимал, что это происходит само собой, что нужно было лишь заговорить и показать, что после тех событий ничего не поменялось, он не мог удержаться от улыбки. Уиллоу говорила - упоминала вскользь о том, чем живёт, о ночи, что скрывает её в своей темноте тогда, когда ей это необходимо, и наследник поводил плечами, стараясь прогнать чувство вины. Кто же, кроме него самого, кроме неё самой, кроме каждого из их семьи виновен в том, что между ними всеми нет более такой тесной связи, что была когда-то? Вина в том не Дебрей, не духов и не богов, не обстоятельств и не случайностей - но только их собственная. И как бы ни хотелось наследнику обвинить во всём кого угодно, только не себя, голос внутри шептал настойчиво - вы сами строите стены. Не это ли то безумие, о котором сейчас говорит Уилл?

«Когда-нибудь ты проведёшь меня по этим землям, сестрёнка,» - Хайярэ повернул голову, и глаза его сверкнули, встретившись с алым, словно горящим взглядом Уиллоу. Он хотел ответить - сказать, что, возможно, она права, и нет никого, кто бы не был хоть немного безумен, тем более среди тех, кто живёт в Дебрях, на землях, где места мистическому ровно столько же, сколько и реальному, а может, и больше. Хотел сказать, что, верно, он и сам такой же, вот только не знает, в чём его безумие, однако сестра уже через секунду обратила всё это шуткой, не дав Ярэ возможности выложить свои мысли. И, когда после короткого молчания юный леопард заговорил снова, он вовсе не ожидал, что слова его вызовут такой отклик. Неожиданно ставшая безмерно серьёзной, Уилл смотрела на него, а Хайярэ был совершенно потрясён её словами. Он шевельнул ушами, прижимая их, и слегка склонил голову, жмурясь.

«Кого же ты видишь во мне?»

С детства воспитанный так, чтобы работать над собой настолько усердно, насколько это возможно, Ярэ, тем не менее, не считал себя способным на всё. Несомненно, он был умён, упорен и силён духом, однако каждый раз, достигая в чём-то значительного рзультата, он сомневался в собственных возможностях. Будущий Владыка - ему положено было знать и уметь больше, чем любому в этих джунглях, чувствовать, слышать и ведать обо всём, что в них происходит, но мало кто знал, насколько сложно было добиться этого, насколько выматывающими порой могли быть тренировки с отцом или кем-то из его приближённых. Хайярэ всегда выкладывался по полной - но разве мог он подумать о том, что знающая об этом Уилл - было время, когда она наблюдала за всем этим - будет считать его тем, для кого нет ничего невозможного? Кому, как не ей, было знать, что порой всё это было... действительно нелегко?

- Уиллоу... - Хайярэ начал говорить, сам не зная, что скажет после того, как позовёт сестру по имени, но она вновь избавила его от необходимости подбирать правильные слова, чтобы выразить своё смятение. Вместо него появилась настороженность - леопард подался ближе к сестре, внутренне ощутив, что сейчас она хочет сказать ему что-то действительно важное, и внезапно понимая, что весь их разговор шёл именно к этому моменту. Он уже не смотрел вокруг, совсем забыв про то, что пришёл сюда ради того, чтобы понаблюдать за луноликом - сейчас были куда более значимые вещи. Ночь, наполненная тишиной, и место, каждую полную луну расцветающее сияющей красотой, имели теперь не больше значения, чем любое другое время и любое другое место. Везение ли, судьба ли, но сейчас окончательно исчезали выстроенные стены. Одно мгновение - и они рухнули бы, разнесённые на куски словами сестры... Но эти слова так и не прозвучали.

- Тари, - вежливо склонил голову перед Хранительницей Горы Ярэ, украдкой поглядывая на отшатнувшуюся от него Уиллоу и понимая, что сейчас что-то очень важное потеряно. - Рад видеть тебя.

Эти слова нельзя было назвать неискренними - Хайярэ действительно был рад видеть тётю, пусть даже с ней, как и с отцом, встречался гораздо чаще, чем с сестрой или братом. Но, видят духи этого места, как бы хотел он, чтобы она пришла хотя бы на несколько минут позднее, чтобы позволила ему и Уиллоу вновь окончательно и бесповоротно стать друзьями, и, более того - семьёй. Однако теперь на это не имело смысла надеяться - с её приходом было разорвана та невидимая нить доверия, что возникает между двумя близкими друг другу в самые важные моменты.
И наследник снова услышал ночную тишину, увидел тёмные стволы деревьев вокруг, мерцающую гладь озера, в которой отражалась луна. Почувствовал, как его окутывает странное умиротворение - так всегда было, когда он приходил раньше. Он приготовился слушать.

- Тари, - тихо проговорил Хайярэ, когда пантера указала ему и Уиллоу на распускающиеся на лианах цветы лунолика. Снова заворожённый этим, леопард не мог говорить громко. - Безумны все, кто решается на это, или все, кто этого желает? Ведь каждый из нас знает, что тот, кто ушёл, уже не вернётся. И мы всё равно думаем о них, и терзаем себя желанием их увидеть снова.

Ярэ прикрыл глаза, отчего-то теперь не в силах смотреть на сияние лунолика. Горечь сродни той, что приходила в первые дни после гибели матери, вновь захлестнула его с головой. Он хотел вновь увидеть ту, что подарила ему жизнь однажды, хотел снова ткнуться носом в её мягкую шерсть, как в детстве, ощутить её запах, услышать голос, почувствовать поддержку... Но всё это теперь было невозможно, и единственное, что, возможно, когда-нибудь сможет позволить себе наследник - увидеть её призрачный облик и обмолвиться парой слов. Это ли не жестокость мира за гранью? Уходя - уходите навсегда.

Погружённый в свои мысли, Хайярэ не сразу заметил, что с Уиллоу что-то не так. Лишь когда сестра оказалась у него за спиной, наследник насторожился и резко поднялся на лапы, отгоняя тёплый морок Мерцающего озера. Он не чувствовал приближения опасности, да и Тари была спокойна, но то, как вела себя Уилл, говорило само за себя - угроза была. Леопард прищурил бледно-золотые глаза и насторожил уши, внимательно оглядываясь. Метр за метром он осматривал цепким взглядом джунгли вокруг, но не видел ничего, лишь россыпи белоснежных, светящихся призрачным светом цветов, и такой же внимательный взгляд Тари. Поняв, что никакой опасности действительно нет, Ярэ обернулся к спрятавшей морду в лапах сестре.

- Уилл?

Когда та после ещё нескольких секунд пребывания в этой позе приподняла наконец голову, а после и поднялась на лапы, Хайярэ сильно удивили страх и чувство вины в её глазах. Это место испугало Уиллоу, похоже, показало ей что-то, чего не видел сам Ярэ, и теперь наследник так хорошо чувствовал тревогу меланистки, что, не выдержав, подошёл на шаг ближе и неловко прижался щекой к шее сестры, чувствуя, как та подрагивает. Ни бояться, ни тревожиться ей было совершенно не о чем - вот только что же она видела?

+4

9

Не нужно было быть шаманом, чтобы ощутить — она пришла сюда не вовремя. Оба подростка выглядели отчасти испуганными ее неожиданным появлением, отчасти же в их взглядах сквозила откровенная досада. И пускай Хайярэ тепло приветствовал свою любимую тетушку, та прекрасно видела, как сильно он хочет остаться наедине с сестрой и возобновить прерванный разговор. Тари никогда не отличалась обидчивостью, напротив, она все прекрасно понимала и даже была готова сию минуту уйти отсюда... Но все-таки не сделала этого. Почему же? Ответ был прост: знахарка не сомневалась, что ей удастся заново подвести Уиллоу к заветной теме. Это было намного лучше, чем просто остаться лежать на дереве и украдкой подслушать чужой разговор, или вовсе покинуть ветку, не выяснив, что же так сильно тревожило бедняжку Уилл. Так что, Тари предпочла задержаться на берегу и открыто заявить племянникам о своем присутствии. Какое-то время, леопарды в полном молчании любуясь на цветение Лунолика, пока, наконец, Хайярэ вновь не подал голоса. Травнице понадобилось несколько секунд на размышления. Несмотря на юный возраст, ее племянник задавал порою на удивление зрелые вопросы.
Безумен тот, кто не может отпустить, — в конце концов, негромко вздохнула Тари в ответ. Тон ее слегка помрачнел. — Одно дело — искать мудрый совет у того, кто знает больше любого живого существа в этом мире, и совсем другое — стремиться вернуть себе то, что уже безнадежно утрачено, — пантера слегка запрокинула голову, устремив донельзя задумчивый взгляд в небеса. Яркий лунный свет бледно отразился в ее выпуклых зрачках. — Если призванный тобою дух почувствует, что его пробудили без серьезной на то причины, можно ожидать чего угодно. Осуществляя призыв, шаман на какое-то время растворяет границы между мирами живых и умерших, а это очень опасно. Мы словно бы заглядываем в глаза самой Смерти, а это означает, что Смерть и сама тоже смотрит нам в лицо. Несложно представить, чем это может закончиться... — говоря это, Тари незаметно наблюдала за мордами племянников. Хайярэ слушал очень внимательно, а вот его сестра, кажется, витала где-то в облаках. В тот момент, когда ее алые глаза вспыхнули испугом, а сама Уиллоу как-то подозрительно быстро попятилась за спину тетушки, последняя немедленно умолкла, прервав рассказ и напрягшись всем телом.
Уилл? — Хайярэ тоже заметил странные перемены в поведении темной самочки. Настороженно всматриваясь в лесной сумрак, он, по всей видимости, тщетно пытался обнаружить в нем какое-нибудь фантастическое страшилище, способное напугать любого своим жутким оскалом, но заросли казались совершенно пустыми. А вот взгляд Тари, наоборот, был прикован исключительно к самой Уиллоу.
Я… их свет довольно яркий, не так ли? — неуверенно пробормотала леопардица, не сводя глаз с распустившихся над водой жемчужно-белых цветов, и Тари догадалась, что ее племянницу, возможно, только что посетило видение.
Что ты увидела, милая? — ласково спросила шаманка, стараясь, чтобы ее голос звучал мягко и успокаивающе. Она не хотела, чтобы Уилл вдруг резко пошла на попятную и скрыла от них что-то по-настоящему важное. — Ты можешь рассказать нам об этом.

+2

10

— Что ты увидела, милая?
Уиллоу не спешила отвечать на вопрос тетушки. В её алом взоре продолжала проглядываться болезненная пелена, скорее напоминающая слезы – те, что обычно леопард стыдливо прятала и утирала шерстью на лапе, сопровождая это ворчливыми оправданиями, до которых никому, кто раньше встречался с Уиллоу и знал о её привычках, дела не было. Но сегодня, определенно, не тот случай. Сейчас, после едва заметной попытки объяснить происходящее ослепительным светом цветов и при этом осознавать, сколь глупа она была, Уилл замолчала, слепо наблюдая за происходящим опустошенным взглядом, который будто не видел ничего перед собой, «ослепленный» недавними огненными вспышками, похоже теперь обещавшими навещать её в кошмарах. Между тем в голове происходил настоящий хаос из мыслей, одни из которых, будто кричали «позор тебе», а другие шептали «беги, пока не поздно», но в самом сердце оставалось желание во всем признаться – сказать, как есть на самом деле.
Однако даже тогда, когда Уилл путалась в собственном осознании происходящего, лишь одно она помнила наверняка – никто не должен знать, никто и никогда, иначе ты потеряешь все. Желание рассказать все Ярэ также рассеялось среди всевозможных опасений, которые не казались беспочвенными. Даже, если бы Уиллоу потерпела крах своей гордыни, правда могла навредить не только этим, но и множеством других неприятных ситуаций – самое ужасное из которых было признанием леопарда безумной за подобные пристрастия. Недавние рассуждения об этом заставляли хищницу помнить и мыслить здраво – ведь какому правителю нужна дочурка, признанная сумасшедшей? Другое, более сильное ощущение страха сейчас разгоралось с новой силой и, конечно, Уиллоу бы пожелала побыть в одиночестве и справиться с ним самостоятельно, как и всегда делала. Вот только сил и понимания того, что для побега нужно хотя бы пошевелиться, не прибывало. Уилл продолжала статуей возвышаться над землей.
Уиллоу зашевелилась лишь тогда, когда ощутила легкое прикосновение в области шеи. Её алые глаза сфокусировались на бронзовой шерсти Хайярэ, сначала рассматривая её с удивлением, будто видя в первый раз, но после склоняя свою голову, чтобы уткнуться носом в этот мягкий шерстяной покров. Она почувствовала родной с пеленок запах – да, конечно, в процессе жизни все меняется, однако сейчас Уилл казалось, что она ощущает нечто давно забытое, но очень и очень родное. Оставь её так несколько минут, леопард бы, возможно, так и простояла в подобном положении, жалобно уткнувшись носом в макушку старшего брата. Однако мысли не покидал адресованный ей вопрос, который Уиллоу не смела игнорировать. Даже гну было бы понятно, что без объяснений она просто так уйти не сможет. Конечно, еще несколько месяцев назад подросток просто убежала бы, не особо беспокоясь о том, как воспримут её поведение старшие, а в особенности близкая родственница. Впрочем, понабравшись уму-разуму за последнее время, Уилл не могла теперь так низко падать. В конце концов, не все то, что прощается маленьким детям, простится ей – уже годовалому леопарду.
Уиллоу нехотя отстранилась от своего брата, который уже раз отвергая его участие и помощь в своих проблемах.
- "Лишь для его блага!", -  она быстро и виновато посмотрела на Ярэ, будто говоря, что ей очень и очень жаль, но, Айхею свидетель, ей необходимо место для скорого отступления, чтобы не позволить никому задавать еще больше наводящих вопросов, кроме того, на который Уилл приготовилась ответить. Ей щемило сердце, лапы немного дрожали, но она, собравшись с духом, серьезно и спокойно для себя, испуганной недавним происшествием, ответила:
- Я видела её, - с этими словами Уиллоу развернулась и, быстро кивнув брату и тете на прощание, поспешила вперед – туда, где никто не сможет видеть её слез, которые в тот же миг навернулись на глаза и потекли по черной шерсти. Она не лгала, но и не сказала правды, и пускай оба леопарда смогут догадаться, что имела Уилл ввиду своими словами, они не поймут, что именно в огне силуэт покойной Княгини приходит к Уиллоу, и любящая дочь, увидев друга в неживом враге всех обитателей саванны, не страшится его...

--→ Непролазные джунгли

+5

11

Хайярэ замер, не зная, что можно сказать в утешение сестре - он чувствовал, что она очень расстроена, ошарашена, напугана тем, что она видела, но не имел ни малейшего понятия о том, что явилось Уиллоу в видении. Поэтому сейчас он просто был рядом - чтобы она знала, что старший брат ни в коем случае не оставит её, и что бы ни случилось, постарается защитить. Кажется, Уилл поняла это - уже через пару секунд Ярэ почувствовал, как холодный нос ткнулся ему в загривок, и ощутил частое дыхание сестры на коже под бронзовой шерстью. И сейчас ему стало ясно, что, пусть приход Тари и не позволил брату и сестре окончательно и бесповоротно сломать любые барьеры и довериться друг другу целиком и полностью, но всё же то время, что они провели вместе у этого озера, не прошло даром - он уже почти забыл, когда Уиллоу была не язвительной и резкой, а такой, как сейчас - испуганной и нуждающейся в его защите. Так было лишь в детстве, когда они едва научились ходить - время не столь далёкое, но всё же сейчас все они, уже подросшие, были совершенно другими. И вот теперь на несколько секунд то время ворвалось в эти мгновения - они с сестрой действительно стали ближе.

Ярэ надеялся, что сейчас его поддержки хватит для того, чтобы страх сестры прошёл, и чтобы всё стало нормально - она ведь действительно могла сейчас поговорить с Тари, рассказать, что видела и спросить совета у Харнительницы, шаманки, что может свободно говорить с духами и многое знает и о них, и о том, что цветение лунолика может показать тем, кто за ним наблюдает. Тари старше и опытнее, возможно, она могла бы всё прояснить и помочь - Хайярэ не знал, в чём может заключаться помощь, но очень хотел, чтобы с Уиллоу всё было хорошо. Поэтому, когда сестра отстранилась, виновато взглянув на него, наследник Дебрей посмотрел на неё с отчаянной мольбой, словно зная, что сейчас будет и прося не делать глупостей. Но тихие слова, уже в следующую секунду сказанные леопардицей, её неожиданно спокойный, ровный голос и слёзы, стоящие в глазах - всё это было таким болезненным, что Ярэ тут же стало ясно, что всё, что произошло, слишком сильно задело Уиллоу, и теперь...

- Уилл, стой! Вернись! - Хайярэ рванулся было за сестрой - ему ничего не стоило сейчас догнать её или хотя бы выследить по запаху и найти - но тут же понял, что что-то удерживает его от погони. Словно почувствовал - не сейчас, не ищи её, дай побыть одной хоть немного, ей это нужно. Резко остановившись, наследник снова позвал Уиллоу, но она не откликнулась - ночь поглотила угольно-чёрную леопардицу, и теперь её было ни увидеть, ни услышать. Ярэ склонил голову, на секунду впившись чёрными когтями в землю и болезненно нахмурившись - ну почему, почему всё случилось именно так и именно сейчас?

Прошло некоторое время, прежде чем Хайярэ вернулся к ожидающей его Тари. Золотистые глаза юного леопарда были словно подёрнуты полупрозрачной пеленой - он был сильно расстроен произошедшим, а ещё его очень тревожили последние слова Уиллоу. Ярэ знал, кто такая "она" - знал лучше, чем многие, она и ему нередко являлась во снах - правда, лишь в обрывках из воспоминаний. Наяву никогда и ни в чём он не видел её, и не знал, хочет ли видеть. всем своим сердцем он был готов отпустить, и отпускал, потому что попытка удержать причиняла куда больше боли. Он не хотел расставаться с мамой, но знал, что теперь, когда она ушла, это необходимо. Знал... И, как любой ребёнок, всё равно не мог смириться с её смертью.

- Я могу как-то ей помочь? - негромко спросил он тётю, садясь напротив неё и туго обвивая лапы пятнистым хвостом - внезапно разлившаяся вокруг озера прохлада заставляла Ярэ топорщить густую шерсть и поводить плечами. - Ей гораздо труднее, чем папе, или Маису, или мне. И, знаешь, Тари... Иногда мне кажется, что это не мы не можем отпустить. Я пытался, правда, пытался, потому что помнить и держать больнее... Но никак не получается. Не потому что не хочу, а потому что каждый раз находится что-то, что вновь и вновь напоминает о ней. Словно мама не хочет, чтобы мы её забывали.

+5

12

------------------------------Непролазные Джунгли

Примечание

Пост написан от лица Эстер - фамильяра Хайко

Дебри окутывали предрассветной тишиной и мягким сумраком под широкими кронами деревьев - Эстер бежала быстро, но ступала очень тихо, чтобы не нарушить покоя этих мест. Она спешила - просьба Хайко была действительно важна, и крольчиха намеревалась рассказать о трупе антилопы первому же Хранителю, какого встретит. В её душе не было тревоги - а если и была, то навряд ли кто-то бы понял это - но немало странных, уже столь знакомых дум приходило в голову, снова и снова напоминая о том, что уже случалось когда-то, когда её подопечной была вовсе не рыжая львица, когда местом, где обитали духи, была не Гора Шаманов.

Эстер ждала этого времени. Ждала часа, когда Хайко придёт в эти земли, когда взойдёт на гору, когда встретится со всем, что внутри неё и вокруг неё, лицом к лицу. Когда узнает то, что не знала до сих пор, когда подтвердит все свои догадки, когда откроет в себе новые силы, обретёт новую связь с миром духов, связь ещё более крепкую, чем прежде. Эстер знала, что пока львица не вспомнит своего прошлого - Хае рассказывала ей о пророчестве, что дано было ей однажды во сне, и Эстер его разгадала, ни о чём не сказав подруге. Нельзя было говорить - пророчество было дано самой шаманке, и значит, понять его она должна была сама - если захочет, конечно. Ещё и Селяви - натерпевшийся мальчишка, перед которым скоро, пусть даже и в гораздо меньшей степени, чем его новоиспечённой наставнице, откроются тайны миров Ахейю и Хало. Порой при взгляде на него хотелось прикрыть глаза ухом - и что дёрнуло Духа Луны даровать столь большую силу такому неумёхе? Но, тем не менее, она у него была, а значит, Эст теперь приглядывать за ними обеими. Странное ощущение прочно поселилось в душе крольчихи - возможно, совсем скоро должна была приоткрыться завеса ещё одной тайны, той, что связана уже с нею самой - спутницей, наставницей, другом. Поймёт ли Хайко? Примет? А если поймёт, сумеет ли смотреть на неё прежними глазами?

Эст усмехнулась, прижала уши к голове и припустила быстрее. Она поднабралась привычек, в том числе и задавать вопросы самой себе, уже довольно давно - и, надо признать, в её ситуации это было весьма забавно. Впрочем, искоренить их уже не получалось - да ей и не хотелось, слишком уж подобное с нею срослось.

Быстрые лапы вынесли бурую крольчиху к Мерцающему Озеру затемно - рассвет ещё только-только занимался у самого горизонта. Она знала, что здесь часто можно найти кого-либо из леопардов. Она догадывалась, где можно найти даже самого Владыку, но сейчас искала не его - ей нужно было и самой кое-что сказать кому-нибудь из Хранителей, да и будет лучше, если подобную весть принесёт королю Дебрей кто-нибудь из приближённых. Длинные чуткие уши Эстер чуть дёрнулись - она уловила тихие звуки разговора, что звучал относительно недалеко, и тут же помчалась к месту, откуда доносились голоса. Уже совсем скоро голоса стали чётче, и Эст с удовлетворением поняла - она нашла, кого искала.

- Приветствую тебя, Хранительница, - голос Эст в миг, когда она появилась в поле зрения леопардов, неуловимо изменился, становясь звучнее, ниже. Она знала обоих разговаривающих, и если Хайярэ лишь видела однажды, то с Тари была знакома не по наслышке. - И тебя, юный наследник. Для вас у меня две новости - хорошая и плохая. Начну с плохой. Чуть дальше к северу, в джунглях близ горы, лежит труп антилопы. Она умерла от болезни, что свирепствует на территориях львов, и до сих пор заразна. Болезнь смертельна не только для травоядных, - она помолчала пару секунд, дожидаясь реакции, и добавила, чуть прищурив зелёно-карие глаза. - Хорошая новость в том, что теперь вы об этом знаете.

Дождавшись, пока Тари и Хайярэ обсудят, что делать с этой новостью, она кивнула на слова Хранительницы Горы и метнулась прочь с поляны, зная, что леопардица следует за ней.

--------------------------Непролазные джунгли

Отредактировано Хайко (24 Июл 2015 23:03:55)

+2

13

Тари с тяжелым сердцем пронаблюдала за тем, как лесной сумрак стремительно поглощает темную шкуру бедняжки Уиллоу, и как Хайярэ, сорвавшись с места, тревожно выкрикивает имя сестры, в надежде, что та все-таки остановится — разумеется, юная самка никак не отреагировала на его зов, а лишь еще быстрее скрылась из виду, оставив брата и тетку в растерянности глядеть ей вслед. Тари негромко вздохнула, взгляд ее померк и стал печальным. Подождав, пока Хайярэ вернется на берег, пантера негромко заурчала и пару раз нежно провела шершавым языком по его переносице — совсем как мать, пытающаяся утешить свое драгоценное дитя. Разумеется, матери она своему племяннику не заменит, но кто ж запрещает выражать поддержку таким образом?

Ну конечно она не хочет, чтобы вы о ней забывали, — мурлыкнула Тари ласково, заглянув в золотистые глаза племянника. — Нужно помнить о тех, кого ты любил. Твоя мама ушла из жизни слишком рано, а потому она старается быть рядом, чтобы оградить вас от разных бед. Даже после смерти наши близкие продолжают защищать нас, хотя мы этого не видим, — втянув когти поглубже, Хранительница Горы осторожно коснулась груди Хайярэ. — Ты всегда был необыкновенно восприимчив ко всему тому, что лежит за гранью самой Жизни, орлёночек... как и твоя сестра. Вот почему вы замечаете ее присутствие повсюду, — Тари убрала лапу и, помолчав, с легкой горечью добавила: — Я бы не меньше твоего хотела помочь Уиллоу, но что-то подсказывает мне: смерть матери — далеко не единственное, что терзает ее сердце... Я видела, как она пыталась сказать тебе что-то очень важное, и мне жаль, что мое появление ее спугнуло. Я не должна была вмешиваться в ваш разговор.

Тихий топоток кроличьих лап, раздавшийся откуда-то из глубин зарослей, заставил Тари отвлечься от беседы и с любопытством прислушаться к этому звуку. Не прошло и пары секунд, как из кустов выскочил маленький запыхавшийся зверек с удлиненными ушами, в котором пантера узнала свою давнюю знакомую, крольчиху Эстер. Ее появление было довольно-таки неожиданным: должно быть, она специально искала Хранительницу по всей округе, пока лапы не привели ее прямиком к Мерцающему озеру. Тари с растущим интересом воззрилась на пушистую гостью, ожидая, что же она ей скажет.

Приветствую тебя, Хранительница! — воскликнула Эстер, приподнявшись на задние лапки. — И тебя, юный наследник.

Здравствуй, Эстер, — поприветствовала ее Тари, дружелюбно махнув кончиком хвоста. — Как давно я тебя не видела! Какими судьбами тебя снова занесло в наши края?

Для вас у меня две новости - хорошая и плохая, — начала крольчиха. — Начну с плохой. Чуть дальше к северу, в джунглях близ горы, лежит труп антилопы, — на этих словах, морда Тари выразила вежливое недоумение. Вообще-то, крупные травоядные вроде зебр и антилоп нечасто забредали в такую глушь — их куда больше прельщали обширные плодородные пастбища к западу от Дебрей... И что за опасность могла таиться в мертвой антилопе? Ответ на этот вопрос прозвучал раньше, чем Тари успела высказать его вслух. И, надо сказать, услышанное заставило ее похолодеть.

Да уж, хорошенькую новость ты нам принесла, — пробормотала Тари себе в усы, лихорадочно размышляя. Для начала, было бы неплохо выяснить симптомы данной болезни, и, конечно же, поскорее разыскать труп мертвого травоядного, пока его не успел коснуться кто-то из местных... Пантера с ужасом представила, что может произойти, если они с Эстер сейчас же не двинутся в путь. Тари немедленно поднялась со своего места и оценивающе покосилась на светлеющее небо. Ночь была уже на исходе, и все охотники наверняка вернулись в свои логова... Тем не менее, им следовало поспешить.

Хайярэ, милый, — обратилась самка к обомлевшему племяннику, — нужно срочно предупредить твоего отца о случившемся. Пожалуйста, сейчас же отправляйся на его поиски. Это очень серьезно, — сказав это, Тари приблизилась к Эстер, внимательно заглядывая ей в глаза. — Ты не могла бы отвести меня туда, где лежит этот труп? Мы все были бы очень тебе благодарны. А по дороге я бы хотела получше узнать о том, что это за болезнь и как ее лечить, — еще не успев закончить свою реплику, пантера уже стремительными, широкими прыжками понеслась следом за Эстер. Лапы у крольчихи были быстрые, но Тари не отставала от нее ни на шаг, несмотря на то, что ей приходилось двигаться по земле, а не по древесным ветвям — так она лучше видела свою провожатую и не боялась потерять ее в темноте.

> Непролазные джунгли

+4

14

Хайярэ прикрыл глаза и чуть наморщил нос, когда шершавый язык Тари прошёлся по его переносице. Волна тепла поднялась в нём, захлестнула сердце - мама так не делала, её ласки были другими, но с тётей было спокойно и хорошо даже сейчас, когда смятение и печаль проникали в душу. Несмотря на то, что разговор с Уиллоу был прерван, и что воспоминания в этот рассветный час сильно тревожили, Ярэ был рад, что Тари рядом. Она больше, чем кто-либо другой в Дебрях, была связана с тем миром, куда ушла мама, и пусть даже наследник не хотел больше ощущать присутствия родительницы так остро, но то, что тётя точно знает, что мама счастлива за гранью Жизни, его успокаивало. Сильнее становилась надежда на то, что однажды воспоминания перестанут вызывать такую тоску - Хайярэ чувствовал, что от этой тоски страдает и дух его матери.

Мягкий, певучий голос Тари был похож на журчание глубокого ручья - Ярэ поднял взгляд и кивнул в ответ, показывая, что он понимает, о чём она говорит. Мама действительно была рядом - и наверняка присматривала за каждым из своих детей. Хайярэ верил в это, и во многом ещё и из-за этого старался делать всё как можно лучше - он не мог и не хотел подвести отца, и тем более не мог и не хотел подвести маму. Он с самого раннего детства был хорошим сыном - и хотел, чтобы она продолжала им гордиться даже там, среди Великих Королей Прошлого. Одно только было неясно ему - как же мама могла защитить, уберечь его, Уилл, Маиса, находясь за гранью? Нет, он понимал, что сейчас, после её смерти, сам должен оберегать младших сестру и брата, сам должен их защищать от любой опасности так же, как это делала она когда-то, и как это делает сейчас отец.

Хайярэ склонил голову, потёрся широким лбом о мягкую лапу Тари, слегка прижал уши к голове - он и сам очень жалел о том, что Уиллоу так и не смогла поверить ему то, что собиралась. Это действительно было нечто важное - сестра выглядела так, будто рассказывает то, что гложет её долгое время, и, быть может, Ярэ мог хоть как-то ей помочь. Но что сделано, то сделано - сейчас уже навряд ли можно что-то изменить.

- Ничего не поделаешь, - негромко отозвался наследник и печально улыбнулся, глядя на леопардицу. - Я попробую поговорить с ней снова, когда увижу... Когда она сама захочет рассказать.

Рассвет расстелил солнечные лучи по небу над Дебрями - цветки лунолика скрылись, свернулись в полупрозрачные, невидимые взгляду бутоны до следующей луны, а воды озера окрасились в розовый и оранжевый. Хайярэ прищурился, взглянул на небо - неужели он провёл здесь почти всю ночь? Кажется, будто с момента, когда он встретил Уиллоу, прошло не более нескольких минут - а в действительности много часов. Это, наверное, место так влияло - он не первый раз был здесь, и не первый раз замечал, что у Мерцающего Озера часы похожи на минуты. Внезапно тихий топот донёсся до его ушей, и Ярэ обернулся - как раз в тот момент, когда из кустов на поляну вылетела небольшая бурая крольчиха. Юный леопард насторожился - он нередко охотился на кроликов, но они всегда были зверьками осторожными, и просто так оказываться перед хищником не стали бы. А эта замерла на секунду, встопорщила уши, и...

- Приветствую тебя, Хранительница. И тебя, юный наследник.

Хайярэ, услышав голос Эстер, склонил голову в знак приветствия. Он был удивлён - крольчиха знала его, более того, обратилась как к равному, но юный леопард не имел ни малейшего понятия о том, кто она. Зато Тари, похоже, это было прекрасно известно - тётя обратилась к крольчихе, как к давней хорошей знакомой. Ярэ взглянул на них, чуть нахмурился, пытаясь понять, что может связывать столь разных существ: в голову приходило только одно, но разве кролик может чувствовать мир духов так же, как леопард или лев?

Долго размышлять об этом, однако, не вышло. Эстер немедленно ответила на вопрос Тари, и её слова тяжёлыми камнями упали в тишину, в миг воцарившуюся у Мерцающего Озера. Хайярэ вздрогнул, услышав их, взглянул на тётю - та выглядела такой же потрясённой. Несколько секунд тишины не разрушало ничто, и за эти несколько секунд юный леопард успел увидеть перед глазами столько страшных картин, что ощутил, как слабеют лапы. Болезнь, опасная болезнь, свирепствующая на территориях львов, теперь оказалась и у них. Труп умершей антилопы неподалёку... Единственный ли? А вдруг их много? Как они переносят болезнь, как передают её?

Из мрачных и пугающих раздумий его вырвал голос Тари. Тётя обращалась к нему, и Ярэ, до этого почувствовавший себя на несколько мгновений совершенно потерянным, попытался собраться. Получилось не очень хорошо - его слегка потряхивало от страха того, что может случиться - но всё же получилось. Он кивнул, соглашаясь выполнить просьбу хранительницы, и, пронаблюдав, как она скрывается в зарослях, следуя за Эстер, развернулся и помчался в другую сторону - он понятия не имел, где сейчас Мефистофелис, но отца нужно было найти как можно скорее. И он знал, как это можно сделать.

---------------------------------Граница тропического леса

+2

15

Начало игры

Близилась ночь - самое время выдвигаться. Она нежно укроет и спрячет своих детей, а Сальма была именно сподвижницей ночи. Несмотря на то что её шкура скорее имеет цвет закатного солнца, чем ночного небесного свода, ночью было гораздо комфортнее и приятнее.  Это не значило, что зверей в саванне становилось меньше - кажется, всем было вообще плевать на сон, и это можно было понять. Когда ты спишь - ты уязвим.

Но не здесь, не в самом сердце Дебрей. И хотя полноценным сердцем джунглей была Гора Шаманов, Мерцающее озеро было не менее душевным и священным местом, к тому же находилось оно практически в самом центре непроходимых зеленых зарослей, а значит случайных незнакомцев Сальма не встретит.

Погода, правда, была далеко не самая приятная для прогулок. Любых. От обычных походов на озеро влаги и прохлады ради, так и для побегов с родных земель - вокруг был плотный туман, из-за которого Сальма то и дело запиналась и громко ойкала, таким образом разбавляя обычную тишину своим писклявым высоким голосом. Природа, наверное, устала от неё.

Однако нюх и слух никуда не делись, да и дорогу до озера её лапы помнили наизусть, от того найти путь даже сквозь туман не оказалось такой уж проблемой. Слишком часто леопардесса бывала тут ранее, и сейчас это сыграло ей на руку. Зачем она вообще пришла сюда? Что ж, Сальма была чудаковатой, но умела просчитывать свои ходы и была вполне себе запасливой дамой. К тому же она прекрасно была осведомлена о том, что именно возле озера растет лунолик - полезнейшее для шаманов, особенно таких как она - начинающих, растение, которое может однажды спасти её. Да и судя по словам многих шаманов, приходяхших непосредственно к этому озеру за этим цветком, оно достаточно редкое и растет если не только здесь, то почти нигде.

Ведомая лишь ушами, носом и чуйкой, Сальмонелла вдруг почувствовала, как её лапы вступили в мокрое, из-за чего самка вновь недоуменно ойкнула и слегка отошла назад. Хотя, впрочем, уже буквально через секунды она двинулась вперед, погружаясь в пресную озерную воду. Искупаться в священных водах, да еще и испробовать из них - то еще наслаждение, не только физическое, но и моральное. Она неосознанно ощущала прилив энергии, особенно шаманской. Голос в её голове тихонько запел какое-то обращение к богам - даже неясно каким. Сальмонелла еще толком не понимала, кому или чему она верит, но то что она верит - это точно. Поэтому её слова звучали абстрактно и были адресованы лишь концепту бога, а не к кому-то конкретному. Она просила помощи у неких великих сил в своем будущем путешествии, и начиналось оно именно с нахождения лунолика.

Самка нырнула. Приятно и хорошо. Не только потому что несмотря ни на что вода была достаточно теплой и приятной, но еще и потому что тот самый пресловутый туман, что мешал леопардессе найти проход к священному месту, сейчас создавал приятную игру света в сочетании с заходящим солнцем, просачивающимся сквозь его пелену и густые дебри и божественным светом постепенно распускающегося лунолика.

Немного взбодрившись в озере, Сальма вышла на берег и отряхнулась, хотя и не полностью. У нее было чуть больше шерсти, чем это положено леопардам, и от того некоторые участки её тела ощущались сейчас гораздо более тяжелыми. И пока она обсыхала, самка решила поискать лунолик.

+1

16

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"14","avatar":"/user/avatars/user14.png","name":"Рудрани"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user14.png Рудрани

Сальмонелла ищет Лунолик

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=6

Бросок

Итог

6

6

Абсолютная удача: персонаж выигрывает/выполняет миссию без единой травмы или увечья.

Лечебная трава успешно найдена!

0

17

Поиск продолжался недолго, и уже совсем скоро Сальма смогла найти один цветок. Настолько светлый и красивый, что срывать было жалко. А ведь еще даже не полнолуние! Уму непостижимо то, каким мог бы оказаться лунолик в самый пик своего цветения. Однако ждать этого Сальме не хотелось. Внешний мир тянул, а столько всего еще стоило сделать здесь, на родине. К тому же, судя по местным легендам, дух озера являлся далеко не каждому встречному зверю, а лишь самым чистым и светлым душой. И даже сама Сальма не могла так отозваться о себе, не говоря уже о мнении остальных, которое зачастую было совершенно противоположно её собственному.

Леопардесса, таки переборов внутреннее чувство прекрасного, сорвала цветок, припрятав его себе… В… Хм. А спрятать-то его было и некуда. В смятении самка замерла на месте, обдумывая, куда бы можно было положить столь ценную вещь, но вариантов у неё пока не было. Точнее был один. Но его она хотела приберечь на попозже. А сейчас, пока Сальма вовсю разглядывала себя в надежде найти хоть какой-то отсек или лишнюю дырочку, её взгляд вдруг остановился на выпирающей шерсти на груди. А что, вполне себе вариант – припрятать лунолик в фартуке. Благо, цветок пока что был лишь один, а места там хватило бы еще на парочку.

Но ключевое слово было "пока". Потому что останавливаться на достигнутом она не хотела. Помимо лунолика она чувствовала запахи и других цветков, о которых знала не по наслышке. Её мама кое-что понимала в травах и успела передать немного знаний интересующейся дочке прежде чем умереть. И хоть Сальмонелла не совсем знала, как и с чем можно их применять (по крайней мере в полной мере), но считала нужным собрать по максимуму всего, что здесь есть. Разве могут лечебные травы оказаться лишними?

А пока самка принялась искать другие травы, она обдумывала план дальнейших действий. Ей очень хотелось перед отправлением во внешний мир заглянуть на Гору по двум причинам: во-первых, чтобы осмотреть и увидеть в очередной раз, что из себя представляет окружающий мир, а во-вторых, познакомиться с каким-нибудь духом, который бы и направил юную шаманку на путь верный. А то она ведь совсем не знала, с чего начать.

В конце концов, когда определенное количество трав и цветков оказалось в шерстяном кармане на груди, Сальма решила, что пока что ей хватит, и стоит пойти в сторону Горы. Одно приключение закончилось, можно отправиться и за другим. И потому радостная самка с легкой улыбкой на мордахе поскакала по любимой тропе, и никакой даже самый плотный туман не мог её остановить.

ГМу

По два кубика на каждую траву

→ Пещера таинственного эха

0

18

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"3","avatar":"/user/avatars/user3.jpg","name":"SickRogue"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user3.jpg SickRogue

Сальмонелла ищет базилик

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=5

Бросок

Итог

5

5

Лечебная трава успешно найдена!

Сальмонелла ищет базилик

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=6

Бросок

Итог

6

6

Лечебная трава успешно найдена!

Сальмонелла ищет валерьяну

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=6

Бросок

Итог

6

6

Лечебная трава успешно найдена!

Сальмонелла ищет валерьяну

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=5

Бросок

Итог

5

5

Лечебная трава успешно найдена!

Сальмонелла ищет костерост

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=1

Бросок

Итог

1

1

Поиск лечебной травы провален.

Сальмонелла ищет костерост

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=2

Бросок

Итог

2

2

Поиск лечебной травы провален.

Сальмонелла ищет адиантум

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=5

Бросок

Итог

5

5

Лечебная трава успешно найдена!

Сальмонелла ищет адиантум

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=2

Бросок

Итог

2

2

Поиск лечебной травы провален.

Сальмонелла ищет лунолик

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=4

Бросок

Итог

4

4

Поиск лечебной травы провален.

Сальмонелла ищет лунолик

http://tlkthebeginning.kozhilya.ru/gm/d.php?style=kozhilya&dice=3

Бросок

Итог

3

3

Поиск лечебной травы провален.

0


Вы здесь » Король Лев. Начало » Непроходимые Дебри » Мерцающее озеро