Страница загружается...
X

АААААА!!! ПРОГОЛОСУЙ ЗА НАААААС!!!!

И не забывай, что, голосуя, ты можешь получить баллы!

Король Лев. Начало

Объявление




Представляем вниманию гостей действующий на форуме Аукцион персонажей!

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов Волшебный рейтинг игровых сайтов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Каменная крепость » Защитное кольцо


Защитное кольцо

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

*здесь скоро будет изображение*

Высокая каменистая стена естественного происхождения возвышается на высоту более чем десятка метров, окружая собой небольшой участок местности размером примерно с футбольное поле. Никто не знает, как она образовалась — вполне возможно, это останки очень древнего, давно исчезнувшего вулкана, потерявшего свою огненную силу еще в те времена, когда на месте Великой пустыни шумела зеленая трава плодородных пастбищ. Снаружи эта стена куда более ровная и обрывистая, чем изнутри, где на нее можно взобраться по тесному нагромождению скал и обломков камней. Взрослый лев вполне спокойно пройдет по ее вершине, а вот детенышам следует быть осторожнее: неровен час оступиться и упасть вниз, разбившись насмерть.


Ближайшие локации

0

2

Начало игры

“Как же я ненавижу ветер”, — думал Мэддокс, пробираясь сквозь бушующую пустынную бурю. Песок задувало в нос, в рот, в глаза. Дышать было тяжело, от этого уж очень хотелось куда-то спрятаться. Он уже тысячу раз пожалел о том, что сунулся в пустыню в такое время. Но кто же знал? Когда лев подходил к границе пустыни с севера, было тихо и спокойно. Через час после его выхода в барханы, Мэда начало засыпать песком. Поэтому ему хотелось побыстрее дойти до оазиса, о котором говорили ему другие одиночки. Лев хотел отдохнуть там, а утром продолжить путь.
Но, кажется, он сбился с пути. Он это понял, когда перед ним выросли не прекрасные зеленые деревья оазиса, а булыжники. Стена песчаника высотой с хорошую такую скалу возникла очень резко, буквально в десяти шагах от Мэддокса. Он не заметил ее издалека, потому что песок в воздухе сливался с цветом этой самой скалы. Лев резко остановился, когда заметил сооружение.
— Это еще что?, — задумчиво произнес он, подходя ближе.
Он понюхал стену, но запах ничем не отличался от всей остальной пустыни. Никаких меток, никаких признаков жизни. Мэд пораскинул мозгами и решил обойти камень. Быть может в нем есть какая пещера, где он смог бы переждать бурю, отдохнуть от вечного ветра. Лев пошел направо и почти сразу же уткнулся в два привалившихся друг к другу камня, такой же высоты, как и стена. Они образовывали собой подобие арки, входа в пещеру. Это было отличным вариантом для отдыха, Мэд удовлетворенно кивнул и прошел под сводом. Он ожидал маленького углубления в камнях, достаточного, чтобы укрыться от ветра и солнца. Но то, что он увидел далее поразило даже такого спокойного льва, как Мэддокс.
На него обрушился прохладный, чуть влажный воздух, который нес за собой запахи цветов. Так много цветов, листьев, воды. И это посреди пустыни! Мэд поднял брови, осматривая все эти владения. “И здесь никто не живет?” — еще раз изумился лев, проходя дальше, вздыхая от облегчения, когда его лапы коснулись прохладной травы. Незаселенность этого оазиса была удивительной. Это совсем не тот островок зелени, который описывали ему друзья. В том живут львы и обезьяны, он кишит жизнью, так ему говорили. Здесь же невозможно было уловить ни одного запаха. Только несколько птиц сидело на ветках. Обойдя весь оазис кругом и пометив в некоторых местах (чего добру пропадать), Мэд попил воды и прилег около озера, решив дать себе отдохнуть. Сон пришел к нему очень быстро.

***

Проснулся лев уже ближе к вечеру. Все еще не обнаружив вокруг себя никаких признаков жизни, Мэд решил сходить на разведку. Уходить из этого оазиса раньше утра он не собирался: в пустыне ночью может быть очень холодно, а здесь царил несколько другой микроклимат, ведь камни защищали от ветра. Лев снова прошел под камнями, и на него тут же налетел ветер с песком. “Я нисколько не скучал”, — нахмурился Мэд и пошел вдоль стены.
Насколько он понял изнутри, каменное сооружение было чем-то вроде кольца, не размыкавшегося нигде, кроме ворот. Но все же интересно было, что еще можно найти вокруг. Да и обойти не мешало, так, для проверки на чужаков. В конце концов, ему тут еще ночевать.
Мэддокс дошел, как ему показалось, до противоположной воротам точки и встал передохнуть. Он смотрел по сторонам, пытаясь увидеть или почуять хоть что-то, но ветра были слишком сильные, чтобы заметить прибытие чужаков.

Отредактировано Maddox (25 Авг 2017 03:20:33)

+2

3

Шакальи скалы ---→

Нейт твёрдо и уверенно ступала по ещё горячему песку, на время став своеобразным предводителем группы. Сколько раз она также в юности отправлялась на охоту, ведя за собой более юных львиц, сколько раз она также уводила за собой кучку львят? И теперь она снова ведёт, на этот раз куда более крупную компанию, да и намного серьёзнее, чем прежде - самец, самки, дети... Охотница не хотела называть Мороха "своим" самцом исключительно потому, что не видела в мужской лапе жизненной необходимости. Что же, если близняшки без мужчины помрут, то Нейт уж как-нибудь продержится. В льве она в первую очередь видела помощь в сражениях (если вдруг случится) и при охоте на кого-нибудь крупного (если попадётся), да защите (если придётся). Правда, наличие у самца детей несколько осложняло возможную приятную жизнь, но нет худа без добра?

Ветер усиливался, но самка упорно продвигалась вперёд, избегая коварных полузыбких мест. До тех самых камней оставалось всего пару десятков шагов, когда перед ними (в смысле камнями) возникла фигура. Сквозь песок и плотный ветер она не сильно поддавалась идентификации, однако было очевидно, что это существо вероятнее всего лев, и вероятнее всего самец. Резко тормознув, самка выпустила когти и вздыбила шерсть на холке; её чёлка разметалась по лбу, а мордочку исказил оскал. Вечно печальное выражение сменилось агрессией. Не стоило себе льстить - Нейт так реагировала на любую опасность в свою сторону, а сейчас, как-никак, за её спиной тащилась целая процессия детёнышей. Медленно двинувшись вперёд, она негромко рыкнула сопровождавшему их Мороху, всё так же не расслабляя мышц:
- Там кто-то есть. Чужак.
Не притормаживая, она медленно, слегка пригнувшись, направилась ближе к камням. Лёгкая тень от сокола скользила по её плечам, символизируя поддержку "с воздуха". Её пернатый товарищ отлично видел незваного гостя, но не спешил ни представлять его, ни представляться сам. Сейчас всё зависело от решения мистера-теперь-я-тут-самый-главный. Ведь у Нейт уже были шрамы, и новые ей были ни к чему.

+1

4

Шакальи скалы

Мужик сказал – бабы сделали. Теффи не имела привычки перечить самцам. Сделав вид, что решение Морох принял самостоятельно, а не из-под пинка двух Нейт, львица засеменила за ним. Вставать, так вставать. Конечно, с нагретого местечка уходить ей совершенно не хотелось, а уж перспектива волочить в зубах одного из детёнышей льва – вообще не радовала. Ну, разве она была рождена для этого? Возиться с чужими спиногрызами? Конечно, Теффи могла фыркнуть, махнуть хвостом и спихнуть всю работу на своего фамильяра – мол, пришла, значит отрабатывай свой хлеб. И пофиг, что ту захудалую мышь она поймала самостоятельно. Теффи в каждом шаге своей спутницы могла видеть свою заслугу и о том безгранично напоминать. Вообще непонятно, что достаточно умная – по крайней мере, точно умнее Теффи, барханная кошка забыла рядом с такой, как она. Из жалости? Опекала, как нерадивого ребёнка, пытаясь уберечь от неразборчивых связей? Гиена знает.

- Теффи, - окликнула её Нейт. – Я не дотащу ни одного из этих детёнышей.

Львица с неохотой остановилась, окинула взглядом барханную кошку и детёныша, который лежал на песке и ждал своей незавидной участи волочиться в зубах левой львицы. Кажется, в голове светлошкурой происходит какой-то мысленный процесс (показалось).

- Ты справишься, - заключила самка и, вильнув хвостом, затрусила бёдрами в сторону Мороха.

- ТЕФФИ!

Львица остановилась. От громкого и рассерженного рявканья кошки она аж вздрогнула. Мурашки пробежали по телу, а шерсть на загривке поднялась дыбом. Ну что за несносная кошка! Ничего ей нельзя доверить, да ещё и ругается на неё так, словно она несмышлёный ребёнок, не способный за собой кучу песком засыпать. Ни капли уважения!

Фыркнув, самка с неохотой подошла к детёнышам, примерилась к тому полудохлому с белой чёлкой. Она припоминала, в каком плачевном состоянии он нашёл их. Учитывая эту особенность, можно сослаться на то, что детёныш за прошедшую ночь благополучно сдохнул, а это значит что? Что работы у Теффи с Бастет станет значительно меньше, исчезнет ещё один голодный рот, а Морох будет опечален потерей своего сына (наверное), а у близняшек появится чудесная возможность утешать его ночь напролёт.

К несчастью Теффи обнаружила, что детёныш вполне себе живой, а потому пришлось, скрипя сердцем, зубами и задом тащить его за остальными. Опыта в обращении с детёнышами у неё практически не было. Не считая того, что пару раз приходилось возиться с младшими братьями и сёстрами, которых в прайде их отца было достаточно много, других детёнышей она отродясь не встречала. Теперь же вынужденно становилась мачехой для этой своры гиена пойми кем рождённых и брошенных детёнышей.

Теффи была достаточно неглупой, чтобы открыто не выказывать своё отношение к детёнышам и необходимости возиться с ними. Она молчала, улыбалась и размахивала бёдрами перед Морохом, показывая, какая она отличная мать и вся из себя – горячая и подтянутая малышка, которую надо брать, пока горяча.

Дорога до предполагаемого логова прошла в тишине. Разговаривать с детёнышем в пасти не получалось, да и вилять задницей – тоже. Её заносило из-за непривычного балласта, который портил ей всю картину. Кое-как с поставленной задачей она справилась и поравнялась с сестрой и Нейт, когда те остановились. Нейт неожиданно ощёрилась и приготовилась к возможному сражению. Теффи, положив детёныша перед собой, осмотрелась, пытаясь понять, что происходит и что делать ей самой. По обе стороны от неё обе Нейт – львица и барханная кошка, шипели и пугали кого-то вздыбленной шерстью. Посмотрев на них откровенно тупым взглядом, Теффи, недолго думая, протянула своё многозначительное: «А-аа!» и тоже заняла боевую стойку, шипя и щёрясь.

+2

5

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"38","avatar":"/user/avatars/user38.png","name":"Mephi-san"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user38.png Mephi-san

Что-то странное творится на севере: небо над видимой частью вулкана Килиманджаро затянуто странными, темно-фиолетовыми облаками, отдаленно напоминающими грозовые тучи. Создается впечатление, будто огромная гора ожила и начала чадить дымом. Слышен едва различимый, мерный гул, а также рокот мелькающих в облаках раскатов голубоватых молний — зрелище, безусловно, очень красивое и завораживающее, моментально привлекающее к себе внимание. Вода в реках, лужах и озерах ведет себя странно: на ее поверхности заметна мелкая, волнующаяся рябь, будто от легкого порыва ветра или слабого трясения почвы.

0

6

---→ Шакальи скалы

Конечно, самочки были не очень довольны тем, что им пришлось тащить мелких, тощих и вонючих детенышей. Ну хорошо, вонючих немного меньше, чем раньше. Прежде, на барханах, они воняли совсем уж ужасающе; оставалось только удивляться тому, как это все окрестные падальщики не сбежались. Может быть, просто испугались Мороха. Или решили, что он сожрет их совершенно самостоятельно.
Теперь то ли львята поотмылись немного, то ли сама Баст попривыкла к исходящему от них душноватому запашку, но она несла одного из них в пасти и не пищала по этому поводу. Хотя недовольна, конечно, была. Ей хотелось немного не это. Скажем так, совершенно не этого.
Но рот-то все равно был занят, так что львица только и могла, что приглушенно бурчать по пути, выражая тем самым свое недовольство. К тому же, если она бросит львенка по пути, Морох будет недоволен... А самка была заинтересована в том, чтобы он был доволен. Чтобы он был чертовски доволен ими обеими, чтобы голова у него кругом шла оттого, какие они прекрасные и милые.
Наконец, лапы принесли их в нужное место. Бастет здесь не очень нравилось, но это было прежде. Сейчас она смотрела на кольцо по-новому, с точки зрения будущей матери и (об этом она даже думала шепотом) королевы собственного прайда. Ну хорошо, одной из королев — она ведь привыкла делить с сестрой все, до последней крошки.
Хотя, скажем честно, в ее головенке было достаточно мозгов, чтобы понимать: лучше уж этим будет заниматься кто-нибудь другой. Ну какая из нее правительница, нет, правда? А вот охотница и спутница жизни получится неплохая. Тупенькая, зато знающая, когда нужно пасть закрыть, а когда поддержать своего господина и повелителя.
Оный повелитель пока что шагал позади остальной группы, присматривая, чтобы никто не отстал и не потерялся. Бастет очень хотелось оглянуться и бросить на Мороха томный взгляд, но висящий в ее пасти львенок изрядно мешал этому. Так что она вздохнула с облегчением, когда они наконец оказались на месте.
— Неплохое место, — промурлыкала львица с таким видом, будто именно она предложила пойти сюда; стена была такой высокой, что надежно закрывала от любого ветра; кое-где она успела искрошиться, но все равно была куда выше львиного роста, — и теплое.
Нет, правда, теплое. Сейчас самке казалось, что песок здесь куда теплее, чем в остальных местах — должно быть, тоже оттого, что ветер не раздувал песчинки.
Зато и далекого Килиманджаро, который, кстати, не при всякой погоде можно было увидеть из пустыни — порой видна была лишь только снежная шапка, возвышавшаяся, казалось, прямо из неба и в небо же уходящая, как этакая насмешка над пунтиком, вынужденным плестись по жаре, — отсюда видно не было. Так что всю красоту Баст проморгала — ну тучи и тучи, ну гроза где-то там на горизонте. Зарницы она и раньше видела, а если уж и ждать чего, то лучше бы дождик покрапал. Глядишь, цветочки на пустошах расцветут, больше животных будет.
Самка запоздало дернула ушами, только теперь заметив, что обе другие львицы как-то напряженно себя ведут. Но поддерживать их не спешила, а вместо этого, вильнув хвостом, вопросительно воззрилась на Мороха — что-то он скажет?

+1

7

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"3","avatar":"/user/avatars/user3.jpg","name":"SickRogue"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user3.jpg SickRogue

На севере вспыхивает ослепительное багряное зарево, отчего в пустыне на несколько мгновений становится светло как днем. Спустя считанные мгновения земля содрогается, как перепуганная зебра, вода во всех водоёмах начинает ходить ходуном, а с возвышений скатываются камни — как мелкие, так и покрупнее. Поначалу все это происходит в жуткой тишине, но затем с запада доносится дикий, оглушительный грохот, настолько громкий, что он заглушает все и вся. Постепенно интенсивность этого звука начинает затихать, но его отдельные раскаты, глухие и зловещие, время от времени по-прежнему долетают до ушей местных обитателей. Стихает и дрожь земли. Обвалы прекращаются, а, со временем, проходит и волнение на воде. Небо в северной его части заволакивает странными, зловещими тучами, сквозь которое по-прежнему пробивается странное и жуткое зарево — а снизу их озаряют красные огненные всполохи. Кажется, подножье Килиманджаро, а также все его окрестности, охвачены страшным пожаром.

0

8

Шакальи скалы >>>


Морох чувствовал себя приятно удивленным — что уже само по себе могло считаться событием если не уникальным, то как минимум очень и очень редким.

Во-первых, те "странные каменные глыбы", о которых упомянула Нейт, оказались не просто хаотичным нагромождением стертых временем камнем, под которым можно было бы худо-бедно спрятаться от дневного пекла, а внушительным скалистым образованием, со стороны больше всего смахивающим на обычное плато. Но Мора интересовала отнюдь не его плоская вершина, нет; взгляд молча хромающего по еще теплому песку с трупом доркаса наперевес самца был прикован к основанию ближайшей к нему стены — пожалуй, это была наилучшая защита от солнца и раскаленных ветров, какую только можно было отыскать на много километров вокруг... Исключая, конечно же, Шакальи скалы, но, по мнению Мороха, они не шибко годились для постоянного проживания. Так что, Нейт предложила им отличную альтернативу, чем заслужила себе несколько жирных плюсов в карму, а также короткий, но до крайности одобрительный взгляд Мороха в спину... и не только в спину.

Во-вторых, двое его оставшихся сыновей, что были вынуждены топать по пустыне самостоятельно, в отличие от свисающих из пастей близняшек Сурмута и Хаста, показывали своему отцу недюжинную выносливость — что Сота, что Трезо вполне бодро вышагивали вперед, пока что еще не стремясь грохнуться на песок без сил... Чего, увы, нельзя было сказать о Джеро и той маленькой красношкурой львенке, что прибилась к их группе накануне: оба безнадежно отставали, причем с каждой минутой все больше и больше, а вскоре и вовсе пропали из виду, оказавшись где-то далеко позади основной процессии, скрытые от их глаз высокими серебристыми барханами. Морох не шибко о них беспокоился: в первую очередь, его интересовало выживание его родных детенышей, и в самую последнюю — чужие львята, тем более, что Джеро был уже вполне зрелым и самостоятельным львом, хоть и подростком. Так или иначе, но Мор не нанимался им в нянечки, да и при всем желании не стал бы замедлять движения: эта ночь выдалась куда прохладнее предыдущей, и любая, даже самая короткая остановка могла стать причиной серьезного заболевания, как для него самого, так и для его нынешних спутников. А так как Морох был предельно заинтересован в том, чтобы все "найденные" им самки, равно как и его собственные сыновья, остались в живых, он довольно быстро сделал свой выбор в их пользу.

В конце концов, Джеро и Ниссе ничего не мешало догнать их чуть позже, ориентируясь на широкую "тропу" из больших и маленьких следов, сотворенную Мором и его новым прайдом.

Живее, — буркнул он, легонько подпихнув здоровой лапой слегка подотставшего Трезо — малыш, кажется, загляделся на что-то, и Морох поневоле глянул в ту же сторону, что и его отпрыск... И какое-то время шагал с задумчиво повернутой в бок физиономией, наблюдая за впечатляющим разгулом стихии на горизонте. Сперва ему показалось, что это обычная, хотя и очень мощная гроза, но затем он начал серьезно в этом сомневаться: уже больно ярко полыхали молнии, да и цвет у этих облаков был каким-то необычным, насыщенно-фиолетовым. Нахмурившись, лев слегка поправил свисающую с его спины газелью тушу, думая о том, как бы этот ураган... или что бы то ни было, не накрыл собой пустыню. Только этого еще ему не хватало, для полного-то счастья...

Там кто-то есть, — неожиданно раздавшийся впереди голос одной из охотниц поневоле отвлек самца от его тягостных мыслей и вынудил сосредоточиться на происходящем. Мор остановился, устремив вопросительный взгляд на агрессивно вздыбившую мех Нейт. — Чужак, — ну, разумеется, кто еще это мог быть? Морох раздраженно возвел взгляд к небесам, после чего тяжело сбросил свою ношу на песок — честно говоря, меньше всего на свете ему хотелось сейчас с кем-то там сражаться, но разве у черногривого был какой-то иной выбор? Нет. Так что, Мори без лишних слов выдвинулся вперед, минуя растерянно озирающихся львят и сопровождавших их двойняшек, что, в отличие от боевой и самонадеянной Нейт, совершенно не стремились показывать кому-то там свои жемчужные клычки. Правильно, чего ради весь этот ненужный понт, когда рядом был такой большой и сильный Морох? Не для того они обе возились с его тощей малышней, чтобы прикрывать самца в драках.

Это он должен был их защищать, а не они его.

Ну, кого там еще гр*баным ветром занесло, — чуть слышно пророкотал Мор себе под нос, хоть и без особого энтузиазма, но тем не менее вполне решительно выходя на авангард. — Ты, может, еще и за меня ему по роже надаешь? Иди присмотри за мясом и детьми, чтобы не разбежались, — ворчливо обратился он к скалящейся Нейт, обходя ее стороной и все больше углубляясь в тень, отбрасываемую высокой каменной стеной. Запах чужака становился все сильнее, а значит, тот был уже совсем близко; пригнувшись, Морох как можно тише покрался вперед, используя беспорядочно разбросанные тут и там валуны в качестве прикрытия. В конце концов, ему удалось рассмотреть силуэт незнакомца, весьма отчетливо вырисовывавшийся на фоне темного ночного неба, и Мори тут же замер, недовольно его разглядывая. Взрослый самец... не шибко крепкий на вид, скорее, даже наоборот — худощавый и поджарый. И он явно уступал ему по размерам, не сильно, но все же. Спрашивается, нахрена прятаться в камнях, точно трусливый шакал, когда можно спокойно выйти к нему навстречу и припугнуть парой-тройкой нелестных фраз? Морох фыркнул себе под нос и, уже не скрываясь, выпрямился в полный свой рост, позволяя обернувшемуся Мэддоксу как следует его разглядеть.

Местный? — сухо осведомился Мор, не дожидаясь, пока чужак с ним поздоровается, и сам не растрачиваясь на глупые приветствия. — Нет? Ну так и чеши отсюда, — заключил он в итоге, для пущей убедительности слегка сморщив переносицу и наглядно блеснув кромкой желтоватых клыков. Кажется, впервые в жизни Морох не испытывал желания немедленно вступать в драку, а, напротив, с редким для него терпением дожидался, пока незнакомый самец повинуется голосу трезвого рассудка и послушно очистит территорию...

Не дождался.

И вовсе не потому, что Мэддокс вдруг решил показать ему свой боевой характер и ответить оскалом на грубую фразу — удивительно, но нет. Просто внимание обоих львов вдруг резко переключилось на вспыхнувший жутким багряным заревом горизонт: пламя извергающегося вулкана было видно даже на таком огромном расстоянии... А спустя минуту-другую до самцов волной докатился низкий, зловещий гром — будто сотня тысяч молний одновременно ударили в одну точку, расколов напополам мрачную громаду Килиманджаро. Наблюдавший за этим Морох, кажется, напрочь забыл о присутствии чужака рядом, целиком сосредоточенный на происходящем вдали; впрочем, то же самое можно было сказать и о самом Мэддоксе. Какое-то время, оба льва ошалело лицезрели взрыв вулканического кратера, игнорируя небольшие камни, то и дело скатывавшиеся им под лапы откуда-то сверху... а затем Мор вдруг порывисто дернулся в сторону извержения, тут же, впрочем, остановившись и напряженно скрипнув зубами друг о друга. Что он вообще мог с этим поделать? Только стоять здесь и беспомощно наблюдать за страшной гибелью королевства Нари, гадая, смогли ли выжить его родные. Скорее всего, нет, уж больно ярко там полыхало... Но Морох пока что не позволял себе об этом задуматься. В любом случае, ему понадобились бы целые сутки, чтобы сломя голову домчаться до северной окраины пустыни, а затем еще несколько часов на то, чтобы пересечь границы прайда и добраться до его объятого пожаром логова — и что бы это ему дало?

Он был куда нужнее здесь... Пора бы уже смириться с этой мыслью, ты, хромолапый болван.

Ты, кажется, собирался отсюда драпать, — слегка отрешенно обратился Мор к замершему рядом с ним самцу, напоминая тому о своем присутствии, и намерении беспощадно надрать его костлявую задницу, если он вздумает качать свои никому не интересные права. Взгляд ярко-алых глаз, однако, по-прежнему был надежно прикован к вулкану — в настоящий момент тот интересовал его гораздо больше, чем какой-то там мутный чужак.

Отредактировано Морох (28 Окт 2017 23:26:58)

+5

9

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"3","avatar":"/user/avatars/user3.jpg","name":"SickRogue"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user3.jpg SickRogue

Первая очередь: Мэддокс, Нейт, Теффи, Бастет, Морох
Вторая очередь: Хасталик, Сота, Сурмут, Трезо

● Игроки из разных очередей отписываются независимо друг от друга!
● Игроки, чьи персонажи не упомянуты в очереди, отписываются свободно.
● Отписи упомянутых в очереди игроков ждем не дольше трех суток!

0

10

→ Шакальи скалы

Подумать только, в какой-то момент Хасталик осмелился предположить, что у них будет всё хорошо. Теперь, когда он тряпичной куклой свисал из пасти одной из львиц-близняшек, он вновь почувствовал ту самую апатию, привычную и столь любимую больной душой львёнка. Он не издал ни единого звука за время этой "поездки", не позволил себе даже громко дышать - настолько ему не хотелось привлекать к себе внимание в таком положении. А ещё было бы лучше, если бы эта "новая мама" вдруг забыла о его существовании, раскрыла пасть и выронила его, подумав, что это у неё язык зачесался, а Хасталик бы так и остался в песке, где выживал бы вместе с новым другом. Если крыс смог найти еду и воду и пустыне, то и Хасталик был уверен, что сможет.

Но его никто так и не выронил. Тогда всё, что оставалось малышу, - это смотреть куда-то вдаль своим безжизненным стеклянным взглядом, надеясь, что остальные сиблинги не обращают на него внимания. И отец. Так Хасталику не хотелось, чтобы Морох видел его в таком состоянии, даже при том, что это был именно он, кто приказал львице взять сына в зубы. Но львёнок был уверен: как только самец узрит это жалкое зрелище, пусть даже случайно, он сразу же пожалеет о том, что вообще решил взять его с собой.

Пока путешествие продолжалось, Хасталик изредка оглядывался по сторонам, любуясь очертаниями песчаных дюн. Удивительно, насколько тихими и спокойными были эти места. А всё потому, что здесь не было жизни. Мёртвая одинокая пустыня располагала своей безмятежностью, что в очередной раз заставляло задуматься о том, насколько это плохо - умирать. Инстинкты говорили что к такому определённо стремиться не стоит, но разум подсказывал нечто другое. Не сказать, что Хасталик так сильно хотел смерти, по крайней мере не сейчас, вот когда они шли по раскалённому песку в никуда - да, пожалуй тогда он бы был не против. Сейчас же было прохладно и темно, а если отбросить унижение и забыть о горечи на душе, то Хасталику было очень даже хорошо. Просто пережив столько, сколько ему пришлось пережить, да и глядя на эти пустые безжизненные земли, Чума начинал думать, что Смерть - не такая уж и плохая штука. Возможно, Смерть - это даже награда за те страдания, которые принесёт тебе жизнь. Вечное умиротворение. Сейчас, когда у него было столько времени на внутренние размышления и философию, именно к такому выводу Хаст и пришёл в итоге.

Как только группа прибыла на место назначения, Хасталик сразу же это почувствовал, потому что его наконец-то уложили на землю, и он смог самостоятельно встать на все четыре лапы. Всё ещё скованный и униженный, львёнок затрусил подальше от той самки, чьё личное пространство ему пришлось побеспокоить, а маленький Крыс засеменил рядом, параллельно забираясь Хасталику на плечо, откуда обзор был явно получше, да и идти самому не пришлось. Если уж льву с его огромными лапами было сложно передвигаться по пустыне, то что можно было сказать о бедном маленьком грызуне?

В странное место они попали. Вокруг были какие-то песчаные глыбы причудливых форм, такого нигде ещё никогда малыш не видел, а потому неудивительно, что он с таким любопытством разглядывал этот пейзаж. Наконец, Хасталик подобрался поближе к братьям и, конечно же, не мог не заметить, что их ряды поредели.
- А где... - он хотел было добавить "рыженькая", потому что как ни странно, но её имени Хасталик вообще не запомнил. Он лишь помнил те блестящие зелёные глаза и красивую красноватую шерсть с милыми пятнышками, как и её необычный высокий голосок, который так резко контрастировал с голосами братьев. Но толком закончить предложение он не успел, потому что внимание сиблингов оказалось приковано к накалившейся ситуации у взрослых. По крайней мере именно Хасталику было не безразлично, ведь все напряглись и оскалились, из-за чего инстинктивно Чума отпрянул назад, ожидая чего-то страшного.

Он внимательно смотрел вперёд, наблюдая за Морохом и его движениями, не осознавая при этом, что вместе с этим юный мозг как губка впитывает те знания, что демонстрирует отец. Ещё никогда Хаст не видел, как хищники подкрадываются к своим жертвам, а потому наблюдать за главой семейства было особенно любопытно. Инстинкты сразу дали понять Хасту, зачем Морох это делает, хотя, признаться, разглядеть самого возбудителя спокойствия он пока не мог. В конце концов, Морох таки показал себя и заговорил с незнакомцем, и хоть Хасталик его и не видел, но был уверен, что тот нехило напугался. По крайней мере он сам бы точно напугался...

Как и напугался, когда резко всё вокруг посветлело, а земля затряслась, из-за чего небольшие камни, отваливавшиеся с песчаных стен, посыпались прямо на макушку и на нос львёнку. Уловить источник столь резкого и неожиданного явления оказалось несложно: почти всё небо к северу освещалось пламенем, а вскоре именно с той стороны донёсся громкий глухой звук, после чего внимание Хасталика однозначно оказалось приковано именно к той точке.

Он даже не знал, как реагировать, вновь разрываясь между чувствами и ощущениями. С одной стороны интересно, что же такое случилось, но с другой Хасталик ощущал такое беспокойство, какого не ощущал никогда, а от того желания узнать детали происшествия не хотелось вообще. Он не был уверен, но ему казалось, что это происходило в тех местах, где некогда жили братья вместе с мамой, где их и подобрал Морох, после чего они отправились в пустыню. И ведь подумать только, Хасталик хотел, чтобы он и братья там остались...

Да ещё и этот сон.

Тот самый сон, в котором он с отцом и братьями шёл в сторону огромной горы, изрыгая пламя и молнии, уничтожая всё на своём пути, в том числе и эту самую гору и всё, что её окружало... Сердце ушло в пятки, и Хасталик издал громкий судорожный звук, а морда его исказилась искренним страхом и непониманием. Не в силах больше контролировать эмоции, львёнок стал переглядываться на братьев, будто пытался что-то сказать, но всё никак не мог. Он всё боялся, что кто-то из них подтвердит, что пламенный дождь полил именно на Килиманджаро.

+1

11

Лев, конечно, ожидал, что когда-нибудь в этом укромном уголке его найдут. В конце концов, не один же Мэддокс такой удачливый. Но, что так скоро, он точно не предполагал. Самец собирался прожить в этой крепости, пока его оттуда не выгонят более сильные львы. Но группировка, которая появилась буквально из ниоткуда удивила даже такого спокойного льва.
Сначала Мэд даже слегка напугался, потому что к нему вышел довольно крупный лев, что заставило его предположить, что незнакомец старше и сильнее его. Действительно, размеры и внешность Мороха заставляли подумать, что ему уж никак не три года. Но обгорелый самец расслабился, когда увидел, в каком состоянии был этот темный лев. Он был весь покрыт шрамами, сильно хромал при ходьбе, а в его глазах плескалась такая вселенская усталость, что Мэд понял: бить его в данный момент не станут. Лапы не поднимутся, в прямом смысле этого слова.
Лев еще больше расслабился, увидев, с кем путешествует этот незнакомец. С ним было три самки: две настолько одинаковые, что Мэду пришлось пару раз моргнуть, чтобы убедиться, что их вообще двое, а третья больше походила на самца-подростка издалека (в глаза сильно бросалась рыжая челка). И у их лап копошилось такое количество львят, что лев решил даже не считать.
“Компашка что надо”, — ухмыльнулся про себя Мэддокс и сделал шаг вперед, чтобы получше разглядеть главаря этого, не побоюсь этого слова, табора. Лев действительно выглядел внушительно, светлошкурый предположил, что его новому знакомому никак не меньше четырех лет. Он уже хотел открыть рот, чтобы поприветствовать группу львов, но Морох его опередил:
— Местный? — выдал он. — Нет? Ну так и чеши отсюда.
Мэд поднял правую бровь, раздумывая, что бы ответить этому наглому самцу, но его снова перебили. На этот раз это был не темногривый, нет. Случилось что-то невообразимо страшное. Страшнее этого в жизни льва было только одно — пожар.
Небо залило ярким светом, как будто кто-то резко сдернул штору со спящего солнца. Глаза заслезились от вспышки, а грудь сковал какой-то непонятный ужас. За этим последовал оглушительный взрыв. Такого громкого звука Мэддокс никогда не слышал. Он раскрыл пасть от удивления, испугавшись, что его уши не выдержат такой нагрузки. Земля затряслась, с каменной крепости тут и там сыпались камни. Небо все еще было ослепительно ярким. А потом все ушло. Постепенно, но достаточно быстро. Звук затих, небо снова превратилось в ночное, а земля прекратила трястись.
Что-то на севере привлекло внимание льва, он повернул туда голову и ошалело уставился на зарево над горой. Мэддокс никогда не был в этой части саванны, поэтому и Килиманджаро в спокойном виде не видел. Но слышал, ему рассказывали про это спящее чудовище. Но кто знал, что он своими глазами увидит извержение? Над вулканом сверкали молнии в темных облаках, а ниже, у подножья… То, что увидел лев, заставило его сделать два шага назад и на секунду поджать хвост. Хорошо, что Морох был занят рассматриванием вулкана, иначе бы заметил выражение неконтролируемой паники на морде Мэда.
Пожар. Деревья у подножья Килиманджаро полыхали, весь лес был охвачен огнем. Самый большой страх этого молодого льва. В голове чередой картинок замелькали события полуторагодовалой давности: игры с сестрой, запах дыма, яркие всполохи пламени, крики мамы, дикая боль. Хотелось убежать куда подальше, зарыться в листья в том скрытом оазисе, и не выходить, пока все не закончится. Огромным усилием воли Мэддокс заставил себя остаться на месте, и, даже сделал более-менее нормальное выражение морды. Охваченный собственной паникой он не заметил, как Морох попытался побежать туда, к пылающему лесу.
— Ты, кажется, собирался отсюда драпать, — произнес чужак, не отрывая взгляда от Килиманджаро.
Мэд тряхнул головой, приводя себя в порядок и, одновременно, давая отрицательный ответ на фразу льва. Уж что-что, а уходить он никуда не собирается. Он нашел это место, он его пометил. Это его крепость!
“Что если они здесь живут?”, — подумал лев, рассматривая самок. “Чушь какая-то, их запах бы остался, тем более пространство-то замкнутое”. Но зерно сомнения поселилось в душе светлошкурого. Он взвесил все “за” и “против” и решил спросить напрямую:
— Почему я должен драпать из собственного дома?
Он был невозмутим. Простой вопрос, без каких-либо лишних эмоций. Действительно, с каких таких мартышек он должен покидать только что найденное место? Хорошее, с пресным водоемом и мягкой травой? Да, еще и настолько защищенное. Нет уж, его обгорелая задница останется здесь, и точка.
Он еще раз окинул спокойным взглядом самок и львят. И тут его сердце ёкнуло. Они все были такие потрепанные, такие уставшие. Прошедшие немалый путь одиночки. Это Мэддокс уже проходил на своем опыте, сменив несколько мест жительства. Он вздохнул и произнес:
— Я просто пойду внутрь вон того каменного круга, — махнул он своим хвостом без кисточки в сторону стены. — В оазис, который я нашел, в котором и живу. Я-то здесь не чужак.
Он пожал плечами и безэмоционально посмотрел на Мороха. Светлошкурый рассуждал прагматично: если тот сейчас соберется-таки набить ему его обожженную тушку, Мэд убежит. Он был в этом уверен, так как был отдохнувшим и здоровым, когда как темногривый сильно хромал. А, быть может, незнакомец решит попроситься к нему в крепость. Это тоже будет хорошо, ведь за это можно затребовать плату едой, которая, кстати у них была. Да и охотящиеся самки никогда не повредят.

+1

12

--→ Шакальи скалы

С каждым новым шагом Сота всё больше ненавидел того, кто внезапно оказался им родственником  Лев даже не сильно старательно делал вид, что его хоть немного заботит судьба своего выводка. И ладно бы Трезо — тот галопом прыгал за взрослыми, а ведь Хаст и Сурм были слишком слабы! И что же, их как мешки с костями взяли под шкирки новые самки так называемого отца! У Соты яростно чесались лапы, и он сдерживался, чтобы, забыв о своей безопасности, не долбануть льва прямо по хромой лапе. Проблема в том, что они на самом деле все устали, а на стороне батеньки будут все львицы, и это грозило нехилым избиением младенцев.

Поэтому мрачный донельзя подросток упорно вышагивал возле льва, который уже не казался ему таким уж громадным. опасным — безусловно, но не большим. Война будет таким же, даже больше — вот что он решил, опровергая все возможные предположения, которые можно было бы сделать из его нынешних размеров. Он упорно набирал в силе и весе, да и росту прибавил, пусть и не так много, как хотел... Но ничего, он ещё вырастет!

Когда первая самка стопорнулась, подросток едва не налетел на неё, по ходу громко и недовольно рыкнув. Однако тут хотя бы была причина — перед ними на самом деле стоял неизвестный лев, который явно не собирался сваливать с пути. Пожалуй, в данный момент отец и сын были похожи друг на друга на все сто процентов — оба пошли в сторону незнакомца, всем своим видом показывая, что лучше бы ему убраться. Сота шёл немного позади от "предводителя", а потому мог позволить себе больше смотреть вокруг, а не только глядеть перед собой.

Глухое недовольство только усиливало его ярость. По пути он как-то упустил из виду, что их самочка-сестричка пропала, и теперь, лишённый чего-то своего, что он уже мысленно пометил знаком собственности, Война хотел мстить, рвать и метать. Не то чтобы он сильно к чему-то привязывался, но когда исчезает что-то тебе дорогое, то тебе хочется это вернуть и побить отобравшего. А пока перед Сотой стоял только один возможный противник.

Отец хотел было что-то ещё сказать в ответ на явную борзость второго самца, когда где-то на горизонте разлилось ярким пятном нечто, вскоре накрыв и пустыню гулом, тряской, маревом. Впечатав лапы в песок, подросток слегка пригнулся, чтобы быть устойчивее. Песок, смешанный со странными белыми хлопьями-снегом, вызывал у Соты какое-то успокаивающее состояние, но, увы, даже холодящих тело снежинок не хватило, чтобы приструнить мальца.

Осознав, что все заняты созерцанием небес, Сота выпрямился и ещё раз осмотрел незнакомца. Сперва ударить в лапу, затем подпрыгнуть и впиться в горло, параллельно впуская когти одной лапы в глаза, а второй помогать драть горлышко... Нет, Мороз всё же продолжил с ним разговор, и ответ странного льва разорвал ту струнку, которая до сих пор как-то сдерживала подростка. С  отнюдь недетским рёвом он рванул на противника, стараясь осуществить свой план. Война уже всеми силами ненавидел этого пришельца, а потому не особо думал о своей безопасности — как тогда, при их первой встрече с Морохом.

Мощный удар по спине несколько затормозил разбушевавшегося подростка, а затем его и вовсе перевернули и прижали мордой в песок. Зарычав сквозь клыки, воплощение войны попытался поразмахивать лапами, чтобы выбраться — возможно, он всё-таки поцарапал эту чёртову лапу своими когтями, — и старался двигаться и вырываться.

Я... убью... его! — откашливая песок со снегом ревел Сота, стараясь повернуться хотя бы так, чтобы видеть врага. Его светлые белки налились кровью
, морда заляпалась от слюны песком, а лапы с острейшими когтями продолжали со свистом вспарывать песок и воздух: — Отпусти меня! — рявкнул подросток, не желая мириться с таким положением дел и фактически унижением! Прямо перед врагом! Перед самками! ПЕРЕД БРАТЬЯМИ!

Он поклялся, что за этот инцидент их отец ещё ответит. Разговаривать с пришлыми на твоё место (ладно, не твоё, но то, которое ты хочешь занять), имея численное и силовое преимущество — что за идиотская мысль? Больше крови, больше драки, больше ран! — этим буквально питался и этого требовал самый младший сын Мороха.

+3


Вы здесь » Король Лев. Начало » Каменная крепость » Защитное кольцо