Как бы Юви не стремилась очутиться подальше от матери и всех несправедливостей ночи, но Шайена не позволила ей сделать это. Одного прыжка оказалось достаточно, чтобы опередить слепо несущуюся в темноту львенку и преградить ей дорогу. Теперь Юви не смогла бы покинуть поляну даже при всем желании, потому что темная самка просто-напросто отрезала ей выход на тропу. Ну, конечно, еще можно было прыгнуть вниз с утеса, но это было что-то из разряда экзотики. На всякий случай выставив лапу в сторону, дабы при необходимости удержать кроху от безумной выходки, Шайена окинула ее точно таким же упрямым и горящим в темноте взглядом... однако в нем не было злобы. Только раздражение и бесконечная усталость. Выпрямившись, львица внимательно проследила за действиями дочери - не хватало еще, чтобы она проскользнула под брюхом матери. Лишь убедившись, что Юви больше некуда деваться, кроме как попятиться обратно в пещеру, львица негромко произнесла:
Я выслушала тебя, Юви. А теперь сядь и послушай меня, - она и сама присела на землю, не сводя с детеныша напряженного, пристального взора. - Я приняла Асили вовсе не потому, что она для меня важнее родных детенышей. Да, мне сложно заботиться о вас с братьями, но это не значит, что вы мне в тягость, - Шай помолчала, пытаясь подобрать правильные слова. Она никогда не умела выражать свои эмоции напрямую, но в данном случае ей приходилось учиться этому вопреки характеру... Темная слабо вздохнула: - Быть может, я никогда этого не показывала, но я правда вас люблю, - Шайена склонилась к дочери, попытавшись нежно лизнуть ее - второй раз за вечер, чего прежде никогда не случалось. Отчего-то в горле стоял ком... - Детка, ты и твои братья для меня важнее жизни. Я не знаю, где сейчас ваш отец, но уверена, что он тоже очень нас любит. Просто мы не успели сказать ему, когда мы уходим... Думаю, когда-нибудь он сумеет нас отыскать. Пожалуйста, прекрати думать, что ты никому не нужна. Знаешь, почему я взяла Асили к нашу семью? Нет, не потому, что она чем-то лучше тебя, - львица покачала головой, - Просто ты не знаешь, каково это - расти в одиночестве. Я никогда не рассказывала, но моя мама умерла, когда я была еще меньше тебя. Мне всю жизнь приходилось сражаться за себя и свою жизнь... и за вас тоже. И я не хочу, чтобы ты, твои братья или Асили когда-нибудь испытали что-нибудь подобное. Быть может, вы не ладите, но я просто не могу оставить ее одну. Что бы испытывала ты, если бы оказалась посреди ночи в саванне, где нет никого, кроме бродячего и злобного семейства одиночек, половина из которых еще и недолюбливает тебя просто за твое присутствие? Ты можешь представить, что она чувствует?
Шайена смолкла, позволяя дочери как следует обдумать услышанное. Разумеется, она не ожидала, что Юви сразу же все поймет и прочувствует. Все-таки, она всего лишь дитя... и склонна все преувеличивать. И тем не менее, Шай надеялась, что кареглазая малышка хоть немного призадумается над словами матери. Ожидая реакции Юви, она молча прижала лапу к животу. Внутри него ощущалось слабое тепло.
Скоро наше семейство станет еще больше, - самка невесело улыбнулась в темноте. - У тебя появятся младшие братья и сестры. Мне придется ходить на охоту чаще, а это значит, что ты и мальчики будете получать еще меньше моего внимания, чем прежде. Но я хочу, чтобы ты знала - я просто не могу выразить все, что чувствую к вам, и не разорваться при этом на куски. Я всего лишь львица, - и темная устало ткнулась мордой в бочок Юви, прикрыв глаза. - Прости меня за это.