У Ширайи пошли мурашки по коже, когда лежащий незнакомец с ней заговорил. Взрослый лев, да еще и «в теле», это вам не крокодил и не гиена, на суше просто так не скроешься. К тому же, одиночка была сильно истощена длительными путешествиями – только подумать, с того момента, как она бежала из прайда, прошло уже немалое количество времени, а передохнуть толком не получилось. То падальщики, то просто встречные бродяги преграждали ей путь, заставляя обнажать когти или же пускаться наутек. В последний раз, удирать пришлось от здоровенного аллигатора, в чьей пасти Ширайя едва не оказалась по вине несчастливого обстоятельства. Все это, побеги и столкновения, привели к тому, что львице совершенно не хотелось сражаться. Герой древних сказок из нее плохой, она это уже хорошенько усвоила на своей шкуре. Бравировать, строить из себя детеныша, которого всякий защитит – ребяческие замашки начинали потихоньку сходить, как старая шерсть, открывая Ширайе нечто… новое, следующую ступень миропонимания и взросления. Однако, место для досады все же нашлось.
Она смутилась. Серый лев не собирался ее есть – это одиночка чувствовала, перенимала настрой, так сказать. И – успокоилась. Легла на место вздыбленная холка, втянулись чуть проявившиеся острия когтей в подушечках лап. Если он нападет, ей в любом случае придется туго, скиталица устала, а самец, хоть и лежит, раскинув лапы, в тени, совершенно не выглядит побитым и замотанным. «Да даже если так…» В общем, у всех бывают моменты, когда стоит расслабиться и пустить ситуацию на самотек. Будущее не дано предвидеть, как бы не хорохорились многие мудрецы, а логически рассуждать у Ширайи не получалось. По крайней мере, здесь и сейчас. Поэтому львица позволила себе демонстративно повернуться спиной к незнакомцу и простодушно брякнуть в своё оправдание:
- Я не знала. Тут всякие ходят, а сражаться меня уже порядочно достало.
Чего она хотела, поворачиваясь ко льву самым уязвивым местом для атаки? С точки зрения инстинктов, это было неразумно. Но, задней мыслью, Ширайя видела в этом свой плюс. Пускай, ежели он враг, клюет сразу – пока есть возможность сбежать, пока она, хоть не явно, но готова к попытке спасать свою бесценную жизнь. А ежели друг… Что ж, она уже достаточно показала себя перепуганной кошкой, которая кидается на каждую тень, жест доверия – дань к началу хорошего разговора. Ширайю, правда, удивило, что самец озеро не почуял. Вот же оно, по ту сторону куста, и от этого тянуло съязвить что-нибудь про старость и утраченный нюх. Но Ширайя заткнулась. Наверное, первый раз в жизни поступив по отношению к собеседнику благоразумно.
- Ты не дошел буквально десяток метров, - совершенно спокойно проинформировала темношкурая. В конце концов, с кем не бывает, что ты ни с того ни с сего перестаешь чуять очевидные вещи? Одиночка помнила, что и ее жизнь порой подлавливала на этом, - Если тебе тяжело встать, я помогу. Мне тоже не мешает напиться.
