Страница загружается...

Король Лев. Начало

Объявление

Дней без происшествий: 0.
  • Новости
  • Сюжет
  • Погода
  • Лучшие
  • Реклама

Добро пожаловать на форумную ролевую игру по мотивам знаменитого мультфильма "Король Лев".

Наш проект существует вот уже 10 лет. За это время мы фактически полностью обыграли сюжет первой части трилогии, переиначив его на свой собственный лад. Основное отличие от оригинала заключается в том, что Симба потерял отца уже будучи подростком, но не был изгнан из родного королевства, а остался править под регентством своего коварного дяди. Однако в итоге Скар все-таки сумел дорваться до власти, и теперь Симба и его друзья вынуждены скрываться в Оазисе — до тех пор, пока не отыщут способ вернуться домой и свергнуть жестокого узурпатора...

Кем бы вы ни были — новичком в ролевых играх или вернувшимся после долгого отсутствия ветераном форума — мы рады видеть вас на нашем проекте. Не бойтесь писать в Гостевую или обращаться к администрации по ЛС — мы постараемся ответить на любой ваш вопрос.

FAQ — новичкам сюда!Аукцион персонажей

VIP-партнёры

photoshop: Renaissance

Время суток в игре:

Наша официальная группа ВКонтакте | Основной чат в Телеграм

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Южный кряж » Каменистые склоны


Каменистые склоны

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://drive.google.com/uc?export=view&id=1NdANiA0kLCsiuOpW2A-KwKrAwKR1BmHa

Собственно, сам Южный кряж во всей своей первобытной красе. На деле, это совершенно обычный скалистый хребет, достаточно высокий, но едва ли способный соперничать по размерам с величественными горами на Севере. Его склоны поросли редкой жухлой растительностью, и лишь с западной стороны начинаются густые заросли, постепенно переходящие в Лес Туманов. Тем не менее, здесь обитает великое множество птиц и различных зверей.

1. Любой персонаж, пришедший в данную локацию, получает бонус "+1" к охоте.

2. Однако сами склоны все же считаются небезопасными — персонаж может случайно поскользнуться или сорваться вниз; также возможны оползни (бросок кубика на любые попытки влезть или спуститься с антибонусом "-1"; нейтрализуется умением "Скалолаз").

+1

2

Свернутый текст

PRIMO - поскольку галлюцинации есть ни что иное, как мысли, то все глюки Гекаты здесь и далее будут выделяться стандартным тегом для выделения мыслей персонажа
SECUNDO - я прекрасно знаю, что на дворе сейчас ночь, но глюкам Гекки этого не ведомо

начало игры

Гекки брела по склону горы, поросшему жухлой, но достаточно агрессивной растительностью. Покрытые чахлыми, полувысошхими листочками ветки кустарника выпускали из себя кристаллические щупальца, которые, змеясь, поднимались вверх, тянясь к небу, в котором они хватали гигантских девятикрылых насекомых, чтобы пожрать их, и, таким образом, прокормиться в этом засушливом краю. А еще эти штуки явно норовили оттяпать у самой Гекки хвост, но благо, две её сестрёнки были на чеку. Крылатые сестры-гепардессы Гекки, летели около неё на бреющем полёте, откусывая те щупальца, которые покушались на хвост Гекаты. Тем временем Гекки постепенно спускалась вниз по склону. Хотя три зеленых в лиловую крапинку прямоугольных солнца светили на всю мощь, свет от них получался всё равно какой-то тусклый, поэтому Гекки то и дело в этих странных потёмках спотыкалась о выползавших из под-земли пятиголовых ящериц-скелетов. Но вот, наконец, препятствия кончились. Склон перешел в небольшое плато усеянное гигантскими ракушками, расположившееся между двух отрогов гор. Между ракушками змеились какие-то неведомые узоры, складывавшиеся в незнакомые символы и рисунки, с помощью которых Демоны Внешней Тьмы явно намекали Гекки что пора-бы и передохнуть. Что Гекки и неприминула сделать. Соорудив себе тронное лежбище из ракушек, она растянулась на нём, и, зевая, стала потихоньку задрёмывать. Хотя на первых порах сон Гекки был неспокойный и чуткий. Она то и дело просыпалась, проверяя не уснули ли её крылатые сёстры-телохтранительницы. Но каждый раз убеждаясь, что они на страже. Одна из крылатых гепардесс летала кругами над равниной, вторая же сидела рядом, дожевывая откушенное ранее кристаллическое щупальце хищного куста. Убедившись, что всё в порядке, Гекки, наконец, перестала предпринимать попытки самой также быть на стрёме и уснула.

0

3

→ Лес туманов

Постепенно самец совершенно успокоился, даже позабыв о том, что не так давно ему не посчастливилось встретиться с двумя пидорами, что не воспринимают Абаддон всерьез. Ну это только пока. Мамочка слишком занята, чтобы разобраться со всем, но как только она ступит на земли, уже помеченные и пропитанные влагой её верного слуги, он обо всем ей расскажет. Возможно, стукачество - не мужское дело, однако Сосеух был уверен, что это вовсе и не стукачество. Гораздо более подлым поступком было бы утаить правду от той, кто со всей любовью и широтой души принимает на своих землях обиженных, отчаянных и одиноких. И ладно бы если те двое что-то из себя представляли. Впрочем, в черношкуром Сосеух не был так разочарован. Он кое-что припоминал со времен службы Пингвину, поэтому не так сомневался. В отличие от Бельфегора, которому лев желал искренней смерти. Он будет очень удивлен и разочарован, если Абаддон никак его не накажет.

Всеми этими думами был забит мозг Сосеуха ровно до того, пока Банан не решил напомнить о своем существовании. Они вместе убили того льва, и поэтому каракал был, мягко говоря, возмущен отсутствием почестей со стороны своего более крупного напарника. В один момент Сосеух, не успели еще эти двое покинуть джунгли, испытал на себе нападение - Банан запрыгнул на него сзади и принялся кусать за копчик, параллельно с этим вцепившись когтями в его полосатые бока. От неожиданности Сосеух рыкнул, и готов был уже развернуться ударять в ответ, однако осознание того, что это был всего лишь его друг, пришло довольно быстро, и лев успокоился. Еще какое-то время он попытался шевелить задом из стороны в сторону в попытке свалить назойливого кота, но Банан держался молодцом, и тогда Сосеух просто сел на землю.

- Нравятся мои яйца? Ну на, на! - измывался самец, придавливая задницей каркала все сильнее и сильнее. Продолжалось это ровно до тех пор, пока отчаявшийся Банан не пустил в ход все свои силы и расцарапал Сосеуху жопу. В результате этого они еще какое-то время потратили на то, чтобы пособачиться да выяснить, кто из них в этой паре альфа-самец.

- ДА, ВСЕ, ВСЕ, отъ*бись! - в какой-то момент заорал Сосеух, получив очередную когтистую оплеуху от Банана. Кажется, доминантный партнёр определился - на морде каракала отчетливо виднелась безумная ухмылочка, - Ты мешаешь. Лучше ссы везде вместе со мной, окей? Надо это закончить.

Не сказать, что Сосеуху приносила много радости такая работа. Нет, он ни в коем случае не сомневался в приказах и планах Абаддон, просто таков он был. Ему становилось скучно. И одиноко. Если бы не Капитан Банан, Сосеух бы давным давно себе голову прошиб о камень, лишь избавиться от скуки. Так и бродил он по джунглям, столь одинаковым и от того мерзким, пока не вышел на гористую местность. Это уже на что-то походило. Любопытство - не порок, и Сосеух полез вверх, преодолевая усталость и любые скалистые и древесные препятсвия на пути. Джунгли, покрывающие скалы - не самое приятное место обитания для львов, но это всё же лучше пустыни, в которой Сосеух и Банан родились и выросли. Для укромного логова банды ублюдков - самое оно, ведь никто никогда сюда в здравом уме не сунется.

Спустя какое-то время Сосеуху удалось выбраться из джунглей, и тогда он обнаружил, что находится на самой вершине горного хребта, а под ним расстилается сухая красноватая долина, за которой так и вовсе виднелись желтые пески. Утром подобный вид был особенно завораживающим, а благодаря ветру, слабому, но свободно гуляющему на высоте, грива и усы приятно колыхались. Даже Банан как-то притих, наслаждаясь видами. Давненько им не приходилось так беззаботно наслаждаться видами природы.

- Здесь мы будем жить, - негромко сказал Сосеух, голос его звучал расслабленно и спокойно.

- Здесь никого нет.

Лев недоуменно поднял бровь, а взгляд его опустился на каракала. Тот продолжал высматривать что-то вдали.

- Ну да, это пока. Потом здесь поселимся мы и...

- Здесь почти нет еды, - оборвал его каракал. Впервые за долгое время из пасти этого кошака не оскорбления вырывались, а что-то дельное, - И воды. Внизу жарко, - он указал на долину, - а там джунгли ссаные. г*вно, а не место.

- Заткни пасть, - в одно мгновение настроение Сосеуха упало. Как бы он ни любил Банана, даже ему нельзя было сомневаться в мудрости его Абаддон. Каракал обернулся, чтобы поглядеть на своего друга, и стоило ему увидеть злобу в его глазах, как Банан сам нахмурился, - Еды здесь навалом. Я уверен, в джунглях дох*ра всякой херни водится. В той долине тоже наверняка какие-нибудь долбаные антилопы живут. Даже в пустыне была еда.

- Раз в месяц забегал долбо*б какой-нибудь потерявшийся.  ох*енный пир на двоих, не спорю. Здесь же будет кормиться целая банда алчных говнюков, среди которых и ты.

- Прокормимся, пох*р, Пингвин же как-то жил.

- Рядом было гигантское пастбище...

- Ты меня специально бесишь, да? Что ты доебался? Не нравится, значит вали.

Сосеух, на самом деле, было довольно близок к тому, чтобы зарядить по башке наглому каракалу. Но почему-то держался. А еще ему жутко приспичило посрать, поэтому разговаривать на тему того, насколько место пригодно для  жилья или нет не хотелось. Если Абадон сказала, что пригодно, значит так и есть. И никакой ср*ный каракал никого в этом не переубедит.

***

В очередной раз пометив территорию, да после небольшого привала, во время которого оба кота лишь молчаливо наблюдали за окрестностями, Сосеух, наконец, вновь поднялся на лапы, готовый пуститься в путь. В этот раз он хотел исследовать саму долину, а для этого надо было спуститься. И неясно, что случилось, но уже на подходе к спуску, Сосеух, несмотря на всю свою ловкость, проявленную ранее, свалился и кубарем покатился до самого низа. Каракал же остался наверху и лишь наблюдал за тем, как его друг катится по наклонной, в конце концов с громким бухом, за которым последовали стоны, падая на землю.

Сосеух же чувствовал боль во всем теле. Все было не настолько плохо, как могло показаться - он ничего не сломал, лишь ушибся да поцарапался кое-где, однако приятного все равно мало. Как только Банан спрыгнул по камням к нему, Сосеух в гневе выпалил, лишь бы опередить друга:

- Ничегонеговори, - сквозь зубы, но достаточно грозно прошипел он. Самец прекрасно понимал, что его друг вполне может закатить старую шарманку, которую начал еще на верхушке гор, а ничего хуже, чем слушать "Я же говорил" нет на белом свете. В конце концов, упал он хоть и с приличной высоты, но ничего не сломал. Уже через какое-то время лев мог прихрамывая двигаться дальше.

→ Рифтовая долина

+1

4

— Начало —

Далеко же она забрела. Уже и ориентир потерялся после всех этих капризов погоды, и самка долго пыталась понять, в какую сторону она идет. За этим нагромождением скал, пиками восставших к темным небесам и луна спряталась, так, что едва ли можно было разглядеть собственную тень под лапами. Зато задул ветер в спину, окончательно "смешавший" все запахи, отчего у отравительницы были мысли, что она просто ходит кругами среди этого агрессивного "частокола", реально напоминавшего эдакую божественную стену ограждавшую эту каменистую "пустыню" от всего мира. Как она вообще сюда попала - вопрос хороший.

Суму замерла.

Она стояла на небольшом возвышении, цепляя острыми когтями породу и шумно втягивая в легкие воздух, пытаясь уловить хоть какой-то запах помимо терпких, приевшихся камней вокруг, в духе сырого гравия.... но только и чувствовала, что аромат собственной пыльной шкуры да редких трав под лапами, которые самка без особого  сожаления смяла и растоптала. Хорошо бы и правда поскорее отсюда выйти. Или чтобы хотя бы ветер сменился, а то она как в чистом поле - бери не хочу. И это нервировало.

Вернуться назад? По своим следам? Обойти этот чертов кусог гранита и сменить локацию на что-то более живописное?

Еще так немного постояв, выбрав для раздумий небольшой, покатый булыжник служивший неплохим наблюдательным постом, серошкурая плавно опустила тощую задницу на гранитную плоскость, сумрачно помахивая раздвоенной кисточкой хвоста и с легким прищуром всматриваясь своими янтарными глазищами в пустоту. Если так подумать, сейчас ни зги не видно, и раз нос не помогает определить дорогу и потенциальных врагов в таком случае, лучшее, что она могла сделать, это остаться на месте и немного вздремнуть. Естественно подыскав для этого подходящее укрытие, а не в чистом поле, чтобы любой чужак мог споткнуться по дороге о ее беззаботно сопящее тело. Львица коротко дернула заостренными ушами, подняв смурной взгляд чуть выше зубчатых скал, неровно, едва угадывающихся на ночном фоне - как долго она будет ждать, прежде чем увидит зарево просыпающегося светила? Конечно она никуда не спешила, но травница предпочитала знать, куда ее ведет дорога приключений. Ну хоть дорогу видеть!

Коротко вздохнув, бродяжка смурно поджала тонкие губы и заозиралась по сторонам в поисках какой-нибудь укромной ямки, где она бы могла уместиться свернувшись калачиком. Желательно прикрытую жухлой травой, или, что еще лучше, насыпью, тогда уж точно будет стопроцентная защита от чужих глаз на время кратковременного отдыха.

Отредактировано Шайена (30 Май 2022 20:43:29)

+3

5

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"4","avatar":"/user/avatars/user4.jpg","name":"Фалечка"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user4.jpg Фалечка

— Не так уж здесь и плохо, — уныло заметил Муро, который плелся в самом хвосте небольшого отряда.
Не прошло еще нескольких дней, как пара крупных и довольно злобных самцов выставила их со своей территории, где они втихушку отъедались после долгого путешествия по пустошам.
Если бы Мбайя не потерял осторожность и не начал подкатывать к местным львицам, пытаясь убедить их в своей неотразимости — они до сих пор могли там охотиться, избегая нежелательного внимания со стороны владельцев территории. Но ведь он не мог удержаться! И если бы хоть было, на что посмотреть. Нет, лев, конечно, видный, по крайней мере, крупный. Но на морде написано все то, что он из себя представляет. А представлял он не слишком много. Не особо умен, не отличается сообразительностью, зато весьма прожорлив, жаден до чужого добра и притом похотлив.
— Ничего хорошего, — рявкнул Мбайя, угрюмо озираясь по сторонам, — что здесь жрать прикажете? Камни?
— Если бы ты не подкатывал свои яйца ко всякой встреченной львице, могли бы сейчас жрать зебру, — меланхолично откликнулась Нгуву, и хотя собеседник повернул к ней оскаленную морду, она не отодвинулась ни на сантиметр, демонстрируя бесстрашие и презрение.
Львица была стара. Кажется, уже много лет прошло с тех пор, как она вольготно бегала по саванне. Сейчас она передвигалась-то с трудом, а уж отощала до такой степени, что оставалось лишь удивляться, как она вообще умудряется двигать лапами. Позвоночник торчит, от живота осталась складка, говорившая о том, что когда-то у нее были дети — наверно, много детей. Зубы, впрочем, были все еще на месте, пусть и не все, одного из нижних клыков недоставало, и наверняка в пасти можно было недосчитаться еще нескольких зубов… но для этого следовало подойти к ней слишком близко, а недобрый блеск в глазах старухи говорил, что она стара, да не плоха пока еще.
Остальные относились к ней чуть снисходительно — мол, много не съест, пусть себе скрипит, — однако же почему-то не решались ни прогнать ее, ни даже повысить на нее голос.

Даже Чеза, предводитель всей этой странной компании кочевников, относился к ней с пиететом.
Ладно, пускай не предводитель, хоть ему и нравилось считать себя таковым. Все четыре молодых льва были примерно одного возраста, а потому, как это свойственно молодежи, порой ссорились до драки, решая, куда им идти, на кого охотиться и чья очередь сторожить. Выходцы из одного прайда, они росли вместе, да так вместе и пустились в долгое путешествие, когда глава их прайда без лишних церемоний выпнул их со своих земель. Сейчас им было чуть побольше 2х лет, и будь у них чуть больше сообразительности и умения действовать заодно — они давно обзавелись бы собственным прайдом. Нгуву прибилась к ним случайно лишь месяц назад, и сперва львам не нравилась ее компания. Однако ее познания в травах и наблюдения за погодой, как оказалось, реально облегчали жизнь. Взять хоть Бахари, после стычки с гиенами на его морде остались глубокие гноящиеся укусы, и если бы не помощь старухи, он бы попросту умер. Шрамы все равно изрядно раскрасили ему физиономию, рваные губы и надорванную мочку носа не залечат никакие травы, а одно из ушей было почти полностью оторвано. Челюсть была сломана и срослась неровно, но он все равно мог есть, и, будьте уверены, это увечье не сделало его менее опасным.
Остальные звали его Страшилой, и он не возражал.
— Ну-ка гляньте.
Острый глаз Мбайи подметил то, чего не увидели остальные. На одном из камней относительно недалеко кто-то шевельнулся, и этот кто-то был крупный. Нет, не дичь, с сожалением подумал Мбайя, пытаясь разглядеть неясный силуэт. Откуда вообще здесь взяться дичи? Ниже, в долине, еще были какие-то мелкие зверушки, а здесь вообще хоть шаром покати. Нгуву утверждала, что стоит им преодолеть это неприветливое место, и они окажутся в густом и влажном тропическом лесу, где можно будет вволю напиться и найти хоть какую-то дичь. А если старая карга не соврала, то эти земли пока что никем не заняты. Стало быть, они смогут заграбастать их себе. Совсем неплохой вариант.

Теперь они быстрым шагом подходили к затаившейся на камнях львице — вернее, только теперь, когда львы подошли поближе, а луна выглянула из-за облаков, залив окрестности мягким желтоватым светом, им стало понятно, что это именно львица. Бахари поспешно пригладил вздыбившийся было загривок и чуть отвернул морду, чтобы незнакомка не видела ту часть щеки и носа, что была испещрена шрамами.
— Ля, какая цаца, — вполголоса протянул Мбайя.
Остальные гыгыкнули в ответ, соглашаясь. После долгих дней пути, когда они видели лишь друг друга, докопаться до какой-то незнакомой самки было как глоток прохладной воды во время засухи. Лишь Нгуву закатила глаза, пробормотав что-то вроде “о Айхею, он опять”; остальные же распушили гривы, предвкушая не то флирт, не то погоню… как уж пойдет.
— Привет, красавица, чего сидим, не меня ли ждешь? — Мбайя подкатил поближе, снизу вверх взирая на львицу, — ох ты ж… — он чуть опешил, разглядев красноватый подпал на ее шкуре, сперва показавшийся ему пятнами крови; впрочем, это охладило его пыл совсем ненадолго, и он будто невзначай принялся приближаться к Суму, карабкаясь по камням с обманчивой медлительностью, — чего молчаливая такая? Стесняешься?

+2

6

Стоило только подумать, что никто ее этой ночью не побеспокоит. Вроде бы место не особо прохожее, чужие запахи были здесь редки и нет ведь...

На пригорке за ночь валуны остыли, и отсюда был неплохой обзор, так что можно было, в принципе, нормально вздремнуть, но Суму всегда спала, что называется, в полглаза, наблюдая за обстановкой вокруг. И ее тревоги были не напрасны. Ветер до нее ничего не мог донести в силу того, что дул он аккурат со стороны ее лежбища - гранитная насыпь возвышающаяся у нее за спиной защищала запах самой львицы - а все эти пригорки и ухабы отлично глушили и звуки и, к сожалению, не смотря на то, что это была лучшая площадка для наблюдения для этих мест, но не позволяла заранее заметить возможную опасность. Так что приглушенные голоса и звуки шагов самка услышала только тогда, когда вся компания бродяг была уже буквально в метрах десяти от нее..

Львица моментально распахнула свои яркие, янтарно-желтые глазищи, хищно подсвечивающиеся в тенистом сумраке, подняла голову и с до ужаса мрачной мордой устремила взгляд вниз, на неторопливо вышедшие "на свет" силуэты. И к ее... не то что ужасу, но явно неприятненько поразившись, это были здоровые, мать вашу, взрослые самцы. И одна явно немолодая львица, которую, в принципе, можно было спокойно проигнорировать - пожилые особи опасности для Суму не представляли. Ну что она сделает? Обматерит молодуху?

А вот крепкие самцы, молодые, полные сил, которые могут причинить множество хлопот травнице.

И чего делать теперь?

Нет, ну бежать глупо, это подстегнет охотничий (и сексуальный) азарт горячих юнцов, которые едва заприметили стройный девичий силуэт на валунах, мигом все из себя такие подобрались, готовясь впечатлить барышню. Смерив богатырей меланхоличным, ничего не выражающим взглядом, темношкурая все так же безмолвно посмотрела вверх, разглядывая каменный откос на предмет небольших выступов, за которые можно было бы уцепиться. И к ее большой радости как раз над ней возвышался небольшой природный "балкон" узким карнизом, с которого навернуться как делать нечего. Нормально.

И не с таким дело имели.

Вновь опустив голову, с ленивым высокомерием взирая со своего "королевского лежбища" на столпившуюся у подножья косматую кучку, львица недобро прищурилась, обратив внимания теперь уже на Мбаю, который осмелился первым подкатить к "немой" чудачке, чья необычная внешность явно чуточку да остудила его пыл. На секундочку. Ну может на две. А ты бесстрашный. И тупенький. Неужели не понятно, что чем ярче и пестрее зверь, тем его меньше всего стоит "пробовать" на вкус, потому что чаще всего такие экземпляры оказываются крайне... крайне ядовитыми! И она не исключение. Просто им явно скучно. ну оно и понятно. Пыльные, грязные, вокруг это болото, и они явно были не один день в пути. дОдин из самцов неловко прячет свои шрамы, чтобы казаться симпатичнее се таинственной незнакомке. Значит они не такие старые и получил он их скорее всего "по дороге". Их "свежесть" отсюда не было возможности угадать, но по поведению и так понятно. А львица либо их мать, либо приносит какую-то пользу, как советчик, и, возможно, лекарь. Иначе бы стали эти красапетычи при себе старуху содержать, кормить ее еще. Они бы с большей охотой были с горяченькой львицей-охотницей, которая и по-женски обогреет-приласкает, и мясца поймает.

Суму умела все это, в том числе и как лекарь и травник, но едва ли она планировала составить этим мальчикам компанию.

Демонстративно закатив глаза и издав весьма красноречивый и крайне раздраженный вздох - ну ты ползи, ползи красавчик, только тебя и дожидалась, ага, - самка поднялась на лапы, дожидаясь, пока этот здоровяк вскарабкается таки следом... А затем прыткой ласточкой, явно как бывалая спортсменка, аккуратно спружинив, взлетела повыше на насыпь, а оттуда, уверенно и с противным скрежетом оттолкнувшись от крупного валуна, запрыгнула на тот самый облюбованный ею каменный карниз, стоя на нем точно горная коза под откосом, выпустив когти на всю длину. Еще так немного постояв, Суму аккуратно и неторопливо вытянулась во весь рост, свесив вниз лапы и кончик окрашенного, раздвоенного хвоста, игриво помахав им над головой героя-любовника. Ну что заюш, не достать теперь, да?

Она то мелкая, легкая, еще на таких уступах может устроиться, а вот ваша мощная прекрасная туша - нет.

Явно издеваясь над раззадоренными самцами и их либидо, отравительница широко, лениво зевнула  и неторопливо провела языком по растопыренной лапище.

- Это твои сыновья? - о боги, она говорить умела! Ну реально, до чего неожиданно сейчас прозвучал ее тихий, чуть скрипучий, ровный голос, обращенный отнюдь не к извивающемуся Мбая, или его не менее раззадоренным товарищам, а к старой львице. Между нами девочками, ага. - Красивые. Но тупые, - меланхолично закончила Суму, вновь сонно уложив подбородок на лапы и свернув хвост рядом - не стоит лишние конечности наружу высовывать, чтобы ее сдернули, ага.

+4

7

Сказать по правде, овчинка выделки не стоила. Край неприветливый, добычи никакой, того и гляди — ноги сломаешь карабкаться по этим камням.
Будто смеясь (а и в самом деле смеясь) над уставшими, покрытыми грязью и дорожной пылью львами, незнакомая самка поднялась легко и плавно, а затем в два прыжка перебралась повыше, оказавшись в недосягаемости над их головами. Еще и мелкие камешки посыпались им под лапы, заставив Мбайю неловко переступить с лапы на лапу.
Наверно, нужно было сразу оставить ее в покое. По крайней мере, именно об этом и высказался Муро, все еще державшийся позади остальных. Вот уж кто не испытывал ровно никакого энтузиазма при мысли о том, что нужно куда-то еще лезть. Первое удивление и радость — ух ты, какая-то новая морда на пути! — быстро сменились безразличием и усталостью. Ему и без того хватило этой долгой дороги! Теплая самка под боком — это, конечно, хорошо… Но львицы никогда не выбирали Муро. Они даже не замечали его. Он слишком мелкий, моложе всех, и не может пока что похвастаться ни статью, ни силой. Ему еще предстоит подрасти. А пока все сливочки снимают Мбайя и Чеза — и чаще первый, за счет своей наглости и напористости. Муро благодарил всех богов за то, что Чеза умеет поставить своего более крупного и нахального собрата на место, иначе младшенького давно бы уже зашпыняли.

А так — шпынять будут львицу. Или страстно и недолго обжимать, не особо стесняясь присутствия остальных.
Но это если поймают. Так что Муро даже с сочувствием взглянул на незнакомку, а спине пыхтящего от усилий Мбайи достался исполненный злорадства взгляд. Давай, давай, карабкайся. Будто не видишь, что это не тв оего полета птица.
Но разве какие-то скалы могли хоть когда-то остановить Мбайю? Он бы и на вулкан полез, сиди там в кратере хорошенькая львичка. Дразнящее помахивание раздвоенного хвоста было воспринято им как знак несомненной симпатии. Ну заигрывает же, понятное дело! Бабы — они ж все такие, сначала отнекиваются и по мордасам бьют, а потом ох как извиваются под самцом (а то, что некоторые из них при этом еще и орут, а вырвавшись, как ошпаренные уносятся прочь, так это их бабий противоречивый характер).
Словом, лев полез дальше. Ответ львицы лишь раззадорил его еще больше. Ну да, он же красивый. А за тупого он отвесит самке пару хороших оплеух, прежде чем овладеть ей.
— Хвала всем богам, эти черти не имеют ко мне ровно никакого отношения, —  проворчала Нгуву, мрачно следившая за происходящим, но до поры до времени не предпринимавшая ровным счетом ничего. В ее-то годы карабкаться по скалам слишком тяжело, так что она осталась на относительно ровной площадке, где почти сразу же улеглась, давая отдых уставшим лапам.
Конечно, Мбайя тот еще тупоголовый осел, но сейчас небольшая передышка была кстати. Пока он там потеет, старуха успеет перевести дух. Идти осталось не так уж и долго, но дорога полна неудобств, а Нгуву уже не так молода, как раньше. Да что там, в ней дух едва-едва держится.
Остальные львы некоторое время изображали энтузиазм. Рыча и шутливо толкая друг друга боками, они полезли вслед за Мбайей, но очень скоро, поскользнувшись, утянули друг друга за собой обратно вниз. Предприняв (не очень старательно) еще пару попыток, они бросили это дело и расселись на земле, подняв морды. Весело лезть куда-то с друзьями, ощущая рядом плечо друга, ну а действительно ловить самку им было совершенно незачем: а что с ней потом делать? Мало удовольствия в том, чтобы принудить к любви отчаянно бьющуюся фурию.
— Ладно тебе, Мбайя, хватит уже, — Чеза потянул приятеля за хвост, отчего тот, дернувшись всем телом, глухо зарычал, продолжая угрюмо пялиться вверх.
Окажись остальные чуть более настойчивыми, окружи они львицу со всех сторон — и кто знает, как все сложилось бы дальше… Но таскаться по уступам, рискуя сломать себе когти, а то и лапы, не хотел никто, да и не виновата эта самка была в том, что четыре молодых дурака истосковались по глупым шутеечкам и возможности устроить себе небольшой экшн.
— Отвали, — несостоявшийся любовник злобно дернул плечом, выискивая в камне трещинки и выбоины, за которые можно было зацепиться когтем. Легкая и поджарая самка могла взлететь на уступ одним прыжком, но Мбайя был слишком тяжел для этого, а злость к тому же мешала ему думать рационально.
— Идем же дальше, — теперь уже Нгуву попыталась удержать его, и хотя обычно старая самка избегала прикосновений, на сей раз, утомленная долгой дорогой и ожиданием этого дурака, она совершила ошибку, попытавшись потянуть льва за гриву.
— Я сказал, отвали! — ожидаемо вызверился он в ее сторону, коротким точным ударом отправляя бабку в нокаут. Не имея возможности сорвать свои гнев и обиду на самку и не решаясь выступать против приятелей, он безошибочно выбрал того единственного, кто не мог дать ему достойный отпор.

Старуха упала как подкошенная, тут же, на месте. Это только в фильмах от удара летишь через всю съемочную площадку, красиво раскинув конечности… Нет, Нгуву рухнула прямо под лапы остальным, расступившимся от неожиданности и ужаса, закатив глаза, так что стали видны желтоватые склеры, и будто бы вовсе не дыша.
Кажется, она умерла.
В первый момент весь кошмар содеянного пронизал Мбайю с головы до ног. Он спешно пригладил встопорщившуюся от страха шерсть, принимая равнодушный и злобный вид. В драки он влезал регулярно, даже с собственными приятелями-спутниками регулярно выяснял отношения, чаще всех, конечно, доставая Муро. И частенько получал по мордасам от других взрослых самцов, на чьей территории они безобразничали. Но никогда еще он никого не убивал — травоядные не в счет.
В тот же миг ответная оплеуха прилетела ему сразу с двух сторон; львы хоть и переругивались с Нгуву по сотне раз на дню, но все равно среагировали мгновенно, выступив против ее обидчика — даже если этот обидчик был одним из них. Короткая, но яростная схватка закончилась почти сразу же; сунувшийся было с остальными Муро схлопотал звонкую затрещину, на сей раз уже с когтями, отчего часть щеки у него налилась сочным красным. Мбайя отступил под карниз, на которым яблоком раздора все еще торчала незнакомка, сопровождавшая едкими комментариями все их действия.
Спустя несколько длинных пугающих мгновений, бабка наконец пошевелилась, переворачиваясь на живот и открывая помутневшие глаза.

Жива, стало быть. Мбайя презрительно фыркнул в ее сторону, стараясь избегать колючих взглядов приятелей.
— Что? — он приподнял верхнюю губу, продемонстрировав всем недружелюбный оскал, — сама напросилась, не будет хватать меня своими грязными лапами. Теперь отвалите от меня… Сначала я достану девку, а потом старуха поведет нас дальше.
— Нет, — твердо и спокойно (насколько это возможно было после стычки) откликнулся Чеза, за спиной которого съежился и сморщился несчастный Муро, — сейчас же оставь львицу и пойдем дальше.
Это было что-то новенькое… Чеза, конечно, обычно брал на себя ответственность за принятие всяких скучных решений, вроде как где устроить ночлег и как избежать встречи с патрулем какого-нибудь местного прайда… Но командовать остальными?.. не тонка ли кишка?
— А ты меня заставь, — сквозь зубы с издевкой процедил Мбайя, красноречиво разворачиваясь к остальным львам спиной и возобновляя попытки стащить львицу с карниза.
Ну а что они сделают? Уйдут? Ха! Прелести красногрудой самки были все ближе, вот еще чуть — и достанет.

0


Вы здесь » Король Лев. Начало » Южный кряж » Каменистые склоны