Страница загружается...

Король Лев. Начало

Объявление

Дней без происшествий: 0.
  • Новости
  • Сюжет
  • Погода
  • Лучшие
  • Реклама

Добро пожаловать на форумную ролевую игру по мотивам знаменитого мультфильма "Король Лев".

Наш проект существует вот уже 10 лет. За это время мы фактически полностью обыграли сюжет первой части трилогии, переиначив его на свой собственный лад. Основное отличие от оригинала заключается в том, что Симба потерял отца уже будучи подростком, но не был изгнан из родного королевства, а остался править под регентством своего коварного дяди. Однако в итоге Скар все-таки сумел дорваться до власти, и теперь Симба и его друзья вынуждены скрываться в Оазисе — до тех пор, пока не отыщут способ вернуться домой и свергнуть жестокого узурпатора...

Кем бы вы ни были — новичком в ролевых играх или вернувшимся после долгого отсутствия ветераном форума — мы рады видеть вас на нашем проекте. Не бойтесь писать в Гостевую или обращаться к администрации по ЛС — мы постараемся ответить на любой ваш вопрос.

FAQ — новичкам сюда!Аукцион персонажей

VIP-партнёры

photoshop: Renaissance

Время суток в игре:

Наша официальная группа ВКонтакте | Основной чат в Телеграм

Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король Лев. Начало » Килиманджаро » Южный берег реки Мазове


Южный берег реки Мазове

Сообщений 31 страница 57 из 57

1

http://s017.radikal.ru/i417/1507/12/48f52f6d2b10.png

Данная река не отличается крупными размерами, но славится тем, что имеет очень крутые скалистые берега и множество опасных порогов. Никто не знает, откуда она течет, но все знают, что она впадает в Северное озеро — а следовательно, питает собой земли к юго-западу от Плато, в частности, примыкающую к ней Долину ветров.

1. Стремительный поток чрезвычайно опасен, так как несет в себе очень много мусора — бревна, ветки, трупы утопших травоядных и т.п. ГМ будет бросать кубик на любые попытки вплавь перебраться на другой "берег"; при этом у персонажей действует антибонус "-2" (нейтрализуется умениями "Пловец" и "Ныряльщик").

2. Скалистые берега реки также считаются небезопасными — персонаж может случайно поскользнуться или сорваться вниз; также возможны оползни (бросок кубика на любые попытки влезть или спуститься с антибонусом "-2"; нейтрализуется умением "Скалолаз").

Малый тайник трав

• Алоэ (х3)
• Базилик (х3)
• Валерьяна (х3)
• Маи-Шаса (х2)
• Костерост (х2)

Очередь #1:

Шеру,
Такита,
Тагор,
Мэй

Очередь #2:

Вакати,
Котаго,
Ушинди

Также в локации:

Сейла,
Ари/Сараби,
Шарли

Отпись — трое суток.
Очереди параллельны друг другу.
Игроки вне очереди пишут свободно!

+1

31

— Кто-то идет!

Вопль из стана травоядных резанул по ушам, и странник поморщился. Кажется, верещала какая-то антилопа, видимо, изображавшая из себя дозор. Да уж, воистину, за неимением рыбы и сам раком станешь, и из рогатых неучей дозорных сделаешь. Похоже, местные обитатели остались совсем малы числом, если вынуждены прибегать к настолько отчаянным мерам.

Ушинди присмотрелся к куче разномастных стоящих, лежащих и где-то даже сидящих тел, но так и не нашел других львов. Кажется, эта матерая львица, загородившая собой детеныша - это все? Странник покачал головой. Ну, тогда он готов взять слова про неучей обратно, тут просто выхода иного не было. Лев присмотрелся повнимательнее к вышедшей ему навстречу и отчетливо видел, что она едва ли не более утомлена, чем он сам. А он только что отмахал двое суток по выжженной пустыне без еды и почти без воды.

Но все же защищает, и не дает почувствовать слабость. Правильно, так и надо.

Сараби. Мираж, да? Интересное имя. Ушинди улыбнулся было в ответ, но, когда львица стрельнула глазами ему за спину, он резко повернулся туда же. Может быть, слишком резко, но... Проклятая пыль отлично заглушала шаги, а нюх у него и так был напрочь ей отшиблен. Не хотелось бы получить удар в спину от "одной и слабой" львицы, если окажется, что их тут куда больше одной.

Нет, ничего, только серая земля с цепочками следов. Странник повернулся обратно и удивленно повел ушами, вопросительно взглянув на львицу. Чего она там выглядывала?

"А-а, моих товарищей, что ли?" - на морде Ушинди отчетливо проскользнуло понимание. Нет, нет, это не так делается. Вернее, так, но смотрит львица не туда. Если бы он отвлекал внимание, то атакующую группу пустил бы вдоль берега, прикрываясь камнями. И атаковать бы приказал травоядных, паникующие идиоты устроят больше проблем, чем несколько воинов... Беженцев бы зажало между разбегающимся стадом и самим Ушинди. Не говоря уже про львенка, которого пришлось бы спасать из-под копыт. И все.

Ладно, он не воевать сюда пришел.

- Коли так, Сараби, я прошу воспользоваться вашим гостеприимством, - фраза получилась не лучшая, но Ушинди никогда не был действительно хорош в формальных просьбах. - Заверяю, что не причиню вреда ни вам, ни вашим товарищам, и окажу всю помощь, которая будет мне по силам.

Вообще-то, стоило бы упомянуть, что он не претендует на трон местного прайда, но Ушинди не был уверен, что тут вообще остался король, на чей трон можно претендовать. Эта Сараби построила слова так, что понять иерархию этих львов было решительно невозможно. Сейчас и тут она старшая, да уж. Как будто это не очевидно. Действительно, Мираж как он есть. Мудрец ей, видимо, имя выбирал.

Судя по следам, среди ушедших из этого оплота беженцев был минимум один крупный лев, размером как раз где-то с него самого. Возможно, он исполняет тут роль лидера? Тогда получается, что эта группа не приходила к водопою, а ушла с какой-то целью. На охоту? Может быть. Да, тут много добычи, но резать травоядных, которых ты же охраняешь... Нет, Ушинди встречал и не таких королей, но все же вряд ли. Куда еще можно идти сразу нескольким львам, при этом оставляя с детенышами всего одну львицу? Не в патруль же, от кого тут патрулировать.

"В поиск?"

Может быть. Ушинди вздохнул. Проще сдаться и спросить, чем строить теории, которые ничем невозможно подтвердить. Если бы еще была уверенность, что эта... Сараби... ответит прямо. А, какая ему разница. Не догонять же ту группу. Рано или поздно местный король, если он существует, вернется - тогда и можно будет попроситься хоть на ночлег. Странник не был уверен, что ему разрешат остаться дольше, лишний рот запросто может перевесить лишние лапы. Но все же, неужели они еще ищут?..

Он бы искал. Пока оставался бы хоть какой-то шанс - искал бы.

Не получив очевидного отказа, Ушинди позволил себе подойти к местным львам ближе. Львенок, похоже, спал, так что странник приглушил голос и постарался двигаться потише.

- Вы из прайда, жившего тут до... этого? - Он не был уверен, как назвать произошедшее с огненной горой. - Сожалею. Я слышал об произошедшем еще в двух лунах пути отсюда.

Эти земли должны были быть богатыми, Ушинди слышал про их славу гораздо больше чем в двух лунах пути. Здесь должны были жить большие прайды, состоящие из десятков львов, способных прокормиться самим и прокормить своих детенышей - так описывали их те, кто был здесь... Или якобы был. Все, что Ушинди видел сейчас - это одну львицу со львенком здесь и еще троих где-то в серой пустыне. И вряд ли в других возможных местах наберется сильно больше. Он и хотел бы расспросить Сараби о произошедшем подробнее, но... Такие потери. Одиночки и бродяги быстро учатся определенной тактичности, хотя и не все стараются ее применять не только когда у них начинает гореть хвост.

- А его как зовут? - Ушинди кивнул в сторону спящего львенка, увидев в этом возможность хоть как-то сменить тему. Расспрашивать об ушедшей группе он все-таки не стал. Увидит - узнает.

Привалившись боком к удобному камню, странник старался ненавязчиво рассмотреть свою собеседницу. Идя вдоль побережья, он уже давно не видел других львов - сперва пески, потом джунгли, теперь вот эта серая гадость... Не лучшие места для их обитания, хотя в последние несколько дней пути места сильно улучшились. Он, помнится, долго удивлялся, что не нашел на отличных землях ни одного льва, так что руководствовался сейчас Ушинди банальным интересом. Ему всегда нравилась такая игра.

Матерая львица, лет семь-десять... Пыльная и уставшая, что, впрочем, неудивительно, сейчас тут наверняка все такие, включая его самого. Шрамов на ней не особо, да и двигается не так, значит, вряд ли воин. Держится по-королевски, как минимум - странник оценил соответствующую стать. Не показывала ни страха, ни хотя бы тревоги, когда он неожиданно свалился им на головы. Ушинди был готов зауважать ее - он встречал львиц, в подобных ситуациях показывавших себя куда хуже.

"При этом дозор через хвостовую кисточку, даже для антилоп. Нормального пути отхода отсюда тоже нет... Нет, точно не воин. Но достоинства на десятерых. Что в итоге?"

Большой прайд. В маленьких каждый сам и охотник, и воин. Была непростой персоной, наверняка привыкла управлять - объяснить антилопам, что надо стоять в дозоре, сможет не каждый. Когда гора загорелась, прайд погиб, весь или почти весь. Воинов... не осталось?

"Откуда такая мысль? Так, если бы были другие, они бы продумали ситуацию и я бы не увидел такого беспорядка."

Значит, не осталось. Это усложняет ситуацию - тот лев... С воином он бы договорился, а это что за экземпляр? Уставший мозг показал ему картину здоровенного боевого шамана с полностью неадекватной харей, Ушинди тихо хмыкнул. Пожуем - увидим, как говорят бегемоты.

Получается, здесь все совсем негусто. Мелькнувшую мысль воспользоваться ситуацией странник загнал поглубже. Нет уж. Но, может быть, получится договориться, предложив свои услуги? Но это потом, а пока есть еще один вопрос.

- Сараби, есть ли тут выход к воде?

Пить хотелось зверски. Если тут еще и нет водопоя, Ушинди не был уверен, что удержится от того, чтобы объяснить выбравшему это место для лежки всю глубину его морального и интеллектуального падения.

+5

32

———-→>> Разрушенное подножье вулкана

Дорога до реки заняла, на удивление, куда меньше, чем дорога от нее. Наверное, помогло то, что львице не пришлось метаться из стороны в сторону, в нервном припадке пытаясь найти своего поломанного побегайца, а потом и тащить его на своем горбу. Вместо нее этим занимался большой, крепкий самец, слава предкам. Спина Такиты, наверное, не вынесла бы третьего переноса Вакати, все-таки он уже подросток, без пяти минут взрослый лев, а она довольно маленькая львица. Плюс беспощадный темп, который невольно задала Ари, подстрекаемая действием сердецея.

А возможно дело было в том, что они шли несколько в другое место — факт, который Такита осознала лишь сильно опосля, когда до черепной коробки доползла часть вываленной Ари информации, до этого застрявшей за всем тем, что казалось куда более важным на тот момент.

Например, что они идут на Мазове, потому что Ари, судя по всему, встретила где-то здесь Ньекунду? Такита не очень понимала что, где, как и почему, но логика подсказывала, что пока она искала Вакати, погорельцы сменили место дислокации и, видимо, выслали разведывательные отряды, один из которых столкнулся с Ари. Почему вот только они сразу ее не отвели к остальным — непонятно. Ну, да и не важно, на самом-то деле. Если они все друг дружку найдут, то вообще все равно что, где, как и почему.

Все это дошло до Такиты только, когда ее наконец настигло несколько минут тишины, что было не сразу. Сначала им пришлось поторопиться, чтобы поспеть за Ари и ринувшейся следом за матерью Сейлой. Такита вздрогнула от неожиданности, когда сбоку от нее будто из-под земли пророс Тагор и огорошил ее своим вопросом.

— Могу, конечно, да, — затараторила она и лапа будто сама собой потянулась к мешочку на шее. Такита ойкнула, чуть не клюнув носом землю, но быстро восстановила равновесие, поставив все четыре лапы крепко на землю. — А, давай дойдем сначала до привала, — неловко посмеиваясь предложила она, — и там я тебе все покажу, может, даже не только саму ягоду, но и все растение целиком. — Она на секунду замялась и заговорщически наклонилась к уху Тагора. — Только сестре не показывай, пожалуйста…

Получив ответ, который ее успокоил бы, Такита выдохнула и воспользовалась небольшим перерывом во всей этой суматохе. Она еще несколько раз споткнулась об собственные ноги, запоздало вспоминая, что всю прошлую ночь так и не спала, умчавшись на поиски Вакати. И покой, кажется, ей только снится, потому что рассматривая крайне заманчивую идею просто взять и упасть мордой в сорняки на первом же симпатичном камне Мазове, Таките в голову пришло несколько… осознаний, что ли.

Во-первых, ей надо поговорить с Ари один на один. Рассказать о Вакати, о том, что он ей сказал. Ей следует это знать, чем скорее, тем лучше, мало ли что еще он отчебучит, руководствуясь своими заблуждениями. Во-вторых, раз уж речь зашла о Вакати, неплохо бы как-то укрепить конструкцию у него на лапе, бедняжка героически держится на одном честном слове. В-третьих, она обещала показать Тагору сердецей, и тут Такита вспомнила, что на Мазове, вроде как, целебных трав и в обычной-то обстановке днем с огнем не сыщешь. Тьфу. Но это, легче всего поправимо, если у нее остался еще сердецей в сумочке. Вроде был. Бегать сейчас искать его по округе, по крайней мере, она была точно не готова, так что Тагору придется все-таки довольствоваться отдельными ягодками.

Кстати, зачем ему? Такита нахмурилась. Ладно, потом спросит, когда будет показывать. Знать целебные травы в любом случае не повредит.

Тем временем угрюмый пейзаж из пепла и грязи потихоньку оживал редкими всплохами зелени то тут, то там, предвещая начало небольшой, но все же полосы земли, до которой разрушительное пламя вулкана не смогло добраться. Берега Мазове никогда не славились плодовитостью, но сейчас даже его скудная растительность казалась просто даром небес. На горизонте уже давно маячили знакомые силуэты травоядных, а вот выживших членов прайда было как-то не видать. Чуть прибавив шагу, Такита всматривалась в приближающиеся силуэты, пока наконец глаз не зацепился за всего лишь парочку кошачьих из всей той группы, что она оставила ночью. Еще приблизившись Такита наконец признала в львице Сараби, заметила малыша Фуса и какого-то незнакомого самца, уже второй за день, повылезали как грибы после дождичка. А где все остальные-то? Неужели все вообще разбежались по окрестностям оставив старую самку и карапуза за главных?

— Вон они! — на самом деле непонятно зачем воскликнула львица, обращая внимание своих спутников. Такую толпу при всем желании было не пропустить. — Сараби! — крикнула она, привлекая внимание матерой и прибавляя хода.

+6

33

Реакция незнакомца удостоверила Сараби в том, что он пришел один. С такой резвостью он метнулся, чтобы посмотреть назад, с таким удивлением посмотрел на самку, что она поняла, что тот не сразу и понял, чего она там высматривает. Не успела она занервничать, что оскорбила его, как на его морде отразилась понимающая улыбка. Видимо, жизнь в одиночестве приучает смотреть по сторонам так же, как и жизнь в изгнании.

Она кивнула на его речи о безобидности и помощи, но, честно говоря, внутреннюю оборону все еще держала. Мирно спящий Фус, который настолько устал, что даже не замечал новоприбывшего, все еще лежал у нее за спиной, и она была за него в ответе. Повидала она на своей жизни всяких львов, особенно красноречивых, готовых заговорить зубы, лишь бы добиться того, зачем они пришли. Но Ушинди не выглядел злобно, в его глазах можно было разглядеть искреннее сочувствие.

— Все эти травоядные — да, отсюда, — ответила она на его вопрос. — На Килиманджаро обитал процветающий прайд под предводительством короля Нари. Немногие спаслись, к великому сожалению. Я же из другого прайда… впрочем, это не важно. Теперь я здесь.

Конечно же ее прайд был важен Сараби, но не будет же она тут раскрывать все карты и изливать душу про изгнание, смерть мужа и детей. Пускай для этого льва она останется простой немолодой львицей среди остальных беженцев. Незачем ему знать, мало ли, куда он потом направится, и кому разболтает, что бывшая королева теперь здесь. Пускай Скар живет в неведении.

— Это Фус, — она тепло улыбнулась, когда тот пошевелил ухом во сне. — Нелегко ему пришлось. Кажется, он теперь сирота.

Последняя фраза была сказана совсем тихо, так, чтобы услышал только самец. Пускай Фус и не был совсем уж несмышленым малышом, всю правду на него вываливать сейчас не стоит. Последний раз Сараби видела его где-то в объятых пламенем лесах, а до этого — в пещере, где их с местной целительницей завалило при взрыве. Она не знала, живы ли его родители, но пока никого даже отдаленно похожего на этого львенка Мираж не видела. Так мало осталось от прайда Нари, что шансы были невелики.

Ушинди спросил про воду, и львице пришлось встать, чтобы оглядеться. Она еще не ходила туда, слишком скользкие камни, норовящие сбросить прямо в бурлящую реку. Скалистые берега реки не были удобным подходом. И, если травоядные с длинными шеями еще как-то справлялись, то львице пришлось бы “раскорячиться”.

— Честно, я еще не рисковала, — призналась она. — Я…

Договорить она не успела, так как бдительная антилопа снова крякнула что-то про приближающихся к ним львов. Сараби вскочила, разбудив-таки львенка своими телодвижениями, и всмотрелась. Сначала она заметила Такиту, быстро шагающую рядом с какой-то уж совсем бодрой самкой. Чуть приглядевшись, она признала в ней королеву прайда Нари. За ними шел огромный совершенно незнакомый львице черношкурый самец. На его спине она разглядела Вакати, мальчика со сломанной лапой, которого она пыталась успокоить на озере. Рядом семенили еще два львенка, которых Сараби видела мельком на похоронах Трандуила, но имена вспомнить никак не могла. Компания была впечатляющей, что тут скажешь. Но как матерая была рада увидеть знакомые морды.

— Такита, Ари, слава богам, вы живы! — воскликнула она. — Все в порядке?

Она не стала представлять Ушинди, решив, что лучше предоставить это ему.

+7

34

>>> Разрушенное подножье вулкана >>>

—————

«Что ты нашла на вершине вулкана?» – уже который раз за последние несколько секунд повторяла она про себя вопрос маленькой львицы. Ари всё ещё не хотела травмировать своих детёнышей – она даже примерно не могла представить, как Сейла, Тагор и Вакати отреагируют на весть о смерти отца. Ей самой – ей, которая за свою жизнь повидала уж явно побольше смертей, чем годовалые львята, и тем более больше смертей от извержения, – ей самой тяжело, буквально невыносимо было принять смерть супруга. Розовый мир львят же наверняка разобьётся вдребезги от этой новости. Наверняка как и любая другая мать, Ари всё ещё видела в своих детёнышах маленьких крох, не способных вынести на своих плечах всю печаль этого мира – несмотря, конечно, на то, что Сейла уже больше становилась похожа на стройную, грациозную львицу, а макушки Тагора и Вакати начали обрастать длинным мехом, грозящим в будущем вырасти в пышные, густые гривы. Для Ари они по-прежнему оставались теми светлыми и тёмными комочками шерсти размером едва ли с её кисть, что год назад родились в пещере на склонах вулкана – там, где сейчас лежал труп их отца.

Смерть, – спустя долгие секунды молчания, наконец, ответила она Сейле. – Половина нашего прайда... они... превратились в статуи? – скорее спросила, нежели сказала Ари, неуверенная в том, как можно было назвать увиденное. – Лава покрыла их тела – и они теперь похожи на валуны в форме львиных силуэтов. Странно это выглядит... – какое-то время она шла рядом с дочерью, молча уставив глаза в землю. Как же так вышло, что она боится рассказать Сейле о смерти Нари, но с такой лёгкостью описывает смерть их сопрайдовцев?.. – Отца среди них не было, – наконец спустя недолгое молчание произнесла Ари, собравшись с мыслями. Нет, она защитит детей. Не позволит им пройти через ту же боль, через которую прошла она. Уж лучше оставаться в неведении. – И Антареса. И Эос с Талией. Если ты, конечно, спрашивала об этом, – только сейчас львица осмелилась поднять голову и посмотреть в глаза Сейле, чтобы понять: дочь ей не верит. Неожиданно смущённая этим, Ари вдруг повернула голову назад – остальная часть их группы шла далеко позади. – Эй, ну чего вы там копошитесь! – на морде появилась напускная, чересчур радостная улыбка. Сердецей, конечно, действовал уже не так, как в первые минуты, однако в львице всё ещё бурлила и кипела энергия, так что Ари остановилась, добежала до «отстающих» львов и радостно на секунду привстала на задние лапы, будто не в силах сдерживать своё предвкушение от скорой встречи с сопрайдовцами. – Мы ведь прошли уже половину пути! Давайте! Ещё немного – и снова всех увидим! – вновь подпрыгнув над землёй, Ари посеменила впереди отряда, изредка оглядываясь, чтобы проверить, что никто не отстал.

Весь дальнейший путь казался львице одной сплошной бесконечностью. Она лишний раз убедилась в том, что самое ужасное – это понимать, что что-то вот-вот произойдёт, и ждать этого события. Совсем как сейчас: они вот-вот придут на Мазове, вот-вот встретятся со всеми выжившими из прайда Нари, вот-вот воссоединятся – и от того дорога казалась ей вечной. В конце концов, львица перестала выглядывать на горизонте группу хищников, а чуть поуменьшившийся эффект сердецея и вовсе заставил её спокойно идти рядом со всеми, уставившись в землю и погрузившись в собственные мысли. Восклик Такиты, тем не менее, заставил Ари резко поднять голову, чтобы тут же в безмолвном крике раскрыть пасть, подпрыгнуть, а затем радостно прокричать: «Ура! Пришли! Вон они!» – чтобы тут же, мимолётно оглянувшись на остальных, помчаться вперёд, к огромным стадам травоядных, которые наверняка просто закрывали большую часть львов своими длинноногими и грузными телами.

Но даже если кто-то из погибшего прайда и находился на берегу (помимо Сараби и Фуса, разумеется), то Ари не смогла бы его увидеть, в ту же секунду буквально облепленная со всех сторон травоядными. Различных видов антилопы, зебры, буйволы, носороги, жирафы, квагги и даже парочка слонов кругом встали вокруг бывшей королевы, подняв такой гвалт, что было бы не удивительно, если бы все присутствующие вдруг оглохли.

Ари!

Королева Ари! – доносилось со всех сторон.

Мы спасены! Ура!

Где вы пропадали?

Что дальше?

А где Нари?

Он...

Где нам теперь жить?

Мы можем....

Травы почти не осталось! А среди нас много раненных!

Я думаю... Зэмба, послушай... Бонгани, Гвала... Афуа, пожалуйста, успокойте своих... – она пыталась ответить на все вопросы, пыталась обратить на себя внимание вожаков стад, но все кричали, перебивали друг друга, толкались в попытках подойти поближе к Ари и в итоге львица лишь растерянно моргала, переводя взгляд с одних травоядных на других. Нет, так не пойдёт... Найдя глазами небольшое возвышение – то самое, на котором находилась Шайена, когда выжившие только пришли на Мазове, – Ари поднялась на пригорок. – Послушайте! – но никто слушать, конечно же, не хотел. А может, из-за поднятого ими же самими гвалта травоядные просто не слышали призыва львицы. – Пожалуйста! Дайте мне сказать! – не получив отклика и на эту просьбу, львица (признаться, отчасти разозлившись на своих подданных) набрала воздуха и зарычала так громко, как только могла – уж этот-то призыв к молчанию сложно было не услышать! Благо, травоядные тут же замолчали, во все глаза уставившись на свою королеву, хотя кое-где ещё мелькали шепотки, а одни головы то и дело склонялись к другим, чтобы сказать что-то на ухо. Убедившись, что теперь внимание присутствующих сосредоточено только на ней, Ари собралась с мыслями и открыла пасть:

Спасибо. Я тоже рада всех вас видеть, – короткая улыбка скользнула по морде самки. Ей-богу, не со зла же они не дали ей прохода и возможности сказать хоть слово! – Может, не всех здоровыми, – у пары травоядных виделись последствия оказания первой помощи: у кого-то были поставлены шины на сломанной ноге, на чьём-то боку виднелся огромный лист, не дающий целебной мази «сползти» с ожога, а как минимум у пары-тройки антилоп были обломаны рога, – но во всяком случае живыми, – на какой-то момент львица замолчала, обдумывая, что же сказать дальше, но одна из зебр дала ей небольшую подсказку:

Где король? Он выжил?

Ари невольно бросила взгляд на сидящих в стороне львов и поджала губы.

Я не знаю, – на выдохе проговорила она. Ари по-прежнему придерживалась тактики до последнего скрывать от детей, которые сейчас слышали и слушали её, истинную судьбу их отца. – Мы разминулись с ним на Каменной поляне, ещё в самом начале извержения. Я не видела его по дороге сюда и с вами он, видимо, не пересекался. Надеюсь, он жив... – добавила она подозрительно тихо, едва ли не себе под нос – лишь те, кто стоял в первых рядах, мог услышать этот шёпот.

А мы? Что будет теперь с нами? – что ж, нельзя было винить подданных в том, что некоторых из них собственная судьба волновала чуть больше, чем судьба правителей – тем более, что один из них, правителей, сейчас стоял перед ними. Живой и почти здоровый.

Мы остаёмся здесь, – ни на секунду не задумавшись над ответом твёрдо произнесла львица, подняв голову и сверху вниз посмотрев на травоядных – те, впрочем, к её удивлению тут же вновь подняли гвалт. Одни одобрительно кивали головами и соглашались с решением Ари, другие же возмущённо кричали – все земли прайда выгорели до тла и прокормить такое количество питающихся растительностью животных действительно было проблемой. Однако Ари уже давно решила: она никогда не покинет земли, ставшие ей родными. – Послушайте! Пожалуйста, послушайте меня! ТИХО! – лишь когда подданные подуспокоились, львица смогла вновь взять слово. – Мы остаёмся здесь. Я и моя семья. Я – и те, кто хочет со мной остаться, – на какое-то время она замолчала, обводя глазами всех присутствующих, в том числе и львов. – Если вы хотите уйти на поиски более пригодных для жизни земель, я вас пойму и не стану задерживать. Здесь мало еды и нет легкодоступной воды, – мимолётный взгляд на крутые, скалистые берега Мазове, – но так не может продолжаться вечно. Рано или поздно эти земли вновь порастут травой и деревьями – и вместе с ними возродиться и прайд. Однако это будет не скоро, так что я приму любой ваш выбор, – не без толики грусти в глаза Ари посмотрела вслед небольшой группы относительно здоровых травоядных, что, недовольно переговариваясь, «отсоединились» от толпы и направились прочь, вдоль реки. Видимо, часть из них уже приняла решение. – Если вы боитесь оставаться жить в таких условиях – что ж, в ваших силах выбрать свой дальнейший путь.

А если мы останемся? – подал голос Бонгани, вожак одного из стад белохвостых гну. – Вам ведь тоже надо чем-то питаться, – Ари понимала опасения матёрого самца, но продумала уже и эту ситуацию.

Вас никто не тронет, – обратившись к Бонгани, королева тут же сделала шаг вперёд и произнесла как можно громче – так, чтобы её услышали все, даже те, кто стоял в самом конце толпы. – Отныне охота вдоль всего берега Мазове запрещена! Здесь достаточно пищи для всех вас,«Надеюсь...»и...

А вы? Где будете охотиться вы? – не унимался гну, видимо, слишком обеспокоенный судьбой кошек.

Ближе к южным границам остались не выгоревшие земли. К тому же мы можем попытать счастья на Зубери или вдоль дебрей, – не факт, что на границе с соседним прайдом, чьи земли находились в довольно плачевном состоянии, можно было кого-то поймать, а ещё Ари не была уверена, что Серая долина выгорела не полностью и вдоль границы с дебрями ещё что-то осталось – во всяком случае, сами джунгли издалека, кажется, выглядели вполне живыми и цветущими... В общем, как бы там ни было, они найдут выход из ситуации. Сейчас самым главным было обезопасить травоядных – иначе что она за королева, не берегущая собственных подданных? В конце концов, они все – и львы, и зебры, и слоны, и антилопы – оказались в одной лодке. К слову об этом... – Что касается ваших ран, я думаю, что Такита, – Ари перевела взгляд на молодую целительницу, – не откажет вам в помощи и продолжит и дальше лечить их. Во всяком случае, надеюсь на это, – что ж, приказать львице вылечить все раны она не могла – уж слишком много было травм у её подданных. – А если будет необходимо, я ей помогу. Если она, конечно, объяснит мне, что надо делать, – чуть приободряющая улыбка, посланная Таките. Конечно, молодая самка была не такой опытной, как погибшая Хайко... Однако у неё был здоровский помощник в лице Эхекатля, так что Ари была уверена в силах этих двоих. Уточнив у собравшейся под возвышением толпы, есть ли ещё вопросы, и получив отрицательный ответ, Ари выдохнула. – Тогда всё. Отдыхайте и набирайтесь сил. И я правда очень, очень рада, что снова увидела всех вас!

Спустившись с пригорка вниз, львица, наконец, смогла подойти к своим сородичам. Боднув проснувшегося Фуса в лоб – привет, дружище! – и потрепав Тагора по макушке (почему именно его, Ари и сама не смогла бы объяснить), львица обратилась к Сараби, которую хоть и помнила, но очень смутно – кажется, та появилась в прайде незадолго до извержения?

Очень рада снова вас видеть, – приветственно улыбнувшись матёрой самке и ткнувшись мокрым носом ей в щёку в знак приветствия, Ари заглянула за спину другой бывшей королевы в поисках хоть кого-нибудь. – Ньекунду сказал мне, что вы все устроили здесь временный лагерь, но что-то я никого не вижу, – этакое «А где же остальные?»

Единственный, кого Ари сейчас видела здесь, был лишь светлого окраса лев, которого прежде львица никогда не видела, с головы до пят покрытый пылью. Судя по тому, что травоядные спокойно относились к его присутствию, незнакомец не представлял опасности, иначе его бы уже как минимум затоптали бы, подняв панику. Самка не стала обращаться к страннику с вопросом напрямую, но, ожидая ответа Сараби, продолжала в упор глядеть на незнакомца, как бы невольно вынуждая его представиться первым.

+13

35

— Начало игры.

  Странствия в поисках самого себя, казалось, уже тянулись целую вечность. День за днём, неделя за неделей, месяц за месяцем Шарли скитался туда-сюда, полный самых разнообразных чувств: его раздумия часто перебивались опасениями, а иногда и надеждой, иногда призрачно сиявшей где-то на периферии этого мира, полного невзгод, страданий, жестокости и несправедливости. 

"И всё же, если мир так жесток, то почему всем так на это безразлично?" — подумал гепард.  — "Или все уже настолько привыкли к тому, что каждый друг другу враг?"

Сразу после этого последовало тихое молчание, будто Шарли ожидал какого-то ответа от высших сил или от самой судьбы. Быть может, он обдумывал то, что только что сказал сам, а быть может, ожидал ответа и от самого себя.

"Из всех преступлений самое тяжкое — это бессердечие, отказ помочь или защитить, но можно ли его назвать таковым, если ты сам рискуешь оказаться под угрозой?"

В последнее время, гепард всё чаще и чаще задавася подобного рода вопросами: и действительно, за свою короткую, но довльно насыщенную жизнь, Чар повидал очень немало. Можно даже сказать, что он в какой-то мере даже привык к каждодневному страху, страданиям и безжалостной борьбе за выживание. Но даже так, пятнистого всё ещё мучали сомнения в правильности его решений, которые он принимал в прошлом.

Впрочем, вскоре гепарда отвлёк шум воды, который становился всё сильнее и сильнее, с каждым шагом гепарда увеличивая свою громкость сразу на несколько тонов. В этих местах юная молния ещё никогда не была, а, значит, практически нетронутое детское любопытство вело его вперед, отвлекая от каких-либо серьёзных размышлений.

И лучше бы не отвлекало...

Гепард шёл узкой тропинкой около какой-то крутой реки. Хотя, скорее, речушки, которая в своём стремительном потоке несла почти  только всё, что представить можно (или даже нельзя). Напраляясь вперёд, примерно в северо-восточном направлении, гепард вышел уже на более широкие пространство. Практически прямо перед Чарли открылась более-менее обыденная речная терраса, нисходящая в некое подобие равнины, кое-где даже покрытую травой, которая местами была покрыта пеплом и выжжена. Казалось, в этих местах она немного каменисто хрустела под лапами, дополняя и без того страшное предчувствие. Уж очень не нравилось гепарду то, что с неба, будто мелкий град, переодически летел пепел, а устойчивый запах гари тянулся прямо с юга. Но это было только начало.

Пройдя чуть дальше гепард увидел большое стадо травоядных, а может быть, и несколько стад этих животных, многие из которых были ранены. И это зрелище повергло Шарли в первобытный ужас.

Bon sang... — тихо и шокированно проговорил он себе под нос, ещё не совсем понимая, что творится рямо перед ним.

Такого количества ожогов, переломов и гематом гепард не видел ещё никогда, даже в самые тяжелые времена, из тех, которые он помнил... Оставалось только догадываться, сколько ещё отравились дымом, а также получили прочие побочные последствия от какого-то большого, судя по всему, пожара, сопровождаемого взрывом и массовой давкой.

"Сколько же раненых... Где я столько перевязочных материалов возьму?.." — взгляд бегал из стороны в сторону, ища то, что могло бы быть столь необходимо в подобной ситуации, но в силу своей растерянности, Чарли при беглом осмотре ничего полезного не нашёл. Сердце учащенно билось. Пятнистый понимал, что в одиночку попросту не сможет оказать всем помощь, так что придется распределять раненых по категориям степени тяжести, а этого делать крайне не хотелось.

В любом случае, ситуация сложилась так, что требовала незамедлительного принятия мер, поэтому гепард стал медленно и спокойно подходить к травоядным, а затем и вовсе окликнул их:

— Эй! Не пугайтесь, я лекарь. Я хочу помочь, но для этого мне нужна ваша помощь. Первое, сколько примерно раненных вообще? Второе, каковые примерные ранения? Третье, есть ли у вас травы?

Отредактировано Шарли (25 Авг 2020 20:16:55)

+4

36

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"48","avatar":"/user/avatars/user48.jpg","name":"Маслице"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user48.jpg Маслице

Гепард!

Это гепард, бегите!

Нет, ну а чего ещё ожидал Шарли, появляясь рядом с огромной кучей травоядных? Знаете ли, одно дело – приближающиеся к стадам члены королевской семьи и прайдовский целитель, которого знали все; совсем другое – неизвестный никому хищник, у которого чёрт знает что было на уме. Травоядные заметались в панике на том краю толпы, к которому приближался странствующий лекарь – их охватила такая тревога и они подняли такой шум, что было бы неудивительно, если стоящие по другую сторону львы услышали эту суматоху и обратили бы на неё внимание. Но целая куча потенциального гепардовского обеда это обстоятельство, конечно, нисколько не волновало, они лишь хотели спасти свои жизни... вот только надо ли было их спасать? Хищник шёл как-то нарочито медленно, не спеша, а затем и вовсе обратился к травоядным. Эээ... Он вообще нормальный?

«Не пугайтесь» для травоядных звучало так, будто Шарли решил подбодрить решившего утопиться в реке, полной крокодилов, незнакомца: «Не грусти, дружище, всё в порядке! Вся жизнь впереди!» Конечно, чёрт побери, они боялись – и ещё как! Но некоторые из них всё же остались стоять на месте, заинтересованные тем, что же хочет сказать этот новоприбывший сумасшедший (он вообще сам-то знает, что он хищник и должен их есть?).

Лекарь? – тут же оживилась одна из самок квагги, едва услышав это волшебное слово. – Ранения? Травмы? – она задавала вопросы тихо, будто сама себе под нос, настороженно делая шаг за шагом, а затем подскочила, будто ужаленная осой, радостно заржала и, обернувшись и крикнув куда-то в толпу: – Квези! Квези, иди сюда скорее! – вдруг ринулась прямо навстречу гепарду, попутно расталкивая мощной грудью более мелких травоядных, и едва успела затормозить в считанных сантиметрах перед Шарли, обдав его не только горячим воздухом, полным запахов квагги, но и слоем песка и пыли. Отчихавшись и открыв зажмуренные глаза, лекарь увидел бы перед собой огромную лошадиную морду, расположенную от носа гепарда буквально в миллиметрах: в глазах восторг, жёлтые зубы наружу, оскаленные в восторженной улыбке, дыхание несвежее. – Вы сказали, что вы лекарь? Ура! Наконец-то! Вы-то нам и нужны!

Ты нашла Такиту? – в этот же момент рядом с самкой появился более крупный самец квагги – не менее взбудораженный и взволнованный. Переведя взгляд с супруги на Шарли, он тут же заржал и отпрыгнул как можно дальше от лекаря. – Это же ГЕПАРД!!!

Он не гепард, дурачок! – едва сдерживая смех проговорила самка. – Он лекарь! – сказала так, будто одно исключало другое.

Лекарь? – теперь и в глазах Квези появилась та сумасшедшая заинтересованность, что была присуща его супруге. Секунда – и он стоит рядом с самкой, точно также едва ли не касаясь своей лошадиной мордой носа Шарли. – Правда лекарь? О, слава Предкам! Вы ведь нам поможете?!

Погоди! – вдруг спохватилась самка. – Я сейчас приведу Канто, – развернувшись к Шарли спиной, она тут же исчезла в толпе.

Так, смотрите, – не давая гепарду прийти в себя, начал свой рассказ Квези. – Всё началось ещё до извержения. Вообще я всегда сплю, подвернув под себя левую ногу, но однажды решил подвернуть правую, и она до сих пор у меня болит, не могу её полностью разогнуть. Вот, видите? – как бы в подтверждение своих слов, квагга поднял переднюю правую ногу и покачал ею. На первый вид с ногой было всё в порядке, но Квези-то знал, что что-то тут не так! – Может, вы мне травку какую-нибудь дадите, а? Или шину наложите, или ещё что-нибудь, а то как мне теперь с такой больной ногой-то до конца жизни бегать? Так, потом ухо – оно как будто хуже стало слышать. А? Что вы сказали? – даже несмотря на то, что Шарли ничего не произнёс (просто потому, что Квези тараторил без умолку, не давая гепарду издать хоть какой-нибудь звук), квагга всё-таки наклонил голову ещё ближе к морде гепарда – хотя казалось бы... – и повернул её так, чтобы «оглохшее» ухо было со стороны лекаря. – Всё равно не слышу! Вот видите, да? Ещё чуть-чуть – и оглохну! Так, теперь что касается копыт...

А вот и мы! – появившаяся вдруг самка не дала бедняге-Квези пожаловаться на ноющие копыта, и по морде лошади было понятно, что он очень сильно этим опечален. Однако его морда тут же преобразилась, как только он увидел, что супруга идёт в сопровождении жеребёнка. – Ну, Канто, расскажи дяде-лекарю, что у тебя произошло!

Жеребёнок, видимо уже вконец замученный родителями, лишь закатил глаза:

Ничего. Мам, пап, со мной всё в порядке, правда! У меня ничего не бо-...

Посмотрите, пожалуйста, её хвост, – не дав дочери договорить, самка ткнула жеребёнка в плечо, таким образом прося её развернуться. Вновь закатив глаза, Канто подчинилась – сделаю, что скажете, только отстаньте уже от меня! – Видите? Видите? Скажите, что с ним? Он сломан? Его ещё можно восстановить? – у самого основания хвост жеребёнка чуть припух, но это, кажется, не доставляло Канто ни малейшего неудобства.

Ма, но у меня правда ничего не болит!

Ой, не слушайте её, она сама не понимает, что у неё болит, а что нет! Когда мы сбегали от пожара, её хвост придавило камнем, и с тех пор бедняжка, – квагга этаки «театрально» шмыгнула носом, будто едва сдерживая слёзы, – совсем не может им двигать.

Со стороны морды Канто донёсся усталый вздох – предки, да сколько можно уже!

Ма, расскажи ему лучше о своей полоске! – она готова была пойти на что угодно, лишь бы от неё отстали.

Точно! Покажи ему! – всё это время молчавший и лишь изредка то покачивающий головой, то с надеждой глядящий на Шарли Квези вдруг отпрыгнул от супруги, будто его обожгли огнём.

Да! Точно! Смотрите вот тут... Нет, вот здесь... Сейчас-сейчас... – в попытках разглядеть собственный круп, самка начала крутиться вокруг своей оси то в одну, то в другую сторону, будто как собака, пытающаяся поймать собственный хвост – только квагга, пытающаяся разглядеть новое пятнышко на своём теле. – Ага! – наконец вскричала она, в этакой позе «полудуги» боком подойдя к гепарду и ткнувшись крупом прямо в его нос. – Вот видите? Видите эту полоску? Её раньше никогда не было! Честное слово! Что это? Чёрная чума? Смертельная болезнь? Я умру? СКОЛЬКО МНЕ ОСТАЛОСЬ ЖИТЬ?! – поддавшаяся собственной панике, последнюю фразу квагга уже буквально выкрикнула, да так, что её слова эхом разнеслись над Мазове.

+3

37

Уж чего-чего, а того, что раненые разбегутся от лекаря в страхе, гепард ожидать никак не мог, хотя, в общем-то, понять их полосатый мог, ведь Шарли ещё никому известен не был, а сам он, видимо, не учёл, что находится не на тех землях, где его знают. Поэтому такой поступок, даже при всего его миролюбивости, был весьма опрометчивым и рисковал только привлечь внимание незнакомцев или хозяев местности, что могло сулить различные исходы, как хорошие, так и плохие.

Оставшиеся же травоядные кидали на Шарли взгляды, полные интереса, а также вполне живо говорящие глазами: "посмотрите, что за идиот". Эти взгляды, наполненные то ли интересом, то ли сочувствием, то ли усмешкой, то ли совокупностью всего вышеперечисленного, давили на гепарда, что было для него весьма неприятно, ведь что за несправедливость: он пришёл им помочь, а они только выставили его дураком, если не сумасшедшим! Непорядок.

Впрочем, происходящее далее заставило Шарли подумать: "Уж лучше бы они разбежались совсем..."

Если бы у Чара сейчас спросили, что произошло, то тот бы ответил одинм лаконичным словосочетанием: "чертов цирк". Серьёзно, это непонятное безумие слилось в голове у молнии в какое-то единое месиво, единую кашу, из которой только предстояло извлекать всю стоющую информацию для постановки диагноза от всякого прочего шлака и хлама, которого, увы, было куда больше.

  Ta bravoure n'a d'égal que ta stupidité... — произнёс Чарли, тяжело вздыхая и немного качая головой из стороны в сторону. Ему было откровенно жалко бедную Канто, которая, судя по всему, жила в обществе откровенно больных на голову. — Сейчас я все посмотрю и скажу вам диагноз.

"Теперь я понимаю, почему отец так не любил быть терапевтом. Ха-ха" — подумал пятнисто-полосатый про себя (не вслух), подходя к Канто и решаясь осмотреть её хвост, а также немного кивая ей в знак сочувствия. — "Как бы то ни было, теперь я знаю, как зовут местного лекаря... Такида? Или Такита? Впрочем, неважно. Сконцентрируюсь на больном"

Гепард  аккуратно приподнял хвост жеребенка, после чего его прощупал как гематому, так и область вокруг неё.

— Ну, что я могу сказать. Это гематома, — и тут пятнистый понял, что от "такого" слова родители жеребёнка, в силу своего ограниченного ума, могут начать паниковать. — Без паники, это простой синяк от ушиба, уже поздней стадии, ведь кровь, застоявшаяся там, уже успела затвердеть. Через некоторое время всё рассосётся само собой.  А что касается вашей полоски, то...

Вдруг гепард призадумался, а стоит ли вообще говорить этой парочке правду? Серьёзно, ничего такого он не увидел, а всё происходящее больше походило на одно слово: деменция. Причем если у самки она, по-видимому, протекала ещё в легкой стадии, то у самца она протекала уже вовсю. даже с побочными заболеваниями.

— Знаете, ничего страшного у вас нет. Это простой шрам, — обратился Шарли к самке, а затем перевёл взгляд на самца. — А у вас... Э... Я бы сказал, что-то похожее на зажим нерва. Сейчас я попробую исправить.

Подойдя ближе к больной ноге, Шарли обхватил коленный сустав, а затем произвел движение, одновременно надавив так, как учил его в своё время отец.

— Но это ещё не всё. Потеря слуха при целостности самого органа чувств может говорить о деменции. Скажите, болело ли оно у вас в последнее время? С какой частотой и как сильно? Были ли физические или механические травмы уха или инфекционные заболевания, которые могли вызывать подобные осложнения?

Гепард подготовился внимательно слушать самца, но, тем не менее, ожидал от этой "сладкой" парочки ещё каких-нибудь глупостей.

Отредактировано Шарли (26 Авг 2020 22:45:11)

+3

38

Процветающий прайд, значит? Да, все так, как он слышал, пока не пришел сюда. А сама Сараби из другого, что тоже совпадало со слухами - здесь должно было быть много львов... И много добычи, н-да уж. Ушинди критически оглядел кучу травоядных, жавшихся к речным камням. Ключевое слово здесь "было". Впрочем, пить ему в любом случае хотелось куда больше, чем есть.

То, что матерая львица очевидно недоговаривала, странника не смутило. Он тоже много чего не рассказывает встречным, и что же с того? Это никогда не станет проблемой, даже если получится пока что остаться здесь. Будь она хоть великой королевой в изгнании, какая ему разница. Ушинди, скитающийся по земле уже не первый год, отлично знал, что прошлое далеко не всегда может догнать тебя, чтобы дать по башке. Настоящее успеет добраться до твоей шкуры куда чаще.

"Фус? Необычное имя. Даже языка такого не слышал никогда... Наверное. Ну здравствуй, Фус, пусть духи тебя не оставят."

Духи любят сирот, это распространенная примета. Из оставшихся без родителей в детстве получаются лучшие шаманы, ведь духи погибших родичей защищают тех, кого раньше времени покинули при жизни. Ушинди бросил внимательный взгляд на спящего львенка. Он не мог посмотреть по-другому, но надеялся, что его все-таки не оставили. Жив же, после таких событий это уже о многом должно говорить.

- Нелегко... Да. Но он жив, - тихо высказался странник, отвечая Сараби. - Пока ты живой, ничего не потеряно окончательно.

А вот то, что львица ответила на самый насущный вопрос дня, заставило Ушинди раздраженно мотнуть хвостом по пыльной земле. Он все-таки сдержался, но желание высказать кретину, выбиравшему это место, что он кретин, порядком усилилось. Ладно, делать нечего, придется ползти к реке. В крайнем случае, его подстрахуют. Вероятно. А потом нужно будет обязательно найти удобный спуск, потому что взрослые львы еще ладно, а вот у львят там точно будут проблемы...

"Я так начал думать, словно это мои товарищи. Это их проблемы, Ушинди, не твои. По крайней мере, пока что."

Что-то сказать странник не успел, потому что вопль дозорной антилопы... "Духи предков, ну и позор." В общем, охранение оповестило о новых гостях, и Ушинди на всякий случай поднялся со своего уже належанного места. Их проблемы, свои проблемы, какая разница... Наработанные привычки взяли верх, и бросить Сараби в одиночку охранять львенка ему в этот момент в голову даже не пришло.

На всякий случай Ушинди сделал пару шагов вперед, загораживая Фуса, но не отходя слишком далеко. Собственные выкладки были еще свежи в памяти, так что если вдруг что - он схватит мелкого за шкирман и даст деру на открытое пространство, подальше от копыт. Или, если Сараби спохватится сама, прикроет бегство.

Впрочем, тревога оказалась ложной, Ушинди успел это понять еще до приветственных криков с двух сторон. Нападающие не ходят караванами, таща на себе львят. Хотя... Да уж, такие здоровяки встречались ему нечасто. Но, судя по общей ситуации, этот черный безопасен. Пока что.

Крики про королеву Ари дали страннику понять, что гости-то оказались хозяевами. Значит, вот она, местная власть. Выглядела власть, справедливости ради, даже похуже его самого, а Ушинди не питал никаких иллюзий по поводу своей пыльной шкуры. Львица, названная королевой, приковала его внимание сразу же, он даже не понял сперва, почему. Потом сообразил - движения.

Если бы Ушинди посмотрел на нее мельком, то сказал бы, что она ранена. При чуть более внимательном взгляде становилась видна раскованность и энергия в движениях, раненым обычно, вообще-то, не свойственная. Загадка была занимательной, и Ушинди постарался подобраться поближе, заодно и послушать, о чем львица собралась выступать. Судя по радостному столпотворению травоядных, этого выступления ждали.

Значит, короля нет? Придется говорить с королевой. Ушинди усилием воли запихал обратно вылезшего внутреннего братца... Нет уж. Хватило ему и одного раза. Второго не будет, ни сейчас, ни потом, когда он придет в форму и сможет нормально драться. Не-бу-дет. Это не для него.

– Мы остаёмся здесь, - выдала эта королева Ари, и лев чуть ли не сплюнул себе под лапы. А ведь так уверенно говорила. А впрочем, кто сказал, что глупости не могут совершаться с уверенным видом? Нет, странник по здравому размышлению полагал, что смог бы здесь прожить. Небольшая группа взрослых львов тоже сможет, наверняка. Но больные, раненые, которых здесь, похоже, каждый второй? Львята? Сусликов жрать? Так сусликов тут тоже не ахти, наверняка всех засыпало летающей пылью вместе с норками.

Ближайшие более-менее адекватные территории для охоты в сутках быстрого хода. Или идти в джунгли и договариваться с тамошними леопардами. Интересно, какие отношения были у этого короля Нари с местным кланом? И какие будут теперь - леопарды всегда были редкостными нахалами, вряд ли они упустят возможность хорошенько оттоптаться равнинным сородичам по больным лапам. Чем их можно зацепить... Защитой? Глупо. Ресурсами? Добычи у самих нет, надо поговорить с местным целителем. Эта королева Ари упоминала имя. Может, тут растет что-то, чего у них там нет. Как ее то бишь, Такита?

Ушинди перечислял про себя известные ему договоры львиных прайдов с леопардами, когда понял, что он опять думает о способах решения не своих проблем. Он странник, уже столько лун странник, а все туда же... Лев мотнул головой, прогоняя непрошеные мысли. Это больше не его работа.

Тем временем королева закончила говорить и, очевидно, заинтересовалась своими подданными и гостями. Ньекунду? Это этот, здоровый? Это ему стоило бы оторвать кисточку за такую лежку? Да вряд ли, здоровяк очевидно походил на воина, который таких глупостей делать не будет. Да и следы, которые Ушинди видел тут, принадлежали льву размером где-то с него самого. Немного, но все же поменьше этого черного. Столько имен, впору путаться начать. Давно он уже не общался с таким количеством львов сразу...

Ари в упор смотрела на странника. Ушинди ответил ей удивленным взглядом. Чего ты хочешь? Королева молчала. Ушинди слегка наклонил голову и поднял уши. Королева молчала, смотря ему прямо в душу слегка расширенными зрачками. Ушинди нервно мотнул хвостом - молчание начало напрягать, этот взгляд напрягал еще больше. Королева продолжала молчать. Ушинди сделал полшага назад и наклонил голову в другую сторону, дернув ушами. Обмен продолжался не больше нескольких секунд, но страннику показался минутами.

"Ну, чего ты от меня хочешь? Чтобы я ушел? Сплясал танец молодых бегемотов? Представился? Духи, точно..."

Он и забыл. Это не его товарищи, это чужие львы. И то, что он уже представился Сараби и та приняла его как гостя, ни о чем не говорит. Странник кашлянул, выражая легкое смущение от своего замешательства и заодно прочищая сухую глотку.

- Пусть с вами пребудут ваши предки, Ваше Величество, королева Ари. - Лев взял еще более официальный тон, чем с Сараби, но это все-таки королева. - Мое имя Ушинди, я шел через ваши земли с миром. Я прошу воспользоваться вашим гостеприимством и предлагаю всю помощь, которая мне посильна. Заверяю, что не причиню вреда вам и вашим подданным.

- СКОЛЬКО МНЕ ОСТАЛОСЬ ЖИТЬ?!

Ушинди изумленно повернул голову туда, откуда донесся этот исступленный визг, мигом теряя официальный вид и подбираясь. Ничего, кроме кучки квагг, там не было. Каких подземных духов?

- Будешь так орать - недолго...

Лев это пробормотал под нос, но все равно слишком громко, чтобы скрыть от стоящих рядом, и вопросительно взглянул на королеву Ари, мотнув головой в сторону источника криков.

"Это твои подданные, Величество..."

+4

39

Их приближение, конечно же, не осталось незамеченным, караульная антилопа сиреной взвилась примерно одновременно c окликом Такиты, переполошив всех травоядных. Осознав кто перед ними, вся эта толпа одной волной ринулась на встречу, чуть не смыв новоприбывших львов с лап и облепив их, и в особенности Ари, со всех сторон.

— Извините, — прокряхтела Такита, зажатая между грудью напирающей на нее антилопой и полосатым бедрышком зебры. Она бросила взгляд назад, кивнула Тагору, которому тоже приходилось извиваться между взволнованно переминающимися копытами, а затем на Котаго, которого сия толкучка миновала, видимо, потому что травоядные благоразумно решили держаться подальше от крайне грозного вида незнакомого, гигантского льва. Она дернула головой, мол, выбираемся во-о-н туда, и нырнула под хвостом зебры, пытаясь протиснуться мимо.

Чье-то не вовремя подставленное плечо чуть не сбило львицу с лап, одну из которых пришлось в срочном порядке одергивать, пока она не оказалась под острым антилопьим копытом. Самка пискнула, когда прямо пониже поясницы прилетел болезненный шлепок чьего-то хвоста. А травоядные продолжали двигаться, то и дело меняя положение, и внезапно травница обнаружила себя зажатой между двумя буйволами.

— Простите… пропустите, пожалуйста… — прокряхтела она буквально лапами расталкивая их, рискуя такими темпами превратиться в тоненькую желтенькую лепешечку с глазками.

В конечном итоге, Таките все-таки удалось тихонечко проползти под брюхом жирафа, учтиво вставшего с самого края толпы, как самый высокий, и выбраться из этой толкучки.

— Уфф… — тяжело вздохнула она, поднимаясь на лапы и бросая взгляд через плечо. — Так и убить же можно, — львица всматривалась в толпу, пока наконец из нее не показалась белая маковка Тагора. На всякий случай, самка помахала ему лапой, подзывая к себе. Она обернулась и только теперь заметила возвышавшуюся рядом фигуру Котаго с лежащим у него на спине Вакати и злорадно скалющегося Эхекатля, довольно сидевшего у черной лапы самца. Зараза, успел увильнуть от толпы и спокойно обошел ее под охраной льва.

— Пойдемте, отойдем чуть подальше от этой толпы, — Такита кивнула на свободный пятачок земли, не очень далеко ото всех, но и так, чтобы никто больше не наступал им на лапы, не шлепал хвостами и не зажимал между филейными частями.

— Справитесь с Вакати сами? — спросила она у самцов, имея ввиду необходимость снять подростка со спины Котаго, и, получив утвердительный ответ, с тяжелым вздохом села на землю.

— Так, — после секундной заминки произнесла Такита, собирая мысли в кучку. — Сердецей, да. Я обещала.

Отточенным движением она скинула с себя сумочку с травами и принялась аккуратненько перебирать ее содержимое, пока Котаго помогал Вакати аккуратненько слезть со спины. Наконец, среди кучи подсыхающей листвы и увядающих бутонов самка нашла две ягодки. Быстро сложив назад красную ягодку ароспьеры, львица поднесла желтый сердецей поближе к Тагору.

— Вот. Одной ягодки достаточно для взрослого льва, так что детям и подросткам надо давать еще меньше, — начала объяснять львица, позволяя подростку как следует рассмотреть, понюхать и даже потрогать ягодку, если захочет. Эхекатль сидел рядом и ухмылялся. Она и не заметила, что повторяла его слова почти один в один, а то и интонации. — Детям, лучше вообще не давать, если честно. Больше одной нельзя даже взрослым, потому что сердце просто не выдержит нагрузки, потому что она заставляет его биться так, словно ты находишься в самом разгаре охоты. И первое время после приема пациент начинает вести себя… ну, вот как Ари. А потом накатывает жуткая слабость. Есть вопросы?

Если они и были, то задать их Тагор не успел, по реке раскатился громогласный рык, и Такита подпрыгнула от испуга, а ягода-проказница чуть не ускакала по крутым камням в речку. К счастью, травница успела вовремя ее поймать и даже не раздавила! Но демонстрацию решила закончить от греха подальше.

Рык исходил от Ари, королева за это время успела взобраться на небольшое возвышение на берегу и, похоже, собиралась что-то сказать всем собравшимся. Впервые, наверное, с момента их прихода здесь воцарилась тишина, нарушаемая лишь бурлением Мазове. Такита сглотнула, услышав слова королевы о Нари. Если они не вместе, а Нари с ними все это время не было, шансы, что он выжил просто ничтожны. Львица кинула сочувствующий взгляд на принцев, но долго размышлять о печальной судьбе у нее возможности не было. Да и, чего греха таить, сил тоже.

— Мы остаёмся здесь, — провозгласила Ари, и Такита удивленно уставилась на королеву. Здесь? Но все же выгорело, чем они будут питаться? Покидать дом жалко, больно, но жить же как-то надо?! Не только ее обескуражило это заявление, травоядные загалдели с новой силой, и Такита скривилась от тона, в котором Ари пришлось просить у них тишины и порядка. Нет, она тоже несколько обескуражена таким решением, хотя в чем-то и понимает его, но можно же вести себя поприличнее, ну. Такита поджав губы провожала взглядом группку недовольно шушукающихся травоядных, которые демонстративно отделились от основной толпы и пошли прочь. Она встрепенулась и перевела взгляд назад на королеву, услышав свое имя. С нервным смешком она приветственно помахала лапкой оглянувшимся на нее травоядным.

Эти дылды сами кого хочешь залечат, ее чуть в лепешку не раскатали! Полны сил и энергии! Но, конечно, если кому-то действительно нужна помощь, она не откажет. Главное, на квагг не напороться, Айхею убереги ее от этих ипохондриков, у нее сейчас нет на это сил, зато есть вполне себе реальный пациент в виде Вакати. Кстати о Вакати…

+5

40

Сообщение отправлено Мастером Игры

{"uid":"48","avatar":"/user/avatars/user48.jpg","name":"Маслице"}https://tlkthebeginning.kozhilya.ru/user/avatars/user48.jpg Маслице

Ta bravoure n'a d'égal que ta stupidité...

Ох, Шарли, Шарли... Неужели ты, будучи лекарем, никогда в своей жизни не встречал ипохондриков? Неужели жизнь не научила тебя тому, что после любого сказанного слова, которое твой псевдобольной пациент почти наверняка не слышал, надо тут же всё ему объяснять? Неужели ты сам не заметил, как перешёл на чуждый этим краям язык? Бедняга...

Стоило гепарду произнести эти неизвестные никому или почти никому из присутствующих в толпе зверей – травоядным, львам, крысе – слова, как глаза квагг тут же округлились и, казалось, вот-вот вылезут из орбит. Тэ бравур... что? Нет, не так. Простите, ЧТО?! В то время, как Квези с ужасом попятился от своей супруги назад, та лишь с ужасом ахнула и непонимающе начала глядеть прямо на гепарда. Всё. Вот оно. Давай, девочка, смирись, рано или поздно это должно было произойти. Вот и твоя смерть пришла! Бедняга так переволновалась, что аж начала задыхаться, а сердце, тут же опустившееся в пятки, помчалось вскачь, не способное справиться с волнением. Да чего уж там, квагга и слова не могла сказать – лишь жадно хватала воздух да таращилась на Шарли! Что это за страшный диагноз? Эта болезнь смертельна? Ей лучше уйти как можно дальше ото всех, спасая чужие жизни, или оно не заразно? Ну и, конечно же, ещё раз: сколько ей осталось жить?!

Сейчас я всё посмотрю и скажу вам диагноз, – тем временем как ни в чём не бывало продолжил гепард.

Так это... Это... Был не диагноз?!

Но как же... Как же... – от всё ещё не отпустившего волнения – а заодно и поднимающегося в груди возмущения – речь самки была сбивчивой и где-то даже заикающейся. – Вы же... Вы же с-сказали... Тэ бревер... Ту брувар... К-как оно там... Это... Не был диагноз?! Шарлатан! – он сделала пару шагов назад, подальше от гепарда, и начала крутить головой, пытаясь привлечь к себе как можно больше внимания окружающих. – Все! Слушайте все! ОБМАНЩИК! ШАРЛАТАН! Он лишь притворяется лекарем! Он... Да он... О-... – речь квагги резко оборвалась, стоило Шарли, проявившему воистину мужественную выдержку, произнести ещё более страшное слово.

Ге-ма-то-ма.

Самка уже было набрала в себя побольше воздуха, готовая вывалить на беднягу-лекаря водопад очередных вопросов: смертельно ли, заразно ли, а может Канто проще будет убить, чтобы она не мучилась... Вон, вроде и львы уже подошли – они ведь наверняка голодные? Однако Шарли, видимо, уже смекнувший, что к чему, поспешил успокоить родителей – а в особенности мамашу. «Без паники», ха! Наивный!!!

Но ведь кровь! Вы же сами говорите, что там застоялась кровь!!! Разве это может быть не смертельно?! – обо всех «обманах» и «шарлатанствах», естественно, тут же было забыто. Нет-нет, что вы, как он может лгать! Вон, узнал же, чёрт возьми, каким-то образом про застоявшуюся кровь у Канто! Нет-нет, такой большой молодец не может быть шарлатаном. Особенно на фоне этой Такиты, которая шляется чёрт знает где! Кваггу, конечно же, не интересовало, что молодая целительница уже вернулась из своего «путешествия» следом за Вакати и стояла буквально в считанных метрах от их компании – попросту закрытая от взора квагги телами других травоядных. Впрочем, возвращаясь к гематоме и последствиям от неё...

Самке совсем, совсем не понравилась пауза, которую сделал гепард перед тем, как сказать что-то про её новую полоску. Такие паузы ведь делаются неспроста, правда? Квагга нервно переступила с ноги на ногу, ожидая ответа лекаря, и когда эта пауза показалась ей слишком долгой, она уже готова была в очередной раз обсыпать беднягу всё теми же однотипными вопросами. Интересно, а ей самой не надоело жить с подобными мыслями в голове, которые крутились там день и ночь?..

Но у меня не может быть шрамов! – недоумённо пробормотала она, пока Шарли занимался ногой её супруга. – Шрам... Нет-нет, Вы что-то напутали! Какой шрам? Это полоска! Я ведь не получала никаких травм, и это не мо-... Оооооо! – оборвав свою речь посреди фразы, квагга с шумом вдохнула в себя воздух, осенённая мыслью. Не хватало только приложить копыто ко рту, прикрывая его, и этаки театрально вздохнуть. Хотя нет, погодите, театральный вздох уже был! – Послушайте, а это может быть... Эта рана, после которой остался шрам... Да послушайте же меня! – будь все присутствующие людьми или хотя бы антропоморфами, лошадь схватила бы гепарда за плечи, развернула бы лицом к себе и ещё этак потрясла бы: да оставь ты моего супруга в покое, тут моя жизнь на кону!!! Убедившись, что Шарли её слушает (Квези при этом издал возмущённое «Эй!», но перечить более сумасшедшей супруге не стал), самка продолжила: – А это может быть какая-нибудь жутко смертельная, невероятно заразная болезнь, из-за которой на теле остаются эти... Ну, как их... Рбецы, вот!

Рубцы, ма, – мирно щиплющая траву Канто на секунду оторвалась от трапезы, чтобы поправить родительницу и обязательно закатить при этом глаза. Ох...

Ой, много ты знаешь! – искоса поглядев на дочь, отмахнулась квагга. – Так вот, эта может быть болезнь, оставляющая после себя рбецы, – она сделала акцент на этом слове: я старше – мне лучше знать! – которые, в свою очередь, оставляют после себя страшные-страшные шрамы?

Как и несколькими минутами ранее, она приблизила свою морду едва ли не вплотную к морде Шарли и буквально вперилась в того взглядом: ну же, дай мне надежду! Ты же такой умный, замечательный, опытный и точно разбирающийся по всех болезнях лекарь!

+4

41

>>> Разрушенное подножье вулкана >>>

Тагор бодренькой рысью двигался за Такитой. Мать уже умчалась куда-то вперед по своим делам, а рядом с травницей белый подросток почему-то чувствовал себя в безопасности. Львица собралась было продемонстрировать ему сердецей прямо по пути, но идейка оказалась так себе - самка чуть не уткнулась носом в грязь. Да уж, лучше она покажет ему ягодку во врем привала, а то еще свежих травм не хватало.

— Только сестре не показывай, пожалуйста…- прошептала ему почти в ухо Такита и подросток покосился на Сейлу. Да уж, наверное, не стоило той показывать наркоманскую ягодку. Что придет его эмоциональной сестренке в голову сложно предсказать. Она, конечно, далеко не дура, но глупость совершить может каждый. Впрочем, он также знал, что если его сестрица захочет что-то узнать, действительно захочет, то ничто и никто не сможет ее остановить. Юная самочка перевернет землю и обратит реку вспять если потребуется, так что скрывай не скрывай, толку будет немного. Однако, раз Такита просит, он не скажет. Поэтому львенок посмотрел в глаза травнице и уверенно кивнул, мол не подведу, не переживай.

Наконец, она пришли куда нужно. Тагор понял это как только услышал голоса животных, выкрикивающих имя его матери - подданные наконец дождались свою королеву. Как они оказались в самой толпе травоядных белый львенок и сам не понял - вот они просто шли, а вот уже со всех сторон их окружили буйволы, жирафы, антилопы всех сортов, зебры и прочие копытные. Произошло это так внезапно, что подросток растерялся и даже слегка испугался. Увернувшись от едва не опустившегося ему на лапу копыта, юный принц завертел головой, пытаясь понять, куда двигаться. Его то и дело толкали чьи-то бока, бедра и плечи, кроме того приходилось уворачиваться от копыт, способных нанести серьезное увечье. Подняв голову, львенок понял, что не видит Такиту. Что он вообще не видит никого знакомого, только возвышаются над ним возбужденно галдящие травоядные. Вот тут он испугался по-настоящему - один, в толпе травоядных... одно неверное движение, которое их напугает, и вся эта толпа придет в движение, затоптав любого, будь то юный принц или же сама королева. Впереди мелькнула морда Такиты, которая, кажется, высматривала своих, и подростка отпустило. В самом деле, чего это он вдруг испугался? Подумаешь, толпа, ничего страшного. Наверное, все дело в накопившейся усталости. Подросток, наконец, пробился к Таките и присел рядом, стараясь ничем не выдать себя, не показать накатившей на него пару минут назад волны страха. Кстати, наверное зря, травница была одной из немногих, кто мог бы ему помочь.

— Вот. Одной ягодки достаточно для взрослого льва, так что детям и подросткам надо давать еще меньше, - львица ловко вытряхнула на лапу оранжевую ягодку и продемонстрировала ее Тагору, после чего начала рассказывать, как работает ягодка, как действует на живых существ. Белый львенок, внимательно выслушал травницу и кивнул, мол, все ясно,  никаких вопросов. Только он поднял глаза и собрался было поблагодарить целительницу, как над рекой прокатился громкий рык, принадлежавший, без сомнения, его матери.

– Мы остаёмся здесь, - после этих слов затихшие было травоядные зашептались и начали переглядываться. Конечно, нужно оставаться! О чем тут речь. Охотиться придется чуть подальше, чем обычно, но бросить свой дом, который через короткое время снова зацветет... нет, конечно же они остаются, мама все правильно говорит. Тагор был еще довольно наивен и не слишком опытен, поэтому не видел некоторых проблем, лежащих на поверхности. Кроме того, его мать была для него непререкаемым авторитетом пока что, да и мыслил он похожим образом, поэтому не совсем понимал некоторое недовольство части травоядных. Тем временем Ари закончила свою речь и подошла к группе львов, потрепав Тагора мимоходом по макушке. Впрочем, надеяться на ее внимание пока что было неразумно - как королеве, ей было с кем поговорить. Легкая обида на миг кольнула подростка - в последнее время Ари все меньше внимания уделяла детям. Понятно, что ситуация непростая, но все же. Они ее дети, они тоже прошли через ад, и им не помешало бы материнское тепло и участие, тем более что они пока еще так юны. Конечно, Тагор не мог говорить за своих сиблингов, но ему лично вдруг стало слегка обидно, что он у матери на десятом месте.

Отредактировано Тагор (6 Сен 2020 19:53:18)

+4

42

Всё же, рано гепард подумал, что у Квагги всё в порядке. Вернее, почти всё в порядке. Совершенно точно было ясно гепарду только одно: он ни черта не понимает, что происходит, и что эта ужаленная несёт. А дальше вообще началось неописуемое безумие.

— Вы же... Вы же с-сказали... Тэ бревер... Ту брувар... К-как оно там... Это... Не был диагноз?! Шарлатан!

Глаза гепарда вылезли на лоб от удивления! Такого кривого произношения полосатый не слышал ещё никогда, да и вообще, кто в здравом уме примет эту реплику за диагноз?! А потом разорётся "Шарлатан! Шарлатан!"! Это немного разозлило и обидело гепарда: он тут им помогает, а эти лже-больные ведут себя, как дети малые! И тут Чарли немного озарило: перед ним настоящие ипохондрики, причем не просто озабоченные, а больные на голову! Если она, конечно, вообще у них есть!

Но это было ещё не всё, перед Шарли начал разворачиваться настоящий сектакль с воплями и криками о опасности и смертельности... синяка? Серьёзно? Был бы лекарь человеком, он определённо словил бы фэйспалм, ведь чего стоил один только взгляд напуганного до смерти травоядного. А всё из-за одного "ужасного" слова "гематома", которое так и звучит, чтобы напугать!

Нет, застой крови в синяках не опасен. Я же говорю, что гематома пройдет сама, — сказал пятнистый тяжело вздыхая и немного отводя глаза в сторону, как будто набирая сил, чтобы вытерпеть это безумие. И всё же, гепард пока не решался отходить от лошади, хотя отошёл на пару шагов назад, так, на всякий случай. Однако то, что произошло дальше совершенно вывело его из себя.

— А это может быть какая-нибудь жутко смертельная, невероятно заразная болезнь, из-за которой на теле остаются эти... Ну, как их... Рбецы, вот!

—Oh, bordel de merde! Вы что, совсем слушать не умеете?! — злобно и громко вспылил гепард, готовый взорваться о такого сочетания идиотизма и полной безразличности к его словам. — Это просто шрам! Он НЕ может возникнуть из-за какой-то болезни! Вы абослютно здоровы, радуйтесь и идите по своим делам! Здоровы все трое!

После этого Чарли развернулся и, со злобой в глазах, отошёл от парочки лошадей, стараясь скрыться из их виду, чтобы те его не достали, хотя такое местоположение играло не совсем ему на пользу: несмотря на то, что его не смогли бы заметить эти безумные обитатели здешних мест, он был в прямой видимости как Ари, так и Такиты, но в то же время сам заметить их не смог бы, ибо они были в его слепой зоне.

Впрочем, настроение  Шарли не улучшилось.  Его день был испорчен какой-то парой безмозглых ипохондриков! Пятнистый с трудом успокаивал  и сдерживал себя: ему так и казалось, что некоторые создания так и созданы для того, чтобы бесить окружающих  и молоть всякую чушь, не слушая других, а только затрудняя и усложняя жизнь! Нет уж, "играть" в терапевта без серьёзной необходимости он никогда более не станет! Мало того, что ему и так тяжело общаться и слушать жалобы больных и не очень, так ещё и конкретные сумасшедшие могут попасться! Перспектива, явно, не самая прекрасная.

"М-да, деятельность терапевта мне точно не подходит: сколько же ещё таких балбесов мне предстоит повидать! Теперь понятно, почему травоядные вымирают.  Уж что-что, а работать с трупами куда интереснее..." — последню фразу гепард чуть было не пробурчал себе под нос, хотя был к этому близок. Он снова тучно выдохнул и закатил глаза, стараясь отпустить всё то напряжение, разочарование и гнев, которое он получил в столь короткий срок.

Отредактировано Шарли (6 Сен 2020 21:44:10)

+4

43

==============) разрушенное подножье вулкана

- Ясно, - ледяным тоном отозвалась Сейла и отвернулась от матери. Ари лгала. Это же видно. Сейла помнила, с каким видом та вернулась с горы, какой вымученной была ее улыбка. А самое главное - грязно-белая львичка помнила, что отец, брат и сестры оставались в тот жуткий момент на вулкане. Громогласный рев отца сливался с грохотом камня, и Сейла отчетливо его помнила. Как можно выжить в том хаосе? К тому же, Ари не особо умела лгать, избегала ее взгляда... С другой стороны, если она так оберегает их ранимые детские души, зачем рассказывать о сопрайдовцах? Внутренне Сейла содрогнулась, когда мать начала живописно рассказывать об их участи, и вроде бы даже не сдержалась и наморщила нос от смешанного чувства жалости и ужаса.

"Потому что это не наша семья. Наверное, поэтому... Но она же там что-то видела! И не хочет рассказать, потому что считает меня маленькой," - Сейла шумно вздохнула. Ей потребовалась вся выдержка, чтобы не сорваться, не устроить истерику и не побыть "маленькой". Они с братом уже пережили жутчайшие голодные, холодные ночи, когда не знали, куда подевалась мать, смогут ли они ее найти! А потом, когда она опрокинулась и лежала без чувств? Когда они вдвоем с Тагором встретились с Котаго и не знали, сожрет их этот лев или нет? Но они выжили. Да, им повезло, что Котаго оказался славным львом, но они не дрожали перед ним испуганными букашками, а пытались что-то сделать. Дрожа мысленно. Сейла перепугалась до полусмерти, но скрывала это и браво шла вперед, ибо... иных путей не было.

И после всего этого, после всех ужасов, что им с братом довелось пережить вдвоем, мать до сих пор не верит, что они могут помочь ей разделить тяжкую ношу?

Что они не обуза, не малыши, о которых нужно заботится, а те, на кого можно рассчитывать?

Впереди показалось стадо травоядных - куча огромных, рогатых и копытных зверей, которые, завидев их небольшой отряд, преобразились на глазах. Сейла даже прижала уши от их радостного рева, но в стороне оставаться не хотела и вместе с матерью помчалась вперед. Может, тут Мьяхи остальные тоже?.. Но отыскать своих товарищей или вообще каких-то львов в этой толчее было просто невозможно. Сейлу с Ари так обступили, что грязно-белая львичка вжималась боком в материнские лапы, чувствуя себя неуютно посреди этих рогов и копыт. Право слово, еще немного - и затопчут!

- Эй, народ, поаккуратнее! - огрызалась она, вертя головой и мотая хвостом, когда чье-то копыто или морда с раздувающимися огромными ноздрями оказывались слишком быстро. Вот те на! Хотела быть в гуще событий - пожалуйста! Но где же ее товарищи? Хорошо, что много травоядных выжило (и не только по самой очевидной причине, это просто действительно здорово, что столько выживших, хищники или нет), но все-таки как хотелось увидеть знакомые львиные морды! Но, когда мать начала отвечать на вопросы, Сейла мигом забыла о том, чтобы проскользнуть мимо ног травоядных и отправиться на поиски друзей. Она поймала взгляд Ари, когда ту спросили про Нари, нахмурилась - ну, чего ж ты? Голос матери прозвучал несколько блекло, но последующие решения оказались настолько невероятными, настолько непонятными, что Сейла не стала даже напирать по этому поводу.

Остаться здесь?

На этой выжженной земле?! Зачем?!!

- Стой, что ты... погоди... Что значит "мы"... - ее голос тонул в реве травоядных. Их-то Ари понемногу удалось успокоить, правда, некоторые предпочли уйти - и Сейла была с ними полностью согласна. Она перевела вспыхнувший взгляд на мать. Изумление и гнев (то есть, как это, останемся тут, а их спросить что, вообще нельзя?!) были так велики, что нормальных слов не подобрать, в голову лезли какие-то обрывки. Да и добиться внимания Ари было сложновато, она предпочитала общаться с травоядными, нежели... нежели объяснить все своим родным детям! Все это только подливало масло в огонь и, когда наконец, мать оторвалась от беседы, кое-как успокоив подданных и отошла к Вакати и остальным, Сейла вылетела к ней разъяренной гремучкой. Она слишком многое пережила. В последнее время жизнь не давала ей ни малейшей передышки - вулкан, побег, проклятый хвост, сроссшийся неправильно и сейчас неприятно покалывающий, пропажа матери... Ощущение было такое, что ее швыряет туда-сюда бурным водоворотом. Теперь, казалось бы, мать вернулась, все должно быть хорошо, но с ее появлением водоворот только стал сильнее!

Сейла вообще-то не была грубой. Не настолько, чтобы резко прерывать беседу двух взрослых. Но разве у нее был выбор? Разве можно тихонько стоять в сторонке и молчать, как Тагор, когда тут решается твоя судьба, а ты не имеешь права голоса, твоя мать тебе врет и еще она решила жить на раздолбанном вулкане! Зачем?!!!

- Стой, погоди, да посмотри же на меня! - рявкнула Сейла, вперив в Ари блестящие глаза и вздыбив косматый загривок. К матери уже подошел какой-то незнакомец. Сколько еще незнакомцев будут у нее первых местах, а они с братьями на последних?! Почему с ними нельзя поговорить?! Сейла мотала сломанным хвостом, а блеск в ее глазах казался лихорадочным, словно она изо всех сил сдерживалась, чтобы не разораться. И так уже срывалась перед всеми. Поняв, что уже начала вопить, она продолжила уже более тихим тоном, но видят духи, как ей это тяжело давалось. - То есть как это - останемся здесь?! Зачем?! Тут ничего нет! Зачем нам все это, для чего?! Здесь нет остальных, как Ньек говорил, значит, они ушли дальше, и нам нужно за ними. Этот проклятый вулкан уже едва нас не угробил, зачем нам жить рядом с ним, мотаться невесть куда за добычей?! А вдруг он рванет еще раз? Зачем нам это?

Может быть, мать не врала о судьбе отца? Может быть, он и вправду жив, и Ари хочет сохранить для него прайд?!

"Но как здесь жить?! Если это ради отца... Я все должна выяснить сама, подняться на эту вершину, раз уж мать решила держать рот на замке!"

+7

44

К счастью для Ари, в её представлении время летело чуть более быстро, нежели в представлении стоящего прямо перед ней льва: она даже почти не заметила, как он то ли смутился, то ли запаниковал, то ли что. Ну, да, наклонил голову и поднял уши, махнул хвостом и чуть отступил назад – не более. Какие уж там нервные и многочасовые игры в гляделки, которые представлял себе лев! Вымотанная огромным количеством беспрестанно следующих друг за другом событий, львица даже не поняла, что её собеседник волновался. Ушинди, значит, да?

Рада знакомству, – она легко склонила голову, приветствуя странника в улыбке. – Моё имя, как я посмотрю, Вы уже знаете. Что ж... Вы можете отдохнуть здесь после длинной дороги, но это, к сожалению, всё, что я пока что могу Вам предложить. Как видите, с пищей и водой у нас есть некоторые... проблемы, – на последнем слове, сделав перед ним небольшую паузу, Ари подняла переднюю лапу и обвела ею и травоядных, и спуск к реке. – От Вашей помощи мы не откажемся, но, сдаётся мне, сначала Вам стоит набраться сил.

Она не собиралась прогонять чужака. Зачем? Эти земли теперь были скудны и неплодородны, Ушинди они наверняка были не интересны. Травоядные? Предки, да их тут было такое количество, что прайд – или, вернее, то, что от него осталось – мог не защищать копытных просто потому, что те сами растоптали бы бедного странника в лепёшку, реши он напасть хоть на кого-нибудь. А на что ещё мог зариться здесь пришлый лев? Так что гнать Ушинди в шею не было никакого смысла. А вот повести себя доброжелательно и слегка умаслить светлогривого, чтобы тот, возможно, пожелал остаться с их семейством хотя бы на какое-то время и оказать им помощь или содействие – это да, это было бы неплохо.

Разобравшись с незнакомцем, Ари повернулась к Сараби, готовой рассказать новоприбывшей королеве нечто, очевидно, важное – но тут из-под копыт окружавших их травоядных вдруг вылетела Сейла. Да ещё как, чёрт возьми, вылетела! Взъерошенная, с гневным взглядом, вываливающая на мать все накопившиеся обиды – Ари только и оставалось делать, что ошарашенно хлопать глазами, непонимающе глядя на дочь. Изредка она окликала Сейлу по имени, но у той, похоже, скопилось столько претензий к родительнице, что она то ли не слышала Ари из-за огромного потока своей же речи, то ли сознательно игнорировала оклики львицы.

Послушай, я... – она устало выдохнула, не зная, с чего начать. Да и вообще, так ли уж она была виновата? Возможно, она приняла и неправильное решение, но, знаете ли, быть королевой весьма не просто! Можно было накричать на Сейлу в ответ, плюнув подростку в морду фразу о том, что она ещё мала и ни черта не понимает, а можно было попытаться как-то объясниться с ней... Правда, при Сараби и Ушинди Ари совершенно, абсолютно точно не хотела этого делать. Но понимала, что на этот раз уйти от ответа не получится: уж слишком сильно её дочь хотела услышать ответы на свои вопросы. – Я не знаю, где остальные, это правда. Но это ещё не значит, что они ушли да-... А?

Вовремя. Предки, как же вовремя Сараби взяла слово! Видимо, поначалу не решавшая вмешиваться в чужой разговор, в определённый момент львица всё-таки перебила Ари и сообщила то, что и хотела: никто никуда не ушёл! Просто все временно – временно! – разбрелись в разные стороны, посланные на разведку Шайеной. Ох, как же у Ари отлегло от сердца... Это значило не только то, что Ньекунду был прав, и она скоро увидит всех своих выживших сопрайдовцев, но и то, что те, возможно, найдут ещё больше спасшихся от пожаров львов (и не только львов)!

Вот видишь, – Ари вновь повернулась ко всё ещё нахохленной Сейле, натянув на морду измученную улыбку. Боже, как она устала... Может, у тебя найдётся ещё одна ягодка сердецея, а, Такита? А то эта, похоже, теряет свой эффект. А ведь было так здорово вновь чувствовать себя бодрой и полной энергии! – Послушай, я понимаю, что, возможно, это не лучшее решение, – чтобы Сейла лучше поняла мать, а также с целью не привлекать к себе лишнего внимания Сараби и Ушинди (а ну, не подслушивать! ей и без того слишком неловко!), Ари прилегла на землю в этакой позе сфинкса, так, что её морда и морда дочери оказались примерно на одном уровне, – но вряд ли существует, хм, «правильное» решение. Хорошо, да, давай отправимся обратно на юг... Только вот как, по-твоему, туда дойдёт Вакати? А остальные раненные? Ведь мы не можем их бросить, Сейла. Я не могу их бросить. Став королевой, я взяла не только статус и привилегии, но и обязанности. Я пообещала заботится обо всех своих подданных. Да, наши земли сгорели, но прайд – настоящий прайд: я, ты, Вакати, Тагор, Шайена, Такита, Клио и остальные, все эти травоядные – прайд всё ещё жив, а я – всё ещё королева. И все они, – она кивнула на окружающих их копытных, – всё ещё мои подданные. Раненные, уставшие, потерявшие родных. Нам нужен отдых, понимаешь? Мы не можем отправиться на поиски новых земель прямо сейчас. Да и потом, если мы уйдём, то как же Мьяхи, Дхани, Лайам и Ракхелим встретятся с нами, м? – решив, что лучшим аргументом будет упоминание встречи со львятами-одногодками королевских наследников, Ари не преминула им воспользоваться. – Да, ты права. Здесь ничего не осталось, а вулкан может вновь извергнуться в любой момент... Но сейчас, на сегодняшний день это лучшее решение, чем могло бы быть. Как считаешь, а? – в надежде на то, что ей удалось достучаться до здравого смысла Сейлы, поддавшейся эмоциям, Ари вытянула шею и, проведя языком по щеке дочери, уткнулась своим лбом в её лоб – ну же, детка, не будь так строга к матери! Она пережила уж точно не меньше вашего.

СКОЛЬКО МНЕ ОСТАЛОСЬ ЖИТЬ?!

Будешь так орать – недолго...

Кинув чуть недовольный взгляд на Ушинди, Ари поднялась с земли. Она ничего не сказала присоединившемуся к ним страннику, но её зацепили слова льва. Нет, конечно, его можно было понять, особенно учитывая, кому принадлежал этот крик, если львица правильно всё поняла... но можно было ведь и чуть повежливее вести себя в гостях, а?

Пойдёмте-ка посмотрим, – обратилась она к своим старшим собеседникам, а затем, перед тем, как пойти, вновь глянула на Сейлу. – Я надеюсь, у нас теперь всё хорошо?

Да уж, это вавилонское столпотворение надо будет как-то разогнать... В цепочку вдоль всего берега реки поставить их, что ли. И вот нет бы расступиться – травоядные, казалось, как назло прикасались друг к другу боками и крупами прямо перед носом самки, не давая пройти Ари и сопровождающим её львам! Ау, ну хотя бы королеве уступите дорогу! Нет – увлечённые разговорами между собой и обсуждением недавней информации, звери не обращали совершенно никакого внимания на снующих между их лап львов. Уф, спасибо хоть огромные слоны отошли чуть в сторону, осознавая опасность своих размеров, а то совсем пиши пропало...

Нет, ну вы посмотрите на него! Шарлатан как есть! Не могу я быть здоровой, пятнистый ты кусок...

Воу, дамочка, полегче! Сомнений больше не оставалось. За тот год, что ей удалось побыть королевой, Ари, конечно, так и не смогла запомнить имена совершенно всех животных, живших на территории прайда Нари. Да, она знала вожаков всех стад, что было логично, но помимо лидеров львица знала ещё и их. Семейку квагг-ипохондриков, вечно якобы чем-то больных. Жеребёнок у этой пары родился уже при правлении Ари, и было удивительно, как только бедняге-Канто не передалась эта «изюминка» её родителей...

Абойо, – она попыталась привлечь к себе внимание самки, но та лишь продолжала выкрикивать проклятия в сторону сидящего в стороне гепард. Хм, любопытно... сначала Ушинди, а теперь гепард... Так, не о том сейчас надо думать! Сначала необходимо успокоить квагг. – Абойо, послушай меня, – чтобы привлечь внимание лошади, Ари дотронулась лапой до её плеча.

А? Аа... Оооо! Королева Ари! Как я рада вновь вас видеть! – казалось, от гнева квагги не осталось и следа.

Что у вас здесь произошло? – ей-богу, можно было и не спрашивать.

Как это что? Вы что, не знаете? Заявился к нам этот, значит, шарлатан – вот этот, вот, видите, сидит тут, ВНИМАНИЯ ВИДИТЕ ЛИ НЕ ОБРАЩАЕТ! – последние слова квагга едва ли не прокричала, чтобы лекарь уж наверняка услышал её. – И, значит, говорит: я, мол, лекарь! Мигом вылечу все ваши болезни! Ну я ему и говорю: у Канто, вот, беда с хвостом, у мужа моего проблемы со слухом, и у меня полоска какая-то появилась. А он мне знаете, что в ответ? Нет, ну вы знаете, знаете?! – как уже неоднократно она проделывала это с Шарли, в этот раз квагга едва ли не ткнулась в нос Ари своей мордой, явно ожидая от королевы ответа.

Нет, и что же он ответил? – объятая мощной волной чужих эмоций, львица лишь мысленно помолилась, что всё это закончилось как можно скорее.

Вы, говорит, здоровы! Нет, ну вы представляете?! Я – и вдруг здорова!!! ШАРЛАТАН! – она вновь во всю глотку закричала в сторону сидящего в стороне гепарда, который, судя по вздыбленной шерсти, сохранял последние остатки терпения. Так, надо поскорее решать этот вопрос, пока на берегу не пролилась чья-то кровь...

Ого, и как он только посмел! – подыгрывая ипохондрику запричитала Ари – Абойо же в ответ на это лишь активно закивала головой: ага-ага, вот вы-то меня понимаете! – Ладно, послушай... Вы лучше идите, прилягте куда-нибудь, хорошо? А то ещё сотрёте себе копыта, или посадите из-за него голос, или... или... В общем, я сейчас с ним сама разберусь, ладно?

Вот то-то же! Будет знать! Будьте с ним осторожны, королева, обманет вас на раз-два – а потом пожалеете, что вообще связались с ним!

Буду, Абойо, обязательно буду, – уже в который раз за этот день примирительно улыбнувшись, Ари поглядела вслед уходящим и продолжающим ругаться под нос – а заодно и рассказывающим остальным присутствующим о шарлатане-лекаре – кваггам. Дали же предки ей подданных...

Добрый день, – подойдя к гепарду, Ари приветственно склонила голову. – Судя по тому, что эти двое полностью завладели Вашим вниманием на какое-то время, – вы лекарь, верно? – получив утвердительный ответ, Ари ухмыльнулась. – Прошу за них прощения. В детстве они, видимо, очень часто набивали шишки на толстых стволах местных баобабов... – нет, ну а что, они и её достали! – Меня зовут Ари. Я... – буквально на мгновение львица задумалась, как ей лучше будет представиться – не королевой же погибшего прайда, – а затем продолжила. Возможно, никто даже и не заметил её заминки, – правительница этих земель. Можем ли мы чем-то помочь Вам?

Офф

Действия Сараби и смена очереди обговорены.

Данный пост является третьим после принятия лота "Сердецей", а значит с этого момента начинают действовать побочные эффекты его принятия: Ари чувствует сильнейшие слабость и сонливость, а также получает антибонус "-2" на все действия на ближайшие 10 постов, после чего у неё останется антибонус "-1" на игровые сутки. Антибонус "-2" добавлен в травмы персонажа.

Отредактировано Ари (14 Сен 2020 13:51:42)

+6

45

Серая долина >>>


Вот это они с Мэй припустили так припустили! Ух! Только пятки засверкали!

И остановились они тоже далеко не сразу — молодых львов подгонял не только жгучий страх вперемешку с новой порцией адреналина, щедро выплеснувшегося им в кровь, но также банальный инстинкт самосохранения. Не перед Тодом (хотя и перед ним тоже, пожалуй), а больше из-за надсадного жужжания и хаотично замелькавших в воздухе насекомых, что значительно поредевшим, но все еще очень грозным роем вылетели из расколовшегося на части улья. Естественно, а кому хотелось получить острым пчелиным жалом под хвост! И не только под хвост... Ладно, они с Мэй практически сразу же убрались восвояси, отделались оба от силы парой-тройкой укусов, а вот Тоду повезло гораздо меньше. Как минимум потому, что злосчастный улей свалился точно ему на голову, и среагировал он на это гораздо позже, чем мгновенно усвиставшаяся парочка. Но сейчас его сохранность заботила Шеру в разы меньше всего остального. Наоборот... Зеленоглазый мысленно надеялся, что это не просто задержит его старшего братца, а как минимум выведет его из игры на какое-то время, чтобы этот г*внюк даже не попытался их преследовать! Дикая, непривычная сердцу злоба все еще огнем жгла Шеру изнутри, и он просто не мог заставить себя беспокоиться о Тоде в той мере, в какой наверняка бы озаботился каким-то жалким получасом раньше — еще до того, как они вообще встряли в этой дрянное происшествие с участием призрака Рохшар. Пусть... пусть страдает, пусть мучается от целого десятка пчелиных укусов! Поделом ему, сволочи косматой! А если помрет, так вообще не жалко!

убл*док... А ведь он всерьез о нем волновался. Лучше бы они с Мэй вовсе его не находили.

Фууууфф, — громко и протяжно выдохнул Шеру спустя несколько миль фактически непрерывного бега, чувствуя, что еще немного — и у него банально кончится кислород в легких. Не без труда затормозив, самец еще чисто по инерции пробежал несколько метров вперед хромающей, уставшей трусцой, и только тогда сбавил ход до шага, не шибко-то изящно разворачиваясь всем корпусом навстречу столь же сильно запыхавшейся Мэй. Аж пасть приоткрыл, шумно вбирая и выталкивая воздух из ходящей ходуном груди. — К-кажется, оторвались... я его не вижу, — Шеру потратил несколько долгих мгновений на то, чтобы с внутренним напряжением приглядеться к затянутому дымкой горизонту, выискивая там здоровенный силуэт вероятно — вероятно! — преследующего их Тода. И только убедившись в том, что его братец остался где-то очень далеко позади, лев отвернулся и снова посмотрел на Мэй. Видок у него был на редкость обалделый... В смысле, что гораздо сильнее обычного! А ведь Шеру и в спокойном состоянии вел себя как блохой ужаленный. Пчелой, ага. — Ты... нет, ты это видела?!... — взбудоражено рыкнул самец в морду спасенной им львицы, кажется, совсем позабыв о своем недавнем тленном состоянии. Какая там усталость, какой психологический шок после неудачного вселения призрака, о чем вы вообще! Шеру аж потряхивало от переизбытка эмоций... И тем глупее звучал его вопрос, учитывая, что как раз-таки Мэй ОЧЕНЬ хорошо видела и осознавала, ЧТО вот буквально только что едва не учудил с ней старина Тод! — Он... он совсем уже охр*нел... П*здец бл*ть, у него что, совсем крыша поехала?! Как он вообще мог о таком задуматься?! — рыча и скалясь, то и дело матерясь в наплыве искреннего бешенства, Шеру эдак бестолково навернул круг вокруг тяжко вздыхающей после бега Мэй, обойдя ее всю целиком и настороженно рыская взглядом по ее запыленной рыжей шкуре.

Он же... он же не успел ничего с ней сделать, верно?! Поранить там... Петуха, простите, засадить! Он точно вовремя успел отогнать этого маньяка?!

Ну, как ты?! Сильно он тебя прижал? Он не... он же не успел тебя...? — выслушав сбивчатый ответ Мэй (ненене, все в полном порядке, не переживай! вовремя успел вмешаться!), Шеру аж голову запрокинул к небесам, издав протяжный, невообразимо облегченный не то вздох, не то стон — слава яйцам, бл*ть! Страшно представить, что пришлось бы испытать Мэй при самом неудачном развитии ситуации! Одна только мысль об этом вгоняла Шеру в поистине хтонический ужас... и не только! Ух, как же сильно он был зол сейчас на Тода! Никакими словами не передать этого, даже матерными! — Я убью его! — таки не выдержав, грянул Шеру с новыми силами и эмоциями, резко отворачиваясь и нервозными шагами рыская туда-сюда, точно тигр в клетке зоопарка, обходя изнутри невидимые глазу прутья. — Какого... какого бл*дского хр*на?! Почему он вообще на тебя полез?! Что у него в голове, КОГДА он успел так свихнуться, я не понимаю! И почему я сразу ничего не заподозрил! — мда... Можно было сколь угодно бесполезно сотрясать воздух своими запоздалыми проклятьями, но случившегося было уже не исправить. Им с Мэй повезло уже в том, что они вообще смогли убежать куда-то. Вовремя среагировали, что называется... А если бы нет?! Если бы Шеру не успел вмешаться и отпихнуть брата прочь?! Что, если бы там не оказалось этого спасительного улья?!!

Прости меня, — он вдруг столь же резко повернулся обратно и едва ли не со стуком врезался в круглый лоб Мэй своим собственным, как-то донельзя рьяно об него обтираясь. Аж несколько раз махнул языком по веснушчатой и дико напуганной, столь важной его сердцу мордахе, не то запоздало успокаивая свою подругу, не то тщетно пытаясь успокоиться сам. — Прости, я должен был понять, что у него не все дома... Это стало очевидно еще в тот момент, когда на меня... когда на меня напала Рохшар в пещере, — он невольно содрогнулся всеми мышцами вдоль ощетинившейся линии позвоночника, вспоминая те ужасные мгновения "единства" с ожесточившимся призраком кормилицы. Аж зажмурился из-за всех сил, уткнувшись переносицей куда-то во взъерошенный загривок Мэй. Так и замерли на какое-то время, просто молча и донельзя сиротливо прижимаясь друг к дружке примерно в паре сотен метров от речного берега, еще очень сильно не доходя до того места, где в данный момент толпилась вся оставшаяся часть их прайда — этой парочке явно требовалась небольшая пауза для того, чтобы более-менее успокоиться и прийти в себя после пережитого ими стресса.

+7

46

Прибытие королевы устроило такую вакханалию, какую Сараби не слышала со времен жизни дома. Уж травоядные были мастерами в организации гвалта, от которого вяли уши. Бывшая королева умела блокировать такой шум, а вот несчастному Фусу это не удалось. Он подскочил, как ошпаренный и замотал головой в сонной панике, испуганно глядя на всех вокруг.

Ари пыталась успокоить подданных словами, называла их по именам, но тщетно. В итоге, не выдержав, самка выдала рык, достойный правителя, и заставила всех замолчать. Впечатляюще. Сараби одобрительно улыбнулась. “Далеко пойдет”, — промелькнуло у нее в голове. Она всегда видела, справляются ли лев или львица с лидерством. Например, у Скара получалось плохо. Все разваливалось, охотницы были недовольны, а львята напуганы. Прайд держался на одном лишь страхе, а так дела не делаются. А вот по глазам местных травоядных вполне можно было понять, что правителя они уважают.

— Мы остаёмся здесь, — произнесла Ари.

Это было неплохим решением. Идти сейчас куда-то с толпой раненых и измотанных травоядных было просто безумием. Да и, судя по всему, сама Ари и ее темношкурый сын были не в лучшей форме. Последний так вообще “приехал” на спине у их огромного спутника. Куда он сейчас дойдет? Правда, проблема с водой Сараби волновала не меньше остальных. Но ее она озвучит позже, когда подданные разойдутся по делам. Сеять недовольство сейчас было худшей идеей.

Королева продолжила успокаивать остальных, обещая им защиту и безопасность. Ее слова звучали твердо, а решения были мудры. По правде говоря, Сараби было приятно почувствовать себя одной из рядовых, а не стоять во главе и что-то за кого-то решать. Тем более не в своем прайде. Она наблюдала, как Ушинди представляется и думала о том, что расслабляться рядом с ним пока не хочется. Его мимика, его манера речи, все было каким-то чужим. Да и не очень добрая фраза в сторону раскричавшихся квагг не придавала ему дружелюбия.

Только Сараби хотела заговорить с правительницей, как перед ними выскочила ее дочь. Шерсть дыбом, в глазах плещется невероятное возмущение. Матерая вспомнила своих сыновей, таких же своенравных, имеющих собственное мнение чуть ли не с пеленок. Светлошкурый подросток то срывалась на крик, то переходила на сдержанный тихий голос. Ей явно не нравилось нынешнее положение дел, да оно и понятно. В таком возрасте потерять родной дом было большим ударом. Тяжело понять взрослых, когда тебе всего год, и ты полон своих убеждений и твое видение мира кажется единственно верным. Помним, проходили сами, проходили с детьми.

— Перебью тебя, — подала голос Сараби, пытаясь спасти Ари от подросткового напора. — Шайена, ее спутник по имени Маро и ее дочь, Юви, были здесь совсем недавно. Они отправились на поиски других, и скоро вернутся.

Вздох облегчения Ари порадовал матерую. Значит, она влезла не зря. В конце концов, она еще даже не успела рассказать королеве о том, что было до их прихода. Ее разрывали в разные стороны то дети, то травоядные. И снова не удалось Сараби поговорить с ней про воду: те квагги, что кричали пару минут назад, снова взвились на несчастного гепарда, который, очевидно, пытался им помочь. Надо сказать, молодой лекарь держался молодцом. Ох, как же тут не хватает Рафики. Он на “раз-два” умеет отличать реально больных от притворяющихся. “Как он там? Надеюсь, он в порядке”. За старого мандрила она была более-менее спокойна, все-таки Скар не дурак, не будет же он избавляться от лучшего шамана в прайде. Но тоска по дому и родным мордам никуда не девалась.

— Добрый день, — вторила она приветствию королевы. — Меня зовут Сараби. Я не большой знаток трав, но тоже могу помочь. Ари, я хотела бы с тобой кое-что обсудить, как освободишься, хорошо?

Все-таки нужно было обсудить водопой.

+7

47

Происходящее вокруг все стремительнее становилось более похоже на балаган, чем на убежище. Краем глаза Ушинди, не прекращавший по въевшейся привычке контролировать окружающее пространство, заметил, как подлетел с перепуганными глазами дремавший Фус. Он мог львенку только посочувствовать - вряд ли с таким гвалтом вокруг тому еще вскоре придется заснуть... Это не говоря про все остальное.

Львов вокруг порядком прибыло, и отвыкший от общества странник понемногу начинал уже в них путаться. За неимением других ориентиров в творящемся хаосе, Ушинди решил пока что держаться неподалеку от местного начальства, нарушая тем самым извечную заповедь... Впрочем, кухни в обозримом будущем все равно не предвиделось.

- Благодарю. - Он все-таки нашел момент кивнуть королеве, пока ее не захватили прочие дела. Могла бы и турнуть, хотя лев не давал особых к тому поводов.

"Отдохнуть, ха. Было бы неплохо, вот только как? Когда все это уляжется, надо будет как-то спуститься к реке и хоть напиться, а потом - нужна еда, причем, думаю, не только мне. Весь этот балаган прокормить... Тем более, что явно ожидаются еще. Нужна будет охотничья партия."

Во многих прайдах львы не охотятся... Ушинди, всю жизнь проживший в семье, где львов и львиц было поровну, всегда считал эту идею идиотизмом, так что, начни королева собирать партию, вызвался бы без долгих разговоров. Но пока что у Ари явно были другие дела, которые странник и имел сомнительную честь лицезреть. Судя по тону и контексту, вылетевшая на них львица-подросток приходилось королеве дочерью. Ушинди тихо вздохнул и тактично отошел в сторону, отвернувшись и изучая прочих окружающих. Слушать семейные разборки не хотелось. Но уши-то не обманешь.

"Девочка, ну не при незнакомцах же... Она сейчас - единственный авторитет в этом термитами обсиженном убежище, не надо его так ронять. Тем более перед подданными. Хуже будет, клянусь Ахейю."

Не слушать не получалось, как Ушинди ни старался и как ни отворачивал уши в другую сторону. Великие духи дали львам слишком хороший слух... Увы. Не думать получалось еще хуже.

"Но в главном девчонка права, как ни прискорбно. Здесь почти ничего не растет, с добычей тоже очень большие проблемы. Травоядные, особенно крупные, не прокормятся. Да, отдых нужен, но, чем дольше оставаться здесь, тем слабее мы все будем. Даже если получится охотиться вдалеке... Таскать туши за сутки пути - это прямой путь на тот свет."

Ушинди раздраженно мотнул хвостом по пыльной земле. К сожалению, он не знал местных земель, имея представление только о тех местах, где проходил. Тысяча подземных духов, он даже не имел понятия, куда течет эта река! Только общее понимание, что, вероятно, она впадает в другую, а та, в свою очередь, течет к берегу моря в нескольких сутках пути отсюда. Вариант, что это та же самая река, не подходил - та была куда как полноводнее.

Если предположить, что здесь обитал большой прайд, то, вероятно, он контролировал территории, ограниченные реками с двух сторон и джунглями с третьей. Почти наверняка. Если нигде в окрестностях нет сколь-нибудь большого озера или излучины... Он бы предложил отойти к джунглям. Класть на леопардов, ни один клан не посмеет атаковать такую толпу львов иначе, чем в густом лесу из засады. Зато там травоядные смогут хоть чего-то жевать, не заходя вглубь леса. Там есть вода... Сколько-то воды. И по границе джунглей можно будет спуститься к более жизнерадостным местам, не выходя за территорию бывшего прайда и не наступая ее королевскому величеству на больной хвост. Идеально? Ушинди повторил про себя логику. Идеально.

"Главное, чтобы ее что-то не держало именно здесь..."

Пока что странник с предложением собирался повременить. Хотя бы потому, что эта дыра, в которой они все дружно оказались, была назначена местом сбора. А потом, как все соберутся, вопрос следует обсудить предметно.

– Пойдёмте-ка посмотрим, - Ари поднялась, закончив разговор с, очевидно, все-таки дочерью. Ушинди закончил изображать вежливость и, кивнув, последовал чуть позади. Кто здесь королева, в конце концов, кому должны дорогу уступать?

Кому должны, травоядные явно всем уже простили. Ушинди не скалился и не рычал, конечно, что было бы исключительно невежливо, но нескольким длиннорогим ориксам пришлось быстренько заступить дорогу, иначе мог выйти конфуз - травоядные были так увлечены переругиванием между собой, что не замечали вокруг ничего, включая львов. Намек антилопы поняли и направление движения поменяли.

А дальше...

Чем дольше Ушинди это слушал, тем больше становились его и так немаленькие глаза, а брови, кажется, прочно поселились где-то под самой гривой.

"Я клянусь кисточкой, никогда не видел добычу, которая ТАК просила бы, чтобы ее съели..."

Больные - это первые кандидаты на отправку дальше по Кругу Жизни, так было заведено великим Ахейю, так оно и осталось по сей день. Травоядные, которые изо всех сил чуть ли не в уши орут всем подряд, что им нездоровится - это для Ушинди было в новинку. Им что, действительно жить надоело? Ну так это очень удачно сложилось, тут как раз жаловались на раненых львят, а им надо много есть. Он даже помолится за кваггины дурные души...

То ли ипохондрики послушали свою королеву, то ли все-таки испугались проступившего на морде у Ушинди энтузиазма, но, так или иначе, предпочли ретироваться. Не переставая, однако, жаловаться всем встречным и поперечным на плохое лечение.

"Может, у них тактика такая? Если ты всегда говоришь, что болен, а окружающие знают, что ты здоров, то, когда действительно заболеешь, этого не заметят?"

Других сколь-нибудь адекватных объяснений этому идиотизму Ушинди не находил, как ни пытался. Но эту парочку на всякий случай запомнил. Да, королевский приказ о мире в этом месте, но они когда-нибудь уйдут за едой... А львятам действительно надо есть.

- Меня зовут Ушинди. Странник. Здравствуй, лекарь. - Он кивнул гепарду. Существо, способное слушать это столько времени и не сойти с ума, вызывало определенное уважение.

Отредактировано Ушинди (26 Сен 2020 18:51:25)

+5

48

Что ж, наверное, в своей жизни гепард ещё никогда не был так раздражён такими пациентами, как этими парнокопытными. В очередной раз полосатый убедился, что его коммуникативные навыки — не самая сильная сторона, поэтому первичное обследование больных Чару не светит. Впрочем, гепарда это не сильно волновало.  Конечно, специальность, которую он выбрал,  была вовсе не легка, ведь лекари-реаниматологи, коим Шарли мечтал стать ещё с детства, должны обладать  умением задавать правильные вопросы и делать правильные решения в условиях дефецита времени. Так, например, если лекарь-терапевт вместе со своими коллегами может двенадцать часов обдумывать болезнь, её тип и причины, а потом ещё день ставить диагноз и выбирать метод лечения, то Чарли должен сделать это за 120 секунд. Абсолютно сам, не полагаясь ни на кого, а результат оперативного вмешательства — либо жизнь, либо смерть. Другого не дано.

Путь Чара к тому, чтобы стать тем, кто он есть сейчас, был отнюдь не простым, даже учитывая, в некоторой степени, одарённость. Что-то он подсмотрел у родителей, что-то усвоил сам, а что-то до сих пор напрягает мозг исследователя. Как только полосатый заявил, что собирается пойти по стопам родителей, никаких особых аваций он не услышал. Зато словил на себе два серьёзных суровых взгляда не просто родителей, а настоящих экзаменаторов. Даже полтора года спустя, Чарли всё ещё чувствует некий трепет при запахе сильнодействующих трав. Конечно, около сорока настоящих экзаменов, 12 посильных практик и несчетное количество вопросов — те ещё воспомнинания, но они оправданы. Любому пациенту нужен лекарь, умеющий задавать правильные вопросы и находить правильные ответы. Тем не менее, роль реаниматолога, лекаря-специалиста по критическим состояниям, это куда больше, чем постановка диагноза и составление плана лечения. Это способность знать как свои две лапы десятки сильнодействующих ядов-лекарств, ещё больше диагнозов и методов лечения. Прибавьте к этому колоссальную ответственность за тех, кому помочь можешь только ты, а к ним ещё умение анализа любых мелочей и составления общей картины в крайне сжатые сроки, но при этом оставаясь сосредоточенным на больном, на его истории и проблемах.

Конечно, это не самые простые условия, которые, откровенно, уже несколько раз ломали и мучали гепарда вопросами о том, чтобы бросить всё это дело к чертям собачьим, но тогда вставал вопрос: "Если не я, то кто?". Психологически, Шарли не ломается после одной неудачи и поражения, пусть даже крупной. Хоть он помнит многих больных и видит частые смерти, никто из умерших не преследует его и не побуждает совершить такую же ошибку. Но множество таких потерь способно дать сильный результат, даже на том, кто смерть видит почти постоянно. Из лап Чарли, да и как и любого лекаря, с его помощью и помощью Айхйю,выживали примерно трое-двое из пяти. Без него, дай бог, выжил бы один из десяти. Но самое тяжелое — это морально-личностные переживания. Каждый день слышать трудные вопросы от родни ранненого в ключе "Будет ли он прежним? Он выживет?" довльно сложно. Особенно, если ответа нет. Довольно тяжело говорить, но самый честный ответ это "я не знаю". В конце-концов, лекари не боги. И даже при колоссальных усилиях слаженной команды профессионалов, шансы ворзрастают, но ничего не гарантируют. К этому трудно привыкнуть.

Да и вообще, кого только только гепард за всё свое время проффесиональной работы не повидал: от заядлых сердецеевых наркоманов, до ипохондриков, но часто вставал вопрос: а должны ли лекари вообще тратить ограниченные ресурсы и лечить тех, кто испортил жизнь другим и гонит себя в могилу? Насильники, убийцы, отцы-тираны, кого только не встречал гепард на своём жизненном пути. Он заботился  и о тех, кто специально травился до смерти. Правильно ли это? Да, правильно. Да, лекари должны. Медицина не является благом, которое необходимо заслужить, и не важно, кто ты, король или просто забытый всеми сервал — на смертном одре равны все. Отказ в помощи в качестве наказания — прямой путь к обществу, в котором жизнь ничего не стоит. И все эти пациенты — те, кто выбрал не тот путь. Но ведь все эти ошибки случались со всеми, будем честны, просто кому-то меньше повезло. Так считал Чарли.

Из глубоких раздумий гепарда вывели подошедшие львы, а в первую очередь, королева, которая, судя по всему, недавно принимало сердеций. Знак явно не самый лучший. Слова о ипохондриках заставили пятнистого непроизвольно улыбнуться, но мелькнувшая улыбка быстро скрылась за серьёзной гримасой, ведь был задан абсолютно деловой вопрос:

"— Можем ли мы чем-то помочь Вам?"

— Думаю, мне стоит задать зеркальный вопрос, суть которого вы, наверное, уже поняли. Меня зовут Шарли. Я увидел здесь просто толпу раненных и побитых. Может, я смогу чем-то вам помочь? Практики у меня не ахти, всего около года, но теорию знаю отлично. Умею работать с критическими состояниями... В общем, вы поняли.

После этого подошла ещё одна львица, которую он то ли смутно помнил, то ли видел в далёком прошлом. В любом случае, Чар не обратил внимания на дежавю и приветственно кивнул Сараби, которая точно услышала бы его слова, сказанные до этого.

После этого, встретившись с Ушинди взглядом, Шарли услышал от льва весма странное и короткое, но тем не менее, приветствие. Впрочем, видал гепард  и похуже. Как говорится, краткость — сестра таланту

—  И вам не хворать. Я тоже странник, последний год уж точно.

Отредактировано Шарли (2 Окт 2020 07:42:45)

+3

49

——-) Серая долина

Мэй из-за всех сил старалась не отставать от своего длиннолапого приятеля - Шеру летел точно птица, кажется напрочь позабыв о былую усталость и ноющую лапу. Вот она чудесная сила адреналина в действии! Мэй, в принципе целенькая, и то умудрилась пару раз запнуться, торопясь поравняться с самцом, а ему хоть бы хны!

Зато как быстро они оттуда убежали и вернулись к месту общего сбора. Кажется прошло от силы минут пять, а Тод в обнимку с ульем остался уже далеко-далеко позади. И за все то время, пока они неслись куда-то стремглав, самка кажется совсем позабыла о том, что ее только что, извините, нагло домогались. А конкретнее - попытались грубо изнасиловать. Все ее мысли теперь летали вокруг того факта, что Рохшар не случайно оказалась в той проклятой дыре. Тод ее убил. Убил! Каким монстром надо быть, чтобы сделать это?! Голова была занята только этим. Ну и еще немножко тем, чтобы не попасться ненароком разжужавшимся, потревоженным пчелам, которые злым роем вились вокруг падшего брата Шеру.

Уму не постижимо...

Устало шлепнувшись задницей в метре от возбужденно подпрыгивающего, слава богу сбавившего темп черношкурого, Мэй хрипло, кашляюще выдохнула, красноречиво вывалив наружу розовый язык - мать моя львица Шеру, от такого марафона и инфаркт словить можно! - Д-ха? - аналогично с самцом тяжко, шумно вздыхая, более-менее отдышавшись, рыжая быстро обернулась через плечо, навострив косматые уши, активно повращав ими во все стороны. - Вроде бы... - согласилась Мэй, утомленно сомкнув веки на несколько секунд... а затем резко распахнула глаза, вытаращившись в перекошенную в гневе морду льва. Ух... Шеру был вне себя от ярости, даже о собственных увечьях позабыл. Рвал и метал по полной, принявшись со злобным рычанием наматывать вокруг опешившей, живо крутящей головой вслед за ним самкой, точно раненная акула на мелководье. Его колючая грива, между прочим, и острые клыки, вкупе с оскаленной пастью, реально придавали ему сейчас большей схожести с разозленной хищной морской рыбой. Сама Мэй их не видела, но по слухам представляла себе акул примерно так. Да уж, давно она его таким разозленным не видела.

- Я в порядке, честно! - сразу постаралась успокоить своего нервозного спутника охотница, аж приподнявшись на месте и протянув к тяжело дышащемусамцу лапу - то ли чтобы его больного плеча коснуться, то ли чтобы остановить эти бестолковые метания. Успокоить короче. Конечно это было даже мило, что он так за нее переживал и защитил свою невезучую подругу от наглых домогательств братишки, но ей сейчас хотелось, чтобы Шеру чуточку... самую малость успокоился. Он и так уже столько перенес за сегодня. Наверняка уже дико от всего устал. - Он мне ничего не сделал, ты вовремя... - она запнулась, напряженно вновь прижав уши к черепу и вытянув свою аккуратную, но перепачканную в трухе и грязи мордочку, глядя на Шеру большими, безмолвно-печальными глазами.

Бедный... бедный Шеру, слишком много всего.

Конечно ей самой прилично досталось после всех этих злоключений, она могла бы свалиться за Шеру следом в эту треклятую дыру и вообще ее едва не оприходовали как какую-то распутную бродяжку... и все равно ей казались собственные проблемы не столь важными и значительными, чем у черношкурого самца. Она не видела этого со стороны, но она вся мелко тряслась от пережитого страха и напряжения. Зато наверняка прекрасно видел Шеру, и это заставляло его беситься еще громче и злее.

Что она могла сейчас сделать? Только молчать. Молчаливо сожалеть о случившемся.

Что могло спровоцировать Тода на такие ужасные поступки?

Как же Мэй было жаль за все это, словами не передать. Шеру прав, лучше бы они не встречались с Тодом и не знали, что случилось с их давно пропавшей воспитательницей. Блаженное, чтоб вас, неведение. В последнее время все и так было слишком ужасно, даже не было и ложечки меда (опять пчелы) в этом озере дегтя, а тут еще и Тод со своими страшными, леденящими душу секретами.

Пока самка терялась, не зная что сказать, Шеру вдруг прекратил сотрясать воздух ругательствами, и вдруг резко, непредсказуемо столкнулся с ней лбами, да так рьяно, что Мэй чуть язык не прикусила, звучно клацнув челюстями и вылупив зенки по пять рублей на своего нежданно-негаданно приласкавшегося, рассыпавшегося в извинениях дружка. А затем успокоенно закрыла глаза, с охотой позволив нервозно бормочущему Шеру облизать ее потерявшие былой яркий цвет чумазые щеки и сиротливо уткнуться самочке носом в загривок, словно ища у нее утешения. И защиты...

Она немного помолчала, прислушиваясь к чужому дыханию, согревающему ее встрепанную шею. В отличии от вкрадчивого, горячего шепотка Тода, который словно до сих пор звучал у нее в ушах, тихие вздохи Шеру, игриво всколыхнувшие ее удлиненную шерсть вдоль позвоночника действовали на львицу умиротворяюще. - Ну шшш... - ласково, негромко, наконец, произнесла Мэй, придя в движение и с непередаваемо нежностью, чрезвычайно осторожно обтерлась мордахой о жесткую, взъерошенную гриву самца, добравшись до его расцарапанного, едва ли не вывихнутого в том страшном приступе плеча. Обнюхав его рану, вновь запачкавшуюся и еще больше расцарапанную после жесткой стычки с Тодом, Мэй тихонечко провела по ней языком, собирая грязь, и снова тепло прижалась к плечу Шеру мягонькой щекой. - Ты ни в чем не виноват... Ты не мог этого знать. Все хорошо. Мы убежали. Ты здесь, я тоже здесь, с тобой, - она аж глухо, малость хрипло заурчала, продолжая старательно ласкаться к темношкурому самцу. То в скулу его боднет, то в гриву носом зароется, то снова мягко "поцелует" в особенно явный синяк. - Я так за тебя испугалась, когда ее увидела... - совсем уж тихо добавила Мэй, и сама теснее прижавшись к груди Шеру, фактически целиком зарываясь в его гриву.

А ведь Шеру так вырос...

Она помнила, как у него торчал на макушке смешной угольный чуб, а не эти вот пышные заросли!

Ей хотелось еще кое-что ему сказать, но наверное сейчас не время... и не место.

В очередной раз нежно обтершись лбом о скулу льва, Мэй подняла на него взгляд, насторожив уши. - В целом ты... ты как? Я понимаю, что то, что случилось ужасно, но... - она склонила голову на бок, рязглядывая болезненно суженный до точки зрачок на фоне яркой, ядовито-зеленой радужки. - Тебе нужно показаться Маро. После случившегося... У тебя сильный ушиб и что-то с... глазом. Ты... ты хорошо видишь?

Ну а вдруг он себе повредил глаз, когда пытался выбить из себя Рохшар?

Ей хотелось спросить еще раз, не ослышалась ли она, что Тод сделал это с той бедной самкой, узнать, что открыл Шеру этот дремучий лавовый призрак, но не смотря на свою любознательность Мэй прекрасно осознавала, что самец сейчас хочется говорить об этом меньше всего на свете. Потом она и так все узнает... наверное...

- Маро, твоя мама и остальные должны быть по близости.

Отредактировано May (3 Окт 2020 20:42:01)

+5

50

Разрушенное подножье вулкана (на спине Котаго) –→

Рядом с семьёй, в семье было спокойней. Вакати всё ещё плохо понимал, почему всё так резко сменилось, и темп жизни выживших ему всё ещё давался с трудом, но когда рядом лежит твой младший братишка, а перед тобой красуется старшая сестрёнка — наверно, можно жить?

И мама. Главное — мама. Вакати не успел даже испугаться за Ари. Рядом с ними Такита, и в неё Вакати верил едва ли не сильнее, чем во что-либо в этом мире. Сейчас он старался уловить сразу кучу мыслей, и ловил их по одиночке.

У Сейлы сломан хвост? Он и вправду был немного необычной формы. А, его вылечил Тагор? Тагор хочет быть как Такита, лекарем? Это здорово, правда!

Мама? Мам, всё нормально? О... Ой!

Вакати откровенно испугался, когда Ари вскочила на лапы, будто только что не лежала без сознания, и ещё больше оторопел, когда она внезапно оказалась рядом и принялась так активно проявлять свою к нему накопившуюся любовь, что Вакати успел только задушенно позорно пискнуть, стоило ей стиснуть его в объятиях. Потому что все его раны дали о себе знать, и хорошо, что ничего не повредилось. Но как только на Вакати обрушился ещё и потом информации о том, как его немногочисленная родня выжила, его голова попросту сдалась. Он слушал, но не всё слышал, пропуская целые куски истории.

Ладно, история. Ладно, мамина активность. Ладно, достижения сиблингов, в то время как сам Вак мог разве что претендовать на звание "худший ребёнок года".

Но когда к нему подошёл этот подозрительной тёмной наружности громадина, Вакати прибал свои и без того лежащие ушки ещё больше.

Н-н-н-не трог-г-г-гайте меня, я с-с-с-сам, — потому что уж настолько беспомощным он всё-таки не был!

Но взрослый был прав — как ему и положено быть, наверно. В Вакати бунтарского духа никогда особо и не было, и потому он, немного поколебавшись и поймав добрый взгляд лемура, всё-таки с его и всеобщей помощью забрался на спину к... Котаго?

Сверху вид был...клёвый. Вакати понадеялся, что тоже вырастет большим, и сможет смотреть на мир с такой же головокружительной высоты. Ведь лапа заживёт и ему совсем ничего не помешает стать высоким. И он ещё раз убедился, что высокий рост — отличный дар, когда вместо травы и земли показались немногочисленные, но стада животных. Паникующих, шумящих, истерящих... Вакати искренне поблагодарил провидение, что его возница был большой, не внушал доверия с первого взгляда и откровенно отпугивал тех, кто поробее. Только это спасло подростка от новых ран.

Речи мамы он не слышал. Просто потому что информационный перегруз и эмоциональные переживания настолько его утопили в себе, что хотелось снова отключиться от мира, вернуться в тот кокон, в котором он оказался после смерти их старшего. Но туда уже не вернуться — и надо жить дальше.

От рыка Ари у Вакати пробежали мурашки под шкурой и он поднял голову, пытаясь понять причину волнений. Что-то решили? Что-то снова придётся делать? Ему, если говорить честно, хотелось просто...даже не поспать, а отдохнуть. От всего. Вак перестал надеяться, что всё это страшный сон, но реальность была для его головы слишком утомительная. Будь он в нормальном состоянии, побывал бы уже везде и разузнал бы всё, но сейчас он не был на это способен.

Разве что поднять голову от земли, на которую его вновь почти бережно уложили, и глубоко вздохнуть.

Ещё хуже было бы, если бы к нему сейчас опять пришли призраки. Но не надо.

Мёртвые, в надеждах Вакати, тоже имели каплю сострадания.

+5

51

Разрушенное подножье вулкана ———————→

Подросток на спине не казался такой уж тяжелой ношей. Он вполне себе удобно устроился на Котаго, а его больная лапа болталась, не доставая до земли, как это было на Таките. Все-таки их размеры были несравнимы, а черношкурый лев оказался “лошадкой” поудобней небольшой целительницы. Шли они недолго, пока не достигли шумной реки. Он здесь раньше не бывал, а посему покорно следовал за Ари, пытаясь запомнить дорогу. Он очень надеялся, что их группка увидит на побережье не пустоту, а кого-то знакомого королеве. Может быть даже короля…

Короля на берегу не было. Только невероятное количество травоядных разной степени побитости, львица, лев и детеныш (Котаго принял их за семейство). Поодаль стоял гепард. Вот и вся честная компания. Лев уже было приготовился подбадривать королеву, но, кажется, она кого-то там знала. И правда, она довольно радостно поздоровалась с, как оказалось, матерой львицей, да и львенок ей точно был знаком. А вот светлогривый лев — нет.

Кивнув Таките, лев аккуратно прилег на землю, позволяя подростку спуститься с его спины, не повредив лапу. И тут началось невообразимое. Травоядные заметили свою королеву и подняли такой крик, что разбудили несчастного львенка, что мирно спал за спиной матерой львицы. “Че они так орут, боги”, — голос Бизкара не терялся в гвалте, потому что… Ну потому что он был в голове, да. Черношкурый не знал, действовать ему или нет, но Ари не заставила себя ждать. Ее мощный рык заставил замолчать всех беснующихся и в едином порыве обратить взгляды на королеву. Котаго впечатлился ее решимостью и тоже зафиксировался на ней, внимательно слушая. “Потек, да?”, — гыгыкнул Биз, но лев не обратил внимания.

— Мы остаёмся здесь, — заявила она, и Кота напрягся.

Это место не выглядело подходящим для такой оравы. Воды он тут не видел, да и на кого охотиться, на этих калек? Это как-то неспортивно, они быстро повымирают. Но и на это у Ари были ответы, которые, кажется, удовлетворили всех. Что ж, это их дело и их дом. Может быть это и будущий дом черношкурого, но его никто не звал остаться. Как только все успокоится, ему, возможно, придется уйти. Только вот куда?

Он не стал вмешиваться в разговор королевы с подданными и с дочерью (хотя ее нрав заставил Коту ухмыльнуться, та еще оторва растет), а обернулся к Вакати. Уж слишком он притих. Он лежал там так печально, что оставить его одного Котаго просто не смог. Но сначала лев поймал взгляд Тагора и легонько кивнул в сторону его брата, мол, помоги. Все-таки родной сиблинг лучше чужого дядьки.

— Эй, парень, — обратился он как бы невзначай к Ваку. — Ты как?

“Может он еще и головой ударился?”, — предположил Биз.

+4

52

Притихший было в чужих согревающих "объятиях" Шеру аж содрогнулся всем телом — но на сей раз не от пережитой им эмоциональной встряски, а от банального жжения в плече. Все-таки, он нехило-так раздербанил его в пещере... А язык у Мэй был жесткий, шершавый, как у любого кота, простите, кошки! Уж как тут бережно им не проводи, а все равно будет больно! Как наждачкой по оголенной плоти.

Ай... ай-ай-ай, давай не сейчас, пожалуйста! — немедленно разнылся Шеру в ответ на ее скромную, аккуратную ласку, тем не менее, и не думая даже никуда отстраняться. Наоборот... Он только еще крепче прильнул к горячему тельцу своей избранницы, еще теснее прижался переносицей к ее запыленной шкуре, жмурясь и гримасничая, будто малый львенок. Аж одну когтистую лапу приподнял, обхватив Мэй за локоть и вынуждая еще крепче прижаться к нему в ответ.

А ведь у нее так хорошо получалось успокаивать своего гиперэмоционального приятеля!

Шеру сам не заметил, как его вздыбленная шерсть (ну... по крайней мере та ее часть, что в спокойном состоянии не топорщилась кверху, а более-менее смирно прилегала к телу) потихоньку начала опускаться обратно, а дыхание выровнялось, став куда более тихим и глубоким. Он только чуть сильнее напрягал слух, развернув обе встрепанные ушные раковины по направлению к голове Мэй и всем своим взволнованным существом внимая ее утешающим словам. Это было сейчас чертовски важно для него... слушать ее тихий, расслабляющий шепоток, ощущать тепло ее тела и чувствовать биение чужого сердца... или вот это слегка щекочущее дыхание, то и дело вскользь касающееся его гривы! Наверное, уже тот факт, что Мэй была здесь, рядом с ним, живая и невредимая, сам по себе действовал на него похлеще любого травяного успокоительного.

И все-таки, даже Мэй со всей своей лаской и заботой не могла целиком избавить его от этого горестного, терзающего сердца ощущения безнадежной тоски и досады, связанной с чудовищным предательством Тода. И гнева... Ох как сильно он злился на своего брата сейчас! Пускай основное пламя, доселе ярким костром — нет, целым лесным пожаром! — бушевавшее в груди Шеру, уже слегка поулеглось, его жаркие, докрасна раскаленные угли до сих пор болезненно жглись где-то внутри, не давая бедному самцу ни минуты покоя. Ему все еще хотелось от всей души вмазать этому ублюдку, располосовать ему морду до крови, бить и валять в грязи до потери пульса... а еще лучше крепким, богатырским пинком сбросить его на дно той проклятой расщелины, дав несчастной обозленной Рохшар возможность как следует поквитаться со своим убийцей и насильником! Пускай Тод тоже сполна ощутит весь ее ужас, ненависть и боль, которую он сам же когда-то ей причинил. Пускай она свершит над ним свое жестокое правосудие и заставит точно также исступленно биться обо все доступные ему поверхности в отчаянной попытке выбросить ее воющий призрак из своей тупой головы! Это желание было столь сильным и неутолимым, что даже пугало Шеру своей настырностью, то и дело вынуждая его хмуриться и нервозно дергать взъерошенной кисточкой хвоста. Почему он все никак не мог прекратить об этом думать?

Лишь нежный голос Мэй, вновь раздавшийся у него под ухом, заставил льва отвлечься от своих непривычно мрачных, даже откровенно кровожадных мыслей и снова приоткрыть глаза, вопросительно (и до ужаса неохотно) переведя взгляд на взволнованную мордашку своей подруги. До него даже не сразу дошел смысл сказанного... А как только дошел — Шеру лишь растерянно моргнул ей в ответ, все еще не до конца понимая, что не так с его глазом. Ась? Да вроде бы все отлично, он нормально им видит... Может, веко поцарапалось?

Не знаю... — он слабо нахмурился, в кои-то веки прислушиваясь к собственным ощущениям и силясь определить, какие еще травмы он успел получить в ходе короткой, но жаркой схватки с братом. — Кажется... кажется, все в полном порядке. У меня все еще немного болит плечо, но это ерунда, правда. Ну и висок горит, наверное, это Тод мне вмазал. Я еще и ударился им, когда провалился в ту расщелину, так что теперь, наверное, будет здоровущая шишка, — на этих словах Шеру поморщился и осторожно потер лапой место ушиба, эдак смешно скуксив губы трубочкой. Кажется, к нему потихоньку возвращалось его привычное чувство юмора... ну, или очень слабые его отголоски, судя по тому, как он снова пытался кривляться и тем самым хотя бы отчасти разрядить обстановку. — Правда... Я уже нормально себя чувствую. Уж точно лучше, чем должен бы, — уже откровенно ворчливо добавил он, отведя взор. Да уж... Учитывая, через ЧТО он прошел... Через что они ОБА прошли с Мэй сегодня... Чудо, что они вдвоем избежали сколь-нибудь серьезных травм и увечий.

Ладно... Наверное, пора уже было идти дальше, да?

Ага, — все еще немного рассеянно отозвался Шеру на последнюю реплику Мэй, в свою очередь, хромающей походкой двинувшись в обход замершей на его пути львицы. — Мама сказала, что они будут ждать нас выше по течению реки... Я вроде знаю, что это за место, мы почти дошли. Вот только пройдем чуть дальше по берегу, воооон за те камни... уфф, — он слегка притормозил, с досадой покосившись на свою окровавленную лапу... и вдруг с удивлением почувствовал, как Мэй спешно и суетливо "подперла" его с другого бока, радушно подставив самцу собственное золотистое плечо. Это заставило его озадаченно скосить на нее свой изменившийся, заметно уменьшившийся в размере зрачок... а затем — слабо, но мягко улыбнуться ей самым краешком рта, по достоинству оценив этот жест искренней любви и поддержки. Аж тихонько заурчал, благодарно потершись лбом  о чужой висок, и вновь успокаивающе провел языком по щеке возлюбленной — ну, не переживай ты так, серьезно! Он уже, можно сказать, пришел в норму... почти. Тесно прижавшись друг к другу боками, молодые львы уже так, неспешным и аккуратным шагом двинулись дальше, обходя чересчур крутые склоны и пригорки, ориентируясь на глубоко протоптанную множеством лап и копыт тропу — самый верный ориентир, знаменующий о близости долгожданного привала! И правда, далеко ковылять не пришлось: уже спустя десять минут неспешной ходьбы пара вышла точно к тому месту, где сейчас шумно толпились стада травоядных и сопровождавшие их львы. Причем гомон, поднятый всей этой разномастной толпой, был слышен на весьма приличном отдалении. Вот только очень неразборчиво: шум реки отчасти заглушал громкие оживленные голоса, мешая точно определить, кому какой принадлежит и сколько их там вообще. Но этого, по сути, и не требовалось вовсе. Моментально взбодрившись (ура, дошли наконец!), Шеру и Мэй теперь уже едва ли не вприпрыжку двинулись навстречу остальным беженцам, заодно высматривая знакомые силуэты в толпе... Вот только, ни Шайены, ни Маро, ни другой близкой родни видно не было; зато, ребята очень быстро приметили сразу несколько новых действующих лиц, включая даже саму королеву Ари.

Вот уж кому они действительно обрадовались так обрадовались! Учитывая, что до сей поры они с Мэй не знали даже, жива ли она вообще. Слава богу — жива! И даже не одна здесь, а еще с как минимум несколькими чудом выжившими львами. Это ли не отличная новость?

Ари! — громкий, достаточно звучный и капельку хрипловатый (а потому весьма узнаваемый) голос Шеру не без труда преодолел эту жуткую какофонию звуков, настойчиво привлекая к себе внимание правительницы. — Ари! Мы здесь!... — неизвестно, сумела ли та их расслышать и вообще заметить, кажется, у львица и без того была страшна занята. Еще пару раз выкрикнув ее имя издалека, Шеру с досадой покосился на топочущее, беспрестанно двигающееся и горланящее стадо зебр поодаль... и вдруг заприметил еще одну хорошо знакомую им с Мэй шкуру. — Такита! Эй, Такита!— позвал лев их юную травницу, надеясь, что хоть она сможет расслышать его зов. Ну хоть кто-нибудь, черт подери! Он уже реально охрип так рычать!

+6

53

— Так, — со вздохом Такита повернулась к Вакати, которого, к счастью, уже уложили на землю. Львица с благодарностью кивнула Котаго, но тем и ограничилась: язык, если честно, едва ворочился, как и извилины. Но у них были еще дела, а значит покой им только снится. Травница подошла к Вакати и стала аккуратно изучать конструкцию на лапе, поцокивая языком от недовольства. “Креплением” ее можно было назвать лишь очень условно, все так разболталось, что уже буквально ничего не держало, конструируй заново. Только вот если сделать все то же самое, результат останется ровно тем же. Может, она продержится немного дольше, если Вакати не будет никуда сбегать в приступах самобичевания, но лучше как-то оптимизировать процесс. Такита как раз снимала ошметки коры и остатки лиан, когда сзади раздался крик Сейлы, переполошивший, наверное, всех в округе. Львица удивленно уставилась в сторону откуда доносились крики принцессы, и хотя она была в чем-то согласна со смыслом сказанного Сейлой, ее подача оставляет желать лучшего. Публичный скандал — совсем не то, что поможет в этой ситуации. К тому же, когда первый шок от слов королевы прошел, Такита не могла не признать, что как минимум на данный момент у них нет варианта лучше. Они уставшие, раненые и прежде, чем куда-то идти надо хотя бы знать куда. Нет, пока им лучше всего действительно переждать тут и сориентироваться, когда они хотя бы смогут твердо стоять на лапах.

Самка перевела взгляд со скандальной Сейлы на развалившегося инертной тряпочкой Вакати, а затем на Тагора, и, повинуясь какому-то странному импульсу взъерошила его мелкие зачатки его гривы лапой. “Хоть ты не создаешь никому проблем, и на том спасибо.”

Вслух она, конечно же, этого не сказала.

— Так, — вновь повторила она, пытаясь согнать в кучку мысли. — У кого-нибудь есть идеи как укрепить конструкцию, которая будет фиксировать лапу Вакати? Потому что прошлая, сами видите, приказала долго жить.

— Глина, — подал голос Эхе, сидевший чуть поодаль и с выражением полного блаженства на морде, чесавший у себя за огромным ухом. — Подклей все это глиной, смешанной с песком.

— Глина так глина, — вздохнула львица, даже не пытаясь, как она делала обычно, разобрать слова фенека на кусочки и изучить каждую рекомендацию, чтобы лучше ее понимать. У нее просто не осталось на это сил. — Тагор, поможешь мне найти—

Договорить она не смогла, потому что, как повелось в последнее время, кто-то стал ее снова звать. Такита обернулась и увидела взъерошенную, — даже больше обычного, — фигуру Шеру, сопровождаемого желтенькой шкуркой Мэй. Травница устала помахала лапой, квело подзывая их к себе. Если она им нужна, то пусть подходят сами, она и так с трудом лапами шевелит, а у нее еще дела остались.

— Что… с вами произошло? — спросила она, запнувшись и быстро исправив вопрос с “что теперь-то”, на более нейтральный, когда парочка приблизилась к ним. Выглядели они, конечно, получше, чем многие здесь, но это так себе показатель. — И что у тебя с глазом? — спросила она Шеру, заметив, что один зрачок самца значительно меньше, чем другой.

+5

54

- Стой, погоди, да посмотри же на меня! - раздался крик Сейлы и Тагор с изумлением уставился на сестру. Ту, видать, пробило. Морда ее была перекошена гневом, ей совсем не нравилось, что мать занята кем угодно, только не дочерью. Честно говоря, Тагор отчасти понимал сестру. Ему тоже хотелось получить ответы на вопросы, да просто поговорить с матерью нужно было. Они все многое пережили, а ведь она прежде всего мать, и лишь потом королева. По идее... Хотя кто знал, как расставляла приоритеты Ари. Сейла тем временем взяла себя в лапы и, едва сдерживая эмоции, принялась говорить. Уже не орала, и то хорошо. Слушая аргументы сестры, Тагор вдруг понял, что не мг бы с ней поспорить. По сути она все правильно говорила. Но и Ари, казалось, была права... Подросток совсем растерялся.

Тем временем королеву снова отвлекли и, так и не побеседовав нормально с дочерью, мать снова переключилась на посторонних. Вот это уже было совсем плохо, по мнению Тагора. Мать произнесла какие-то успокаивающие слова и снова отвлеклась.

– Я надеюсь, у нас теперь всё хорошо? - спросила Ари Сейлу и ушла. Мда, вот и поговорили. Мать неправа, вдруг понял белый. Да, она королева, у нее полно обязанностей. Но если ты не можешь совмещать материнство и долг, может не стоит тогда оставаться королевой? Если тебе не по плечу все то, что ты сам на себя взвалил, может, стоит выбрать? На взгляд подростка, все вдруг стало очевидно. Для Ари ее роль королевы важнее роли матери. Не так уж сильно она из, своих детей, любит. Уж точно меньше, чем свой статус. Тагор внезапно испытал жгучую обиду на мать и страшное разочарование. Он так любил ее, всегда поддерживал как мог, не капризничал и делал все, чтобы не доставлять кучу проблем. А в итоге что? Да ничего.

Львенок пока еще был совсем юн и только входил в переходный возраст. Сюда же наложилась усталость, пережитый стресс, неопределенность будущего. Отсюда и взялся столь радикальный юношеский максимализм. Впрочем, кто знает, возможно в этих рассуждениях и было зерно истины?

Конечно, орать на мать Тагор бы не стал. Однако ее авторитет заметно пошатнулся в его глазах .Уже даже не просто пошатнулся, а был на грани полного разрушения. Однако по непроницаемой морде львенка вряд ли что-то мог заметить, что не все с ним в порядке. По мере развития событий, морда его лишь делалась все более хмурой, а взгляд - все более холодным. Белый хмуро посмотрел вслед удаляющейся матери и, уже отворачиваясь, поймал взгляд Котаго. Тот стоял около Вакати, и Тагор внезапно заметил, каким измученным и несчастным выглядит брат. Он тут же приблизился и аккуратно боднул темного сиблинга головой в плечо.

- Не переживай, Вак, все самое страшное позади. Мы все вместе, теперь все будет хорошо. Такита тебя подлатает, правда? - через силу улыбнувшись, попытался приободрить брата белый и обернулся к потрепавшей его по макушке Таките.

— Подклей все это глиной, смешанной с песком — предложил спутник травницы, и Тагор кивнул, соглашаясь. Идея выглядела отличной. —Тагор, поможешь мне найти — Это уже Такита, и белый львенок снова кивнул, ловя просьбу на ходу. Конечно, он найдет все, что нужно, и даже больше, если это нужно его брату. Не дожидаясь, пока внимание львицы снова переключится на него, тем более, что ее уже снова отвлекли, Тагор бодрой рысью направился к воде, намереваясь отыскать там глину. Глина на берегу была, пряталась между камней, и выковыривать ее оттуда было не так просто. Вязкая и липкая, она тут же измазала лапы белого львенка до самых локтей. Впрочем, это была небольшая цена за полученный материал. Перед львенком теперь лежал здоровенный комок глины, но вот как его транспортировать обратно к стоящим в отдалении львам? Не в пасти же его тащить. Если его катить, то он наберет в себя огромное количество жидкой грязи и потеряет свою пластичность. - Видишь те лопухи? Один из них подойдет... - раздался негромкий голос прямо над ухом и Тагор вздрогнул. Он уже успел забыть о мирно сидящем у него на шее крысе. Старый травник, кстати, подал отличную идею - Тагор метнулся к огромному глянцевому лопуху, растущему в нескольких метрах, и выдрал его из земли вместе с длинной толстой ножкой. Теперь на этот лопух можно положить столько глины, сколько нужно, и волоком оттащить обратно.

Сказано - сделано! Уже через несколько минут Тагор снова стоял около Такиты, довольно улыбаясь. Чумазый теперь уже с ног до головы, он был вполне доволен собой, ибо перед ним на большом зеленом листе лежал большой кусок глины. Ну в песка вокруг было завались.

Отредактировано Тагор (15 Окт 2020 17:28:26)

+4

55

Кажется Шеру уже начал потихоньку оживать... Это хорошо... очень хорошо! Не описать какое облегчение на самом деле испытала рыжая бестия, когда ее приятель вполне себе живо откликнулся на ее опасливые вопросы, да еще и скорчил весьма красноречивую рожицу, потирая ушибленное место. Значит не все так плохо, слава львиному богу!

Мэй даже слабо улыбнулась, внимательно слушая самца (как кто-то говорил, что если все болит, то это хорошо! Ты пока еще жив!), а затем с обеспокоенной мордашкой вскочила с земли, спеша "на выручку" похромавшему вперед Шеру. ну куда ты, дурачок, не убежишь ведь без нее далеко! Без лишних слов позволив бедняге опереться о нее, благо Мэй не швыряли призраки и она ничего себе не разбила, не ломала, самочка преданно заглянула в зубастую, малость потрепанную морду черногривого. И коротко муркнула в ответ на его простую, благодарную ласку, удерживая жилистую тушку Шеру от возможного падения в грязь. Ух... ну ничего. Ничего, недалеко осталось. Ну... ведь и правда недалеко?

Ох уж эти оставшиеся стада травоядных... хотя раньше их было куда больше. Но все равно, тут стоял такой шум, что приходилось из-за всех сил напрягать слух, чтобы разобрать не только недовольное мычание и рев копытных, но и голоса сопрайдовцев. Им нужна была срочная помощь. Шеру нужна была помощь!

Это странно, но тех, кого они ожидали здесь увидеть на месте не оказалось. Зато невесть откуда обратно к группе беженцев присоединилась Такита... видимо нашла таки Вакати. Сараби. И... Ари? Это Ари?! - Ари жива! - ошарашенно протянула Мэй, аж притормозив на мгновение... и тут же резко прижала уши к голове, аж призажмурившись, когда самец резко рявкнул на всю округу, призывая к себе... к ним с Мэй внимание оставшихся в живых. Главным образом, конечно же Ари и Такиту. Это было не просто, учитывая какой гундеж тут стоял, на всю поляну. Ари, похоже что, пыталась раздать указания паникующим подданным, и, скорее всего, совсем не слышала сына Шайены, пытаясь унять всеобщую панику. Кажется там мелькала еще чья-то светлая шевелюра, но у Мэй совсем не было времени присматриваться. Ни Маро, ни Шайены, ни кого-либо из детей Бастардки поблизости не было.

Ну.. хоть Такита среагировала. Она травница, хоть и начинающая, уж чем-ничем а поможет! Если что можно будет оставить Шеру здесь, за ним присмотрят, подлатают дай бог, а Мэй в это время мухой слетает поищет остальных. Или нет... Разделятся, после того, что случилось, была так себе затея, наверное. И что, остается только ждать? Ну видимо так.

Подойдя ближе к утомленной, видимо слишком многим здесь требовалась помощь, а еще она поди набегалась в поисках несмышленыша-Вакати Таките, Мэй осторожно сделала шаг в сторону, "открывая" взору Такиты обезображенное плечо самца. Мда, конечно что мазали травами, что нет, один хр*н. - Привет, ты нашла Вакати? - в свою очередь поинтересовалась у сотоварки Мэй... и притихла, напряженно прижав уши. Да уж... ну в принципе правильный вопрос. Но как тут толково объяснить, что с ними в самом деле приключилось? Да и... хочет ли Шеру об этом рассказывать? А если они расскажут про Рохшар, то... поверит ли им Такита? В любом случае видок у Шеру был тот еще, и уж что точно неоспоримо, так это то, что бедного черногривого эдак знатно где-то потрепало. Мэй еще раз посмотрела в глаза темношкурого, эдак задумчиво разглядывая его суженный в дергающуюся точку зрачок. Может это нервное просто? После того, как Рохшар со своим огнем на него напала? Он сказал, что зрение у него в порядке. - Не знаю... Шеру упал в расщелину, когда мы были около лавовых озер. Расшиб плечо о камни... я... я нашла немного трав, замазала рану, и дала ему успокоительных растений, очень повезло что мы нашли там ручей с остатками зелени, но мне кажется этого не достаточно. Если бы Тод не... - она резко осеклась, поняв, что начала откровенно заговариваться, обуреваемая множеством тревог, которые раскатывают ее, словно мощный такой пресс. Зря... наверное зря она ляпнула сейчас про Тода. Она эдак виновато покосилась на Шеру, вопросительно склонив голову на бок. Это уже самому самцу решать, стоит ли обо всем случившимся разболтать. Или все же лучше опустить детали? В конце-концов Тод ведь не придет сюда. Не придет же?

+4

56

Лишние лапы целителя им бы точно не помешали. Конечно, Такита вместе со своим другом-фенеком справлялись со всеми ранеными – во всяком случае, такой вывод Ари сделала исходя из представшей её глазам картины: повязки, шины, обработанные раны... Вот только сколько собственных сил целитель их прайда (семейства? группы?) положил на то, чтобы подлатать остальных? Ари перевела мимолётный взгляд на молодую самку, которую облепили два принца и гигант-Котаго. Бедняга выглядела изрядно уставшей – на неё наверняка свалилось не меньше обязанностей, чем на саму Ари. Словом, да, любая помощь была абсолютно не лишней, даже если встреченный ими лекарь, по его же собственным словам, в теории был более силён, нежели в практике. Но даже если и так, год – это довольно-таки не мало, разве нет?

Благодарю, – львица прикрыла глаза и плавно опустила голову в искреннем благодарном поклоне. – К сожалению, я не слишком сильна в целительском деле и не смогу подсказать, кому именно и какая конкретно помощь нужна. С этим вопросом лучше обратиться к нашему лекарю, Таките, – Ари чуть повернулась и лапой указала на небольшую группу неподалёку. – Вот она. Поинтересуйтесь у неё, нужна ли ей помощь в обработке ран. И спасибо ещё раз, Шарли, – львица тепло улыбнулась гепарду, невольно надеясь, что непосредственное обращение к нему по имени ещё больше наладит связь и отношения. Однако при этом она не забыла и сделать этакий ответный тёпло-благодарный жест в сторону их доброжелателя: – Если Вы проголодались или нуждаетесь в чём-либо, мы с удовольствием поможем Вам в ответ! Только скажите. А теперь, – Ари сделали шаг и перевела взгляд с Шарли на Ушинди, а затем обратно, – прошу меня извинить, но, похоже, необходимо обсудить что-то срочное, – мимолётный взгляд на Сараби, а затем – ещё один поклон в сторону новоприбывших. – Если что, я всегда буду готова вас выслушать.

Распрощавшись – если это можно было так назвать – с новоприбывшими, Ари вместе с Сараби направились чуть в сторону – туда, где их не услышат даже чуткие уши травоядных. По пути львица бросила ещё один тоскливый взгляд на Тагора и Вакати, ютившихся рядом с Такитой, а затем в сторону Сейлы, бродившей где-то на самом берегу реки. Предки, как же она хотела просто провести время со своей семьёй! Ещё раз объяснить детям ситуацию, успокоить их и себя, утешить, просто поговорить ни о чём... А ещё жутко хотелось спать. И есть. И просто отдохнуть. Ещё каких-то пару месяцев назад она ни о чём таком и не думала – конечно, выполнение королевских обязанностей не всегда давалось ей легко, но она, во всяком случае, разделяла их вместе с Нари. И даже, пожалуй, несла на себе меньшую часть. Но сейчас... Теперь, когда она была вымотана произошедшим, у неё не было ни единой секунды свободного времени – он неё, как от единственного выжившего правителя, всем было постоянно что-то нужно. Ари со стойкостью, как ей казалось, переносила это испытание, и всё же можно она уделит себе и своей семье хоть совсем немного времени? Самую капельку?..

Уф... – не сдержав усталого вздоха, львица плюхнулась крупом на землю, едва сдерживая себя от того, чтобы не завалиться на бок и не закрыть глаза, провалившись в сон. Она устала достаточно сильно, чтобы позволить себе вот так бесцеремонно усадить свою задницу перед Сараби, но остальное, конечно, было бы уже перебором. А ей точно больше нельзя сердецей, нет? Ну ладно... – Что-то случилось? Что с вами произошло, пока нас не было? Как вам удалось спастись? – в первые секунды Ари едва ли не завалила другую бывшую королеву вопросами, а затем вдруг замолкла, вперилась взглядом в землю и, спустя пару секунд, подняла грустные глаза, в которых, кажется, сосредоточилась вся боль мира, на Сараби. – Как думаете, это было правильное решение? Остаться здесь?

+4

57

Ну что же, вот и познакомились. Скомканно раскланявшись, королева Ари отправилась секретничать о чем-то с Сараби, оставив странников самим себе. Ушинди хмыкнул и дернул плечами, отворачиваясь от удаляющихся львиц. Подслушивать не было ровным счетом никакого желания, он и так уже сегодня наслушался не предназначенного для чужих ушей.

"Ну и что теперь?"

Вокруг сильно прибавилось львов, местная кажется-целительница уже, кажется, занималась двумя незнакомцами, которых здесь не было еще совсем недавно. Ушинди приоткрыл рот, пытаясь унюхать их и сличить запахи хотя бы с теми следами, которые привели его сюда, но куда там. Проклятая серая грязь отбивала нюх напрочь, а львов тут стало уже действительно многовато. Кажется, он учуял легкий привкус крови, но даже в этом странник уверен не был. На лапах вроде держатся, помощи не просят, ну и ладно. Хотя...

- Кажется, там раненые, - Ушинди невежливо ткнул лапой в сторону новоприбывших, указывая на них гепарду, - Посмотришь на них, лекарь?

Он уже слишком устал, чтобы выбирать более дипломатичные выражения. Да что там устал, сказать честно, задолбался играть в велеречивую вежливость. А гепард сам предлагал помочь.

"А я пойду пройдусь. Может, имеет смысл прошвырнуться по округе? Хоть разведать, что тут и где. Наш бравый дозор-то годится только на полдник для львят... Да и нормальный водопой поискать было бы неплохо. И добычу." - Ушинди бросил косой взгляд в сторону удалившихся квагг и тяжело вздохнул. - "Другую добычу."

Странник двинулся вдоль скопления травоядных, не суясь в гущу ног, копыт и задниц, из которых, кажется, эта толпа состояла процентов на восемьдесят. Королева все еще секретничала, так что сообщить о своих намерениях было некому. Ну и ладно, невежливо, конечно, но можно легко списать на общий бедлам.

Уже собираясь повернуть прочь от реки в сторону пепельной пустоши, Ушинди зацепился взглядом за здорового черного сородича, кажется, явившегося вместе с королевой, и вместо равнины повернул к нему. Раз уж судьба собрала их тут, неплохо было бы друг друга знать, да и обсудить хоть с кем-то ближайшие дела точно не мешало. Отрядом проще и разведку вести, и охотиться.

- Здравствуй. Мое имя Ушинди... Странник.

Большой черный лев был даже слегка побольше его самого. Не так часто Ушинди приходилось смотреть на кого-то снизу вверх... Впрочем, сейчас он слишком устал, чтобы всерьез размышлять на такие темы. Выглядит мирным - и ладно. А вот львенка рядом со здоровяком он сразу не заметил, нехорошо.

- И тебе привет, боец. - Ушинди наклонился к мелкому, постаравшись по возможности ободряюще улыбнуться. Львенок выглядел уставшим куда как посильнее его самого... Можно понять, тут взрослые-то с лап валятся, куда ему. Но держится, кажись. А лапа-то замотана в какую-то конструкцию, явно поддерживающую. Сломана? Неважные новости, надо бы подозвать гепарда. Конструкция точно на соплях держится. Ушинди не удивился бы, если бы узнал, что на них ее и клеили.

Кстати, что-то в мелком было такое... Вроде и знакомое, а вроде и нет, но мысль ускользнула, стоило Ушинди попробовать ее поймать, а лев слишком утомился, чтобы устраивать тут мозговые штурмы.

- Держись, боец, сейчас тебе помогут.

Кажется-целительница уже действительно была рядом вместе с белым подростком, измазанным в глине по самую кисточку. Ученик?  Оригинальная маскировка. Да и гепард вряд ли отстал надолго. Вмешиваться в работу лекарей Ушинди не собирался, у них это точно получится лучше, чем у странника, способного разве что рану зализать и замазать маи-шасой.

Отойдя на шаг, чтобы не мешать лекарям работать, Ушинди повернулся к подошедшим сюда же "раненым", которым он недавно предложил помочь Шарли. Все равно все собрались в кучу, да уж. Львица внимания не привлекала, львица как львица, аж льнет к своему спутнику. Повезло ему. А вот растрепанный лев...

"Что с ним? Рана на плече. Раненый и раненый, что с того..."

Ушинди мотнул тяжелой головой, отвлекаясь от странных мыслей. Да, вымотался он порядком. Ничего такого в растрепе нет, ничего, заслуживающего внимания. А представиться не мешало бы.

- Здравствуйте. Я Ушинди. Странник. - Лев коротко кивнул пациентам Такиты, подавив усталый зевок. Кажется, с каждым разом за сегодня его приветствие становилось все короче...

+3


Вы здесь » Король Лев. Начало » Килиманджаро » Южный берег реки Мазове